Н. И. БУХАРИН "Избранные произведения" / Часть II

Когда мы обвиняем товарищей из оппозиции за неправильную постановку вопроса о строительстве социализма в нашей стране, то в чем мы их обвиняем и против чего мы считаем нужным бороться? Мы считаем, что нужно решительно бороться против одного положения, выдвинутого тов. Каменевым и тов. Зиновьевым на заседании Политбюро,- положения, что мы погибнем из-за нашей технической отсталости, если своевременно не подоспеет экономическая помощь со стороны победоносного западноевропейского пролетариата. Нас обвиняют за это в национальной ограниченности, но этот упрек имел бы какие-нибудь основания лишь втом случае, если бы мы сказали, что мы вообще продержимся во всех условиях одни. Это было бы неправильно, это было бы национальною ограниченностью. Но ведь не было национальной ограниченности в том, что мы вели массы на октябрьские баррикады, хотя бы в одной стране? Конечно, не было. Мы защищаем настоящую ленинскую точку зрения, если утверждаем, что. несмотря на нашу техническую отсталость, несмотря на то, что у нас много крестьянства, несмотря на то, что техника и экономика еще чрезвычайно отстали, мы все-таки шаг за шагом можем строить социализм и построим его до самого конца, если этому не помешает вооруженное вмешательство со стороны капиталистических держав. Вопрос поставлен так: если бы иа минуточку представить себе, что не было бы никаких капиталистических держав вокруг нас, то рухнули бы мы или не рухнули? Мы ответили бы: мы не рухнули бы, а достроили бы до самого конца. (Аплодисменты.) Но ведь мы живем не в пустом пространстве, а живем окруженные капиталистическими державами. Могут ли они нас победить вооруженной силой? Мы отвечаем: "могут". Поэтому можем ли мы в действительности отказаться от курса на международную революцию? Нет, не можем. Международная революция есть единственная гарантия того, что нас не задавят капиталистические державы. Но можем ли мы из этого делать заключение, что наша техническая и экономическая отсталость погубят нас? Мы говорим: это совсем другой вопрос и кто гак говорит, тот вселяет неверие в наши строительные силы, тот вселяет неверие во внутреннюю мощь нашего рабочего класса, в возможность с его стороны руководить крестьянством, тот сГоит в полном противоречии с Лениным.

Если у нас нет уверенности в достаточности наших внутренних сил для построения социализма, тогда ведь нам нечего было идти на октябрьские баррикады, тогда были бы правы все меньшевики, которые говорили, что в такой отсталой стране, как Россия, нечего затевать социалистическую революцию, тогда бы оказался прав тов. Троцкий, утверждавший, что без государственной помощи со стороны победившего западноевропейского пролетариата мы обязательно столкнемся с мужиком, который нас обязательно свалит.

Некоторые наши товарищи, которые спорили против Ленина начиная с февраля по октябрь 1917 года, исходили из точно такой же предпосылки, что внутренних сил в нашей стране достаточно для доведения до конца буржуазной революции, но недостаточно для перехода к борьбе за социализм. Но ведь этим идейным шатаниям партия в свое время дала отпор. Однако если мы имеем здесь дело с известной недооценкой наших сил, то мы не можем хвастаться тем, что у нас все выполнено. Я все время старался разъяснить в своем докладе, где у нас больные места, не скрывал их, но какой смысл говорить, что у нас нет сил настолько, насколько они имеются. Это значит с другого конца подкапываться иод самих себя и подрубать тот сук, па котором мы сами сидим.

Совсем коротко остановлюсь теперь на вопросе о роли нэпа. В этом вопросе, товарищи, у нас есть расхождения с оппозицией, главным образом в том, что оппозиция не понимает, что нэп есть не только отступление. Тов. Зиновьев в своей книжке, как вы отлично знаете, определял нэп только как отступление, мы же считаем, что нэп был отступлением, а теперь мы на рельсах новой экономической политики, а не на рельсах возврата к военному коммунизму, наступаем на капиталистов в нашей стране, потому что успехи нашего социалистического строительства суть не что иное, как наше наступление на рельсах новой экономической политики. Еще на Московской губернской партийной конференции я поставил в первый раз этот вопрос в связи с вопросом о госкапитализме, к которому я потом перейду. Я заявлял тогда - и это полностью теперь подтверждается,- что если мы будем неправильно трактовать о нэпе и если мы будем неправильно говорить о госкапитализме, то тем самым мы исключаем возможность правильного воспитания новых слоев рабочего класса, и в особенности новой молодежи из рабочего класса, что тем самым мы подрываем организационные и идейные силы нашего класса. Я прочту вам сейчас кое-какие выдержки из письма, написанного одним молодым рабочим очень смело,- с подписью и пр.- для иллюстрации того, на какую мельницу льет воду наша оппозиция. Письмо иод заголовком: "Что делать? Стоит ли идти в налетчики"... (Смех.) Не смейтесь, вы увидите, что это далеко не смешно. Сперва идут имя, фамилия, год рождения - 1909 (молодой парень - всего семнадцать лет). Затем он описывает, как он учился в школе, как ему приходилось трудно, насколько тяжело его материальное положение, описывает свои мытарства по нашим бюрократическим органам, а потом пишет: "Следует ли мне идти в налетчики и не будет ли это в ущерб моей основной цели - водворению диктатуры пролетариата,- конечно, не в виде самоцели, на всей земле и притом и немедленно?" Дальше он разъясняет идейный путь, которым он "дошел до жизни такой". "Вот,- говорит,- в двух словах, как я к этому пришел". Он пишет так: "Большевики отказались от проведения своей классовой линии. Эпоха "военного коммунизма" и была эпохой диктатуры пролетариата, а на X съезде 20 диктатура пролетариата была подменена революционно-демократической диктатурой пролетариата и крестьянства. Подмен этот окончательно был завершен на XIV партконференции, и теперь дело остается только в названии. Большевики все еще называют современное положение диктатурой пролетариата, но уж и то некоторые из них предлагают не так ясно говорить: "руководство пролетариата" - крестьянам это, мол, не особенно нравится. Удержать диктатуру пролетариата, по-моему, большевики могли бы не введением нэпа, что произошло на X съезде, а объявлением революционной войны международному империализму (конечно, нас могло ждать и поражение, но без риска до коммунизма не дойдешь - "или пап, или пропал"). О революционной войне много говорилось при решении вопроса о заключении Брестского мира, и Ленин, ратуя за его заключение, говорил: "Нам необходимо додушить буржуазию, а для этого нам необходимо, чтобы у нас были свободны обе руки. Сделав это, мы освободим себе обе руки и тогда мы сможем вести революционную войну с международным империализмом" 24-. И вот к 1921 году буржуазия задушена, но большевики, забыв революционную

войну, ударяются в мирное строительство и наивно думают, что это мирное строительство - с каждодневными уступками нэпа-чам. кулакам, частной инициативе-доведет до социализма.

Долой мирное строительство - да здравствует революционная война!

Да здравствует диктатура пролетариата в мировом масштабе! Да здравствует коммунизм!" (Следует подпись и адрес.)

Правда, он смелый парень, но, по чести говоря, он додумал все до конца, больше, чем некоторые из оппозиционных товарищей. (Смех.) Я вам сейчас скажу - почему. В самом деле, представьте себе такое положение вещей. Человек учится по книжке Зиновьева "Ленинизм" и на всех страницах, которые я точно перечислил в своей речи на партийном съезде, он читает, что нэп есть отступление, отступление и отступление. Если мы с 21-го года только и занимаемся, что отступаем, если это отступление заключается в возрастающих уступках - тогда совершенно естественно, что у нас, за этот период, кроме черной полосы отступления ничего нет. Ведь ясно это? Тогда, конечно, совершенно ясно, что если это отступление связать с нашей технической отсталостью, то выходит, что мы едва-едва кряхтим и кряхтя отступаем все время назад, делаем все время уступки капитализму. Где же тогда строительство социализма? С этим хорошо увязывается и другой вопрос - вопрос о госкапитализме в нашей государственной промышленности. Ведь, если наша промышленность социалистическая, то тогда рассеивается мираж всеобщего постоянного отступления, потому что мы имеем рост социалистической госпромышленности, но если у нас постоянное отступление, то тогда легко примирить это положение с тем, что наша промышленность не социалистическая, а госкапиталистическая. И тогда получается, что мы сделали экспроприацию буржуазии, потом делаем ей все время уступки: нашу промышленность подняли, но не на социалистических началах, а на капиталистических, в деревне растет кулак, строительство социализма невозможно из-за нашей технической отсталости, и мы неизбежно подойдем к такому моменту, когда мы должны будем свертываться. Если нэп как общая форма нашей политики, о которой Ленин говорил как о единственно правильной политике пролетариата, является, по словам тов. Зиновьева, сплошным, самым широко задуманным отступательным движением большевизма,- что же получается? Получается, что мы из-за технической отсталости погибаем. Нэп - только отступление, мы все годы только отступаем, госпромышлен-иость - капиталистическая, а так как госпромышленность есть головной отряд, то раз уже она госкапиталистическая, то все остальное и подавно. Куда дальше идти? Значит, у нас цепочка событий только отрицательных. На чем сидит пролетарская диктатура? Ясно, что если под пролетарской диктатурой экономически самым твердым местом является госпромышленность, которая не есть социалистическая, то все остальное, во всяком случае, мелкобуржуазная жижа и дрянь. И совершенно естественно, что мы, сидя на такой штуке, сами не имеем уже ни грана социализма, ибо ясное дело, что ни одна власть не может выражать иную сущность, чем та, на которой она сидит. Значит, наша собственная власть ие есть диктатура пролетариата, а мы только пускаем пыль в глаза рабочему. Значит, наша власть есть блок наших выродившихся хозяйственников и термидорианцев 238 по выражению тов. Залуцкого 2J. И тогда люди, которые ие связаны с нашей партией, доводят эту мысль до логического конца. Что выступления, вроде тех, какими занималась новая оппозиция, поддерживают в среде рабочего молодняка, который не может продумать проблему до конца, такого рода настроения не подлежат никакому сомнению, потому что, если криво усмехаться и говорить: социализм, какой это социализм - госпромышленность? хорош социализм, когда рабочие мало получают, плюем мы на такой социализм; свобода торговли, нэп - вот вы кричите, что идете вперед, а сами широко отступаете; затем вы говорите, что свобода торговли обслуживает социализм, ничего она не обслуживает, это капитализм... Вот, если так говорить, тогда действительно уже нечем крыть. Тогда плевал я на такую власть, плевал я на такую экономику, плевал я на такую партию, которая всякой ерундой занимается. Ведь это же прямой вывод из всего этого. Вот. если бы говорили так: у нас госпромышленность социалистическая, но бедная - это было бы правильно; что мы строим социализм, но у нас трудные задачи - это было бы правильно; что у нас в общем и целом кооперация на социалистическом пути, но и тут громадные трудности - это было бы правильно. Но если говорят, что ЦК термидорианский, а термидорианцы были контрреволюционерами, которые проделали после французской буржуазной революции контрреволюционный переворог, то это вздор. Если ЦК термидорианский, то есть контрреволюционный, если наши основные партийные кадры перерождены, то наша партия ни черта не стоит, то она ведет по совершенно негодному термидорианскому пути. А я думаю, что некоторые товарищи чрезмерно начитались белогвардейских газет и очень испугались того, что они пишут, страшно испугались того, что наши противники говорят про нас, так испугались, что сами стали верить тому, что там пишут. Таких вещей допускать нельзя.

Тут, товарищи, совершенно ясно, что мы должны вести против такого рода уклонов борьбу. Мы знаем, что у нас многое чрезвычайно плохо, мы знаем, что существует тенденция к перерождению и среди хозяйственников, и среди партийной бюрократии, но не нужно всего этого преувеличивать, а нужно рационально со всем этим бороться. Так мы ставим вопрос. Я думаю, что когда представители новой оппозиции разрушают веру в социалистическое строительство, вселяют совершенно неправильное представление об общих основах нашей политики, они подрывают" доверие к нашим экономическим высотам, они подрывают и доверие к нашей обшей политике, а когда они говорят о нашей партии, то они также подрывают основы политической власти рабочего класса.

Когда Надежда Константиновна 24 на партийном съезде говорит о Стокгольме 25, то она подрывает авторитет нашего партийного съезда и всей партийной организации . Когда тов. Зиновьев предлагает блок всех фракций и группировок, т. е. нарушает основные принципы большевизма в организационном вопросе, он подрывает силы нашей партии. Когда товарищи противопоставляют комсомол нашей партии, они подрывают авторитет партийного руководства, они ударяют, хотя и бессознательно, по делу рабочего класса и они объективно помогают всем кулакам, нэпманам и пр., они подрывают веру в наши экономические высоты и общие принципы нашей политики; они подрывают силы рабочего класса тем, что ударяют по нашей партийной организации, выдвигая такие вещи, как рассуждения о Стокгольмском съезде, как вопрос о блоке фракций и группировок, такие вещи, как обстрел и неподчинение резолюциям партийного съезда, такие вещи, как натравливание комсомольской организации на нашу партийную организацию, все переворачивают и ставят на голову. Мы против этого будем бороться до конца. Если потакать такому якобы ленинизму в организационном вопросе и в вопросах общей политики, то это значит погубить нашу партию.

Я хочу сказать, товарищи, еще несколько слов относительно тех задач, которые стоят перед нами, специально относительно Ленинградской организации. Мне кажется, что текущая конференция должна подчеркнуть свою солидарность с решениями партийного съезда, она должна, мне кажется, показать всем ленинградским коммунарам, что во внутрипартийной истории Ленинградской организации должен быть сделан определенный поворот в сторону не фальшивой, а настоящей внутрипартийной демократии. (Аплодисменты.)

я Мне кажется, да простят мне некоторые товарищи из бывших руководителей Ленинградской организации, что тот режим, который здесь был, можно характеризовать как соединение демагогии с фельдфебельскими методами управления партией. (Аплодисменты.) Нужно понимать, что наша партия стоит перед большими трудностями. Если возникают какие-нибудь серьезные вопросы и разногласия, то нам надо их как следует проработать по существу. А вы посмотрите, что здесь делается. Спросите любого из оппозиционных комсомольцев или соберите их всех вместе и попробуйте немножко проэкзаменовать, что они читали, что они знают и что они понимают,- картина будет наверняка далеко не утешительная. Какой-нибудь из дорогих вождей прочитает доклад, а потом этот доклад сплошь и рядом механически повторяют на всех перекрестках без того, чтобы вдуматься, серьезно проработать эти вопросы, без того, чтобы воспитать чувство ответственности, без того, чтобы внимательно прислушаться к каждому аргументу своего противника, вникнуть в вопросы, уметь слушать других и т. д. Пусть будет поменьше парадов, поменьше словесной трескотни, пусть будет поменьше показного, пусть будет поменьше внешнего лоска, пусть будет поменьше внешних эффектов, но побольше работы по существу, и притом работы, проводимой более демократическим путем. Ведь всякий легко поймет, почему руководящий аппарат старого типа в Ленинграде так скоро потерял свой авторитет не только потому, что сюда понаехало много цекистов (конечно, и это имело значение), но потому, что ЦК опирался здесь на демократическое недовольство партийных низов против бюрократического аппарата ленинградских организаторов. (Аплодисменты.)

Само собой разумеется, что мы всему знаем границы, всему знаем меры; что мы не можем перескакивать через огромные овраги, через которые перескочить сразу не в силах, но основной курс по отношению к Ленинградской организации должен быть примерно такой: то, что мы от имени Исполкома Коммунистического Интернационала писали о необходимости нового внутрипар-гийпого курса ЦК германской партии секретарю Рут Фишер , ваша конференция должна преподать всей Ленинградской организации. Я, товарищи, думаю, что если мы поведем работу так, то достигнем не очень быстрых, но значительных успехов.

По отношению к молодежи нужно обязательно проявить здесь максимум терпения, нужно, конечно, хлестать их за то, за что нужно хлестать, но нужно помнить, что они действительно - наша смена, что здесь нужен все же осторожный подход, что нужно бороться за каждого человека, чтобы его переубедить. ЦК стоит на той точке зрения, что мы не можем швыряться людьми, что мы должны сохранять людей, пока есть некоторые шансы добиться их сохранения для общего дела, для дела, ради которого мы работаем, за которое мы живем, и, если нужно, умрем. Это будет очень сложная работа, она потребует от нас добавочного внимания, она потребует от нас добавочных усилий, но эти усилия будут окупаться не механическим, а органическим сплочением рядов нашей партийной организации на основе твердого убеждения в правильности решений партийного съезда. Если сейчас нам

приходится переживать некоторые- и довольно серьезно - экономические затруднения, если на этой почве создаются благоприятные условия для различных колебаний внутри рабочего класса и нашей партии, то в рядах нашей партии необходимо крепить единство и уверенность в правильности нашего пути. Если мы наши партийные ряды сплотим по-настоящему, а мы их сплотим, то из хозяйственных затруднений, в которых мы находимся, мы вылезем (в этом я нисколько не сомневаюсь), свое положение через некоторое время укрепим еще в небывалой степени и на почве роста хозяйственной мощи дадим сильнейший толчок укреплению нашего международного влияния, влияния на западноевропейский пролетариат, влияния на внешнюю политику,

влияния на растущее революционное движение колониальных народов.

Нужно помнить и быть совершенно уверенным в том, что, строя наше социалистическое хозяйство, укрепляя социалистические элементы в нашей стране, мы делаем величайшее в истории дело - международную социалистическую революцию. Мы должны помнить, что одним из главнейших факторов роста революционного движения во всем мире является укрепление нашего хозяйства, укрепление мощи пролетарской диктатуры, укрепление влияния нашей партии; это есть один из величайших, а в настоящее время главный рычаг международного пролетарского движения. Мы должны сплотить наши ряды, ибо только при условии этого единства, при условии этого единодушия ленинского руководства мы в состоянии вести за собой в такой трудной обстановке рабочий класс.

Да здравствует ваша организация!

Да здравствует вея наша партия! (Бурные аплодисменты.)

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ СЛОВО

Товарищи, вы сами видите, что мне по сути дела можно было не делать заключительного слова, так как среди выступавших выявился только один-единственный товарищ, который возражал против нашей линии. Но мне кажется, что к этому товарищу следует применить хорошую русскую поговорку: "Лежачего не бьют". (Смех, аплодисменты.) Затем я позволю себе допустить некоторое расхождение с моим другом тов. Кировым 2". Он говорил, что у нас с вами была размолвка, хотя и временная. Я бы сказал, что известная размолвка у нас была не с вами, а с теми, про которых можно сказать словами стихотворения: "Одних уж нет, а те далече". (Смех, аплодисменты.) Товарищи, несмотря на то, что я получил изрядную кучу записок, я разрешаю себе, надеюсь с вашего массового благословения, остановиться лишь на нескольких вопросах, которые я считаю наиболее интересными и нуждающимися в ответе. Ответ на эти вопросы составит первую часть моего заключительного слова, а главную часть его я посвящу анализу некоторых вопросов организационного характера, на которых я в своем докладе почти не останавливался.

Первая записка, на которой я намереваюсь остановить ваше внимание, написана сногсшибательно учено, но автор оказался недостаточно грамотным для того, чтобы разборчиво подписать свою фамилию (смех), что свидетельствует о его больших познаниях и о его ие совсем большом мужестве, ибо чего же стесняться подписывать фамилию иод запиской, в которой нет ничего ни уголовного, ни политически особливо предосудительного? Очевидно, осторожность является добродетелью этого товарища. (Смех, аплодисменты.)

Для большей понятности я сам сформулирую мысли и вопросы автора, нашедшие отражение в этой записке.

Товарищ говорит так: вот и в ленинской книжке и в моей книжке 29 относительно мирового хозяйства и империализма сказано, что объединения всего мирового хозяйства в одно организованное целое ожидать нельзя, а из этого он делает вывод, что при капитализме оно разбито на куски; а если оно разбито при капитализме на куски и если считать возможной победу социализма в одной стране, то она будет сперва в одной стране, потом в другой, потом в третьей, и таким образом стожатся разные социализмы, ничем не связанные между собою. Такова первая мысль товарища.

Мне кажется, что это рассуждение со всех сторон не "круглое", неправильное: прежде всего, мирового хозяйства как организованной системы не существует, т. е. нет такого учреждения, нет такого центра, который бы регулировал мировое хозяйство подобно тому, как тов. Дзержинский м регулирует нашу крупную промышленность, как регулируется хозяйство всех капиталистических, промышленных стран. Этого нет и не может быть при капитализме, но, товарищи, из этого вовсе не вытекает, что нет экономической связи между различными странами. Такая связь на самом деле есть, и эта связь является предпосылкой того единого мирового социалистического хозяйства; так что из того, что сейчас нет организованного мирового хозяйства, нельзя делать заключения, что вообще нет мирового хозяйства. Далее этот товарищ говорит, что если победа социализма возможна сначала в одной стране, а потом в другой, то, по-видимому, социалистические системы разных стран будут вечно несвязанными, отдельными кусками. Откуда это следует? Мы утверждаем, что социализм может победить в одной стране. Но разве мы выдвигаем такую замечательную гениальную мысль, что если в одной стране мы победим, а в другой стране не можем и не будем побеждать? И разве не ясно, что вся логика классовой борьбы в международном масштабе будет вести к хозяйственному и политическому объединению стран, возглавляемых диктатурой пролетариата.

Далее товарищ ставит вопрос, охватывающий два подво-проса. Прежде всего он вопрошает: признаете ли вы, что без наличия международной революции на дело строительства социализма в нашей стране потребуется не менее нескольких десятилетий? Это абсолютно верно. Если мы будем строить социализм одни, без прямого вторжения капиталистических государств, но в то же время и без государственной помощи со стороны западноевропейского пролетариата, то до полного социализма мы дошли бы лишь в течение нескольких десятилетий минимум 3|. Это совершенно верно - без помощи мы будем идти медленно, с помощью - быстрее, так что в этой части записки ничего порочащего пашу пролетарскую честь нет. Зато нужно остановиться на второй части записки, в которой товарищ спрашивает: неужели в ваших головах - сторонников этой теории - "не возникало вопроса о том, что до всеобщей международной революции пролетариат может победить в нескольких капиталистических странах"?

Я думаю, что такая мысль возникала у каждого, и совершенно напрасно товарищ сомневается в том, что она у нас возникала. По что из того, что она возникала? В действительности, конечно, прежде чем мы сами дорастем до полного социализма, будет пяток, а может быть, и десяток революций. Вопрос не в этом. Разве мы когда-нибудь говорили, что сперва мы доползем до конца, и только потом будут революции в других странах? Кто это утверждал? Разве об этом шел вопрос? Не в этом вопрос заключается, вопрос заключается в том - а если будет очень дли тел ь ная затяжка международной революции, можем ли мы продвигаться вперед к социализму? Вот в чем вопрос. Является ли паша техническая и экономическая отсталость такой вещью, которая нас обязательно погубит? В этом и только в этом заключается вопрос. Ясное дело, что международная революция в некоторых других странах придет раньше, чем мы доползем до конца,- это святая истина. Но из этого вовсе не следует, что мы обязательно должны, как утверждают тт. Зиновьев и Каменев, крахнуть из-за нашей технической отсталости. Мы говорим: если скоро будет международная революция, если скоро будет помощь,- мы будем двигаться скорее; не будет этой помощи - будем двигаться медленно, но двигаться будем и строить социализм будем.

Теперь, товарищи, я буду говорить о других проблемах, затронутых в записках. Я прежде всего должен, товарищи, подчеркнуть то, что я дважды, а может быть, и большее количество раз подчеркивал в своей речи,- что задачи, стоящие перед нами, настолько сложные, что мы вечно должны ходить по острию бритвы - на полволоска ступишь влево - ошибка, на полволоска ступишь вправо - ошибка. Тут задачи настолько большие и настолько сложные, что нужно всегда учесть правильную пропорцию, чтобы определить верную линию. Вот мы говорим, что оппозиция слишком перепугалась роста кулака. Это правильно. Но если, например, говорить, как говорил один из выступавших здесь товарищей, наших сторонников, который чуть-чуть на волосок отошел в сторону и сказал, что кулак вообще нам не опасен,- это уже неправильно. Этот товарищ перегнул палку, и я должен заявить, что так говорить нельзя. Одно дело сказать - оппозиция преувеличивает кулацкую опасность. Это правильно. Но сказать, что кулак нам не опасен,- это неправильно, потому что из этого сейчас же можно сделать практический вывод - значит, не надо с ним бороться. Это неправильно. Во всех этих вещах нужна мера.

Мне была подана записка, в которой говорится, что в уездах сейчас идет разговор относительно создания особой крестьянской партии, и товарищ, наш сторонник, который нас поддерживает, не знает, как на этот вопрос ответить. Я хочу ответить на этот вопрос. Ясное дело, мы должны быть против особой крестьянской партии, потому что организация особой крестьянской партии неизбежно выросла бы в организацию, направленную против пас как партии пролетариата, которая обострила бы отношения между нами, как партией рабочего класса, и всем крестьянством. Поэтому мы должны здесь, как это ни трудно и ни сложно, объяснять, что для того, чтобы крестьянство сохранило свои революционные завоевания, сохранило землю, сохранило правильный путь своего развития, необходимо руководство рабочего класса, что это руководство не может быть без той роли, которую занимает наша партия, и что всякая любая другая партия в нашей стране неизбежно оказалась бы своим острием направленной против нашей партии, а следовательно, подорвала бы пролетарскую диктатуру. На этой теме я долго останавливаться не могу, а делаю только основную наметку.

Вот когда мы не знаем, как ответить на вопрос о крестьянской партии, когда мы не знаем или преуменьшаем опасность кулака, как это здесь проскользнуло у одного из товарищей, то совершенно естественно, что нам необходимо еще раз подчеркнуть то, что я уже говорил в своем докладе, а именно: что сейчас в деревне кулак иногда с первого раза не виден, что формы эксплуатации бывают скрытыми и что формы наемного труда у таких хозяйств бывают скрытыми. Ведь мы знаем, что кулак есть эксплуататор, деревенский капиталист, а основа деревенского каниталиста, как и всякого капиталиста, заключается в том, что он эксплуатирует наемный труд. Но бывают такие случаи, что крестьянин-кулак сам в своем хозяйстве непосредственно наемных рабочих не имеет, но он, скажем, сдает в аренду свою жнейку, веялку или трактор и получает за это большие деньги. Что это такое по сути дела? Это значит, что наемный рабочий, или иолу-наемный рабочий, или превращающийся в наемного рабочего бедняк работает на хозяйской жнейке или молотилке, воображая, что он совершенно самостоятелен. Это - скрытая форма наемного труда, первоначальная ступенька, не отчетливая, но которую нам необходимо иметь в виду, чтобы распознавать по-настоящему рост капиталистических отношений в деревне. Этот вопрос я подчеркнул потому, что у меня есть несколько записок, которые говорят, что очень часто, при распределении ввозимых из-за границы машин, они попадают в руки кулацких слоев и что нужно обратить внимание на более правильное их распределение, что. конечно, совершенно верно.

Одна записка ставит вопрос о другой стороне дела - в области крестьянской политики, в отношении помощи бедноте. Товарищ, написавший эту записку, говорит таким образом: вы хотите помогать бедняку путем развязывания товарооборота. Сейчас, говорит он (он говорит про меня), вы говорите, что не в состоянии в достаточной степени помогать, но после того, как разовьете товарооборот, вы получите добавочные ресурсы, вы будете ему помогать. И он ставит такой вопрос: что же вы делаете? Ведь на основе развертывающегося товарооборота вы будете получать средства от кого? От того же бедняка. Значит, будете помогать бедняку из его же собственного кармана, а это очень нехорошо. Вы должны помогать ему из другого кармана. Я тут, товарищи, должен сказать, что эта постановка вопроса слишком упрощенная. Мы помогаем здесь из нашего общего кармана, общего кармана нашего государства, куда стекаются все добавочные суммы, получаемые от ускорения общего товарооборота, причем, конечно, эти суммы в конечном счете создаются трудом,- трудом ли рабочего, трудом ли крестьянина, трудом ли крестьянина -середняка или крестьянина-бедняка, но во всяком случае трудом,- ибо иначе ниоткуда ценности поступать не могут. Но неправильно сказать, что эти ценности идут от бедняков, потому что мы часть налогов получаем из доходов капиталистических слоев, часть получаем от середняцких хозяйств, часть с рабочего и часть мы получаем с бедноты. От разных слоев мы получаем этот приход. Если мы часть получаем через экспроприацию в налоговой форме доходов капиталистических слоев, то этим самым мы экспроприируем и перераспределяем капиталистические доходы: с богатого берем, бедному даем.

Если же мы получаем с середняка или даже частично с бедняка, го ведь, товарищи, суть нашей политики в значительной мере состоит в том, что мы из разного рода различных источников собираем доходы, держим в своих руках, для того чтобы наиболее целесообразно и по плану их распределять. И в этом ничего абсолютно плохого нет. Если мы, скажем, из общего количества прибавочной ценности, которая получается в городской промышленности, 10% отдаем на дело жилищно-рабочего строительства, так что же тут плохого? Ничего плохого нет. Но мы должны наиболее целесообразно распределять эти суммы.

Дальше неверно утверждение, что мы помогаем бедняку за счет бедняка. Нет, мы собираем жатву с различных слоев, мы берем часть с богатых, часть со средних и распределяем все из общего котла.

Меня спрашивают, какой путь преобладает в деревне, социалистический или капиталистический; я по чести вам скажу, что в настоящее время с полной уверенностью насчет деревни, какая там струя преобладает, я сказать не берусь, потому что статистика у нас поставлена не особенно хорошо, обследования у нас сделаны только по отдельным волостям детальные, а те сводки, которые имеются, не дают еще права утверждать, как обстоит дело по всему Союзу. И вот только перепись, которая предполагается на этот, 1926-й, год, позволит с большей точностью судить об этих основных соотношениях в деревне.

Товарищи, теперь я сделаю еще одно замечание в связи с некоторыми записками оппозиционного характера, правда очень немногочисленными, их было 1 или 2, которые в общем повторяют то, что говорил здесь один из выступавших товарищей. В записках этих говорится: вы сняли такого-то товарища, вы предприняли такие-то меры. Товарищи, я на это и возражать не буду, а приведу только одно-единственное соображение. Неужели товарищи не понимают, что за одно то, что люди восстали против готовых решений партийного съезда, их можно было бы без всяких разговоров исключить из партии? (Аплодисменты.) Разве это не так? Ведь для нас нет более высокого учреждения, чем партийный съезд, и если люди не подчиняются партийному съезду, если они оспаривают решения партийного съезда, борются против этих решений, то ведь не может же быть большего преступления против партии. (Аплодисменты.) За что же тогда исключать? И если тем не менее наш Центральный Комитет к этой репрессии не прибег, если он счел необходимым действовать здесь в первую очередь путем убеждения, то это он делал потому, что руководился не только формальными соображениями о своих правах, но он руководился еще очень важной заботой о том, чтобы по возможности большее количество убедить и завоевать. И он поступил вполне правильно.

Он действовал совершенно в духе той внутрипартийной политики, которую он защищал раньше. Следовательно, одно это соображение, что можно было бы, по сути дела, исключить за неподчинение решениям партийного съезда, убивает все эти аргументы оппозиции. На чем товарищи играют и чего они не в состоянии осмыслить, так это следующее: люди думают, что если они подчиняются губ-кому, который идет против партийного съезда, то они являются дисциплинированными членами партии, а если какой-нибудь товарищ заступится за решения партийного съезда против недисциплинированного губкома, то он разлагает организацию. Но ведь это рассуждения для собутыльников, а не для людей, принадлежащих к партии. (Аплодисменты.)

Теперь, товарищи, позвольте мне от этого мостика перейти к различного рода организационным задачам, которые стоят перед нами> Я буду просить у вас извинения за то, что, быть может, буду говорить с такой резкостью, которая не считается вполне парламентской и вполне приличной для порядочных людей. {Аплодисменты. Голоса: просим.) Я должен остановиться на одном из зол прежнего руководства Ленинградской партийной организацией, о котором я упустил сказать в своем первом реферате и которое я поэтому обязан подчеркнуть для того, чтобы исправить свое упущение, потому что всякое упущение есть своего рода ошибка. Я говорил здесь о том, что прежний метод управления Ленинградской организацией можно определить как смесь фельд-фебельства с демагогией. Но в качестве третьго члена этого триединства нужно включить еще один момент - это искусственное насаждение местничества, интересов своей колокольни, отчужденности, противопоставления себя общепартийной организации. (Аплодисменты.) Не нужно смешивать две вещи - гордость за свою организацию, которая сделала очень много и имеет очень крупные заслуги перед партией. Такая гордость вполне законна, и в этом смысле нет решительно ничего плохого, кроме хорошего, в том, что члены организации, вспоминая минувшие дни, исторические пути, по которым организация шла, исполнены известной пролетарской солидарности, гордости, внутренней сплоченности, гордости за свою организацию, которая является передовой частью всей партийной организации и всего рабочего класса. Но, товарищи, в нашем мире все так устроено, что очень часто можно испоганить хорошее и превратить в плохое и, исходя из одного хорошего, можно из этого хорошего налепить такую мазню, которая, сросшись с телом этого хорошего, превращает его тоже в плохое. Можно использовать хорошие струнки членов организации, наигрывая на них ловкими и опытными руками так, что польза от этого льет воду на мельницу кое-чего плохого.

Для этого достаточно не заметить некоторые совсем "маленькие" вещи. Представьте себе славную Ленинградскую организацию, которой надо гордиться, но упустите на один моментик из определения того, что организация славная, одну только черту ее - постоянную верность общепартийным задачам, и тогда у вас славная организация превратится в бесславную. Если вы говорите, что у вас в Ленинграде всегда была величайшая сплоченность - один за всех, все за одного,- это великая вещь, этим можно гордиться перед всей партией, но лишь в том случае, если эта солидарность служит спайке всей партии. Но предположите, что у вас эта солидарность направлена против партии, тогда хорошее превращается в плохое. Предположите, что вы верны единственно старому губкому, повторяете старые песни и т. д.; тогда такая сплоченность из добродетели, с общепартийной точки зрения, превращается в порок. Гордость вашей собственной организации тогда правильна, когда она вставлена в рамки общепартийные. Гордость, "патриотизм" внутрипартийной организации тогда правильны и тогда законны, когда они вставлены в общепартийные рамки, подчинены общепартийному "патриотизму". Когда люди гордятся тем, что они стоят впереди партии, а не сбоку ее, тогда это хорошо. Но когда они гордятся своим сплочением, направленным против партии, тогда это плохо. Упускать этого нельзя. Такие превращения в истории неоднократно случались. В этом смысле мы имели бы дело с идеологией своих людей, компанейских начал, вместо правильного руководства парторганизацией. Это было бы местничеством, вместо правильного руководства партийной организацией, местной колокольней, вместо правильного понимания заслуг своей организации перед партией в целом. И вот, товарищи, мне кажется, что эту идеологию "своих людей" в управлении большой партийной организацией, этот асторийский принцип надо уничтожить, с ним нужно покончить, и только тогда можно достигнуть правильного взаимоотношения с ЦК, правильного взаимоотношения со всей партией. Вместо всех этих склок, группировок, обвинений друг друга и т. д., вместо этого будут здоровые начала управления всей партийной организацией.

Тут и т. Котов 32, и тт. Киров и Молотов 33 говорили относительно отчуждения верхушки Ленинградской организации от ЦК, которое наблюдалось раньше. Товарищ Ворошилов 34 заявлял - и многие другие товарищи говорили об этом,- что вам надо уничтожить, как некоторые грубо выражались, удельно-вечевой период, феодальные княжества в рамках нашей партии. (Аплодисменты ) К этому надо обязательно приступить. И это должен сделать не кто-нибудь другой сверху, а это должны сделать вы сами. (Аплодисменты.) Вы должны быть гарантией того, что это не повторится. Вы, товарищи, должны решительно встать на путь внутрипартийной демократии, вы должны сделать невозможным существование таких кумпановских принципов, вы имеете полную возможность это сделать, если только предпримете со всей смелостью и решительностью те мероприятия, которые необходимо сейчас предпринять для того, чтобы действительно обеспечить проведение внутрипартийной демократии в вашей организации.

Я должен сказать здесь, товарищи, что, по моему личному мнению, вы должны здесь но меньшей мере ослабить - а с моей точки зрения, и уничтожить - некоторые организационные вещи, которые въелись в вашу организацию и составляли до сих пор известную традицию,- я имею в виду принцип партийных организаторов, вместо секретарей. Вы можете их не называть секретарями, а продолжать называть организаторами - пускай они будут называться организаторами, астрономами, как вам угодно (смех), но совершенно естественно, что общий принцип, специфический принцип, который был, это - замена выборной должности поставленным сверху командиром; совершенно естественно, что при таком положении вещей страшно трудно осуществить внутрипартийную демократию, потому что такой метод влечет за собою неизбежно чрезмерную "твердость" аппарата, коя, будучи доведена до абсурда, может превратиться в окаменелость этого аппарата; но мы не строим каменных изваяний, а наши организационные формы должны обладать достаточной эластичностью, чтобы решать сложные задачи.

Необходимо перейти на старый метод выборных секретарей, которые - я готов лично сделать уступку - пускай продолжают называться организаторами. По этому поводу каждый может повторить слова Кузьмы Пруткова: "Если на клетке слона увидишь надпись "буйвол", не верь глазам своим". Тогда каждый, кто услышит слово "организатор", не будет верить своим ушам, а будет подразумевать, что это - настоящий, выборный секретарь. Если мы, товарищи, проделаем эту, хотя бы небольшую, реформу или даже если сделаем более или менее крепкие шаги в сторону перехода к этой правильной системе, то тем самым мы создадим до известной степени организационную гарантию против излишней окаменелости партийного аппарата, создадим известную гарантию против возникновения группировок в этом аппарате - группировок, которые будут стоять ощетинившись друг против друга даже в том случае, если они не имеют за душой никаких принципиальных разногласий. Это будет если неполной - иа все 100% - гарантией, то все же известной гарантией против возникновения различных группировок внутри нашей организации. Я, товарищи, должен здесь сказать, что было бы совершенно нетерпимо с точки зрения всей партии в целом, если бы после того, как мы одержали крупнейшую победу над неправильной политической линией, в наших рядах проявились бы разногласия без достаточных на то оснований.

Давайте сделаем все возможное для того, чтобы не только на другой день после победы, но и на третий, и на четвертый, и на следующий месяц, и на следующий год у нас было невозможным повторение остатков старой закоренелой местнической, сепаратической, вырожденческой, склочнической, беспринципной болезни. Надо сделать так, чтобы наша Ленинградская организация шла нога в ногу со всей партией и никогда не противопоставляла бы себя всей партии в целом и ее ЦК- Сделаемте так, чтобы у нас было по возможности больше гарантий непосредственной связи с ЦК и непосредственного влияния ЦК на работу Ленинградской организации. Не будем смотреть на других как на чужестранцев, варягов, гостей. Будем все-таки помнить, что нам дороже всего на свете - единство всей нашей партии и что гордость любой организации не должна иметь почвой противопоставление себя всей партии, а гордость за плодотворную работу внутри партии, без тени, без волоска, без малейшего намека на какое бы то ни было противопоставление партии. Дадим себе такое слово, включим сие в резолюцию, дадим наказ будущему губкому, наказ, который повесил бы Дамоклов меч над всяким, кто осмелится ради интересов групповой борьбы пожертвовать интересами партийного единства.

Давайте самым смелым и решительным образом проведем внутрипартийную демократию, сделаем так, чтобы большим влиянием на деле пользовались самые широкие массы членов партии. Поднимем нашу партийную организацию на более высокую ступень и в идейном смысле, в смысле идейного понимания принятых съездом решений, и в смысле возможности систематически воспитывать себя на новых рельсах, на рельсах нового курса, с таким расчетом, что все раны, все обиды, все прорехи, все грехи, все тяжелые потери, которые мы понесли за время дискуссии, были бы покрыты одним - самой крепкой сплоченностью на основе внутреннего убеждения, самой полной солидарностью всей партии. И тогда вашей гордостью, гордостью вашей организации будет то, что она, быстро поправив ошибки, снова встанет в передние ряды. Ленин говорил когда-то: не тот умен, кто не делает ошибок, а кто делает ошибки не слишком большие и кто их быстро исправляет. Мне кажется, что эти слова можно применить и к любой партийной организации: не та организация хороша, которая не делает никаких ошибок, а та, которая может их быстро поправить. Ваша организация в лице своей верхушки сделала ошибку, в лице своей массы поддалась ошибке, но она быстро эти ошибки поправила. Так сделаем же все возможное для того, чтобы в будущем этих ошибок делать поменьше и по возможности

совсем не делать. И будем помнить о том, что один ум хорошо, а семеро лучше, что одна организация хороша, а все организации, т. е. совокупность их, т. е. наша партия,- еще лучше.

И пойдем в первых рядах нашей партии, которая была, есть н будет с вашей помощью, товарищи, единой, сплоченной, железной нашей старой славной большевистской партией. (Бурные аплодисменты.)

Печатается по книге: Бухарин И. И. Доклад на XXIII чрезвычайной Ленинградской губернской конференции ВКП (б). ЛГ; Л.:

Госиздат, 1926

О ХАРАКТЕРЕ НАШЕЙ РЕВОЛЮЦИИ И О ВОЗМОЖНОСТИ ПОБЕДОНОСНОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА В СССР

1926 г.

I. Возникновение проблемы.- 2. Вопрос о зрелости мирового капитализма. Различная критика большевизма: с точки зрения общей незрелости капитализма, с точки зрения военных разрушений, с точки зрения незрелости пролетариата.- 3. Вопрос о предпосылках социализма в России: международная социал-демократия, российский меньшевизм. Богданов - Базаров ', Троцкий, октябрьская позиция правого крыла большевиков.- 4. Вопрос о построении социализма в СССР как вопрос о характере нашей революции.- 5. Гарантия от внешних опасностей и

внутренние силы нашего развития. - 6. Итоги.

В настоящее время ряд кардинальнейших, основных вопросов нашей революции снова поставлен во всей широте, поставлен, можно сказать, ребром. Подробно разбирать причины этого здесь не представляется возможным, но нельзя не указать, что коренная причина этого состоит в том, что мы сейчас переживаем период перехода от так называемого восстановительного процесса к процессу реконструктивному. Такая терминология кажется нам, впрочем, не совсем точной и не совсем правильной. Ведь обозначение предыдущей фазы развития нашего хозяйства как восстановительного процесса предполагает - если брать это слово в строгом его значении,- что у нас подъем промышленности и подъем всего народного хозяйства идет по той же самой колее, по какой он шел и в дореволюционный период. Только при таком условии можно было бы говорить о восстановительном процессе в строгом смысле этого слова. На самом же деле у нас после Октябрьской революции подъем хозяйства и в первую очередь его государственного сектора шел таким образом, что наряду с восстановлением хозяйства происходила и непрерывная переделка производственных отношений. Наше развитие шло на другой основе, чем та, на которой развивалось хозяйство страны до октябрьской победы рабочего класса. Поэтому, когда мы говорим о восстановительном процессе, то нужно помнить, что это выражение берется условно. Этим мы хотим сказать, что наша продукция достигла довоенного уровня, что материальный остов производства восстановлен в размерах довоенного периода. Только в этом смысле слова и можно говорить о восстановительном процессе. И только при таком понимании можно говорить о переходе от периода восстановительного к периоду реконструктивному.

Итак, является совершенно несомненным, что сейчас перед

10 Н. И. Бухарин

277

нами встает во весь рост задача переустройства хозяйства, задача перевода его на новую техническую основу.

Эта задача упирается, прежде всего, в задачу изыскания и приложения капитальных средств, средств, идущих на расширение производственного базиса, на постройку или закладку новых предприятий, в значительной мере на новой технической основе. Не трудно сообразить, что это - задача величайшей трудности, причем трудность ее не исчерпывается лишь сферой практики. Нет, даже взятая в теоретическом разрезе, она представляет, как говорят немцы, ein harter Nuss (крепкий орех). Эта трудность и порождает целый ряд колебаний, шатаний в наших рядах. Она же заставляет нас восходить к коренным вопросам революции.

Нелишне отметить, что вопрос об основном капитале ставился сравнительно давно (ср. вопрос об электрификации у Ленина); ставился он и некоторыми из наших противников. Между прочим, в этой связи можно упомянуть об одной работе //. //. Маслова \ именно о выпущенной им в 1918 г. книге "Итоги войны и революции" *. Маслов тогда стоял целиком на меньшевистской позиции и в указанной книге проводил меньшевистскую точку зрения. Само собой разумеется, он отрицал возможность социалистической революции у нас, и отрицание это в значительной мере обосновывал невозможностью решения проблемы новой техники при отсталости технико-экономического базиса нашей страны вообще. Вот что писал он тогда:

"Стоит только познакомиться с преобладающим типом предприятий в земледелии и в кустарном производстве, занимающем наибольшее число рук в индустрии, чтобы прийти к заключению, что революция не может ввести социалистического строя, пока капиталистическое производство не создаст для него материальные условия. Великая русская революция в первые годы только ОГАСО-лет индустрию от земледелия в деревне, отколет посредством капитализма, а социализм лишь "в более или менее отдаленном будущем" снова соединит их в гармоническое целое. Не отколовшись от земледелия в мелких хозяйствах, индустрия не может технически сформироваться в общественное производство, так как первобытная техника кустаря не может сохраниться, а изменение техники расколет полуземледельческое хозяйство. Творить же новые предприятия на новых технических ни чалах из ничего даже и революция не в состоянии, хотя она и обладает огромными творческими силами" **.

В этой цитате наиболее характерной и любопытной является последняя фраза, где автор мысль относительно невозможности

* Маслов П. Итоги войны и революции. М., 1918. ** Маслов П. I. е., с. 151. Подчеркнуто нами.

социалистической революции у нас связывает с мыслью о том, что нам неоткуда будет взять сил и средств для подведения иод свое хозяйство новой технической базы.

На какие средства можно подвести эту новую техническую базу - вот проблема. Эта, выражаясь современным языком, "проблема основного капитала" как раз и выдвигалась П. Мас-

ювым на первый план. А так как - но мнению Маслова-меныпевн-кл - ни о какой новой технике нечего и думать, то именно это

1ля него и являлось решающим аргументом, чтобы вообще отрицать социалистический характер пашей революции.

Отсюда следует, что вопрос о переводе нашего хозяйства на новые технические рельсы, проблема основного капитала, вплотную подводит к вопросу о характере нашей революции, к вопросу о возможности строительства социализма в одной стране. - словом, к ряду тех вопросов, которые сейчас являются предметом спора в нашей партии. Вот почему сейчас полезно будет оглянуться назад, вспомнить, что говорилось раньше относительно социалистической революции вообще, что говорилось о возможности социалистической революции в нашей стране. Такая историческая справка вытащит на свет божий целый ряд аргументов, которые помогут уяснить теперешние споры, обеспечивая возможность проследить идейные истоки взглядов той или иной спорящей стороны.

Здесь необходимо, хотя бы и очень коротко, остановиться па вопросе о "зрелости" современного и, прежде всего, мирового капитализма в той постановке этой проблемы, как она давалась большевиками. Общеизвестна истина, что исторический прогноз и тактика большевиков всегда покоится на определенном, совершенно объективном анализе положения вещей. Три рода явлений, которые связаны между собою и обусловливают друг друга, брались большевиками в расчет при решении вопроса о зрелости мирового капитализма. Это, во-первых, его техннко-экопомиче-екпн базис и его организационные формы. Во-вторых, соотношение классов, соотношение сил между рабочим классом, мелкой буржуазией и капиталистической крупной буржуазией. В-третьих, культурно-идеологическая зрелость пролетариата. Само собой понятно, что вопрос о культурно-идеологической зрелости пролетариата ортодоксальные марксисты ставили не с той точки зрения, что пролетариат может захватить власть лишь тогда, когда выработает свою собственную культуру, выдвинет кадр необходимых административных сил, нужных для управления государством, и т. д. Так ставил вопрос А. А. Богданов. Это по его теории пролетариат не может завоевать власть, пока ие усвоит принципов "всеобщей организационной пауки", не проникнется взглядами всеобъемлющего учения о пролетарской культуре. Само собой разумеется, что при таком подходе, как у Богданова, вопрос о зрелости капитализма едва ли когда-нибудь получил бы положи-тельное решение. Но у большевиков подход был иной, н с точки зрения этого подхода общая зрелость капиталистических отношений для перехода их в социалистические не подлежала никакому сомнению. Большевики выдвигали здесь положение о последней империалистической фазе капитализма, о достаточной степени централизации и концентрации капитала, об особых организационных формах капитализма (финансовый капитал, капиталистические монополии, банковые консорциумы и т. д.), рассматривая самый факт мировой империалистической войны как доказательство зрелости капиталистических отношений, потому что сама империалистическая война есть не что иное, как выражение громаднейшего конфликта между ростом производительных сил и их капиталистической оболочкой, ставшей уже тесной для более или менее нормального развития этих производительных сил в дальнейшем.

Само собой разумеется, что при оценке мирового капитализма большевики вовсе не исходили из признания, если так можно выразиться, сплошной зрелости капитализма и вовсе не предполагали, что в каждом географическом пункте земного шара степень централизации и концентрации капитала, степень концентрации рабочего класса и т. д. и т. д. всюду одинаковы и достаточны для перехода к социализму. Наоборот, в лице Ленина большевики выдвинули положение о так называемом "законе неравномерности капиталистического развития" 3. Этот закон имеет своей базой разнородность структур капитализма по странам. Этот закон выдвигает и то обстоятельство, что есть строгое различие между центрами капиталистической экономики и колониальной периферией этой же экономики, что зрелость капитализма в целом, как капитализма мирового, вовсе не предполагает совершенно одинаковой высоты капиталистического развития в разных странах, одинакового темпа развития и т. д. Этот ленинский закон неравномерности капиталистического развития и был теоретическим обоснованием подхода большевиков к вопросу о зрелости мирового капиталистического хозяйства, о степени его подготовленности к переходу в хозяйство социалистическое, о мировой революции как сложном и длительном процессе, который может начаться даже в одной стране.

Так ставили вопрос большевики. Иначе подходили к нему противники большевизма. При этом должно быть отмечено, что их (противников) аргументация в "доказательство" незрелости капиталистических отношений имела целый ряд вариантов. Имеется целый ряд критических позиций, направленных против большевиков и долженствующих опровергнуть большевистский тезис относительно зрелости капиталистических отношении в современном мировом хозяйстве. Одни говорят, что экономически капитализм еще не созрел; другие говорят, что он экономически созрел, но в результате мировой войны и в результате того обнищания, которое наступило за время войны, он перестал служить достаточной базой для перехода на рельсы социалистической революции. Наконец, третьи выдвигают ряд особо "оригинальных" соображений, указывая на культурную незрелость пролетариата, нпгирый не может в силу этого решить задачу мировой революции.

Первый тип критики большевизма, критики с точки зрения экономической незрелости капиталистических отношений, наиболее чрко представлен в работах Генриха Кунова 4. В одной из своих брошюр, написанной в оправдание голосования 4 августа 1914 года в германском рейхстаге, он развивал примерно такую концепцию. Он говорил, что думать о переходе к социалистическому строю сейчас - значит заниматься пустыми иллюзиями и утопией. Маркс сказал, что ни одна хозяйственная форма не перестает жить, прежде чем она целиком и полностью не осуществит всех своих возможностей, пока она не исчерпает всю себя до конца. Возьмите те страны, говорил Кунов, где недостаточно еще развит капитализм: возьмите рынки, которые не целиком еще наполнены капиталистическим товарным содержанием; возьмите некоторые страны, где капитализм стоит еще в начале своего развития,- и вам станет совершенно ясно, что капитализму предстоит развиваться еще огромное количество времени. А после войны, так утверждал Кунов, благодаря частичному уничтожению производительных сил, получается еще возможность добавочного развития капиталистических отношений, потому что, поскольку производительные силы капитализма во время войны подверглись определенному разрушению, постольку даже та сеть рынков, которая и без того была велика, будет по отношению к разрушенным производительным силам еще более велика; поэтому нелепой, утопичной, антимарксистской является мысль относительно перехода общества в ближайший период на социалистические рельсы.

Здесь все так недвусмысленно и ярко, что нет нужды привлекать других критиков, идущих по той же линии; достаточно будет лишь упомянуть о другом, па этот раз русском, марксистском, или полумарксистском, литераторе, А. А. Богданове. В одной из своих работ, именно в брошюре "Вопросы социализма", он писал: "В подтверждение (необходимости и возможности перехода к социализму.- Н. Б.) указывают на гигантский рост именно тех отраслей, которые производят средства производства. И вот если взять мировое производство тех же двух основных материалов по всей промышленности - чугуна и угля и, основываясь па их цепе, оплате рабочей силы и приблизительной норме ее эксплуатации, вычислить, какая доля всей трудовой энергии, находящейся в распоряжении человечества, кристаллизуется в огромной годовой массе этих продуктов, то окажется около 2-2 /2 и отнюдь не более 3%. Результат, в котором как будто нет ничего подавляющего" *.

Приведя эти свои 2- 21/2% в производстве чугуна и угля, А. А. Богданов тем самым считает доказанным положение о такой фазе развития капиталистических отношений, при которой нечего и думать о том, чтобы ставить себе какие-то задачи перехода на рельсы социалистической революции и на рельсы непосредственного социалистического строительства.

Едва ли такая критика может всерьез быть принятой за критику марксистскую: это не больше, как карикатура на марксизм **. Ибо "критики" исходят здесь из крайне упрощенного, отнюдь не диалектического, представления о предпосылках гибели капитализма. По их мнению, капиталистическая форма производства погибнет только тогда, когда она целиком (или почти целиком) вытеснит другие формы производства. Между тем в действительности капиталистический способ производства гибнет гораздо раньше, ибо он гораздо раньше развивает свои внутренние противоречия, делающие нестерпимым и объективно невозможным его дальнейшее существование (ср., например, мировые войны. "Эпоху войн и революций"). Равным образом, "критики" исходят из такого положения, что материальная зрелость капитализма должна быть такова, чтобы после захвата власти налицо был почти готовенький социализм, охватывающий целиком и сразу все общество. Между тем в действительности речь идет лишь об отправных пунктах движения, о возможности дальнейшего строительства. У "критиков" исчезает почти весь переходный период, который есть период развития социалистических хозяйственных форм среди форм несоциалистических. Их ("критиков") кажущийся радикализм есть оборотная сторона их глубочайшего оппортунизма. Едва ли есть нужда дольше задерживаться на этой породе критиков: приведенного достаточно, чтобы перейти к другой группе возражений.

Эта последняя в общем виде примерно может быть изображена таким образом: социализм, конечно, созрел, капитализм уже создал внутри себя производительные силы, которые могут поставить в порядок дня вопрос о социалистическом перевороте, но война все разрушила, и теперь приходится брать уже иной гон, теперь нельзя ставить перед собой задачу социалистического переворота. Так ставит вопрос, между прочим, не кто иной, как Каутский \ который говорил относительно огромных разрушений войны и относительно того, что на базисе разрушенного войной капитализма строить социализм невозможно. Но были и русские социал-демократы, которые точно так же ставили вопрос,- например, так ставил его очень известный русский меньшевик Ли-<><рь. В предисловии к своей брошюре, изданной в Харькове в 1919 г. иод названием "Социальная революция или социальный распад", он, не преминув сообщить, что, "к сожалению", им потеряны прежние рукописи в то время, когда ему пришлось скрываться от "коммунистических охранников", выдвигает такие рассуждения: "Основные, "пессимистические" положения, разви-"ые в настоящей лекции, защищались мною в еще "медовые" месяцы нашей революции. Уже с первых дней русской революции для меня были ясны черты гнилостного ее распада, вызванного войной, и перебегающие болотные огоньки ни на один момент не казались мне революционными маяками" *. Это, долженствующее быть поэтическим, описание содержит такую политическую мысль: что вы, большевики, говорите о каком-то социализме, о международной революции и пр. вещах? Что вы ставите это в порядок дня? На самом деле то, что происходит, есть ие процесс революционного движения общества вперед, а есть процесс гнилостного распада, вызванного войной.

В третьей главе этой своей брошюры, расписывая "анархию", появившуюся в результате войны, в главе, названной "Грядущие перспективы и задачи", автор прямо заявляет, что его точка зрения приложима не только к России, но ее "чохом", так сказать, можно применить и ко всему миру: "Из всего, что я сказал, ясно, что социализма теперь нельзя осуществить" **.

Не трудно увидеть, что эта аргументация исходит из оппортунистической предпосылки о "безболезненном" переходе от капитализма к социализму. В полном противоречии с революционной теорией Маркса, который предсказывал рождение социализма среди катастроф ("Zusammenbruchstheorie"). неизбежно связан-

* Л ибер М. И. Соц. рев или соц. распад. Харьков, 1919, предисловие-Подчеркнуто нами. ** Там же, с. 57.

ных с разрушением производительных сил, "критики" исходят из возможности поистине идиллического хода событий. С другой стороны, разбираемая аргументация связана также с арифметическим представлением о предпосылках социалистического строительства: она предполагает, что отступление от определенной грани в развитии материального остова производства уже тем самым делает сразу невозможным переход к социализму. Изменяющееся соотношение классовых сил, воспитание и самовоспитание пролетариата в его боях и т. д.- все это не принимается во внимание. Нечего и говорить о том, что эмпирическая проверка этого положения, т. е. весь последующий ход событий, целиком опровергли рассуждения оппортунистов, которые просто-напросто убегали от решений задачи, как убегали от революции вообще.

Третья группа возражений, в форме самого ходового товара, была представлена в виде теории, которая должна была доказать, что пролетариат вообще не может взять власть, поскольку он является арифметическим меньшинством населения. Взятие власти, диктатура пролетариата, захват власти политической партией рабочего класса, строительство социализма, переход от капиталистического общества к социалистическому предполагает обязательно, по мнению этих критиков - социал-демократов, большинство, принадлежащее пролетариату. Этот вопрос очень подробно обсуждался в большевистской литературе, и останавливаться на нем здесь едва ли есть необходимость. В частности, широко известны аргументы, которые в этом вопросе направлял против Каутского тов. Ленин.

"...Главный источник непонимания диктатуры пролетариата со стороны "социалистов" (читай: мелкобуржуазных демократов) II Интернационала,- писал Ленин,- состоит в непонимании ими того, что государственная власть в руках одного класса, пролетариата, может и должна стать орудием привлечения на сторону пролетариата непролетарских трудящихся масс, орудием отвое-вания этих масс у буржуазии и у мелкобуржуазных партий" 7 *. Вполне возможно такое конкретное сочетание общественных сил, когда пролетарское меньшинство населения может руководить массой мелкой буржуазии. С другой стороны, возможно и такое аристократическое перерождение известных слоев пролетариата, имеющего большинство в стране, когда пролетарская революция крайне затруднена **. Таким образом, только шаблонное, вульгарное, неконкретное, недиалсктическое отношение к вопросу может

* Ленин. Выборы в Учр. собрание и диктатура пролетариата Собр. соч., т. XVI. с. 447.

** См. по этому поводу замечательно интересные соображения у Ленина. Ленинский сборник III, с. 493-494.

привести к социал-демократическому взгляду на невозможность переворота при пролетарском меньшинстве.

Оригинальный вариант теории о незрелости самого пролетариата представляет точка зрения А. Богданова. У Богданова имеется, как известно, особая теория вызревания социалистических элементов в недрах капиталистического общества. Согласно этой теории дело обстоит так, что только тогда рабочий класс может поставить перед собой задачу завоевания власти для социалистического строительства, когда он будет уже иметь в своем распоряжении подготовленный кадр людей, могущих решать самые сложные задачи социалистического строительства. Аргументация Богданова довольно проста. Он берет, скажем, такой вопрос, как вопрос плана, и говорит: построить план социалистического хозяйства есть задача колоссально сложная. А если поставить задачу мировой организации социалистического общества, то трудность возрастет неизмеримо. Преодолеть эту трудность без соответствующих культурно-организационных предпосылок невозможно. А так как этих предпосылок еще нет налицо, то, само собой разумеется, невозможна и постановка на очередь дня самой задачи социалистического строительства.

Ввиду особой оригинальности позиции А. А. Богданова, приведем наиболее характерные места полностью. На с. 38 своей брошюры "Вопросы социализма" автор пишет:

"Планомерная организация человечества предполагает обобщение и обобществление организационного опыта, его кристаллизацию в научной форме. Если этого нет, значит - еще не назрели исторические условия для решения задачи. Оно невозможно, как невозможна была бы система машинного производства, без естественных и технических наук, обобщающих и обобществляющих технический опыт".

И далее, на с. 68:

"Культурная несамостоятельность пролетариата в настоящее время есть факт основной и несомненный, который надо честно признать и из которого следует исходить в программе ближайшего будущего. Культура класса - это вся совокупность его организационных форм и методов. Если так, то какой злой иронией или каким детским неразумием представляются проекты немедленно навязать пролетариату дело самого радикального, невиданно сложного и трудного во всей истории организационного переустройства в мировом масштабе! И это тогда, когда гак часто на наших глазах распадаются и рассыпаются - нередко даже не от внешних ударов - его собственные организации".

В известном смысле не менее интересную точку зрения и очень близко стоящую к позиции А. Богданова развивал в те годы В. Базаров. Базаров исходит примерно из тех же предпосылок, что и Богданов, по более конкретно и отчетливо формулирует свои выводы. На этих выводах, минуя их аргументацию, общий характер которой только что отмечен, и следует остановиться. Во г как они формулированы автором. Анализируя западноевропейские фермы государственного капитализма, В. Базаров умозаключает:

"Ввиду всего сказанного выше, нам представляется совершенно невероятным, чтобы рабочая партия в сколько-нибудь близком будущем смогла использовать эту новую форму буржуазного строя, как орудие для создания подлинно социалистического, свободно планомерного хозяйства. Единственно доступной для нее в данных условиях задачей является задача, формулированная германскими оппортунистами: превращения хозяйства, основанного на извлечении прибыли, "в государственную хозяйственную организацию, рассчитанную на обслуживание потребления" в "Bedarfsdeckungs\virtschaft", как гласит неуклюжий термин новейшего изобретения" *.

Сделав поправку против оппортунистов в смысле необходимости международного характера этой организации - госкапитализма, автор приходит к такому итоговому выводу:

"...Дело идет здесь об очень обширной и сложной организации. Но так как она нисколько не порывает с основами принудительной, буржуазно-демократической государственности, так как, с другой стороны, общие контуры этой организации уже начинают вырисовываться в стихийных процессах переживаемого нами времени,- то здесь перед современной демократией встает проблема, которую нельзя признать принципиально для нее непосильной. От того, сумеет ли пролетариат проявить надлежащую инициативу и сплотить вокруг себя прочие демократические элементы, заинтересованные в успешном разрешении указанной задачи, зависит ход всемирной истории в течение ряда ближайших 10-летий, а может быть, и столетий" **.

Словом, этот базаровский аргумент о некультурности рабочего гласит: дай бог нам, по следам германских оппортунистов, поддерживать государственно-капиталистические организации, заправилами которых является буржуазия; где уж там социализм строить! На десятилетия, а то и на целые столетия, пролетариату придется довольствоваться весьма остроумным занятием: поддерживать капиталистический строй в его самом концентрированном виде ***.

с 91_*22,"T/ЮЛ В' (Руднев)- На п>T к социализму. .Харьков, 1-е изд., 1919, ** Там же, с. 22.

*** Считаем нужным напомнить читателю, что такая характеристика базаров-скои точки зрения имеет в виду только соответствующий период времени

Богдановско-базаровская "теория" культурно-организационного вызревания пролетариата в лоне капиталистических отношений насквозь неверна, противоречит основным фактам развития рабочего класса, насквозь идеалистична. Она неверна потому, чго предполагает возможность для пролетариата, класса эксплуатируемого, угнетенного экономически, политически и культурно, "созреть" в рамках капитализма настолько, чтобы сразу оказаться готовым управлять всем обществом и иметь в своих рядах силы, решающие самые сложные задачи строительного периода. Ьогданов и Базаров не понимают всей принципиальной разницы между пролетарской и буржуазной революцией, между вызреванием капитализма в рамках феодального строя и вызреванием социализма в рамках строя капиталистического. По этому Поводу мы в свое время писали:

"В рамках капиталистического строя пролетариат создает гениальнейшие намеки грядущей культуры, замечательные возможности дальнейшего культурного развития челоЕ*ечества; но в этих рамках он, культурно угнетенный класс, не может развить их настолько, чтобы подготовить себя к организации всего общества.

Он успевает подготовить себя к "разрушению старого мира". "Переделывает свою природу и вызревает он как организатор общества лишь в период своей диктатуры" *.

Теория Богданова - Базарова неверна, следовательно, и потому, что она предъявляет слишком большие требования для захвата власти, и потому, что она не понимает значения переходного периода как периода культурного вызревания пролетариата. Если бы основания богдаповской теории были верны, то задача пролетарской революции была бы так же неразрешима вообще, как задача квадратуры крута или perpetuum mobile.

В таких формах выражалась критика большевизма по вопросу относительно зрелости международного капитализма, относительно зрелости мирового хозяйства. Что же касается самого большевизма, то в этом отношении он был един и монолитен: внутри нашей "партии по этому вопросу, но вопросу о зрелости капиталистических отношений мирового хозяйства, никогда никаких разногласий не было. Все оттенки, все течения, все направления внутри нашей партии по отношению к этому вопросу не выказывали скептицизма, ни одно выступление из среды большевиков не оспаривало положения о зрелости капитализма для социалистического переворота в международном масштабе, в первую очередь в так называемых передовых странах Европы.

* См.: Бухарин Н. Буржуазная революция и революция пролетарская: Сборник "Атака", 1-е изд., с. 232.

Но совсем иначе обстоит дело, если мы возьмем другой вопрос, именно вопрос о зрелости капиталистических отношений в России: ответ на этот вопрос уже звучит разноречиво не только тогда, когда мы берем различие между большевиками и социал-демократами, эсерами и др. соглашательскими партиями; этот вопрос ставился по-разному и по-разному решался и внутри нашей собственной партии. И теперь он ставится тоже по-разному. Ибо вопрос о возможности построения социализма в нашей стране есть не что иное, как вопрос о характере нашей революции. В такойформулировке он поднимался уже не однажды.

Здесь точно так же будет не безынтересно и совсем не бесполезно предварительно выслушать и мнения противников из соц иал-демок ра ти чес кого лагеря.

Застрельщиком в борьбе против большевиков вокруг вопроса о характере нашей революции выступил, сперва очень мягко, потом по-ренегатски и, наконец, совершенно как контрреволюционер, известный папа социал-демократии, Карл Каутский. В ранних своих брошюрах он выступал сравнительно умеренно. Например, даже в брошюре, против которой полемизировал т. Ленин , Каутский еще был на грани приличия, но и тогда он служил объективно роль лакейского идеологического подпевалы буржуазии *. В своих работах Каутский ставил вопрос о характере нашей революции довольно точно, ясно и определенно. В объемистой книге, носящей название "Пролетарская революция и ее программа", он прямо заявляет, что наша революция имеет в себе типичные черты революции буржуазной. С ней, собственно говоря, иначе и быть не может, так как эта революция происходит в стране, капиталистическая незрелость которой - факт общепризнанный. Еще у Маркса сказано, повествует старый начетчик, что никакое новое общество не может родиться раньше, чем старое не разовьет всех своих производительных возможностей. Л стало быть, и социализм невозможен, раз преды-

В этом отношении крайне интересен один отзыв, данный небезызвестным доктором Паулем Шиманам в брошюре, которая была издана "Генеральным секретариатом Лиги для изучения и борьбы с большевизмом" и которая пост совершенно специфическое название "Азнатпзацня Европы". Этот Пауль Шичаи пишет но поводу выступления Каутского буквально следующее: "Самым лучшим (по-немецки сказано еще сильнее: "das weitaus Beste.) и самым убедительным, что с социально-политической точки зрении было наннсано о большевизме, является брошюра Каутского "О диктатуре пролетариата" (К). А почему это "самое лучшее н убедительное", Шимаи подкрепляег своей оценкой большевизма пишет по поводу большевизма: "Духовная смерть, внутреннее окостенение человечества, которое было свойственно народам Азии в течение тысячелетий стоит теперь призраком перед воротами Европы, закутанное в мантию клочков европейских идеи. Эти клочки обманывают сделавшийся слепым культурный мир Ьольшевизм приносит с собой азиатизацию Европы" (Schiemann Paul.'Die Asiati sienmg Enropas, 1919. S 8, 9).

душа я стадия общественного развития не закончена, раз старое общество еще не исчерпало себя до конца. Вооружившись так, он лихо начинает прямую атаку против большевиков, которые, с его точки зрения, очень увлеклись ролью повивальной бабки, но выполняют ее крайне неуклюже, ибо понукают родильницу разрешиться от бремени гораздо раньше, чем зло ей полагается по законам природы. В сущности, большевики вовсе не акушеры, а просто шарлатаны-знахари, которые только рекламируют себя, как прошедших курс обучения в школе революционного акушерства, в школе Маркса. В действительности они к ней (школе Маркса) никакого касательства не имеют. У матушки-Руси вовсе не роды социализма: она просто объект экспериментов со стороны большевистских мошенников.

Словом, капитализм в России отсталый, недозрелый, а потому не здесь и социализм нужно строить,- так наставительно заключает одна из энциклик социал-соглашательского папы *.

Наряду с папой-Каутским необходимо рассмотреть точку зрения, занимаемую но данному вопросу Отто Бауэром '\ который по справедливости может быть почтен за прелата социал-соглашательства. Нужно сказать, что прелат оказался куда об дел истее н изворотливее папы: точка зрения О. Бауэра и хитрее, и остроумнее позиции Каутского.

Его постановка вопроса такова. Он ни капли не отрицает, что в России -диктатура рабочего класса. Он ни капли не отрицает, что наша партия взяла власть, как партия городского рабочего класса. Он говорит, что диктатура пролетариата у нас, правда, в других формах, чем в Западной Европе, но она необходима, и она есть. В Западной Европе она была бы в форме демократии, а в России она приобрела совершенно особую форму, форму "пролетарского деспотизма". У пас "деспотизм", но все же пролетарский. Но долго он не может удержаться. Его историческая задача заключается в том, чтобы всеми правдами и неправдами пробудить к культурной жизни большинство населения нашей страны; а большинство населения - это и есть мужик. Пробуждая к культурной жизни крестьянские миллионы, "пролетарский деспотизм" (диктатура пролетариата) своими собственными руками растит ту политическую силу, которая его столкнет. Как только этого крестьянина достаточно взрастит дик-гатура пролетарского меньшинства, так сейчас же он скажет: "Убирайся!". Тем самым будет выполнена историческая миссия "пролетарского деспотизма", и тогда наш народ дозреет до на-с i оя щей де м ок ра ти и.

* См.: Kautskij Karl. Die proletarische Revolution und ihr Programm, Ver. Diet/.. 2. Aufl.. S. 7o, 90.

Две следующие цитаты достаточно характеризуют позицию Бауэра. Он пишет: "В России, где пролетариат составляет только незначительное меньшинство нации, он может утвердить свое господство только временно. Он должен неизбежно (muss) вновь потерять его, как только крестьянская масса нации сделается достаточно зрелой в культурном отношении для того, чтобы самой взять власть в свои руки" *. "Временное господство индустриального социализма в аграрной России есть только пламя, которое призывает пролетариат индустриального Запада к борьбе. Только завоеванием политической власти со стороны пролетариата индустриального Запада можно обеспечить длительное господство индустриального социализма"**.

За исключением Каутского и Бауэра, некоторый интерес представляет еще позиция Парвуса" и Штребеляп. Брошюра первого ("Рабочий и социализм и мировая революция - письма к немецким рабочим") содержит столько клеветы на нашу революцию, что более подлое произведение едва ли можно встретить: перлы лжи Каутского ничто в сравнении с махинациями обделистого Парвуса. Даже свою позицию 1905 года он излагает так, как будто он вовсе не говорил о социалистической революции, а говорил лишь о рабочей демократии в стиле демократии... австралийской! Разумеется, всякому попятно, что здесь налицо желание вымолить у буржуазного общественного мнения Европы извинение за грешки далекой юности,- для этого и понадобился г. Иарвусу австралийский плащ.

Наша революция, с точки зрения этого подлейшего из ренегатов, пн больше им меньше, как оккупация страны дезертировавшей солдатской чернью.

"Для осуществления социализма нужна определенная степень развития индустрии и зрелость рабочего класса" ***. Ни того, ни другого в России нет и в помине, а потому пет для нее и возможности осуществления социалистической революции, возможности строительства социализма. Историческая миссия большевиков - послужить мостом, по которому к власти придет какой-нибудь цезарь, бонаиарт или кто-нибудь другой, по в том же роде. Таков клеветнический "итог", который подводит нашей революции разудалый купчик-Парвус, ие раз пытавший счастье сбыть подмоченный товаришко на нашем политическом базаре.

Что касается до последнего упоминаемого нами автора Штре

Л %auer <)tto; Bo'schewismus "der Sozialdcniokratic. 3. Aufl. Wien, 1921. S. 7. ** Там же. Здесь не трудно подметить удивительное сходство позиции Ьауэра со взглядами тов. Троцкого. Но об этом ниже.

*** Parvus. Der Arbeitersozialisnms und die Weltrevolutiou. Briefe an die deu-tschen Arbeitcr. Berlin, 1919, S. 15.

беля, то он попытался свои взгляды на нашу революцию развить в целую теоретическую "систему".

В брошюре, носящей характерное название "Не насилие, а организация", Штребель, рассуждая о "сущности русской революции", заявляет, что было бы совершенным вздором говорить о коммунистической пролетарской революции, ибо основным фактом нашей революции является укрепление частной собственности крестьянина, а укрепление частной собственности крестьянина и есть то, что все решает, что определяет характер этой революции. Кто этого не понимаем тот не марксист, тот "ком-иародник",- выражаясь современным языком, и т. д. В итоге Штребель и сводит большевизм к бакунизму.

"Если большевики и воображали,- пишет Г. Штребель,- что русских крестьян можно пропагандой (Zurtden) и принуждением завоевать на сторону действительного коммунизма и коммунистического способа производства, то они доказывали лишь вновь, что они обретаются в плену типичных представлений старого русского революционаризма, которые составляют специфическую сущность бакунизма" *.

"Крестьяне... представляют, ио крайней мере, семь восьмых всего населения Советской России. Вес их числа к их хозяйственного значения решает в конце кониов судьбу революции вообще! Сколько фантастики и сколько фанатической веры в чудеса нужно в таких условиях иметь, чтобы считать русскую революцию за революцию коммунистическую по ее внутреннему характеру и по ее конечному результату!" **

Не социализм строят русские большевики, а унаваживают почву для расцвета нового капиталистического строя,- таков итог анализа нашей революции, данного международной социал-демократией. В России - незрелые капиталистические отношения, это - полуазиатская страна, соответствующие классовые отношения которой находят свое выражение в колоссальном числовом перевесе крестьянства; пролетариат плавает, как муха, в крестьянском молоке, и этот пролетариат-муха, поставленный перед слоном-крестьянином, ие может проделать никакой коммунистической революции. Гиря крестьянства тянет все сильнее, та гиря и решает вопрос о характере русской революции. И какие бы маскарадные костюмы ни надевали на себя активные деятели русской революции, какие бы лозунги пи выдвигали, что бы ни придумывали,- все равно: в конце концов, так или этак, вопрос будет решать крестьянство. Единственный смысл всей

* Strbbel Heinrich. Nieht Gewalt, sondern Organisation. Berlin, 1921. Verl. "Der Гчгп", S. 12. ** Там же, с. 13.

революции есть укрепление частной собственности крестьянства. Объективный смысл крестьянской революции есть не что иное, как раскрепощение крестьянства от феодальных пут. Это и определяет буржуазный характер русской революции. Таков "отзыв" международной социал-демократии.

Теперь нелишне будет взглянуть на наших соотечественников, русских меньшевиков. Они рассуждали тоже примерно так, как рассуждали их западноевропейские коллеги. Возьмем такого классика русского меньшевизма, как Георгий Валентинович Плеханов, который теоретически был наиболее последовательным. В свойственном ему стиле, с "книжной простотой" оценивая характер нашей революции, он писал: "Маркс прямо говорит, что данный способ производства никак не может сойти с исторической сцепы данной страны до тех пор, пока он не препятствует, а способствует развитию ее производительных сил. Теперь спрашивается, как же обстоит дело с капитализмом в России? Имеем ли мы основание утверждать, что его песенка у нас спета, т. е. что он достиг той высшей ступени, па которой он уже не способствует развитию производительных сил страны, а, наоборот, препятствует ему. Россия страдает не только от того, что в ней есть капитализм, но также от того, что в ней недостаточно развит капиталистический способ производства. И этой неоспоримой истины никогда еще не оспаривал никто из русских людей, называющих себя марксистами" *. Л в открытом письме петроградским рабочим от 28 октября 1917 г. Г. В. Плеханов приводил и другие аргументы. Он писал: "В населении нашего государства пролетариат составляет не большинство, а меньшинство. А между тем он мог бы с успехом практиковать диктатуру только в том случае, если бы составлял большинство. Этого не станет оспаривать ни один серьезный социалист" *?*.

Или вот мнение по этому же вопросу уже упоминавшегося П. П. Маслова, бывшего в то время ортодоксальным меньшевиком: "Рабочий класс в России не может взять на себя организацию производства, потому что он представляет собою меньшинство населения страны. Другие классы даже численно значительно преобладают" ***. Или в другом месте: "Происходящая революция, будучи буржуазной революцией, т. е. сохраняющей все основы капиталистического строя, может вместе с тем быть - и неизбежно будет - социальной революцией, которая повлечет значительный сдвиг экономических отношений не в сфере организации производства, а в сфере распределения нацнональ-

* Плеханов Г. В. Год на родине. Полное собрание статей и речей 1917- 1918 гг.: В 2 т. Париж: Изд-во Поволоцкого и К". 1921, т. 1, с. 26. ** Там же, т. 2, с. 246. *** Маслов П. I. с. с. 143.

ных доходов между разными классами" * (т. е. рабочие будут немножко больше получать, а крестьяне будут немножко меньше облагаться налогами и т. д.).

Так писали столпы меньшевизма, лучшие меньшевистские идеологи, еще в начале революции, давая характеристику этой революции как революции необходимо и неизбежно буржуазной.

Отсюда понятно, что по мере того, как все дальше и дальше шла развязка событий, как все прочнее и прочнее становилась власть большевиков, как все тверже и тверже чувствовал себя авангард пролетарской диктатуры, в конце концов должна была зазвучать - и, действительно, все настойчивее и настойчивее стала звучать - нотка о неизбежности большевистского перерождения, •f

Если сначала резче и громче звучала пота о неизбежной неудаче, о гибели большевиков, то во второй период, поскольку большевики уже закрепились у власти, все громче и громче зазвучало другое: большевики удерживаются, но большевики уже не те; большевики укрепляются, но они перерождаются под влиянием крестьянской стихии. Иначе и быть не могло: кто пришлет буржуазный характер за нашей революцией, тот, естественно, до укрепления Советов должен был вопить о неизбежной неудаче пролетарского переворота, а после укрепления неизбежно должен был заговорить о перерождении.

Эту нотку необыкновенно хорошо выразил Далин 12, один из видных меньшевиков вообще, один из теоретиков вымирающего меньшевизма - в частности. В своей книге "После войн и революций" он пишет: "Нужно понять смысл событий, нужно сорвать маскарадные одежды. Нужно смыть краски и белила; судить не по словам, а по делам; не но намерениям, а по итогам. Нужно понять объективный смысл революции" **. А этот "объективный" смысл революции вот в чем: "Та революция, которую переживает Россия вот уже пятый год (писано в 1922 году.- П. Б.), с самого начала была и остается до самого конца буржуазной революцией" ***. Ставится вопрос: "Почему таков итог коммунистической революции?" И дается ответ: "Потому, что интересы крестьянства решали судьбу всей политики" ****.

В этом же отношении интересна позиция уже цитировавшегося нами Л ибера, этого махрового правого меньшевика. Вот что писал "Либер в той же брошюре, обобщая свои мысли о невозможности социализма в России: "...для нас, "непереучивших

* Маслов //. I. с, с. 142. ** Далин Д. После воин и революций. Берлин: Изд-во "Грани", 1922, с. 10. *** Там же, с. 7. **** Там же, с. 13.

ся" социалистов, не подлежит сомнению то, что социализм, прежде всего, может быть осуществлен в тех странах, которые стоят на наиболее высокой сгупени экономического развития,- Германия, Англия и Америка - вот те страны, в которых прежде всего есть основание для очень крупных победных социалистических движений (это в Америке-то "прежде всего" "есть основания для очень крупных победных социалистических движений"! - Н Б.). Между тем с некоторого времени у нас развилась теория прямо противоположного характера. Эта теория не представляет дли нас, старых русских социал-демократов, чего-либо нового; эта теория развивалась русскими народниками в борьбе против первых марксистов" *. Значит, большевизм это есть народническая теория, в борьбе с которой развивался русский марксизм. (Как тут не вспомнить "новейшие" упреки в "ком-народничестве"!) Но и этого недостаточно нашему "мыслителю". Нужна еще более компрометирующая марка для представителей большевизма. Народников г. Либеру маловато. Поэтому он "углубляет" постановку вопроса и пишет: "Эта теория (большевистская теория.- И. Б.) очень старая; корни ее - в славянофильстве" **.

' Своеобразно, но в том же основном стиле решал вопрос о характере нашей революции А. Богданов. Большевики захватили власть, использовав слабость буржуазии после войны, которая (буржуазия) обанкротилась. Захват власти, осуществленный при помощи солдатчины, ни в какой мере ие является началом социалистической революции: пролетариат еще не дозрел до социализма, а крестьян - большинство. Поэтому-то государство, которое создают большевики, отнюдь не есть государство пролетариата. Это государство технически-организаторского слоя, интеллигенции, которая сложилась теперь, как класс. Гели даже в субъективные намерения большевиков и не входило создание такой власти, то объективно их роль сводится к строительству

* Л ибер М. И. I. с. с. 16.

** Там же, 1. с, с. 17. Читатель видит, что г. Л ибер искажает большевистскую постановку вопроса, смешивая вопрос о том, кто раньше "начал", с вопросом о высоте типа революции. Империалистический фронт был прорван у нас раньше, и пролетариат захватил власть раньше, что в значительной мере обусловливалось слабостью российской буржуазии. С другой стороны, строить нам труднее из-за технико-экономической отсталости страны. Все это не раз разъяснилось в большевистской литературе. Отметим также, что "новейшие" рассуждения о "национальной ограниченности" имели своих славных предшественников в рассуждениях Штребеля, Лнбера и Ки. "Славянофильство" большевиков - это даже будет покрепче! Если г. Либер зачисляет большевиков в лоно славянофилов, то г. Чернов 15 обвиняет нас в планировании идей т. н. "максималистов". "Русские народники-максималисты пророчески предвосхитили в своих фантазиях едва ли не все крупнейшие большевистские эксперименты" (Чернов В Конструктивный социализм. Прага, т. 1, с. 162).

оригинального государства во главе которого стоит новый класс, окончательно сконсолидировавшийся в огне революции. Подвергаясь чиновничьему, бюрократическому перерождению, выходцы из пролетариата сами превращаются в составные части этого нового класса. Объективная невозможность социализма и здесь сказала свое решающее слово, вопреки субъективным иллюзиям самих агентов ревотюиионпого процесса.

Заслуживает быть отмеченным, что и Базаров, который не раз выступал литературным близнецом Богданова, не мог согласиться на признание социалистического характера пашей революции. В качестве социалистической наша революция выступает, по его словам, лишь в большевистских декларациях, в действительности же целая пропасть разделяет эти декларации и действительность, пропасть, иа заваливание которой у пролетариата уйдет не одна сотенка лет *.

Такова в общем оценка нашей революции в том виде, как она дается русским оппортунистическим социализмом, в первую очередь меньшевиками. Она сводится к тому, что у нас не созрели капиталистические отношения; что в стране соотношение сил в высшей степени неблагоприятно для пролетариата: что характер русской революции определяется крестьянством: что тем или иным путем, через партию большевиков или помимо этой партии, по ее инициативе или против ее воли, с сохранением ее у власти и перерождением или с ниспровержением ее,- прокладывает себе дорогу новый капитализм, опирающийся на крестьянское большинство нашего населения. Такова социал-демократическая теория ио вопросу о характере нашей революции, или, что то же самое, о возможности построения социализма в нашей стране.

Этим исчерпана критика большевизма по данному вопросу, исходящая из небольшевистских рядов Очередь за критикой, идущей из тех групп и направлений, которые находятся внутри пашей партии.

Просмотр критиков этой последней категории целесообразнее всего начать с т. Троцкого, тем более, что критика Троцкого столь назойлива и криклива, что буквально у всех в зубах навязла. Здесь достаточно лишь напомнить два места, неоднократно приводившиеся в литературе, привести их с тем, чтобы сделать кое-какие сопоставления с критиками, только что разбиравшимися. Вот эти места из работ Троцкого: "Для обеспечения своей победы пролетарскому авангарду придется на первых же порах своего господства совершать глубочайшие вторжения не только в феодальную, но и в буржуазную собственность. При лом он придет во враждебное столкновение не только со всеми

См.: Ьизаров, I. с.

группировками буржуазии .. но и с широкими массами крестьянства, при содействии которых он пришел к власти. Противоречия в положении рабочего правительства в отсталой стране с подавляющим большинством крестьянского населения смогут найти свое разрешение только в международном масштабе, на арене мировой революции пролетариата. Взорвав в силу исторической необходимости ограниченные буржуазно-демократические рамки русской революции, победоносный пролетариат вынужден будет взорвать ее национально-государственные рамки, т. е. должен будет сознательно стремиться к тому, чтобы русская революция стала прологом революции мировой" *.

Это первое место из работ Троцкого, относящихся к 1922 г. (!) А вот второе место: "Вез прямой государственной поддержки (курсив наш.- Н. Б.) европейского пролетариата рабочий класс России не сможет удержаться у масти и превратить свое временное господство в длительную социалистическую диктатуру. В этом нельзя сомневаться ни минуты" **. Если дать себе труд сравнить то, что говорит здесь т. Троцкий, с тем, что говорил социал-демократ О. Бауэр,- то невольно отмечается необычайная близость, если не сказать полное совпадение этих точек зрения. Если т. Троцкий в 1922 г. не отрицал в России наличия пролетарской диктатуры, то и для хитрого Бауэра эта диктатура - тоже факт. Но с другой стороны, если хитрый прелат социал-демократического папского престола осторожненько вводит маленькое ограничение: диктатура-то пролетарская, но весьма и весьма недолговечная, и прочность ее стоит в прямой зависимости от государственной помощи западного пролетариата,- то и трибун революции Троцкий пи на йоту не отступает от Бауэра: он тоже (очевидно, из боязни впасть в грех национальной ограниченности) не допускает и мысли, что без прямой государственной поддержки российский пролетариат обеспечивает переход своего временного господства в длительную социалистическую диктатуру.

Как ни хитри, как ни верти, а сходство, скромно выражаясь, бьет в нос. Позиция Троцкого в вопросе о возможности построения социализма в нашей стране (или-что то же самое - в вопросе о характере нашей революции) есть ни больше ни меньше, как русский перевод бауэровского социал-демократического варианта. Вот почему и оказался возможным тот факт, что в борьбе с ленинским ЦК. русских большевиков т. Троцкий очутился в одной компании с приобретшим ныне печальную известность

* Предисловие к книге "1905 г.", 1922 г.

** Троцкий Л. Наша революция, нит. по кн. Бухарина "К вопросу о троцкизме" (Госиздат, 1925, с. 114).

ренегатом Коршем и его друзьями. Ведь сей почтенный муж, проповедью крестового похода на русскую революцию искупляю-щий свои грехи коммунистического падения, тоже узрел, осененный благодатью Каутского, буржуазно-крестьянский характер нашей революции и теперь вещает, что русские большевики взращивают ростки нового, американского типа, капитализма. Что же тут удивительного? Раз нет пролетарской государственной помощи с Запада, немудрено, что пролетарская диктатура начинает превращаться в "далеко не пролетарскую", немудрено, что она "сползает" с классовых рельс. Это ведь элементарно-простой вывод из бауэровско-троцкистских посылок...

Покончив на этом с Троцким, мы должны разобрать весьма своеобразный вариант "дружественной" критики ленинской точки фения на характер нашей революции: мы имеем в виду критику Ленина со стороны тт. Зиновьева, Каменева и др. в период Октябрьской революции; своеобразие этой критики сказалось п том, что указанные товарищи противопоставляли Ленину не (олько свою теоретическую "линию", но выставили "по-дружески" и политическую контрплатформу. Но предварительно необходимо остановиться на критике ленинской точки зрения, которую (критику) давал Каменев на Апрельской конференции 1917 г. Это сделать совершенно необходимо, ибо апрельская позиция Каменева, выявленная особенно четко в его содокладе на Всероссийской конференции, является идейным истоком и теоретическим обоснованием всей дезертирской октябрьской линии названных товарищей.

На Апрельской конференции в докладе Ленина и содокладе Каменева 4 ставился вопрос о характере начавшейся революции, о тех классах, которые могут быть и являются ее движущими силами. Конференция, намечавшая линию поведения партии на ближайший период,- а период этот был периодом развертывания революции,- ие могла не ответить на вопрос, какая же революция развертывается, только буржуазная или же перерастающая в социалистическую. И докладчик (Ленин) и содокладчик (Каменев) этот вопрос ставят и на него отвечают. При STOM Ленин задачу будущего, и будущего ближайшего, будущего ближайших месяцев, видит в том, чтобы "сделать первые конкретные шаги к этому переходу" (т. е. переходу на рельсы социалистической революции). Для Каменева же думать, подобно Ленину, что "эта революция не буржуазно-демократическая, что она приближается к социалистической",- думать так-значит впадать в "величайшее заблуждение". "Если бы буржуазно-демократическая революция закончилась, то этот блок (между рабочим классом и мелкой буржуазией.- Н. Б) не мог бы существовать, и перед ним никаких определенных задач не было бы, а пролетариат вел бы революционную борьбу против мелкобуржуазного блока. Совместная работа в этот момент была бы совершенно невозможна. И, однако, мы признаем... Советы как центры организации сил, следовательно, признаем, что есть задачи, которые могут быть выполнены союзом рабочих и крестьян. Значит, буржуазная революция еще не закончилась, еще не изжила себя, и я думаю, что все вы должны признать, что при полном окончании этой революции власть действительно перешла бы в руки пролетариата. Вот тогда бы наступил момент разрыва блока пролетариата с мелкой буржуазией и самостоятельное осуществление самим пролетариатом своих пролетарских целей. Я думаю, что должна быть одна из двух тактик: или перед пролетариатом стоят задачи, которые могут быть осуществлены только пролетариатом, и ни одна из общественных групп ему помочь не может,- и тогда мы разрываем блок и идем на осуществление тех идей, которые должны быть выполнены пролетариатом; или мы считаем, по условиям текущего момента, блок жизненным, имеющим будущее,- и тогда мы в этом блоке участвуем и строим нашу тактику так. чтобы этот блок не разорвать. Поэтому я говорю, что пролетарская партия должна выделиться в этом блоке и наметить ясно и точно свои собственные, чисто социалистически интернациональные цели. Мы идем с блоком и еще можем сделать совместно с ним несколько шагов. Я хочу, чтобы пролетарская партия действительно поступила так" *.

Здесь попутно разрешается и другой вопрос (вернее, другая сторона той же проблемы), вопрос о роли крестьянства в пролетарской революции, вопрос о том, может ли еще крестьянство быть использовано в качестве силы, способной помогать революции. Точка зрения Каменева здесь тоже ясна: ни о какой пролетарской диктатуре, которая бы шла вместе с крестьянством, не может быть и речи; ни о какой диктатуре рабочего класса, где пролетариат занялся бы строительством социализма вместе с крестьянством, руководя этим последним, не может быть и речи. Каменеву, наоборот, момент взятия власти пролетариатом, момент, с которого пролетариат может приступить к фактическому строительству социализма, представляется именно моментом разрыва блока с крестьянством. Не союз с крестьянством, а только борьба, и борьба непримиримая - вот что мерещилось Каменеву в начале революции.

Само собой понятно, что этот теоретический анализ нашей революции, эта оценка ее движущих сил и соотношений между рабочим классом и крестьянством, это утверждение невозмож

* Петроградская общегородская и Веероссийск. конференция РСДРП (б) в апреле 1917 г. Госиздат, 1925. с. 53.

ности рабоче-крестьянского блока при пролетарской диктатуре и т. д.- целиком и полностью определили позицию т. Каменева и его соратников в октябрьские дни. Каменев, оказавшись в оппозиции Ленину и большинству ЦК в октябрьские дни, в качестве последовательного человека, делал практические выводы из своей теории, развивавшейся им, в противовес теории Ленина, на Апрельской конференции. Другие, шедшие с ним, с последовательностью или без оной, тоже ничего иного не делали, как выводили следствия из первой "дружеской" попытки теоретической ревизии ленинизма. Ведь в самом же деле, если взятие власти пролетариатом означает обязательное столкновение с крестьянством, то нельзя принимать участие в правительстве диктатуры пролетариата, нельзя звать пролетариат на восстание, ибо разгром его предусмотреть можно с астрономической точностью. Отсюда и письма против восстания, отсюда и выходы из ЦК и СНК ,5.

Действительно, посмотрите, что составляет лейтмотив всех и всяческих документов, "обосновывавших" и "объяснявших" эти безобразные выходы и уходы, этот срыв партийной дисциплины, но бегство с поля битвы. Вот документ, подписанный, между прочим, и тов. Шляпниковым |6. "Мы стоим,- говорится в нем,- па точке зрения необходимости образования социалистического правительства из всех советских партий" (тогда под советскими партиями разумелись ие те, которые стоят на "советской платформе", а те, которые тогда входили в состав Советов, т. е. большевики, меньшевики и с.-р.-Н. Б.). "Мы считаем, что только образование такого правительства дало бы возможность закрепить плоды героической борьбы рабочего класса и революционной армии в октябрьско-ноябрьские дни. Мы полагаем, что вне этого есть только один путь: сохранение чисто большевистского правительства средствами политического террора. На этот путь вступил Совет Народных Комиссаров. Мы иа него не можем н не хотим вступать. Мы видим, что это ведет к отстранению массовых пролетарских организаций от руководства политической жизнью, установлению безответственного режима и к разгрому революции и страны. Нести ответственность за эту политику мы не можем и потому слагаем с себя перед ЦИКом звание народных комиссаров" *.

Вот коротенькая, но красноречивая цитата из длинного письма Зиновьева, Каменева и других: "Мы уходим из Центрального Комитета,- пишут они,- в момент победы, в момент господства

* Архив Революции 1917 г. Октябрьский переворот: Факты и документы / Сост. Попов под ред. Н. Рожкова. Петроград: Изд-во "Новая эпоха", 1918, v 108.

нашей партии, уходим, потому что мы не можем спокойно смотреть, как политика руководящей группы ЦК ведет к потере рабочей партией плодов этой победы, к разгрому пролетариата" *.

Само собой разумеется, что эти политические выводы взяты не с потолка; нет, они совершенно "правильно" сделаны, как следствия определенной точки зрения, характеризующей нашу революцию. В самом деле, раз у нас буржуазная революция еще далеко не закончена и еще не перерастает в социалистическую (а это потому, что пролетариат у пас слаб, а большинство населения страны - крестьянство - не может быть использовано в качестве силы, хотя бы только содействующей пролетарской революции), то, стало быть, и диктатура пролетариата - в данных условиях - задача неосуществимая, затея несбыточная и опасная. Конечно, можно заставить партию, очертя голову, броситься в эту авантюру, но путного из этого, как и из всякой авантюры, ничего не выйдет: партию ждет или немедленный разгром, или неминуемая гибель по истечении короткого срока ее господства. Иначе и быть не может: ведь даже и закрепившись у власти, она это положение сможет обеспечить не иначе, как голым насилием, штыком диктатуры, а позиция на штыке и непрочная, и малоудобная. Партия в таком положении не сможет предотвратить свой собственный отрыв от пролетариата, благодаря этому отрыву сузит круг революционных сил до своих собственных пределов, и, выявив, вопреки своим собственным желаниям, неразумность, бессмыслицу, недействительность своего шага, отдаст революцию на поток и разграбление.

Тут нелишне будет отметить, что среди этих первых выводов из теории неверия в возможность у нас социалистической революции, теории недоверия к силам нашего пролетариата и недооценки крестьянства, уже звучат нотки, которые потом из раза в раз будут повторяться при каждой вспышке оппозиционных настроений. Пролетариат слаб, помощи ждать неоткуда - не со стороны же деревни! - куда же думать о построении социализма?! Попытки этого построения обречены на неудачу,- они обязательно будут вырождаться в свою противоположность: упорство в их проведении приведет лишь к вырождению нового режима в безответственный режим бюрократического, аппаратного нажима, политического террора, к отрыву масс и в конце концов к вырождению самой партии. Словом, доброго из попыток большевиков строить социализм "в одной стране" ничего не выйдет, а другого сколько хочешь: пожалуй, и до "азиатского окостенения", о котором говорил упоминавшийся немецкий буржуа, Шиман, дело может дойти!..

* Архив Революции 1917 г., с. 409.

Теперь позволительно сделать кое-какие выводы.

Прежде всего, сопоставление всех изложенных и разобранных выше точек зрения европейской социал-демократии, Богданова - Базарова, русских меньшевиков, Троцкого и Каменева - Зиновьева устанавливает их полное совпадение в основном: в воп-росе о характере русской революции, в вопросе о соотношении внутренних сил русской революции, в вопросе о зрелости экономической структуры России с точки зрения возможности определенных социалистических достижений. В пределах этих вопросов можно говорить, нисколько не преувеличивая действительного сходства, о тождестве в основном всех этих перечисленных позиций. Само собой разумеется, что, указав на общность исходной позиции, мы не хотим тем самым указать и на одинаковость выводов, к которым приходили, отправляясь от нее, все перечисленные группировки. Нет, выводы делались разные: одни стали героями революции, другие бились против революции, третьи болтались позорно в ногах. Справедливость требует отметить, что выводы не совпадали даже в пределах одной и той же группировки. Так, например, Плеханов отходил от своих друзей, отказываясь, как теперь уже известно, от попыток расправы с пролетарской, хотя и "преждевременной", но все же пролетарской, революцией. Выводы были различны и в пределах другой группировки: Троцкий в октябрьские дни делал одни выводы, идя в передовых шеренгах бойцов, Каменев-Зиновьев - другие. Троцкий рассчитывал: хотя в силу внутренних причин гибель и неизбежна, но, может быть, вывезет государственная помощь западного пролетариата. Поэтому: вперед! Каменев - Зиновьев соображали: именно потому, что гибель неизбежна по внутреннему сочетанию сил, нечего идти так быстро вперед: осади назад.

Выводы, повторяем, различны, а теоретическая подоснова (в смысле оценки движущих сил революции, в смысле подхода к оценке рабоче-крестьянского блока, в смысле решения вопроса о сочетании сил ,и о возможности для маленького рабочего класса вести за собой громадную крестьянскую махину; в смысле решения вопроса о неизбежности конфликта между этими силами; в смысле решения вопроса о характере русской революции, т. е. о возможности социализма в нашей стране) -подоснова всего этого у них одна и та же. И эта "подоснова" настолько далека от ленинской постановки вопроса, что если и напоминает эту последнюю, то только по противоположности, но ни в коей мере не по сходству. Ленинская постановка вопроса о зрелости капитализма в России не так упрощенно-дубовата, как представляется многим умникам, критиковавшим Ленина. Ленин никогда не оспаривал утверждения, что материальных предпосылок для строительства социализма в России много, много меньше, чем в западной Европе или в Сев. Америке. Но с другой стороны, по его мнению, ни в одной стране нет такого положения, что после захвата власти коммунистами социализм сразу рождается готовым со всех решительно сторон. В каждой стране, даже в самой развитой, даже в С.-А. С. III., будет такое положение вещей, что пройдет довольно большой исторический этап до тех пор, пока организация хозяйства охватит целиком весь народнохозяйственный комплекс. Однако Ленин считал, что и в отсталом хозяйстве России существует островок, который может послужить для начала социалистических операций. Это тем более, что внутри страны мы имеем особое сочетание "пролетарской революции с крестьянской войной", сочетание, которое Марксом считалось за наиболее благоприятное условие пролетарской победы. Особые условия рождения революции из империалистской войны, особое сочетание сил внутри страны, наличность известной материальной базы как отправного пункта движения - все это по совокупности дает почву для систематического продвижения вперед на рельсах социалистической революции. Нужно лишь тщательно укреплять социалистический сектор хозяйства, превратив его в базу для своих операций, и тогда, пользуясь им. как командной высотой, планомерно и без излишней поспешности вести захват всей стихии хозяйства под социалистическое влияние.

После всего вышеизложенного нелишне будет поставить вопрос, какие должны быть сделаны выводы при последовательном применении этой точки зрения неверия в возможность построения социализма в наших условиях, точки зрения, общей и европейским социал-демократам, и Богданову - Базарову, и Троцкому, и Каменеву - Зиновьеву. Мимоходом мы уже касались этого; теперь необходимо подчеркнуть это еще более резко. Оказывается, что, будучи последовательно применяема, эта точка зрения неверия приводит к одному из двух возможных следующих положений: если нет победоносной международной рабочей революции, то большевики гибнут либо в результате их низвержения, либо они гибнут в результате своего собственного перерождения. Ничего другого быть не может. Потому что если нет объективных предпосылок для социалистической революции, если пролетарская диктатура, как пролетарская диктатура, не может длительно существовать, то она может сохранить в лучшем случае свою форму, меняя свое содержание, т. е. пролетарское государство должно становиться "далеко не пролетарским государством". Если в области социально-классовой у нас есть огромный перевес-крестьянства и если столкновение с ним неизбежно, то тогда неизбежно должно получиться перерождение (если мы "сохраняемся") нашего государства, которое делает все больше и больше, под давлением крестьянства, уступок этому крестьянству, идущему на поводу зажиточных слоев. Таким образом будет развиваться конкретная форма перерождения нашего государства, его "окулачивание". Другими словами: в тех оппортунистических предпосылках, которые были заложены еще летом 1917 г.. целиком заключается идеология теперешней оппозиции, которая, исходя из факта нашего существования, толкует о тенденциях нашего перерождения. Теоретическая установка оппозиции неизбежно влечет за собою такие выводы. Правда, эти выводы раньше оппозиционных коммунистов сделали социал-демократы - в этом отношении можно было бы произведения Каутского назвать vadenieeum * всесоюзной коммунистической оппозиции, т. е. спутником оппозиционного коммуниста. Но это обстоятельство лишь подчеркивает идейное отклонение нашей оппозиции от ленинизма. Если она говорит об "окулачиваини", то Бауэр говорил то же самое гораздо раньше. Он и сейчас говорит, чти в пашем хозяйстве есть много социалистических элементов; он считает и сейчас, что мы не совсем рабочая партия; он "только" полагает, что мы начинаем пахнуть крестьянским духом, и такова, по-видимому, наша неизбежная судьба. Пауль Леей ' в предисловии к одной аитнленинской брошюре тов. Розы Люксембург (брошюре, которую он издал вопреки воле покойной революционерки) пишет то же самое 1й. Долин пишет в своей книге, которую мы уже цитировали, что "субъективно" у нас была пролетарская революция, объективно же она есть не что иное, как буржуазная революция, ибо это революция - неизбежно крестьянская и т. д. и т. п. А другая теоретическая струя - Богданов и Базаров - разве это не теория нашего неизбежного бюрократического перерождения, теория, с которой так носится теперь объединенная оппозиция? Если социал-демократы подчеркивают в первую очередь крестьянскую сторону, то Богданов со всей решительностью подчеркивает вторую половинку процесса нашего "перерождения", а именно наше бюрократическое (технически-интеллигентская бюрократия, каста "организаторов") вырождение. В речах некоторых оппозиционеров в Коммунистической академии прозвучали ноткп насчет "кавеньяков". Но и эта глупость ие оригинальна: она была давным-давно "открыта" и Парвусом. и Каутским, и другими джентльменами, потому что эта компания не верит, что у нас возможна победоносная революция. А так как "проклятые большевики" не уходят со сцены, то остается одна возможность, одна надежда, одна светлая звезда: перерождение, бонапартизм, цезаризм и прочие "термидоры". Теория перерождения стоит целиком на плечах социал

?: Иди со мной (лат.). Pei).

демократических, богдановских. троцкистских и каменево-зи-новьево-октябрьских предпосылок...

После этого исторического введения можно заняться тем же вопросом, но в той его особой постановке, какую он получил в литературной дискуссии с оппозицией. Мы переходим к вопросу о "строительстве социализма в одной стране". Целесообразнее всего взять ту формулировку, которая дана т. Зиновьевым, так как эта формулировка может быть рассматриваема, как своего рода официоз пашен оппозиции.

Тов. Зиновьев ставит вопрос таким образом. Он говорит, что нужно различать две вещи, а именно: "1) обеспеченную возможность строить социализм - такая возможность строить социализм вполне, разумеется, может (!) мыслиться (!!) ив рамках одной страны и 2) окончательное построение и упрочение социализма" *. , •

Вот какова постановка вопроса. Тов. Зиновьев в первую очередь ссылается на цитату из Ленина. На X съезде Ленин говорил, что об окончательном успехе социалистической революции в России речь может идти "лишь при двух условиях": 1) при условии поддержки со стороны революции в передовых странах и 2) при соглашении с большинством крестьянства |У.

Тов. Зиновьев приводит далее целый ряд цитат из Ленина, цитат, где Ленин утверждает, что "окончательная победа социализма в одной стране невозможна".

Нет никакого сомнения в том, что у Ленина можно найти чрезвычайно много цитат, которые следует обобщенно формулировать как положение о невозможности окончательной победы социализма в одной и именно нашей стране, эта формулировка, в том ее понимании, которое противопоставляется нами зиновьев-скому пониманию (о чем ниже), абсолютно правильна.

Прежде чем перейти к ее толкованию, нужно, однако, сказать, что цитатам, приводимым Зиновьевым, можно противопоставить ряд других цитат, в том числе и таких, которые приводятся точно так же и в книге т. Зиновьева. Мы приведем три следующих цитаты, которые, формально-логически рассуждая, как будто бы противоречат тому тезису, на который в первую очередь опирается т. Зиновьев. А именно у самого же т. Зиновьева, па с. 269 его киши, в связи с цитатой из Ленина о законе неравномерности капиталистического развития, приведено следующее рассуждение:

"Победивший пролетариат этой (вступившей на путь револю цпи.- И. Б.) страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство **, встал бы против остального капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные

* Зиновьев Г. Ленинизм. Л.: Госиздат. I92G. с. 26. ** Курсив Н. И. Бухарина. Ред.

классы других стран, поднимая в них восстание против капи талистов, выступая в случае необходимости даже с военной силой против эксплуататорских классов и их государств" 20.

Самое интересное в этой цитате - это мысль Ленина, что пролетариат не только победит, но и организует у себя социалистическое производство. Значит, здесь т. Ленин говорит о возможности организации социалистического производства, т. е., если перевести это с иностранного на русский язык,- о возможности построения социализма в одной стране.

Приведем другую цитату из статьи "О кооперации". Здесь т. Ленин пишет, что у нас есть "все необходимое для построения полного социалистического общества" 21 *. И дальше: "Это еще не построение социалистического общества но это все необходимое и достаточное для этого построения" **. Итак, не подлежит сомнению, что т. Ленин безусловно считает возможным построение полного социалистического общества, т. е он считает возможными не только попытки строительства, но и построение социализма. Мы строим социализм и можем его достроить, потому что мы имеем "все необходимое и достаточное" для этого. Теперь попробуем сопоставить все, что говорится в этих цитатах. Итак, с одной стороны, говорится, что окончательная победа социализма в одной нашей стране невозможна, с другой - что мы можем организовать социалистическое производство и что мы имеем все необходимые условия для достижения полностью нового социалистического общественного строя. Как же примирить эти, по-видимому, противоречивые утверждения? И есть ли здесь противоречие у самого Ленина? Не стоял ли он в одном случае на одной точке зрения, в другом - на другой? Или здесь скрывается нечто, чего как раз и не понимает наша оппозиция? Если посмотреть па все выступления товарищей из оппозиции, всюду увидишь стремление опереться на первый ряд цитат,- они якобы подтверждают "теорию" оппозиции Но те же самые оппозиционеры скрывают, не подвергая анализу, другую серию цитат, которую выдвигают против них сторонники Центрального Комитета. Где же найти ключ для разрешения всего этого? Этот ключ нужно искать у самого Ленина, и его можно найти чрезвычайно легко, если внимательно присмотреться к высказываниям Ленина, особенно к высказываниям, содержащимся в последних работах Ленина. Нам думается, этот ключ для решения задачи можно найти в следующей цитате, взятой из той же статьи "О кооперации".

Ленин пишет здесь: "Я готов сказать, что центр тяжести для нас переносится на культурничество, если бы не международные

* Ленин. Собр. соч.. т. XVIII, ч. 2, с. 140.

* Гам же.

отношения, ие обязанность бороться за нашу позицию в международном масштабе" 2:{ *.

Эта самая цитата и говорит о том, как нужно толковать ряд положений Ленина относительно того, что окончательная победа социализма в одной стране (в нашей стране.- И. Б.) невозможна. Его мысль сводится к следующему. Если мы будем исходить из сочетания сил внутри нашей страны, то. несмотря иа отсталость нашей страны, несмотря на огромные трудности, определяемые этой отсталостью, мы имеем все необходимое и все достаточное для построения социализма, мы можем строить и можем построить социалистическое общество. Эта ленинская позиция есть позиция, совершенно противоположная позиции социал-демократов; это есть позиция, совершенно отличная от позиции т. Троцкого; это есть позиция, в корне иная, чем позиция тех "оттенков", "течений" и "групп", которые считают, что (так как у нас огромное большинство населения составляет крестьянство) при таком сочетании общественных сил мы неизбежно осуждены на гибель или вырождение. Это есть отрицание такой позиции по всему фронту. Гезис Владимира Ильича относительно возможности построить полный социализм есть в то же время ответ на вопрос о характере русской революции. Это есть ответ на вопрос о том, можно ли или нельзя, по внутренним причинам, строить и построить социализм, н ответ этот есть ответ положительный. Но этот ответ еще не весь ответ: рядом с этим Владимир Ильич гоЕюрит: но ведь мы не живем одни на белом свете; кроме внутреннего сочетания сил в нашей стране, есть еще международная обстановка; эта обстановка чревата разными опасностями; она грозит целым рядом этих опасностей: войн, интервенций, блокад и г. д.; она связана с международным нашим долгом развивать международную революцию дальше. У нас нет поэтому в кармане гарантии, что в действительности мы достроим без помощи западноевропейского пролетариата социализм, что мы доведем революцию до конца, т. е. дойдем до полного социалистического общества. Итак, когда Ленин говорит о том, что окончательная победа социализма невозможна в одной стране, он этим хочет сказать: ие позабывайте, что у вас есть еще международное окружение; не скулите по поводу того, что не можете строить социализма благодаря нашей технико-экономической отсталости, ибо все же у нас есть все для построения социализма; ио не позабывайте, что вы не живете одни на свете, не позабывайте, что вы находитесь в международном окружении, что с этой стороны против вас расположены огромные силы международного капитализма. Именно эта мысль и выражена в той цитате, которую мы при--

* Ленин. Собр. соч., т. XVII!, ч. 2. с. 144-145. Подчеркнуто нами.

вели, мысль, которую приводит бесконечное количество раз т. Зиновьев в разных вариантах. Если просмотреть все выдержки из Ленина (в том числе и приводимые тов. Зиновьевым в его "Ленинизме") против "окончательной победы социализма в одной стране", то можно без труда увидеть, что речь идет именно о внешних опасностях. Между тем тов. Зиновьев запутывает вопрос, смешивая в одну кучу внутренние и внешние опасности. В этом отношении чрезвычайно любопытно следующее. На с. 278 своей работы тов. Зиновьев пишет:

"Никто, надеемся, ие упрекнет в пессимизме такую книгу, как "Азбука Коммунизма"24. Эта книга писалась тогда, когда революция наша шла триумфальным шагом от победы к победе. В ней мы читаем:

"Коммунистическая революция может победить только, как мировая революция... При таком положении, когда рабочие победили только в одной стране, очень затруднено экономическое (везде подчеркнутое - в подлиннике) строительство, организация хозяйства... Если для победы коммунизма необходима победа мировой революции и взаимная поддержка рабочими друг друга, то это значит, что необходимым условием победы является интернациональная (между на родная) солидарность рабочего класса".

Это не "пессимизм", это - просто - азбука коммунизма (без кавычек).

Таким образом, тов. Зиновьев в простоте, душевной полагает, что он может прикрыться азбукой коммунизма. Увы! В действительности эта азбука (равно как и "Азбука") говорят целиком против него.

Прежде всего посмотрим, где тов. Зиновьев поставил многоточие. Он его поставил два раза. Заглянем, что же стоит в "Азбуке" на этих местах? А вот что. Вслед за положением, что коммунистическая революция может победить лишь как мировая революция, идет следующее выпущенное тов. Зиновьевым место:

"Если бы получилось так, что в одной какой-нибудь стране рабочий класс стал у власти, а в других странах он был ие за страх, а за совесть предан капиталу, то в конце концов эту страну крупные разбойничьи государства задушили бы. В 1917, 1918 и 1919 гг. все державы душили Советскую Россию; в 1919 г. они задушили Советскую Венгрию. Но задушить Советскую Россию они не могли потому, что внутреннее положение у самих великих держав было такое, что приходилось думать, как бы не слететь самим под напором собственных рабочих, которые требовали вывода войск из России. Значит, во-первых, самое существование пролетарской диктатуры в одной стране поставлено под угрозу, если нет поддержки от рабочих других стран. Во-вторых (далее следует приведенное Зиновьевым место о затруднительности -

а не о невозможности, т. Зиновьев! - экономического строительства).

За сим второй пропуск у Зиновьева. Восстанавливаем и это место. Оно объясняет причину затруднений: "Такая страна,- читаем мы в "Азбуке",- ничего или почти ничего не получает из-за границы: ее блокируют со всех сторон".

Недурно цитирует т. Зиновьев! Удачно ставит многоточия, как раз там, где это ему нужно, где это идет на потребу оппозиции! Дополним азбучные цитаты еще одной. В § 45 "Азбуки" идет речь о мелкобуржуазном характере страны, о собственнических инстинктах крестьянства, об остатках этих инстинктов даже у части рабочих. Какой вывод делает "Азбука"? 1) Дело строительства коммунизма в России "есть дело величайшей трудности"; 2) различные помехи внутреннего характера "затрудняют осуществление наших задач, отнюдь, однако, не делая невозможным такое осуществление". Это совсем, совсем не по Зиновьеву. Это - по Ленину.

Итак, т. Зиновьев превратно толкует Ленина и уж совершенно зря ссылается на азбуку коммунизма. Напрасно т. Зиновьев запутывает вопрос. Было бы бессмысленным вести спор о том, есть ли у нас гарантии построения социализма при любом возможном международном положении, при наличии, скажем, интервенции со стороны капиталистических стран. Ясно, что единственной гарантией от внешних опасностей является международная революция.

По этому вопросу у нас нет никакого спора. Не об этом идет спор, не здесь пролегает та линия, которая отгораживает систему взглядов нашего Центрального Комитета от той системы взглядов, которую защищает оппозиция. Спор идет о том, сможем ли мы строить социализм и построить его, если мы отвлекаемся от международных дел, т. е. спор идет о характере нашей революции. Можем ли мы сказать вместе с Лениным, что центр тяжести для нас переносится на культурничество, если бы не наши международные обязанности и т. д.? Или наша отсталость обязательно должна потянуть нас на дно? Так стоит вопрос. Что дело обстоит именно так, об этом свидетельствует история расхождений с теперешней оппозицией. Впервые разногласия наметились у нас по этому вопросу на одном из заседаний Политбюро, где т. Каменев, а отчасти и т. Зиновьев сказали, что нам не одолеть задачи строительства социализма, потому, что у нас технико-экономическая база отсталая *. Об этом мы говорили и на XIV съезде. Следовательно,

* Теперь и тов. Смилга25 петушком бежит за тон. Каменевым, считая за "центральный пункт марксизма и ленинизма" положение, что в "одной технически отсталой стране социализм построить невозможно". Тов. Смилга делает ударение именно на отсталости и из этой отсталости заключает о невозможности

308

вопрос не стоит так просто, как это представляется с первого взгляда, и мы обязаны различать его правильную постановку от неправильной. Можно, конечно, спросить: почему необходимы такие тонкости, для чего нам нужно, с одной стороны, ставить вопрос относительно возможности борьбы с капиталистическим миром, с капиталистическими интервенциями, войнами и т. д., а с другой стороны, от этого вопроса отделять вопрос о внутреннем сочетании наших сил, когда в действительной жизни одно и другое марширует вместе и реально одно от другого неотделимо? В ответ на это следует привести ряд очень веских и очень убедительных аргументов. В самом деле, если нам предстоит пережить известную полосу мирного развития, скажем, в течение нескольких лет, то при такой постановке вопроса, которая говорит, что мы не можем построить социализм в нашей стране в силу нашей технико-экономической отсталости, в силу того, что у нас крестьянство слишком велико, мы неизбежно должны двигаться весь этот мирный промежуток времени на оси перерождения. Если ответить отрицательно на вопрос, который положительно решался Лениным, когда он анализировал внутренние силы нашего развития,- то тем самым нужно брать под сомнение все решительно: социалистический характер наших государственных предприятий, социалистический характер нашей диктатуры, социалистический характер динамики нашего экономического развития и социалистический характер динамики нашего государства. Ибо, если мы отрицательно отвечаем на вопрос о возможности построить социализм ввиду внутреннего сочетания классовых сил в нашей стране, то развитие производительных сил в нашей стране обязательно будет совпадать с таким его развитием, которое, в большей или меньшей степени, дает перевес капиталистическим элементам. Это будет "обеспечивать" такой характер развития, который наверняка будет перемещать центр тяжести в сторону крестьянства против рабочего класса. Это будет сопровождаться обязательно такой перегруппировкой людей в системе нашего государственного аппарата, при которой можно выйти на трибуну и сказать, что сверху мы превращаемся в бюрократию, отрывающуюся от рабочей массы, а нижние этажи нашего государственного аппарата затопляются кулацкими элементами. Т. е. вся "позиция оппозиции", которая намечается теперь, позиция, которая атакует партию по линии доказательства нашего перерождения, вытекает из того, что товарищи подвергают сомнению те

построения социализма. Речь идет не о трудности, а именно о невозможности. Воистину - "ленинизм"! (см. стеногр. отчеты о прениях в Комакадемии; см. также статью тов. Слепкова ib "Противоречия в экономической платформе оппозиции", "Правда" № 232).

II Н. И. Бухарин

309

места из Ленина, где он прямо говорит, что у нас есть все необходимое и достаточное для построения социалистического общества.

Из этого же расчленения вопроса вытекает и действительно революционно-марксистская, действительно интернациональная постановка вопроса.

Вели люди говорят о международной революции при каждом удобном и неудобном случае, то не всегда это выражает максимум революционности. Может быть такая постановка вопроса о международности революции, которая прямо противоречит революционной точке зрения. Вот, например, у того же Л ибера есть одно очень ехидное место, которое поясняет, чем отличается пролетарская революция от буржуазной. Перечисляя особые черты пролетарской революции, г. Л ибер пишет: "Наконец, еще одна характерная черта социалистической революции - это ее международный характер (подумайте только, "международный характер"! - И. Б.). Социалистический строй приходит иа смену капитализму. Отличительной чертой капиталистического строя является то, что он создает мировое хозяйство... Поэтому немыслимо представить себе осуществление социализма в одной какой-нибудь части этого хозяйства без того, чтобы все мировое хозяйство не было задето. Социалистическая революция мыслима лишь как революция международная, и, следовательно, она предполагает известное состояние не только в одной, двух, трех, четырех, пяти странах, в большинстве промышленно развитых стран, ибо иначе произошло бы неизбежное столкновение между темп странами, которые ие подготовлены к социализму, и теми, которые уже созрели для этого".

Ясно, какая здесь международность и как она здесь обосновывается. Вот она: "Не делай ревочюции, не строй социализма, ибо придешь в столкновение с другими странами". Революция международная здесь представляется как известный однократный акт; будто бы сразу нролетариаты всех стран выходят на историческую арену и кричат: "Да здравствует революция!", и в два счета социализм подается им на блюде. Практически - политический смысл такого заклинания мировой революции заключается в морали: "Не иди вперед, не свершай революции в одной стране, потому что ты все равно не победишь", или, переводя на более современный язык: "Куда тебе одному в городе Глунове, на одной улице дерзать построить социализм. Зачем ты стоишь на такой национально-ограниченной точке зрения?" "Начнешь революцию в одной стране, перестанешь быть настоящим интернационалистом",- поучает нас Либср.

Такой "интернационализм"-оборотная сторона социал-предательства.

Еще раз повторяем. Спор идет о внутренних силах, а не об опасностях, связанных с заграницей. Спор идет, следовательно, о характере нашей революции.

Когда мы говорим о построении социализма в одной стране, мы под этой "одной страной" имеем в виду именно нашу страну. Мы не можем сказать, что в любой стране может быть построен социализм. Если бы, скажем, перед нами была какая-нибудь совершенно отсталая страна, без того минимума материальных предпосылок строительства социализма, которые есть у нас, го мы наших выводов сделать бы не могли. Значит, речь идет относительно нашей страны, со всеми ее характерными особенностями, с ее техникой, экономикой, с ее социально-классовыми соотношениями, с ее пролетариатом, с ее крестьянством, с определенным соотношением между этим пролетариатом и крестьянством. Так нужно ставить вопрос и в такой, постановке вопрос о возможности построения социализма в нашей стране-это и есть вопрос о характере нашей революции. Раз наша революция предполагает все же такое соотношение, при котором строительство социализма возможно, раз мы имеем "все необходимое и достаточное" для построения социализма, то, стало быть, в самом процессе этого социалистического строительства нигде нет такого момента, начиная от которого это строительство стало бы невозможным. Если мы имеем внутри нашей страны такое сочетание сил, что по отношению к каждому прошлому году идем с перевесом социалистического сектора нашего хозяйства, и обобществленные секторы нашего хозяйства растут быстрее, чем частнокапиталистические, то в каждый будущий год мы выступаем с перевесом сил. Если рассчитывать "в среднем", отвлекаясь от целого ряда возможных зигзагов и всяких случайностей, которые взаимно уравновешиваются, то в общем мы будем иметь восходящую линию развития. Совершенно непонятно, откуда может изнутри страны вылезти такая сила, которая сделает невозможным дальнейшее социалистическое строительство. Но так как реально жизнь протекает не на одной территории Советского Союза, так как пролетарская диктатура не находится на некоем изолированном острове, а занимает одну шестую часть света, находясь в окружении капиталистических пяти шестых, то возникает целый ряд опасностей международного характера. Если поставить вопрос, есть ли абсолютная гарантия против возможных интервенций, то должно сказать, что такой гарантии у нас нет. А так как в реальной жизни все находится во взаимной связи, одно влияет на другое, то, конечно, прав Ленин, когда он говорит, что окончательная победа социализма в одной нашей стране в условиях капиталистического окружения невозможна. Но когда тов. Зиновьев, Каменев, Смилга и др. эту мысль "сводят" к тому, что невозможно дойти до полного социалистического общества из-за нашей технической отсталости, то это будет неправильно и против этого нужно изо всех сил бороться. Против такого толкования нужно бороться именно потому, что иначе нельзя защищать ту линию, которая была намечена у т. Ленина. Всякие смешки насчет социализма "на одной улице", "в Пошехонье", в "ГЛУ-

пове" должны претить настоящему революционеру. Люди думают, что эти гнилые шутки весьма остроумны. А не соображают, что они просто жалки, ибо повторяют остроты Каутского о "социализме в Туркестане", остроты Гильфердпнга 27 о "социализме Бухарских мулл" и т. д. Это вздор, будто под этими социал-демократическими шутками скрывается революционный интернационализм. Здесь налицо простое дезертирство с поста в тот момент, когда трудно.

Сейчас на нас нахлынули новые трудности, связанные с пашей технико-экономической отсталостью, связанные с тем, что мы должны выискивать средства для наших капитальных затрат, связанные, наконец, с темпом развития, более медленным, чем тот теми, который был бы возможен при победоносной пролетарской революции в Европе. Конечно, эта победоносная революция радикально изменила бы положение вещей; темп индустриализации нашей страны через определенный промежуток времени чрезвы чайно ускорился бы; мы должны были бы иначе реорганизовать наши производительные силы; мы получили бы другое соотношение между городом и деревней; мы гораздо быстрее смогли бы вовлекать в орбиту влияния индустрии наше отсталое земледелие. В общем, темп получился бы гораздо более быстрый. Сейчас мы идем гораздо более медленным темпом По этот сравнительно (сравнительно с темпом объединенного социалистического европейского хозяйства) медленный темп не есть отрицание возможности построить социализм в нашей стране. Этот темп выражает лишь относительно огромную трудность нашей строительной работы.

Так нужно решать вопрос относительно возможности построения социализма в одной стране. Для того чтобы привести этот вопрос в связь с некоторыми еще более общими вопросами, мы позволим себе напомнить вот о чем. Еще в полемике 1923 г. мы говорили: если тов. Троцкий прав, и наша страна без государственной помощи западноевропейского пролетариата не в состоянии будет сохранить пролетарскую диктатуру, из-за столкновений с крестьянством, то это обязывает к очень большим выводам. Ведь если мы распространим пролетарскую революцию на весь мир, то мы получим примерно такое же соотношение между пролетариатом и крестьянством, какое мы имеем в Советском Союзе. Ибо, когда пролетариат возьмет власть в Англии, то ему придется иметь дело с Индией и др. бывшими английскими колониями. Если пролетариат возьмет власть во Франции, ему придется иметь дело с Африкой. Если пролетариат возьмет власть во всем мире, ему придется иметь дело со всеми другими крестьянскими странами. Мировому пролетариату придется решать проблему, как ужиться с мировым крестьянством. А если здесь имеется такое же примерно соотношение, как и в Советском Союзе, то, сделав соответствующие выводы из теории неизбежной гибели без помощи извне, volens-nolens * придешь к куновской постановке вопроса, которая гласит, что мир "не дозрел" до социалистического переворота. Имеется колоссальное количество крестьян, которые - по Троцкому - "неизбежно" придут в конфликт с пролетариатом. Так как в одном Китае их имеется 400 млн, то "неизбежно" революция обречена па гибель: ведь "государственной помощи" извне получить будет совершенно неоткуда. Вот куда ведет теория оппозиции. Если таких выводов не делают, го это происходит только потому, что не додумывают вопроса до конца, останавливаются на полдороге; когда говорят об Англии, то видят Лондон, Манчестер и забывают о других частях света, которые в настоящее время привязаны к Англии, с полупрезрением проходят мимо колоссального количества колониальных и полуколониальных народов и этим проявляют свой рафинированный "европейский" "марксизм".

Таким же образом выясняется, что вопрос относительно характера нашей революции, ее движущих сил и проч. имеет глубочайшее практическое мировое значение.

Итоги всего сказанного могут быть формулированы следующим образом:

Идейными истоками оппозиции являются, несомненно, социал-демократические тенденции. Это, конечно, не следует понимать грубо и упрощенно. Вожди оппозиции, конечно, не меньшевики: но тенденции, которые растут в сторону меньшевизма, у них есть. Они подают "пальчик" меньшевистскому черту,- это не подлежит решительно никакому сомнению. Из их идейной установки вытекает какая-то неисправимая потребность пророчествовать о нашей гибели. Предрекала эту гибель, как известно, в октябрьские дни группа Каменева - Зиновьева - Шляпникова - составная часть оппозиционного блока. За это их позиция была названа Лениным "крикливым пессимизмом" 2К. Предрекали эту гибель весною 1921 года (особенно тов. Троцкий). Предрекали эту гибель осенью 1923 года (известная декларация "46-ти") 29. Предрекают эту гибель теперь, выступая сомкнутыми рядами

Хочешь не хочешь (лат.). Ред.

против партии. Все эти "пророчества", которые последовательно терпят крах за крахом, упираются в неверную теорию, которая, по сути дела, есть теория, отрицающая объективно-социалистический характер нашей революции.

Печатается по книге: Бухарин H О характере нашей революции и о возможное i и победоносного социалистического строительства в СССР. .П.: Рабочее изд-во

"Прибой". 1926

ПАРТИЯ и оппозиция

НА ПОРОГЕ XV ПАРТСЪЕЗДА

Доклад на собрании актива Ленинградской организации ВКП (б)

26 октября 1927 г.

СОЦИАЛЬНО-КЛАССОВЫЕ ИТОГИ К XV СЪЕЗДУ ПАРТИИ

ВОПРОС ВСЕХ ВОПРОСОВ - ОТНОШЕНИЕ МЕЖДУ ГОРОДОМ И ДЕРЕВНЕЙ

Товарищи!

Объединенный пленум ЦК и ЦКК, который только что закончил свою работу, был последним Пленумом 1 перед очередным, XV съездом 2 нашей партии. Совершенно естественно поэтому, что данный Пленум ставил своей задачей известное подытоживание той политики, которую ЦК нашей партии вел за 2 года, прошедшие со времени XIV парт-сьезда. Учет опыта, который партия получила в этот период, проверка результатов той политической линии, которую наметил последний XIV партсъезд, должны были быть неизбежно первоочередными задачами работ только что закончившегося Пленума. Это с одной стороны. С другой стороны, совершенно очевидно, что в результате этого учета опыта и в результате изменившегося положения в стране, изменившегося соотношения классов, Пленум ЦК должен был наметить политическую линию на предстоящий период времени.

Вы все отлично знаете, что главнейшим вопросом нашей политики, и особенно за последнее время, был вопрос, который в конечном счете упирается в проблему отношений между городом и деревней. Ясно также, что в будущем этот вопрос -о соотношении между городом и деревней, между рабочим классом и крестьянством - будет играть громаднейшую роль, потому что в нашей стране с ее отсталым экономическим укладом преобразовательная работа рабочего класса и его авангарда - Коммунистической партии - заключается в переделке двух десятков миллионов индивидуальных крестьянских дворов. Эта задача может быть решена только на протяжении значительного промежутка времени, она укладывается не в рамки отдельных лет, а в рамки нескольких десятилетий. Вопрос о соотношении города и деревни, об отношениях между рабочим классом и крестьянством, вопрос об

отношении нашей партии к различным слоям крестьянства, как вы помните, стоял в центре дискуссии, непосредственно предшествовавшей XIV партсъезду, а также и в центре обсуждения на самом XIV партсъезде, наконец, в центре политического внимания всей нашей партии и в последующий период.

СВОЕОБРАЗИЕ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ФОРМ И СООТНОШЕНИЕ КЛАССОВ К XIV ПАРТСЪЕЗДУ

Нам, товарищи, нужно прежде всего вспомнить, какова была два года тому назад общая обстановка в нашей стране как по линии соотношения между различными хозяйственными формами, так и по линии соотношения между основными классами.

Мы подходили тогда только АС концу восстановительного периода нашей промышленности. Командные высоты, ведущее начало общей экономики страны - наша социалистическая индустрия - и другие командные высоты подходили к довоенному уровню, но не подошли еще к нему целиком.

В области сельского хозяйства мы имели такое положение в стране, когда значительная часть земель была еще не обработана, когда величина посевной площади отставала от довоенной нормы, и у нас образовался фонд пустующих земель.

Нужно отметить, что среди середняцкой массы, основной массы нашего крестьянства, не было еще уверенности в том, что при Советской власти можно твердым шагом идти в сторону улучшения своего индивидуального хозяйства; в то же время не было еще достаточного стимула, чтобы переходить на сторону хозяйства кооперированного. Вы все отлично помните, что это обстоятельство упиралось в остатки военно-коммунистических традиций в деревне, традиций времен продразверстки, оно упиралось в целый ряд затруднений, которые стояли на пути к тому, чтобы хозяйство крестьянина-середняка поднималось и шло с точки зрения хозяйственной вперед. У середняка-крестьянина не было уверенности в том, что его, поскольку он мало-мальски начнет подниматься кверху, не начнут "рассереднячивать" по примеру раскулачивания, и это сознание среди широких масс середняцкого крестьянства было одним из крупнейших тормозов хозяйственного подъема в области нашей сельскохозяйственной продукции.

С другой стороны, мы все отлично помним, что в то время у нас отсутствовали необходимая мера и необходимая степень революционной законности в деревне. Крестьянство должно было переходить и переходило к более ускоренному темпу в развитии своего производства, оно требовало более точных, твердых и упорядочениых форм революционной законности. А у нас оставались еще старые хвосты от предыдущего периода, когда налоговые ставки довольно произвольно менялись в течение года, когда не было твердой регламентации отношений, касающихся крестьянского хозяйства вообще, касающихся налоговых ставок в частности. Крестьянство, более чем когда бы то ни было, было заинтересовано в том, чтобы заранее знать, сколько с него возьмут, за что возьмут, какие объекты будут облагаться налогом, какие нет и т. д.

И, наконец, это было время, когда у нас остались "военно-коммунистические" хвосты по линии слишком большого нажима нашего административного аппарата, в деревне сильны были остатки методов принуждения, ставших, в известной мере, уже излишними на пороге нового хозяйственного периода.

Следовательно, первым фактом, характеризующим тогдашнее положение вещей, был подъем нашей индустрии, не дошедшей, однако, еще до уровня довоенной нормы.

Вторым крупнейшим фактом были те черты в области отношения к нашему крестьянству, в первую очередь к его середняцкой массе, как по хозяйственной линии, так и по линии политической, о которых я только что говорил.

И, наконец, в-третьих, тогда у нас было такое положение, что с точки зрения наших материальных ресурсов и некоторых организационных предпосылок мы не в состоянии были оказывать сколько бы то ни было существенную помощь деревенской бедноте по сравнению с потребностями, имевшимися уже тогда.

ЦЕНТР ВСЕХ ВОПРОСОВ - В СМЫЧКЕ С СЕРЕДНЯКОМ

И вот на фоне этой обстановки у пас складывалось такое положение, что среди основной середняцкой массы крестьянства мы могли с полной несомненностью констатировать довольно широкое недовольство, которое выражалось в целом ряде, иногда довольно острых, политических фактов. Вы помните, товарищи, ту полосу убийств селькоров, отчасти и рабкоров, шедших в деревню, полосу, которая была характерна для того времени. Вы помните и целый ряд политических убийств членов ВИКов * и других работников деревни. Не подлежит никакому сомнению, что этот факт прямо и косвенно выражал собою то обстоятельство, что отдельные середняцкие слои шли за кулаком, политически шли за кулаком, подчинялись различным инспирациям и внушениям со стороны кулацких слоев. Кулаки

Волостные исполнительные комитеты. Ред.

диктовали свою волю известным слоям середняцкого крестьянства, которые были недовольны или роптали по поводу сложившегося положения.

Итоги выборов в сельсоветы давали нам два года тому назад такую картину, которая точно так же указывала на известный кризис в отношениях между рабочим классом и середняцким крестьянством. Нередки были случаи, когда основная масса середняков в отдельных районах шла на поводу у кулака, когда даже известные слои деревенской бедноты не были достаточно противопоставлены кулацкому влиянию и шли иногда вместе с некоторыми середняцкими элементами на поводу у кулацких элементов деревни.

В то время среди середняцких слоев крестьянства в отдельных районах стала крепнуть идея самостоятельных "крестьянских союзов" в качестве политической партии крестьянства, противопоставлявшейся господствующей в нашей стране Коммунистической партии революционного рабочего класса. И, наконец, несколько ранее этого был целый ряд волнений среди крестьянства, наиболее характерным среди которых было так называемое восстание в Грузин 3. Все эги факты укладываются в одну формулу. Все эти факты в первую очередь выражали собою колебания середняцких масс крестьянства; они выражали собою известный кризис в соотношении между рабочим классом и крестьянством. Они знаменовали собой довольно значительную угрозу пролетарской диктатуре, ибо стало уже всеобщей и всеми разделяемой в нашей среде мыслью, что главное для нас, для партии рабочего класса, это - удержание блока, удержание союза между рабочим классом, идущим под руководством нашей партии, и середняцкой массой крестьянства, опираясь в первую очередь на наиболее близкие, наиболее родственные рабочему классу слои полупролетарских бедняцких крестьянских масс.

Итак, два года тому назад, ко времени XIV партийной конференции и XIV партийного съезда, центральным вопросом был вопрос о необходимости укрепления союза с середняком.

Вот почему вопрос об отношениях между рабочим классом и крестьянством не мог не стать в центре общепартийного внимания. Вот почему основной политической линией, основной политической установкой со стороны пашей партии не могла не быть линия и установка на ряд мероприятий, которые помогли бы укрепить эти отношения. Вот почему наша партия не могла не решать и ие ставить того вопроса, который, повторяю, был вопросом центральным,- вопроса о соотношении между рабочим классом и крестьянином-середняком.

О ППОЗИ Ц И Я ПОСКОЛЬЗНУЛА сь ИЛ ВОПРОСЕ О СОЮЗЕ С СЕРЕДНЯКОМ

Оппозиция, представленная в первую очередь, еще ранее, троцкистами, а потом так называемой "новой оппозицией", крупнейшим методом разрешения этого вопроса выставляла, с одной стороны, атаку на кулака, а, с другой стороны, так называемый метод "сверхиндустриализации",- так он был назван впоследствии в наших партийных дискуссиях и в партийной литературе. Этот метод "сверхиндустриализации", по сути дела, покоится на следующем, довольно примитивном, расчете: нужно достигнуть смычки с середняком; пожалуй, это и правда, но для того, чтобы достигнуть этой смычки, нужно сократить товарный голод; для того, чтобы сократить товарный голод, нужно гораздо более быстрым темпом расширять нашу индустрию, для этого нужно возможно больше взять с того же самого крестьянства. При таком положении вещей, когда соотношение между рабочим классом и крестьянством и без того было острым, лозунг - еще сильнее нажать на крестьянство - был в высокой степени непригодным. Поэтому партия отвергла этот метод решения вопроса (я не буду говорить о целом ряде вещей, которые из этого лозунга вытекали, потому что они были достаточно освещены в предыдущих наших дискуссиях перед XIV съездом),- партия отвергла этот метод решения вопроса и взяла другой курс. Этот курс был запечатлен с большой ясностью в резолюциях нашего XIV съезда. Он состоял в следующем: 1) генеральная линия - индустриализация страны, т. е. развертывание нашей индустрии при возможно большей независимости от мирового рынка, но с возможно большим использованием этого мирового рынка; 2) расширение нашей промышленной базы, но таким путем, чтобы это расширение исключало налоговое переобложение крестьянства, чтобы оно предполагало не высокие пены, как предлагали уже тогда троцкистские оппозиционеры, а, наоборот, вело бы к понижению цен; 3) наш партийный съезд взял решительную линию на укрепление союза с середняком не только путем сравнительно более мягкой налоговой политики по отношению к середняцкой массе крестьянства и не только путем политики дешевых цен на продукты промышленного производства, но также путем ряда мер, направленных на развязывание товарности середняцкого хозяйства, целого ряда мер, направленных к тому, чтобы рассеять боязнь середняка вести свое хозяйство вперед. Мы взяли твердый курс на ликвидацию различных военно-коммунистических "хвостиков", курс на устранение причин, мешавших вовлечению в хозяйственный оборот пустующих земель, т. е. не в смысле возрождения купли и продажи земли,- у нас купли и продажи

земель совсем не существует и не будет существовать,- а в том смысле, чтобы эти пустующие земли вошли в число земель обрабатываемых.

Из этого вытекал целый ряд мероприятий в области аренды, расширения сроков этой аренды и пр., установление ряда льгот, способствующих тому, чтобы крестьянство стало использовать пустующие земельные государственные фонды и т. д. и т. д. Таковы были хозяйственные меры, намеченные XIV конференцией, подтвержденные XIV съездом.

В области политической наш партийный съезд шел по двум главным линиям: во-первых, по линии установления революционного законодательства, необходимость которого диктовалась всем прогрессом народного хозяйства вообще и крестьянского хозяйства в частности, и по линии оживления Советов, что было необходимо с точки зрения укрепления политического влияния нашей партии и рабочего класса на середняка, с точки зрения организации в деревне слоев, враждебных кулачеству. Одновременно наш партийный съезд взял решительный курс на кооперацию. Вы все помните, какое огромное значение и какой огромный удельный вес среди других вопросов имел вопрос о кооперации в наших тогдашних партийных дискуссиях. Партийный съезд наметил ряд мер по организации деревенской бедноты, по созданию условий для того, чтобы в деревне у нас был гораздо более прочный, гораздо более могучий рычаг, более организованный бедняцкий оплот. Таковы были решения XIV партсъезда, диктовавшиеся тогдашним положением вещей. Теперь, через два года, мы должны в первую очередь подвести некоторые основные итоги взятой нами на XIV партсъезде политической линии.

ПАРТИЯ УКРЕПИЛА СОЮЗ РАБОЧЕГО КЛАССА

С СЕРЕДНЯКОМ

Нам неоднократно предрекали, что наша политическая линия провалится жалким и позорным образом. Нам предрекали, что при той политике, которую принял XIV партсъезд, хозяйство нашей страны будет в .возрастающей степени регулировать кулак4. Нам предрекали совершенно неслыханные хозяйственные затруднения, настолько интенсивные, настолько сильные, что они будут в состоянии чуть ли не опрокинуть диктатуру рабочего класса в нашей стране. И если не ошибаюсь, в середине 1926 г. тов. Радек 6 спрашивал, цитируя один из моих докладов, читанных как раз у вас в Ленинграде, спрашивал, что будет говорить Бухарин, когда через полгода вся партия увидит, куда политика Центрального Комитета завела всю страну. Прошли эти полгода, а ровно ничего не случилось, прошло еще почти полтора года, и мы видим, что дело у пас стоит совсем не так, как предрекала оппозиция. И именно потому, что все идет не так, как предрекала оппозиция, именно поэтому она и обнаруживает такое истерическое бешенство но поводу неоправдавшихся своих собственных надежд.

Итак, мы должны попробовать подвести итоги нашей политике и той политической линии, которая была взята на XIV партсъезде. Мы видим, что никакого тупика не получилось. Мы должны поставить вопрос: решена или не решена в общем и целом центральная задача, которую поставил XIV партсъезд? Если мы спросим себя, решена ли в общем и целом основная проблема, проблема отношений между рабочим классом п середняцким крестьянством, улучшены ли отношения между рабочим классом и середняцкой группой крестьянства, смягчили ли мы ту остроту, которая была так характерна для времени, непосредственно предшествовавшего XIV нартсъезду. добились ли мы чего нибудь в этом отношении? Если мы поставим перед собой ряд этих вопросов, то мы можем и должны сказать, что в общем и целом этот вопрос мы решили у до еле творительно.

Совершенно естественно, что не может наша партия вместе с рабочим классом ту или другую проблему решить на Все сто процентов. Такие случаи будут только совершенно исключительными. Но если мы сравним положение вещей в деревне, каким оно было два года тому назад, и то, что мы имеем теперь, то теперь мы не видим массовых случаев убийств, не увидим массового недовольства, серьезных попыток к тем или другим волынкам, что было характерно для предыдущего времени Мы видим теперь политическое успокоение в деревне, которое несомненно имеет под собой определенный хозяйственный и политической базис. Если скольки-иибудь добросовестный наблюдатель нашей общественной жизни, исходя не из злобных побочных соображений, а исходя из интересов дела, откинув все мелочное, второстепенное, откинув все фракционное, поставит перед собой этот вопрос, то разве хватит у него смелости отрицать тот факт, что мы имеем коренное изменение отношений между рабочим классом и крестьянством в лучшую сторону. Конечно, и сейчас в деревне есть целый ряд недовольств, и сейчас есть еще целый ряд шероховатостей, и сейчас есть еще целый ряд крупных недостатков, но в сравнении с тем, что было перед XIV паргсъездом, можно с чистой партийной совестью сказать, что основная крестьянская масса успокоилась. Отношения между основной крестьянской массой н рабочим классом улучшились, а поэтому рабочая диктатура в пашей стране упрочилась, упрочилась па новой базе, на базе роста хозяйства, на базе хозяйственной смычки, которая еще имеет ряд прорех, где есть еще много трудных моментов. Но в основном задача, которая стояла так остро ко времени XIV съезда, потеряла сейчас свою остроту. Это есть основная проверка линии XIV съезда. Если бы мы в этом вопросе взяли другую линию, если бы мы не пошли иа целый ряд уступок середняцким слоям крестьянства, если бы мы не провели целого ряда мероприятий в этом направлении, а взяли бы, как предлагала оппозиция, линию усиленного налогового обложения крестьянства, повели бы политику высоких цен, тогда мы таких результатов не достигли бы.

Нужно сказать, что эта задача -укрепления нашего союза с середняком, задача успокоения середняцких масс крестьянства, упрочения союза между рабочим классом и основной креа ьянской массой - была решена не просто так, в безвоздушном пространстве, она была решена на базисе подъема производи! ельных сил всего народного хозяйства, на базисе растущей индустриализации страны, на базисе повышения удельного веса социалистического сектора нашего хозяйства. Другими словами, задачу привлечения на нашу сторону середняцких слоев крестьянства мы решили не тем, что мы что-либо разбазарили, что мы уступили мелкобуржуазному индивидуальному товаропроизводителю, не тем. что мы поступились какими-нибудь основными интересами рабочего класса; мы ее решили в таких условиях, когда общее народное хозяйство и его производительные силы поднялись на несколько ступенек выше, когда индустриализация пашей страны подвинулась за эти два года вперед, когда, на базе роста сельского хозяйства и нашей промышленности, удельный вес нашего социалистического сектора, удельный вес командных высот, находящихся в руках пролетариата и рабочего класса, чрезвычайно повысился.

Итак, основной вопрос для пас был, есть и будет вопросом о соотношении основных классов в нашей стране - рабочего класса, крестьянства, частного капитала, г. е. буржуазии в городе и деревне, той буржуазной дроби о которой говорил тов. Ленин Совершенно естественно, что внутри этого вопроса основным с точ ки зрения классов является вопрос об отношениях между рабочим классом и середняком-крестьянином, и именно здесь два года тому назад, на перевале к периоду быстрого хозяйственного восстановления, у нас качнулось. Теперь кое-кто про это забыл, забыл о том. как обострились тогда отношения между рабочим классом и крестьянством, оппозиция об этом не желает вспоминать. Л мы помним, какое паническое настроение было у теперешних оппозиционных "храбрецов", когда они непосредственно после гру шн-ского восстания предлагали выпуск беспартийной газеты и т. д. Об этом нужно оппозиционерам сейчас напомнить. Именно здесь, в вопросе о середняке, иа основе решений XIV съезда мы одержали победу, вопреки оппозиции, сломав ее политическую линию, дав собственную политическую линию. И эта политическая линия за два года выдержала экзамен, выдержала испытание, получила определенную хозяйственно-политическую проверку. Мы можем с полной уверенностью сказать, что ход истории в нашей стране, передвижка классов, которая произошла, полностью подтвердили правильность той политики, которую определил наш XIV партийный съезд.

Теперь относительно перспектив и относительно той стратегической классовой установки, которую наметил Пленум ЦК и П.КК7.

Если задача, которую в основном ставил перед собою XIV партсъезд, нашей партией выполнена, то что это означает с точки зрения сочетания классов? Означает ли это, что сочетание классов в пашей стране осталось таким же, каким оно было два года тому назад, или нет? Конечно, оно стало другим. С точки зрения соотношения между крупнейшими общественными классами положение в нашей стране сейчас другое, чем было два года тому назад. Почему другое? Другое как раз потому, что наша политика возымела положительные результаты, потому что мы получили успокоение середняцких слоев крестьянства и упрочение блока между рабочим классом и крестьянством на новой хозяйственной базе, на базе громадного усиления хозяйственных позиций пролетарской диктатуры. Отсюда необходимо сделать вывод: если мы имеем новое соотношение 'хозяйственных сил, если мы имеем сейчас новое соотношение хозяйственных форм, то само собой разумеется, что перед нашей партией на ближайший период стоят несколько иные задачи. Основные задачи остаются те же самые, но наша тактика, конкретные мероприятия на ближайшее время должны определяться существенными и основными особенностями именно этого текущего момента, а вовсе не тем, что было два года назад.

УКРЕПЛЕНИЕ СОЦИАЛИЗМА - БАЗИС ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО НАЖИМА НА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИЕ ЭЛЕМЕНТЫ

Какие основные факты имеются здесь налицо? Основные факты следующие: /) укрепление наших командных экономических высот; 2) рост регулирующего планового воздействия наших государственных органов; 3) рост нашей кооперации. С социально-классовой точки зрения - укрепление союза рабочего класса с середняком на основе падения роли капиталистических элементов. Кулак абсолютно вырос, но теперь положение его в корне отличается от того положения, которое он занимал 2 года тому назад, тем, что нам удалось гораздо в большей степени изолировать этого кулака, отвоевав из-под его влияния основную середняцкую массу крестьянства. И это есть как раз основа, базис, достаточное основание для того, чтобы теперь в другом сочетании сил, на основе укрепления нашего рабоче-крестьянского блока, мы имели гораздо больше возможностей ограничения эксплуататорских тенденций со стороны кулака. Вот почему, товарищи, достигнув той цели, которую поставил себе XIV партийный съезд,- а его основная цель была успокоение среднего крестьянства и укрепление блока с ним,- достигнув этой цели, решив эту задачу, получив большое приращение хозяйственно-политических сил на стороне рабоче-крестьянского блока под руководством пролетариата, под руководством нашей партии, мы можем сейчас с большим успехом, на этой новой основе, начинать наступление на капиталистические элементы города и деревни.

В противоположность тем товарищам, которые полагают, что сейчас, когда укреплены экономические командные высоты и консолидировался пролетариат,- мы имеем "термидор" , а в 1918 - 1919 гг. мы имели, было, мол, идеальное состояние, никакого "термидора" не было; для того чтобы показать им меру наших успехов, я хотел бы прочесть одно место из знаменитой брошюры тов. Ленина "О продналоге", место, которое бросает очень яркие лучи на наше теперешнее положение. Вот что писал, исходя из потребностей тогдашнего момента, Владимир Ильич. Он писал:

"...все должно быть пущено в ход для того, чтобы оживить оборот промышленности и земледелия во что бы то ни стало. Кто достигнет в этой области наибольших результатов, хотя бы путем частнохозяйственного капитализма, хотя бы даже без кооперации, без прямого превращения этого капитализма в государственный капитализм, тот больше пользы принесет делу всероссийского социалистического строительства, чем тот, кто будет "думать" о чистоте коммунизма, писать регламенты, правила, инструкции государственному капитализму и кооперации, но практически оборота не двигать.

Это может показаться парадоксом: частнохозяйственный капитализм в роли пособника социализму?

Но это нисколько не парадокс, а экономически совершенно неоспоримый факт" 9. (XVIII т., ч. 1, с. 225. Курсив наш.- //. Б.)

Что хотел этим сказать тов. Ленин в 1921 г.? Он хотел сказать, что мы так обнищали, мы так разорены, мы в такой мере лишены всего элементарно необходимого, что пусть хоть частнокапиталистический "черт" развивает свою инициативу, пусть он способствует получению большего количества продуктов, мы на это должны идти. И директива хозяйственной политики, данная тов. Лениным, гласила: кто достигнет в этой области, т. е. в деле увеличения продукции, наибольших результатов, хотя бы "путем частнохозяйственного капитализма", хотя бы даже "без кооперации", а на базе частнохозяйственного капитализма, тот сделает для всероссийского социалистического строительства гораздо больше, чем те, которые будут думать о чистоте коммунизма, а не способствовать росту товарооборота. Вот как обстояло дело тогда, в 1921 г.!

Разве можно сравнить то, что выражено в этих ошвах тов. Ленина, то, что было тогда, с тем, что есть сейчас, когда мы частнокапиталистические элементы загнали в некоторых хозяйственных отраслях "в лузу", когда наша кооперация, вместе с госторговлей, совершенно вытеснила в области товарооборота частный капитал из целого ряда отраслей, когда частный капитал бросился, спасая свою собственную шкуру, в кустарные промыслы, в ремесло и домашнюю промышленность и когда мы готовимся вытеснить его и с этих последних позиций, куда он бежал под давлением государственного и кооперативного кулака.

Так было дело тогда, при Владимире Ильиче, в 21-м году, в период перехода к новой экономической политике, когда у нас в социалистическом секторе, в нашей государственной индустрии почти ничего не было, были пустые заводы. В силу этого дана была главная директива: увеличить количество продуктов, невзирая на то, кто его увеличивает. Мы были вынуждены тогда идти на всемерное развязывание частного капитала: пускай хоть он помогает производить продукты,- разумеется, не на веки вечные, а на тот период, для того времени, когда мы обнищали до зарезу, когда у нас было мало организационных сил, когда нам нужно было во что бы то ни стало увеличить количество продуктов и усилить товарооборот, чтобы не умереть с голоду, и, хотя бы немножечко подкормившись, можно было думать начать наступление на этого частника, которого мы самого призывали.

А разве таково было положение ко времени XIV съезда? Накануне XIV съезда положение было совсем другое. Мы подходили уже к концу восстановительного периода нашей промышленности. Мы уже не могли тогда говорить так, как правильно говорил тов. Ленин в 21-м году, мы уже не могли дать такого лозунга: все равно - кто, пускай хоть капиталисты, пускай, хотя бы без кооперации, лишь бы производили новое добавочное количество продуктов! Такой директивы мы уже не могли дать. Почему? Потому, что мы стали гораздо сильнее. Тот, кто к XIV съезду стал бы давать такую директиву, которая была совершенно справедлива в 21-м году, тот обнаружил бы, что он не ведет социалистической политики. Эта директива была тогда совершенно правильной с точки зрения ужасающей нищеты, ужасающей разрухи, которая была в нашей стране; но она перестала быть правильной, стала неправильной, антикоммунистической, в условиях, когда у нас уже были возросшие командные высоты, когда наша индустрия поднялась, стала на ноги. Тот, кто попу га иски повторял бы эту старую формулу 21-го года во всей чистоте и неприкосновенности, никаких заветов Ильича не выполнял бы, а оправдывал бы известное изречение тов. Ленина, резким образом клеймившего такие попугайские повторения тех же формул, без всякого анализа конкретной исторической, хозяйственной и политической действительности.

Так вот: к XIV партийному съезду у нас был уже конец восстановительного периода, наша индустрия, наша промышленность начала уже вести за собой народное хозяйство; частный капитал в промышленности стал играть совершенно второстепенную роль; но, с другой стороны, у нас был значительный процент пустующих земель в сельском хозяйстве, у нас были трения с середняком, у нас было кризисное состояние между рабочим классом и середняком, который является, по выражению Вл. Ильича, "центральной фигурой нашего земледелия" ,0.

НАШИ УСПЕХИ- РЕЗУЛЬТАТ ПРАВИЛЬНОГО

MAНЕВРНРОВАНИИ ПАPTHH

Таково было положение к XIV партийному съезду, а теперь? А теперешнее положение, через два года после XIV партийного съезда, характеризуется тем, что наша промышленность и наши командующие экономические высоты ведут за собой все народное хозяйство. Факт это или ие факт? Это есть факт. В торговом обращении мы за эти два года сделали целый ряд чрезвычайно больших успехов. Например, в области хлебозаготовок кооперация и госторговля фактически стали монопольными торговцами. Хлебная монополия была отменена с введением нэпа. А теперь, иа базе роста наших хозяйственных организаций, на основе соревнования их с частником, мы вытеснили частный капитал из области хлебозаготовок, мы, так сказать, с другого конца, на новой базе подошли к государственной монополии в области хлебозаготовок. Госторговля и кооперация теперь почти моиоиольны в этой области и в ряду других отраслей нашего товарооборота. По целому ряду важнейших и крупнейших отраслей нашего товарооборота госторговля и кооперация представляют собой почти монопольную величину на рынке, настолько выросли и укрепились наши позиции в области товарооборота.

И, наконец, с точки зрения социально-классовой - мы укрепили союз с середняком.

Следовательно, у пас по сравнению с временем XIV партийного съезда есть три главные характерные особенности: 1) экономи-чески-командующая, решающая и ведущая роль нашей социалистической индустрии стала фактом неоспоримым; этого никто осиорить не может, потому что он расшибет себе лоб. хотя бы этот лоб был чрезвычайно медным (смех) - о стальную гряду фактов, которые говорят, что наша индустрия ведет все народное хозяйство; 2) в области товарооборота мы достигли решающего влияния, а в некоторых местах - монопольного положения и 3) с точки зрения социально-классовой, в общем и целом, середняк сейчас идет с пролетариатом. Это три основных фактора, связанных друг с другом н изменяющих положение по сравнению с тем. что мы имели ко времени XIV партийного съезда, очень значительно изменяют общее положение вещей в стране. А раз изменяется положение вещей в стране и изменяется в нашу пользу, то было бы просто глупо, если бы мы сейчас говорили то же самое, точь-в-точь и "тик в тик" то, что мы говорили иа XIV партийном съезде. Некоторые из оппозиционеров говорят сейчас: "Да, но вы теперь говорите не совсем то, что вы говорили на XIV съезде"-и думают, что это "убийственный" аргумент, и думают, что как раз в этом и заключается то, что мы ведем "неправильную", "зигзагообразную" политику. Это неправильно с их точки зрения, а с точки зрения анализа конкретных фактов и конкретного экономического и политического положения в стране иначе и быть не может: сделав очень крупные завоевания при помощи мероприятий, намеченных на XIV партийном съезде, мы теперь маршируем вперед на основе этих завоеваний, а если бы у нас их но было, то мы тогда провалились бы в пропасть, из которой пас нужно было бы вытаскивать за наши длинные уши. Но, к счастью, они оказались у нас не настолько длинными, как это предполагали некоторые из наших противников. (Смех.)

ТРОЦКИЗМ НИКОГДА НЕ УМЕЛ УЧИТЫВАТЬ СВОЕОБРАЗИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ОБСТАНОВКИ

Глупо всегда и на каждом повороте говорить одно и то же. Кто сейчас повторил бы лени некую формулу в качестве практической директивы нашей партии, кто сейчас сказал бы, что наша задача - всемерное увеличение продуктов, несмотря на то, кто их увеличивает, хотя бы без кооперации, хотя бы на основе частного капитала, кто бы решился повторить такую штуку? Никто не решился бы на это. Пожалуй, нашлись бы отдельные "умники", которые заявили бы - да это ведь отступление от ленинизма - Ленин писал не так! (Смех.) Но ведь на то они и "умники". У Ленина нет готовых рецептов на всякий случай жизни. И всякий, кто хочет рассматривать учение Ленина как собрание готовых рецептов, тот подходит к ленинизму с точки зрения плохо образованного аптекаря. Правильное применение ленинского учения состоит в точном и конкретном анализе существующей действительности. Пользуясь ленинизмом как политическим инструментом, пользуясь общемарксистской теорией, мы должны в каждый данный момент вникать и обнаруживать сочетание общественных сил, конкретных для каждого данного периода, особо характерных для него, и па этом строить уже свою линию, исходя из нашей обшей линии, линии на укрепление пролетарской диктатуры, на развитие социализма, на рост социальных элементов нашего хозяйства, на коммунизм.

Таким образом, анализ конкретной обстановки нам необходим. Этот анализ показывает, что ко времени XIV партсъезда все упиралось в вопрос о смычке с середняком как в главную задачу, разрешение которой, разумеется, не противопоставляется, а прямо предполагает укрепление нашей опоры на бедноту. Этот анализ показывает нам, что в итоге двух истекших годов на основе решений XIV партсъезда основные задачи, поставленные съездом, решены. Этот анализ показывает, что именно на основании того, что эти задачи в общем и целом были решены, у нас в настоящее время имеется другое сочетание общественных сил, другие классовые соотношения, что гораздо более могучие хозяйственно-политические позиции находятся в руках пролетарской диктатуры. И наконец, этот анализ приводит нас к тому, что на основании этого нового положения мы должны теперь, получив приращение сил, укрепив свой союз с середняком, взяв этого середняка под руку, мы должны, мы можем, мы имеем полную возможность сомкнутым фронтом, вместе с середняком, успешно начать более солидный нажим на нашего основного противника в деревне - на кулака. Вот эта другая расстановка сил позволяет нам, вменяет нам в обязанность, в целях переделки крестьянского хозяйства и вытеснения капиталистических элементов, начать то, что я в своем докладе на съезде московских профсоюзов 11 назвал форсированным наступлением на капиталистические элементы, на кулацкие элементы в деревне в первую очередь.

Вот, товарищи, та стратегическая установка, которая покоится на изменившемся соотношении сил.

В заключение я хотел бы отвести одно возражение, которое пущено в ход нашими оппозиционными "друзьями". (Смех.) Они, например, берут намеченное нами освобождение добавочных 10% крестьян от сельхозналога или намеченное нами усиленное настун ление на кулака и говорят: но вы ведь но сути-то дела "стибрили" Hauiy платформу. (Смех.) Хотя и недостаточно, не па все 100 процентов, но вы все-таки подвинулись, мол. к тому, что "мы говорили" ко времени XIV съезда нашей партии. Значит (делают они вывод), ваша политическая линия "потерпела жалкое банкротство". Значит, мы, оппозиционеры, были правы. Вы нас "обворовали", а потому уступите ваше "место" другому партийному руководству

(они все рассматривают с точки зрения "дальнего прицела") {Смех.) Такого рода ход аргументов чрезвычайно характерен для всей троцкистской оппозиции. Так троцкизм рассуждает по отношению и ко всему ленинизму вообще. Ведь Троцкий так ставил вопрос: кто первый сказал "б" о пролетарской революции в России? Я, Троцкий, сказал это раньше, чем Ленин! Кто первый сказал - без царя, а правительство рабочее? Я, Троцкий! Значит, в 1917 г. ленинизм "перевооружился", как он изволил выражаться, Ленин пришел к Троцкому, а не наоборот.

Это, товарищи, старая аргументация В политике дело заключается не в том, сказать "а" или "б" или какой-нибудь другой звук. Дело заключается в том, чтобы, кроме азбуки, кроме общей генеральной линии, общего курса, который ясен вам, который необходимо взять, нужно знать, когда сказать "а", а когда "б". Нужно сказать "а" - тогда, когда это нужно. А вот если это переставить и сказать "а" тогда, когда нужно сказать "б", или сказать "б" тогда, когда нужно сказать "а", то никакого ленинизма из этого не получится. (Смех.) Вот если бы то, что мы говорим сейчас, мы сказали, не решив предварительно вопроса об успокоении середняцких масс, то это значило бы сказать "б" тогда, когда нужно сказать "а". Или если бы, например, сказать сейчас то, что говорил Ленин в 1921 г., значит сказать "а" тогда, когда теперь уже нужно говорить "б", а может быть и "в" и "г". В этом вся "соль". В этом основная ошибка троцкизма, которая повторялась у него уже неоднократно и которая заключается в том, что Троцкий не вовремя давал лозунги. И когда нам сейчас говорят о том, что наконец-то вы увидели кулака, мы говорим: уважаемые дяденьки, в том-то и дело, в том-то и ваша смертная беда, что вы не понимаете, когда что нужно говорить, вы не видите основного звена, за которое надо ухватиться. Основным звеном два года тому назад, ко времени XIV съезда, был вопрос об успокоении середняка. Не сделай мы того, что сделали мы на XIV партийном съезде, нам бы как своих ушей не видагь того, что мы теперь имеем. Мы должны были предварительно решить основную, громадной важности, задачу, без чего мы провалились бы в "тартарары". Приняв полптику, которая предлагалась тогда троцкизмом и так называемым "Нопом" , мы, может быть, от нэпа перешли бы к неопэпу.

Теперь я более конкретно перейду к тем двум важнейшим вопросам, которые стояли на Пленуме. Сперва я изложу те положительные решения, которые приняты Пленумом, не касаясь нашей оппозиции, а под конец, на "третье блюдо" (смех), разрешите мне поставить эти вопросы в связи с оппозицией.

Товарищи, я докладывал вам, что анализ теперешнего хозяйственного и политического соотношения и классовых сил нашей страны указывает на наш рост.

О ДИРЕКТИВАХ К 5-ЛЕТ И ЕМ У ПЛАНУ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА хл

Наш рост находит свое выражение в самой постановке вопроса о выработке пятилетнего плана нашего народного хозяйства. В самом деле, если бы у нас дело шло вниз, если бы не росли материально предпосылки нашего ила нового хозяйства,- а рост материальных предпосылок есть не что иное, как рост социалистически обобществленных элементов нашей страны,- то естественно, что ни одному из нас и вообще ни одному из не сошедших с ума людей не взбрело бы в голову приступить к решению таких проблем, как составление народнохозяйственного плана на 5 лет вперед. Самая постановка вопроса о пятилетнем плане нашего народного хозяйства выражает собою наш рост, факт этого роста. Если бы мы с этой точки зрения посмотрели на то, что мы имели раньше, посмотрели бы на то, как мы осторожно подбирались к годовым планам, подползали "на четвереньках" к тому, чтобы представить хотя бы примерную, хотя бы ориентировочную линию для нашего годового плана, а не пятилетнего плана, то нужно признать, что мы сделали огромный шаг вперед в области нашего планового хозяйства.

На последнем Пленуме ЦК м нашей партии и на Политбюро, обсуждавшем этот вопрос, до внесения на Пленум ЦК тезисов о пятилетнем плане, мы с полной откровенностью и ясностью поставили вопрос, что мы можем пока дать только директивы к пятилетнему плану, а не самый пятилетний план. С известной точки зрения нужно признать, что это недостаток: конечно, было бы гораздо лучше, если бы вместо директив к пятилетнему плану мы могли бы дать съезду более или менее точный пятилетний план нашего народного хозяйства. По тут был ряд особых трудностей, дополнительных трудностей, которые заставили сперва Политбюро, а потом Пленум ЦК отказаться от того, чтобы представлять на партийный съезд точное цифровое выражение нашего народнохозяйственного плана на 5 лет вперед. Этим мы, кроме обыкновенных соображений о необходимости более осторожного обращения с цифрами, имели в виду два обстоятельства: одно очень крупное, другое -тоже довольно значительное, хотя и не такого размаха.

ВОЕННАЯ ОПАСНОСТЬ. ВОЗМОЖНОСТЬ НЕУРОЖАЯ

И НАШЕ ПЛАНИРОВАНИЕ

\ 1ервое обстоятельство - наше международное положение. Сейчас в кругах всей партийной массы, в массе рабочего класса стало всеобщим достоянием сознание крайней остроты нашего международного положения. На предыдущем Пленуме ЦК 15 по этому поводу была вынесена соответствующая резолюция.

Мы все глубоко убеждены, что стоим перед крупными событиями в области международной жизни, хотя и ие знаем сроков, в пределах которых эти события могут разыграться. Но 5 лет - это срок довольно достаточный. В течение пяти лет всякие осложнения международного положения очень вероятны. Если война против нас и интервенция в пределы нашей страны, на протяжении пятилетнего срока, очень вероятны, то совершенно естественно, что такого рода события неизбежно и очень здорово видоизменили бы весь наш хозяйственный план. Нам обязательно нужно будет в той или иной мере перенести центр тяжести в нашу военную промышленность; нам необходимо будет исходить из гораздо более крупных бюджетных ассигнований отраслям нашего хозяйства - и не только хозяйства,-? способствующим делу повышения обороноспособности нашей страны. Нам необходимо предпринимать целый ряд мер по образованию всевозможных резервов: натуральных, товарных, валютных, которые обеспечили бы нам, на случай военных событий, возможность хозяйственно-политического маневрирования. Поэтому совершенно понятно, что пятилетний план, который мы теперь должны принимать в обстановке, насыщенной грозой, что этот пятилетний план, если бы мы его цифровым образом закрепили и если бы мы закрепили каждую цифру решением партийного съезда, то мы заранее связали бы себе руки в обстановке, в условиях, когда мы должны держать свои руки гораздо более развязанными в этом отношении.

Второе обстоятельство - это известное опасение за состояние наших урожаев в ближайшие годы. Дело в том, что у нас несколько лет подряд были урожайные годы. Предсказание урожайности и неурожайности у нас еще не настолько развито, вернее, совсем не развито, чтобы мы могли хотя бы с какой-нибудь, хотя бы с чрезвычайной приблизительной точностью заранее предсказать высоту или степень урожая. Опыт предшествующих лет за несколько десятилетий показывает, что через некоторое, сравнительно незначительное, количество урожайных лет следуют неурожайные годы. Есть вероятность, что за рядом урожайных лет, которые мы уже имели, могут наступить в ближайшие годы неурожайные годы. Может быть, этого не будет, никакой прочной закономерности здесь нет. Но нам нужна известная страховка, как вы легко поймете, нам нужна известная страховка на случай повторения неурожаев, недородов и пр. Вот почему и с этой точки зрения нам необходимо иметь в виду приблизительность нашего пятилетнего плана. Нам необходимо иметь в виду те поправки, которые могут быть внесены жизнью, поправки в худшую сторону, о которых я сейчас только что говорил. И поэтому Центральный Комитет партии решил остановиться на том, чтобы предложить XV партийному съезду лишь некоторые общие директивы по составлению пятилетнего плана нашего народного хозяйства, а не самый этот план, т. е. изложить те основные линии, те основные мысли, те основные директивы, по которым должен быть построен пятилетний план нашего народного хозяйства. Работы по составлению этого пятилетнего плана еще не закончены. Они идут в соответствующих органах, в первую очередь в Госплане.

Одна пятилетка была выработана, она теперь исправляется в согласии с теми директивами, которые приняты. Ко времени партийного съезда мы, вероятно, будем иметь, параллельно тем директивам, которые ЦК принял, соответствующий подобранный цифровой материал, который, однако, не связывает Центральный Комитет и не будет связывать партийный съезд, но который позволит каждому из членов партийного съезда и всей партии примерно ориентироваться в тех основных итогах и основных предположениях, которые имеются у соответствующих хозяйственных органов.

Вот под углом зрения такой осторожности в составлении пятилетнего плана составлялись и те директивы, которые приняты Пленумом ЦК как тезисы для партийного съезда. Все они построены под углом зрения преодоления некоторых основных трудностей нашего хозяйства, тех трудностей, которые уже имеются, и тех, которые еще будут. Причем здесь нельзя было обойти и ряда таких вопросов крупнейшего принципиального значения в области хозяйственной политики, которые разделяют огромное большинство партии от оппозиционных внутрипартийных противников.

МИРОВОЕ ХОЗЯЙСТВО И СОВЕТСКАЯ ЭКОНОМИКА

Прежде всего нужна была определенная установка в вопросе о соотношении между нашим хозяйством и хозяйством мировым. Этот вопрос, вы знаете, ставился у нас иногда под самыми различными углами зрения. Ну например, когда оппозиционные товарищи упрекали нас в "национальной ограниченности", они разумели не только политику Коминтерна, но и нашу хозяйственную политику. Они видели и видят до сей норы пашу "национальную ограниченность" в том, что мы выдвигаем лозунг: возможно больше хозяйственной самостоятельности по отношению к капиталистическому миру. В этом они тоже видят признак нашей "национальной ограниченности". Между тем сами они выставляют лозунг: наиболее широкие связи с заграницей. Тут нужно было уже выбирать, какую директиву должны мы дать нашим хозяйственным органам в этом вопросе при составлении пятилетнего плана. Что здесь нужно считать правильным? Этот вопрос, товарищи, мы решали в связи с той линией, которую занимаем все время. В самом деле, можем мы принять лозунг, в особенности ортодоксального крыла нашей оппозиции троцкистов, лозунг максимальных связей с заграницей, и больше ничего? Мы считаем, что принять его нельзя, мы считаем, что такой лозунг пагубен и по очень простой причине. По той же причине, по какой мы не можем внутри нашей страны дать голого лозунга развития производительных сил и больше ничего, а должны говорить: развитие производительных сил, по такое, которое усиливало бы рост нашего социалистического сектора. Представьте себе, например, что мы сняли все решительно загородки и барьеры по отношению к загранице, представьте, что мы получили огромные капиталистические займы иа парочку десятков миллиардов, продав наше пролетарское первородство, сдав, скажем, крупному американскому капиталу в кабалу наши фабрики и заводы и прочее. Быть может, в ближайшие два-три года они начали бы развивать производительные силы быстрее нас, это не исключено. Но мы так смотреть не можем, мы не для того проделали революцию. Мы стоим за такое развитие производительных сил в нашей стране, которое все время усиливало бы социалистический сектор нашего хозяйства и било бы хозяйство противника.

Так мы говорим по отношению к хозяйству внутри нашей страны. А по отношению к загранице? Разве мы можем сказать, как говорят оппозиционные товарищи - "максимум широких хозяйственных связей"? Если считать воплощением "интернационализма" максимум широких хозяйственных связей с заграницей, а некоторую узду в этом отношении считать "национальной ограниченностью", то получается вообще следующее. Если кто желает "максимум хозяйственных связей с заграницей", тот должен в первую очередь уничтожить монополию внешней торговли - это же ясно, "как апельсин"! Монополия внешней торговли есть барьер. Смысл этого барьера - ограждать нас от слишком широких связей с заграницей, потому что, если бы мы сняли этот барьер, на нас хлынули бы более дешевые американские товары. Это были бы "более широкие связи с заграницей"... А нашей социалистической промышленности от этого поздоровилось бы? Нет, потому что ее стукнула бы более высокая американская промышленность, с которой нам пока еще нельзя состязаться в открытую. Мы должны сохранять монополию внешней торговли. Мы растим и строим свою промышленность, которая пока еще не стоит на базе самой высокой техники в мире. В одном своем докладе я говорил, что если бы мы победили в Америке, то нам и монополия внешней торговли ие была бы, по всей вероятности, нужна, потому что мы производили бы дешевле всех. В СССР монополия внешней торговли нужна как защита от врагов, для того чтобы-хотя мы еще более нищи, чем наши капиталистические противники,- мы могли бы как муравьи со всех сторон собирать и строить. Монополия внешней торговли - это есть наша защита, и все решительно, кроме некоторых белых ворон, стоят за то, чтобы она существовала. Монополия внешней торговли целиком опрокидывает эту концепцию, этот лозунг - "наиболее широкие связи с заграницей". Вздор! Так нельзя формулировать, и это вовсе не есть "национальная ограниченность" с нашей стороны, когда мы говорим, что мы хотим строить, не впадая в излишние крайности, не выставляя лозунга "самые широкие связи с заграницей". Нам говорят, что это "национальная ограниченность". Вот если бы вокруг нас было не капиталистическое окружение, а социалистическое, тогда, разумеется, мы бы никакой монополии внешней торговли по отношению к социалистическому окружению не имели бы. мы сломали бы государственные границы ко всем чертям и объединились бы вместе с иностранными пролетарскими странами. Этим мы доказали бы свой интернационализм.

Следовательно, по вопросу относительно наших хозяйственных связей с заграницей мы не можем стоять на точке зрения голого лозунга - расширения хозяйственных связей,- и больше ничего. Мы можем стоять на такой точке зрения: расширяй хозяйственные связи в тех пределах, в тех рамках, в такой мере, в какой ты на основе такой политики можешь становиться все более хозяйственно, политически и военно независимым от иностранных капиталистических стран.

Если бы у нас было социалистическое окружение, то на кой шут нам была бы эта независимость, она нам совсем не нужна была бы. Но, извините, если у нас капиталистическое окружение, то нам независимость нужна, потому что мы находимся в противоречии с империалистическими государствами, потому что должны все больше на свои ноги становиться. Вздор, что это есть национальная ограниченность, так как такая линия необходима только потому, что в других странах нет еще социализма, а у нас он уже растет, поэтому он ограничен. Ограниченность наша вытекает из того, что сейчас еще ограничена победа рабочего класса,- вот что такое пресловутая наша "хозяйственная ограниченность". Совершенно понятно, что было бы вздором проповедовать другую крайность, т. е. говорить, что мы не должны ничего за границей покупать. Это было бы глупостью. Но когда и кто это проповедовал? Конечно, мы должны маневрировать, сноситься с нашими врагами, должны покупать за границей. Л граница этого? Граница этого в том, чтобы не подрывать нашего хозяйства. Словом, мы должны сделать все, чтобы расти, становиться более крепко на свои ноги. Так мы решили вопрос относительно нашей связи с заграницей.

ВОПРОС О ПРОТИВОРЕЧИЯХ МЕЖДУ ГОРОДОМ И ДЕРЕВНЕЙ

К вопросу о противоречии между городом и деревней, т. е. к главнейшему вопросу о нашей хозяйственной политике, я хочу отметить следующее. Каждая цифра в пятилетнем плане предполагает определенное распределение ресурсов: и вопрос о ценах и об ассигнованиях на те или другие отрасли, и финансирование сельского хозяйства, и финансирование промышленности, и распределение вложений между тяжелой и легкой индустрией - все это определяется некоторой обшей установкой нашей хозяйственной политики. И здесь мы должны были дать целый ряд директив, исходя из тех трудностей, величайших трудностей, которые имеют своей базой противоречия между городом и деревней (ножницы, диспропорция между промышленной промышленностью и сельскохозяйственной и т. д.). В этой области мы должны были дать совершенно определенные директивы, связанные с общими нашими хозяйственно-политическими взглядами. Мы должны были отвергнуть политику высоких цен, мы должны были отвергнуть политику персобложения середняцкой части крестьянства, мы должны были принять такого рода директивы к плану, которые исходили бы из нашего основного метода решения хозяйственных вопросов. Прежде всего, мы наметили линию на дальнейшее снижение себестоимости, на рационализацию нашей индустрии, на привлечение мелких сбережений, путем всевозможных займов, путем сберегательных касс и пр. Рационализация, реорганизация нашей промышленности, более дешевые цены - это и есть тот путь, который даст нам возможность в ближайшие пять лет несколько ослабить противоречия между городом и деревней.

Крупнейшим и мучительнейшим вопросом у нас является вопрос о безработице. Но и вопрос о безработице нужно точно так же решать не односторонне, как к этому имеется тенденция среди некоторых наших партийных кругов: расширение промышленности, и больше ничего. Не этим нужно решать вопрос и бороться с этой главнейшей трудностью. То расширение промышленности, которое нужно и возможно, ие может удовлетворить той массы безработных, которая у нас есть и которая будет. Мы эту проблему должны решать с двух концов. Это точно так же должно лежать, в качестве краеугольного камня, в директивах но построению пятилетки: с одной стороны, расширение промышленности, с другой - рационализация этой промышленности на основании укороченного рабочего дня (с чем товарищи из оппозиции не согласились) и увеличения количества смен, а с третьей стороны - линия, которую мы определяем как линию на рост трудоемких хозяйств в деревне, линию па индустриализацию самого сельского хозяйства. Товарищи, у нас еще чрезвычайно варварская, примитивная обработка земли, у нас имеется целый ряд районов, которые не могут идти иод зерновое хозяйство и которые по самой своей природе не могут воспользоваться такими вещами, как трактор и другие крупные сложные сельскохозяйственные машины. У нас есть целый ряд отраслей сельского хозяйства, которые имеют тенденцию развиваться в более трудоемкие и интенсивные хозяйства: садоводство, огородничество, животноводство и т. д. Здесь у нас есть еще целое море работы. Путем поощрения этих трудоемких хозяйств мы можем способствовать тому, что так называемое аграрное перенаселение, которое есть в деревне и в результате которого у нас в городах увеличивается безработица, уменьшится.

ТЯЖЕЛАЯ И ЛЕГКАЯ ИНДУСТРИЯ

Целый ряд вопросов и по другим отраслям, как, например, вопрос о распределении вложений между тяжелой индустрией и легкой промышленностью, также по-разному решается нами и сторонниками оппозиции. Мы считаем, что та формула, которая говорит - максимум вложений в тяжелую индустрию, является не совсем правильной или, вернее, совсем неправильной. Если мы должны иметь центр тяжести в развитии тяжелой индустрии, то мы должны это развитие тяжелой индустрии сочетать все-таки и с соответствующим развертыванием легкой индустрии, более быстро оборачиваемой, более быстро реализуемой, возвращающей скорее те суммы, которые на нее были затрачены. Мы должны, повторяю, делать так, чтобы получить наиболее благоприятное сочетание.

То же самое относительно нового строительства. Мы должны были признать, опыт уже говорит об этом, что мы, пожалуй, сделали ошибку в деле капитальных затрат. Мы пошли очень разбросанным фронтом, стали сразу давать на многочисленные пункты нового строительства громадные суммы, которые только через долгий промежуток времени дадут более или менее солидные результаты, т. е. когда новые фабрики заработают и продукция будет реализоваться и т. д. Было бы лучше на меньшем фронте сосредоточить те же самые суммы денег для того, чтобы в более короткий срок начать получать результаты, реализовать продукцию и т. д. Повторяю, здесь масса сложнейших задач и вопросов. Мы должны исходить из соображений целесообразности, учитывая все факторы. Нельзя давать голую формулу - только на тяжелую индустрию, или - максимум вложении в тяжелую индустрию, а надо умело сочетать все моменты, определяющие реальный поступательный ход нашего хозяйства.

ПРОБЛЕМА СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РАЦИОНАЛИЗАЦИИ И ПЕРЕХОД НА 7-ЧАС01ЮЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ

И в области Индустрии, отчасти в области сельского хозяйства, мы должны со всей энергией выдвинуть сейчас проблему рационализации. Мы полагаем, что всякие послабления хвостистским настроениям среди рабочих - такого типа, что мы, мол, как-нибудь "но старинке" проживем, что у нас масса трудностей на новом пути - абсолютно недопустимы.

Несомненно, что рационализация несет с собою громаднейшие трудности решительно по всем линиям, но не переходя к более высокой технике, к большему применению научных сил, к более правильному разделению труда, к применению более квалифицированной силы, т. е. к большей культуре самого рабочего класса, нам нельзя догнать и перегнать капиталистические страны. Поэтому совершенно ясно, что переход на рационализаторскую систему, переход к более улучшенным методам нашей индустрии - я скажу в открытую - он предполагает более интенсивный труд. Чепуху разводят некоторые оппозиционные товарищи, говоря: да, высокая техника хороша, но этого нельзя сопровождать требованием более интенсивного труда, нужна только большая производительность труда. Так никогда не бывает и не может быть. Конечно, производительность труда - это не то, что интенсивность труда. Интенсивность труда означает большую затрату энергии в единицу времени, скажем, если рабочий в один час тратит энергии в иол-тора раза больше, чем прежде, то это означает увеличение интенсивности труда. Если же он в один и тот же час тратит столько же энергии, но производит больше продуктов, т. е. напряженность труда такая же, но вследствие технических улучшений (новых машин и т. д.), то это означает увеличение производительности труда. Но бывает ли в жизни так, что одно от другого отделимо? Нет. Всякая новая система требует большего внимания. Конвейер требует большего внимания и большей интенсивности. Реально всегда бывает так, что с развитием техники груд становится более интенсивным. Но новая техника создает еще один момент, который не нужно забывать, который облегчает дело, а именно, сама рабочая сила поднимается на высшую ступень, ей легче производить более напряженный труд. Это отлично знает всякий рабочий по своему опыту при переходе завода на новую систему труда, знает он и, например, когда начинал впервые заниматься общеетвенной работой. Каждый знает, как от непривычной работы, от необходимости думать быстро, рабочие от станка, переходящие иа общественную работу, быстро устают. А потом они привыкают, приучаются к этой новой работе. Следовательно, труд на этом поприще становится более активным, рабочие к нему привыкают и развивают в себе большую выдержку, перерабатывают сами себя. Рабочая сила становится другой. Если вы попробуете отсталого рабочего в нашей стране заставить работать на американском заводе, то вначале он не в состоянии работать так, как работает американец. Почему? Потому что ему нужно привыкнуть, потому что у рабочего в Америке трудовая культура другая. Этот большой процесс - перевоспитание рабочей силы, поднятие ее иа высшую ступень, это и есть то, что я называю: трудовая культура. Трудовая культура повышается, изменяется рабочая сила, изменяется человек.

Я приведу вам такой пример из совсем другой области: кто нибудь учится играть на каком-нибудь инструменте, скажем, па рояле; он сначала должен смотреть, куда, в какую клавишу тычется палец, он должен косить глаза па ноты и на пальцы, чтобы разобрать, как различные значки должны отражаться па движении его пальцев. Это стоит большого труда, а когда он научится играть, то ставит пальцы уже механически. Или возьмем такой пример: когда человек учится читать, он читает б-г-а=ба, з-|-а=за, база или б-f у = бу, з-}-а=за, буза. (Смех.) Когда дети учатся читать, они тратят много сил, от них требуется большое напряжение, чтобы сложить букву с буквой, разобрать, складывать, а потом они могут читать без того, чтобы гратнть на это труд. Это вошло уже в привычку. А если особенно ловко "насобачиться" на чтении - это я знаю по самому себе - то получается такая вешь, которая в науке имеет особое название "партитурное чтение". Видишь целую страницу, целую страницу не читаешь, бегло просматриваешь и улавливаешь смысл; можно прочитать книгу, только перелистывая ее, и все-таки схватываешь самую суть вещей. Это значит, что человек так натренировался на этом деле, что развил уже способность к партитурному чтению. Я привожу такие примеры потому, что они мне более знакомы, но теоретически так же происходит и в непосредственном материальном трудовом процессе, т. е. происходит перевоспитание рабочей силы, переход ее на более высокую ступень. И в этом должен быть большой толчок рационализации промышленности. Другой тип рабочего, другой темп труда, другая интенсивность труда, но в то же время другая способность рабочей силы развивать большую интенсивность труда. И совершенно естественно, товарищи, что это есть очень крупная проблема, которую мы обязательно решим. По мы не можем разрешать ее капиталистическим методом. Центральный Комитет выставил положение о необходимости постепенно переходить на 7-часовой рабочий день. Тут не только имеет место то соображение, что мы сможем благодаря этому ввести большее количество смен, но и соображение большего производственного размаха. Если мы хотим двигать дело рационализации нашей промышленности вперед, мы должны компенсировать рабочий класс; раз он переходит в высшую ступень, компенсировать более коротким рабочим днем. Мы из 7-часового рабочего дня, поскольку он будет реализован, сделаем мощный рычаг, чтобы поставить себя на более высокую ступень развития. Мы не можем перегнать в хозяйственном отношении капиталистические страны, если мы весь темп нашего производства не переведем на несколько классов вперед.

Я не буду останавливаться на целом ряде других проблем, они изложены в опубликованных решениях.

Перехожу к изложению конкретных мер, принятых по вопросу о деревне.

ДАЛЬНЕЙШИЙ НАЖИМ НА КУЛАКА - ПРОДОЛЖЕНИЕ НАШЕЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИНИИ

С классовой точки зрения мы к вопросу нашей деревенской политики подходим точно так же, как к вопросу о построении пятилетнего плана нашего хозяйства. Наша основная задача - социалистическое продвижение вперед. Как я уже сказал, на основе наших достижений мы должны повести более организованное наступление на капиталистические слои деревни, на основе укрепления и упрочения союза с середняком. Тезисы, которые предложены вниманию членов партии, отмечают и общую установку, о которой я говорил, и ошибки и извращения нашей политики. В тезисах отмечены крупнейшие ошибки и крупнейшие извращения нашей политики в деревне, которые мы и мети и можем иметь. Главное в тезисах заключается в тех практических мероприятиях, которые Центральный Комитет считал нужным наметить на ближайшее наше будущее для реализации намеченной тактической линии.

В чем будет выражаться линия более форсированного наступления на кулака?

Во-первых, уточнение и улучшение постановки прогрессивно-подоходного обложения в смысле уловления всех доходов кулака, в смысле перехода на этот тип обложения в волости.

Во-вторых, борьба с куплей и продажей, дарением и завещанием земель, случаи чего бывают в некоторых местах.

В-третьих, сокращение сроков аренды - сокращение прав для тех, кто не возделывает сам землю, сдает ее в аренду,- от трех до шести лет.

В-четвертых, прекращение выделов на отруба, если этот переход на отруба идет на пользу кулаку и сопровождается ростом отрубного хозяйства кулацкого типа.

В-пятых, строгое соблюдение кодекса законов о труде в деревенском капиталистическом, т. е. в кулацком, хозяйстве и так называемых временных правил в хозяйствах среднезажиточного типа, на которые эти правила распространяются.

Большее внимание и усиление кооперативных форм хозяйства с таким уклоном, чтобы от сбытовой кооперации, от кооперации по сбыту и снабжению сейчас в возрастающей степени развивать производственное кооперирование. Наши хозорганы уже сейчас зачастую дают прямые заказы крестьянству, указывают, как лучше производить, иногда дают ему сырье и, таким образом, связываются /юговорными отношениями с кооперированным крестьянством, ведя фактически это хозяйство по определенному производственному плану.

В области политических мероприятий важнейшее ограничение, намеченное в тезисах,- это лишение по сути дела кулака права голоса в земельных обществах. Это крупнейшая реформа. Дело в том, что в деревнях очень часто земельные дела решает земельное общество и, кроме того, совет, т. е. имеется как бы зародыш некоторого "двоевластия". Если кулак лишен избирательных прав в совет, а в земельном обществе, при решении земельных дел, имеет право голоса, он там голосует и может так или иначе манипулировать. Поэтому намечено лишение права голоса в земельном обществе для тех, кто лишен избирательных прав в совет. Это необходимо и с точки зрения общей линии нашей политики, чтобы совет не оторвался от производственной базы, т. е. от дел земельного общества.

Вот главные из тех мероприятий, которые идут по деревенской линии. Я не останавливаюсь на других мероприятиях, более обычного тина, ну, скажем, всемерной помощи ирригационным работам, на вопросе о землеустройстве, без разрешения которого невозможно дальнейшее развитие крестьянского хозяйства вперед, невозможно ограничение вожделений кулака, который при землеустроительной неурядице перехватывает иногда лучшую землю и т. д.

Во всех этих мероприятиях отражается та общая политическая классовая линия, которую мы наметили на основе завоеваний, полученных в результате решений XIV съезда в новой обстановке. Вы видите, что эта линия находит свое конкретное, практическое выражение в решениях Пленума, которые должны будут с максимальной настойчивостью проводиться членами партии после того, как, мы надеемся, партийный съезд эти решения утвердит.

У нас было два главных пункта в порядке дня нашего Пленума Центрального Комитета - если не считать вопроса об оппози-

340

ции - это именно: вопрос о пятилетнем плане и вопрос относительно работы в деревне.

Я коснулся здесь только наиболее важного по той причине, что эти темы настолько обширны, что, даже отвлекаясь от международного положения, о чем у нас обычно всегда принято говорить, все же вы видите, что тут подняты сложные, труднейшие вопросы нашей борьбы и работы.

Мне хотелось бы, чтобы из этой части доклада вы, товарищи, вынесли с полнейшей отчетливостью и ясностью одну мысль, которую я хотел провести в этой части доклада, а именно:

во-первых, что мы сейчас, в теперешних условиях должны усилить нажим на капиталистические элементы;

во-вторых, что эта наша политика не случайна, а вытекает и связана с предыдущей нашей политикой;

в-третьих, что эта увязка заключается в том, что мы не могли перейти к форсированному наступлению на капиталистические элементы деревни, не имея вместе с собою крестьянина-середняка, и

в-четвертых, что мы не могли приобрести на свою сторону крестьянина-середняка, не проведя тех мероприятий, которые решил XIV партийный съезд.

Теперешняя наша политика, намеченная последним очередным Пленумом Центрального Комитета, это не есть пуля, случайно выпущенная, неожиданный выстрел из револьвера, как пытается это представить оппозиция, а это есть продолжение той гюлитической линии, которую мы имели раньше, на основе учета нового классового сочетания общественных сил, на основе того нового, что мы получили в результате двух лет.

Еще и еще раз повторяю,- не ленинец тот, кто говорит при каждом удобном и неудобном случае буквально то же самое. Такому виду животного имеется правильное название - "попугай". Задача ленинца - анализировать конкретное соотношение сил, конкретное положение и соответственно этому действовать. Мы перешли теперь в новую обстановку на основе нашей предыдущей политики. Новая обстановка требует от нас и некоторого нового слова. Это новое слово и намечено решениями последнего Пленума.

ПАРТИЯ И ОППОЗИЦИЯ

Перехожу теперь ко второй части доклада, к вопросам, связанным с нашими разногласиями, с разногласиями между оппозицией и партией. Этот раздел своего доклада я начну со следующего. Нередко приходится слышать со стороны оппозиционных товарищей, что мы якобы

12 НИ Ьуларин 341

пошли им навстречу, или "стибрили" часть того, что у них написано в их платформах, заявлениях и пр. Иа этот вопрос я, по существу, ответил в первой части своего доклада, а здесь я хочу поставить другой вопрос. Хорошо, предположим, что мы "стибрили" их платформу, почему же тогда они не складывают оружия, почему же они тогда не скажут: ну, ладно, были разногласия насчет кулака, теперь партия пришла к нашим взглядам, разногласия изжиты, давайте жить в мире; были разногласия по ряду других вопросов, но теперь, благодаря тому, как Троцкий говорил на одном совещании, что Бухарин поворачивает "теоретическую кобылу" то хвостом, то мордою, в зависимости от настроения, теперь, когда ЦК, но мнению оппозиции, повернул эту самую кобылу не хвостом, а мордою, почему же вы не складываете оружия, милостивые друзья? Это совершенно естественный вопрос.

В самом деле. Предположим, что мы в течение двух лет ошибались, предположим, что со времени XIV партсъезда мы несли величайшую ахинею, предположим, что именно благодаря этому оппозиция имела морально-политическое право встать на дыбы и обрушивать на партию решительно все, что у нее было в ее арсенале, начиная от твердых мортирных снарядов и кончая довольно зловонными веществами. Для чего же нужно сейчас так трещать? Почему же сейчас всем не сплотиться, раз партия, по убеждению оппозиции, изменяет свою точку зрения? Такой вопрос нужно задать. На это оппозиция отвечает: видите, вы нас явно "обокрали", но мы не верим, что руководящие партийные кадры будут в состоянии провести ту программу, которую мы указываем; вы все здесь жульничаете, пошли налево, сделали зигзаг, повернули под влиянием критики оппозиции, но партия не в состоянии провести то, что сама признала.

Ладно, предположим, что и это так; предположим, что у нас такое положение вещей, что вся партия говорила величайшую ахинею два года; предположим даже, что теперь, став на правильную точку зрения, партийное руководство само не в состоянии будет провести эту политику. Но скажите, пожалуйста, если бы все это было так, и если бы в этих двух вопросах оппозиция была права, разве тогда ие должна была оппозиция сказать: ну теперь руководство партии обнаружило свое политическое банкротство; партия, однако, этому руководству верит; мы, оппозиция, должны еще доказать всей рядовой партийной массе, что это руководство | по тем векселям, которые оно дало, платить не будет. Подождемте i еще годок и все увидят, что это партийное руководство по векселям, выданным им, платить не будет, политическую линию, кото- I рая теперь намечена, осуществить не сможет, тогда всякий дурак поймет, что этакое руководство надо сбрасывать, сшибать. Так тогда должна была бы рассуждать оппозиция.

А что мы видим вместо этого? Вместо этого мы видим, что как раз перемена тактической ориентировки партии в связи с новым положением сопровождается со стороны оппозиции не только криками о том, что нас-де "обокрали", но и неслыханным обострением внутрипартийной борьбы. Это почему? Если вы уверены, что теперешнее партийное руководство своими собственными силами не сможет провести намеченную политику, если дело обстоит так, то разве не долгом каждого оппозиционера являлось бы выждать еще известное количество времени, а не подвергать партию неслыханной опасности раскола, подвергать пролетарскую диктатуру в нашей стране различным колебаниям, идя на путь нелегальщины, переходя решительно все рамки внутрипартийных норм и даже норм общесоветского права.

ОППОЗИЦИЯ ОТОШЛА ОТ ПАРТИИ НИ ТОЛЬКО В ВОПРОСАХ ТАКТИКИ. НО И В ВОПРОСАХ ПРОГРАММЫ

Из-за чего такой шум? Из-за чего такая ожесточенная атака? Из-за чего такая политика, которая по сути дела означает выбрасывание всех организационных принципов партии в корзину? Почему такое бешенство? Почему такая антипартийная н даже, повторяю, отчасти антисоветская работа? Почему? Если все так, как говорит оппозиция, то на этот вопрос нельзя найти никакого ответа, если... если не обратить внимания на другую сторону дела, если не обратить внимания на то, что сейчас, по сути вещей, оппозиционные товарищи отходят от партии не только тактически, но и программно. И если дело будет идти так и дальше, то ничего хорошего для оппозиции получиться не может.

Я возьму некоторые пункты, наиболее важные с моей точки зрения и, думаю, с точки зрения всех нас, и постараюсь показать, насколько далеко в основных, элементарных, кардинальных и существенных вопросах разошлись партия, с одной стороны, и оппозиция, с другой стороны. Я возьму, товарищи, вопрос о пресловутом "термидоре", который всем вам изрядно надоел, ио о котором я все же здесь должен сказать несколько слов. Вопрос о "термидоре" есть по сути дела вопрос о том, что собою в конце концов представляет сейчас наша страна. Есть ли у нас революционное строительство или у нас контрреволюция, победа других классов и т. д.? Повторяю,- это вопрос о том, что сейчас представляет собою наша страна. Это не маленький вопрос! Этим вопросом определяется все. Троцкий в своей брошюре "Новый курс" ,6, нападая на политику партийного большинства, в кругу которого находились Зиновьев, Каменев и др., и в то же самое время отгораживая себя от других критиков нашей парши, именно от критиков меньшевистского и либерального лагеря, критиков, которые считали, что они первые заговорили о термидоре, которые еще в 1921 году видели в Ленине главного "термидо рианца", которые в новой экономической политике видели основное грехопадение большевиков, которые еще в 21-м году в новой экономической политике видели провозвестника грядущего бонапартизма и грядущей контрреволюции,- боролся на два фронта: с одной стороны, против партийного большинства, а с другой стороны, против меньшевиков и сменовеховцев ''. Вот что он писал: "Исторические аналогии с Великой Французской революцией (крушение якобинцев!). которыми питаются и утешаются либерализм и меньшевизм, поверхностны и несостоятельны" ("Новый курс", с. 33. Курсив наш.- //. Б.).

Что это за аналогия с Великой французской революцией? Эта аналогия с Великой французской революцией, это есть аналогия с термидором, бонапартизмом и прочими "металлами и жупелами". Троцкий еще в 1923 году писал, что игра с этими вещами, игра с аналогией и сама аналогия поверхностны, т. е. недопустимы, несостоятельны, т. е. не годятся; а рассматривая с точки зрения социально-классовой этих говорунов о "термидорах", назвал их либералами и меньшевиками и писал: пусть питаются и уте шаются либерализм и меньшевизм этими аналогиями.

Прошло несколько лет - с 23-го по 27-й год. Кто теперь питается и утешается этой аналогией с Великой французской революцией? Утешается ею и питается меньшевизм? Да. Либерализм? Да. Но только ли они, или еще кто-то, кто тоже питается теоретически, идейно этой аналогией? К сожалению, мы должны констатировать тот несомненный факт, что сейчас к двойке - к либерализму и меньшевизму - присоединилась еще оппозиция в нашей партии во главе с Троцким. А как нужно оценить с этой точки зрения наши разногласия? С этой точки зрения наши разногласия нельзя иначе оценить, как так, что по коренному вопросу, от которого зависит ответ па целый ряд других тактических, общеполитических, хозяйственных и прочих вопросов, оценка положения в стране, которая дается сейчас нашей оппозицией, есть оценка, которая привела нашу оппозицию в один лагерь с либералами и меньшевиками. Это, к сожалению, несомненный факт.

ОППОЗИЦИЯ СКАТИЛАСЬ К МЕНЬШЕВИЗМУ В ВОПРОСЕ ОБ ОЦЕНКЕ ДИКТАТУРЫ ПРОЛЕТАРИАТА

Я беру второй вопрос, связанный с этим вопросом,- вопрос о характере нашей государственной власти. Вопрос о характере нашей государственной власти вопрос не маленький; вопрос о характере государственной власти есть существенный вопрос для оценки положения вещей в той или другой стране. Что мы по этому поводу имели и имеем?

Все мы знаем, что сравнительно недавно, какие-нибудь полтора года тому назад, Троцкий впервые выпустил крылатое словечко о далеко не пролетарском характере нашего государства. Когда обратили его просвещенное внимание на это "далеко не пролетар ское государство", то Троцкий неоднократно позволял себе обвинять тех, кто критиковал это положение, чуть ли не в клевете. А теперь что мы видим и что теперь говорят оппозиционеры про наш строй, про государственную власть? Ни для кого не секрет документ оппозиции, в котором черным по белому написано, что с помощью руководящей группы, теперешней группы нашего Центра льного Комитета, наша страна пришла к такому положению вещей, когда мы переживаем период Керенского. Это написано черным по белому. Это циркулирует в различного рода документах наших оппозиционных товарищей. Но что это означает, если мы переживаем "эпоху Керенского", а наша оппозиция стоит на точке зрения большевиков 1917 года, июля месяца? Это означает, что мы являемся контрреволюционным государством, и это означает, что настоящий революционер должен не только не заниматься защитой этого государства, а должен свергать это государство. Мы можем констатировать, что в вопросе об отношении к государственной власти теперь, пройдя через различные этапы, через положение о далеко не пролетарском государстве, оппозиция имеет решительную тенденцию переходить к вещам, которые влекут за собой выводы, политически абсолютно несовместимые и абсолютно нетерпимые (мягко выражаясь) в рядах партии революционного рабочего класса.

ОППОЗИЦИЯ ПРЕД1104И ТА ЕТ БУРЖУАЗНУЮ "ДЕМОКРА ТИЮ" ПРОЛЕТАРСКОИ ДИКТА ТУРЕ

Я должен процитировать здесь один документ, который был оглашен на последнем Пленуме lrt п остался без опровержения со стороны представителей оппозиции. Поэтому я его процитирую здесь. Это есть заявление одного из ленинградских товарищей, Косько, который был "на приеме" у Троцкого, Зиновьева и пр. во время их последнего пребывания в Ленинграде в период сессии Центрального Исполнительного Комитета Советов "На приеме" тт. Зиновьеву, Троцкому и пр задавались различного рода вопросы, и в том числе был задан вопрос о том. каким образом союзники теперешней нашей оппо-шцип германские ультралевые в своем органе "Фане-Дес-

Коммунизму" ("Знамя коммунизма"), издаваемом всем вам известным Маеловым 20, выдали нашего товарища, Ломинадзе21, полиции. Тов. Ломинадзе работал там нелегально, а они взяли и написали, что он находится в Германии и пишет такие-то статьи. И вот этот тов. Косько описывает, что ответил иа это тов. Зиновьев. Я цитирую дословно заявление этого ленинградского товарища.

"Зиновьев (отвечает). Мы в этом, конечно, повинны. Но ничего страшного тут нет. У тов. Ломинадзе ни один волос не упал с головы. Конечно, плохо, что так вышло. Да. правду сказать, как это ни странно, в гинденбурговской 22 Германии свободнее, чем у нас. Я смело могу сказать, что сейчас там нет ни одного коммуниста в тюрьме. Можешь писать и говорить, что хочешь. А у нас - сегодня скажешь иа партсобрании про секретаря или против какой-нибудь ошибки аппарата, а завтра тебя исключат из партии" (курсив наш.- Н. Б). (Голоса: "Позор!")

Я позволил себе процитировать этот документ, повторяю, потому, что он был зачитан на Пленуме Центрального Комитета и не удостоился опровержения со стороны оппозиции. Но установка, данная в документе, удивительно вяжется со всем прочим - и с "термидором", и со сравнением с керенщиной. В самом деле, если у нас есть не только "термидор", но и такая победа контрреволюции, которая роднит наше государство с государством российской империалистической буржуазии времен Керенского, после июльских дней, т. е. после временного разгрома н подавления революционного рабочего класса, то. пожалуй, по сравнению с таким государством гинденбурговская Германия не отличается особенно большими недостатками. Ио, товарищи, тогда нам нужно с оппозицией договориться: кому гинденбурговская буржуазная республика более люба, чем Советская республика рабочего класса, тому - скатертью дорога, мы не мешаем... (Возгласы: "Правильно!" Бурные аплодисменты.)

ОППОЗИЦИЯ ОТРИЦАЕТ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЙ ХАРАКТЕР НАШИХ КОМАНДНЫХ ВЫСОТ

Беру другой вопрос, который точно так же должен быть поставлен, когда мы говорим относительно кардинальных вопросов, стоящих перед каждым из нас, перед каждым сознательным членом рабочего класса и каждым членом нашей партии. Это есть вопрос о роли командных экономических высот. Вы вспомните, что во время XIV партийного съезда по этому вопросу, по вопросу об оценке роли командных экономических высот, у нас были разногласия с новой оппозицией, причем эти разногласия были тогда еще очень трудно уловимы. Оппозиция не давала точной формулировки, она только атаковала наши определения промышленности как промышленности "последовательно социалистического типа", по определению Ленина, или как "социалистической индустрии". Оппозиция давала разные формулировки, очень "эластичные", совершенно неточные, но которые все клонились к тому, чтобы подорвать социалистическое значение нашей промышленности, хотя бы слегка подорвать. А в одном из последних "произведений" пашей оппозиции, а именно в оппозиционной "платформе", где речь идет о промышленности, сказано, между прочим, что теперешнее положение на фабриках имеет тенденцию восстановления отношений дореволюционного периода. Прямо там сказано об отношениях между мастерами и рабочими, но в таком контексте, который совершенно ясно говорит об общей тенденции на фабриках восстанавливать отношения между людьми, которые были свойственны дореволюционному периоду. А так как социальная характеристика, т. е. классовое существо того или иного строя, той или иной промышленности, определяется именно этими отношениями между людьми, то сказать, что в области нашей промышленности имеется сильная тенденция к восстановлению отношений дореволюционного периода, это значит начать отрицать какой бы то ни было социалистический характер государственной промышленности. Это разногласие не есть тактическое, это есть разногласие программы, потому что если бы на наших фабриках были отношения дореволюционного периода, то мы не имели бы никакого ни морального, ни политического, ни революционного права призывать рабочий класс поддерживать такую промышленность, а, наоборот, должны были бы призывать эту промышленность разрушать.

На XIV партийном съезде разногласия по этим вопросам при всей своей величине играли сравнительно второстепенную роль, хотя эти разногласия крупные и большие. Но то, что мы имеем сейчас, обозначает огромнейшее раздвижеиие идеологических ножниц за последние два года, раздвижение, которое точно так же идеологически выводит оппозицию за пределы хотя бы элементарного ленинского понимания вещей.

Тов. Смилга в своей критике тезисов тов. Молотова о работе в деревне, которые Политбюро представило вниманию Пленума 24, между прочим, заявил относительно этих тезисов следующее (я цитирую буквально по стенографической записи прений, бывших на Пленуме ЦК): "Вместоленинской установки, мы имеем бухаринскую, которая заключается в том, что при капитализме - гак, а у нас все принципиально иначе" (курсив наш.- Н. Б.). В тезисах доказывается, что у нас дифференциация крестьянства идет не совсем так, как она идет в капиталистических странах, у нас цифры и статистические данные показывают, что при росте кулацких хозяйств и при пролетаризации части бедняцких хозяйств, благодаря тому, что известная, довольно значительная часть бедняцких хозяйств переходит в середняцкие, середняк у нас не вымывается, как в условиях капиталистического строя, а середняк есть и остается центральной фигурой нашего земледелия, и что причина этому пролетарская диктатура, вся система отношений при пролетарской диктатуре, направлении наших командных высот, т. е. принципиально иные пути развития возможны у нас потому, что у нас принципиально иная структура государственной власти.

Тов. Смилге захотелось назвать эту установку "бухаринской", в противоположность "ленинской", и он развил целый каскад соответствующих тирад насчет ревизионизма, отрицания дифференциации и всяких других "металлов и жупелов".

ТРОЦКИЗМ ПРОТИВ ЛЕНИНСКОГО КООПЕРАТИВНОГО ПЛАНА

Но главное положение, которое он здесь выставил, гласит, как я вам читал: "Вместо ленинской установки мы имеем бухаринскую, которая заключается в том, что при капитализме - так, а у нас все принципиально иначе". Что все принципиально иначе, этого я никогда не говорил, и тезисы тов. Молотова этого не говорят. Но что у нас основное развитие принципиально иначе поставлено, это до сих пор считалось элементарной истиной для каждого члена партии, и вы знаете это. Если бы было не так, то, позвольте вас спросить,- каким же образом мог бы найти себе место в политике партии кооперативный план Вл. Ильича? Если у нас середняк обречен, как в капиталистическом обществе, на обязательное и необходимое вымывание, если процесс дифференциации у нас идет точно так же, как в капиталистическом обществе, где нет никакой пролетарской диктатуры, если развитие сельского хозяйства идет точь-в-точь, как в капиталистическом обществе, если здесь нет принципиального поворота, то каким же образом Ленин мог ориентироваться на кооперацию, которая во всех капиталистических странах всегда врастала в совокупный механизм капиталистического хозяйственного аппарата, подчинялась и вырождалась в капиталистическую кооперацию,- каким же образом Ленин мог ориентироваться на кооперацию, как на метод развития социализма? Такими вещами тов. Смилга целиком зачеркивает весь ленинский план, уже не говоря о вздорности утверждения, что пролетарская диктатура не меняет коренным образом всех условий развития и всего темпа развития и его направления. Против такого рода аргументации мы находим классическое возражение, которое мне, по чести говоря, стыдно приводить, настолько оно известно каждому нашему партийцу. Это возражение сделал не кто иной, как сам тов. Ленин в той же самой статье о кооперации, ибо он писал: "В мечтаниях старых кооператоров много фантазии. Они смешны часто своей фантастичностью. Но в чем состоит их фантастичность? В том, что люди не понимают основного, коренного значения политической борьбы рабочего класса за свержение господства эксплуататоров" 25 (т. XVIII, ч. 2, с. 139. Курсив наш.- И. В.). И дальше он пишет в конце этой статьи: "Забывают, что кооперация получает у пас, благодаря особенности нашего государственного строя, совершенно исключительное значение" 2Ь (там же, с. 144. Курсив наш.- Н. Б.). Он поясняет свою мысль, в чем состоит фантастичность планов старых кооператоров, начиная с Роберта Оуэна: "В том, что они мечтали о мирном преобразовании социализмом современного общества без учета такого основного вопроса, как вопрос о классовой борьбе, о завоевании политической власти рабочим классом, о свержении господства класса эксплуататоров. И поэтому мы правы, находя в этом "кооперативном" социализме сплошь фантастику, нечто романтическое, даже пошлое в мечтаниях о том, как простым кооперированием населения можно превратить классовых врагов в классовых сотрудников и классовую войну в классовый мир (так называемый

гражданский мир)"27. "Но посмотрите, как изменилось дело теперь, раз государственная власть уже в руках рабочего класса, раз политическая власть эксплуататоров свергнута и раз все средства производства (кроме тех, которые рабочее государство добровольно отдает на время и условно эксплуататорам в концессию) находятся в руках рабочего класса" 2Й. "Теперь мы вправе, сказать, что простой рост кооперации для нас тожественен (с указанным выше "небольшим" исключением) с ростом социализма, и вместе с этим мы вынуждены признать коренную перемену всей точки зрения нашей на социализм" 29 (там же). А у Смил-ги где коренная перемена? Ее нет, она исчезла.

А почему? Здесь, товарищи, ларчик открывается просто. Потому, что Смилга исходит из молчаливой предпосылки, что нет у нас пролетарской диктатуры, а поэтому естественно, что раз нет этого коренного рычага, то все идет не так; возникают предпосылки о термидоре, о государстве периода Керенского, о промышленности, в которой восстанавливаются довоенные отношения, о капиталистических путях развития сельского хозяйства и т. д., причем все эти вопросы завязаны в один узел, и этот узел упирается целиком в один кардинальный вопрос - о природе государства в нашей стране: есть ли пролетарская диктатура у нас или ее нет? Ибо вы видите, как решительно по всем направлениям так называемая оппозиционная мысль бьется под знаком отрицания пролетарской диктатуры в нашей стране. Это уже не тактическое разногласие, это есть коренное программное разногласие, и здесь лучше разойтись, чем жить вместе под одной крышей, если существует такая установка у оппозиции. (Аплодисменты.)

ОППОЗИЦИЯ ВЫСТУПАЕТ ПРОТИВ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

Товарищи, совершенно понятно, что при таких, совершенно неслыханных, идейных установках,- вы видите, что я в этом споре, который имеет совсем невеселое значение, отметаю все личное, все второстепенное и все наносное и беру только коренные вопросы.- так вот, при таких идейных установках, которые есть не что иное, как переход нашей оппозиции в тот лагерь, который Троцкий в 1923 году называл лагерем меньшевиков-либералов, определяется практически-политическая установка оппозиции, развитие ее платформы. И вот посмотрите, что в этой платформе сказано о рационализации нашей промышленности. Там сказано только плохое: об извращениях, о недостатках и т. д. Это плохое у нас есть. А посмотрите, что сказано положительного о рационализации нашей промышленности? По вопросу, который с точки зрения строительства социализма имеет поистине кардинальное и чуть ли не решающее значение... сказано всего две с половиной строчки, как "кот паи шкал". Почему? Да потому, что чего же говорить о рационализации промышленности, в которой восстанавливаются "довоенные отношения". Теперь, далее, посмотрите, куда делся v Смилги кооперативный план? Его нет. потому что выпала предпосылка о пролетарской диктатуре в нашей стране. А вся установка в городе и в деревне? О деревне говорится только в смысле защиты интересов бедняка, это верно. Но этого еще недостаточно, такие же пункты есть и у меньшевиков, но у оппозиции нет положительной задачи строительства социализма в деревне. Где она? Она улетела, она испарилась! Все это сейчас понятно: ведь если у пас процесс дифференциации крестьянства идет точно так же, как в капиталистическом обществе, а все остальное есть "ревизионизм", то как же на этом а роить социализм, расскажите вы мне, пожалуйста? Где же вы здесь осуществите ленинский кооперативный план? Его нельзя осуществить, а поэтому совершенно естественно, что речь об этом может идти так же, как и у меньшевиков. /Меньшевики считают, что у нас имеется своеобразный капитализм, а поэтому можно позаботиться о том. чтобы рабочие стачкой нажали на то, чтобы им лишний рубль выплатили, или еще что. но... поддержать нашу промышленность - упаси, боже! Вот поддержка промышленности в гинденбурговской Германии, где якобы "ни один коммунист не сидит в тюрьме" (!?), это другое дело, а в нашей стране, где имеется тенденция к восстановлению довоенного царского уровня - ни иод каким видом! "Пущай" дураки из большинства этим занимаются! Вот ведь какая у них установочка. А в деревне? В деревне можно защищать батраков, а поставить задачу положительной работы, задачу строительства социализма - нет, это не наше дело; этого сделать нельзя, потому что "нет пролетарской диктатуры", а есть "термидор" и т. п.. Ведь вот что получается.

ОППОЗИЦИЯ ЛОМАЕТ СОВЕТСКУЮ ЛЕГАЛЬНОСТЬ

Теперь посмотрите, да разве вместе с этим не важно то, чтог делается в области организационно-тактической. Все то, что позволила себе оппозиция, эта пока что внутрипартийная оппозиция, является величайшей трагедией для нее самой, ибо она перешла рамки не только партийной легальности, но и советской легальности.

Она поступает не только нелояльно по отношению к партии, т. е. не подчиняется партийному большинству, не подчиняется решениям партийного съезда, плюет на решения Коминтерна и т. д., но она идет еще и дальше, когда берет обложку покойного пролетарского писателя Фурманова и под этой обложкой, обманным путем, печатает свою платформу на казенные деньги, обманывая наши хозяйственные органы. Во-первых, Фурманов не давал мандата использовать его, покойника, для оппозиционных делишек. Это просто не особенно порядочно по отношению к умершему товарищу. (Смех.) С другой стороны, разве это не есть нарушение советских законов? Это есть нарушение советских законов. А что такое советский закон? Советский закон, если у нас есть пролетарская диктатура, это есть закон пролетарской диктатуры. Что такое нарушение законов пролетарской диктатуры? Нарушение законов пролетарской диктатуры есть ломка пролетарской диктатуры. Одно из двух - или пусть оппозиционные товарищи выйдут и открыто скажут: мы не верим, чтобы у вас была сейчас пролетарская диктатура в стране! Тогда пусть они на нас не гневаются, если мы им скажем, что тогда гнусным лицемерием является ваше заявление о том, что вы желаете защищать такую страну от внешнего врага. Если у нас нет пролетарской диктатуры, тогда рабочему-революционеру не для чего защищать такое государство, тогда его надо свергать, пользуясь вторжением внешнего врага. Если вы говорите, что вы желаете защищать наше государство, что у нас есть пролетарская диктатура, тогда вы должны нам объяснить: каким образом человек, стоящий на точке зрения, что у нас есть пролетарская диктатура, осмеливается ломать законы пролетарской диктатуры? Вот как обстоит дело. Понятно, товарищи, что, исходя из отрицания пролетарской диктатуры в пашен стране, ломая законы пролетарской диктатуры, можно точно так же выставлять положение: главный враг - это режим, потому что, если нет пролетарской диктатуры, если у нас сейчас государство, аналогичное государству буржуазии времен Керенского после июльских дней, тогда совершенно ясно, что это и есть та мишень, в которую должен целить нулей каждый честный революционер. Тогда опять - выйдите и скажите нам, что-де нашей установкой является борьба против режима, который у нас сейчас есть, тогда не играйте в двойную бухгалтерию, тогда не говорите, что вы это государство, связанное с этим режимом, хотите защищать против внешнего врага, если у Гинденбурга лучше, чем у нас! Почему вы будете защищать наше государство, если "лучшее", гинденбурговское государство поведет свои полки против нашей красной страны? Это надо продумать. Нельзя бросаться так словами и, как фокусник, вытаскивать то одно, то другое, ни за что не отвечая. Нет, извольте ответ держать перед партией за каждое слово.

Совершенно естественно, что в связи с этим стоит вопрос об отношении к партии. Если наше государство все к черту прогнило, если режим у нас такой, что у Гинденбурга "лучше", ясно, что виновницей всего этого зла является наша партия, тогда понятно, почему можно нелегальщину устраивать, типографии заводить, ничего не чураться, тайные собрания созывать, другую партию строить и т. д. Тогда выйдите и скажите нам: пока что мы находимся в вашей партии - так же, как, скажем, одно время вы находились в гоминьдане 30 для того, чтобы вас потом взорвать, околпачить и т. д. Тогда скажите по чести. Нельзя же вести двойную игру, нельзя говорить: единство партии и т. д.. а потом на все это плевать. Политика оппозиции в этом вопросе попятиа в том случае, если предполагать элементарную логику в их головах, т. е. если они смотрят на нашу партию не как на цролетарскую, а как на гоминьдан и сидят в этой партии только для того, чтобы уловить еще остатки рабочего класса, который находится в нашей партии, а потом увести вместе с собой. Тогда это понятно.

Но тогда пусть скажут это открыто, пусть скажут нам, что наша партия, которая считается партией рабочего класса,- что она не есть партия рабочего класса, пусть скажут нам тогда это открыто, пусть они осмелятся это сказать перед рабочей массой, которая входит в состав нашей партии,- тогда мы посмотрим.

Я наперед скажу, что, получив жесточайший отпор в нашей партийной ячейке, они выдумают новую теорию: они скажут, что пролетариат устал, что он расчленен, что он развращен, что нужно иыждать десять лет и тогда видно будет, что они все-таки были нравы,- они найдут себе утешение; всякая старуха находит себе утешение или в иконе, или в боге, или в болонке, - они найдут себе утешение в новой теории.

связь ОППОЗИЦИИ

С РЕНЕГАТАМИ И ОППОРТУНИСТАМИ

Кстати, они говорят, что за ними "миллионы". Они сказали на пленуме, что ленинградский пролетариат от партии отвер1гулся, что он голосовал на демонстрации за оппозицию. (Смех.) По этой причине они, что ли. голосовали против манифеста ЦИКа 5|. Так вот только из такой установки по отношению к партии они могут сделать вывод, который они делают, и только из такой установки понятно, что они делают в рамках Коммунистического Интернационала. Предположим, что мы переродились,- вы видите, я готов признать сегодня самые неприемлемые вещи,- предположим, что в Советской стране мы переродились и вместо красной страны, вместо пролетарской диктатуры н пр. лежит куча навоза (непонятно только, почему рабочие всех стран приезжают смотреть на эту кучу!). (Смех.) Вот что интересно - почему оппозиция борется в таком случае против всех партий Коминтерна. Я должен сказать, что у них можно видеть такую цепочку- все зло идет от ЦК ВКП(б), что это зло проникает во все страны и что через нашу партию идет разложение всего западноевропейского пролетариата. Непонятно - какими чудодейственными средствами должна обладать эта цекистская группа, которая оказывает на весь мир такое влияние. Но они так рассуждают. Они идут против огромного большинства партии. Троцкий на протяжении ряда лет до революции собирал всякую веревочку, всякую дрянь до тех пор, пока все не развалилось, не расползлось, лишь бы насолить большевикам. Так п сейчас делается по отношению к пашей партии, ровно так же. Если мы вспомним Августовский блок то Троцкий делает теперь в международном масштабе то, что он делал в нашей партии пли вне нашей партии против нее. Оппозиция говорит, что она опирается на левое крыло Коминтерна. Сейчас я приведу сводку того, на кого опирается, кого собирает вокруг себя троцкистская оппозиция. Я говорю о троцкистской оппозиции, потому что всем ясно, что Зиновьев и Каменев отнюдь не играют роль гегемона в данном случае.

Вот что мы имеем по странам: в Германии у оппозиции есть масловская группа г\ центральный орган которой выдал Ломипад-зе. За последнее время есть документ - пусть попробует опровергнуть это кто угодно,- что Маслон вступил в связь с группой

Корта и, а про Корша Зиновьев писал, что это явный контрреволюционер.

Это тот самый Корш, который требует сейчас амнистии русским меньшевикам, который решительно высказывается против того, чтобы защищать нашу страну в случае империалистической войны, так как. по его словам, защита нашей страны - это все равно, что защита любой империалистической страны, и та группировка, которая защищает нашу страну, совершает такое же падение, какое совершила германская социал-демократия в августе 1914 г. Оппозиция называла Корша контрреволюционером, теперь они понемногу подползли к этому самому Коршу.

А кто у них есть в Италии? Парижская группа итальянских политэмигрантов, а потом из более или менее порядочных людей у них есть Бордига 3,\ Возьмите любой конгресс Коминтерна, на котором председательствовал тов. Зиновьев, н возьмите любую его речь по поводу Бордига; он всегда оценивал его как человека, у которого нет ни капли марксизма и ленинизма.

Но я беру еще другие вещи, которые еще более интересны, а именно: оппозиция имеет сторонников в Бельгии. Правда, не из членов коммунистической партии, но из группы Лндирса. Это социал-демократическая группа, которая сейчас борется против Профинтерна 3\ которая бешено борется против бельгийской коммунистической партии и которая на последнем собрании своих сторонников решительным образом боролась против посылки делегации в СССР. Этот лидер объявляет себя сторонником оппозиции, издает ее документы и аргументирует оппозиционной платформой для того, чтобы повернуть стремление рабочего класса своей страны ехать в нашу страну. И понятно, почему же не ехать смотреть на гипденбурговскую Германию, когда там "лучше", "свободнее" и режим там совсем не такой "кровавый", как у нас.

У них есть теперь сторонники в Австрии. Их сторонники в Австрии - это небольшая кучка людей во главе с Фреем 37, который не так давно был исключен из австрийской коммунистической партии. За что он был исключен? Он был исключен за то, что предлагал коммунистам во время последних парламентских выборов идти вместе с социал-демократами без всяких условии. Он это не только предлагал, а издавал свою газету против партии, создал свою фракцию и т. д, А теперь он проповедует, что Коминтерн держался неправильной линии в венских событиях, выставив лозунг Советов, что это есть якобы анархо-коммунизм, что надо идти вместе с социал-демократами. И этот человек, который с резко правого фланга критиковал нашу линию, теперь является сторонником оппозиции.

Рут Фишер, оппозиционная дама, приятная во всех отношениях, заявляла недавно, что она скорее пойдет с КАП (маленькая анархо-сиидикалистская группа в Германии, исключенная при Ленине из Коминтерна, резко враждебная уже много лет по отношению к СССР, пропагандирующая самым решительным обра зом против посылки делегаций в СССР). Вот эта оппозиционная дама Рут Фишер заявляет, что она скорее пойдет с КАП, чем с. нами.

Сфера влияния оппозиции проникла и в Грецию. Там есть некий Пулиопулос, который был изгнан из коммунистической партии. Теперь он является сторонником оппозиции и издает произведения оппозиции. А исключен из партии он был за то, что проповедовал, что в Греции надо вообще закрыть коммунистическую партию. #

Каждый из этих фактов вы можете проверить. Но вот букет получается недурной, букет получается очень революционный!

Упомяну еще одного, лично очень честного товарища, голландского товарища Генриэтту Роланд-Гольст38. Она женщина пожилая, с мистическим настроением. Не так давно она устремлялась в одно религиозно-философское общество, но под нашим нажимом ушла. Она сперва апеллировала к нам все время на предмет того, чтобы мы как-нибудь утихомирили свои страсти и как-нибудь помирились с оппозицией. Так вот эта самая товарищ Роланд-Гольст объявила себя решительной сторонницей оппозиции, но в то же время не так давно написала письмо Броквею, руководителю Независимой английской рабочей партии, в котором заявила, что она стоит за объединение II и III Интернационалов... (Смех.)

Я называю простые факты. Ксть еще много других фактов, вроде того, что, например, в Голландии оппозиционеры зачисляют по своему "ведомству" профессиональную организацию, во главе которой стоит Сналифт, исключенный давно из Коммунистического Интернационала, он - большой оппортунист. Я не говорю уже о Суварине 3'\ на которого оппозиция опирается во Франции,- тоже оппортунист, исключенный за резко правые ошибки, и т. д. и т. п. Ведь это же международный Августовский блок! Здесь "всякой твари но паре". Здесь единая платформа для людей, которые обязуются ругать ВКП и начинают ругать СССР. Вот какова эта платформа. Это - международный Августовский блок. Деятельность оппозиции такого типа можно понять и объяснить себе только при определенном условии: если считать, что нет худшего врага, чем современная Советская власть в СССР,- как говорил когда-то Каутский: "Муссолини 40, Хорти 41 и русские большевики - на одной доске". До этого еще не дошло,- хорошо, если бы и никогда не дошло,- но несомненно одно, что люди идут по такому пути, что могут договориться, что главный враг - наш режим и что поэтому его можно подтачивать и подрывать всеми средствами, какие только существуют. Вы сами понимаете, что этакие вещи ничем нельзя оправдать.

БОРЬБА ОППОЗИЦИИ ПРОТИВ ПАРТИИ - РЕЦИДИВ ОКТЯБРЬСКОГО ДЕЗЕРТИРСТВА

Если спрашиваешь себя: где же истоки этих элементарных заблуждений, где логические, разумные корни, где их найти, как это понять, то, уверяю вас, я сам иногда отказываюсь понимать, что творится в головах оппозиции. Если хладнокровно вдуматься и понять всю платформу оппозиции, как-нибудь осмыслить ее, то можно прийти только к одному заключению: что в первую очередь здесь речь идет о "не случайной октябрьской ошибке". Я это говорю не для того, чтобы сделать против кого-либо выпад,- достаточно про эти ошибки говорилось и повторять это не к чему,- но как попять, что на десятом году революции, когда мы не сегодня - завтра будем праздновать 10-летний юбилей Октября, люди приходят к такого рода заключениям. Я лично не могу объяснить себе иначе, как тем, что это есть рецидив, громадный, глубокий, нутряной рецидив той установки, которая была во время Октябрьских дней у Зиновьева и Каменева п.

Какие соображения тогда играли у них роль? Соображения, что наша страна экономически, хозяйственно и технически страною отсталая, что мы не удержим власти, а если и удержим, то будем перерождаться. Эта тема развивалась неоднократно, и я не буду ее здесь развивать. Троцкий думал, что вывезет кривая международной революции, что вывезет государственная помощь международного пролетариата, а если помощи международного пролетариата не будет, то ничего из этого не выйдет. У пего была такая позиция. И если сейчас этой помощи нет, то вполне понятно, почему он спустился к тем взглядам, которые отстаивали Каменев и Зиновьев.

Нам невредно вспомнить, как они вообще смотрели в Октябрьские дни на политическое положение страны. Я прочту выдержку из документа ушедших наркомов43, писанного с благословения Каменева и Зиновьева. Что они писали? "Мы считаем, что только образование такого демократически-социалистического (т. е. меньшевистско-эсеровско-большевистского.- И. Б.) правительства дало бы возможность закрепить плоды героической борьбы рабочего класса и революционной армии в октябрьско-ноябрь-ские дни. Мы полагаем, что вне этого есть только один путь: сохранение чисто большевистского правительства средствами политического террора. На этот путь вступил Совет Народных Комиссаров

Мы на него не можем и не хотим вступать". (Слушайте, дальше особенно замечательно!) "Мы на него не можем и не хотим вступать. Мы видим, что это ведет к отстранению массовых пролетарских организаций от руководства политической жизнью, к установлению безответственного режима и к разгрому революции и страны". ("Архив Революции". Под ред. Рожкова. 1917, с. 408.)

Вот как они оценивали политическое положение. Они считали, что в отсталой стране, как паша, не только социализма не построить, но с политической точки зрения возникает безответственный диктаторский режим. И когда они сейчас пробуют расшатать режим, когда они сейчас становятся рупором мелкобуржуазной демократии, когда они сигнализируют, что гинден-бурговская "демократия" лучше пролетарской диктатуры, они повторяют слово в слово то, что они писали и при своем уходе от октябрьских постов десять лет тому назад. Эта нутряная установка выявляется сейчас, эта нутряная установка дает себя знать в их бешеной борьбе против партийного руководства и теперешнего режима вообицг.

Из старой брошюры тов. Троцкого "Наши политические задачи" я рекомендую вниманию товарищей одно чрезвычайно интересное место, которое я, к сожалению, сейчас не могу точно процитировать, но смысл которого я могу устно передать так, что общий смысл этого места будет ясен.

Тов. Троцкий писал еще в 1904 г. насчет пролетарской диктатуры и говорил при этом, что переходный период поставит такие сложные задачи перед рабочим классом, что одна какая-нибудь партия, одно течение не сможет этих задач ухватить во всей сложности, что нужны разные группы, разные течения, из которых одна подходит с одной стороны, другая подходит с другой стороны, третья - с третьей. Скажем, одна давит на кулака, а другой больше люб середняк, третьей - торф, четвертой - уголь и т. д., и только из синтеза, т. е. из объединения всех этих различных течений, направлений и партий складывается возможность решения сложнейших задач пролетарской социалистической диктатуры. Ну, а все вышло немножко наоборот.

Что касается партии, то до сих пор все большевики проповедовали, и громче всех об этом кричал тов. Зиновьев, а наряду с ним и тов. Каменев, что у нас ни в коем случае невозможна система двух партий, что такая система означала бы сползание в рамки буржуазной демократии, что две партии в нашей стране означают два правительства, две армии, два ГПУ 44, два любых административных органа и т. д., потому что раскол в нашей партии будет означать раскол всего, всего нашего механизма, ибо наша партия правит и управляет, ее пальцы воткнуты в любой хозяйственный, политический, военный и прочий аппараты, и раскол нашей партии будет означать трещину во всей системе государственной власти в нашей стране. А почему же. спрашивается, они теперь об этом позабывают, почему они теперь идут к системе двух партий, почему они теперь не гнушаются ничем?

Это можно опять-таки объяснить только в том случае, если отрицать наличие диктатуры пролетариата в нашей стране, потому что если у нас нет диктатуры пролетариата, то какое мне дело - раскалываю я или не раскалываю ГНУ, это же есть "охранка"; раскалываю я или не раскалываю армию, ведь это есть армия "преторианцев" ,3; раскалываю я или не раскалываю государственный аппарат,- наплевать мне на этот аппарат, если это есть враждебная но отношению ко мне сила, г. е. при таких предпосылках можно позабыть все речи, которые еще полтора каких-нибудь года тому назад с таким воодушевлением произносились тт. Зиновьевым, Каменевым и иже с ними, которые теперь маршируют во главе с исконным антиленинцем, тов. Троцким.

А если в результате всего этого мы зададим вопрос - и пусть нам объяснят,-чем отличается эта точка зрения по отношению к СССР от точки зрения социал-демократической? Согласны здесь социал-демократы с нашей оппозицией? Согласны на сто процентов. Они только раньше это сказали. Относительно природы нашей государственной власти согласны социал-демократы с нашей оппозицией в том, что она переродилась? Согласны.

А о наших госпредприятиях - согласны ли они, что там возрождаются довоенные отношения? С этим также согласны. А о развертывании кооперативного плана, что якобы оно ведет не к социализму, а к капитализму? Все это говорит и социал-демократия. И в вопросах о положении рабочего класса, в том. что нечего рационализировать нашу промышленность, а что рабочему нужно вырывать то, что можно, и в разговорах о режиме,- во всем сейчас оппозиционеров не отличишь от меньшевиков. Мы не можем найти никакой принципиальной разницы между вами, товарищи из оппозиции, и социал-демократами. То, что вы говорите, это есть неоменьшевизм, новый меньшевизм, на новых дрожжах растущий.

А в пунктах обвинения, которые выставляют в своей платформе оппозиционеры, в пунктах обвинения, где нет ни слова правды, разве там они не повторяют социал-демократов? Главные обвинения против нашей партии, заключающиеся в платформе оппозиции,- это пункт о том, что якобы мы хотим ликвидировать монополию внешней торговли, заплатить довоенные долги, расширить политические права кулака и уйти из Китая. Ведь составители платформы великолепно знают и не смогут отрицать того, что все эти пункты лживы от начала до конца, на все сто процентов. Они же знают, что мы целиком на стороне китайской революции. Заявляя так, они на нас клевещут. Они говорят, что мы хотим ликвидировать монополию внешней торговли, но они прекрасно знают, что это неправда. Они говорят о привилегиях, которые мы предоставляем кулакам, прекрасно зная, что кулаки ие имеют ни одной привилегии, а что мы лишили их права голоса в земельных обществах. Они знают, что это ложь на все сто процентов. Всю эту ложь оппозиция поет с голоса либерального и меньшевистского лагеря, как совершенно справедливо заявил в 1923 г. Л. Д. Троцкий в связи с вопросом о "термидоре", и г. д. Ведь вот что получается.

СОЦИАЛЬНАЯ БАЗА ОН ПОЗИЦИИ

Мы можем и должны выяснить социальный базис оппозиции, что она собою представляет, что она собою выражает. Я различаю непосредственный базис оппозиции и служебную роль оппозиции, что представляет собою совершенно другое. Может быть, такая группа, базисом которой являются интересы мелкой буржуазии, а служебная роль ее такова, что она помогает крупной буржуазии. Словом, ее служебная роль не совпадает с социальным базисом.

Прежде всего - о социальном базисе оппозиции. У нас в стране не все еще утряслось. Мы шагнули далеко вперед, но развитие у нас противоречивое. Характерным для городов является безработица служащих, слоев, которые стоят между интеллигенцией и городской беднотой. Мы сейчас ставим перед собою задачу борьбы с бюрократизмом, и одна из мер этой борьбы - сокращение нашего государственного советского аппарата. Один раз мы сокращали его, теперь сокращаем его еще на 20 процентов. Анализируйте состав безработных. Вы увидите, что служащие там играют громадную роль, а мы сейчас не только не собираемся расширять наш государственный аппарат, ио, наоборот, режем его. Что же вы думаете, что это даром проходит? Это огромный слой, который выталкивается сейчас в результате сжатия нашего аппарата, слой не чисто пролетарский, служивый, чиновничий и т. д., но он тоже есть хочет. Конечно, эти безработные не особенно довольны, когда все время идет чистка и сжатие аппарата, когда их рассчитывают и выбрасывают на улицу. Все же мы с вами прекрасно понимаем, что с точки зрения интересов нашего пролетарского государства в целом нам нужно упрощать наш аппарат, а это, повторяю, влечет за собой выбрасывание людей на улицу. Это не особенно приятная операция, и многим не становится легче от того, что это делается из высоких государственных соображений. Эта масса сплошь и рядом связана родственными корнями со служилой интеллигенцией, она связана другими концами с массой городской бедноты. Вот мы много говорили о спекуляции. А вы ведь знаете, что выясняется такая картина: масса городской бедноты у нас, по Москве, спекулирует, нанимается к крупным скупщикам, стоит в очередях, иногда снабжает их кооперативными книжками, выстаивает целые дни, чтобы получить товар. По существу они являются агентурой частника, который стоит за их спиной. Вы думаете, они чрезвычайно довольны нашим режимом? Они тоже связаны с различными группами населения, более того, они связаны некоторыми своими концами с отдельными, правда незначительными, слоями рабочих и крестьян, находящимися в городах. Можем ли мы сейчас наш государственный аппарат не сокращать? Не можем. Можем лн всю нашу интеллигенцию и полуинтеллигенцию сейчас ублаготворить? Нет, не можем. Эти слои проявляют некоторое недовольство этим положением Это есть главная база оппозиции. Когда мы сравниваем рабочие ячейки и вузовские ячейки в нашей партии, то процент оппозиционеров в вузовских ячейках выше, чем в рабочих ячейках. Почему? Потому что этот состав вузовских ячеек связан со слоями, о которых я говорил. Оппозиция идеологически выбрасывает левый флаг, а выражает напор всех этих слоев: тут есть часть наиболее отсталых безработных рабочих, не понимающих, в каком положении мы находимся, которым, конечно, трудно терпеть это положение. Но решающую роль играют и главное ядро составляют эта самая городская мелкая буржуазия и служащие, иолу интеллигентские слои, которые обладают большой настойчивостью, в особенности молодежь, которые обладают большой силой сопротивления, которые связаны с другими кругами безработных. Вот, мне кажется, социальная база нашей оппозиции, но, повторяю, сейчас не только важно знать социальную форму оппозиции, ее базу, но нужно понимать ее служебную роль.

ОППОЗИЦИЯ СЛУЖИТ ЗНАМЕНЕМ ВСЕХ КОНТРРЕВОЛЮЦИОННЫХ сил

Мы с сожалением должны констатировать, что оппозиция, ломая рамки советской легальности, начинает служить прямо нашим противникам. Оппозиционные товарищи выступают против нас с такими вещами: вы, как настоящие термидорианцы, хотите еще запугать нас. в ЦК, нас, настоящих революционеров, вы хотите смешать, как во времена термидора, с разной швалью, с контрреволюционерами, хотите создать месиво, "амальгаму", которую сам черт не разберет, и хотите подвести нас фуксом иод разряд контрреволюционеров. Амальгама - амальгамой, а факты - фактами. На пленуме ЦК я приводил ряд мест из такого "амальгамиста", как тов. Ленин.

Я не буду приводить много мест, я приведу некоторые цитаты из известной резолюции X партсъезда об единстве партии, и приведу ие те цитаты, которые обыкновенно приводятся, а несколько другие места Вот что писал в резолюции X съезда Владимир Ильич:

"Использование врагами пролетариата всяких уклонений от строго выдержанной коммунистической линии едва ли не с наибольшей наглядностью показало себя на примере кронштадтского мятежа, когда буржуазная контрреволюция и белогвардейцы во всех странах мира сразу выявили свою готовность принять лозунги даже советского строя, лишь бы свергнуть диктатуру пролетариата в России, когдй эсеры и вообще буржуазная контрреволюция использовала в Кронштадте лозунги восстания якобы во имя Советской власти против Советского правительства России. Такие факты доказывают вполне, что белогвардейцы стремятся и умеют перекраситься в коммунистов и даже наиболее левых коммунистов, лишь бы ослабить и свергнуть оплот пролетарской революции в России. Меньшевистские листки в Петрограде накануне кронштадтского мятежа показывают, равным образом, как меньшевики использовали разногласия и некоторые начатки фракционности внутри РКП, чтобы фактически подталкивать и поддерживать кронштадтских мятежников, эсеров и белогвардейцев, выставляя себя на словах противниками мятежей и сторонниками Советской власти лишь с небольшими будто бы поправками" "\

В § 3 говорится: "Пропаганда по данному вопросу должна состоять, с одной стороны, в обстоятельном объяснении вреда и опасности фракционности с точки зрения единства партии и осуществления единства воли авангарда пролетариата, как основного условия успеха диктатуры пролетариата, с другой стороны, в объяснен ни своеобразия новейших тактических приемов врагов Советской власти. Эти враги, убедившись в безнадежности контрреволюции иод открыто белогвардейским флагом, напрягают теперь все усилия, чтобы уцепиться за разногласия внутри РКП и двинуть контрреволюцию так или иначе путем передачи власти политическому оттенку, наиболее близкому по внешности к признанию Советской власти.

Пропаганда должна выяснять также опыт предшествующих революций, когда контрреволюция поддерживала наиболее близкую к крайней революционной партии оппозицию ей, чтобы поколебать и свергнуть революционную диктатуру, открывая тем дорогу для дальнейшей полной победы контрреволюции, капиталистов и помещиков" 4'.

*

ТРОЦКИСТЫ РАСЧИЩАЮТ ДОРОГУ

"ТРЕТЬЕЙ СИЛЕ"

Тов. Ленин неоднократно выставлял эту проблему третьей силы. Если в партии обнаружилась щель? Третья сила сторожит. Великое преступление, кто прямо пли косвенно поддержит эту третью силу. У нас в стране есть недовольные. Мы много пишем и говорим относительно того, что у нас будет война. И вот вы легко поймете, что среди этих группировок сейчас идет бешеная спекуляция на войне: может быть, война будет, тут мы и встанем, думают они, тут мы и покажем. И вот, готовясь к ЭТОМУ, они готовы использовать каждую щель.

Как дожила оппозиция до жизни такой, что она нарушает не только устав партии, но и законы пролетарской диктатуры, т. е. ломает некоторые балки пролетарской диктатуры, так что получается щель, в которую противники наши полезут с превеликим удовольствием? Это надо понять. Конечно, если оппозиция считает, что у нас нет пролетарской диктатуры, тогда разговор другой, тогда надо сказать оппозиции: уходите, образуйте вторую партию и оставьте нас в покое; будем честно драться, но не вертитесь тогда так, что ничего понять нельзя, потому что, с одной стороны, вы говорите о диктатуре пролетариата, а с другой-о "термидоре". Какой "термидор", когда диктатура пролетариата, и какая диктатура, когда "термидор"? Ведь это у вас шутовская линия, а не честное выявление своих взглядов. Давайте разойдемся как честные враги. Для чего же ломать такую бешеную комедию? Когда вы нарушаете советскую легальность, вы поощряете всякую сволочь

Теперь о так называемом военном заговоре. Я должен сказать об этом военном заговоре, потому что оппозиция напечатала об этом в органе Маслова, назвав всякие фамилии, спугнув тем самым тех, кого мы еще не арестовали, но должны арестовать: предупредила их. У нас до сих пор бывали дела, что если какая-нибудь контрреволюционная вещь раскрывается, то об этом члены Центрального Комитета и вообще члены партии, честные, а не жулики, не такие, которые готовы выдать Ломинадзе полицейским шпионам гинденбурговской республики, а настоящие, честные* революционеры, до сих нор считали своим долгом молчать до поры, до времени. А вот можете себе представить, что показания и другие материалы еще не законченного следствия недавно раскрытой контрреволюционной группы с разными ироническими замечаниями напечатаны в органе Маслова. Нам известно, кто был знаком с этими показаниями. Это были члены Центрального Комитета ВКП (б).

Я буду рассказывать в тех пределах, которые стали известны благодаря оппозиции. Дело обстояло таким образом В связи с раскрытием нелегальной оппозиционной типографии было установлено, что некоторые из работников этой типографии через ряд звеньев были связаны с военными группировками, помышлявшими о военном перевороте у нас, на манер переворота Пилсудского ,й. В их числе есть старые полковники Колчака, есть один коммунист-оппозиционер, который сейчас арестован, и есть еще разные другие лица. Эта самая военная братия резко am исемитски настроена. Они прямо говорят своим контрагентам, что решать в конце концов будете не вы, "чумазые", а мы, но мы вас используем пока что. Они доказывают самыми сложными соображениями, что в настоящее время необходимо спасать страну "от гибели" путем переворота, аналогичного перевороту Пилсудского, тем более, что последний удался без шума, без иностранной интервенции. Для осуществления этого переворота им нужны решительные люди и нужно использовать разногласия внутри партии. Нас ругают амальгамщиками. но я считаю, и если товарищи будут читать протоколы Пленума ЦК, то они увидят, что в этом вопросе тов. Троцкий явно попался .. Я его спрашивал: есть ли в числе арестованных один беспартийный, выпуска которого оппозиция требовала? Требуют ли они все еще его освобождения? Троцкий кричит с места: "Требуем, если он судится по делу о типографии". Я спрашиваю: "А если по делу о военном заговоре?" - "Делайте с ним тогда, что угодно".- "А если он и по тому и по другому делу?" Он смешался и говорит: "Вы это добыли путем подставных лиц и пр.". Я говорю: все равно каким путем, но, если существует такое положение, что одно и то же лицо работало у вас в типографии и в то же время связано с военными заговорщиками, то вы признаете, что с ним можно делать, что угодно, т. е. тем самым вы признали, что в жизни возможна "амальгама" и что вы, следовательно,- хвост, к которому примазываются люди, обслуживающие, с одной стороны, вашу типографию, а с другой строны, идущие за колчаковскими офицерами. Так оно на самом деле и есть.

Товарищи, прошу вас иметь в виду, что никто из нас никогда не думал обвинять оппозицию в том, что они - контрреволюционные заговорщики,- пока до этого дело не дошло. Они обвиняются с нашей стороны в том, что своей бесшабашной борьбой против партийной и советской легальности, бесшабашной ломкой законов пролетарской диктатуры притягивают всякий сброд, окрыляют его. Этот сброд цепляется за фалды оппозиции, стремится пролезть с ними в щель и объявить себя их союзниками. В ответ на это с величайшим негодованием говорят: это не наши, мы сами готовы их расстрелять, берите их к себе, делайте, что угодно. Мы знаем, что это должно быть так: оппозиционеры будут отталкивать этот сброд, а он будет к ним опять прилипать, будет к ним идти по всяким каналам. Почему? Потому что противники нашей власти в нашей стране отлично понимают, что, ломая рамки диктатуры своей внутрипартийной борьбой, рамки, установленные партийным режимом, они открывают щель, куда идут все остальные.

Вот почему совершенно прав по отношению к теперешнему времени был тов. Каменев, который еще в январе 25-го года говорил, что "оппозиция Троцкого стала символом всех антикоммунистических сил".

Нас ругают "бонапартистами", "узурпаторами" и пр., но что скрывается за всеми этими криками? Вообще говоря, как понимался до сих пор бонапартизм? До сих пор бонапартом или бонапартистами именовали какую-нибудь сильную личность или группу таких людей, которые, насилуя волю крупного коллектива и апеллируя к улице, делают свое дело. У нас есть партия, миллион человек, у этой партии есть коллективная воля, вырабатываемая и воплощаемая на съездах, и есть, с другой стороны, несколько человек, которые на Ярославском вокзале апеллируют к молочницам. И вот эти одиночки, которые идут против огромного коллектива, говорят этому огромному коллективу: "Это бонапартисты, а мы воплощение воли партии". (Смех.)

Это как-то странно выходит. Они говорят: "Вы нарушаете волю партии", т. е. огромное партийное большинство и съезд нарушают волю партии, а они, кучка, герои Ярославского вокзала , являются воплощением партийной воли - "вокзальные" герои. Они говорят: мы демократы, а вы узурпаторы. Но, очевидно, "демократизм" заключается в том, чтобы не выполнять ни одного решения большинства и нарушать самым неделикатным образом свои собственные обещания. Это есть демократизм, а противоположное - это "узурпаторство", "бонапартизм" и пр. Тут не только все стоит в голове, а и ходит на голове (смех), и это называется оппозиционной установкой.

А смотрите, как расценивают дело наши враги. Не так давно в газетах появилась оценка Ллойд-Джорджа 5и, очень умного человека. Этому человеку В. И. Ленин хотел посвятить свою брошюру "Детская болезнь "левизны" в коммунизме" с ироническим подзаголовком. Я видел эту рукопись, когда Ленин мне ее прислал, с посвящением "господину Ллойд-Джорджу, за его почти марксистские речи там-то и там-то". Иронически Ленин хотел сказать: вот хитрая бестия Ллойд-Джордж, как он ловко видит опасное для себя сложение общественных сил и почти по-марксистски анализирует его. Так вот этот Ллойд-Джордж написал о Троцком, что его левые фразы - это чепуха, но если говорить о сильных личностях с намеком на бонапартизм, то они могут выйти только отсюда. Ну, конечно, этому не бывать.

ОППОЗИЦИОННАЯ ИДЕОЛОГИЯ - ИД ЕОЛ О ГИЯ НЕОМЕНЬ 111 ЕВ И ЗМ А

Но я должен в связи с этим сообщить вам одно интересное произведение. Правда, этого произведения у меня, к сожалению, нет текстуально, а есть в форме изложения доклада одного лица относительно взглядов его по поводу 10-летия Октябрьской революции. Это лицо пишет следующее,- я буду читать только наиболее важные места: "В СССР чувствуется всеобщее разочарование в пролетарской революции". В крестьянстве происходит процесс бонапартизации. Крестьянство ищет сильного человека или, на первых порах, коллегию людей, который или которая могли бы закрепить завоевания крестьянской революции. В крестьянстве пробуждается жажда накоплений, жажда пожить вволю, и оно начинает уже открыто враждебно относиться к рабочему классу. "Более честные и добросовестные из большевиков сами признают эти опасности. Так, Каменев в 1925 г. предостерегал свою партию, указывая на быстрый рост кулачества, которое, по подсчетам Каменева, уже тогда, в 1925 г., составляло около 12 процентов всего крестьянства' и выбрасывало на рынок 60 процентов всей крестьянской продукции". Наряду с ростом кулака растет и сельскохозяйственный пролетариат, увеличивая собой армию безработных. Нижние этажи советского государственного здания, как сказал один из честных большевиков, затопляются крестьянской стихией".

"Нужно было семь лет практического опыта, чтобы добросовестные большевики, т. с. коммунистическая оппозиция, признали этот факт в 1927 году. Она, эта оппозиция, устами Троцкого заявила в августе на Пленуме ПК: "Пролетариат все более и более свертывается, уступая место другим классам, которые все более и более развертываются". Этим самым оппозиция Коммунистической партии признала то, о чем Мартов н вся российская с.-д. партия постоянно твердили: социалистическая революция в СССР невозможна, и если она будет начата, то потерпит крах, ввиду низкого уровня хозяйственного и культурного развития России". Совершенно прав был покойный Мартов, декларировавший, что только решительный отказ от диктатуры и переход к политической демократии спасет русскую революцию. "Этот взгляд снова и снова,- подчеркивает докладчик,- усвоили теперь и честные большевики".

"Наш путь,- заканчивает он,- спасения революции и ликвидации большевистской диктатуры как наивысшего препятствия к осуществлению социализма заключается в неустанной антибольшевистской пропаганде и в соответствующем давлении на рабочий класс СССР. И надо сказать, что, несмотря на наше нелегальное положение в СССР, нам удалось и удается направить часть рабочего класса и даже часть членов Коммунистической партии без того, чтобы эти коммунисты отдавали себе в этом отчет, на тот путь, который нужен, на путь ликвидации большевизма"".

Я это цитировал из доклада члена ЦК РСДРП Рафаила Абрамовича 52.

Товарищи, вы видите, что не подлежит сомнению глубочайшее родство всей идейной установки новой оппозиции во главе с Троцким, с меньшевиками. Оппозиции, несмотря на прикрытие левыми жестами и пр. по существу дела в коренных вопросах нашей революции переходит в лагерь, как Троцкий сказал в 1923 г., меньшевиков и либералов. Само собою разумеется, что со всей этой установкой трудно вести энергичную пропаганду защиты СССР. И нечего тут кокетничать и очень обижаться, когда мы говорим товарищам из оппозиции, что они условные оборонцы по отношению к нашей республике. Ведь нельзя же вдохнуть энтузиазм в рабочих, говоря им: защищайте СССР, потому что там термидорианцы. Нельзя же говорить рабочему классу других стран: направь оружие в защиту СССР, хотя в СССР хуже и меньше свободы, чем в Германии. Ведь это же позиция абсолютного лицемерия. Из этой позиции выход единственный: или стать открыто на меньшевистские рельсы, открыто сблокироваться с меньшевиками, или открыто признать свои ошибки и преступления перед партией. Третьего пути не Оано. Мы призываем оппозицию выбрать либо одно, либо другое; открыто стать с меньшевиками или открыто стать с нами, признав свои преступления.

МЫ БУДЕМ ИДТИ ВПЕРЕД, ПОКА МЫ ЖИВЫ!

Товарищи, одна из наших задач - это систематическая борьба убеждением, борьба за каждого честного оппозиционного рабочего, ибо мы не должны не дорожить честными и действительно революционными рабочими. Одна из задач нашей дискуссии заключается в том, чтобы переубедить честных, хотя бы и немногих, по все-таки имеющихся, сторонников оппозиции. Тогда оппозиционные вожди, адмиралы швейцарского флота, оставшись без армии, или бросят свою губительную борьбу, признав свои ошибки, или открыто перейдут в лагерь меньшевиков. Последнее будет чрезвычайно плохо с точки зрения индивидуальной судьбы этих вождей. Мы всей душой не хотим этого, но мы ие можем из жалости к тому или другому лицу, хотя бы и имевшему крупнейшие заслуги в нашем рабочем движении, на основании этого прошлого, жертвовать настоящими, действительными, общими интересами нашего рабочего класса.

И мы заявляем, что будем бороться со всей решительностью со всеми теми, кто попытается тащить или тащат своих товарищей в меньшевистское болото.

Не для того мы брали власть в свои руки, не для того проделывали Октябрьский переворот, чтобы задним ходом прийти к позиции октябрьских дезертиров. Мы брали знамя Октябрьской революции для того, чтобы идти вперед, и будем идти вперед, пока мы живы! (Бурные продолжительные аплодисменты.)

П ечатастся по книге: Бухарин //. Партия и оппозиция на пороге XV пиртсъезОа: Доклид на собрании актива Ленинградской организации ВКИ(б) 26 октября 1927 г.

VI; //.: Госиздат. 1927

ЛЕНИНИЗМ И ПРОБЛЕМА КУЛЬТУРНОЙ

РЕВОЛЮЦИИ (Речь на траурном заседании памяти В. И. Ленина *)

21 января 1928 г.

- Товарищи! На сегодняшнем траурном заседании я хотел бы взять одну лишь тему: ленинизм и проблема культурной революции. Я ее беру потому, что в настоящее время этот вопрос является одной из центральных, одной из главнейших проблем, которые стоят перед Советской властью и перед нашей партией. Лучшим почитанием нашего великого учителя будет, если мы в день памяти о нем, от нас ушедшем, будем снова и снова приходить к нему для того, чтобы вновь и вновь почерпнуть силы из того учения, которое Владимир Ильич нам оставил. Ибо наша задача есть задача "изменения мира", задача, которая теоретически была сформулирована гениальным основоположником научного коммунизма - Марксом. Нам приходится сейчас бороться и преодолевать трудности совершенно исключительного порядка, нам приходится жить и бороться в капиталистическом окружении. Это - противник, который, по сути дела, объявил нам войну не на живот, а на смерть. Это - враг сильный, уже вооруженный до зубов и все более вооружающийся. Буржуазно-капиталистическая наука и техника, организация капиталистического труда в настоящее время растут. Серийное и стандартизованное производство, электрификация, целый ряд новейших технических изобретений, жидкий уголь, улучшенное производство и подача газа, выделка искусственного волокна, которая занимает все большее и большее место в капиталистическом производстве и которая может быть, по мановению правительственного жезла, превращена в изготовку взрывчатых веществ, наконец, крупнейшие военные изобретения, самоуправляющиеся моторы на земле, под водой, на воде и в воздухе - все это знаменует собою такое техническое "переоборудование" капитализма, при помощи которого наш капита-

".,, nlf,? Объединон,,ом заседании ЦК. ЦКК. МК, МКК BKII (б). ЦК и V\гспс н 1нсТИТ>Та Ленина- СССР и ВЦИК. "убисполкома. ВЦСПС

В И Ленина Ред. Р * °РГанизаций- священный 4-й годовщине смерти

листнческий противник плотнее усаживается на свой трои. Военный и послевоенный кризис нанес ему глубокие кровоточащие раны: этот кризис еще не изжит; на горизонте вырисовываются буревестники новых катастроф. Но пока что в рамках еще не изжитого кризиса наш противник укрепляется в основ ных центрах своей силы и своего могущества. Нам нужно совершенно отчетливо понять, что мы переживаем время состязания с этим еще могучим империалистическим противником. Ни на одну минуту, ни на одну секунду мы не должны упускать этого из виду. Нам суждено еще долгое время жить в кольце империалистских мечей. Нам суждена длительная борьба с этим "Священным Союзом" буржуазной контрреволюции, который не хочет и не может оставить нас в покое, ибо наш покой, наше строительство, наш мирный труд, наш рост нарушают "покой" империалистических царств. Поэтому наше строительство и те задачи, которые мы решаем внутри страны, так тесно увязаны с вопросами "большой" международной политики и реально от этих вопросов неотделимы.

Наш противник борется с нами всеми родами оружия, наш противник борется с нами и на идеологическом фронте. Одним из важнейших орудий на этом последнем фронте является спекуляция на нашей технико-экономической отсталости, на нашей некультурности, на нашей еще не изжитой нищете. Все заправилы империализма и его певцы, все враги строящегося социализма, все ненавистники железа пролетарской диктатуры, все циники социал-демократии, все путаники мелкой буржуазии, все разъеденные сомнениями и скептицизмом и кукующие о нашей гибели,- все они спекулируют па пашей отсталости. На крайнем фланге стоят матерые вожди международного капитализма, а на другом конце этой цепочки - наши всевозможные "друго-враги", которые - увы! - нередко заимствуют свое оружие из идеологического арсенала открытых противников социализма. Часто можно наблюдать, как какой-нибудь прожженный делец и идеолог капитала не без фальшивого пафоса вещает, что большевизм - это "великая чума", великая азиатская болезнь, которая грозит хлынуть на Европу. Истошными голосами кликуш вопят о том, что большевизм несет с собой "гибель всей цивилизации и культуры". Некоторые из особенно ретивых, особенно усердных и особенно лицемерных империалистских крикунов, в первую очередь бывшие "властители дум" императорской России, перейдя все грани зоологического бешенства, договариваются до того, что считают Советскую власть воплощением царства "диавола", "сатанократией". Так, распаляясь контрреволюционной злобой, пишет трубадур аристократии г-н Бердяев '. Наши социал-демократические противники с усердием, достойным лучшей участи, распространяют злостную басню, будто мы "в полуазиатской стране, издревле привыкшей к восточному типу деспотии, создали режим, который ни капельки не отличается от режима Хорти и Муссолини. (В скобках замечу: когда некоторые молодые люди из троцкистской оппозиции ругают нас фашистами, они заимствуют целиком это отравленное оружие у своих социал-демократических единомышленников.) Вся социал-демократия утверждает, что мы, большевики, взялись за утопическое дело построения социализма, предполагающего большую культурность масс, и поэтому все наши "затеи" заранее обречены на неизбежный крах, на неизбежную гибель, как бы мы ни суетились и какие бы прекрасные лозунги мы ни придумывали. В великой исторической книге судеб предначертана наша гибель, ибо мы-де пошли против железных законов истории. И отошедшие от нашей партии оппозиционные осколочки точно так же идут по этой же линии, когда утверждают, что гибель наша, если только нас не спасет немедленный взрыв в Западной Европе и власть пролетариата там, почти "предрешена". Так, нажимая на различные клавший, люди разыгрывают одну и туже мелодию.

Характерным является тот факт, что довод об отсталости, о некультурности приводится не только против нас, большевиков СССР, когда наша революция делает один успех за другим и одерживает одну победу за другой. Чрезвычайно характерно то. что примерно этот же довод приводился очень и очень давно противниками рабочего коммунистического движения вообще, которые критиковали самую цель коммунизма, "доказывая", что не может осуществить ничего хорошего класс некультурный, класс придавленный, класс-парий, который способен только разрушать, разнуздывать дикую стихию и который неизбежно возвратит общество чуть ли не к доисторическим временам. Характерным является то, что даже полудрузья коммунистического движения не раз и не два, с самого зарождения коммунизма, в страхе отступали перед теми, которых они иногда сами же призывали в качестве спасителей от пороков современной капиталистической цивилизации. Такой крупный человек, такой великий поэт, как Гейне 2. человек, которого Маркс называл своим "другом" и который действительно находился в самых дружеских и интимно-близких отношениях с основоположником научного коммунизма, писал о коммунистах и коммунизме незадолго до своей смерти (в 1854 г.):

"Нет, меня одолевает внутренний страх художника и ученого, когда мы видим, что с победой коммунизма ставится под угрозу вся наша современная цивилизация, добытые с трудом завоевания стольких столетий, плоды благороднейших трудов наших предшественников".

И в следующем, 1855 году этот друг Маркса, революционный поэт Германии, одна из самых радикальных фигур германской общественности, совсем на пороге своей личной смерти писал о коммунистах и коммунизме:

"Со страхом и ужасом думаю я о той поре, когда эти мрачные иконоборцы станут у власти. Своими мозолистыми руками они без сожаления разобьют мраморные статуи красоты, столь дорогие моему сердцу. Они уничтожат веете безделушки и мишуру искусства, которые были так милы поэту. Они вырубят мою лавровую рощу и на ее место посадят картофель. Лилии, которые не сеяли и не жали .и все же были так же великолепно одеты, как царь Соломон во всем его блеске, будут повыдерганы из общественной почвы. Розы, праздничные невесты соловьев, подвергнутся той же участи. Соловьи, эти бесполезные певцы, будут разогнаны, и - увы! - из моей "Книги песен" лавочник наделает мешочков и будет в них развешивать кофе или табак для старушек будущего".

Интересно отметить, что такая крупная фигура нашей общест"-венностн, впоследствии ставший членом нашей партии, как Валерий Брюсов3, в 1904-1905 годах написал очень красивое само по себе стихотворение, которое он назвал "Грядущие гунны", взяв эпиграфом лозунг: "Топчи их рай, Атилла". "Атилла" - здесь псевдоним коммунизма; "рай" - буржуазный рай. Здесь мы читаем такие строфы:

Где вы, грядущие гунны. Что тучей нависли над миром! Слышу наш топот чугунный По еше не открытым Памирам. На нас ордой опьянелой Рухните с темных становий - Оживить одряхлевшее тело Волной пылающей крови.

Бесследно все сгибнет, быть может. Что ведомо были одним нам. Но вас, кто меня уничтожит. Встречаю приветственным гимном.

Валерий Брюсов тех времен пел нам и нашему классу "приветственный гимн". Но оценивал наш класс как "грядущих гуннов".

Вот эти настроения были чрезвычайно характерны не только для мелкобуржуазных филистеров, по и для лучших голов буржуазно-капиталистического мира, даже для тех, которые, в силу своих исключительных личных свойств, пытались выпрыгнуть из сетки буржуазно-капиталистической идеологии. Даже те, кто в коммунистическом рабочем движении предчувствовали нечто

новое, исторически великое, что должно "волной пылающей крови" оживить "одряхлевшее тело" буржуазной культуры и цивилизации, даже они видели в рабочем классе новых "гуннов", которые разнесут все в щепки, отдадут на слом все великолепные создания человеческого гения, засеют "элементарной" рожью новые поля, стерев предварительно с лица земли все наследие старой докапиталистической и капиталистической культуры.

С тех пор как это писалось, прошло довольно изрядное количество времени. Утекло много воды и, пожалуй, еще больше крови. Это время, однако, своим железным языком сказало нам целый ряд истин, которые вряд ли подлежат сейчас сомнению для всякого мало-мальски мыслящего человека.

Оказалось, что цивилизацию и культуру, все завоевания ее и все ее ценности, которые напластовались в течение веков, ставят под нож, ставят под топор, ставят под угрозу гибели не мрачные коммунистические "иконоборцы", не гунноподобные воители коммунистического рабочего движения, а очень изящно одетые, "блестящие" и "великолепные" лейтенанты и генералы империалистских армий, вооруженных всеми приобретениями этой же цивилизации; еще более изящно одетые и лощеные дипломатические деятели христианнейших государств, с их утонченным языком, с их лайковыми перчатками, с их "благородными" заботами о боге и культуре, с их "благочестивыми" мыслями об убиении коммунизма; тузы банка и биржи, со всеми своими нежными и одетыми, подобно царю Соломону, "лилиями" как женского, так и мужского пола, их ученые, которые изощряют свой ум, свои знания, свои таланты, чтобы изобретать на потребу капитала наиболее смертоносные орудия разрушения материальных и духовных ценностей современной цивилизации; священнослужители, художники, литераторы и невцы, которые всеми способами, на разных языках обслуживают истребительную политику империализма.

В стальных осколках, в ядовитых газах, во вшах, в человеческом кале и крови грозит задохнуться "благородная" культура капитализма, готовая пожрать самое себя. И не мы, "мрачные иконоборцы" (как это к нам подходит!), несем эту гибель. Мы спасаем все, что есть ценного в этой культуре. Ее ставят под удар наши капиталистические противники. Это против них должен точить нож каждый честный человек, который способен размышлять над великими вопросами нашего времени.

Выяснилось и другое. Наша эпоха, наше время открыло всем и другую истину: выяснилось, что после периода временной разрухи мрачные "коммунистические иконоборцы" не только спасают все ценное, что остается от старого, но самым быстрым образом, быстрее, чем кто-либо, ведут огромную человеческую массу

372

вперед по культурной дороге, создают великое массовое культурное движение, перепахивают трактором культуры вдоль и поперек огромную страну, вызывают к жизни не отдельные бриллиантовые ручеечки культуры, а громадный, широкий и глубокий поток массового культурного строительства.

И наконец, третья истина раскрылась в течение этого времени. Перед нами распахнулись широчайшие перспективы творческого, строительного труда, перспективы, которых не знал и не мог знать капиталистический мир. В области хозяйства, в области работы среди масс, в области научного творчества, в области культуры вообще мы стали уже на пороге задач грандиозного масштаба, из маленьких комнатушек "камерной" культуры мы выходим на городские улицы и площади и шлем вестников культуры в села и деревни, во все медвежьи закоулки и уголки. Наша наука начинает все больше приводить в движение маховое колесо нашей практики. Она перестает быть занятием парочки кабинетных ученых; она уже непосредственно соприкасается с великими задачами хозяйственного строительства, от которого она - прямо или косвенно - получает свои теоретические задания. Рабочий класс лихорадочно быстро расширяет круг своей работы. Он поднимает к исторической жизни задавленные и замученные национальности, помогает братской рукой развитию их культуры, он ставит поэтому и перед наукой новые задачи. Он увязывает в одну огромную организованную систему хозяйственное строительство, объединяя все большую и большую часть народного хозяйства своим государственным планом и единством плановой цели. Эти задачи точно так же ставят перед наукой интереснейшие проблемы, совершенно неведомые для науки буржуазного мира. Рабочий класс, наконец, обращает сугубое внимание на самого человека, на его труд, на его здоровье. Это, в свою очередь, вызывает к жизни молодые побеги новых отраслей знания, ставит новые задачи, по новым направлениям сближает теорию и практику, науку и жизнь.

Так все более властно механика рабочей диктатуры вовлекает культуру в массовый всеобщий жизненный оборот, подчиняя обогащающуюся науку новым потребностям жизни и приводя в соответствие ритм ее развития с биением пульса всего великого исторического процесса. Все это весьма далеко от тех мрачных пророчеств, которыми занимались даже лучшие умы буржуазно-капиталистического мира, и от того унылого, соединенного с злорадством нытья, которым занимаются социал-демократствую-щие "критики", визгливыми голосками подлаивающие против пролетарской диктатуры. Правда, за период революционных битв очень много "лилий" было пообщипано. Но еще больше "лилий" было пообщипано и еще больше "соловьев" было разогнано под

13 НИ. Бухарин

373

грохот пушек империалистической войны. Важно то, что если мы будем сравнивать разрушительную работу, которую обнаружил сам капитализм, с разрушительными сторонами революционного процесса, то мы можем с чистой совестью сказать, что мы с меньшими издержками творим дело, которое до конца подорвет возможность разрушительной работы лощеных варваров капиталистической цивилизации.

На первый план с точки зрения культурной работы рабочий класс и его партия поставили массу,- не отдельных жрецов, не отдельные экзотические тепличные растения. Масса стоит у нас в фокусе нашей культурной работы, и центр тяжести ее лежит именно здесь.

Как смешны, жалки и неумны обвинения, выдвигаемые против победоносного коммунизма, все эти "аргументы от культуры"!

Не кто иной, как Владимир Ильич, этот бешеный революционер, этот великий разрушитель, этот полководец рабочего класса, ведший его на штурм капиталистических крепостей, дворцов и особняков, в своих последних статьях самым резким образом поставил культурную проблему как центральную проблему нашей партийной и советской работы. Тов. Ленин с полным правом заявил, что после завоевания и укрепления рабочей диктатуры коренным образом изменяется наша точка зрения на социализм. Он писал:

"Эта коренная перемена состоит в том. что раньше мы центр тяжести клали и должны были класть на политическую борьбу, революцию, завоевание власти и т. д. Теперь же центр тяжести меняется до того, что переносится на мирную организационную, "культурную" работу. Я готов сказать, что центр тяжести для нас переносится на культурничество, если бы не международные отношения, не обязанность бороться за нашу позицию в международном масштабе. Но если оставить это в стороне и ограничиться внутренними экономическими отношениями, то у нас действительно теперь центр тяжести работы сводится к культурничеству".

Эту мысль, во всей ее глубине и во всем ее историческом масштабе, должен понять каждый член нашей партии, каждый рабочий, который хочет ясно усвоить цели своего класса и его исторического движения. В основных чертах эта мысль была намечена еще Марксом.

Период рабочей диктатуры, период перехода от капиталисти ческого строя к строю социалистическому и, далее, строю коммунистическому может быть рассматриваем с особой точки зрения, а именно с точки зрения переделки самого руководящего класса, рабочего класса. В самом деле, мы можем процесс рабочей диктатуры рассматривать с точки зрения укрепления рабочей власти, мы можем его рассматривать с точки зрения развития хозяйственного базиса социализма, г. е. с точки зрения роста нашей социалистической промышленности, транспорта, того, что мы называем пролетарскими "командными высотами" или "социалистическим сектором" нашего хозяйства. Мы можем, однако, весь этот процесс рассматривать с точки зрения изменения природы рабочего класса. Мы можем рассматривать, другими словами, весь этот огромный всемирно-исторический процесс с точки зрения переделки масс, изменения их природы и в первую очередь с точки зрения переделки самого пролетариата.

Маркс, как известно, писал, что в великих гражданских битвах, в битвах народов, наполняющих тот бурный период, который отделяет капиталистическое общество от коммунизма, рабочий класс переделывает свою собственную природу. Ленин, который ни на одну йоту не отступал никогда от марксистского учения, а лишь развивал и углублял его, рассматривал эту проблему "переделки масс" в качестве важнейшей, труднейшей и существеннейшей проблемы, которая стоит перед нашей партией.

Как ставил вопрос Владимир Ильич, когда он подходил к расшифровке понятия культурной революции?

Он говорил:

"Перед нами являются две главные задачи, составляющие эпоху. Это - задача переделки нашего аппарата, который ровно никуда не годится и который перенят нами целиком от прежней эпохи; переделать тут серьезно мы ничего за пять лет борьбы не успели и не могли успеть. Вторая наша задача состоит в культурной работе для крестьянства. А эта культурная работа в крестьянстве, как экономическая цель, преследует именно кооперирование. При условии полного кооперирования мы бы уже стояли обеими ногами на социалистической почве. Но это условие полного кооперирования включает в себя такую культурность крестьянства (именно крестьянства, как громадной массы), что это полное кооперирование невозможно без целой культурной революции" 4.

Когда мы читаем снова и снова эти строки, то невольно прежде всего набегает мысль: куда же девался ЕЮ всей этой установке тов. Ленина рабочий класс? Выдвинуты на целую эпоху (это нужно подчеркнуть: речь у Владимира Ильича идет именно об эпохе) две задачи: переделка госаппарата и поголовное кооперирование крестьянства. Для поверхностного "критика", всюду выискивающего "национальную ограниченность" и "крестьянский уклон", ничего бы не стоило объявить эти задачи эпохи выражением какого-нибудь "сползания". Как же решается, однако, вопрос по существу? Когда тов. Ленин говорит о переделке нашего государственного аппарата, то он этот вопрос берет в неразрывной связи с вопросом о культурном подъеме самого рабочего класса. Ибо что такое в самом деле государственный аппарат в СССР? Это - остов государственной власти. А что такое государственная власть в нашей стране? Это есть, говоря языком Маркса, рабочий класс, "конституированный как государственная власть". Государство у нас - это есть самая широкая организация рабочего класса. Следовательно, переделка государственного аппарата, задача, которую тов. Ленин устанавливал на эпоху, является одной - и важнейшей - стороной нашей работы среди рабочего класса. По какой линии надо переделывать наш государственный аппарат? По линии борьбы с бюрократизмом, по линии воспитания рабочих масс, по линии обучения рабочих масс искусству управления. Переделка госаппарата - это есть в огромной степени культурная проблема. В своей речи о программе партии (VIII съезд) тов. Ленин говорил:

"Мы отлично знаем, как эта некультурность принижает советскую власть и воссоздает бюрократию. Советский аппарат на словах доступен всем трудящимся, на деле же он далеко не всем им доступен. И вовсе не потому, чтобы этому мешали законы, как это было при буржуазии: наши законы, наоборот, этому помогают. Но одних законов тут мало, необходима масса воспитательной работы,- чего нельзя сделать быстро законом, что требует громадного длительного труда" 5.

Лишь понемногу рабочий класс "вызревает" в культурном отношении; он "вызревает" не сразу; он "вызревает" не всеми своими пластами одинаково; он "вызревает", если так можно выразиться, "но частям": не все рабочие проходят через рабфаки и вузы; не все рабочие становятся красными директорами или советскими администраторами; не все в одинаковой степени близки органам Советской власти, и-г. д. и т. п. Но, хотя по частям, все же рабочий класс поднимается со ступеньки на ступеньку. Когда его подавляющая масса будет прочно сидеть у рычажков управления, тогда бюрократия и бюрократизм умрут естественной смертью. Повышение культурного уровня рабочих есть поэтому предпосылка действительного улучшения нашего госаппарата.

Итак, весь огромный план Владимира Ильича, который беглыми, но очень четкими штрихами намечен в цитируемой статье, распадается на две огромных проблемы: первая - кооперирование крестьянских масс, для чего нужна целая культурная революция; вторая - переделка нашего государственного аппарата и заполнение всех его пор культурно-выросшими рабочими. Смычка между поголовно кооперированным крестьянством и костяком государственной власти, избавленным от ее бюрократических зол, костяком, представляющим собою действительно "конституированный как государственная власть рабочий класс", это и есть великая организационно-культурная задача эпохи. Для Ленина в центре всего, повторяю, стоит масса. У нас много лет тому назад (и в самой нашей партии, и около партии) была целая полемика по поводу культурных задач. Владимир Ильич выступал тогда со всем своим темпераментом, со всей революционной страстью и со всеми тяжелыми булыжниками своей подавляющей логики против ошибок, намечавшихся в наших рядах. Многие после Октября сразу хотели взвиться на пролетарские небеса, слишком увлекались, яростно и горячо дебатировали вопросы пролетарской культуры, готовили немедленную революцию во всех сферах науки и техники; некоторые мечтали создать пролетарскую культуру чуть ли не опытно-лабораторным путемh. Владимир Ильич громил всеми родами оружия такую постановку вопроса. Почему? Теперь это более чем ясно. Он поступал как дальновидный стратег. Он справедливо опасался, что люди увлекутся надуманными, лабораторно-узкнми, тепличными проблемами, отвернутся от массовых, неизмеримо более элементарных, но абсолютно насущных в своей элементарности культурных нужд. Вот почему "болтовне", "фразам" о пролетарской культуре он противопоставлял борьбу с такими вещами, как взятки, ком-чванство, безграмотность. Вот враг, говорил он, нужно бить по нему, сосредоточить таран ваших усилий именно здесь, и тогда что-нибудь да выйдет. Если мы будем замыкаться, если мы будем отъединять рабочий класс от массы, или часть класса от всего класса, или какую-нибудь маленькую групиировочку из пролетариата от ее социальной пуповины, то мы сделаем огромную и непростительную ошибку. Не в том дело, чтобы сразу же перевернуть все науки, а дело в том, чтобы взять на мушку элементарнейших врагов грамотности и культуры и их подвергнуть наиболее быстрому разгрому, эти задачи поставить на первый план, па этом концентрировать все внимание нашей партии и этого врага смертным боем бить.

В связи с этим Владимир Ильич ставил вторую задачу, а именно задачу взять все, что можно, от капитализма. Нельзя говорить "б", не сказав "а", нельзя переносить центр тяжести на революцию в области математики, биологии, физики, не решивши, хотя бы на известный процент, адач предварительных, элементарных, тех, которые вопиют к небу, тех, без решения которых можно свалиться и погибнуть. Вот почему Ленин с такой сокрушительной настойчивостью ставил задачу взять от капитализма все. что можно взять. На митинге в Ленинграде (в марте 1919 г.) Ленин говорил:

"Масса его (т. е. капитализм.- /У. В.) раздавила; но от раздавленного капитализма сыт не будешь; нужно взять всю его культуру, которую капитализм оставил, и построить социализм, нужно взять всю технику, науку, знание, искусство,- без этого жизнь социалистического общества невозможно построить. А эта наука, техника, искусство в руках специалистов и в их головах" '.

Нужно вспомнить, что в то время значительная часть рабочих - да и членов нашей партии в том числе - не понимала всей необходимости этого, и нужна была железная воля и железная логика Ленина, чтобы не дать "левой фразе" заесть живое дело правильной революционной политики, через сложнейшие зигзаги исторического пути выводившей пролетариат из лабиринта величайших опасностей.

Однако было бы абсолютно неправильным изображать дело так, будто бы Ленин считал необходимым простой перенос буржуазной культуры к нам во всей ее целости и неприкосновенности. Такой установки у него не было. Ленин неоднократно говорил, что надо заимствовать то, что полезно пролетариату, решительно отметая все вредное. Достаточно известно его отношение к религии, философскому идеализму, буржуазной общественной науке и т. д. Он неоднократно выступал против людей, у которых* весь их головной зарядный ящик начинен буржуазными традициями. В частности, есть даже его выступления, где он говорит, что в области искусств у пас оказалось много выходцев из буржуазного мира, которые под видом пролетарского искусства преподносят нам нечто "совершенно несуразное". Но Владимир Ильич, как гениальнейший полководец, умел распределять аилы в зависимости от важности того или другого участка культурного фронта. А это есть одно из главнейших условий правильной политики вообще, культурной политики - в частности. Ибо, по Ленину, наша "мирно-организаторская", "культурническая" и прочая работа не есть какая-то мирная идиллия, а есть особая форма классовой борьбы пролетариата за социализм. Даже тогда, когда Ленин говорил, что "коммунизм мы должны строить руками врагов" или что "хороший буржуазный специалист лучше десяти плохих коммунистов", он говорил не о чем другом, как об этой. особыми методами ведущейся, классовой борьбе.

С тех пор как Ленин писал свои последние статьи, прошло уже изрядное количество времени. Каждый грядущий год будет говорить нам со все возрастающей ясностью, что у Владимира Ильича по каждому отдельному случаю будет оказываться все менее готовых рецептов. Ленинизм, однако, заключается отнюдь не в этих готовых рецептах. Владимир Ильич требовал от нас изучения того, что есть, во всей его конкретности, во всех особенностях. Владимир Ильич был чрезвычайно далек от мысли, что можно лозунги и мероприятия, которые мы предпринимали 2, 3 и 4 года назад, переносить на любое время. И если мы хотим действовать в духе Владимира Ильича, то мы должны отдать себе отчет во всех изменениях, которые произошли с тех пор, мы должны учесть, часть каких задач мы уже выполнили, часть каких задач нужно еще выполнить, как эти задачи расставить по-другому, взять в иной пропорции, какие совершенно новые проблемы стали перед нами и т. д. Только так должны ставить вопрос ученики Ленина.

В цитировавшейся уже статье о кооперации тов. Ленин писал: "Для нас достаточно теперь этой культурной революции для того, чтобы оказаться вполне социалистической страной, но для нас эта культурная революция представляет неимоверные трудности и чисто культурного свойства (ибо мы безграмотны), и свойства материального (ибо для того, чтобы быть культурными, нужно известное развитие материальных средств производства, нужна известная материальная база)"'*.

Верными остаются эти положения? Конечно, верными. Но кое-какие количественные изменения все-таки е тех пор произошли. Мы сейчас не переживаем периода голодовки; мы, несмотря на чрезвычайное напряжение нашего государственного бюджета и ряд крупнейших хозяйственных затруднений, все-таки всю нашу экономику и весь наш бюджет безусловно перевели с тех нор на гораздо более высокую ступень. То, что тогда могло звучать в значительной мере как благое пожелание (увеличение материальных средств на культуру), сейчас становится для нас не только необходимостью, но и - в известной мере - такою необходимостью, которую мы, несмотря на целый ряд затруднений на других фронтах, все же должны удовлетворить. Вели Владимир Ильич в одной из своих речей говорил о том, что нам нельзя скаредничать в деле просвещения, то это нужно повторить сейчас с гораздо большим заострением, ибо даже целый ряд вопросов хозяйственного строительства упирается сейчас в проблему культуры. Всем известно, например, что у нас есть целый ряд крупных недостатков в нашей работе по капитальному строительству: и просчетов, и халатности, и достаточного количества плохих проектов, и г. д. и т. п. В конечном счете это есть вопрос нашей культуры; мы страдаем даже по непосредственно-производственной линии от того, что мы не всегда достаточно следим за западноевропейским и американским опытом; что мы желаем нередко открывать Америки, которые давным-давно уже открыты; что мы не научились еще достаточно хорошо считать, хотя это нам важнее, чем для капиталиста, потому что у нас хозяйство большего масштаба. Мы стишком дорого строим и потому, что у нас очень дорог материал, и потому, что мы применяем устарелые технические приемы, тогда как объективно возможна другая строительная техника. Но это только одна из очень многих сторон дела. Разве рационализация производства не упирается в проблему большей культурности нашего рабочего, нашего служащего, нашего инженера, нашего администратора? Разве плохая работа нашего аппарата и в городе, и в деревне не связана с этим? Разве мы не подняли бы темпа увеличения мелких сбережений при более культурных привычках масс? Разве не шла бы успешнее борьба с бюрократизмом, который есть не только социальное зло, но и тормоз развития производительных сил нашего хозяйства? и т. д. и т. п. Словом, мы страдаем по непосредственной линии производства очень часто потому, что мы недостаточно еще культурны. Как-никак, однако, средства у нас в известном количестве теперь появились, и это есть очень крупное завоевание. Вспомните о том положении вещей когда Владимир Ильич говорил, как о крупном успехе, о 20 млн 1 , которые мы накопили. Теперь мы имеем дело с шестимиллиардным бюджетом. В этом отражается огромный прогресс, который совершило наше советское строительство.

Во-вторых, мы разбудили и подняли активность народа в высочайшей степени - и пролетариата и крестьянства. Мы подняли и культурные запросы масс. Наш крестьянин и наш рабочий - это уже не крестьянин и не рабочий дореволюционного времени. Более того, мы даже за четыре последних года видим огромнейший рост культурности нашего рабочего класса, культурности нашего крестьянства, повышения культурных потребностей масс. Один из деятелей среди крестьян и педагог, теперь член нашей партии, тов. Шацкий ", рассказывал мне, что даже в такой отсталой губернии, как Калужская, в деревнях у отдельных крестьян можно встретить свои библиотечки по 400-500 томов. Иногда "мужички" рассуждают о Толстом, Тургеневе и т. д. Разве было что-либо подобное до октябрьского пришествия коммунистических "гуннов"? Мы настолько расшевелили сейчас культурные потребности масс, что нам трудненько становится уже платить по векселям, которые мы выдали по этой линии. Поэтому совершенно естественно, что наша партия, актив рабочего класса, наиболее передовые слои крестьянства должны изо всех сил подтянуться, чтобы этот растущий спрос широких масс удовлетворять.

Культурность масс поднялась и по линии элементарной грамотности. Культурность масс поднялась и потому, что страшно расширился кругозор масс вообще. Культурность масс небывало поднялась и по линии политического просвещения.

Если мы говорим о наших завоеваниях, то, я думаю, мы можем сказать, не погрешая против действительности, что в области политической сознательности - классовой сознательности такого пролетариата, как наш пролетариат, нет во всем мире. Пожалуй, даже можно сказать, что по политическому кругозору, который имеется и у нашего крестьянина, т. е. по степени его политической осведомленности в больших вопросах мировой политики, вряд ли он стоит ниже, чем гораздо более культурный, в смысле своего хозяйства и пр., западноевропейский крестьянин.

Если мы возьмем эту область культуры, то мы можем сказать, что великая переделка масс, которая произошла за время революции (отчасти стихийно, отчасти сознательно: через Красную Армию, нашу политпросветительную работу, через весь механизм рабочей диктатуры), поставила эти массы политически в авангарде всех трудящихся мира.

Огромнейшая работа проведена среди рабочего класса, среди крестьянства. Огромнейшая работа произведена среди народов, которые раньше считались "инородцами". Этой стороной дела ни в коем случае нельзя пренебрегать. Она имеет значение гораздо большее, чем мы обычно думаем. Мы провели также значительную воспитательную работу среди наиболее отсталых слоев трудящихся, в первую очередь среди женщин. Всего этого нельзя было бы ни в коем случае достигнуть без диктатуры рабочего класса. Предварительным условием успеха был тот язык железа и стали, которым говорила рабочая диктатура в период гражданской войны.

Следовательно, мы можем сказать, что мы сделали очень значительные завоевания в работе среди масс. Мы сделали, однако, значительные завоевания и в работе над кадровым составом наших работников. Мы приобрели большие организационные навыки; мы приобрели больше знания; мы приобрели большой опыт. Разве мы теперь уже не выдвинули значительного количества наших собственных военных кадров? Выдвинули. Командный состав Красной Армии-это уже в значительной мере не старые специалисты, а квалифицированные силы, выдвинутые из социальных "низов". Костяк, скрепляющий всю армию, состоит уже из своего социального материала, из элементов, обработанных той великой политической машиной, имя которой есть рабочая диктатура. Мы уже начинаем выдвигать кадр наших техников. Мы по всей стране имеем кадр наших, уже сравнительно опытных, администраторов, в первую голову из рабочих, прошедших суровую школу гражданской войны, борьбы с голодом, борьбы с нищетой. Эти люди сделаны из очень крепкого, очень добротного материала. Это - рабочие, кряжистые передовики, в огне нашей революции получившие не только великолепную закалку "плеч и рук и голов", но и приобретшие огромнейший опыт, соединенный с известной теоретической выучкой. Они-то непосредственно и держат различные, большие и маленькие, рычажки нашего огромнейшего механизма: хозяйственного и политического, советского и партийного. Все они по своей административной культурности, по своему опыту, по своим знаниям, по своим навыкам, по своим культурным запросам весьма далеко стоят от тех очень революционных, но мало опытных людей, которыми они вошли в период гражданской войны. Так обстоит в общем дело с нашими кадрами.

Но за последнее время мы начали ставить (и решать) также и те задачи, которые отодвигались В. И. на неопределенное будущее, ибо в то время их действительно нельзя было ставить. Гаковы задачи, которые суммарно можно было бы назвать задачами научной революции, революции в науке, в ее методе, в ее системе. Несколько лет назад этого еще не было и не могло быть А теперь эта задача не только ставится, но уже частично решается. В целом ряде наук, не только общественных, где марксизм давно уже имеет свою прочную гегемонию, но и в области естественных,

переделка: марксизм нащупывает свои позиции и там, запускает и туда свои щупальцы. Это чрезвычайно интересное явление, которое, к сожалению, чрезвычайно мало освещается в печати. У нас есть уже крупные биологи из старых ученых, которые с азартом обсуждают вопрос о марксистской диалектике в области биологии. Физика, химия, физиология - захвачены тем же потоком. То же нужно сказать о рефлексологии, психологии, педагогике. Есть даже' общество математиков, которые обсуждают вопрос о методах марксизма в математике. Все это показывает, что наш культурный рост добирается до самых высоких областей культуры, что марксизм, который орудовал винтовкой, политической пропагандой, хозяйственной борьбой, развернул свою работу решительно по всему фронту культуры, забрался во все этажи культурного здания, проник до самых "святая святых" прежней культуры, переделывая ее по своему образу и подобию. То же самое происходит и в области искусства. Не моя задача перечислять все новые и новые завоевания в этой области, по всякому беспристрастному человеку ясно, что новая литература, очень близко к нам стоящая, у нас в значительной степени уже народилась. Все могут отметить также, что текущий год есть год решительного перелома в нашем театре. Такие постановки, как "Мятеж", "Бронепоезд", "Любовь Яровая", "Разлом", совсем не случайны.

Разумеется, все это имеет огромное практическое значение. Если искусство начинает говорить более или менее нашим языком, и притом не заикаясь, не сюсюкая и не оглядываясь по сторонам,- это означает, что значительные массы людей "заряжаются", "настраиваются" на революционный лад. Если естественные науки - не говоря уже об общественных - начинают переживать свою революцию- это значит, что они гораздо скорее станут орудием культурной и хозяйственной революции. Если широкие круги педагогов будут стоять на нашей точке зрения не "страха ради иудейска", а по убеждению, ие формально, а по существу - это значит, что новое поколение смелее пойдет за нами и скорее будет расти к социализму.

Таковы наши успехи и наши завоевания

по линии переделки масс,

по линии переделки и выработки кадров.

по линии революции в науке и искусстве.

Выполнена ли тем самым наша "историческая миссия"? Конечно, нет. Мы сделали только первые шажки. Мы плаваем еще по горло в целом океане нищеты и бескультурья. И работы перед нами, работы бешеной и страстной, целые горы.

Правда, некоторые "культурные" наши враги, осененные всей благодатью старого мира, предвещают нам быстрый конец, за нашей, так сказать, "исторической ненадобностью". Так, напр., пресловутый профессор Устрялов 12 считает, что мы победили потому, что мы были, по сравнению со всеми "белыми", людьми много более энергичными. Однако нам все же предстоит погибнуть по всем правилам уетряловского гороскопа. Г-н Устрялов пишет про нас:

"Железные чудища, с чугунными сердцами, машинными душами, с канатами нервов... Куда же против них дяде Ване или трем сестрам?

Куда уж нашим "военным" фронтам против них, против их страшных рефлекторов, жгущих конденсированной энергией!

Разрушат культуру упадка, напоят землю новой волей и, миссию свою исполнив, погибнут от микробов своей опустошенности".

Г-н Устрялов предвидел, правда, кое-каких нытиков, начавших "внутренне опустошаться", в своей "опустошенности" начавших даже атаку против всего нашего дела. Но эти "микробы" были передвинуты на более северную зону. (Смех, бурные аплодисменты. )

Что же касается нашей "опустошенности", "опустошенности" нашей партии, то г-н Устрялов оказался пророком поистине никудышным. Партия настолько "опустошилась", что рабочий класс на попытку "микробов" погомозиться в порах партийного организма ответил посылкой армии в сто тысяч бойцов, которые влились прямо от станка в коммунистические ряды. "Железные чудища" разгромили белых вовсе не потому, что Колчаки и Деникины были воплощением трех сестер (то, что они тоже кричали: "В Москву! в Москву!", делало их мало похожими на провинциальных барышень: профессиональные вешатели, они имели и пушки, и иностранное золото!). "Железные чудища" разгромили их потому, что вели за собою массы, что опирались на пролетариат. И эти "железные чудища" не только не собираются помирать от каких-то дрянных микробов, а смело и твердо строят и бьются, с еще более возросшей энергией, с полным сознанием своей творческой миссии, на всех фронтах культуры, ведя массы к новым и новым победам и преодолевая со зверским упорством отчаянные трудности на своем пути.

Если мы сейчас спросим себя, что же нам нужно делать и какие главнейшие задачи на этом культурном фронте борьбы стоят в настоящее время перед нами, то, мне кажется, на этот вопрос следовало ответить таким образом: в области культурного строительства нам нужно скорее изживать период, когда "старое" разбито, а "новое" еще не построено. Есть известная закономерность во всей пашей великой революции: и в области хозяйства, и в области политики, и в области культуры. Было время, когда мы разворотили старый хозяйственный аппарат, разбили его, когда старая дисциплина труда покачнулась. Мы разрушили эту старую дисциплину труда, но не сразу наладили новую. Мы разрушили старую систему хозяйства, старую систему управления, но не сразу построили новую. Так было и в области армии, в области военного дела. Старую армию мы разложили, и это нужно было сделать; нельзя ведь изготовить яичницу, не разбив яйца. Но не сразу мы добились организации Красной Армии.

Так было в области государственного аппарата. Так сейчас происходит, еще происходит, в области культуры. Мы, например, буржуазно-мещанскую мораль уничтожили, мы ее по косточкам разложили, она сгнила у нас иод руками, но сказать, что мы уже построили собственные нормы повеления, такие, которые бы соответствовали нашим задачам, еще нельзя. Многие с презрением относятся к старой морали (и это хорошо), но своих норм еще не имеют, болтаются в каком-то безвоздушном пространстве без узды. Это очень плохо, н от этого мы терпим величайший урон.

В области быта, в области норм, регулирующих отношения между людьми, в области искусства и в целом ряде других областей, которые, по существу дела, и составляют то, что называется "духовной культурой", мы еще не "построились", а в некоторых областях у нас нет еще и чернового чертежа постройки. Это имеет часто весьма крупное отрицательное значение. Всем известны соответствующие примеры из самых различных сфер быта и общественной жизни вообще: разрушенная (и поделом разрушенная) старая семейно-половая "мораль", но еще очень слабое воздействие вырабатывающихся новых норм поведения в этой области; отсюда, из такого промежуточного положения, вытекают некоторые уродливые и в высокой степени отрицательные черты нашего быта; разрушенная старая идеология "двадцатого числа" у служащих и чиновников, но отнюдь не вколоченная еще со всей необходимой силой идеология работы для трудящихся, уважения к "просителю", особливого уважения к трудящемуся "просителю", бережливого отношения к государственным средствам и г. д. и т. п.\ прежний "идеал" послушного начальству подданного мы разнесли в щепки, но сказать, чтобы в жизни - ив массовом масштабе - мы воспитали уже тин сознательного общественника, борца на всех фронтах строительства, преследующего и шкурника и нодха лима,- этого сказать еще нельзя. Мы только идем к этому, но сделали лишь первые шаги. Вся проблема рационализации не только производства, но и быта стоит перед нами именно как проблема, как задача, которую еще только нужно решать или, вернее, начать решать. Здесь нам нужно подтянуться, идет ли речь о массах, или о кадровом составе, или даже о "верхушечных" руководителях. Здесь мы не только не доделали еще нашего дела: мы еще часто не заложили даже фундамента. Таким образом, если мы говорим о некоторых общих задачах, которые перед нами стоят в этой области, то мы можем сформулировать их так: мы должны скорее изживать остатки промежуточного положения, когда старое разрушено, а новое еще не построено. Исходя из этой установки, мы должны поставить перед собою целый ряд задач по отношению к массе - во-первых, но отношению к кадровому составу, который является передовым слоем этой массы,- во-вторых, даже по отношению к самым квалифицированным руководящим слоям - в-третьих. Если речь идет о массе, разумеется, перед нами стоит еще в качестве основной задачи задача возможно быстрее идти вперед по линии элементарной грамотности. В высокой степени неправильно - а это иногда бывает,- когда "сокращают" избы-читальни, библиотеки, даже школы. "Скаредничать" здесь теперь прямо недопустимо; воспитывать "цивилизованных кооператоров" без расширения сети образовательных учреждений нельзя. Возможно шире мы должны поставить и заботу о здоровье массы, в частности развернуть борьбу с алкоголизмом и сифилисом. Только безграмотные и действительно некультурные люди могут проходить мимо этих задач. Недавно я просматривал книгу одного немецкого профессора, Бумке, под названием "Культура и вырождение", появившуюся и на русском языке. Бумке целым рядом данных доказывает, что в послевоенный период особенно подрывает дееспособность масс именно алкоголь и сифилис, а у нас это особенно сильно чувствуется. Борьба с алкоголизмом, организация действительно разумных развлечений, надлежащая постановка кино и радио, всемерное развитие физкультуры - все это должно

быть нашей задачей.

Нам необходимо, далее, из всех сил учить широкие народные массы рационализации хозяйства и уменью правильно считать. Это годится не только для рабочего класса, но и для крестьянства. Тов. Шацкий провел, например, обследование целого ряда крестьянских дворов и пришел к совершенно неоспоримому выводу, что, несмотря на низкий уровень бюджета, можно было бы - даже в рамках этого бюджета - достигнуть много большего производственного эффекта. Приводились примеры точных обследований крестьянских бюджетов и соответствующих расчетов, которые были через школьников розданы крестьянам и произвели сильное впечатление. Эти расчеты наглядно показывают, как даже в рамках обычных бюджетов крестьянское хозяйство может прыгнуть на ряд ступенек выше. Далее, следовало бы подумать о целом ряде мероприятий, которые помогли бы крестьянину заботиться не только о его дворе, а, скажем, о целой волости, волостном бюджете, т. е. о хозяйстве "общественном". Мы ведь должны держать курс на то, чтобы эти волости превращались в составные части того, что Ленин называл "государство-коммуна". Вопрос о бюджете рабочего, о его семейном бюджете, вопрос об участии его в производстве, о более прочной заинтересованности в ходе производства, о более сознательном и социалистически-культурном отношении к этому производству есть один из крупнейших вопросов нашего хозяйства. Но нужно двинуть и дело рационализации быта. Нужно сказать, что мы еще в высокой степени некультурны, в особенности по сравнению с теми задачами, которые стоят перед нами. Мы иногда пальцем о палец не можем ударить, чтобы исправить мелочи, от которых многое зависит. Вопрос о развлечениях, клубах, радио, кино; вопрос о банях, прачечных, хлебопекарнях, школах и библиотеках; целый ряд других "житейских" "бытовых" вопросов нередко "решается" так, что мы нарисуем хорошую картину общих "заданий", "планов", "установок", а приведение всех этих пожеланий "во исполнение" двигается чрезвычайно медленно. Между тем еще Ленин отмечал, что наша пропаганда должна быть пропагандой показа, примера, делового выполнения, а не той "политической трескотней", которая в свое время была полезна, а теперь уже в значительной мере устарела. Есть целый ряд указаний на то, что паша работа весьма бы выиграла, если бы мы формы теперешних ревизий и бумажной отчетности заменили бы хорошим инструктажем. Реальная практическая помощь не разочаровывала бы ни крестьянина, ни рабочего, ни трудящегося человека вообще, тут чувствовалось бы настоящее, живое дело, а не бюрократическая волокита. Вот примерно главные задачи, которые стоят перед нами, поскольку речь идет о массах.

Эти задачи не могут быть, однако, решены, если мы не подтянем наш кадровый состав. Один крестьянин дал весьма выпуклую формулировку наших недостатков, когда сказал: "Стремительных людей у вас, коммунистов, много, а делопроизводительных людей мало". (Смех.) Это в значительной степени правильно. "Стремительность" заключается в том, что мы с большой быстротой что угодно "намечаем" и "планируем". Но проверки исполнения (а сколько раз эту задачу подчеркивал Владимир Ильич!) у нас еще нет. Между тем именно практическое выполнение принятых хороших решений есть наилучший способ пропаганды примером. Внимание к практическим вопросам хозяйства и культуры в деревне, помощь на практике даже в мельчайшем "вопросике" убедительнее, лучше, чем целые горы "политической трескотни". Вот этот вид пропаганды и этот вид работы необходимо выдвигать на первый план. Но есть также многие элементарнейшие "добродетели", которые нашему кадровому составу практически мало известны, очень мало еще въелись в плоть и кровь. Весьма и весьма полезно напоминать те простые лозунги, которые Владимир Ильич ставил во главу угла для строительного периода: знай счет деньгам, веди экономно хозяйство и т. д. Этого в значительной мере у нас еще нет. Если бы эти необходимейшие свойства действительно были усвоены нашими кадрами, разве были бы у нас такие просчеты, какие есть теперь? Их не было бы. "Будь аккуратен" - это тоже весьма и весьма элементарное правило. Но разве можно сказать, что наш кадровый состав усвоил себе это правило, что наш кадровый состав на сто процентов аккуратен? Этого сказать никак нельзя: еще до сих пор сидят в нас остатки истинно русской растяпистости. Нужно учиться еще большей быстроте ориентации, еще большей исполнительности, еще большей деловитости. Нужно воспитывать в себе чувство массы, чувство связи с массами, чувство постоянной и непрерывной заботы об этой массе, всюду и везде, сидишь ли ты в кабинете треста, синдиката, профсоюза, горсовета, губкома или укома. Необходимо воспитывать еще и еще чувство ответственности: у нас нередко бывает, что в силу нашей организационной неразберихи совершенно неизвестно, кто и за что отвечает. Воспитание этого чувства ответственности, ответственности перед нашим классом, ответственности перед нашим государством, ответственности перед самим собой,- это тоже одна из культурных задач. В некоторых прослойках нашей партии имеются некоторые тенденции самодовольного почивания на лаврах: из голода, мол, вылезли, и слава богу! Это бюрократическое самодовольство нужно всячески громить, ибо психология самодовольства есть небольшевистская, некоммунистическая психология. С ней мы далеко не уедем. Нужно со всей энергией поставить перед каждым работником, перед каждым настоящим, верным солдатом нашей партии этот вопрос. Пока мы живем - никакого успокоения, никакого душевного "жирка"!

Нам необходим, далее, подъем специальных знаний в нашем кадровом составе. Мы имеем тут целый ряд прорех. Например, у нас очень мало средних техников, наши новые инженеры недостаточно квалифицированы. Средних техников, средних агрономов - Вот этого персонала у нас чрезвычайно мало. Очень часто наши партийные работники, которые не знакомы с целым рядом конкретных практических вопросов, требующих специальных знаний, не могут выполнять теперь и своих партийно-политических функций, ибо теперь пи крестьяне, ни рабочие не могут удовлетвориться такого рода политическим руководителем, который говорит о Чемберлеие, но не понимает ничего ни в крестьянском хозяйстве, ни в агрономии, ни в технике. Члены нашей партии не только правят, но и управляют, не только намечают "линию", но и практически ее проводят,- они являются не только "политиками вообще", но и администраторами. Раз это так, то эти работники должны обладать с каждым годом все большими и большими знаниями по целому ряду вопросов. И здесь нужно, наряду с подъемом этих знаний, с возрастанием чувства ответственности перед массой, обратить особое внимание на так называемую проблему "мелочей".

Попробуем произвести такой опыт: вырезываем из отделов "рабочей жизни", из соответствующих корреспонденции с фабрики, заводов и т. д., корреспонденции, помещенных в "Экономической жизни", в "Труде", в "Гудке", в "Правде", в "Рабочей газете" и т. д., замечания относительно всяких недостатков и безобразий. Попробуйте теперь проанализировать эти различные недостатки, и вы придете к заключению, что у/ю различных безобразий не вытекают из "объективных условий", а могут быть устранимы при внимательном отношении к делу. Если среди рабочей массы есть значительные остатки несознательного отношения к государственным интересам, то, с другой стороны, мы имеем дело с некультурностью наших управляющих кадров, в том числе партийцев. Если у рабочего, который работает непосредственно на производстве, бывает иногда психология халатности, то у кадровиков частенько встречается желание "как-нибудь обойтись" ("живали и хуже, как-нибудь проживем и теперь", "не так уж все плохо" и т. д.). Это гнилая психология. Каждый руководитель - и в первую голову коммунист - должен быть примером пионера культуры, самым внимательным образом вылавливающего все недостатки и решительным образом их исправляющего. Ни одна мелочь не должна считаться мелочью, которая лежит вне сферы нашего влияния. Таких "мелочей" не должно быть. Из этих мелочей составляется "бь/r". Эти мелочи могут стать даже политическим фактором. Сонливое, обломовское отношение к этим "мелким" недостаткам есть чума, которую мы должны раздавить и уничтожить. Мы должны изо всех сил нажать на всех наших работников - профсоюзных, советских, партийных, которые имеют непосредственную связь с массами. Тот не коммунист, кто относится к этим вопросам "спустя рукава". Эта халатность, это невнимание к непосредственным нуждам масс легко перерастает в гнусный бюрократизм, в самодовольство чиновника. Это есть варварство, которое мы должны уничтожать всеми средствами. Нужно сказать всем нашим работникам, что нельзя воспитывать массу, нельзя требовать от массы, чтобы она поднималась на все более и более высокую ступеньку трудовой культуры, если ты сам подаешь пример бюрократической самовлюбленности и самодовольства. Необходимо прислушиваться к каждому критическому замечанию со стороны массы, а не объявлять всякую критику антисоветским выступлением, как иногда делают злостные дураки или бюрократические самодуры.

Что касается еще более "высоких" руководящих кадров, то здесь нужно выдвинуть примерно такие вопросы: большее знакомство с опытом Запада и Америки, большее продумывание наших крупных хозяйственных и всяких иных планов и маневров, разработка целого ряда научных вопросов по специальным линиям, периодические объезды СССР. Мы говорили неоднократно, что задачей коммунистов является революционность и деловитость, революционность и американизм. Но что такое революционность? Революционность - это есть соподчинение каждого шага основной революционной идее, в наших условиях идее международной революции, с одной стороны, строительства социализма - с другой. Революционность предполагает не только такую умственную, интеллектуальную установку. Революционность предполагает и определенную настроенность, революционную страсть, революционный оптимизм. Революционность предполагает определенную веру в свое дело, революционность предполагает отрицание нытья, пессимизма, уныния и всякого гнилья. Это гнилье в корне противоречит всякой по-настоящему революционной установке. Класс восходящий не может сочувствовать или быть связанным так или иначе с гнилой и упадочнической психологией. Наш оптимизм нельзя, конечно, смешивать с глупым оптимизмом, который утверждает, что все на свете есть благо: у Вольтера 1,1 был такой герой, Панглосс, который и в случае землетрясения, и в случае весьма неприятной болезни утверждал, что "все к лучшему в этом лучшем из миров". Мы не можем стать и на точку зрения какого-нибудь блаженного Августина, который утверждал, что господь бог создал "зло" только для того, чтобы лучше оттенять "добро". Мы - не Панглоссы и не блаженные Августины. Но мы должны решительно бороться со всякими проявлениями перерождения, упадка, разложения, проявляются ли они в литературе (есенинщина). в политике, в быту - где угодно. Естественно, что класс восходящий только тогда может выполнять стоящие перед ним задачи, творить свое великое дело, когда он полон веры в свои собственные силы и в то дело, которое он делает. Бывали в истории нашей революции очень тяжелые времена. Но наша партия потому и вышла победоносно из этих тяжелых времен, что она была несгибаемой партией и никогда, ни при каких условиях не теряла веры в свое великое дело. В этом отношении ее вождь, Владимир Ильич, был образцом нового человека-борца. У одного из величайших поэтов, у бельгийского поэта Верхарна м, есть замечательное стихотворение, которое называется "Трибун", где почти каждое слово может быть отнесено к Владимиру Ильичу, этому железному вождю пролетарских масс:

Что смерть ему? Свое предназначенье Он выполнил - земное свершено...

И, покидая жизненную сцену, Он знает: кто-нибудь придет ему на смену. Он юных духом вел с собой Завесу поднимать над будущим счастливым. 11с он смутился временным отливом. Всегда сменяющим стремительный прибой. Его душа жила в грядущем так далеко, Как только мог проникнуть взор В его неведомый простор.

Не всем дано вместить крылатый жест пророка; И все же мысль его оделась в кровь и плоть; Он жизнь сумел согнуть и побороть. Он выпрямил ее, в порыве к формам новым. Открытым в первый раз умом его суровым.

Владимир Ильич "умом своим суровым" открыл "новые формы" нашего общественного бытия. Это закреплено в лозунге, ставшем лозунгом всемирной революции: власть Советам). Владимир Ильич поднял перед всеми нами завесу нашего будущего, и Владимир Ильич показал в то же время образец человека, который, несмотря ни на какие препятствия, ни на какую, даже самую тяжелую, обстановку, не опускал революционного знамени и, как вылитый из стали, шел к своей цели. Мы ясно видим, какие громадные всемирно-исторические перспективы раскрываются перед нами. Земля дрожит уже отдаленными гулами великих революций, которые превзойдут по своему размаху даже то, что мы пережили и перечувствовали. Гигантские массы приходят в движение, все больше и больше в нашей стране распахиваются ворота к дальнейшему великому творчеству. Когда мы читаем глупые строки, продиктованные страхом перед "дикими гуннами", когда "цивилизованные" мясники международной буржуазии обвиняют нас, строителей новой жизни, в "варварстве", мы можем с полной совестью сказать: мы создаем и мы создадим такую цивилизацию, перед которой капиталистическая цивилизация будет выглядеть так же, как выглядит "собачий вальс" перед героическими симфониями Бетховена. (Бурные, продолжительные аплодисменты.) " "

Печатаетсн по книге: Бухарин л. Ленинизм и проблема культурной революции: Речь на траирном зиседании памяти В. И. Ленина. ЛГ. .7 - Госиздат. 1928

ЗАМЕТКИ ЭКОНОМИСТА. Л началу нового хозяйственного года

30 сентября 1928 г.

Наступает новый хозяйственный юд. И совершенно естественно, что у всякого мыслящего рабочего, а тем более рабочего-коммуниста, появляется потребность подвести известные итоги, наметить известные перспективы, увидеть всю картину нашего хозяйственного развития в целом. Посмотрите на письма рабочих, на записки, подаваемые во время многоразличных собраний, послушайте выступления рядовых пролетариев. Какой огромный культурно-политический рост! Какой уровень вопросов и проблем, копошащихся в головах массы! Какая жгучая потребность доискаться до "корня вещей"! Какая неудовлетворенность ходячей и стертой монетой штампованных и пустоватых фраз, элементарных, как бревно, и похожих одна на другую, как две горошины. Надо сознаться, что здесь, в этих "ножницах" между запросами массы и той "духовной пищей", которая ей подается (подается часто холодной или неряшливо едва-едва разогретой), есть большая доля вины с нашей стороны вообще, со стороны нашей печати - в особенности. Разве те вопросы, жгучие и "больные", которые сверлят мозги многим и многим, находят у нас достаточно живой отклик? Разве разного рода сомнения получают достаточное разъяснение с нашей стороны? Разве у нас достаточно удовлетворительно поставлено дело серьезной информации о пашем хозяйстве? Разве мы в достаточной степени ставим перед массой, и рабочей массой в первую очередь, сложнейшие проблемы нашего хозяйствования? Нет, и тысячу раз нет: здесь у нас громадный пробел, который нужно заполнить, чтобы иметь право говорить о серьезных усилиях по вовлечению масс в активное социалистическое строительство.

Но дело, разумеется, не только в пропаганде. Стремясь извлечь уроки из нашего собственного прошлого и непрерывно критикуя самих себя, мы должны прийти также к следующему выводу: мы и сами недостаточно осознали еще всю новизну условий реконструктивного периода. Именно поэтому мы так "запаздывали": проблему своих спецов поставили лишь после шахтинского дела, проблему совхозов и колхозов сдвинули практически с места после хлебозаготовительного кризиса и связанных с ним потрясений и т. д., словом, действовали в значительной мере согласно истинно русской поговорке: "Гром не грянет - мужик не перекрестится".

Когда мы в свое время переходили от военного коммунизма к новой экономической политике, мы самым смелым, самым решительным образом стали перестраивать все наши ряды. Эта огромная перегруппировка сил, наряду с бешеной пропагандой гаких лозунгов, как "учись торговать" и т. д., была предпосылкой наших хозяйственных успехов.

Переход к реконструктивному периоду, разумеется, не выражает принципиального сдвига хозяйственной политики, что, несомненно, было в 1921 году. Однако он имеет огромнейшее значение, так сказать, в другом измерении. Ибо существует величайшая разница между, скажем, простой починкой моста и его постройкой: последнее требует знания и высшей математики, и сопротивления материалов, и тысячи других премудростей. То же и в масштабе всего хозяйства. Реконструктивный период поставил ряд сложнейших технических задач (проектирование новых заводов, новая техника, новые отрасли промышленности), ряд сложнейших организационно-экономических задач (новая система организации труда на предприятиях, вопросы Standarf а индустрии, районирования, формы всего хозяйственного аппарата и пр.), ряд величайшей трудности задач общего хозяйственного руководства (сочетание в новых условиях основных элементов хозяйства, вопросы социалистического накопления, вопросы экономики в связи с вопросами классовой борьбы, опять-таки в новых условиях этой борьбы, и т. д.), наконец, ряд проблем, касающихся людского аппарата (вовлечение масс в процесс рационализации, с одной стороны, проблема квалифицированных кадров-с другой). Крупные технические завоевания капиталистического мира (особенно в Германии и Соединенных Штатах) и рост мирового производства крайне заостряют постановку наших внутренних проблем. Между тем мы не произвели необходимой перегруппировки наших сил или, вернее, производили ее не в той мере, не в том темпе и не с той энергией, как это требовалось объективным ходом вещей.

1

Истекший год подводит итог целому трехлетию реконструктивного развития нашей экономики. Страна сделала громадный прыжок вперед. Прямо смешно бывает читать преученые рассуждения наших беглых Бруцкусов и Загорских и различных "светил" иностранной науки, которые, подцепив парочку газетных сенсаций из области "сведений" made in Riga 2 и напялив на себя важнецкие колпаки, с превеликим усердием тщатся доказать "крах советского хозяйства", "крах коммунизма", "крах большевизма" и прочие "крахи" на тему: что думают Чемберлены, когда им не спится. Между тем всякому непредубежденному наблюдателю, у которого сохранилась хотя бы минимальная способность объективного суждения, ясно, что, как ни верти и как ни вертись, хозяйство СССР по большинству главнейших направлений бешено мчится вперед и что самые зигзаги этого бега и как будто внезапные своеобразные "кризисы" этого хозяйства являются всем, чем угодно, по только не предвестниками любезного белым сердцам "краха большевистской системы".

За последние годы в ряде производственных отраслей, в первую очередь промышленных, мы уже подошли к серьезным техническим сдвигам: наша нефтяная промышленность, черное гнездо которой прочно слажено в Бакинском районе, пережила настоящую техническую революцию и почти переоборудована на американский лад; наше машиностроение, основной рычаг дальнейшего переворота и индустриальной переделки страны, двинулось большими шагами вперед; его особый отряд, сельскохозяйственное машиностроение, втрое превысил цифры довоенного уровня; выросла целая новая ветвь промышленности - электротехническая промышленность; заложен фундамент нашей химической промышленности, и впервые па нашей территории мы приступаем к добыче азота из воздуха; электрификация, постройка электростанций неуклонно завоевывают все новые и новые позиции; хозяйственно-техническая революция выбрасывает свои щупальцы и в деревню: мощно поддерживая и развивая кооперативные объединения крестьян, она уже выслала около 30 ООО тракторов в ноля и степи нашей страны, и тракторные колонны, как боевые дружины технического переворота, появляются уже нередко гостями на самых отсталых, поистине варварских участках нашего Союза - впервые ножи тракторных плугов поднимают целину сальских, украинских, заволжских, казахских степей, и вольный ковыль в последний раз поет свою предсмертную песнь.

Посмотрите на сухие цифры, которые своим строгим языком рассказывают нам о продолжающейся революции в нашем Союзе.

Основной капитал всего государственно-кооперативного сек-гора народного хозяйства СССР вырос за 3 года (1925/26- 1927/28) на 4 млрд руб. но ценам 1925/26 года (+14% с лишком).

Основной капитал государственной и кооперативной промышленности за те же годы и в тех же ценах поднялся с 6,3 млрд руб. до 8,8 млрд руб., т. е. на 2'/-2 млрд (+39-40%), причем темп прироста достиг за последний год огромной цифры в 15%.

Эти данные говорят о реальном накоплении, т. е. о расширенном воспроизводстве. Если же взять всю сумму капитальных вложений, т. е. включать и возмещение сношенных частей "капитала", то мы получим такие цифры.

Весь обобществленный сектор: здесь цифра годовых вложений поднялась с 2 млрд до 3,4 млрд руб. по тем же ценам.

Государст венная и кооперативная промышленность: здесь соответствующие цифры будут составлять 890 млн руб. в 1925/26 году и 1,5- 1.6 млрд в 1927/28 году.

Интересно также отметить систематический рост совершенно нового промышленного строительства. Доля средств, идущих на это строительство, в процентах к общим ассигнованиям на промышленность неуклонно возрастает: 1925/26 год- 12%, 1926/27 год -21%,* 1927/28 год-23%. Чрезвычайно быстро растет удельный вес промышленности во всем народном хозяйстве, удельный вес производства средств производства в промышленном секторе и т. д. Характерно при этом то обстоятельство, что доходы крестьянства, по последним исследованиям, почти наполовину состоят из доходов промышленных (промыслы, строительство, доходы от лесоразработок и пр.) *, Все это показывает, насколько быстро идет процесс индустриализации страны, насколько ярко идет в то же время процесс социализации (обобществления) всей ее экономики Цифры, касающиеся вытеснения частника, общеизвестны. Растет товарооборот страны, в частности оборот между городом и деревней. Растет грузооборот. Растет бюджет. Из года в год увеличивается численность рабочего класса. Растет материальный и культурный уровень его жизни. И т. д. и т. д.

И в то же время рост нашей экономики и несомненнейший рост социализма сопровождаются своеобразными "кризисами", которые, при всем решающем отличии закономерностей нашего развития от капиталистического, как будто повторяют", но в вогнутом зеркале, кризисы капитализма; и тут и там диспропорция между производством и потреблением, но у нас это соотношение взято "навыворот" (там - перепроизводство, здесь - товарный голод; там -- спрос со стороны масс гораздо меньше предложения, здесь - этот спрос больше предложения); и тут и там идет вложение огромных сумм "капитала", которое связано со специфическими кризисами (при капитализме) и затруднениями" (у нас); но у нас и это соотношение взято "навыворот" (там - перенакопление, здесь - недостаток капитала), и тут и там - диспропорция между различными сферами производства, по у нас типичен металлический голод. Безработица у нас имеет место одновременно с систематическим ростом численности занятых рабочих. Даже аграрный "кризис" у нас идет "навыворот" (недостаток предложения хлеба). Словом в особенности истекший год поста вил перед нами проблему наших "кризисов", имеющих место в начальные периоды переходной экономики в стране отсталой, мелкобуржуазной по сосгаву своего населения, находящейся во враждебном окружении.

Маркс, как известно, дзл теорию капиталистических кризисов. Эти кризисы он выводил из общей бесплановости ("анархии") капиталистического производства, из невозможности при капитализме правильных пропорций между различными элементами процесса воспроизводства, в том числе между производством и потреблением, или, другими словами, из невозможности для капитализма "сбалансировать" различные элементы производства. Это вовсе, конечно, не значит, что Маркс обходил проблему классов и классовой борьбы. Потребление масс, его уровень, самая ценность рабочей силы включают, по Марксу, и момент классовой борьбы. Во всей механике развертывающихся противоречий между производством и потреблением, между ростом производства и отношениями распределения, уже включена эта борьба классов, напяливающая на себя костюм экономических категорий. Оторвать классы и классовую борьбу от экономических отношений пытался известный буржуазный экономист, проф. Туган-Бара-новский', который в своей "социальной теории распределения" подчеркивал только момент "классовой =оорьбы", выбрасывая за борт ее экономические определения, а в своей теории кризисов, выбрасывая момент потребления масс, выбрасывал тем самым целиком и момент классовой борьбы. Единственно правильной является, однако, именно теория Маркса, а не буржуазная теория Туган-Барановского. Поэтому и к вопросу о наших "кризисах" можно и должно подходить с методологией Маркса, а ие "социальной теорией распределения" Туган-Барановского, хотя она внешне и "базируется" на "классовом" принципе. С другой стороны, смешно упрекать, скажем, схемы воспроизводства во II томе "Капитала" в том, что они, эти схемы, игнорируют проблему классов: это значило бы не понимать ни теории классовой борьбы, ни марксовой теории воспроизводства.

В переходный период (переходный от капитализма к социализму) классы еще остаются и классовая борьба временами даже обостряется. Но общество переходного периода есть в то же время "звестное единство, хотя и противоречивое. Поэтому и для этого общества (с гораздо большим, если уж на то пошло, "правом") можно построить, по аналогии со вторым томом "Капитала", "схемы воспроизводства", т. е. наметить условия правильного сочетания различных сфер производства и потребления и различных сфер производства между собою, или, другими словами, условия подвижного экономического равновесия По сути дела, в этом п состоит задача выработки народнохозяйственного плана, который все больше и больше приближается к балансу всего народного хозяйства, плана, сознательно намечаемого, являющегося и предвидением (прогнозом), и директивой одновременно.

Поставим теперь дальнейший вопрос: если у нас "кризисы" имеют как будто характер "вывернутых наизнанку" капиталистических кризисов; если у нас эффективный спрос масс шагает впереди производства, то не есть ли "товарный голод" общий закон нашего развития? Не обречены ли мы на - периодические или непериодические - "кризисы" на обратной основе, на ином соотношении между производством и потреблением? Не суть ли эти "критические" затруднения железный закон нашего развития?

В этой встречающейся и в пашей экономической литературе постановке вопроса уже заранее заложен определенный порок. Здесь смешиваются две совершенно различные вещи: с одной стороны, отставание - в каждый данный момент - развертывающихся производительных сил от еще более быстро растущих потребностей ("спроса" - в широком смысле этого слова), с другой - специфически острая, "кризисная", форма, а именно форма товарного голода (где уже идет речь о спросе платежеспособном). Первое явление выражает лишь тот факт, что общество действительно переходит к социализму, что рост потребностей является непосредственной двигательной пружиной его экономического развития, что производство становится средством и т. д. Совсем другое - моменты кризисного характера, которые нарушают ход воспроизводства. Они могут лежать лишь в нарушении условий экономического равновесия, т. е. вытекать из неправильного сочетания элементов воспроизводства (включая сюда и момент потребления). "Извращенный" - по сравнению с капиталистическим - характер "кризисов" определяется действительно принципиально новым соотношением между потребностями масс и производством. Но это соотношение не есть развивающийся антагонизм (наоборот, производство догоняет все время потребление масс, идущее впереди, являющееся основным стимулом всего развития), поэтому здесь нет базы для "ЗАКОНА кризисов", для закона неизбежных кризисов. Но здесь могут быть "кризисы", вытекающие из относительной анархичности, т. е. относительной бесплановости хозяйства переходного периода.

Относительная бесплановость - или относительная плановость - хозяйства переходного периода имеет своей основой существование мелких хозяйств, форм рыночной связи, т. е. значительных элементов стихийности. Поэтому и сам план имеет особую природу: это вовсе не более или менее "законченный" план развитого социалистического общества. В этом плане есть много элементов предвидения стихийной равнодействующей (например, исчисление урожая, товарной массы хлеба, товарной массы продуктов крестьянского производства вообще, а следовательно, и цен и т. д. и т. п.), которая становится исходным пунктом для той или другой директивы. Именно поэтому у нас невозможен "идеальный" план. Именно поэтому здесь до известной степени могут иметь место ошибки. Но ошибка, имеющая свое объяснение, и даже неизбежная ошибка, не перестает быть ошибкой. Это во-первых. Во-вторых, грубейшее нарушение основных пропорций (как у нас в случае с зерновым хозяйством, о чем ниже) и соответствующие просчеты отнюдь не неизбежны. В-третьих, если любой хороший план не всемогущ, то плохой "план" и плохое хозяйственное маневрирование вообще могут загубить и хорошее дело.

В давнишней полемике с троцкистами (см. сборник: "К вопросу о троцкизме") 4 нам приходилось доказывать, что нельзя переоценивать планового начала и не видеть очень значительных элементов стихийности; приходилось еще тогда разжевывать ту истину, что понятие пропорции между отраслями промышленности, взятой "в себе", т. е. безотносительно к крестьянскому рынку, есть бессмысленное понятие, что именно поэтому сила нашего плана относительна и структура его своеобразна. А в полемике с Е. А. Преображенским (см. "К вопросу о закономерностях переходного периода") приходилось разъяснять, что нельзя при анализе закономерности переходного периода отвлекаться от экономической политики пролетарского государства, ибо здесь огромная часть хозяйства есть государственное (и связанное с ним кооперативное) хозяйство, важнейшие хозяйственные организации суть государственные организации и т. д. Поэтому, несмотря на относительность на "него планирования, роль его поистине огромна; крупные ошибки хозяйственного руководства, вызывая нарушение основных хозяйственных пропорций в стране, могут тем самым вызвать к жизни и крайне неблагоприятные для пролетариата перегруппировки классов. Нарушение необходимых экономических соотношений имеет своей другой стороной нарушения политического равновесия в стране.

Из того, что "товарный голод" не есть абсолютный закон развития переходной экономики, что "кризисные-" нарушения основных хозяйственных пропорций не неизбежны, вытекает следующее:

Чтобы добиться возможно более благоприятного (возможно более бескризисного) хода общественного воспроизводства и систематического роста социализма, а следовательно, возможно более выгодного для пролетариата соотношения классовых сил в стране - необходимо добиваться возможно более правильных сочетаний основных элементов народного хозяйства ("балансировать" их, расставлять их наиболее целесообразным образом.

активно воздействуя на ход экономической жизни и классовой борьбы).

Всякий отказ от этой важнейшей и наисущественнейшей задачи является капитуляцией перед мелкобуржуазной стихией. воплощением знаменитых исторических лозунгов мелкобуржуазной расхлябанности: "авось", "небось" и "как-нибудь". По сути дела, смешно даже доказывать эту аксиому. Но такова консервативность и рутина нашего бюрократического аппарата, что ее еще приходится "доказывать", ибо там сплошь и рядом еще гнез-1нгся эта изумительная идеология: раз затруднения все равно будут - айда на печку!

11

Реконструктивный период требует от хозяйственного руководства самого тщательного нродумы вания проблем текущей политики. Здесь прежде всего вновь ставится все TOI же "проклятый" вопрос о соотношении города и деревни, и вновь разогреваются старые "рецепты", долженствующие якобы спасти нас от всяких зол и напастей: троцкистские чревовещатели, эти садовники, дергающие растение за верхушку, чтобы оно "скорее росло", и мелкобуржуазные рыцари крепкого хозяина, которые скорбят и хнычут по поводу "форсированного наступления на кулачество",- все они загомозились на фоне затруднений в связи с хлебозаготовками, ожили, возобновили продукцию своих панацей, выступили - в который раз!-со своими пожеланиями, требованиями, предостережениями, угрозами. Рассмотрим и мы эту "проблему проблем", еще раз критически проверив свою линию.

Мы провели историческую борозду между капиталистическим миром и миром пролетарской диктатуры, но нам полезно использовать исторический опыт капитализма. Нам полезно использовать этот опыт и с точки зрения интересующей нас проблемы, тем более что все мы помним положение Маркса: различные типы соотношений города и деревни отмечают целые исторические эпохи.

В пределах и рамках капитализма нетрудно различить три основных типа отношений. Первый тин - наиболее отсталое, полукрепостническое сельское хозяйство, крестьянин-паупер, голодная аренда, беспощадная эксплуатация мужика, слабая емкость внутреннего рынка. (Пример: дореволюционная Россия.) Второй тип - гораздо меньшие остатки крепостничества, крепостник-помещик в значительной степени уже капиталист, более зажиточное крестьянство, большая емкость крестьянского рынка и т. д. Третий тип - "американский" - почти полное отсутствие феодальных отношений, "свободная" земля, на начальных ступенях развития отсутствие абсолютной ренты, зажиточный фермер, огромный внутренний рынок для промышленности. И что же? Нетрудно видеть, что мощь и размах индустриального развития, мощь и размах роста производительных сил были максимальны именно в Соединенных Штатах.

Троцкисты, ставя проблему максимальной перекачки (взять все, что "технически досягаемо"; брать больше, чем брал царизм, и т. д.), хотят поместить СССР в этом историческом ряду "за" старой Россией, в то время как его нужно поместить "за" Соединенными Штагами Америки. Ибо если Соединенные Штаты осуществляют наиболее быстрое в пределах капитализма развитие сельского хозяйства и движения производительных сил в целом, то мы - на социалистическом базисе, па основе решительной борьбы со всеми капиталистическими элементами -должны идти еще быстрее, в тесном союзе с решающими массами крестьянства. В своей наивности идеологи троцкизма полагают, что максимум годовой перекачки из крестьянского хозяйства в индустрию обеспечивает максимальный темп развития индустрии вообще. Но это явно неверно. Наивысший длительно теми получится при таком сочетании, когда индустрия подымается на быстро растущем сельском хозяйстве5. Именно тогда и индустрия дает рекордные цифры своего развития. Но это предполагает возможность быстрого реального накопления в сельском хозяйстве, следовательно, отнюдь не политику троцкизма. Переходный период открывает новую эпоху в соотношении между городом и деревней, эпоху, которая кладет конец систематическому отставанию деревни, "идиотизму деревенской жизни", которая закладывает фундамент курса на уничтожение противоположности между городом и деревней, которая поворачивает самую индустрию "лицом к деревне" и индустриализирует сельское хозяйство, выводя его с исторических задворок на авансцену экономической истории. Троцкисты не понимают, следовательно, того, что развитие индустрии зависит от развития сельского хозяйства.

С другой стороны, мелкобуржуазные рыцари, "защищающие" сельское хозяйство от всяких долевых отчислений в пользу индустрии, стоят, по сути дела, на точке зрения увековечения мелкого хозяйства, его убогонькой техники, его "семенной" структуры, его узенького культурного горизонта. Глубоко консервативные по существу, видящие в хуторском хозяйстве альфу и омегу техники агрономии, экономики.- эти идеологи "хозяйчика" отстаивают рутину н индивидуализм в эпоху, которая ставит на своем знамени революционное преобразование и коллективизм, и, ио сути дела, расчищают путь махрово-кулацким элементам. Если троцкисты не понимают, что развитие индустрии зависит от развития сельского хозяйства, то идеологи мелкобуржуазноги консерватизма не понимают, что развитие сельского хозяйства зависит от индустрии, т. е. что без трактора, химического удобрения, электрификации сельское хозяйство обречено топтаться на месте. Они не понимают, что именно индустрия есть рычаг радикального переворота в сельском хозяйстве и что без ведущей роли индустрии невозможно уничтожение деревенской узости, отсталости, варварства и нищеты.

Исходя из преодоления обоих этих флангов "общественной мысли", мы должны теперь разрешить конкретный вопрос о соотношении между индустрией и сельским хозяйством у нас в СССР в данный период. Основные факты, которые мозолят всем глаза, таковы: при общем росте оборота между городом и деревней - товарный голод, т. е. и недостаточное (резко недостаточное) покрытие деревенского спроса, следовательно, как будто отставание промышленности от сельского хозяйства; с другой стороны, затруднения с хлебом, недостаточное предложение хлеба по сравнению со спросом на пего, т. е. как будто отставание сельского хозяйства; огромный рост промышленной продукции и огромный рост капитального строительства, и в то же время - весьма значительный товарный дефицит. Все эти "парадоксы" нашей хозяйственной жизни должны получить свое разрешение. От этого разрешения зависят и основные директивы нашей политики.

Троцкий в своем заявлении Коминтерну ("Июльский пленум ь и правая опасность") - документе неслыханно клеветническом и кликушеском - пытается местами аргументировать, опомнясь на минуту от перманентного визга. Важнейшие места аргументации: 1) "что отсталость сельского хозяйства является причиной всех трудностей, это, разумеется, бесспорно"; 2) "но типу своему нынешнее сельское хозяйство бесконечно отстало, даже по сравнению с пашей очень отсталой промышленностью"; но 3) "несмотря на несравненно более высокий свой, по сравнению с сельским хозяйством, технико-производственный тип, наша промышленность не только не доросла еще до ведущей и преобразующей, т. е. до подлинно социалистической роли по отношению к деревне, но и не удовлетворяет даже и текущих товарно-рыночных потребностей, задерживая тем самым ее развитие"; 4) "поднять сельское хозяйство вверх (точно его можно подымать и вниз! - //. Б.) можно только через промышленность. Других рычагов нет... Смешивать воедино два вопроса: об общей исторической отсталости деревни от города и об отставании города от рыночных запросов сегодняшней деревни - значит сдавать гегемонию города над деревней".

Из этих рассуждений делаются и выводы: партия с XII съезда 7 (!!) вела правую политику*, политику недостаточной индустриализации и, следовательно, утери темпа, откуда и вырос кризис хлебозаготовок; партия в феврале признала, утверждает Л. Д. Троцкий, отставание промышленности, но теперь (после июльского Пленума и отмены чрезвычайных мер) партия снова взялась за старое и т. д. и т. д. Генеральный вывод: необходимо форсировать индустриализацию сверх того, что делается в настоящее время (о других "выводах" автора здесь говорить не место).

В этих рассуждениях поражает не только то, что они кричаще противоречат "музыке социализма", которую автор перманентной революции слышал в первых контрольных цифрах, появившихся, как это всем известно, гораздо позднее XII съезда. В этих рассуждениях поражает прежде всего полное отсутствие анализа динамики развития. Ни вопрос об основных фондах промышленности по сравнению с основными фондами сельского хозяйства, ни вопрос о величине продукции пром. и с.-х., ни вопрос о движении этих соотношений не интересуют автора. Между тем соответствующие факты кое о чем говорят даже дтя людей, трижды оглушенных буржуазной ложью о СССР.

Эти факты находят свое выражение в следующих цифрах * (см. таблицу, с. 402).

Из этих рекордных цифр по промышленности вытекает, что дело не просто в "технико-производственном типе" промышленности, который более высок, чем "тип" крестьянского хозяйства (эта святая истина вряд ли нуждается даже в упоминании), что не только "тип", но и конкретная динамика развития дает гигантский перевес индустрии и обобществленному сектору вообще. Из этих рекордных по промышленности цифр вытекает также, что не в якобы низком темпе развития (при данных средствах, ресурсах и возможностях) лежит корень объяснения того, что наша промышленность не покрывает деревенского спроса,- темп развертывания нашей промышленности по сравнению с капиталистическими странами неслыханно высок (даже товарная продукция промышленности растет значительно быстрее товарной продукции сельского хозяйства); из этой картины вытекает, что дело отнюдь не в отставании индустрии от сельского хозяйства. Словом, из этих цифр вытекает необходимость искать какое-то другое, менее элементарное, но более действительное объяснение.

А. Прирост основных фондов

(в % к предыдущему году)

1925/26 г 1926/27 г. 1927/28 г.

Госнромышленпость

Эл е ктрост роител ьст в о

+ 8.0 +21.3

+ 10.7 4-4-1,1

+ 13.1

+44.0

Госпромышлеиность с электросгр.

II

Весь обобществл. сектор в целом (госпром.+электростр.+трансп. + + жнл. ком. стр.+кооперация и т. д.)

+ 8.В

+3,5

III

Сельское хозяйство

В том числе частное

+4,6 +4.5

В. Прирост валовой продукции

(в % к предыдущему году)

I

Вся промышленность (по доноси, цепам) +39,3

В том числе цензовая

В том числе ВСНХовская (по опт. ценам и а 1/Х 1926 гида)

Н

Сельское хозяйство (без леей. хоз.. рыболовства и охоты; цепы довоен.)

В том числе зернов. культуры

+45.2

+20.6 +32.4

?+ 12,4

+ 5,5

+4,3 + 4.0

+ 13.7 + 15.1

+ 19.6

+3.9 + 3,8

+ 15,1

+7,6

+4,7

+4,3

+ 13.4 + 14,3

+23,1

+3.0 - 1,9

С. Прирост товарной нродукии

(в % к предыдущему году)

I

Вся промышленность (цены довоен.) В том числе цензовая

В том числе ВСНХовская (по отпускным иенам 1/Х 1926 года)

II

Сельское хозяйство (без леей, хоз., рыболовства и охоты; довоенные цены)

В гом числе зерновое хозяйство

+38,5 +45.2

+ 11.3

+30,8

+13.5 + 15,0

+ 15,1

+8,1 + 10.2

+13,9 + 15,1

+ 17,6

+8,9 +6,8

Характерно, что Троцкий и троцкисты не только "не интересуются" всеми вышеприведенными фактами (в 1925 году они аналогичными фактами все же интересовались, правда с "музыкальной" точки зрения), но они "не замечают" и других крупнейших по своему значению фактов. Видимость аргумента у Троцкого - непокрытые деревенского спроса. Но он отнюдь не затрудняет себя вопросом о характере этого спроса, о структуре спроса иа промтовары вообще и т. д. Между тем эти вопросы, как мы сейчас увидим, имеют решающее значение.

Во-первых, почему у "сверхиндустриалистов" троцкистского толка деревенский спрос отожествляется со спросом сельского хозяйства, и в частности со спросом со стороны зернового хозяйства,- спросом, основанным на движении соответствующей сельскохозяйственной или даже зерновой продукции (ибо говорить об "отставании" или "неотставании" промышленности от с. х. на основании непокрытого деревенского спроса можно только при условии такого отожествления)? Почему не делается никакой, ровно никакой попытки проанализировать структуру деревенского спроса?

Между тем уже в "Контрольных цифрах" на 1927/28 год мы читаем, что, "по последним исследованиям, сумма этих доходов (доходов не специально сельскохозяйственного характера.- //. Б.) оказывается почти равной сумме доходов от реализации сельскохозяйственных продуктов*. В 1927/28 году доход от реализации сельскохозяйственной продукции (вне деревни) составлял 2634 млн черв, руб., а от неземледельческих занятий (вне деревни) - 2400 млн руб.**

Таким образом, действительно, почти половина доходов крестьянства (а следовательно, почти половина деревенского спроса) есть результат не земледелия, а других заработков, и в первую очередь заработков, связанных с самой промышленностью (строительные работы и пр.). Поэтому делать вывод об отставании промышленности ОТ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА, на основе только факта непокрытого деревенского спроса,- нелепо.

Во-вторых, делать этот вывод вдвойне нелепо, если связывать его (как это и делают r-да критики) с кризисом хлебозаготовок, т. е. с проблемами зернового хозяйства. Теперь-то и малому дитяти ясно, что оппозиционные побасенки об "ужасно-аграмадных" натуральных зерновых фондах деревни, все эти разглагольствования о 900 млн пудов разлетелись, как яркие пузыри, и лопнули навсегда. Никто больше этим россказням не верит. Наоборот, все яснее и яснее становится то обстоя-

Коптрольиые цифры Госплана на 1927/28 г.. с. 16. Там же, с. 468.

тельство, что хлеба у нас производится вообще мало, что у нас часто в подсчетах смешивали растущие доходы деревни, ее общие доходы с доходами от зерна, т. е. по росту суммарных деревенских доходов неправильно судили о движении производства зерновых хлебов.

Даже по предположительным данным "Контрольных цифр" на 1927/28 год, данным, которые оказались для 1927/28 года по зерну преувеличенными, отмечалось сокращение валового сбора зерновых культур. По этим данным, сбор зерновых хлебов составлял в 1926/27 году 3779 млн руб. по довоенным ценам, в 1927/28 году - 3708 млн руб.; в процентах к предыдущему году составляет для 1926/27 года прирост на 3,8%, а для 1927/28 года - сокращение на 1,9% (а в действительности сокращение оказалось еще больше). В червонном исчислении оба года показывают сокращение: в 1926/27 году на 15,5%, в 1927/28 году дальнейшее сокращение на 0,6% *.

Таким образом, при бурном росте индустрии, при значительном росте населения, при подъеме потребностей этого населения количество хлеба в стране не растет. Разве не ясно, что наиле-вистское отношение к зерновой проблеме являлось бы при таких условиях настоящим преступлением? И разве не ясно, что троцкистская постановка вопроса и троцкистское его "решение" вели бы прямехоньким путем к действительному, а не иллюзорному краху.

Хлебозаготовительный кризис явился выражением вовсе не изобилия хлеба при голоде на промтовары. Это "объяснение" не выдерживает никакой критики. Он подготовлялся в обстановке измельчания крестьянского хозяйства стабильностью или даже падением зернового хозяйства и проявился: 1) при выросшей диспропорции цен на зерно, с одной стороны, техкультур-с другой; 2) при росте добавочных доходов от неземледельческого труда; 3) при недостаточном повышении налоговых ставок на кулацкие хозяйства; 4) при недостаточном снабжении деревни промтоварами; 5) при возросшем хозяйственном влиянии кулачества в деревне.

В своем существе кризис этот связан был с неправильной политикой цен, с огромным разрывом цен на зерно и на другие продукты сельского хозяйства. В результате этого происходило перераспределение производительных сил в сторону от зернового хозяйства, их (относительное) бегство из области зерновой продукции. Само собой разумеется, что этот процесс наиболее ярко проявлялся в производящих районах. Вопиющим примером (не типичным, однако, примером) неправильного маневрирования с

404

ценами является Северный Кавказ. Здесь валовой сбор пшеницы с десятины был: в 1925/26 году - 69,9 пуда; в 1926/27 году - 37,9 пуда; в 1927/28 году - 29,8 пуда. При этом сбор в 69,9 пуда сопровождался со стороны заготовительных органов ценой в I руб. 15 коп., а при сборе в 37,9 пуда - в 1 руб. 02 коп. В результате, если вычесть семена, крестьянин выручал с десятины: в 1925/26 году - 72 руб., в 1926/27 году - 32 руб., в 1927/28 году - 24 руб. Если даже допустить, что эти данные не вполне точны, все же они с достаточной ясностью характеризуют определенную тенденцию. Конечно, это - пример исключительный, по нему нельзя судить об общем положении вещей. Но он указывает на большие прорехи не только в области нашего общего планирования (просчет с зерном в масштабе СССР), но и в области нашего порайонного маневрирования.

Если процесс топтания на месте (и даже падения) зернового хозяйства наиболее резко проявлялся в производящих районах, то он не мог не отражаться в конце концов и на районах потребляющих: отсутствие снабжения хлебом этих районов должно было приводить к росту натурализаторской тенденции.

Здесь-пару слов о значении закона цен. С легкой руки Е. А. Преображенского идеологи троцкизма воображают, что закон социалистического накопления должен чем дальше, тем больше насиловать закон ценности 9, который есть закон равновесия товарного производства. Здесь не место разбирать подробно всю абсурдность этого положения. Укажем здесь, что самое противопоставление закона ценности, как закона товарного производства, и закона социалистического накопления, как заместителя и наследника закона ценности, нелепо уже по одному тому, что и при капитализме был закон накопления, действовавший на основе закона ценности: поэтому закон ценности может перерастать в наших условиях во что угодно, но только не в закон накопления. Сам закон накопления предполагает существование другого закона, на основе которого он "действует". Что это - закон трудовых затрат или что-либо иное-в данном случае для нас безразлично. Ясно одно: если какая-либо отрасль производства систематически не получает обратно издержек производства плюс известную надбавку, соответствующую части прибавочного труда и могущую служить источником расширенного воспроизводства, то она либо стоит на месте, либо регрессирует. Этот закон "годится" и для зернового хозяйства. Если соседние отрасли производства находятся в сельском хозяйстве в лучшем положении, происходит процесс перераспределения производительных сил. Если этого нет - происходит, в наших условиях, общий процесс натурализации сельского хозяйства. Думать, что рост планового хозяйства означает возможность (на том милом

14 Н. И. Бухарин

405

основании, что отмирает закон ценности) действовать, как левая нога хочет, значит не понимать азбуки экономической науки. Эти соображения являются достаточным базисом для определения границ "перекачки". Противники индустриализации возражают против всякого отчуждения хотя бы части прибавочного продукта, т. е. против всякой "перекачки". Но в таком случае замедляется темп индустриализации. Троцкисты определяют величину перекачки в пределах "технически досягаемого" (т. е. выходить даже за пределы прибавочного продукта). Ясно, что в таком случае не может быть и речи о развитии сельского хозяйства или его зерновой отрасли, что необходимо дли развития индустрии же. Здесь истина лежит посередине.

Но развитие (именно развитие, т. е. расширенное производство) сельского хозяйства вообще (в том числе и производство сырья, и зернового хозяйства) необходимо и с точки зрения экспорта и импорта. За ввоз оборудования нужно платить. То же самое за ввоз сырья. Было бы совершенно дикой вещью, если бы мы, после выпадения хлебного экспорта, на основе зернового кризиса, вообще переориентировались так, что навсегда поставили бы крест на этом экспорте. Довольно с нас временной зависимости от заграницы по линии импорта оборудования. Зависеть от нее одновременно и по оборудованию, и ио сырью, и по хлебу - немыслимо. Мы должны, опираясь на нашу сельскохозяйственную базу и используя ее продукцию, платя за импортное оборудование "сельскохозяйственной валютой" (что, конечно, вовсе не исключает необходимости усиления и промышленного экспорта), развивая свою тяжелую индустрию, постепенно эмансипироваться от зависимости и по линии оборудования и становиться, таким образом, все более и более иа собственные ноги (что, разумеется, не исключает необходимости дальнейшего использования международных экономических связей).

В-третьих, почему троцкисты умалчивают о внедеревенском спросе? Разве у нас сполна покрывается спрос рабочего насе ления? Разве у нас сполна покрывается производительный спрос самой промышленности? Разве у нас покрывается спрос на промтовары (металл, топливо, строительные материалы и пр.), предъявляемый прочими отраслями обобществленного хозяйства (транспортом, жилстроительством и т. д.)? Ведь нужно же понять, какое огромное значение имеют эти обстоятельства для понимания корней товарного голода, для понимания хода воспроизводства v нас.

Правда, в этой области у нас нет вразумительных статистических данных; наши хозяйственные органы еще не поняли всей абсолютно неотложной необходимости тщательного и вдумчивого изучения структуры спроса, на промтовары, хотя это значение с точки зрения анализа воспроизводства является совершенно исключительным. По чрезвычайно грубым и лишь примерным исчислениям, произведенным по моей просьбе некоторыми товарищами и дающим представление не столько о точных пропорциях, сколько о порядке интересующих нас величин, дело представляется в следующем виде:

% от обшего

J спроса па пром-

товары

1. Спрос на промтовары, предъявляемый самой про мышленностью (как для нужд текущего производства, так и для капитального строительства) 37-39

2. Спрос прочих отраслей обобществленного хозяйства 15-16

Итого спрос всего обобществленного

хоз-ва (без зарплаты) 52-55

3- Спрос лиц, живущих на заработную плату 15- 16

4. " прочего городского населения около 5

5. " крестьянства 23-25

6. Экспорт промтоваров 2_2,5

При этом спрос, создаваемый обобществленным капитальным строительством (с включением зарплаты строительных рабочих), входит в совокупный спрос на промтовары в размере, вероятно, 16-17%.

Таким образом, эти примерные исчисления, касающиеся структуры спроса иа промтоварына предстоящий 1928/29 год, показывают, что деревенский спрос даже в его целом составляет лишь одну пятую или одну четвертую всего совокупного спроса на промтовары.

Что касается других частей спроса (т. е. трех четвертей или даже четырех пятых его!), то веАь здесь налицо тоже "отставание"! В частности, и сама промышленность, развиваясь бешено, в рекордных темпах, предъявляет и бешеный спрос на промтовары же, но не может его удовлетворить. Когда Троцкий говорит, что промышленность отстает от роста деревенского спроса, от роста сельского хозяйства, то этот аргумент лишь на первый взгляд может выглядеть убедительно. Но вот при внимательном анализе оказывается, что промышленность "отстает" от самое себя!! Что это значит? "Промышленность отстает от самое себя". Как понимать эту формулу? А это значит, что промышленность

* Под "спросом" в данном случае понимается ие только денежный спрос, но и "спрос", удовлетворяемый, допустим, данным производственным объединением его же собственной продукцией (например, спрос передельных заводов Юго-стали иа чугун, производимый самой же Югосгалью, и т. д.).

в своем развитии натыкается на границы этого развития. Вот тот вывод, который обходится сверхиндустриалистом Троцким и замазывается рассуждениями о деревенском спросе на промтовары, рассматриваемом изолированно от всего совокупного спроса на промтовары. А "натыкаться" на границы означает следующее: 1) очевидно, взяты недостаточно правильные соотношения между отраслями самой промышленности (напр., явное отставание металлургии); 2) очевидно, взяты недостаточно правильные соотношения между ростом текущего производства промышленности и ростом капитального строительства (как промышленности, так и всего обобществленного сектора в целом); если нет кирпича и не может быть в данном сезоне его произведено (по техническим условиям) больше определенной величины, то нельзя сочинять программы строительства, превышающие этот предел, и вызывать этим спрос, который не может быть покрыт, ибо, сколько ни форсируй строительство дальше, все равно из воздуха не сделаешь фабричных зданий и жилищ (к этому вопросу мы еще вернемся при обсуждении проблемы капитальных затрат); 3) очевидно также, что границы развития даны производством сырья: хлопок, кожа, шерсть, лен и т. д. равным образом не могут быть добыты из воздуха. Но как ведомо всем, эти предметы суть продукты сельскохозяйственного производства, и их недостаточность является причиной недостаточного развития валовой продукции промышленности, которая не может, в свою очередь, покрыть целиком ни спроса городского, ни спроса деревенского населения. Если, следовательно, налицо недостача сырья плюс недостача хлеба (а это. помимо прочего, означает также "недостачу" экспорта и недостачу импортных товаров), плюс недостача строительных материалов, то нужно быть поистине остроумным человеком, чтобы требовать еще "сверхиндустриалистской" программы.

Подводя общие итоги, нужно сказать: 1) по основным фондам, по валовой и товарной продукции темп развития индустрии чрезвычайно превышает темп развития сельского хозяйства; 2) зерновое хозяйство, поставленное в крайне невыгодные условия, угрожающе отстает даже от минимально необходимых темпов; 3) спрос со стороны деревенского населения наполовину является неземледельческим спросом и сам в значительной мере порождается развитием крупной промышленности, обобществленного хозяйства; 4) дальнейшее увеличение темпов в развитии индустрии определяется в значительной мере сельскохозяйственными сырьевыми и экспортными лимитами; 5) очевидно далее, что при распределении средств внутри промышленности (а в части капитального строительства - внутри всего обобществленного сектора) нужно добиться всестороннего учета всех факторов, определяющих "более или менее бескризисное развитие" (из резолюции XV съезда) w, более правильное сочетание отраслей промышленности и отраслей обобществленного сектора.

Из всего комплекса вытекающих отсюда проблем на первое место становятся проблемы капитального строительства и зернового хозяйства. Что касается последнего вопроса, то партия в своих решениях - в особенности в своих последних решениях - подчеркнула все его огромное значение: отсюда выпрямление политики цен, отсюда постановка вопроса о совхозах и колхозах, отсюда необходимость громаднейших практических усилий в данной области. Разумеется, если бы не было угрожающего отставания зернового хозяйства, его дробления, понижения его товарности и т. д., то целесообразней было бы, пожалуй, деньги, ассигнуемые на совхозы, вложить, скажем, в производство черного металла, которое является "узким местом" нашей промышленности. Однако даже "сверхиндустриалисты" не решаются напасть па совхозы. Почему? Потому что очевидно именно отставание зернового хозяйства. "Чисто производственная" точка зрения, т. е. точка зрения "увеличения продукции" (Ленин), совпадает здесь с точкой зрения "классового замещения", постепенного замещения капиталистических элементов сельского хозяйства возрастающей коллективизацией индивидуальных бедняцких и середняцких хозяйств, укрупнением и обобществлением сельскохозяйственного производства. Эта огромная новая проблема, которая отнюдь не предполагает пренебрежительного отношения к индивидуальному трудовому хозяйству, а, наоборот, должна решаться на подъеме индивидуальных хозяйств (именно так ставил вопрос тов. Ленин), требует особого внимания и особого напряжения усилий именно благодаря своей новизне. Это есть, до известной степени, крупное капитальное строительство в сельском хозяйстве, требующее и новой техники (тракторизация, механизация, химизация и т. д.), и квалифицированных кадров. Подъем индивидуального крестьянского хозяйства, особенно зернового, ограничение кулацкого хозяйства, строительство совхозов и колхозов при правильной политике цен, при кооперировании масс крестьянства и т. д. должны выправить крупнейшую хозяйственную диспропорцию, находившую свое выражение в стабильности и даже регрессе зерновых культур и в слабом развитии сельского хозяйства вообще. В общем и целом при составлении наших планов необходимо помнить о директиве XV съезда: "Неправильно исходить из требования максимальной перекачки средств из сферы крестьянского хозяйства в сферу индустрии, ибо это требование означает не только политический разрыв с крестьянством, но и подрыв сырьевой базы самой индустрии, подрыв ее внутреннего рынка, подрыв экспорта и нарушени е равновесия всей народнохозяйственной системы. С другой стороны, неправильно было бы отказываться от привлечения средств деревни к строительству индустрии; это в настоящее время означало бы замедление темпа развития и нарушение равновесия в ущерб индустриализации страны" * 11.

III

Осью всех ваших плановых расчетов, всей нашей хозяйственной политики должна быть забота о постоянно развивающейся индустриализации страны, и партия будет бороться против всякого, кто вздумает свернуть нас с этого пути. Со всех точек зрения (развития производительных си.п, развития сельского хозяйства, роста удельного веса социализма, укрепления смычки внутри страны, укрепления международного экономического веса, обороноспособности, роста массового потребления и т. д. и т. и.) индустриализация СССР есть для нас закон. При этом нужно постоянно иметь в виду, что наша социалистическая индустриализация должна отличаться от капиталистической тем, что она проводится пролетариатом, в целях социализма, что она по-другому., по-иному воздействует на крестьянское хозяйство, что она по-другому, по-иному "относится" к сельскому хозяйству вообще. Капитализм создавал приниженность сельского хозяйства. Социалистическая индустриализация - это ие паразитарный по отношению к деревне процесс (при капитализме, несмотря на развитие сельского хозяйства под влиянием индустрии, элементы такого паразитизма налицо), а средство ее величайшего преобразования и подъема. Индустриализация страны означает поэтому и индустриализацию сельского хозяйства, и тем самым она подготовляет уничтожение противоположности между городом и деревней.

Понятно, что процесс индустриализации не может идти одинаково плавно на всех ступенях развития. Понятно также, что он ставит нас перед труднейшими проблемами: в полунищей стране необходимо собрать и производительно применить, превратив в новую технику, новые здания и т. д., огромные суммы "капитала". Проблема капитального строительства выдвигается поэтому на первый план. Здесь мы сталкиваемся с труднейшими и сложнейшими задачами, которые никак не могут быть решены пи криком, ни "интуицией", ни другими аналогичными качествами Здесь нужно вдумчивое изучение проблемы, здесь неуместно какое бы то ни было дилетантство, здесь необходима коллективная проработка вопроса, здесь необходим счет.

* Резолюция XV съезда "О директивах" по составлению пятилетнего плана народного хозяйства.

Мы должны стремиться к возможно более быстрому темпу индустриализации. Значит ли это, что мы вес должны вкладывать в капитальное строительство? Вопрос в достаточной мере нелеп. Но этот нелепый вопрос скрывает в себе другой вопрос, вполне "лепый", а именно вопрос о границах накопления, о верхнем лимите для сумм капитального вложения.

Прежде всего при составлении программ капитального строительства необходимо иметь в виду директиву партии о резервах (валютных, золотых, хлебных, товарных). За последнее время вошло в очередную "моду" помалкивать насчет политики резервов:

Ходить бывает склизко По камешкам иным. О том. что очень близко. Мы лучше помолчим

Однако, хотя "молчание - золото", а золота у нас мало, все же играть в молчанки тут никак нельзя. У нас не только нет резервов, но перебои в снабжении, "очереди" и "хвосты" стали "бытовым явлением", в значительной мере дезорганизующим и

нашу производственную жизнь.

Мы говорим о том, что в известной мере ошибки планового руководства неизбежны, что затруднения у нас велики, что международная обстановка напряжена. Можно ли при этих условиях хозяйствовать без резервов? Политика, постоянным спутником которой было бы отсутствие резервов, попахивала бы авантюризмом. Именно ПОЭТОМУ партия в последние годы ставила проблему резервов во главу угла. Но эта директива до сих пор выполнялась явно недостаточно. Нужно создать здесь решительный перелом, ибо партия выносит свои резолюции вовсе не для забавы. В настоящее время нет ровно никаких оснований для ревизии решений XIV и XV съездов о резервах. Наоборот, вся обстановка диктует нам выполнение этих решений. Мы специально интересовались вопросом о том, как обстоит дело с выполнением этой директивы при составлении наших перспективных наметок. Возьмем, напр., последние наметки, имеющиеся в области проектировки пятилетки промышленности. У меня такое впечатление, что при составлении контрольных цифр пятилетки в ВСНХ о политике резервов позабыли и подумать. Так, из отчета "Экономической жизни" 13 видно, что слишком большие требования, предъявляемые пятилеткой к бюджету, делают ее нереальной" *. А "нереальность" - это недостаток "довольно" существенный.

Понятно, что вопрос о резервах стоит в ближайшей связи и с вопросом о производительном потреблении (в том числе и капитальном строительстве), и с вопросом о личном потреблении (личном потреблении масс). Общеизвестно, что здесь у нас струна натянута крайне туго. Натягивать ее дальше, еще более обострять товарный голод невозможно. XV съезд и здесь дал совершенно правильную директиву:

"Нельзя... исходить из одностороннего интереса накопления в данный отрезок времени (как того требовал Троцкий...) или исходить из одностороннего интереса потребления" и.

К сожалению, и в вопросе о товарном голоде и пятилетних перспективах промышленности перед нами такая же картина, как в вопросе о резервах. Отчет "Экономической жизни" говорит о представленной пятилетке промышленности, что здесь отсутствует баланс спроса и предложения (см. речь тов. Межлаука ). Если план, который составляется в период кризиса снабжения, не проанализирован под углом зрения баланса спроса и предложения *, то это, конечно, не "внешний" недостаток, не "формальная" промашка, а глубокий внутренний порок. Острота товарного голода должна быть решительно смягчена, и притом не в отдаленной перспективе, а в ближайшие годы. Первые шаги в этом направлении нужно сделать теперь же.

Необходимо далее поставить вопрос о материальных элементах капитального строительства. Для того чтобы индустриализация страны проводилась в жизнь, а не оставалась на бумаге, для того чтобы капитальное строительство было реальностью, а не бюрократической "игрой в цифирки" (Ленин), необходимо обеспечение не только соответствующего количества денег, выражающего собой спрос на строительные материалы и т. д., но и соответствующее предложение этих последних, их физическое, натуральное бытие, их простая наличность, притом не их будущая "наличность", а их наличность в настоящем, ибо из "будущих кирпичей" нельзя строить "настоящие" фабрики даже по Бём-Баверку. У нас, однако, часто становятся на какую-то странную точку зрения своеобразного "денежного фетишизма", полагая, что деньги будут - все будет. Между тем если у нас нет налицо тех или других материалов в нужном (с учетом экономии) количестве и если для их производства требуется период, выходящий за рамки того времени, когда они должны быть производительно потреблены, то не выручат никакие деньги. Можно бить себя в грудь, клясться и божиться индустриализацией, проклинать всех врагов и супостатов, но от этого дело ни капельки не улучшится. Можно надеяться на правило: "авось проскочим!", можно играть в чет-и-нечет, "загадывать" и т. д.,

* Судя по некоторым примерным исчислениям, дефицит по КЦ (контрольным цифрам. Ред.) пятилетки чрезвычайно возрастает.

но, увы, обьективные соотношения выползут все равно на свет божий.

Как же, однако, у нас обстоит дело здесь на ближайший год? Ответ дает следующая таблица. "

Баланс строительных материалов на 1928/29 год

Материалы Емкость Производство Дефицит или

избыток То же

в %

Цемент (в тыс. б.) 15 100 13460 - 1 640 - 10,8

Кирпич (млн шт.) 2 677 2 445 232 -8,6

Алебастр (в т. т.) Известь (в т. т.) Мел (в т. т.) 335 734 250 281 700 252 -54

-34 + 2

Огнеупоры, матер, (в т. т.) 758 683 -45

Материалы Емкость Производство Дефицит и .пи избыток То же

в %

Лес пиленый (т. к. м.) Стекло оконное (т. т.) Балки швеллера (т. т.) Проволока катан, (т. т.) 10 368 184,8

208,8 157,3 10 191

158,2

147

122 - 177 -32 -61,8 35,3 17,4

29,7 22,4

Сортовое жел., фасон, и сталь (т. т.) 1 246,6 958 -288.6 -23,2

Эти данные * показывают, что если по кирпичу и цементу были приняты кое-какие меры (хотя 8,6% и 10,8% все же больше, чем "достаточный" дефицит), то дефицит по стеклу, балкам и швеллерам, проволоке, сортовому железу и стали чрезвычайно высок. К сожалению, автор статьи, откуда мы заимствуем эти цифры, не объясняет, при каком именно приросте физического объема строительства будут иметь место эти дефициты. Но если это исчисление дефицитов правильно, то перед нами вырисовывается довольно сложная задача, как же строить на деле, если не хватает 20% строительного металла? И нельзя ли здесь иметь более точный подсчет и программы, рассчитанные на реальные балки и железо, а не эфирные и воображаемые?

Интересно проследить положение вещей на наиболее отсталом фронте нашей крупной промышленности, на фронте черной металлургии, производящей чугун, рельсы, балки, швеллера, листовое, кровельное и оцинкованное железо, жесть, трубы желез-

ные и чугунные, катанку и др. Здесь "Контрольные цифры баланса черных металлов на 1928/29 год" дают нам такую картину развития по 3 годам:

I- Транспорт

2. Наркоматы и учрежд.

3. Металл онром ГУМП 4 > местная

5. Пр неметал, пром.

6. Коммун хоз. и строит.

7. Кустарн. пром.

8. Индивид, потреб города и

села

Итого

1926/27 г

% УДоВ.'1.

потреби. 1927/28 г. % удовл. потреб" 1928/29 г.

% УДОВЛ.

погреби.

95.1 91.0 87,0

97.5 96.0 78.5

91.5 87.4 77.2

75.2 87.2 66.0

81.3 81.8 77,5

79.4 73.6 57,7

62.4 67.8 48,5

68,2 60,5 56,6

82.3 80.0 71,0*

Таким образом, дефицит (дефицит!!) быстро возрастает (возрастает!!) по всем решительно категориям потребителей!

Для того чтобы понять, каким же это образом получается такой парадокс, что у нас идет по всей линии - и по личному потреблению, и по потреблению производительному - рост дефицита, так обостряющийся как раз на 1928/29 год, нужно посмотреть, как проектируются у пас цифры прироста капитального строительства.

Какую директиву давал на этот предмет XV съезд партии?

"В вопросе о темпе развития необходимо... иметь в виду крайнюю сложность задачи. Здесь следует исходить не из максимума темпа накопления па ближайший год или несколько лет, а из такого соотношения элементов народного хозяйства, которое обеспечивало бы длительно наиболее быстрый темп развития...

В области соотношения между развитием тяжелой и легкой индустрии равным образом необходимо исходить из оптимального сочетания обоих моментов. Считая правильным перенесение центра тяжести в производство средств производства, нужно при этом учитывать опасность слишком большой увязки государственных капиталов в крупное строительство, реализующееся на рынке лишь через ряд лет; с другой стороны, необходимо иметь в виду, что более быстрый оборот легкой индустрии (производство предметов первой необходимости) позволяет использо

* Контр, цифры баланса черных металлов на 1928/29 г.. издание (и данные) ВМС, с. 8-9.

вать ее капиталы и для строительства в тяжелой индустрии при условии развития легкой индустрии"

Как мы видим, XV съезд партии был очень осторожен. В вопросе о темпе XV съезд прямо говорил против бешеного разгона темпа на первые годы и последующего неизбежного снижения. Как же в ходе работ выполняется эта партийная директива? К сожалению, у нас нет свежих материалов о предположениях по капитальному строительству всего обобществленного сектора. Но вот данные о проектировании капитального строительства по промышленности (т. е. примерно о 35% всего обобществленного строительства).

Прирост капитальных вложений в процентах к предыдущему году составляет по вырабатываемой пятилетке [к счастью, не принятой президиумом ВСНХ):

1929/30 1930/31 1931/32 1932/33

+ 39,6% +7.3% -1% -8,3%*.

Таким образом, здесь ностунлено "как раз наоборот". В 1929/30 году дан разгон почти на 40% прироста только для того, чтобы эта цифра слетела до 7, а затем до - 1 и, наконец, до - 8. Не ясно ли, что это - проектировка без установки? Какие предпосылки легли в основу акробатических salto mortale в области такого серьезного дела, как капитальное строительство? На эти вопросы нельзя найти сколько бы то ни было удовлетворительного ответа. Эти фантастические курбеты покрывают без всякого дефицита самый пылкий спрос на "товары" плохого качества.

Нельзя ли и здесь, в вопросе о темпе, потребовать точного выполнения решений XV съезда?

Ведь перенапряжение капитальных затрат: 1) не будет сопровождаться реальным строительством такого объема, 2) неизбежно через некоторое время поведет к свертыванию уже начатых работ, 3) крайне неблагоприятно отразится на других отраслях производства, 4) обострит товарный голод по всем линиям, 5) в конечном счете снизит темп развития.

Такое положение вещей в условиях стабильных и полустабиль-пых цен имеет еще отрицательное воздействие на денежную систему. Но эта тема особого порядка, хотя и в высшей степени важная.

Для всякого коммуниста понятно, что нужно идти вперед так быстро, как это возможно. Понятно, что нам в высокой сте-

пени нежелательно снижать уже достигнутый темп, который - это нужно помнить - мы достигли ценою величайшего напряжения бюджета, ценою отсутствия резервных накоплений, ценою сокращения доли потребления и т. д. Мы идем с напряжением огромным. И нужно понять, что если мы должны сохранить (а не раздуть!) этот темп и в то же время: 1) смягчить товарный голод, 2) сдвинуть вперед дело с резервами, 3) обеспечить более бескризисное развитие,- то для этого нужно принять ряд самых решительных мер, обеспечивающих большую эффективность строительства, большую производительность всех наших производственных единиц и гораздо большую производительность новых, входящих в процесс производства предприятий,- эффективность и производительность, серьезно превышающие теперешние требования в этой области.

Конкретные обследования РКИ 17 показали, что здесь у нас уйма непроизводительных трат и расходов. Эти faux frais *, связанные с рядом организационных вопросов, нужно свести до минимума. Нужно зверски работать над снижением индекса строительных материалов. Нужно зверски уменьшать период производства (то, что строят в Америке два месяца, у нас строят около 2 лет!). Нужно в значительной мере изменить тип строительства (слишком тяжелые здания и т. п.). Нужно гораздо более экономно расходовать материалы (у нас, например, расходуется в 1 /2-2 раза больше металла, чем это необходимо). Вся эта рубрика в целом может дать гигантскую экономию, если принять во внимание, что капитальное строительство в промышленности составляет только одну треть совокупного строительства но обобществленному сектору (1,25 1,30 млрд руб. по промышленности без электростроительства из общей суммы в 3,4 млрд руб. за 1927/28 год). 1 УУ

Высвобождающиеся суммы должны пойти: 1) па смягчение напряженности на рынке, которая бьет и промышленность, и все обобществленное хозяйство, и рабочих, и крестьян (как мы это видели выше из анализа структуры спроса), и нашу денежную систему; 2) на образование резервов; 3) на сохранение реально нами достигнутых темпов.

Одновременно необходимо всемерно подымать производительность наших предприятий, снижать себестоимость продукции (обеспечить действительное массовое производство продукции) Новейшие изобретения, важнейшие технические достижения вообще, серьезная рационализаторская работа, втягивание масс, развитие и применение науки, роль которой должна быть теперь повышена в несколько раз,- все это должно стоять в центре нашего внимания. Нужно покончить с. российским провинциализмом: мы должны следить за каждым движением научно-технической мысли Европы и Америки и использовать каждый их действительный шаг вперед; мы должны научно поставить дело нашего статистического учета; мы должны кончать - и возможно скорее - с неразберихой, дерганием и пр. в системе нашего хозуправ-ления. Мы должны научиться культурно управлять в сложных условиях реконструктивного периода.

Эту задачу возможно решить, лишь поняв следующее: мы не перестроили так своих рядов, как того требует реконструктивный период.

У нас должен быть пущен в ход, сделан мобильным максимум хозяйственных факторов, работающих на социализм. Это предполагает сложнейшую комбинацию личной, групповой, массовой, общественной и государственной инициативы. Мы слишком все перецентрализовали. Мы должны спросить себя, не должны ли мы сделать несколько шагов в сторону ленинского государства-коммуны? Это вовсе не значит "распускать вожжи". Наоборот. Основное руководство, важнейшие вопросы должны гораздо тверже, более жестко (но зато и. более продуманно) решаться "в центре". Но в строгих рамках этих решений действуют уже нижестоящие органы, отвечающие за свой круг вопросов, и т. д. Гиперцептрализация в ряде областей приводит нас к тому, что мы сами лишаем себя добавочных сил, средств, ресурсов и возможностей, и мы не в состоянии использовать всю массу этих возможностей, благодаря ряду бюрократических преград: мы действовали бы гораздо более гибко, маневреипо, гораздо более успешно, если бы, начиная с отдельного госпредприятия, были бы в состоянии больше применяться к реальным, конкретным условиям и не делать поэтому тысяч маленьких и больших глупостей, которые в сумме "влетают в копеечку".

* * *

Хлебозаготовительный кризис сигнализировал нам крупные опасности. Экономика обернулась здесь и своей классовой стороной.

Эти опасности еще не изжиты, и нужна еще большая работа, чтобы они были изжиты. В стране, несомненно, колобродят враждебные нам силы: кулачество в деревне, остатки старых и новые буржуазные группировки в городах. В порах нашего гигантского аппарата гнездятся тоже элементы бюрократического перерождения с их полным равнодушием к интересам масс, их быту, их жизни, их материальным и культурным интересам. Если активные идеологи мелкой и средней буржуазии протягивают свои щупальцы и тихонечко пробуют колебать нашу политическую линию (таковы противники индустриализации, противники совхозов, колхозов и т. д.), то чиновники "чего изволите?" готовы выработать какой угодно, хотя бы сверхиндустриалнстский, план, чтобы завтра хихикать над нами в "узком кругу", а послезавтра идти под руку с нашими противниками. У рабочего класса есть, однако, масса козырей на руках. В борьбе с классовыми врагами, усиливающими свою политическую активность, пролетариат, опираясь на бедноту, организуя ее силы против кулачества, развертывая смелую самокритику в своих рядах, будет все успешнее преодолевать и свои собственные недостатки. Мы растем, и мы можем расти, и мы будем расти с меньшими потрясениями, если станем культурнее и научимся лучше управлять. Именно об этом говорил в последнее время тов. Ленин.

Печатается ш> книге: Бухарин Н. Заметки экономиста: К началу нового хозяйственного года. М-.; Л.; Госиздат. I92H

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЗАВЕЩАНИЕ ЛЕНИНА

Доклад на траурном заседании, посвященном пятилетию со дня смерти Ленина

21 января 1929 г.

* Товарищи! Творения великих

людей,- а одним из величайших людей был наш покойный учитель и вождь,- представляют собою чудесную сокровищницу идей. Из замечательного многообразия этой сокровищницы приходится выбирать. Приходится ограничивать свою тему, ибо богатства идейного наследства неисчерпаемы и необъятны. Я ограничиваю поэтому тему своего выступления политическим завещанием Ленина, то есть совокупностью мыслей, которые Владимир Ильич оставил как свое последнее, самое мудрое, самое взвешенное слово, как свою последнюю, самую продуманную директиву. Я буду говорить о проникновенном и гениальном плане всей работы, оставленном партии, которую Ленин создавал, которую он вел, которую он привел к победе, которой он руководил в героические железные дни гражданской войны, которую он перестраивал и вел снова в бой в начавшуюся эпоху великих хозяйственных работ.

Главнейшее из того, что завещал нам тов. Ленин, содержится в пяти его замечательных н глубочайших по своему содержанию статьях "Странички из дневника", "О нашей революции", "Как нам реорганизовать Рабкрин", "Лучше меньше, да лучше". "О кооперации" Все эти статьи, если приглядеться к ним внимательно, представляют собой не отдельные разрозненные кусочки, а органические части одного большого целого, одного большого плана ленинской стратегии и тактики, плана, развитого на основе совершенно определенной перспективы, которую провидел гениальный и острый взгляд полководца мировых революционных сил.

Я очень хорошо знаю, что все эти статьи неоднократно цитировались, что почти каждая фраза этих статей подвергалась изучению. Но есть до сей поры один пробел, который мне хочется заполнить на настоящем торжественно-траурном вечере. Этот пробел заключается в том, что до сих пор не было сделано - насколько мне известно - попытки разобрать все эти статьи в их взаимной связи, понять их именно как частицу большого перспективного плана всей нашей коммунистической работы.

На перевале к шестому году со дня мучительной кончины паше-го учителя может, пожалуй, появиться опасение: не мудрствуем ли мы здесь через край, не связываем ли мы задним числом сами, и притом искусственным образом, то, что у Владимира Ильича было только отдельными, хотя и гениальными, замечаниями? В самом деле, что общего между оценкой всей нашей революции и замечаниями о том, как реорганизовать Рабкрин? А тем не менее сам автор статей смотрел на них как на выражение некоторого целостного плана.

Как раз в статье о Рабкрнне-казалось бы, здесь "только" "частный" вопрос! - Ленин пишет: "Вот как я связываю в своих мыслях общий план нашей работы, нашей политики, нашей тактики, нашей стратегии с задачами реорганизованного Рабкрина" 2.

Если мы внимательно присмотримся к предсмертным статьям Ленина, мы увидим, что в них есть и общая оценка нашей революции с точки зрения возможности строительства социализма в нашей стране, и общие резко очерченные липни нашего развития, и очень глубокий, хотя и очень краткий анализ международной обстановки, и основы нашей стратегии и тактики, и вопросы нашего экономического строительства, и вопросы культурной революции, вопросы об основных классовых соотношениях, о госаппарате, об организации масс, наконец, об организации нашей партии и ее руководства. В сущности говоря, нельзя назвать ни одного сколько-нибудь крупного вопроса нашей политики, анализ которого не находил бы себе места в этом общем плане, развитом тов. Лениным в его последних директивах. Эти главнейшие вопросы политики Ленин развивал не с точки зрения моментальной и быстро преходящей конъюнктуры: он ставил их с точки зрения "большой политики", широчайших перспектив, генеральных путей, столбовой дороги нашего развития. Его анализ - не крохоборческий анализ маленького участка, а громадное полотно, на котором с необычайной мощью, убедительнейшей простотой и выразительностью изображена тяжелая поступь исторического процесса. Из этого анализа Ленин делает громадные выводы, по этому же анализу он соподчиняет и сравнительно второстепенную организационную деталь. Изобразить весь план Ильича как целое - вот задача, которую я себе ставлю сегодня.

I. ОБЩАЯ ОЦЕНКА НАШЕЙ РЕВОЛЮЦИИ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ВОЗМОЖНОСТИ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

Начну прежде всего с вопроса об общей оценке нашей революции с точки зрения возможности социалистического строительства в нашей стране. Этому посвящена статья, которая так и называется: "О нашей революции".

С первого (поверхностного) взгляда можно счесть эту статью случайной, почти рецензионной "заметкой". Это, однако, вопиюще неверно. По своим мыслям "заметка" "О нашей революции" является одним из самых оригинальных и самых смелых творений Владимира Ильича. Он, конечно, не случайно выбрал тему "о нашей революции", то есть об оценке этой революции и ее возможностей в целом. Он предвидел, что могут возникнуть разные сомнения относительно строительства социализма в нашей стране; он знал, что нашему рабочему классу придется, быть может, пережить не одну волну разных "атак" и со стороны партий, которые когда-то действовали в качестве активных политических врагов внутри нашей страны, и со стороны их преемников, и со стороны отщепенцев нашей собственной партии. Он отлично понимал, что различные трудности строительства могут ставить снова и снова перед колеблющимися интеллигентами вопрос о возможности социализма в нашей стране; что найдутся скрытые поклонники "нормальных", капиталистических отношений; что сменовеховские россказни о великой пользе Октябрьской революции с точки зрения уничтожения старых дворянских гербов, феодальных конюшен и царского средневековья, но в то же время и с точки зрения благоденствия и грядущей победы нэпмана - будут время от времени разогреваться. Мы отлично знаем, что такие сомнения были, что они кое-где есть и что они, но всей вероятности, известное количество времени будут.

Вот почему Ленин еще раз поставил коренной вопрос "о нашей революции", о характере нашей революции, об оценке ее в целом.

Тов. Ленин ставит коренной вопрос: утверждают, что у нас не было достаточных объективных экономических и культурных предпосылок для перехода к социализму. Хорошо. Но это еще не решает дела. Чего не понимают педанты-каутскианцы? Они не понимают того основного, что если с точки зрения всемирной истории проделывать пролетарскую революцию должны развитые страны, страны с чрезвычайно развитой экономической базой, вполне и вполне "достаточной" для перехода к социализму (хотя никто не может сказать, с какой ступеньки развития начинается эта достаточность), то могут быть особые исключения, определяемые своеобразием внутренней и внешней обстановки. Это своеобразие обстановки как раз у нас и имело место, ибо у нас революция была связана, во-первых, с мировой войной, во-вторых, с началом гигантского революционного брожения среди сотен миллионов восточных народов и, в-третьих, с особо благоприятным сочетанием классовых сил внутри страны, сочетанием, которое Маркс еще в пятидесятых годах прошлого века считал самым выгодным, а именно сочетанием крестьянской войны с пролетарской революцией. И вот эти-то обстоятельства, эта совершенно своеобразная и оригинальпая обстановка была основой для всего развития нашей революции. Сделалось возможным такое оригинальное положение, что мы сначала завоевываем себе "рабоче крестьянскую власть", а патом уж должны "на основе рабоче-крестьянской власти и советского строя, двинуться догонять другие народы" 3. Эти чрезвычайно смелые рассуждения необходимы Владимиру Ильичу и для того, чтобы протянуть отсюда нитку для дальнейшего. Если у нас социалистическая революция в значительной мере держится на том особом сочетании классовых сил, которое было учтено еще Марксом, то это "сочетание пролетарской революции и крестьянской войны" (то есть союз рабочего класса с крестьянством под руководством рабочего класса 4) должно быть продлено и удержано во что бы то ни стало; ибо если лишиться этого особо благоприятного сочетания классовых сил, то выпадает вся основа развертывания социалистической революции в нашей стране.

Оценивая еще раз "нашу революцию" как социалистическую, отбив самые основные аргументы людей, кокетничающих с возвратом к "здоровому капитализму", к буржуазной реставрации, охарактеризовав "нашу революцию" во всем ее объеме, Ленин с необыкновенной заботливостью ставит и самый общий вопрос о характере развития "нашей революции" и, следовательно, об основах, о направлении нашей тактики. Ленин предвидит опасность того, что люди, прикрываясь революционной фразой, не поймут всего огромного, решающего, принципиального изменения, которое происходит но всем развитии общества после завоевания власти пролетариатом.

II ОБЩЕЕ НАПРАВЛЕНИИ НАШЕГО РАЗВИТИЯ И ГЕНЕРАЛЬНАЯ УСТАНОВКА ПОЛИТИКИ

Отсюда опять-таки необыкновенно смелая, яркая, отчетливая и необычайно энергичная формулировка этого вопроса. Ее Владимир Ильич дал в своей замечательной статье "О кооперации". В этой статье тов. Ленин пишет:

"...Мы вынуждены признать коренную перемену всей точки зрения пашей на социализм".

Когда и где с такой резкостью формулировался этот тезис? Я утверждаю, что из всех сочинений наиболее отчетливо и со всей суровой и страстной политической энергией этот тезис сформулирован именно в статье "О кооперации".

"...Мы вынуждены признать коренную перемену всей точки зрения нашей на социализм" 5 ь.- пишет тов. Ленин.

"Эта коренная перемена состоит в том, что раньше мы центр тяжести клали и должны были класть на политическую борьбу, революцию, завоевание власти и т. д. Теперь же центр тяжести меняется до того, что переносится на мирную организационную "культурную" работу. Я готов сказать, что центр тяжести для пас переносится на культурничество, если бы не международные отношения, не обязанность бороться за нашу позицию в международном масштабе. Но если оставить это в стороне и ограничиться внутренними экономическими отношениями, то у нас действительно теперь центр тяжести работы сводится к культурничеству"

Это вовсе не значит, что Ленин здесь отрицает классовую борьбу, ибо "мирная организационная" "культурническая" работа есть тоже особая форма классовой борьбы. Это значит, что пролетариат ведет за собой весь трудящийся народ, что он отвечает за развитие всего общества в целом, что он становится великим коллективным организатором всего "народного хозяйства", что направление развития не идет по линии раздвигания пропасти между основными классами (рабочим классом и крестьянством), что дело идет отнюдь не к "третьей революции" и т. д.

Разумеется, действительный ход жизни, согласно мефистофельскому изречению: "Теория, друг мой, сера, ио зелено вечное дерево жизни", в действительности сложнее: сложнее могут оказаться и объективные условия, и не совсем идеальной может оказаться наша тактика. Поэтому реально могут быть периоды обострения классовой борьбы н ее форм, связанные с перегруппировками общественных классов. Мы переживаем сейчас один из таких периодов обострения классовой борьбы, когда мы не можем сказать, что наша работа "сводится" к "культурничеству". Было бы, конечно, абсолютно неправильно, если бы мы не учитывали особых черт каждого отдельного этана нашей борьбы. Но в то же самое время основные положения тов. Ленина о характере нашего развития остаются глубоко правильными. И это должно остаться теоретическим фундаментом при определении нашей большой тактической дороги.

III. МЕЖДУНАРОДНАЯ ОБСТАНОВКА

И ЕЕ ОЦЕНКА

В своем политическом завещании Ленин отнюдь не ограничивается этими общими вопросами: от общего он идет к частному, ко все более конкретному и рукой мастера набрасывает все более живые и яркие краски, ставя все более и более животрепещущие проблемы. Владимир Ильич был международным революционером, первоклассным марксистом-теоретиком, и, само собой разумеется, он понимал, что наиболее крупные трудности, наиболее коварные угрозы и онасности связаны с нашим международным положением. Мы забываем подчас, что писал Владимир Ильич в своем политическом завещании насчет нашего международного положения, а между тем гам дан анализ, который, за немногими исключениями, подтвердился всем дальнейшим ходом мировых событий. В одном пункте жизнь внесла крупнейшую поправку, пункте, который я ставлю первым. Тов. Ленин так изображал международное положение: I) В Западной Европе раскол империалистических государств: Германия лежит на дне, Германию клюют страны-победительницы и не дают ей подняться. Этот пункт в значительной мере "снят": Германия, как известно, поднялась под живительным американским золотым дождем, хотя и натыкается на огромнейшие трудности. 2) С другой стороны, анализирует положение Ленин, победители, то есть Франция, Англия, Соед. Штаты, Япония, на основе своих побед могут укрепить свою власть, могут делать рабочему классу уступки, которые "все же, оттягивают революционное движение в них и создают некоторое подобие "социального мира" 8. Эта формулировка точна, правильна и в должной мере осторожна. 3) В то же время назревает революционное движение в странах Востока (Индия, Китай и т. д.) - в революционный водоворот втягивается большинство человечества. 4)Зреют внешние конфликты между, как пишет Владимир Ильич, "преуспевающими империалистическими государствами Запада и преуспевающими империалистическими государствами Востока..." 9. 5) Зреют противоречия и конфликты между контрреволюционными империалистами и национально-революционным движением на Востоке, материальные силы которого еще малы. 6) Зреет конфликт между империализмом и Страной Советов.

Тогда, когда Владимир Ильич писал эти строки, мы не ставили вопроса относительно стабилизации капитализма - не было характеристики этой стабилизации. А Владимир Ильич, по сути дела, дал в основном тот анализ, до которого мы с огромнейшим трудом доработались лишь в течение целого ряда последующих лет. Владимир Ильич ни капли не боялся быть заподозренным в оппортунизме или каком-нибудь подобном смертном грехе и писал, что победившие империалистические государства будут "преуспевать"; а с другой стороны, он отмечал и те противоречия, которые рождает.капиталистическая стабилизация. И, что особенно интересно, Владимир Ильич связывал следующий революционный взрыв непосредственно с грядущей войной.

Что касается крупных народных движений, то в первую очередь он искал их на Востоке, там видел он революционную ситуацию и возможность непосредственных революционных взрывов больших народных масс. Разве история не оправдала полностью этого прогноза?

IV. ОСНОВЫ НАШЕЙ СТРАТЕГИИ И ТАКТИКИ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ ОБСТАНОВКИ

В свете этого анализа международной обстановки Владимир Ильич определял и основы нашей стратегии и нашей тактики.

Гов. Ленин рассматривал наше международное положение в первую очередь с точки зрения военной опасности. Это он безусловно считал основным.

В самом деле, как он ставил вопрос? Как он его формулировал?

"Какая же тактика предписывается таким положением дел для нашей страны?" 1(1 "

"Можем ли мы спастись от грядущего столкновения с этими империалистическими государствами?" 11

Какой тактики мы должны держаться, чтобы "помешать западноевропейским контрреволюционным государствам раздавить нас"? |2.

Кто знает точность выражения у Владимира Ильича, кто знает, насколько целомудрен был Владимир Ильич в обращении с "большими" словами, и кто вспомнит, что речь идет о его политическом завещании, тот не может в этих постановках вопроса не прочесть глубочайшей тревоги (тревоги серьезного мыслителя и мудрого стратега) за судьбы всего социалистического строительства, за судьбы всей революции. Ленин отнюдь не был легкомысленным "ура-патриотом", он серьезно учитывал могущественные силы врагов. Он открыто говорил и о наших слабостях, призывал массы к их преодолению. Он прежде всего указывал на низкую производительность народного труда. Он отмечал, что империалистам не удалось уничтожить Советское государство, но удалось его разорить, затруднить его развитие, затормозить это развитие, то есть что им удалось решить задачу наполовину ("полурешение задачи").

Нужно признать, что хотя мы и сделали большой скачок в область экономического и культурного развития, но мы живем вместе с тем в обстановке полублокады. А что касается "низкой производительности народного труда", то хотя мы и здесь сделали крупнейший скачок вперед, но, по сравнению с Западной Европой и Америкой, мы все еще находимся на чрезвычайно низкой, полуварварской ступени развития.

Но как же отвечал на поставленные выше вопросы сам Владимир Ильич? Он отвечал чрезвычайно осторожно. Он говорил: решение общего вопроса об исходе гигантской борьбы зависит от "многих обстоятельств", которые заранее учесть нельзя. В конечном счете, однако, наша победа основана на силе исполинской массы. Основная масса человечества (СССР, Индия, Китай и т. д.) реши г исход борьбы. Однако этот исход предполагает определенную тактику.

Итак: "Какая же тактика предписывается таким положением дел для нашей страны? Очевидно, следующая: мы должны проявить в величайшей степени осторожность для сохранения нашей рабочей власти, для удержания под се авторитетом и под ее руководством нашего мелкого и мельчайшего крестьянства" ,3.

Таким образом, когда Ленин ставил вопрос, что же является основной внутренней гарантией в борьбе против нападения империалистов, что является основным тактическим правилом, необходимым, чтобы революция пролетариата победила в борьбе против контрреволюционных западноевропейских правительств, он отвечал: величайшая осторожность в тех пунктах политики, которые касаются отношения рабочей власти к крестьянству. В другом месте той же статьи он ясно, точно и с крайней скупостью в словах дал формулировки, которые тем более выразительны, чем более они кратки:

"Нам следует держаться такой тактики или принять для нашего спасения следующую политику.

Мы должны постараться построить государство, в котором рабочие сохранили бы свое руководство над крестьянами, доверие крестьян по отношению к себе и с величайшей экономией изгнали бы из своих общественных отношений всякие следы каких бы то ни было излишеств.

Мы должны свести наш госаппарат до максимальной экономии" н.

На первый взгляд это как будто бы маловато для "нашего спасения" при нападении западноевропейских капиталистических держав. Но дальше тов. Ленин по всем направлениям развертывает из этих, как будто бы "бедных", директив богатейшую цепь все более конкретных указаний, причем одно звено цепляется за другое и вырастает вся сложная и живая практика революционной борьбы и строительства. Мысль, которую Ленин так могуче подчеркнул, обрушив се тяжеловесной глыбой, как будто бедна: руководство над крестьянством, "величайшая осторожность", доверие крестьянства, сокращение аппарата до минимума - этого как будто слишком мало, все это как будто слишком просто.

Но простота бывает двоякого рода: бывает "простота", которая "хуже воровства", и бывает гениальная простота, такая простота, которая представляет собою продукт глубочайшего проникновения в предмет и глубочайшего знания этого предмета. В области художественного творчества такая гениальная простота была у Льва Толстого. В области политики такая гениальная простота была у Владимира Ильича.

Из того, что я уже сказал, вытекает, что Владимир Ильич счпгал военное столкновение рано или поздно неизбежным и утверж-1ал, что может выйти из пего наша революция победоносно только тогда, когда крестьяне будут доверять рабочей власти. По ленинскому завещанию, это есть решающая предпосылка, без которой вся революция существовать ие сможет. Это, в свою очередь, предполагает величайшую экономию в нашем хозяйствовании. Почему? Здесь тов. Ленин раскрывает все внутреннее богатство этих лозунгов: смысл "величайшей экономии" оказывается гораздо более глубоким, чем это кажется на первый взгляд.

V ОСНОВЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ политики

В своей известной статье "Лучше меньше, да лучше" Ленин развивает свой план по двум направлениям, которые увязаны с директивой союза рабочих и крестьян и с директивой экономии. Это - план индустриализации и план кооперирования населения. Поставив вопрос о том, что нам нужно сохранить доверие крестьян, изгонять все лишнее из наших общественных отношений, сократить госаппарат до минимума, накапливать постепенно, тов. Ленин вслед за этим спрашивает: но "не будет ли это царсгвом крестьянской ограниченности?" is.

Владимир Ильич хорошо знал наших людей, он отлично знал, что будут такого рода нападения, будто он проповедует "царство крестьянской ограниченности", будто он слишком много говорит о крестьянстве и т. д. В ответ на это Владимир Ильич говорит:

"Нет. Если мы сохраним за рабочим классом руководство над крестьянством, то мы получим возможность ценой величайшей и величайшей экономии хозяйства в нашем государстве добиться того, чтобы всякое малейшее сбережение сохранить для развития нашей крупной машинной индустрии, для развития электрификации, гидроторфа, для достройки Волховстроя и прочее.

В этом и только в этом будет наша надежда" "\

Тогда мы удержимся наверняка и притом "не на уровне мелкокрестьянской страны... а на уровне, поднимающемся неуклонно вперед и вперед к крупной машинной индустрии" ,7.

В чем здесь "гвоздь"? В чем особо глубокая политическая мысль? В чем здесь то особое, что отличает ленинскую установку от всякой иной? Во-первых, то, что в основе всего плана лежит союз рабочих и крестьян и "величайшая осторожность" в этом пункте, осторожность, так резко отделяющая ленинскую "землю" от троцкистских "небес"; во-вторых, то, что здесь дан совершенно определенный ответ, на чем нам нужно строить дело индустриализации страны, где источники тех добавочных сумм, которые мы должны в возрастающей мере тратить на дело индустриализации страны. Эти источники могут быть разные. Они могут заключаться в трате резервов, которые у нас были (возрастающий пассивный баланс), они могут заключаться в выпуске бумажных денег с риском инфляции и товарным голодом; они могут заключаться в переобложении крестьянства. Но все это не здоровая база индустриализации. Все это не солидно, не прочно; все это может угрожать разрывом с крестьянством. Тов. Ленин указывает другие источники. Эти источники есть прежде всего максимальное сокращение всех непроизводительных расходов, которые у нас поистине огромны, и повышение качественных показателей, в первую очередь повышение производительности народного труда. Не эмиссия, не проедание запасов (золотых, товарных, валютных), не переобложение крестьянства, а качественное повышение производительности общенародного труда и решительная борьба с непроизводительными расходами - вот главные источники накопления. Это есть определенная директива, определенная политическая линия, и мудрость ее заключается в том, что это единственная линия, при которой дело хозяйственного строительства, социалистического накопления и пр. будет иметь и на экономической стороне, и на стороне социально-классовой настоящую, крепкую, здоровую базу. Курс на индустриализацию, ответ на вопрос об источниках накопления, директива о том, чтобы политика индустриализации не только не разрывала с крестьянством, а, наоборот, сплачивала союз с крестьянством, и общая оценка вопроса об индустриализации как решающего вопроса ("в этом и только в этом будет наша надежда",- писал Ленин о крупной машинной индустрии) - вот те директивы, которые вытекают у Ленина из всей социально-хозяйственной обстановки и анализа международного положения.

Конкретизируя вопрос о том, на какой же организационной базе должна получиться смычка между растущей индустрией и мелкими и мельчайшими крестьянскими хозяйствами, Ленин развивает свой "кооперативный план", план смычки через "кооперативный оборот" ,в. Почему через кооперацию должна идти эта смычка? Почему кооперация предлагается в качестве решающего метода? Потому, что это есть переход, как очень осторожно выражается Владимир Ильич, к "новым порядкам путем возможно более простым, легким и доступным для крестьянина", когда население идет к социализму через кооперацию, руководствуясь собственной выгодой.

Вопрос о смычке между рабочим классом и крестьянством (с хозяйственной и социально-классовой точки зрения) можно, конечно, ставить по-разному. Можно поставить его так, что рабочий класс будет строить социализм, крестьянство же не строит никакого социализма, как мелкая буржуазия (собственники), которая ни при каких условиях не способна ни на что в этом отношении. Владимир Ильич не так ставил этот вопрос. Отметив, что кооперация - самый простой и легкий способ вовлечения крестьянства, он продолжает:

"А ведь в этом, опять-таки, главное. Одно дело фантазировать насчет всяких рабочих объединений для построения социализма, другое дело научиться практически строить этот социализм так, чтобы всякий мелкий крестьянин мог участвовать в этом построении. Этой-то ступени мы и достигли теперь. И несомненно то, что, достигнув ее, мы пользуемся ею непомерно мало" t9.

Последнее верно и по сей день.

Всем известно, как тов. Ленин вообще оценивал кооперацию; он говорил, что поголовное кооперирование населения в наших условиях - это есть социализм, и что нам нужно "только" это.

"Никакие другие премудрости нам не нужны теперь для того, чтобы перейти к социализму. Но для того, чтобы совершить это "только", нужен целый переворот, целая полоса культурного развития всей народной массы. Поэтому нашим правилом должно быть: как можно меньше мудрствования и как можно меньше выкрутас. Нэп в этом отношении представляет из себя в том отношении прогресс, что он приноравливается к уровню самого обыкновенного крестьянина, что он не требует от него ничего выс-шего" .

Когда мы сейчас переживаем целый ряд новых трудностей с крестьянством, нам очень не вредно вспомнить это очень простое и в то же самое время очень мудрое правило. Нам нужно зацеплять крестьянина за его интересы, не мудрствуя, без всяких выкрутас, нам нужно искать самые простые подходы к нему. Для осуществления кооперативного плана нужна культурная революция, ибо для осуществления поголовного кооперирования нужно в первую очередь, чтобы кооператоры цивилизованно торговали. Наш кооператор, писал тов. Ленин буквально: "...торгует сейчас по-азиатски, а для того, чтобы уметь быть торгашом, надо торговать по-европейски" 21.

Итак, за основу берется положение, что нужно исходить из простых и доступных крестьянину методов: зацепить "наше дело" за частные интересы крестьянина. В другом месте в той же статье Владимир Ильич в чрезвычайно острой форме ставит этот вопрос: нэп, пишет он, это "степень соединения частного интереса, частного торгового интереса, проверки и контроля его государством, степень подчинения его общим интересам, которая раньше составляла камень преткновения для многих и многих социалистов" 22. Ленин учил: зацепить крестьянина за его собственные выгоды и на этой базе, через кооперативный оборот, через кооперацию вести его к социализму. А для того чтобы кооперация привела к социализму, нужна цивилизованная кооперация, для чего нужно торговать не по-азиатски, а по-европейски.

VI. ВОПРОСЫ ОСНОВНЫХ КЛАССОВЫХ ОТНОШЕНИИ

Владимир Ильич подходил ко всем экономическим вопросам не с точки зрения какой-то внеклассовой экономики: он увязывал любой крупный вопрос одним концом с международным положением, другим концом - с классовой борьбой в нашей стране. Экономика у него развивается вместе с постоянными передвижками и переплетами в области классового строения нашего общества. При этом главной гарантией СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО строительства у нас есть забота о наиболее благоприятном сочетании классовых сил, которое обеспечивало бы нам возможность дальнейшего строительства социализма... забота о сочетании "пролетарской революции" с "крестьянской войной" в новой форме, на этот раз "строительной" форме. Это-ГЛАВНОЕ. Это- го, па что указывал Маркс, что. вопреки лассальянским традициям, вопреки всяким каутскианцам, меньшевикам и пр., является продолжением марксистских взглядов. Необходимость крепчайшего союза рабочих и крестьян особо подчеркивается тяжелой и трудной международной обстановкой. В связи с Э1им центральным положением Ленина находится то замечательное место, которое каждому из нас нельзя терять ни на минуту. Это место всем известно, но я считаю своим долгом его здесь еще раз напомнить:

"Конечно, в нашей Советской республике социальный строй основан на сотрудничестве двух классов: рабочих и крестьян, к которому теперь допущены на известных условиях и "нэпманы", т. е. буржуазия. Если возникнут серьезные классовые разногласия между этими классами, тогда раскол будет неизбежен, но в нашем социальном строе не заложены с необходимостью основания неизбежности такого раскола, п главная задача нашего ЦК и ЦКК, как и нашей партии в целом, состоит в том, чтобы внимательно следить за обстоятельствами, из которых может вытечь раскол, и предупреждать их, ибо в последнем счете судьба нашей республики будет зависеть от того, пойдет ли крестьянская масса с рабочим классом, сохраняя верность союзу с ним, или она даст "нэпманам", т. е. новой буржуазии, разъединить себя с рабочими, расколоть себя с ними. Чем яснее мы будем видеть перед собою этот двоякий исход, чем яснее будут понимать его все наши рабочие и крестьяне, тем больше шансов на то, что нам удастся избегнуть раскола, который был бы губителен для Советской республики" 2i.

Я обращаю внимание иа некоторые, казалось бы, для марксиста "чудовищные" вещи. Всем известно, что рабочий класс - это ие то же, что крестьянство. Крестьянство, даже если говорить о крестьянине-середняке и бедняке, есть деревенская мелкая буржуазия (Владимир Ильич о кулаке вообще не упоминает в этих статьях). Всякому понятно, что если существуют два класса. то между этими двумя классами есть классовые различия, а Владимир Ильич дает такую формулировку, в которой говорится, что если возникнут серьезные классовые разногласия между этими классами, тогда раскол неизбежен и тогда гибель Советской республики неизбежна. В чем же дело? Отступил Ленин от марксизма или перестал Ленин считать крестьянство особым классом? Этого "дела" нельзя понять никак, если стоять иа плоской, вульгарной, антиленинской точке зрения, если не понимать всей действительной диалектики оригинального, "советского" развития. Перед рабочим классом теперь стоит задача постоянно переделывать крестьянство, переделывать его "по образу и подобию своему", не отграничиваясь от него, а слившись со всей массой, вести его за собой. Совсем другое соотношение между пролетариатом и крестьянством существует в капиталистическом обществе. Наша Красная Армия, которая состоит в огромной степени из крестьян, это величайшая культурная машина для переделки крестьянина, который из нее выходит с новой психологией.

Владимир Ильич совершенно прав: раскол между этими двумя классами, то есть появление между ними серьезных классовых разногласий, которые этот механизм переделки одного класса другим уничтожили бы, означает гибель Советской республики. И поэтому совершенно понятно, что любое свое положение Владимир Ильич рассматривал под углом зрения соотношения рабочего класса с крестьянством. И именно отсюда следует его генеральная директива: ГЛАВНАЯ задача всей нашей партии, всех ее органов состоит в том, чтобы смотреть, из чего может проистечь раскол, и, вовремя заметив опасность, ликвидировать ее.

VII. ВОПРОСЫ КУЛЬТУРНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

Итак, индустриализация плюс кооперирование. Но кооперирование предполагает культурную революцию. Тут Ленин, выставляя лозунг культурной революции, отнюдь не ограничивается этим голым лозунгом. Он и здесь раскрывает его конкретное содержание, он говорит, что нужно делать, на что нужно обратить самое основное внимание, где здесь "звено". Этому специально посвящена его статья, которая называется "Странички из дневника". И этот вопрос Ленин ставит, конечно, с точки зрения соотношения между рабочим классом и крестьянством: "Тут основной политический вопрос - в отношении города к деревне, который имеет решающее значение для всей нашей революции"24. Общая установка ясна. Мы не делаем "главного": мы не поставили народного учителя на надлежащую высоту. Вот одна директива. И Ленин сразу же идет дальше: взяв строение нашего государственного бюджета, он говорит: если хотите культурную революцию проводить, то моя директива вам: необходима перестановка всего нашего госбюджета в сторону первоначального образования. Значит, Ленин не только провозгласил лозунг культурной революции: он сейчас же сделал из этого практические указания, и притом указания очень широкого размаха. Никто не скажет, что это можно выполнить сразу и даже в текущем году, но директива смелая, революционная, глубоко правильная. Вы посмотрите, что в самом деле это значит: изгнать все излишества из наших общественных отношении, все барские игрушки, все ненужное; передвинуть госбюджет в сторону первоначального народного образования, поднять нашего народного учителя на надлежащую высоту. Это, конечно, целая "революция". Эту революцию можно провести, но против нее стоят стихийные силы привычек, быта, предрассудков, бюрократической рутины, обезьянничанья с бар. Владимир Ильич не стеснялся сказать, что мы "не делаем почти ничего для деревни помимо нашего официального бюджета или помимо наших официальных сношений" 25. И, исходя из задач культурной революции, он выдвигает идею массовых рабочих организаций, которые бы проникали в деревню, ставит вопрос о шефских обществах, дает формулу, что рабочие-передовики должны нести коммунизм в деревню. Но сейчас же тов. Ленин расшифровывает содержание этого понятия, опять-таки зная, как у нас любят фразу и барабанный бой вместо дела. Он поясняет свою мысль:

нельзя "нести сразу чисто и узкокоммунистические идеи в деревню. До тех пор, пока у нас в деревне нет материальной основы для коммунизма, до тех пор это будет, можно сказать, вредно, это будет, можно сказать, гибельно для коммунизма.

Нет. Начать следует с того, чтобы установить общение между городом и деревней, отнюдь не задаваясь предвзятой целью внедрить в деревню коммунизм. Такая цель не может быть сейчас достигнута. Такая цель несвоевременна. Постановка такой цели принесет вред делу вместо пользы" 36.

Это - мудрость организатора, который организует не ячейку молодых людей из советских служащих, а организует десятки и сотни миллионов и знает, как к этим десятким миллионов подходить. Обсуждая вопрос о формах связи деревни с городом (шефство и т. д.), он настаивает: не делайте это бюрократически - и выдвигает лозунг всевозможных объединений рабочих, избегая всемерно их бюрократизации.

Так ставится Лениным вопрос о культурной революции и специально вопрос о деревне, причем характерно, как высоко оценивал Владимир Ильич эту работу. В статье "О кооперации" он говорит: перед нами стоят две главные задачи: 1) переделка госаппарата и 2) культурная работа для крестьянства ''. Эту культурную работу среди крестьянства он в другом месте оценивает как всемирно-историческую культурную задачу.

Вы видите, таким образом, какой широкий план выставляется Владимиром Ильичей касательно культурной работы и как он тесно связан, как он, можно сказать, "притерт" к другим его положениям: о кооперативной организации, об индустриализации страны, о борьбе с международным капитализмом и пр.

VIII. ВОПРОСЫ ГОСАППАРАТА И ГОСУДАРСТВЕННОГО И ПАРТИЙНОГО РУКОВОДСТВА

1 Тут Владимир Ильич подходит к тому, что одним из величайшей важности составных моментов культурной революции, одним из величайших рычагов социалистического накопления и вовлечения масс в строительство - а всякий мелкий крестьянин должен строить социализм! - является состояние госаппарата и качества руководства.

Этот вопрос развивается в двух статьях: "Как нам реорганизовать Рабкрин" и "Лучше меньше, да лучше". Интересен уже самый подход Владимира Ильича:

"Надо вовремя взяться за ум. Надо проникнуться спасительным недоверием к скоропалительно быстрому движению вперед, ко всякому хвастовству и т. д. Надо задуматься над проверкой тех шагов вперед, которые мы ежечасно провозглашаем, ежеминутно делаем и йогом ежесекундно доказываем их непрочность, иесолид-ность и непопятость. Вреднее всего здесь было бы спешить" .

Исходя из такой установки, которая предполагает "солидность", "прочность", "нонятость"- вещи довольно простые, Владимир Ильич подходит к вопросу о нашем аппарате.

Вы помните, какие предпосылки в вопросе об аппарате у Владимира Ильича были: нужна экономия, потому что только тогда можно провести индустриализацию. Нужно упрощение, потому что только тогда мы можем вовлечь массы. Нужно добиться общего повышения производительности труда. Таким образом, вопрос о госаппарате с точки зрении вовлечения масс, экономии, производительности труда связывается со всеми вопросами. В вопросе о госаппарате связываются, как в фокусе, все вопросы - от экономических до культурных.

И это понятно. В конце концов государственный аппарат - это тот самый рычаг, та самая машина, через которую наша партия, победоносная руководительница пролетариата, направляет всю свою политику; в конечном счете если посмотреть с точки зрения перспективы, то наш госаппарат есть та самая организация, которая потом должна, охватывая миллионы, охватывая поголовно всех трудящихся, составить собой известный этап в переходе к государству-коммуне, от которой мы еще, к сожалению, очень и очень далеки. Так вот, товарищи, Владимир Ильич спрашивает: если встает так вопрос о государственном аппарате, то чем его чинить, куда мы должны обратиться, за какие рычаги мы должны ухватиться? И он дает замечательную формулировку. Он говорит: мы должны обратиться к самому глубокому источнику диктатуры; а этот самый глубокий источник - "передовые рабочие".

Итак, во-первых, нам нужно обратиться к передовым рабочим, а во-вторых, к "элементам действительно просвещенным" в нашей стране. Нужно позаботиться о сосредоточении в Рабкрине лучшего, "что есть в нашем социальном строе" T, "человеческого материала действительно современного качества, т. е. не отстающего от лучших западноевропейских образцов" i0.

С этого конца нужно чистить госаппарат.

Элементы, "действительно просвещенные", должны иметь такие свойства: они, во-первых, ни слова не возьмут на веру; во-вторых, ни слова не скажут против совести (совесть не отменяется, как некоторые думают, в политике); в-третьих, они не побоятся признаться ни в какой трудности и, в-четвертых, не побоятся никакой борьбы для достижения серьезно поставленной себе цели.

Вот какие требования предъявлял Владимир Ильич к этим людям.

Но этого мало. Для того чтобы обновлять госаппарат и начинать с Рабкрина, объединяемого с ЦКК, тов. Ленин предлагал ввести особые испытания, "экзамены" [экзамен на кандидата в служащие РКИ и экзамен на кандидата в члены ЦКК). Эти экзамены должны состоять в проверке знаний по устройству нашего государственного аппарата, по теории организации той отрасли труда, в которой они желают работать, и пр.

Сделав из РКИ такой первоклассный аккумулятор рационализаторской энергии, необходимо сделать его рычагом, определяющим собой все другие наркоматы, переделывающим весь строй работы, повышающим производительность труда. Но почему Владимир Ильич предлагал объединение с ЦКК, как это увязывается со всем планом? Это, товарищи, становится очень просто и понятно при внимательном изучении всего плана Владимира Ильича в целом. У него есть две главные оси плана: первое - лучшая работа, экономия, индустриализация, повышение производительности труда, повышение качественных показателей, второе-правильные соотношения между рабочим классом и крестьянством и забота о том, как бы не начался раскол между этими двумя классами через пашу партию, через раскол в нашей партии. Отсюда объединение РКИ и ЦКК, организация этого двуединого тела, которое должно смотреть за двумя главнейшими задачами, которое состоит из самых лучших элементов страны. Этот организационный проект связан, таким образом, целиком со всем предыдущим, начиная от международной политики. И, наконец, в этом же плане развиты и соответствующие требования насчет масс. Эти требования Владимир Ильич в одной чрезвычайно короткой, но выразительной формуле свел воедино: "действительное участие действительных масс". Ибо можно собрать кучу народа, но это не будет действительная масса; можно собрать их так, как будто они "участвуют", но они действительно не участвуют. Отсюда формула: "действительное участие действительных масс".

Итак, если мы теперь сведем весь план воедино, то мы видим, что помимо общей оценки нашей революции дана оценка международного положения, из этой международной обстановки выводится проблема утверждения власти, ее укрепления и главная директива рабочему классу удержать власть над мелким и мельчайшим крестьянством. Отсюда, в свою очередь, развивается курена индустриализацию страны на основе сбережений, иа основе повышения качества работы при кооперировании крестьянства, то есть наиболее легком, простом и без всякого насилия способе вовлечь крестьянство в социалистическое строительство. Отсюда опять-таки вытекают лозунги культурной революции, перестройки аппарата в деловой, хорошо работающей, вовлекающий массы аппарат; из заботы о правильном соотношении классов выводится забота о партийной линии, об единстве нашей партии; отсюда же строится и план двуединого органа (Рабкрин плюс ЦКК), который следит, с одной стороны, за качеством работы, совмещает в себе контроль, практические занятия и научно-теоретические занятия в области организации труда и, с другой стороны, следит за единством партии - и через нее - за дружным осуществлением рабоче-крестьянского союза.

Весьплан грандиозный, весь план рассчитан на много лет. Весь план исходит из широчайшей перспективы. Весь план стоит на крепком фундаменте основных ленинских положений. И весь план в то же самое время конкретизирован, то есть дан целый ряд указаний действительно практического свойства.

Товарищи, я здесь попытался не пропустить ни одной важной мысли Ленина и не прибавил абсолютно ничего от себя, кроме некоторых комментариев, которые вытекают из соответствующих статей Владимира Ильича. Я старался представить их как нечто целое, как политическое завещание Владимира Ильича. Само собой попятно, что та большая историческая полоса, которую мы прожили со времени его кончины, внесла значительные изменения в объективные условия развития: и в области международных классовых соотношений, и в области отношений между империалистическими государствами и Советским Союзом; и в области

нашего экономического строительства, и в области соотношений между классами (сюда относится и возросшая активность кулачества), и в области перегруппировок внутри нашей партии, и т. д. и т. п. Можно, пожалуй, сказать, не рискуя ошибиться, что вряд ли кто-нибудь из нас ждал, что мы можем поставить целый ряд крупных рекордных цифр, скажем, в деле строительства промышленности. А мы действительно поставили целый ряд рекордных цифр, мы имеем много достижений и в области рационализации нашей промышленности, и в области научного оплодотворения хозяйства, и в области непосредственной технической реорганизации, и в области увеличения продукции, и т. д. и т. д. Экономически мы сделали огромный шаг вперед.

Мы в известной мере укрепились и на международной арене, хотя противоречия развития дают себя здесь знать наиболее остро. Однако наш рост шел крайне неравномерно, что вызвало целый ряд трудностей, о которых мы теперь так много говорим. Перед нашей партией был поставлен за последнее время целый ряд новых задач, которые буквами не написаны в текстах завещания Владимира Ильича.

Мы поставили вопросы колхозного строительства (что связано с кооперацией и на чем теперь мы делаем ударение), вопросы совхозного строительства, задачи технической реконструкции - вопросы и задачи, которые Владимир Ильич ставил только в общих чертах. У нас многие проблемы встали несколько по-иному. Но основной рисунок нашей политики, нашей стратегии, нашей тактики гениально Владимиром Ильичей предвосхищен и предопределен. И те трудности, которые сейчас переживают наша страна и наша партия, еще и еще раз заставляют нас обратиться к одному из неиссякаемых источников политической мудрости, к завещанию Владимира Ильича, и еще и еще раз самым внимательным образом просмотреть основной вопрос - об отношении рабочего класса с крестьянством. Ибо вопросы индустриализации, хлеба, товарного голода, обороны - это все те же вопросы о рабочем и крестьянине. Недаром наша партия па своей ближайшей конференции ставит этот вопрос в порядок дня.

Товарищи, пять лет назад в тихий зимний день отошел от нас гений пролетарской революции. Многим из нас выпало на долю счастье работать вместе с этим человеком, этим железным "Стариком", как мы его называли, вождем, революционером, ученым.

Через пять лет после его кончины, после проверки его заветов жестоким опытом жизни мы больше, чем когда бы то ни было, с большей горячностью, с большим упорством и с большим знанием действительности подымем наши красные стяги, чтобы идти вперед и вперед! (Продолжительные аплодисменты. Оркестр играет

"И НТ ер Национал".) Печатается по книге: Бухарин Н И Поли-

тическое завещание Ленина. М.: Изд-во "Правда" и "Беднота", 1929

ПРОГРАММА ОКТЯБРЯ (К десятилетию программы нашей партии)

23 марта 1929 г.

I

Сегодня исполняется десятилетний юбилей Программы РКП (б), первой программы, которую выработала партия победившего пролетариата, и притом выработала ее под непосредственным руководством товарища Ленина.

Программа, принятая VIII съездом партии имеет свою длинную историю. Ее истоки уходят к теоретическим битвам вокруг программных проектов старой РСДРП, когда происходили блестящие теоретические дуэли между Лениным и Плехановым и когда еще только намечалось едва уловимое различие между книжным марксизмом Плеханова и прирожденной гениальной диалектикой Ленина, в живом марксизме которого уже слышался нарастающий гул массового революционного движения. Но все это, включая и выработанную Программу РСДРП, и аграрные прения т. н. "Объединительного съезда" в Стокгольме,- лишь "предыстория" программы Октября. Ее "действительная история" начинается с того огромного исторического прыжка, который был сделан в феврале 1917 г., когда было свергнуто императорское самодержавие и заложены неимоверной силы фугасы под все здание капиталистической России.

I

Исходным пунктом явились здесь знаменитые Апрельские тезисы тов. Ленина, те самые тезисы, па которые даже часть большевиков, этой "соли" революционной "земли", смотрела испуганными глазами. Теперь, когда Советская власть существует двенадцатый год, когда ее реальность "вбивает диалектику" даже в самые тупые и самые "мистические" головы наших противников, представляется невероятным тот исторический факт, что в 1917 году тезисы о Советском государстве произвели впечатление с громом лопнувшей бомбы, взорванной "от отчаянной жизни" вынырнувшим из неведомого революционного подполья

15 Н. И Ьухарин 437

диким фанатиком, фантазии которого нездоровым туманом плавают в каком-то особом измерении, ничего общего не имеющем с нашим трехмерным пространством.

А тем не менее этот, по словам Плеханова, "грёзофарс" (для оценки ленинских тезисов Георгий Валентинович схватился за лексикон будуарного златоуста Игоря Северянина 2) был продуктом необыкновенно трезвого учета реальных общественных сил, внимательного проникновения в марксову теорию диктатуры, гениального понимания "изломов истории" (Ленин), блестящего применения революционной диалектики.

В 1914 году, в эмиграции, Ленин, сложившийся и общепризнанный лидер революционного марксизма, его и теоретик и практик одновременно, штудирует Гегеля и записывает в своем конспекте "Науки Логики":

"Афоризм: Нельзя вполне понять "Капитала" Маркса и особенно его I главы, не проштудировав и не поняв всей Логики Гегеля. Следовательно, никто из марксистов не понял Маркса '/г века спустя!!" * 3.

А раньше, в том же конспекте "Большой Логики", он замечает:

"Всесторонняя, универсальная гибкость понятий, гибкость, доходящая до тождества противоположностей,- вот в чем суть. Эта гибкость, примененная субъективное эклектике и софистике. Гибкость, примененная объективно, т. е. отражающая всесторонность материального процесса и единство его, есть диалектика, есть правильное отражение вечного развития мира" ** 4. Не подлежит никакому сомнению, что у Ленина была врожденная гибкость гениального ума. Но не подлежит также никакому сомнению и то, что упорный научный труд, огромная - если можно так выразиться - диалектическая самотренировка дали возможность Ленину так замечательно объективно применить "гибкость понятий", так удивительно "теоретически схватить" величайшие "изломы истории" и так легко и свободно предугадать ее бешеный ритм, скрытый от тучи обывателей и социалистических "софистов", "гибкость понятий" которых была лишь жалкой гибкостью "применительно к подлости".

Книжный диалектик, человек с "физической силой ума" и очень образованный, Г. В. Плеханов обнаружил величайший консерватизм; он превратил революционную диалектику в простоватые софизмы о "простых правилах права и нравственности", обосновывая во время войны "право" царизма на "защиту" от германского империализма. После февраля он применил аналогичный прием, обосновывая для буржуазии "право на защиту" против "насильников" (т. е. большевиков). Об Апрельских тезисах, обозванных в "Единстве" "бредом", Плеханов писал в статье, носившей характерный заголовок: "О тезисах Ленина и о том, почему бред бывает подчас интересен", следующие примечательные вещи: "Я... сравниваю его (т. е. Ленина.- И. Б.) тезисы с речами ненормальных героев названных великих художников (Плеханов имеет в виду Чехова и Гоголя.- Н. Б.) и в некотором роде наслаждаюсь ими. И думается мне, что тезисы эти написаны как раз при той обстановке, при которой набросал одну свою страницу Авксентий Иванович Попришип. Обстановка эта характеризуется следующей пометкой:

"Числа не ном ню. Месяца тоже не было. Было черт знает что такое".

Мы увидим, что именно при такой обстановке, т. е. при полном отвлечении от обстоятельств времени и места, написаны тезисы Ленина. А это значит, что совершенно прав был репортер "Единства", назвавший речь Ленина "бредовой" *.

Какой злой, какой ядовитой насмешкой над автором вышеприведенных строк, какой коварной иронией звучат эти слова теперь!

Какими седыми, какими обомшелыми, какими мертвенно-бледными софизмами представляются рассуждения Плеханова! В них не оказалось ни атома от развивающейся реальности. И наоборот: Ленин чувствовал и понимал все великое своеобразие начавшейся эпохи и весь конкретный "сок жизни". Это бурное кипение и клокотание революционной лавы, которая уже не могла быть замкнута границами буржуазной государственности; эта резко обозначившаяся роль пролетариата; этот оригинальнейший международный фон русской революции - разве они не должны были сказать нового слова, нового с точки зрения всемирной истории?

Тезисы Ленина и лозунг Советской власти были таким новым словом. И здесь родилась, по сути дела. Программа Комму-ни стической партии.

"Am Anfang war die Tat". "Вначале было дело". И "дело" революции, ее бешеная диалектика развертывались в буйном поступательном ходе событий, в скачке и необыкновенно быстрой смене исторических картин, калейдоско-

* Плеханов Г. В. Год на Родине. Париж, cd Povolozky, г. I, с. 2\.

439

пическои перегруппировке классов, во все новых и новых "ситуациях". Теоретическая мысль едва поспевала за этим галопом истории *.

В предисловии ко 2-му изданию I тома "Капитала" Маркс писал о диалектике:

"В своей рациональной форме она для буржуазии и се глашатаев-доктринеров есть соблазн и безумие, потому что она объемлет не только положительное понимание существующего, но также понимание его отрицания, его необходимой гибели; потому что она всякую осуществленную форму созерцает и в ее движении, а, стало быть, как нечто преходящее; потому что ей, диалектике, ничто не может импонировать; потому что она по

существу своему проникнута критическим и революционным духом" \ J

Революция шла так быстро вперед, что ленинская революционная диалектика должна была всем Плехановым показаться "соблазном и безумием", то есть "бредом". Но этот "бред" на самом деле вскрывал основную жилу исторического процесса. Тезисы Ленина совершенно объективно анализировали империализм и его войну. Но одновременно они взрывали на мельчайшие части социал-патриотизм, не оставляли камня на камне от идеологии "защиты отечества", а такими лозунгами, как лозунг братанья, прорывали фронт империалистической дисциплины. Они весьма и весьма "соответствовали" и времени, и месту, вопреки всем и всяческим проклятиям со стороны буржуазных кликуш. Тезисы Ленина совершенно объективно предугадали, опираясь на зародышевые формы пролетарской диктатуры, новый тип государства-коммуны. Тем самым они взрывали почти все "старые представления о предмете". Они сдирали кожу с буржуазной демократии, обнажали ее классовое существо. Они разоблачали до конца Львовых ,8, Керенских, Милюковых 1<Г и всю "социалистическую" братию. А с другой стороны, они будили массы лозунгами своей власти, власти трудящихся, и лавина массового сочувствия вздымалась им навстречу. Они, вопреки Плеханову,

Формально дело с программой шло так: тезисы Ленина "О задачах пролетариата в данной революции"6 (апрель); его же "Проект переработки теоретической, политической и некоторых других частей программы"' (апрель); обсуждение вопроса на Апрельской конференции й; "Материалы по пересмотру партийной программы"-, с предисловием Ленина (май 1917 г.); в то же время в Москве вышел сборник "Материалы по пересмотру партийной программы" 10 (статьи Милютина , Сокольникова'2, А. Ломова'1, В. Смирнова м); на VI съезде 15 обсудить программу не удалось; затем появилась статья Бухарина (в жури. "Спартак"); после этого - критическая статья Ленина "К пересмотру партийной программы" ("Просвещение"; см. т. XIV. ч. 2, с. 147-173); к VII съезду был роздан написанный Лениным "Черновой набросок проекта программы" 17 (но о дальнейшем - в тексте).

очень и очень соответствовали "моменту". Тезисы Ленина выставляли лозунг конфискации всех помещичьих земель и перехода к "контролю со стороны Советов рабочих депутатов за общественным производством и распределением продуктов" *2и. Они поэтому подымали на борьбу миллионы рабочих и крестьян, измученных войной и тянувшихся к земле, фабрике, власти. Наконец, они выставляли лозунг революционного Интернационала, "Интернационала против социал-шовинистов и против "центра"** . Все это весьма и весьма соответствовало "текущему моменту", если только этот момент понимать именно как "текущий". Вот почему, несмотря на крутой излом событий в июле 1917 года, на попытку Корнилова" въехать на белом коне в революционные центры в августе, пролетариат, сплотившись вокруг "бреда", т. е. вокруг программы большевиков, сравнительно легко разбил противника и зажал в кулаке всех министров Временного правительства, а в залах Смольного провозгласил Советскую власть.

За это время действовала "неписаная" программа большевиков. Все знали уже ее основные пункты: мир, земля, рабочий контроль. Советская власть, курс на международную революцию и социализм. Писаной (т. е. законченной, принятой официально и т. д.) программы не было. Да и где же ее было написать? Книга Ленина "Государство и революция" была написана автором во время его нелегального "отпуска", когда за ним гонялись ищейки Керенского, юнкера и разведчики. Эта работа была тоже одной из важнейших подоснов будущей Программы. Но уже в "Послесловии к 1-му изданию" Ленин говорил:

"Настоящая брошюра написана в августе и сентябре 1917 года. Мною был уже составлен план следующей, седьмой, главы: "Опыт русских революций 1905 и 1917 годов". Но, кроме заглавия, я не успел написать из этой главы ни строчки: "помешал" политический кризис, канун октябрьской революции 1917 года. Такой "помехе" можно только радоваться. Но второй выпуск брошюры... пожалуй, придется отложить надолго; приятнее и полезнее "опыт революции" проделывать, чем. о нем писать" *** " .

А в это же примерно время Г. В. Плеханов (соавтор Ленина по старой Программе РСДРП), блестящий основоположник русского марксизма, завершая свое трагическое развитие, писал в "Открытом письме к петроградским рабочим":

"Товарищи! Не подлежит сомнению, что многие из вас рады тем событиям, благодаря которым пало коалиционное правительство А. Ф. Керенского, и политическая власть перешла в руки Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.

Скажу вам прямо: меня эти события огорчают" *.

Круг замкнулся. Проверка "программ" и "тактик" была дана. Миллионы "проголосовали" действием. Открылась новая страница всемирной истории. Категории "Поприщиных", "бреда", "грёзофарса" стали на свои действительные места: "утописты минимализма" стали в свои "огорчительные" позитуры, их "коалиционный" бред обнаружил себя именно как бред "титулярного советника Авксентия Ивановича Поприщина". История бросила их на свалку и зашагала своим путем.

Ill

После Апрельской конференции 1917 года первой попыткой обсудить программный вопрос была, по сути дела, попытка, сделанная на VII съезде партии, т. е. уже во время брестских событий. Внешние затруднения новой Советской власти достигли величайшего напряжения. Внутри страны шла глубокая борьба. Партия была разодрана противоречиями. И нужно отдать здесь дань величайшему мужеству и героическому коллективному хладнокровию нашей партии: под звон вражеских мечей, мобилизуя все возможные силы, она па своем съезде, решив вопрос о мире, поставила па обсуждение и вопрос о Программе.

Характерно и здесь, что теоретическое лидерство Ленина было насквозь проникнуто бесстрашным духом диалектики. Ленин с удивительным мастерством вскрывал и основную линию развития ("эпоха гигантских крахов, массовых военных насильственных решений, кризисов") , и пестроту картины ("сколько еще этапов будет переходных к социализму, мы не знаем и знать не можем") 2Г\ и особенности развития в России ("наш переход усложняется такими особенностями России, которых в большинстве цивилизованных стран нет") 2Ь, и возможность того, что нас "откинут назад" (почему мы не должны отказываться "от использования буржуазного парламентаризма") ** 27.

Продвигая вперед все новое, все подлежащее завоеванию, "преобразуя мир", Ленин в то же время с крайним реализмом ставил вопрос о необходимости старой характеристики товарного хозяйства, чтобы и в программе была соблюдена та мера, которая соответствует отсталому строю нашей страны. Движение масс, государство масс. Советы как новый тип государства, пере

* Плеханов Г. В. Год на Родине, т. 2, с. 244.

ход к социализму и крупному производству в сельском хозяйстве через закон, "который современные идеологи ставшего на сторону пролетариев крестьянства назвали социализацией земли" *28; социалистическая организация производства через профсоюзы и фабзавкомы, принудительное объединение в потребительско-ироизводственные коммуны, всеобщая трудовая повинность и т. д.- таковы были общие черты программы, причем чрезвычайно ярко подчеркивалась международно-революционная роль Советов.

"Черновой набросок" Ленина был наброском Программы в эпоху первых шагов пролетарской диктатуры. Еще не были - да, пожалуй, и не' могли быть-нащупаны правильные основы хозяйственной политики (хотя подступы к решению задачи были сделаны). Теоретически Ленин говорил уже тогда о возможности разных переходных ступеней к социализму. Но их точная формулировка еще не была "найдена", и только массовый опыт наметил последующие решения. Некоторые "умники", крепкие задним умом, могут, конечно, открыть в этих черновиках немало "наивностей" (обязательные записи каждой сделки в иотреби-тельско-рабочие книжки, замена домашнего хозяйства "кормлением больших групп семей", обязательное держание денег в банках и т. д. и т. п.). Но нужно помнить, что даже великие исторические события необходимо измерять историческим масштабом.

На брестском "изломе истории" революция пролетариата ходила буквально по краю пропасти. И только комбинация международных событий и правильной тактики партии вывела диктатуру пролетариата из опаснейшего лабиринта. Нужна была поистине дьявольская "гибкость понятий", нужно было глубочайшее проникновение в пути истории, нужна была совершенно исключительная храбрость мысли, чтобы повернуть от "триумфального хода революции" к "похабному миру", от блестящего и героического факельцуга коммунизма к переговорам с генералом Гофманом и подписанию унизительных условий мира.

VII съезд партии не закончил работы над Программой. Эта задача досталась на долю VIII съезда партии. Но вскоре после съезда (в марте-апреле 1918 г.) Лениным была написана знаменитая брошюра "Очередные задачи Советской власти", где в форме крайне яркой, решительной и почти суровой намечены проблемы ближайшего периода. Эта брошюра и последовавшая за ней речь 2!* стали фактически программной инструкцией для всей текущей работы партии. И здесь звучит грозная диалектика эпохи: в условиях крайне тяжелых нужно организовывать и строить, наводить порядок и подтягивать.

"Попробуйте сопоставить с обычным, ходячим понятием "революционера" лозунги, вытекающие из особенностей переживаемой полосы: лавировать, отступать, выжидать, медленно строить, беспощадно подтягивать, сурово дисциплинировать, громить распущенность... Удивительно ли, что некоторых "революционеров", когда они слышат это, охватывает благородное негодование, и они начинают "громить" нас за забвение традиций Октябрьской революции, за соглашательство с буржуазными специалистами, за компромиссы с буржуазией, за мелкобуржуазность, за реформизм и прочее и тому подобное?" * 30

Руль партии был повернут. Он был повернут в сторону дисциплинированного труда.

IV

VIII съезд партии (18-23 марта 1919 г.) происходил уже в сильно изменившейся обстановке. Громадное обострение гражданской войны. Интервенция империалистов. Чехи и Колчак. Заговоры и восстания. Террор со стороны белых. Начало голода. Борьба за хлеб. Комбеды. Раскулачивание. Мятеж левых эсеров. А с другой стороны, гибель вильгельмовской монархии. Организация Коммунистического Интернационала. Аннулирование Брестского договора. Советская Венгрия (во время заседаний VIII съезда обмен приветствиями по радио!). Год напряженнейших битв, сложнейшей работы в деревне, где была полоса беспощадной борьбы с кулачеством, год великих мобилизаций пролетарского авангарда, год национализации, год упорядочения органов пролетарской диктатуры, год создания Красной Армии и ВЧК, год создания широчайших массовых организаций, героический год борьбы.

Этот год подытоживал VIII съезд партии. И он-после всех предыдущих попыток - принял Программу РКП (б), которая и до сего времени является официальной программой нашей партии.

Чрезвычайно интересно теперь проследить, по каким главным линиям шла программная дискуссия на съезде и как товарищ Ленин проводил свою точку зрения в спорных вопросах. Интересно это потому, что под оболочкой абстрактно-теоретических проблем двигалась живая масса конкретных потребностей момента, и Владимир Ильич, этот чуткий ко всем намечающимся силовым сдвигам полководец, прекрасно формировал "общественное

* Ленин. Соч.. 1925, т. XV, с. 207-208.

мнение" партии, согласно объективным велениям громадной борьбы. Он больше всего боялся приукрашивания действительности. В заключительном программном слове он говорил:

"У нас есть практический опыт осуществления первых шагов по разрушению капитализма в стране с особым отношением пролетариата и крестьянства. Больше ничего нет. Если мы будем корчить из себя лягушку, пыхтеть и надуваться, это будет посмешищем на весь мир, мы будем простые хвастуны" *31.

Именно с этой точки зрения он подходил и к программным вопросам. Он протестовал против того, чтобы опустить характеристику "старого" капитализма. Он настаивал на том, что империализм есть "надстройка над капитализмом" 32 (44). Он указывал с удивительным упорством на "возвращение к самым первоначальным формам товарного производства"33 (43). Постороннему наблюдателю эти споры могли бы показаться отвлеченными спорами об архитектонике Программы - и только. А между тем тов. Ленин сам с величайшей ясностью (которой тогда - увы! - многие не понимали) говорил о практически-политической

основе своей установки:

"...Нас подвел (к соц. рев-ии.- Н. Б.) капитализм в его первоначальных товарно-хозяйственных формах. Надо все это понимать, потому что, только учитывая действительность, мы сможем разрешить такие вопросы, как, скажем, отношение к среднему крестьянству" 34 ( 44).

Вторым спорным вопросом был национальный вопрос. Тут, как и в других важнейших проблемах, история международной революции, ее прихотливый ход, ее колониальные побеги - блестяще подтвердили ленинскую правоту, правоту человека, который уже после спартаковского восстания смело спрашивал своих оппонентов: "Дифференцировался ли германский пролетариат от буржуазии? Нет!" 35 (45). И делал вывод: "Откинуть самоопределение наций и поставить самоопределение трудящихся совершенно неправильно, потому что такая постановка не считается с тем, с какими трудностями, каким извилистым путем идет дифференциация внутри наций"30 (47).

Этим, в сущности, исчерпывались спорные вопросы, по которым шла дискуссия.

Но интересно отметить и другое. Интересно посмотреть, какие вопросы Ленин считал наиболее существенными из конкретных вопросов своего программного доклада.

"На первом месте,- говорил он.- я поставил вопрос о мелких собственниках и среднем крестьянине"*7 (48). Ленин цитировал то место из проекта программы, где говорится против "мер подавления", где подчеркивается необходимость уступок среднему крестьянству "в определении способов проведения социалистических преобразований". И прибавлял при этом: "Мне кажется, здесь мы формулируем то, что много раз основоположники социализма говорили по отношению к среднему крестьянству" 38 (49).

Дальше В. И. останавливается на вопросе о кооперации ("пресекать контрреволюционные поползновения", подчинить "аппарат"); о буржуазных специалистах ("мы можем построить коммунизм лишь тогда, когда средствами буржуазной науки и техники сделаем его более доступным массам"; "заставить работать из-под палки целый слой нельзя"); о бюрократизме и вовлечении широких масс в советскую работу; наконец, "о руководящей роли пролетариата и лишении избирательного права" (избирательное "неравенство мы отменим, как только нам удастся поднять культурный уровень") .

Этими вопросами отнюдь не исчерпывается Программа. Она, конечно, гораздо богаче по своему содержанию. Нужно помнить, что ряд вопросов был подробно освещен на I конгрессе Коминтерна, ряд общих положений - согласно условленному разделению труда - был изложен в докладе пишущего эти строки. Текст Программы, написанный в значительнейшей части тов. Лениным, содержит некоторые поистине классические места: такова, напр., характеристика буржуазной демократии и пролетарской диктатуры как высшего типа демократии - характеристика, до сих пор не превзойденная. Такова формулировка отношения партии к различным слоям крестьянства. Такова вся общая часть Программы, поскольку она была написана заново. И т. д. и т. п.

Программа партии писалась в моменты наивысшего напряжения сил, в эпоху военного коммунизма, со всеми его положительными и отрицательными чертами, его героизмом и его иллюзиями, его попытками прямого перехода к социализму и подрывом производительных сил, с его массовым подъемом и непрестанным революционным горением. Программа партии носит на себе печать этой бурной и героической эпохи. Особенно это сказалось на экономической части Программы: проблемы рынка, денежного обращения, кредита, товарного обращения вообще, товарооборота между городом и деревней в частности, не могли получить в Программе партии своего надлежащего решения. Объективная основа - была замкнутая система военного коммунизма, "запертый товарооборот", как впоследствии говорил Владимир Ильич. Пока длилась гражданская война и огненные языки восстаний, белых нападений и империалистской интервенции лизали границы славной советской коммуны, на первом плане стояли интересы обороны. Программа РКП (б) прозвучала на весь мир, как набатный колокол, как весть о победе, как знамя великой борьбы, как сигнал нового строительства.

V

Полоса гражданской войны и военного коммунизма была полосой борьбы за существование и утверждение пролетарской диктатуры. Эта сторона дела, учение о пролетарской диктатуре, полужла в Программе наиболее блестящее развитие. Вот почему Программа РКП (б) сразу стала играть крупнейшую международную роль. "Советская идея" стала завоевывать под свои знамена все большие массы, проникая в самые, казалось бы, "тихие" закоулки земного шара. Она стала в то же время мощным рычагом собирания сил вокруг Коммунистического И нтернационала.

Гражданская война кончилась. По-новому стал вопрос о соотношении между рабочим классом и крестьянством. Военные потребности отошли назад. Хозяйственные потребности выдвинулись па первый план. Централизованная надстройка "запертого товарооборота" пришла в противоречие с конкретными потребностями хозяйственного подъема. Переход к "новой экономической политике" оказался объективной необходимостью. Доклад Ленина на X съезде партии, брошюра "О продналоге" заложили основу "правильных взаимоотношений с крестьянством". Этот переход неизбежно сопровождался перестройкой рядов, переорганизацией всего хозяйственного аппарата, "новыми" методами хозяйствования, приемами хозяйственного отступления и новыми приемами последующего наступления. Открылась следующая историческая страница.

На основе роста товарооборота очнулась от полупаралича хозяйственная жизнь страны. Вновь поднялись почти заснувшие заводские гиганты, стал собираться в городах рассыпавшийся пролетариат, заколосился хлеб на заброшенных нолях, отогрелись замерзшие паровозы - начался "восстановительный период". В короткий сравнительно срок страна, упавшая в бездну разорения, разметав вооруженной рукой своих злобных врагов, поднялась на довоенную основу. Й ее пролетариат и партия этого пролетариата взвалили на свои плечи новые заботы, заботы о великой перестройке страны. Мы вступили в "реконструктивный период". Индустриализация страны, коллективизация сельского хозяйства, кооперирование индивидуальных хозяйств, новая техника, новая экономика, новая культура, новые люди - все это написано на знаменах, под которыми идут в хозяйственные сражения отряды закаленных бойцов. И здесь обнаруживаются

свои трудности, свои прорехи, свои ошибки. И здесь приходится учиться на опыте, на опыте массовом, на этой самой лучшей проверке политики. Эти уроки придется систематизировать и обобщить, со всею внимательностью взвесив итоги прошедших лет.

Многое в Программе партии уже устарело. Ко многому мы, наоборот, еще только-только подходим. Многое из нового обобщено в программе Коммунистического Интернационала. Многое подлежит еще обобщению. Опыт нэпа в наших условиях, его стадии, фазы его развития, закономерности этого развития, опасности и трудности этого пути, очертание грядущего преодоления нэпа через его собственное развитие - все это требует своей детализации.

Программа ВКП(б) должна быть пересмотрена в связи и с практикой и с решениями Коминтерна. Программа Коминтерна должна стать общей частью программы каждой "национальной" его секции, которая, в свою очередь, добавляет конкретную "национальную" программу на этой общей международной основе. Злобствующие социал-шовинисты, вроде Потресова40 (см. его статью в № 1 "Gesellschaft"), производят программу Коминтерна в ранг апологетического документа московской "касты", нового московского сословия "правителей". Скорбный главою Фридрих Адлер 41 в "КатрГе" всерьез задает вопрос о том, "что бы сделал Ленин" для спасения русской революции, якобы находящейся на ущербе и даже на грани гибели. Эти шамкающие, сюсюкающие и клевещущие старички и престарелые младенцы социал-демократии получат свой ответ от объективного хода событий. Этим ответом будет победоносное осуществление программы Ленина, программы международной коммунистической революции.

Печатается по книге: Бухарин Н. Программа Октября: (К десятилетию программы нашей партии). М.: Изб-во "Правда"

и "Беднота", 1У29

ПРИМЕЧАНИЯ

ТЕОРИЯ ПРОЛЕТАРСКОЙ ДИКТАТУРЫ. 1919 г.

II Интернационал - международное объединение социалистических партии, основан в Париже в 1889 г. Создан при активном участии Ф. Энгельса, способствовал распространению марксизма, установлению связи между рабочими партиями. Начало деятельности II Интернационала было отмечено острой борьбой против анархистов, завершившейся победой марксизма. После смерти Энгельса (1895 г.) во II Интернационале усилились правооппор-тунистические тенденции, взявшие верх с развитием империализма Оппортунистическому направлению (ревизионизму, центризму) противостояло во И Интернационале революционное, ведущей силой которого была партия большевиков во главе с В. И, Лениным. Нараставшая борьба между двумя направлениями ярко проявилась на конгрессах II Интернационала. С началом первой мировой войны оппортунистические лидеры II Интернационала встали на защиту империалистической политики своих буржуазных правительств. Ленин, анализируя деятельность II Интернационала в этот период, показал, что его лидеры потерпели идейно-политический крах.- /.

Каутский (KautsKy) Карл (1854-1938) - один из лидеров и теоретиков германской социал-демократии и II Интернационала. Редактор теоретического журнала германской социал-демократии "Die Neue Zeib ("Новое время")-. В 80 90-е гг. написал ряд работ по вопросам марксистской теории: "Экономическое учение Карла Маркса", "Аграрный вопрос" и др., которые, несмотря на допущенные в них ошибки, сыграли положительную роль в пропаганде марксизма. С началом первой мировой войны окончательно порвал с революционным марксизмом. Стоял на позициях примиренчества с ревизионизмом, прикрывая социал-шовинизм фразами об интернационализме. Автор известной теории "ультраимпериализма". Открыто выступал против Октябрьской социалистической революции и диктатуры рабочего класса, против Советской власти.- /.

Дан (Гуреаич) Ф. И. (1871 1947) - один из лидеров меньшевиков. В социал-демократическом движении участвовал с 90-х гг., входил в петербургский "Союз борьбы за освобождение рабочего класса". Выл участником IV (Объединительного), V (Лондонского) съездов РСДРП и ряда партийных конференций. В годы реакции и нового революционного подъема возглавлял за границей группу ликвидаторов. Во время первой мировой войны оборонец. После Февральской буржуазно-демократической революции 1917 г. член Исполкома Петроградского Совета, член Президиума ЦИК первого созыва. Поддерживал буржуазное Временное правительство. После Октябрьской социалистической революции боролся против Советской власти. В начале 1922 г. был выслан за границу.- 2.

Керенский А. Ф. (1881 -1970) - эсер, одни из видных буржуазных политических деятелей России от Февраля до Октября 1917 г. Депутат IV Государственной думы, где некоторое время примыкал к группе трудовиков, был ее председателем. В годы первой мировой войны - ярый обооонец. После Февральской революции 1917 г.-министр юстиции, военный и морской министр, а затем премьер-министр буржуазного Временного правительства, Верховный главнокомандующий После победы Октябрьской социалистической революции активно боролся против Советской власти. Уже утром 26 октября 1917 г. вместе с генералом Красновым поднял контрреволюционный мятеж, который был разгромлен в течение нескольких дней. В 1918 г. бежал за границу.- 2.

Шейдеман (Scheidemann) Филипп (1 К(к1 -1939) - лидер крайне правого, оппортунистического крыла германской социал демократии. В феврале -нюне 1919 г. возглавлял коалиционное правительство Веймарской республики. Один из организаторов кровавого подавлении рабочего движения в Германии в 1918 1921 гг. В дальнейшем отошел от активной политической деятельности.- 2.

Свод наконов Вавилонии, созданный еж. 1760 г. до н. - важнейший исторический памятник древневосточного рабовладельческого нрава. Отражал сравнительно высокую степень развития классовой и социальной дифференциации. Особое внимание в законах уделялось укреплению власти рабовладельцев, частной собственности вообще и охране интересов царских служилых людей. Законы демонстрировали широкое развитие в Вавилонии товарно-денежных отношений. - 3.

См.: Маркс К.. Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 21.. с. 171: "...государство возникло из потребности держать в узде противоположность классов; так как оно в то же время возникло в самих столкновениях этих классов, то оно... является государством самого могущественного, экономически господствующего класса, который при помощи государства становится также политически господствующим классом и приобретает таким образом новые средстпа для подавления и эксплуатации угнетенного класса".- 4.

Гумплович (Gumplowicz) Людвиг (1838 -1909) - польский буржуазный правовед и социолог. Представитель социального дарвинизма. Основу социальных процессов в целом видел в стремлении человека к удовлетворению материальных потребностей. В своих работах о государстве и социологии, провозгласив даижущей силой истории борьбу рас. пытался затушевать классовую оорьбу. Отрицал существование общественного прогресса, иигерпретиоуя общественное развитие как круговорот.- 4.

Оппенгеймер Франц (1864-1943) - немецкий экономист и социолог, представитель так называемого "либерального социализма", видевший корни социальной несправедливости в монопольной собственности иа землю.- 4.

Дюринг (Djihring) Евгений Карл (1833-1921) - немецкий философ-эклектик, вульгарный экономист, представитель реакционного мелкобуржуазною социализма В философии сочетал идеализм, вульгарный материализм и позитивизм В 1863-1877 гг. - прива!-доцент Берлинского университета. Философские взгляды Дюринга, нашедшие поддержку среди определенной части германской социал-демократии, были подвергнуты критике Ф. Энгельсом в книге "Антн Дюринг. Переворот в науке, произведенный господином Евгением Дюрингом". В. И. Ленин в книге "Материализм и эмпириокритицизм", в других гфоизве деннях также неоднократно критиковал эклектические воззрения Дюринга".-

11 См.: Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 21, с. 172: "...государство - это организация имущего класса для защиты его от неимущего".- 4.

12 "Политика является только методом настойчивости, инструментом сохранения и расширения собственности".- 4.

13 См.: Маркс К.. Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 21, с. 169 170: "...государство никоим образом не представляет собой силы, извне навязанной обществу... Государство есть продукт общества иа известной ступени развития..." - 6.

14 См.: Маркс Л., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. I, с. 439: "Даже радикальные и революционные политические деятели ищут корень зла не в сущности государства, а в данной определенной государственной форме, которую они хотят заменить другой государственной формой".- 6.

-

15 См.: Маркс К- Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 18. с. 305: "Все социалисты согласны в том, что политическое государство, а вместе с ним и политический авторитет исчезнут вследствие будущей социальной революции, то есть что общественные функции потеряют свой политический характер и превратятся в простые административные функции, наблюдающие за социальными интересами".- 6.

16 "Анти-Дюринг" - под таким названием вошел в историю классический труд Ф. Энгельса. Его первое отдельное издание под названием "Переворот в науке, произведенный господином Евгением Дюрингом. Философия. Политическая экономия. Социализм" вышло в Лейпциге в 1878 г.- 6.

17 Реннер (Rentier) Карл (Шпрингер) (1870 1950) - лидер и теоретик австрийских правых социал-демократов, один из идеологов так называемого "австро-марксизма" и создателей буржуазно националистической теории "культурно-национальной автономии". В период первой мировой войны социал-шовинист В 1919-1920 гг.- канцлер Австрии, в 1945-1950 гг.-президент Австрии.

Австромарксизм - течение, сложившееся в начале XX в. в австрийской социал-демократии под влиянием теоретических работ и политической деятельности ее лидеров и идеологов К. Реннера, О. Бауэра, М Адлера, Ф. Адлера и др. Для идеологии и политики австромарксизма характерен "центризм".- 6.

18 "Социал-демократ" - нелегальная газета, Центральный Орган РСДРП. Издавалась с февраля 1908 по январь 1917 г. Первый номер газеты, подготовленный большевиками и частично напечатанный в Вильно (Вильнюс), был конфискован охранкой. Была предпринята попытка выпускать газету в Петербурге, но большая часть тиража также попала в руки жандармов. В дальнейшем газета издавалась в Париже и Женеве. Всего вышло 58 номеров, из них 5 имели приложения.

Газетой фактически руководил В. И. Ленин. В годы реакции и нового революционного подъема газета активно выступала против ликвидаторов, троцкистов, отзовистов, за сохранение нелегальной марксистской партии, укрепление ее единства, усиление связей с массами. Важную роль она сыграла в деле пропаганды большевистских лозунгов по вопросим войны, мира и революции, прежде всего лозунга превращения империалистической войны в войну гражданскую.- 9.

,э Журнал "Коммунист" был основан В. И. Лениным и издавался редакцией газеты "Социал-демократ" совместно с Г. Л. Пятаковым и li. Б. Бош, финансировавшими его издание. В редакцию журнала входил И. И. Бухарин. Вышел всего один двойной номер (I 2) в сентябре 1915 г. В нем были напечатаны статьи Ленина "Крах II Интернационала", "Честный голос французского социализма" и "Империализм и социализм в Италии". Выявившиеся вскоре разногласия редакции "Социал-демократа" с Бухариным, Пятаковым и Бош по принципиальным вопросам программы и тактики партии - о праве наций на самоопределение, о роли демократических требований и програм-мы-минимум и др.- вынудили Ленина поставить вопрос о невозможности продолжения выпуска журнала. С октября 1916 г. редакция газеты "Социал-демократ" стала выпускать "Сборник "Социал-демократа*. - 9.

(> Тафт (Taft) Уильям Хоуард (1857-1930) - президент США в 1909-1913 гг., республиканец. В 1901 - 1904 гг.-губернатор Филиппин, в 1904-1908 гг.- военный министр США, участвовал в подавлении восстания на Кубе в 1906 г. В 1912 г. правительство Тафта осуществило интервенцию в Никарагуа. С 1921 г.- председатель Верховного суда США - 10.

21 См.: Маркс К.. Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 18. с 305: "Видали ли они когда-нибудь революцию, эти господа? Революция есть, несомненно, самая авторитарная вещь, какая только возможна. Революция есть акт, в котором часть населения навязывает свою волю другой части посредством ружей, штыков и пушек, то есть средств чрезвычайно авторитарных. И если победившая партии не хочет потерять плоды своих усилий, она должна удерживать свое господство посредством того страха, который внушает реакционерам ее оружие. Если бы Парижская Коммуна не опиралась на авторитет вооруженного народа против буржуазии, то разве она продержалась бы дольше одного дня? Не в праве ли мы, наоборот, порицать Коммуну за то, что она слишком мало пользовалась этим авторитетом?"-- 12.

Комитеты бедноты (комбеды) -организации сельской бедноты в Европейской России и Белоруссии, опорные пункты диктатуры пролетариата в деревне. Учреждены декретом ВЦИК от 11 июни 1918 г. "Об организации и снабжении деревенской бедноты", во многих районах становились фактически органами государственной власти: распределяли землю и сельскохозяйственные орудия, изымали хлеб у кулаков, проводили набор в Красную Армию, решали текущие вопросы жизни деревни. В конце 1918 г. комбеды передали свои функции сельским Советам.- 15.

Учредительное собрание в России - представительное учреждение, созванное на основе всеобщего избирательного права, предназначенное, в соответствии с буржуазными государственно-правовыми взглядами, для установления формы правлении и выработки конституции. В. И. Ленин определил государственную форму диктатуры пролетариата как Республику Советов. По сравнению с ней парламентская республика, которую могло бы провозгласить Учредительное собрание, стала бы шагом назад в политическом развитии России. Но лозунг Учредительного собрания был популярен среди мелкобуржуазных масс и потому не был отброшен большевиками. В ноябре 1917 г. состоялись выборы в Учредительное собрание. Оно было открыто 5 января 1918 г. Контрреволюционное большинство Учредительного собрания отказалось обсуждать предложенную Я. М Свердловым от имени ВЦИК "Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа", принятую II съездом Советов, не признало декретов Советской власти. Контрреволюционная сущность Учредительного собрания стала очевидной. 7 (20) января ВЦИК, по докладу В. И. Ленина, принял декрет о роспуске Учредительного собрания.- 15.

24 Плеханов Г. В. (1856 - 1918) - выдающийся деятель русского и международ ного рабочего движения, первый пропагандист марксизма в России. В 1883 г. создал в Женеве первую русскую марксистскую организацию - группу

"Освобождение труда". Плеханов боролси с народничеством, выступал против ревизионизма в международном рабочем движении. В начале 90-х гг. входил в редакции газеты "Искра" и журнала "Заря".

С 1883 по 1903 г. Плехановым был написан ряд работ, которые сыграли большую роль в защите и пропаганде материалистического мировоззрения. После II съезда РСДРП Плеханов встал на позиции примиренчества с оппортунизмом, а затем примкнул к меньшевикам. В период Первой российской революции 1905-1907 гг. по всем основным вопросам стратегии и тактики борьбы стоял на меньшевистских позициях. В годы реакции и нового революционного подъема выступал против махистской ревизии марксизма и ликвидаторства. Во время первой мировой войны перешел на позиции социал-шовинизма. Вернувшись после Февральской буржуазно-демократической революции 1917 г. из эмиграции в Россию, возглавил группу моиыиевиков-оборонцев "Единство". К Октябрьской социалистической революции отнесся отрицательно, но в борьбе против Советской власти не участвовал.

В. И. Ленин высоко оценивал философские работы Г. В. Плеханова и его роль в распространении марксизма в России; в то же время он резко критиковал Плеханова за отступлении от позиций марксизма и ошибки в политической деятельности.- /7.

25 Книга "Государство и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции" написана В. И. Лениным в августе-сентябре 1917 г., издана отдельной книгой в 1918 г. в Петрограде (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 33).- 19.

2Ь См.: Маркс К.. Энгельс Ф. Сон 2-е изд., т. 4, с. 446.-20.

2; Вопрос о создании Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) был поставлен сразу после победы Октябрьской революции. 26 или 27 октября (8 или 9 ноября) 1917 г. на совещании в Центральном совете фабзавкомов Петрограда с участием В. И. Ленина обсуждался проект создания руководя щего хозяйственного органа. "Декрет о Высшем совете народного хозяйства" был утвержден и опубликован 5 (18) декабря в "Газете Временного рабочего и крестьянского правительства" № 25. С завершением национализации крупной промышленности ВСНХ превратился в орган управления государственной промышленностью Советской страны.- 21.

26 Полное название - Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов рабочих и солдатских депутатов. Избран I Всероссийским съездом Советов рабочих и солдатских депутатов (3-24 июня (16 июня - 7 июля) 1917 г.), на котором преобладали представители мелкобуржуазных партий. Меныпевистско-эссровский ВЦИК Советов поддерживал буржуазное Временное правительство. После победы Октябрьской революции II Всерос сийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов (25-27 октябри (7-9 ноября)) избрал новый состав ВЦИК Советов, ставший в РСФСР верховным органом Советской государственной власти в период между съездами.- 21.

29 Совет Народных Комиссаров (Совнарком. СПК) -советское правительство, образованное на II Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов 26 октября (8 ноября) 1917 г. Председателем СПК был избран В. И. Ленин.- 2L

m Статья В. И. Ленина "Удержат ли большевики государственную власть?" написана в конце сентября - I (14) октября 1917 г. Впервые была опубликована в октябре 1917 г. в № 1-2 журнала "Просвещение" (см.: Ленин В. П. Поли. собр. соч., т. 34, с. 287 339).- 21.

НОВЫЙ КУРС ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ. 1921 г.

1 Социально-политический кризис 1921 г. коренился в социально-классовых отношениях, сложившихся к тому времени в стране Иностранная интервенция, гражданская война породили колоссальную хозяйственную разруху. В И. Ленин отмечал, что "никогда страна не достигала такой усталости, изношен иоети, как теперь" (Поли. собр. соч., т. 43, с. 104. 133). Значительная часть лучших кадров рабочих погибла на фронтах. Многие заводы и фабрики закрывались, возникла безработица, рабочие уходили в деревню, деклассировались. Все это ослабляло социальную базу диктатуры пролетариата. В расстройство пришла денежная система, росли дороговизна и спекуляция. Остро встал вопрос об укреплении союза рабочего класса и крестьянства на новой, экономической основе, вопрос об отказе от продразверстки и переходе к продовольственному налогу в деревне, о развитии товарно-денежных отношений и хозрасчета. "...В 1921 году...- говорил Ленин,- мы наткнулись иа большой,- я полагаю, на самый большой,- внутренний политический кризис Советской России. Этот внутренний кризис обнаружил недовольство не только значительной части крестьянства, но и рабочих" (Поли собр. соч., т. 45, с. 282). Характерным проявлением социально-политического кризиса явился кронштадтский мятеж, вспыхнувший в феврале 1921 г.- 24.

2 Обращает на себя внимание крутой поворот во взглядах Н. И. Бухарина на методы социалистического строительства с изменением социально-экономических условий В написанной ранее книге "Экономика переходного периода" основным методом социалистического строительства признавалась политика "военного коммунизма", с присущим ей революционным насилием (см.: Буха ран Н И. Экономика переходного периода. М., 1920, с. 136-147).- 30.

8 Имеется в виду прибавочная стоимость.- 32.

ЖЕЛЕЗНАЯ КОГОРТА РЕВОЛЮЦИИ 1922 г.

1 Кейзерлинг (Keyserling) Герман (род. в 1880) -немецкий философ-идеалист. Пытался соединить европейскую философию с восточной (индийской) философией. Проповедовал магические и теософистские доктрины. Пользовался влиянием среди реакционной и мистически настроенной интеллигенции Европы.- 35.

2 Несколько переиначенные слова ("энегрично фукцировать") из романа советского писателя Б. Пильняка "Голый год" (Бор. Пильняк. Голый год. М.; Л.. 1927, с. 177).- 36.

ь Мартов Л. (Цедербаум Ю. О.) (1873 - 1923) - один из лидеров меньшевизма. В годы реакции и нового революционного подъема-ликвидатор, редактор газеты "Голос Социал-демократа", участник антипартийной августовской конференции (1912 г.). В период первой мировой войны занимал центристскую позицию. После Февральской революции 1917 г. возглавлял группу меньшевиков-интернационалистов. После Октябрьской социалистической революции выступал против Советской власти. В 1920 г. эмигрировал в Германию, издавал в Берлине меньшевистский "Социалистический вестник".- 36.

4 В принятый II Всероссийским съездом Декрет о земле был включен "Крестьянский наказ о земле", составленный на основании 242 местных крестьянских наказов, в подготовке которых приняли участие эсеры. Объясняя это обстоятельство, В. И. Ленин говорил на съезде: "Здесь раздаются голоса, что сам декрет и наказ составлен социалистами-революционерами. Пусть так. Не все ли равно, кем он составлен, но, как демократическое правительство, мы не можем обойти постановление народных низов, хотя бы мы с ним были несогласны. В огне жизни, применяя его па практике, проводя его иа местах, крестьяне сами поймут, где правда" (Поли. собр. соч., т. 35, с. 27).- 37.

К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМ ТЕОРИИ ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА

(Беглые заметки). 1923 г.

1 "Теория исторического материализма. Популярный учебник марксистской социологии" (М.: Госиздат, 1921). Книга представляет собой попытку систематического изложения исторического материализма. Последний раз издавалась п 1929 г. - 39.

" Органическая школа в социологии - направление в буржуазной социологии конца XIX - начала XX в. Ученые этого направления пытались объяснить социальную жизнь биологическими закономерностями, вульгарно отождествляли общество с организмом, а социальное его расчленение рассматривали как аналогичное разделение функций между различными органами.- 39.

3 Смит (Smith) Адам (1723-1790) -шотландский экономист и философ, один из крупнейших представителей классической буржуазной политической экономии. Идеолог промышленной буржуазии мануфактурного периода. Превратил политическую экономию в сравнительно строимую систему знаний, разработал важнейшие категории трудовой теории стоимости. Ошибочно полагал, что стоимость товара слагается из доходов, которые приносят капитал, земля и труд. Впервые провел деление буржуазного общества иа классы наемных рабочих, капиталистов и земельных собственников.

Рикардо (Ricardo) Давид (1772-1823) - английский экономист, один из крупнейших представителей классической буржуазной политической экономии. Сторонник трудовой теории стоимости. Признавал факт эксплуатации рабочих капиталистами, хотя научно не мог его объяснить. Анализ экономического учения Рикардо дан К. Марксом.- 40.

4 Бергсон (Bergsun) Анри (1859- 194 I) - французский философ-идеалист. Выступая против механицизма и догматического рационализма, он утверждал и качестве подлинной л первоначальной реальности жизнь, интерпретируемую как некую целостность, радикально отличающуюся как от материи, так и от духа, которые сами по себе являются продуктами распада жизненного процесса.- 40.

s Дриш Ганс (1867-1941) -немецкий ученый-биолог, один из представителей витализма - идеалистического учения, согласно которому жизненные явления, в отличие от неживой природы, якобы управляются особыми нематериальными, сверхъестественными силами.- 40.

ь "Теория равновесия" была выдвинута А. Богдановым в работе "Всеобщая организационная наука" (ч. I, 1913; ч. II. 1917; ч. III. 1922). Согласно этой теории все существующее представляет собой изменяющиеся состояния подвижного равновесия, устанавливающегося в результате взаимодействия различно направленных сил. Состояния равновесия сменяются его нарушениями или кризисами. Все схемы, выводимые на этой основе Богдановым, имели, по его мнению, всеобщий характер. Они применялись им к познанию различиях процессов как природы, так и общества, независимо от различия содержания объединяемых при посредстве той или иной схемы явлений. 40.

Адлер (Adler) Макс (1873-1937) -австрийский философ, представитель "австромарксизма". Он утверждал, что марксистское понимание истории не имеет ничего общего с философским материализмом и представляет собой исторический позитивизм ("теорию социального опыта"). "Социальное" Адлер рассматривал как особую форму восприятия, присущую познанию; производственные отношения понимались им как "явления духовной жизни". Диалектический метод превращался им в учение о сведении всего существующего к функциональным связям между явлениями, в которых "уже нет места для материальной субстанции".- 41.

* Интерпретация гегелевской триады дана 1С Марксом (см.: Маркс К.. Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 4, с. 131 -133).

Гегель (Hegel) Георг Вильгельм Фридрих (1770-1831) - один из классиков немецкой философии, создавший на основе объективного идеализма систематическую теорию диалектики. Гегелевская философия стала одним из теоретических источников марксизма.- 41.

9 "Психологическая школа" в общественной науке, психологизм в социологии получили распространение в конце XIX - начале XX в. Их представители объясняли общественную жизнь, ее развитие, исходя из определяющего значения человеческой психики, пытались дать объяснение общественной жизни в терминах желаний, чувств, интересов, верований и других психических явлений,- 43.

10 Бём-Баверк (Bohm-Bawerk) Эйген (1851-1914) -австрийский экономист. Пытался опровергнуть марксистскую теорию стоимости и прибавочной стоимости. Его воззрения подверг критике Н. И. Бухарин в статье "Теория субъективной ценности Бём-Ба верка".- 43.

11 "...В пиквикском смысле" - словесный оборот по имени главного героя известного произведения Ч. Диккенса "Посмертные записки Пиквикского клуба", означающий обывательский подход.- 43.

12 Богданов А. (Малиновский А. А.) (1873-1928) -философ, социолог, экономист. По образованию врач. В 90-х гг. принимал участие в работе социал-демократических кружков После II съезда РСДРП примкнул к большевикам. На III съезде партии был избран членом Центрального Комитета. Член редакции большевистских органов "Вперед" и "Пролетарий", один из редакторов газеты "Новая жизнь". В годы реакции становится главой отзовистов. В вопросах философии пытался создать собственную систему - "эмпириомонизм" (разновидность эмпириокритицизма), которую Ленин подверг критике в работе "Материализм и эмпириокритицизм" (1909).

Для дальнейшей эволюции взглядов Богданова характерно отрицание философии в традиционном смысле, if а место которой он ставил строго научные ценности, считал, что на смену философии приходит "организационная наука". Высказал идею создания науки об общих законах организации - тектологии, ряд положений которой предвосхитили идеи современного системного подхода, а также кибернетики.

После Октябрьской социалистической революции являлся одним из руководителей Пролеткульта С 1926 г.- директор основанного им Института переливания крови.- 43.

13 Шулятиков В. М. (1872 1912) - русский литературный критик, публицист. Член РСДРП. В 1905 г. член литературно-лекторской группы МК РСДРП В. И. Ленин резко критиковал Шулятикова за вульгаризацию марксистской материалистической философии (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 29, с. 459 -474). В 20-30-е гг. существовал термин "шулятиковщииа" как синоним грубого упрощения и опошления марксистского метода. В то же время Шулятиков один из первых в марксистской литературной критике выдвинул ряд верных положений: о единстве формы и содержания, о литературных влияниях и др.- 45.

К. Маркс неоднократно использует в "Капитале" понятие "способ представления" (см.: Маркс /(., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 25, ч. II, с. 410; т. 26, ч. 1. с. 74, 134; ч. II, с. 178. 642; ч. 111. с. 274).- 46.

Крицман Л. 11. (1890-1938) - советский экономист-аграрник. В революционном движении с 1905 г Член партии с 1918 г. В первые годы Советской власти находился на хозяйственной работе. В 1923-1924 гг. член редакции "Правды", член Президиума Коммунистической академии. В 1925-1931 гг. член коллегии, затем зам/управляющего ЦСУ СССР. зам. председателя Госплана СССР. С 1928 г.- директор Аграрного института. С 1931 г.- занимался научно-исследовательской работой.- 48.

ЛЕНИН КАК МАРКСИСТ

(Доклад на торжественном заседании Коммунистической академии) 17 февраля 1924 г.

"Под знаменем марксизма" - философский и общественно-экономический журнал. Был создан в целях пропаганды воинствующего материализма и атеизма и борьбы против "дипломированных лакеев поповщины". Журнал выходил в Москве с января 1922 по июнь 1944 г. ежемесячно, в 1933- 1935 гг.- раз в два месяца. Для этого журнала В. И. Лениным была написана статья "О значении воинствующего материализма".- 51.

См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 36, с. 5-6, 7.- 51.

VII Экстренный съезд РКП(б) -первый съезд Коммунистической партии после победы Великой Октябрьской социалистической революции, состоялся 6-8 марта 1918 г. в Петрограде. Повестка дня съезда: отчет ЦК; вопрос о войне и мире; пересмотр программы и наименования партии; организационные вопросы; выборы ЦК Работой съезда руководил В. И. Ленин, который выступил с Политическим отчетом, с докладом о пересмотре Программы и наименования партии, принял участие в обсуждении всех вопросов. Экстренный характер съезда был связан с необходимостью срочно рассмотреть вопрос о заключении Брестского мирного договора, но которому на съезде развернулась острая борьба. Ленин убедительно доказывал необходимость и неизбежность заключения Брестского мири. Против ленинской линии выступила группа "левых коммунистов" - А. Ломов, М. С. Урицкий, А. А. Бубнов, Ф. Э. Дзержинский, Н. Осинский и др. во главе с Н. И. Бухариным "Левые коммунисты" требовали объявить войну международному империализму, они готовы были даже идти на возможность утраты Советской власти "во имя интересов" мировой революции. Авантюристическую и демагогическую позицию занимал Л. Д. Троцкий, предлагавший объявить войну прекращенной, армию демобилизовать, но мира не подписывать. Съезд принял резолюцию о Брестском мире, предложенную Лениным. Бухарин тогда же. в 1918 г., открыто признал допущенную им ошибку по вопросу о Брестском мире. Ленин объяснял гибельную для Советской власти линию "левых коммунистов" отсутствием у них диалектической гибкости, нежеланием видеть принципиальное различие между компромиссами предательскими и компромиссами обязательными, необходимыми (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 41, с. 19).- 51.

4 Брестский мир мирный договор между Россией, с одной стороны, и Герма нисй, Австро-Венгрией. Болгарией и Турцией - с другой; заключен в Брсст-Литовске (ныне Брест) 3 марта 1918 г., ратифицирован Чрезвычайным IV Всероссийским съездом Советов 15 марта. От имени Советского правительства договор подписали Г. Я. Сокольников (председатель делегации), Г. В Чичерин, Г. И. Петровский и секретарь делегации Л. М. Карахан.- 51.

5 См.: Маркс Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 28, с. 427.= 52.

* В работе "Крах II Интернационала" В. 11. Ленин указывал, что сознательные рабочие под крахом Интернационала "разумеют вопиющую измену большинства официальных социал-демократических партий своим убеждениям, торжественнейшим заявлениям в речах на Штутгартском и Базельском международных конгрессах, в резолюциях этих конгрессов...". Ленин подчеркивал, что "большинство социал-демократических партий и во главе их, в первую очередь, самая большая и самая влиятельная партия II Интернационала, германская, встали на сторону своего генерального штаба, своего правительства, своей буржуазии против пролетариата" (Поли. собр. соч., т. 26, с. 211, 212) -54.

7 См.: Маркс Л\. Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 18, с. 154: "...мы не отрицаем, что существуют такие страны, как Америка, Англия... в которых рабочие могут добиться своей цели мирными средствами".

Очевидно, имеется в виду Введение к работе К- Маркса "Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 г." (см. там же, т. 22, с. 541-544).- 56.

й Институт Красной профессуры (ИКП)-специальное высшее учебное заведение, создано для подготовки кадров преподавателей общественных наук для вузов, а также работников для научно-исследовательских учреждений, центральных партийных и государственных органов. Организован согласно подписанному В. И. Лениным постановлению СПК РСФСР от 11 февраля 1921 г. в Москве. Общее руководство Институтом осуществлялось агитационно-пропагандистским отделом ЦК партии. Ректором ИКП с 1921 по 1932 г был известный историк М. Н. Покровский. -58.

4 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.. т. 28, с. 427: "То, что я сделал нового, состояло в доказательстве следующего: I) что существование классов связано лишь с определенными историческими фазами развития производства. 2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата, 3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов". 60.

lu См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 44, с. 168, 208-209, 216-219, 225 228, 309-310; т. 45, с. 3 -5.- 65.

11 Здесь Н. И. Бухарин не цитирует В. И Ленина, а излагает суть его отношении к проблеме смены лозунгов в зависимости от конкретно-исторической обстановки (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 36, с. 264, 306, 313).- 66.

12 Н. И. Бухарин передает существо отношения В. И Ленина к буржуазным специалистам (см.: Ленин В. И. Поли собр соч., т. 35, с. 63; т. 36, с. 137 140, 310-311; т. 39, с. 406).-

См.: Ленин В. И. Две тактики социал-демократии в демократической революции.- Поли. собр. соч., т. II, с. 77-82.- 68.

Гильдебранд (Hildebrand) Гергард-немецкий экономист, публицист. Был членом Социал-демократической партии Германии, в 1912 г. за оппортунизм исключен из партии. Выступал защитником империализма, его колониальной политики. 70.

Имеется в виду статья Ленина "О брошюре Юниуса" (см.: Поли. собр. соч., т. 30, с. 1- 16).- 70.

Люксембург (Luxemburg) Роза (1871 -1919) - выдающаяся деятельница .международного рабочего движения, один из лидеров левого крыла II Интернационала. Одна из основателей социал-демократической партии Польши, выступала против национализма в рядах польского рабочего движения. С 1897 г. принимала активное участие в германском социал-демократическом движении, вела борьбу против бериштейнианства и мильеранизма. Р. Люксембург была активной участницей Первой российской революции (в Варшаве), участвовала в работе V (Лондонского) съезда РСДРП. Однако в годы реакции и нового революционного подъема примиренчески относилась к ликвидаторам. С начала первой мировой войны заняла последовательно интернационалистскую позицию. Являлась одним из инициаторов создания в Германии группы "Интернационал", впоследствии переименованной в группу "Спартак", затем в "Союз Спартака". Одна из основателей Коммунистической партии Германии. В январе 1919 г. была арестована и зверски убита во время разгула контрреволюции. Ленин высоко ценил Люксембург, однако неоднократно выступал с критикой ее ошибок.- 70.

Положение Н. И. Бухарина о различных типах социализма ранее подвергалось критике в работах некоторых историков. В современных условиях, когда на социалистический путь развития вступили страны с различным уровнем развития, оно приобрело особую актуальность.- 80.

Очевидно, имеется в виду письмо Ф. Энгельса К. Шмидту 5 августа 1890 г.: "Но если рассуждать здраво, то можно все-таки I) попытаться отыскать способ распределения, с которого будет начато, и 2) постараться найти общую тенденцию дальнейшего развития" (Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 37, с. 370-371).-S0.

Имеется в виду речь В. И. Ленина на заседании коммунистической фракции V Всероссийского съезда союза рабочих металлистов 6 марта 1922 г. Съезд проходил в Москве 3-7 марта 1922 г. (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч.. т. 45. с. 13-16).- 83.

"Детская болезнь "левизны* в коммунизме" - работа В. И. Ленина, посвященная важнейшим вопросам стратегии и тактики коммунистических партий, международному значению истории большевизма и Октябрьской революции. Написана в апреле - мае 1920 г., к открытию 2-го конгресса Коминтерна. Важнейшие положения этого ленинского труда были положены в основу принятых конгрессом решений (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 41, с. 1 - 104).- 84.

НОВОЕ ОТКРОВЕНИЕ О СОВЕТСКОЙ ЭКОНОМИКЕ

ИЛИ КАК МОЖНО ПОГУБИТЬ РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКИЙ БЛОК. 1925 г.

1 Троцкий (Бронштейн) Л. Д. (1879-1940) - в социал-демократическом движении с 1897 г. На II съезде РСДРП (1903 г.) примкнул к меньшевикам. Противопоставлял марксистско-ленинской теории социалистической революции тео рию "перманентной революции". Участник Первой российской революции 1905 -1907 гг., председатель Петербургского Совета. В годы реакции и нового революционного подъема под флагом "нефракционности" фактически стоял па позициях ликвидаторов. В период первой мировой войны занимал центристскую позицию. Вернувшись после Февральской революции 1917 г. из эмиграции, вошел в группу межрайоицев и вместе с ними на VI съезде РСДРП (б) был принят в большевистскую партию. Избран членом Центрального Комитета партии (состоял до 1927 г.).

В сентябре-ноябре 1917 г.- председатель Петроградского Совета. После Октябрьской социалистической революции - нарком ио иностранным делам, нарком по военным и морским делам, председатель Реввоенсовета Республики. В 1918 г. был противником заключения Брестского мира, в 1920-1921 гг. в дискуссии о профсоюзах выступил против позиции В. И. Ленина, с 1923 г. стал лидером внутрипартийной оппозиции, с 1926 г,- оппозиционного объединенного блока. Член Политбюро в 1919-1926 гг. В 1927 г. Троцкий был исключен из партии, в 1929 г. выслан из пределов СССР - 86.

2 "Уроки Октября" (1924 г.) -статья Л. Д. Троцкого, опубликованная и как введение к третьему тому его Сочинений. Статья подверглась критике со стороны многих деятелей партии, оценивших содержащиеся в ней положения, как фальсификацию истории Великой Октябрьской социалистической революции.- 86.

Имеется в виду работа В. И. Ленина "О нашей революции (По поводу записок П. Суханова)" (см.: Поли. собр. соч., т. 45, с. 378-382).

Суханов Н. (Гиммер Н. Н.) (1882 - 1940) -участник российского революционного движения, экономист и публицист. С 1903 г.- эсер, с 1917 г.- меньшевик. В политико-экономических статьях пытался сочетать народничество с марксизмом. Во время первой мировой войны- объявил себя интернационалистом. После Февральской революции 1917 г.- член Исполкома Петроградского Совета, член ВЦИК 1-го созыва. До 1920 г. примыкал к меньшевикам-интернационалистам, один из редакторов газеты "Новая жизнь". Выступал против ленинского курса на победу социалистической революции. После Октября 1917 г. работал в советских экономических учреждениях. Автор "Записок о революции", которые В. И. Ленин подверг критике. В 1931 г осужден по делу "контрреволюционной меньшевистской организации". В 1939 г. осужден вторично.- 87.

1 Преображенский Е. А. (1886-1937) - в партии состоял с 1903 г. После Февральской революции I917 г. работал на Урале. После Октябрьской социалистической революции находился на партийной и военно-политической работе. В вопросе о Брестском мире примыкал к "левым коммунистам". Во время профсоюзной дискуссии (1920-1921) - сторонник платформы Троцкого. В 1927 г. был исключен из партии, в 1929 г. восстановлен, но вскоре был снова исключен из партийных рядов. Репрессирован.- 88.

5 Развернутая критика ошибочных воззрений Е. А. Преображенского содержится в книге Н. И. Бухарина "К вопросу о закономерностях переходного периода.

Критические замечания на книгу Преображенского "Новая экономика" (М.; Л., I928).- 88.

ъ Ленин В. И. Поли собр. соч., т. 45, с. 372. 104.

7 Там же, с. 371.- 104.

в Н. И. Бухарин здесь подходит к формулированию положений основного экономического закона социализма.- 107.

ПАМЯТИ ИЛЬИЧА. 21 января 1925 г.

1 Встреча Н. И. Бухарина с В. И. Лениным произошла в период эмиграции в Кракове осенью 1912 г.- 116.

2 Малиновский Р. В (1876-1918) - провокатор, секретный сотрудник московского охранного отделения. В 1906 г. в корыстных целях примкнув к рабочему движению, давал полиции сведения о революционерах и их деятельности. В 1910 г. зачислен секретным агентом царской охранки. В 1912 г. на Пражской конференции РСДРП был избран членом Центрального Комитета партии. Депутат IV Государственной думы от рабочей курии Московской губернии. В 1914 г. под угрозой разоблачения сложил депутатские полномочия и скрылся за границу. В 1918 г. вернулся в Советскую Россию, был предан суду и расстрелян по приговору Верховного трибунала ВЦИК.- 117.

3 Крыленко Н. В. (1885-1938) - видный советский государственный деятель, член большевистской партии с 1904 г. После Февральской революции 1917 г. сотрудничал в газете "Солдатская правда", являлся председателем армейского комитета в 11-й армии Юго-Западного фронта, участник Всероссийской конференции фронтовых и тыловых военных организаций РСДРП (б). Делегат 1 Всероссийского съезда Советов. Активный участник Октябрьской социалистической революции. На II Всероссийском съезде Советов избран членом ВЦИК. Нарком по военным и морским делам в первом составе Совета Народных Комиссаров. В 1917-1918 гг.-Верховный главнокомандующий, руководил ликвидацией контрреволюционной Ставки. С 1918 г. работал в органах советской юстиции - член коллегии Наркомюста РСФСР, председатель Верховного революционного трибунала при ВЦИК. заместитель наркома юстиции, прокурор республики. С 1931 г.- нарком юстиции РСФСР, с 1936 г.- нарком юстиции СССР На XV и XVI съездах ВКП(б) избирался членом ЦКК, был членом Президиума ВЦИК, членом ЦИК СССР. Необоснованно репрессирован. Реабилитирован посмертно.- 118.

4 Имеется в виду заседание ЦК РКП (б) 23 февраля 1918 г. (см.: Протоколы Центрального Комитета РСДРП (б), август 1917 - февраль 1918. М.. 1958, с. 211). 118.

5 Деникин А. И. (1872-1947) -царский генерал, ярый монархист, один из видных организаторов белогвардейских сил в годы гражданской войны, командующий Добровольческой армией. В январе 1919 г. провозгласил себя главнокомандующим вооруженными силами Юга России и возглавил, при поддержке Англии, Франции и США, военный поход против Советской республики. После разгрома деникинских войск Красной Армией в начале 1920 г. бежал за границу. Автор пяти томов "Очерков русской смуты", изданных в Берлине - 119.

Колчак А. В. (1874-1920) -царский адмирал. После Февральской революции 1917 г., под давлением матросских масс, отозван с поста командующего Черноморским флотом; Временным правительством был послан в командировку в Великобританию и США. В октябре 1918 г. прибыл в Омск, вошел как военный и морской министр в состав Уфимской директории, затем был провозглашен "Верховным правителем" России и возглавил борьбу всех белогвардейских

сил против Советской власти. 7 февраля 1920 г. расстрелян по приговору Иркутского ревкома.- 1/9.

Здоровье товарищей но партии В. И. Ленин в шутку называл "казенным имуществом". По-видимому именно это имел в виду Н. И. Бухарин (см.: Ленин В. И. Поли, собр соч., т. 50, с. 177).- 120.

Имеется в виду доклад В. И. Ленина "Пять лет российской революции и перспективы мировой революции" на IV конгрессе Коминтерна 13 ноября 1922 г. (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 45, с. 278 -294).- 120, -

Цеткин (Zetkin) Клара (1857 1933) -выдающаяся деятельница германского и между на родного рабочего и коммунистического движения, одна из основателей Коммунистической партии Германии, писательница, пламенный оратор и трибун. Находясь на левом крыле германской социал-демократии, Цеткин вместе с Р. Люксембург, Ф. Мерингом и К Либкнехтом принимала активное участие в борьбе с Э. Бернштсйном и другими оппортунистами. В годы мировой империалистической войны стояла на позициях революционного интернационализма, выступала против социал-шовинизма. В 1916 г. вошла в группу "Интернационал", а затем в "Союз Спартака". С 1919 г.- член Коммунистической партии Германии; была избрана в ЦК партии. На III конгрессе Коммунистического Интернационала избрана в Исполком Коминтерна, возглавляла его Международный женский секретариат. С 1924 г.- председатель Исполкома Международной организации помощи борцам революции (МОПР).- 120.

О НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКЕ

И НАШИХ ЗАДАЧАХ

(Доклад на собрании Московской организации 17 апреля 1925 г.)

Наступление временной стабилизации капитализма констатировал расширенный пленум Исполкома Коминтерна и XIV конференция РКП (б) (см.: КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК- 9-е изд. М., 1984, т. 3, с. 385). Стабилизация капитализма означала преодоление экономического кризиса первых послевоенных лет и спад революционного движения в европейских капиталистических странах.- 122.

Ленин В. И. О продовольственном налоге (Значение новой политики и се условия).- Поли. собр. соч., т. 43, с. 205-245.- 124.

См. там же, т. 43, с. 219, 220.- 125.

462

4"'

Тезис о взаимозависимости промышленности и сельского хозяйства, о значении крестьянского рынка для индустриального развития страны проходит через ряд произведений Н. И. Бухарина, посвященных экономической политике пар-тин ("Путь к социализму и рабоче-крестьянский союз", "Заметки экономиста" и др.).- 126.

Мизес (Mises) Людвиг фон (1881 - 1973) - американский экономист. Рассматривал государственное вмешательство в хозяйственную жизнь как нарушение естественного процесса экономического развития. Апологет капиталистического строя, который он провозглашал системой, соответствующей естественной природе человека.- 127.

Деструктивный - разрушительный. 127.

7 Постановку вопроса о рыночных отношениях сравни с брошюрой "Путь к социализму и рабочг-крестьинский союз" (см. с. 196 настоящего издания).- 128.

8 Н. И. Бухарин имеет в виду V конгресс Коммунистического Интернационала, проходивший в Москве летом 1924 г., на котором он выступил с докладом по программному вопросу. В разделе проекта "Низвержение буржуазии и борьба за коммунизм" намечались основные хозяйственные задачи на начальной стадии пролетарской диктатуры: "Пользуясь экономической силой крупной промышленности и транспорта, а также мощью государственного аппарата, необходимо так регулировать частное хозяйство и стимулы частнохозяйственной деятельности, чтобы в конечном счете обеспечить наиболее безболезненное преодоление этих форм. Самым важным здесь является приспособление к рынку и регулирование рыночных отношений. Через рыночные отношения и через конкурентную борьбу с отсталыми хозяйственными типами и ire-прерывно выделяемыми ими слоями новой буржуазии, торговцами, капиталистами и т. д., должен пролетариат обеспечить вытеснение этих хозяйственных форм" (см.: Пятый всемирный конгресс Коммунистического Интернационала. 17 июня -8 июля 1924 г.: Стенографический отчет. М.; Л., 1925, ч. 2, с 79_#0). В постановлении конгресса говорилось, что он "принимает выработанный программной комиссией проект за основу для дискуссии в секциях" (там же, с. 66). Программа Коминтерна окончательно была принята VI конгрессом Коминтерна (1928 г.) -128.

у Постановка И. И. Бухариным вопроса о двух планах у В. И. Лепима вызывала полемику в советской историографии. Некоторые историки, ссылаясь на выступление Н." К. Крупской на XIV съезде ВКП(б) (см.: XIV съезд Всесоюзной Коммунистической "партии (б), 18-31 декабря 1925 г. М.; Л" 1926, с. 160), подвергли сомнению это высказывание Бухарина. По несомненным является то, что с изменением обстановки менялись ленинские опенки роли кооперации и концессий в хозяйственном развитии страны. Поэтому высказанные Бухариным суждения заслуживают внимания.- 129.

10 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 43. с. 207.- 130. " Там же, с. 225.- 130.

12 Там же, т. 45, с. 375 (курсив П. И. Бухарина.- Ред.).- 131.

11 Там же, с. 376 (курсив II. И. Бухарина.- Ред.).- 131.

14 В 1921 - 1922 гг. действовало 9 концессионных договоров, в 1924-1925 гг. - 89 (см.: История СССР, 1959, № 4, с. 40). 132.

Поскольку лозунг "обогащайтесь" подвергался критике в печати, И И Бухарин в брошюре "Цезаризм под маской революции" писал: "Эта формулировка была, несомненно, ошибочной формулировкой того совершенно правильного положения, что партия должна держать путь на подъем благосостояния деревни" (Бухарин IL И, Цезаризм под маской революции. М , 1925, с. 35).- 136.

См.: Ленин В И Поли. собр. соч., т. 45. с. 363-368,369-377.- 139.

Утверждая, что колхозы "не являются столбовой дорогой к социализму", Н. И. Бухарин исходил прежде всего из опыта политики "военного коммунизма", когда лишь немногие коллективные хозяйства проявили себя в экономическом отношении как провозвестники будущего. Деятельность же большинства из них, напротив, показывала пример того, "как не надо хозяйничать" (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 43, с. 60) В декабре 1920 г. В. И. Ленин констатировал, что "вопрос о колхозах не стоит как очередной" (см. там же, т. 42, с. 180). В дальнейшем, к концу 20-х гг., Бухарин признал необходимость развертывания коллективизации сельского хозяйства, но он по-прежнему исходил из ленинских принципов кооперирования - хозяйственной заинтересованности и добровольности при вступлении в колхозы (см , например, "Политическое завещание Ленина", с. 429 настоящего издания).- 142.

В. И. Ленин в работе "Пролетарская революция и ренегат Каутский" указы вал, что на социалистическую революцию пролетариат шел "вместе с беднейшим крестьянством, вместе с полуиролетариатом, вместе со всеми эксплуатируемыми, против капитализма...". "Буржуазная революция была нами доведена до конца. Крестьянство шло за нами в целом" (Поли. собр. соч., т. 37, с. 311, 313).- /45.

ПУТЬ К СОЦИАЛИЗМУ И РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКИ И СОЮЗ. 1925 г.

Брошюра "Путь к социализму и рабоче-крестьянский союз" - одна из наибо лее известных работ Н. И. Бухарина по проблемам экономической политики Коммунистической партии, выдержавшая ряд изданий.- 146.

В 1925-1926 гг. на долю иностранных концессий приходилось 0.4% промышленной продукции страны. На долю частнокапиталистических предприятий, включая и арендованные, приходилось в том же году 3,6%. Более значительные позиции занимал частный капитал в розничной торговле, где на его долю приходилось 40,7% товарооборота, но и там он вытеснялся быстро растущими государственной и кооперативной торговлей-- 148.

Врангель П. Н. (1878- 1928) - генерал царской армии, барон, ярый монархист. В период иностранной военной интервенции и гражданской войны - ставленник англо-французских и американских империалистов; один из руководителей контрреволюции на Юге России. В апреле - ноябре 1920 г. был главнокомандующим белогвардейскими "вооруженными силами Юга России"; после разгрома их Красной Армией бежал за границу.- 163.

Сравни статью "Ленин как марксист" (см. с. 77-79 настоящего издания).- 174.

Постановка Н. И. Бухариным вопроса о возможности возникновения кулацких кооперативов и о неизбежности классовой борьбы на этой почве соответствовала политике партии, проводимой в середине 20-х гг. В решениях XIV конфереиции ВКП(б) (апрель 1925 г.) указывалось на необходимость предоставле ния всем слоям населения, занимающимся сельским хозяйством, права участия в кооперации, но в уставах кооперативов предлагалось предусмотреть пункты, гарантирующие недопущение в правления кооперативов явно кулацких элементов (см.: КПСС в резолюциях..., 1984, т. 3, с. 369).- 183.

6 Позже, на апрельском (1929 г.) Объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б), тезис о врастании кулацких кооперативных гнезд в советскую хозяйственную систему расценивался как проявление теории врастания капитализма в социализм и затухания классовой борьбы (смСталин И. В. Соч. М., 1952, т. 12, с. 28 29). В действительности Н. И. Бухарин рассматривал кулацкие кооперативы как элемент государственного капитализма в системе пролетарского государства (см.: XIV конференция РКП (б) Стенографический отчет. М.; Л., 1925, с. 187).- 184.

7 См.: Ленин В. И. Как нам реорганизовать Рабкрин (Предложение XII съезду партии).- Поли" собр соч., т. 45, с. 387.- 185.

8 Н. И. Бухарин последовательно отстаивал ленинскую концепцию о решающей роли товарно-денежных (рыночных) отношений в переходе к социализму. Но в вопросе о товарно-денежных отношениях при социализме он оставался па прежних позициях - их отмирания и замены прямым распределением продуктов. Подход к новому пониманию этой проблемы, намеченный В. И. Лениным в работе "О кооперации", согласно которому товарно-денежные отношения сохраняются и при социализме, стал достоянием советской экономической науки в более позднее время.- 197.

9 См. примечание № 17 к работе "Ленин как марксист" (с. 459 настоящего издания).- 228.

ДОКЛАД И А XXIII ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ ЛЕНИНГРАДСКОЙ ГУБЕРНСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ

ВКП(б) 10-11 февраля 1926 г.

1 XXIII Чрезвычайная Ленинградская губернская конференция ВКП(б) проходила 10-12 февраля 1926 г. Конференция осудила позицию ленинградской делегации н деятельность "новой оппозиции" на XIV съезде ВКП(б) как раскольническую и признала недопустимым поведение губкома, пытавшегося и после съезда вести фракционную борьбу. На конференции был избран новый секретариат губкома во главе с С. М. Кировым.- 231.

2 Имеется в виду период обострения внутрипартийных разногласий, когда группа руководящих работников Ленинградского губкома во главе с Г. Е. Зиновьевым выдвинула свою платформу по вопросам строительства социализма.- 231.

3 Ленин В. Я- Поли. собр. соч., т. 44, с. 228 (курсив Н. И. Бухарина Ред.).-234.

4 Там же, т. 45, с. 376 (курсив Н И. Бухарина. Ред.).-235.

5 Там же, т. 44, с. 78.- 235.

ь Зиновьев (Радомысльский) Г. Е. (1883-1936) -в партии состоял с 1901 г. После II съезда - большевик. Участник революции 1905-1907 гг. Партийную работу вел в Петербурге, от Петербургской организации участвовал в работе IV и V съездов партии. С V съезда РСДРП - член ЦК партии. С 1908 по апрель

1917 г. находился в эмиграции, входил в редакции газеты "Пролетарий" и ПО партии "Социал-демократ", участвовал в конгрессах и конференциях II Интернационала. После Февральской революции 1917 г вместе с В И. Лениным возвратился в Россию, входил в Петроградский Совет. В период подготовки и проведения Октябрьской социалистической революции проявил колебания, выступал против курса партии па вооруженное восстание. Опубликование Каменевым от своего имени и от имени Зиновьева в нолуменьшевистскон газете "Новая жизнь" заявления о несогласии с резолюцией ЦК о вооруженном восстании явилось на деле разглашением секретного решения партии.

После Октябрьской социалистической революции с декабря 1917 г.- председатель Петроградского Совета. В ноябре 1917 г. был сторонником создания однородного социалистического правительства с участием меньшевиков н эсеров, вышел из ЦК из-за несогласия с политикой партии в этом вопросе, но вскоре признал ошибку и был возвращен к руководящей работе. До 1926 г. возглавлял Петроградскую (Ленинградскую) партийную организацию. Член ЦК партии в 1907 1927 гг., член Политбюро в 1921 - 1926 гг. (кандидат в 1919 1921). В 1919-1926 гг.- председатель Исполкома Коминтерна. Член ВЦИК и ЦИК СССР В 1927 и 1932 гг. исключался из партии по обвинению во фракционной деятельности, но затем восстанавливался н ее рядах. В декабре 1934 г. вновь исключен из партии и привлечен к судебной ответственности. Был дважды осужден - сначала по делу так называемого "московского центра" (январь 1935 г.), а затем но делу так называемого "антисоветского объединенного троцкистско-зиповьевского блока" (август 1936 г.) Незаконно репрессирован. 13 июня 1988 г. пленум Верховного Суда СССР приговор по делу Зиновьева отменил.- 236.

В работе Г. Е, Зиновьева "Ленинизм" содержался тезис о невозможности построения полного социалистического общества в условиях капиталистического окружения, без победы мировой революции. Советский экономический строй характеризовался как своеобразный государственный капитализм в пролетарском государстве.- 236.

к Имеется в виду XIV съезд ВКП(б), который проходил 18-31 декабря 1925 г. в Москве. Порядок дня съезда: 1) Утверждение места работы съезда; 2) Политический отчет ЦК: 3) Организационный отчет ЦК, 4) Отчет Ревизионной комиссии; 5) Отчет ЦКК; 6) Отчет представительства РКП (6) в Исполкоме Коминтерна; 7) Очередные вопросы хозяйственного строительства; 8) О работе профсоюзов; 9) О работе комсомола; 10) Об изменении партийного Устава; II) Выборы в центральные учреждения партии. На одном из заседаний был заслушан доклад о советской внешней политике. Съезд провозгласил переход к социалистической индустриализации как к решающему звену в борьбе за переустройство советской экономики, за ускорение темпов социалистического строительства. Одобрил курс партии на обеспечение преимущественного развития тяжелой индустрии, быстрого роста производства средств производства, поручил ЦК крепить союз рабочего класса и крестьянства. Съезд подчеркнул, что борьба за победу социализма в СССР является главной задачей партии. На XIV съезде содокладчиком но Политическому отчету ЦК pi так иш зываемой "новой оппозиции", сложившейся накануне съезда, выступил Г. Е. Зиновьев

Съезд утвердил переименование РКП (б) во Всесоюзную коммунистическую партию (большевиков) и принял новый Устав партии.- 237.

См.: Ленин В. И. Как нам реорганизовать Рабкрин.- Поли. собр. соч., т. 15. с. 387,- 237.

10 Положение II. И. Бухарина об ослаблении классовой борьбы по мере успехов социалистических преобразований противоречил" выдвинутой в 3.0-4? гг. Сталиным концепции се обострения в процессе продвижения страЧг?! к социализму. 238

Н. И. Бухарин развивает мысли, высказанные им ранее в работе "Ленин как марксист" (см. с 80 81 настоящего издания). 243.

Каменев (Розенфельд) Л. Б. (1883 - 1936) - в партии состоял с 1901 г После II съезда РСДРП - большевик. Входил в редакции газет "Пролетарий" и "Правда". Революционную работу вел в Закавказье, в Москве. Участник Пер вой российской революции 1905 1907 гг. Являлся делегатом III и V съездов РСДРП.

После Февральской революции 1917 г.- один из редакторов "Правды", член Исполкома Петроградского Совета и ВЦИК, делегат VII (Апрельской) конференции, избравшей его в члены ЦК РСДРП (б). Выступал против курса на социалистическую революцию. Был делегатом VI съезда партии. 10 октября 1917 г. избран в состав Политического бюро ЦК, созданного для руководства восстанием. Однако в октябре 1917 г. опубликовал в полуменьшевистской газете "Новая жизнь" от своего имени и от имени Зиновьева заявление о несогласии с резолюцией ЦК о вооруженном восстании, что на деле явилось разглашением секретного решения партии. На II Всероссийском съезде Советов избран председателем ВЦИК. В ноябре 1917 г. был сторонником создания "однородного социалистического правительства" с участием меньшевиков и эсеров. По предложению В. И. Ленина был заменен на посту председателя ВЦИК Я. М. Свердловым. С марта 1919 г.- председатель Моссовета, с 1922 г.- заместитель В. И Ленина no СНК и СТО, с июля

1923 г.- первый заместитель председателя СНК СССР, после смерти Ленина - председатель СТО (до 1926 г.). В 1923-1926 гг.- директор института Ленина. С января 1926 г.- нарком торговли СССР. В 1927 и 1932 гг. исключался из партии по обвинению во фракционной деятельности, затем восстанавливался в ее рядах. В 1926-1927 гг. был полпредом СССР в Италии. С 1929 г.- председатель Главконцескома. В 1933 г. был назначен зав. издательством "Академия", в 1934 г. Л. Б. Каменев был назначен директором Института мировой литературы им. Горького. Член ЦК в 1917-1927 гг., член Политбю ро ЦК в 1919-1926 гг. (кандидат в 1926 г.). Член ВЦИК и ЦИК СССР.

20 декабря 1934 г. Каменев был вновь исключен из рядов ВКП(6) "как контрреволюционер". По фальсифицированным обвинениям Л. Б. Каменев в августе 1936 г. был незаконно репрессирован. 13 июня 1988 г. пленум Вер ховпого суда СССР приговор по делу Каменева отменил.- 245.

См.: XIV съезд Всесоюзной коммунистической партии (б), 18-31 декабря 1925 г.: Стенографический отчет. М.; Л., 1926, с. 257.-245.

Рудзутак Я- Э. (1887-1938) - видный деятель Коммунистической партии и Советского государства. Член партии с 1905 г. Активный участник Первой российской революции. В 1906 г.- член Рижского комитета партии. В 1907 г. был арестован и приговорен к десяти годам каторги, которую отбыл в Бутырской тюрьме. Освобожденный Февральской революцией, активно включился в революционную работу. После Октябрьской социалистической революции член президиума ВСНХ, председатель Ценгротекстиля, член Президиума и Генеральный секретарь ВЦСПС. С 1920 г.-член ЦК РКП(б). В 1921 -

1924 гг.-председатель Турккомиссии ВЦИК и СНК РСФСР, Туркбюро ЦК ВКП(б), затем возглавлял Средазбюро ПК РКП (б). Был членом советской делегации на Генуэзской конференции. В 1923-1924 гг.-секретарь ЦК РКП (б), в 1924-1930 гг.- нарком путей сообщения, с 1926 г.- зам. председателя СНК и СТО СССР. В 1932-1934 гг.-председатель ЦКК ВКП(б) и нарком РКИ СССР. С IX по XVII съезд избирался членом ЦК партии. В 1926- 1932 гг.- член Политбюро ЦК ВКП(б). С 1934 г.- кандидат в члены Политбюро ЦК- Член Президиума ВЦИК и ЦИК СССР. Необоснованно репрессирован. Посмертно реабилитирован.- 248.

15 Отмечая возможность обострения классовой борьбы, Н. И. Бухарин решительно отвергал курс на ее обострение ("О новой экономической политике и наших задачах" см. с. 144 настоящего издания).- 251.

16 Вардин И. В. (Мгеладзе) (1890-19*13) - в партии состоял с 1907 г. После Февральской революции 1917 г.- член Саратовского губкома РСДРП (б) и исполкома, редактор газеты "Социал-демократ" в Саратове. После победы Октябрьской революции - на партийной работе: член Саратовского губкома партии, начальник политотдела 1-й Конной армии, зав. подотделом печати ЦК РКП(б). В 1918 г., в дни борьбы за Брестский мир,-"левый коммунист". В 1927 г. исключен из партии. В 1930 г. восстановлен в правах члена партии, а в 1935 г. вновь исключен из партии, затем необоснованно репрессирован.- 253.

17 "Ленинградская правда" - газета, орган Ленинградского обкома и горкома КПСС, начала выходить с 16(3) марта 1918 г.- 253.

18 Чемберлен Остин (1863-1937) - государственный деятель Великобритании. В 1892 г.-член парламента, в 1919-Г921 гг.-министр финансов, в 1921 - 1922 гг.- министр без портфеля, в 1924-1929 гг.- министр иностранных дел. Вед борьбу за усиление сфер влияния Великобритании в Европе, за ремилитаризацию Германии, чтобы использовать ее военную мощь против СССР и в качестве противовеса Франции. Один из инициаторов разрыва дипломатических отношений с СССР в мае 1927 г., попыток организовать новую военную интервенцию против СССР.- 254.

19 XIV партийная конференция проходила 27-29 апреля 1925 г. в Москве. На конференции рассматривались важнейшие проблемы политической и хозяйственной жизни: партийно-организационные вопросы; о кооперации; о сельскохозяйственном налоге; о металлопромышленности; о расширенном пленуме ИККИ; о революционной законности. Главными в содержании всей работы конференции были вопросы о судьбах социализма в СССР. Был рассмотрен вопрос о двух сторонах проблемы победы социализма в СССР (внутренней и международной). Конференция решительно выступила против утверждения Л- Д. Троцкого о невозможности построения социализма в нашей стране без государственной помощи победившего европейского пролетариата.- 256.

2и X съезд РКП (б) состоялся 8-16 марта 1921 г. в Москве. В повестке дня съезда стояли следующие вопросы: 1) Отчет Центрального Комитета; 2) Отчет Контрольной комиссии; 3) Профессиональные союзы и их роль в хозяйственной жизни страны; 4) Социалистическая республика в капиталистическом окружении, внешняя торговля, концессии и пр.; 5) О иродработе, продразверстке и продналоге и вопрос о топливном кризисе; 6) Вопросы партийного строительства; 7) Очередные задачи партии в национальном вопросе; 8) Реорганизация армии и вопрос о милиции; 9) Главполитиросвет и агитационно-пропагандистская работа партии; 10) Доклад представителей РКП (б) в Коминтерне и его очередные задачи; II) Доклад членов РКП (б) в Межсоппрофс; 12) Выборы в Центральный Комитет, в Контрольную и Ревизионную комиссии.

Съезд принял решения по коренным вопросам политической и хозяйственной жизни страны. Его работой руководил В. И. Ленин. Съезд принял решение о замене продовольственной разверстки натуральным налогом, о переходе партии от полигики "военного коммунизма" к новой экономической политике, рассчитанной иа вовлечение многомиллионного крестьянства в строительство социализма, на построение экономического фундамента социалистического общества. Особое внимание съезд уделил вопросу единства партии. В принятой по предложению В. И. Ленина резолюции "О единстве партии" предписывалось распустить все фракционные группы. Были определены мероприятия по

468

23

расширению внутрипартийной демократии, перестройке деятельности партии в обстановке мирного социалистического строительства. Значительное место в работе съезда занял вопрос о роли профсоюзов в хозяйственном строительстве. Съезд одобрил ленинскую "платформу 10-ти" и принял резолюцию, в которой определялись роль и задачи профсоюзов как школы управления, школы хозяйствования, школы коммунизма, выдвигались меры по расширению профсоюзной демократии.

В решениях съезда по национальному вопросу была поставлена задача ликвидации фактического неравенства наций и осуждены националистические уклоны. - 261.

21 Ленин В. И. Пали. собр. соч., т. 35, с. 256-257.-26/.

2 См. примечание № 8, с. 476 настоящего издания.- 263.

Залуцкий П. А. (1887 -1937) - член партии с 1907 г. С конца 1916 г.- член Исполнительной комиссии Петербургского комитета и Русского бюро ЦК РСДРП (6). После Февральской революции 1917 г.-член Петросовета. Делегат VII (Апрельской) конференции и VI съезда РСДРП (б). В Октябрьские дни член Петроградского ВРК. Участник гражданской войны. С 1921 г.- на партийной и советской работе. Член ЦК партии в 1923-1925 гг (кандидат в 1920-1922 гг.) Член ВЦИК. В 1927 и 1934 гг. исключа лея из партии ио обвинению во фракционной деятельности. Незаконно репрессирован. Посмертно реабилитирован.- 263.

44 Крупская II. К. (1869-1939) - член партии с 1898 г. Соратник и жена В. И. Ленина. Революционную деятельность начала в марксистских студенческих кружках Петербурга; в 1895 г. вступила в петербургский "Союз борьбы за освобождение рабочего класса". Подвергалась репрессиям со стороны царского правительства, отбывала ссылку сначала в Шушенском, а затем в Уфе. В 1901 г. эмигрировала за границу, работала в'редакциях газет "Искра" и "Заря", была секретарем большевистских газет "Вперед" и "Пролетарий", работала в редакции ЦО - "Социал-демократе". В апреле 1917 г. вместе с В. И. Лениным вернулась в Россию. Вела работу в Секретариате и Бюро печати ЦК РСДРП (б). Делегат VII (Апрельской) конференции и VI съезда РСДРП (б). Выполняла поручения Ленина, находившегося на нелегальном положении. В Октябрьские дни 1917 г. работала в Выборгском райкоме пар-тин Петрограда. После Октября - член коллегии Народного комиссариата просвещения, с 1920 г.-председатель Главполнтпросвета, с 1929 г.-зам. наркома просвещения РСФСР. Автор многих трудов по вопросам народного образования, женского движения, истории партии, воспоминаний о В. И Ленине. С 1924 г.- член ЦКК, с 1927 г.- член ЦК ВКП(б); член ВЦИК, ЦИК СССР, член Президиума Верховного Совета СССР.- 264.

2* IV (Объединительный) съезд РСДРП состоялся 10-25 апреля (23 апреля - 8 мая) 1906 г. в Стокгольме. На нем формально объединились две части партии - большевики и меньшевики. На съезде численный перевес среди делегатов получили меньшевики, и это определило характер его решений по ряду вопросов стратегии и тактики по время Первой российской революции 1905 -190/ гг. Большевики, возглавляемые Лениным, вели на съезде последовательную борьбу против оппортунизма меньшевиков. Основным вопросом, вокруг которого разгорелась острая борьба, был вопрос о пересмотре аграрной программы. Большевистский проект программы был разработан В. И. Лениным. Большинством голосов на съезде была утверждена меньшевистская аграрная программа муниципализации земли с поправками, предложенными большевиками.- 264.

16 Н. И. Бухарин 469

Н. И. Бухарин имеет в виду выступление Н. К- Крупской иа XIV съезде ВКП(б) (см.: XIV съезд Всесоюзной коммунистической партии (б), 18-31 декабря 1925 г.: Стенографический отчет. М.. Л.. 1926. с. 158-159).- 264.

Фишер Рит {Э. Гольке) (1895-1961) - активная деятельница Компартии Германии' С 1924 г.- в руководстве КПГ и Коминтерна. Вместе с А Масловым выступала против тактики "единого фронта", проводила ультралевый курс, изолировавший КПГ от масс и политических союзников. Н. И. Бухарин резко критиковал левацкие ошибки Р. Фишер на VI и VII пленумах Коминтерна. В 1926 г. она была исключена из Компартии Германии, но продолжала пользоваться поддержкой со стороны оппозиционных групп в ВКП(б). После прихода фашизма к власти эмигрировала во Францию, а затем в США.- 265.

Киров (Костриков) С. М. (1886-1934) - видный партийный и государствен ный деятель, член партии с 1904 г. Активный участник трех российских революций. Вел революционную работу в Томске. Иркутске. Владикавказе Возглавлял борьбу за власть Советов на Северном Кавказе. Один из руководителей героической обороны Астрахани в 19Г9 г. и освобождении Кавказа от белогвардейцев. В 1921-1925 гг.-секретарь ЦК КП(б) Азербайджана, с 1926 г.- первый секретарь Ленинградского губкома (обкома) и Северо-Западного бюро ЦК ВК11(6); одновременно с 1934 г.- секретарь ЦК ВКП(б). Член ЦК партии с 1923 г. (кандидат с 1921 г.); член Политбюро с 1930 г. (кандидат с 1926 г.). Член ВЦИК, Президиума ЦИК СССР. Пал жертвой террористического акта 1 декабря 1934 г-266

Имеются в виду работы В. И. Ленина "Империализм, как высшая стадия капитализма" и Н. И. Бухарина "Мировое хозяйство и империализм".- 267.

Дзержинский Ф. Э. (1877-1926) - видный государственный и партийный деятель страны, член партии с 1895 г. Один из организаторов социал-демократии Польши и Литвы. Неоднократно арестовывался, более 1 1 лет провел "тюрьмах, на каторге и в ссылке С IV съезда партии (1906 г.) - член ПК РСДРП. После Февральской революции 1917 г. вел работу в Москве. Активный участник Октябрьской социалистической революции в Петрограде, делегат VII (Апрельской) конференции и VI съезда партии, член Петроградского Военно-революционного комитета и партийного Военно-революционного центра но руководству восстанием, созданного ЦК РСДРП (б) на заседании 16 (29) октября 1917 г. После Октября 1917 г.-председатель Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК). В начале 1918 г. некоторое время занимал ошибочную позицию по вопросу о заключении Брестского мира. В 1919 г. /1зержинекий - нарком внутренних дел, с 1921 г.- народный комиссар путей сообщения, с оставлением на постах председателя ВЧК и наркома внутренних дел. С 1924 г.- председатель Высшего Совета Народного Хозяйства СССР. С 1924 г.- кандидат в члены Политбюро ЦК и член Оргбюро ЦК партии.- 267.

1 Тезис о замедленных темпах продвижения к социализму в условиях капиталистического окружения развивается и в ряде других работ Н. И. Бухарина (см., например, "Путь к социализму", с. 227 настоящего издания).- 26Х.

2 /Сотое В. А. (1885-1942)-член партии с 1915 г. В 1918 г.-организатор отрядов особого назначения при Сокольническом райкоме г. Москвы. С 1919 г.- секретарь Сокольнического райкома. В 1919 г. участвовал в обороне Петрограда. С 1925 г.- секретарь МК. На XIV и XV съездах партии избирался членом ЦК ВКП(б). С 1928 г.- член коллегии Наркомтруда СССР и начальник Центрального управления социального страхования Наркомтруда СССР.

.J3

34

В 1933 1936 гг. заведующий бюро соцстраха ВЦСПС. С 1936 г.- управляющий I осотделстроя. Член ВЦИК и ЦИК. В 1936 г. незаконно репрессирован, посмертно реабилитирован.- 273.

Молотов (Скрябин) В. М. (1890-1986) - партийный и государственный деятель, член партии с 1906 г. Участник революции 1905-1907 гг. Во время Февральской революции - член Русского бюро ЦК партии. В Октябрьскую социалистическую революцию - член Петроградского ВРК- С 1919 г.-председатель Нижегородского губисполкома, секретарь Донецкого губкома РКП (б)

Г,*,ъ?пг;Гс?кр?т*рь ЦК КП(б) УкРаины В 1921-1930 гг.-секретарь ЦК ВКП(б). В 1930-1941 гг.- председатель СНК СССР. В 1941 - 1957 гг-

3,аМ-,феДСеДателя СИК (Совета Министров) СССР, одновременно, в 1941 -194о гг., зам. председателя ГКО. в 1939-1949 и 1953 - 1956 гг.- нарком, затем министр иностранных дел СССР С 1957 г.- посол в МНР. В 1960-1962 гг.-постоянный представитель СССР при Международном агентстве по атомной энергии. Член ЦК партии в 1921-1957 гг. (кандидат в 1920 г.); член Политбюро, Президиума ЦК КПСС в 1926-1957 гг. (кандидат с 1921 г.). Член ВЦИК, ЦИК СССР.

После XX съезда партии, в июне 1957 г., был выведен из состава ЦК КПСС. С 1962 г.-на пенсии.- 273.

Ворошилов К. Е. (1881 - 1969) - видный советский государственный и военный деятель. Член партии с 1903 г. Участник трех российских революций, гражданской воины в СССР. Один из организаторов и руководителей Красной Армии. С 1925 г.- нарком по военным и морским делам, председатель PRC СССР; с 1934 г.-нарком обороны СССР; с 1935 г.-Маршал Советского Союза; с 1940 г.-зам. председателя СНК СССР и председатель Комитета обороны при СНК СССР. В годы Великой Отечественной войны - член ГКО С 1946 г.-зам. председателя Совета Министров СССР. В 1953-1960 гг.- председатель Президиума Верховного Совета СССР. Член ЦК партии в 1921 - 1961 гг. и с 1966 г.; член Политбюро (Президиума) ЦК в 1926-1960 гг.- 273.

1

О ХАРАКТЕРЕ. ПАШЕЙ РЕВОЛЮЦИИ И ВОЗМОЖНОСТИ ПОБЕДОНОСНОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО

СТРОИТЕЛЬСТВА В СССР 1926 г.

Базаров В. (Руднев В. А.) (1874 1939) - философ, экономист. С конца 90-х гг. принимал участие в социал-демократическом движении. С 1904 г. член партии. В 1905-1907 гг. сотрудничал в ряде большевистских изданий, вместе с И. И. Скворцовым-Стснановым перевел на русский язык "Капитал" К. Маркса (т. 1-3, 1907- 1909 гг.) После поражения первой российской революции отошел от большевизма, пропагандировал "богостроительство" н эмпириокритицизм, был одним из главных представителей махистской ревизии марксизма. После Февральской революции 1917 г.- меньшевик-интернационалист, один из редакторов полу меньшевистской газеты "Новая жизнь". С 1921 г.- на работе в Госплане СССР. В последующие годы жизни занимался переводами художественной и философской литературы. В 1931 г. осужден по делу "контрреволюционной меньшевистской организации".- 277.

Маслов П. П. (Икс) (1867 -1946) - социал-демократ, экономист, автор работ по аграрному вопросу, в которых содержались попытки ревизовать марк сизм. После II съезда партии примкнул к меньшевикам, один из авторов меньшевистской программы муниципализации земли. В годы реакции и нового революционного подъемы ликвидатор, в период первой мировой войны социал-шовинист. После победы Октябрьской социалистической революции

отошел от активной политической деятельности. Занимался педагогической и научной работой. С 1929 г - академик.- 278.

См. работы В И Ленина: "О лозунге Соединенных Штатов Европы" (Полисов р. соч., т. 26, с. 351 355) и "Военная программа пролетарской революции" (там же, т. 30, с. 131- 143).- 280.

Кунов (Cunow) Генрих (1862 - 1936) - немецкий правый социал-демократ, историк и социолог. С 1917 по 1923 г.- редактор органа Германской сопи ал демократической партии "Die Neue Zeit". Примыкал к марксистам, затем выступил как ревизионист и фальсификатор марксизма. В. И. Ленин называл его "немецким апологетом империализма и аннексий" (см.: Поли. собр. соч., т. 27. с. 390).- 281

В И. Ленин в своих произведениях "Крах II Интернационала", "Империа лизм, как высшая стадия капитализма", "Государство и революция", "Пролетарская революция и ренегат Каутский" и ряде других подверг каутскианство уничтожающей критике.- 283.

Л ибер (Гольдман) М. И (1880-1937) -один из лидеров Бунда. После поражения первой российской революции - ликвидатор, в 1912 г.- активный деятель созданного Л. Д. Троцким Августовского блока. В период первой мировой войны - социал-шовинист. После Февральской революции 1917 г. член Исполкома Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, Президиума ВЦИК первого созыва. Занимал меньшевистскую позицию, был сторонником коалиционного правительствав Октябрьскую социалистическую революцию не принял Позже находился на хозяйственной работе. В 1937 г. был арестован и осужден.-'283.

Ленин В. И. Поли. собр. соч. т 40. с. 10 W. - 284.

Имеется в виду брошюра К. Каутского "Диктатура пролетариата", подвергнутая критике В И. Лениным в работе "Пролетарская революция и ренегат Каутский" (см.: Поли. собр. соч., т. 37, с. 237-338).- 288.

Бауэр Отто (1882 1938) -один из лидеров австрийской социал-демократии и II Интернационала. В конце жизни признал как положительный факт успехи социализма в СССР - 289.

Парвус (Гельфанд) А. Л. (1869 1924) - участник российского и германского социал-демократическою движения. Жил в Германии. После И съезда партии (1903 г.) - меньшевик. Проповедовал теорию перманентной революции, заимствованную Л. Д. Троцким. В первую мировую войну социал-шовинист. Позднее отошел от активной политической деятельности.- 290.

Шгребель Генрих (1869 -1945) -немецкий социал-демократ, центрист. В 1905-1916 гг.- член редакции центрального органа Германской социал демократической партии "Vorwarts" ("Вперед"). В начале первой мировой войны выступал против социал-шовинизма и империалистической войны, примыкал к левой группе "Интернационал". В 1916 г. перегнел на позиции каутскианства. В 1917 г. один из организаторов Независимой социал-демократической партии Германии. В 1918-1919 п. входил в состав прусского правительства. В 1919 г. вернулся в социал-демократическую партию, а в 1931 г. вышел из нее, будучи не согласен с политикой партийного руководства. С 1922 г.- депутат германского рейхстага. Выступал с резкими напалками на ВКП(б) и СССР - 290.

12 Далин Д. Ю. (1889-1962) - философ. В 1921 г. выехал из СССР в Европу, в 1940 г.- в США. Профессор Пенсильванского университета. Один из теоретиков меньшевизма, автор ряда книг о Советском Союзе. Противник Коммунистической партии и СССР.- 293.

1,1 Чернов 11. /VI. (1876-1952) -один из лидеров и теоретиков партии эсеров. В 1902-1905 гг.- редактор центрального органа эсеров газеты "Революционная Россия". Выступал против марксизма, пытаясь доказать неприемлемость теории К- Маркса к практике развития сельского хозяйства. В 1917 г.- министр земледелия в буржуазном Временном правительстве. После победы Октябрьской социалистической революции - один из вдохновителей н организаторов антисоветских мятежей. В 1920 г., эмигрировав за границу, продолжал вести активную антисоветскую деятельность. - 204.

4 См.. Седьмая (Апрельская) Всероссийская конференция РСДРП (большевиков): Протоколы. М.. 1958, с. 64- 65, 67 78. 78 86.- 297.

15 Имеется в виду письмо Г. Е. Зиновьева и Л. Б. Каменева в газету "Новая жизнь" в октябре 1917 г.. в котором они выразили свое несогласие с готовившимся вооруженным восстанием, и их заявление о выходе из ЦК в ноябре 1917 г. в связи с отказом Центрального Комитета принять их требования о создании коалиционного правительства с участием соглашательских партий. Тогда же несколько членов Совнаркома по той же причине вышли из его состава.- 299.

Шляпников А. Г. (1885-1937) в партии состоял с 1901 г. Активный участник трех российских революций. Партийную работу вел в Сормове, Муроме Петербурге, Москве. В 1914 г. по поручению ЦК РСДРП вел в Стокгольме работу по установлению связей между Заграничным бюро ЦК и русской частью ЦК и ПК.

После Февральской революции 1917 г. - член Петербургского комитета РСДРП (б). Исполкома Петроградского Совета рабочих и'солдатских депутатов, председатель Петроградского союза металлистов. После Октябрьской социалистической революции - нарком труда в первом советском правительстве. В годы гражданской войны - председатель РВС Касиийско-Кавказского фронта, член РВС Южного фронта, чрезвычайный уполномоченный но продовольственному делу на Юге России. Затем находился на профсоюзной и хозяйственной работе. В 1920 - 1922 гг. - лидер "рабочей оппозиции". В 1933 г., во время чистки партии, был исключен из рядов ВКП(б). Незаконно репрессирован. Посмертно реабилитирован.- 299.

17 Леей (Levi) (Гарпигейн) Пауль (1883 -1930) - немецкий социал-демократ, адвокат. Участник Циммервальдекой конференции (1915), член швейцарской группы циммервальдских левых, входил в "Союз Спартака". Па Учредительном съезде Коммунистической партии Германии был избран в состав ЦК КПГ. Делегат 11 конгресса Коминтерна. В 1920 г.- депутат рейхстага от КПГ. В КПГ занимал крайне правую позицию. В феврале 1921 г. вышел из ЦК КПГ, а в апреле был исключен из компартии за антипартийную фракционную деятельность. Позднее вернулся в социал-демократическую партию.- 303.

,я И. И. Бухарин имеет в виду брошюру Р. Люксембург "Die russische Revolution. Eine kritisehe Wurdigung. Aus dem Nachlafi von Rosa Luxemburg. P. Люксембург писала ее в 1918 г. в тюрьме, не имея полной информации о положении дел в Советской России, что выразилось в ее неверных оценках тактики большевиков.- 303.

19

См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 43, с. 58.-504.

5,1 Ленин В. И Поли. собр. соч., т. 26, с. 354-355.-305.

21 Ленин В И. Поли. собр. соч., т. 45, с. 370 (курсив Н. И. Бухарина.- Ред.) 305.

22 Там жс\ - 305.

23

24

25

27

Там же, с. 376 (курсив И И. Бухарина.- Ред.).- 306.

Книга "Азбука коммунизма" написана Н. И. Бухариным в соавторстве с Е. А. Преображенским. Впервые издана в 1919 г. Неоднократно переиздавалась.- 307.

Смилга И. Т. (1892 1 938) - член партии с 1907 г. После Октябрьской социалистической революции - уполномоченный СНК РСФСР в Финляндии, член Реввоенсовета 3-й армии, Восточного. Юго-Западного и других фронтов. Член ЦК РКП(б) с 1917 г. С 1921 по 1923 г.-зам. председателя ВСНХ и начальник Главного управления по топливу. В 1923-1927 гг., в период обострения внутрипартийной борьбы, сторонник Л. Д. Троцкого. В 1927 г. исключен из партии В 1930 г. восстановлен в партии. Впоследствии был вновь исключен из партии. Незаконно репрессирован. Реабилитирован посмертно. 308.

Слепков Л //. (1899 1937) - с 1921 г. слушатель исторического отделения ИКП, в 1924 1928 гг.-член редколлегии журнала "Большевик", в 1928 г.- член редколлегии "Правды". Работал ответственным инструктором ЦК ВКП(б) и в секретариате Исполкома Коминтерна. Разделял и пропагандировал взгляды Н. И. Бухарина. Незаконно репрессирован. Реабилитирован посмертно.- 309.

Гильфердинг Рудольф (1877-1941) -один из оппортунистических лидеров германской социал-демократии и II Интернационала, теоретик "австромарк-сизма". С 1907 по 1915 г.- редактор центрального органа Германской социал-демократической партии газеты "Vorwarts" ("Вперед"). В 1910 г. опубликовал работу "Финансовый капитал", сыгравшую определенную положительную роль в исследовании проблем империализма. В годы первой мировой войны - центрист, отстаивал единство с социал империалистами. Позже выступал как теоретик "организованного государственно-монополистического капитализма". С 1917 г.- лидер Независимой социал-демократической партии Германии. Неоднократно входил в состав буржуазного правительства Веймарской республики.- 312.

См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 34, с. 422.-3/3.

2а Имеется в виду "заявление 46-ти", с которым выступили осенью 1923 г, участ ннки ранее существовавших оппозиционных групп - "децисты", "левые комму нисты", троцкисты, а также ряд коммунистов, считавших настоятельно необходимым обсудить положение в партии.- -313.

ПАРТИЯ И ОППОЗИЦИЯ ПА ПОРОГЕ

XV ПАРТ СЪЕЗД А

Доклад на собрании актива Ленинградской организации ВКП(б)

26 октября 1927 г.

1 Имеется в виду Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП(б) (21-23 октября 1927 г.). одобривший тезисы докладов на XV съезде партии "О директивах по составлению пятилетнего плана народного хозяйства" и "О работе в деревне", принявший решение о начале предсъездовской внутрипартийной дискуссии. Пленум постановил исключить Зиновьева и Троцкого из состава ЦК ВКП(б) за продолжение фракционной деятельности.- 315.

* XV съезд ВКП(б) проходил 2- 19 декабря 1927 г. в Москве. В порядке дня съезда стояли следующие вопросы: I) Отчет Центрального Комитета; 2) Отчет Центральной Ревизионной Комиссии; 3) Отчет ЦКК-РКИ; 4) Отчет делегации ВКП(б) в Коминтерне; 5) Директивы но составлению пятилетнего плана развития народного хозяйства; 6) О работе в деревне; 7) Выборы центральных учреждений партии. Съезд признал первоочередной задачей партии переход в земледелии к крупному социалистическому производству, базирующемуся на новой технике, разработал директивы но составлению первого пятилетнего плана развития народного хозяйства, обратил внимание на укрепление единства партии, подвел итоги многолетней борьбы против троцкизма. XV съезд ВКП(б) вошел в историю как важный рубеж в подготовке наступления социализма по всему фронту.- 3/5.

J Имеется в виду контрреволюционный мятеж в Грузни, вспыхнувший 28 августа 1924 г. Он был спровоцирован меньшевиками, воспользовавшимися недовольством крестьян, вызванным серьезными ошибками и перегибами партийных и советских органов при проведении аграрной реформы, налоговой политики и антирелигиозных мероприятий.- 318.

4 Имеется в виду, в частности, заявление Л. Б. Каменева на XIV съезде ВКП(б). что "не мы "регульнули" мужика в этом (1925.- Ред.) году, а мужичок "ре-гульнул" нас" (см.: XIV съезд Всесоюзной коммунистической партии (б): Стенографический отчет. М.; Л., 1926, с. 263).- 320.

Радек К. Б. (1885- 1939) - принимал участие в социал-демократическом движении Галиции, Польши и Германии с начала 900-х гг. В годы первой мировой войны стоял на интернационалистских позициях, проявляя, однако, колебания в сторону центризма; занимал ошибочную позицию по вопросу о праве наций на самоопределение. В большевистской "партии с 1917 г. После Октябрьской социалистической революции работал в Наркомате иностранных дел, был секретарем Исполкома Коминтерна. На VIII-XII съездах РКП(б) избирался членом ЦК партии. В 1918 г.-"левый коммунист"; с 1923 г.--активный участник троцкистской оппозиции, В 1927 г. был исключен из партии. В 1929 г. был восстановлен в партии, в 1936 г. был снова исключен из ВКП(б). 30 января 1937 г. был осужден ио делу так называемого "параллельного антисоветского троцкистского центра".' Незаконно репрессирован. 13 июня 1988 г. пленум Верховного суда СССР приговор ио делу Радека отменил.- 320.

6 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 20, с. 112.- 322.

7 Центральная Контрольная Комиссия ВКП(б) (ЦКК ВКП(б)) - высший контрольный орган партии в 1920-1934 гг. Первоначальное название Контрольная

Комиссия РКП (6), с X съезда РКП (б) - Центральная Контрольная Комиссия РКП (б). Избиралась съездом партии.- 323.

"Термидор" - контрреволюционный переворот 27-28 июля 1794 г. во Франции, приведший к падению революционно-демократической якобинской диктатуры В нарицательном смысле употреблялся оппозицией с целью обвинения партии в перерождении.

См. также с. 263 настоящего издания.- 324.

9 Н. И. Бухарин цитирует по изданию: Ленин 11. (Ульянов В.) Собрание сочинений. М.: Госиздат, 1924. т. XVIII, ч. I.e. 225 (см.: Поли. собр. соч., т. 43, с 233).- 324.

См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч.. т. 43, с. 382.- 326.

Имеется в виду доклад Н. И. Бухарина на 7-м московском губернском съезде профсоюзов (см.: Правда, 1927. 16, 18 октября).- 328.

ПОП - новый обман пролетариата. Так преобразовали слово нэп враги партии.- 329.

13 Имеется в виду первый пятилетний план развития народного хозяйства (1929- 1932 гг.), который был разработан на основе директив XV съезда ВКП(б) (1927 г.) и утвержден 5-м Всесоюзным съездом Советов (1929 г.). Главная задача пятилетки состояла в построении фундамента социалистической экономики, дальнейшем вытеснении капиталистических элементов города и деревни, в укреплении обороноспособности страны.- 330.

II

ы

19

См. примечание 1.- 330.

Имеется в виду Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП(б), проходивший 29 июля - 9 августа 1927 г. в Москве. Пленум обсудил вопросы международной политики, хозяйственного строительства и внутрипартийной жизни.- 331.

16 В брошюру Л. Д. Троцкого "Новый курс" (1923 г.) вошел ряд его статей. Она была распространена накануне XIII партконференции.- 343.

17 Сменовеховство - общественно политическое течение, возникшее в 1921 г. в связи с переходом к нэпу Характеристика дана в резолюции XII Всероссийской конференции РКП (б) (август 1922 г.) "Об антисоветских партиях и течениях" (см.: КПСС в резолюциях..., т. 2, с. 590).- 344.

См. примечание 1.- 345.

Речь идет о юбилейной сессии ЦИК СССР, посвященной 10-летию Великой Октябрьской социалистической революции, проходившей 15-20 октября 1927 г. в Ленинграде.- 345.

Маслов А. (Чемеринский И.) (1891-1941) - один из лидеров группы "ультралевых" в Коммунистической партии Германии. С 1921 г. возглавлял так называемую берлинскую оппозицию, которая в 1924 г. захватила руководство в ЦК КПГ. На V конгрессе Коминтерна избран кандидатом в члены ИККИ В конце 1925 г. был снят с руководящих постов за фракционную и раскольническую деятельность и исключен из КПГ и Коминтерна. Впоследствии отошел от политической деятельности.- 346.

21 Ломинадзе В. В. (1897-1935) - советский государственный и партийный деятель, член КПСС с 1917 г. После Февральской революции 1917 г. работал в Военной организации Петербургского комитета РСДРП (б), затем секретарем Кутаисского комитета партии. В 1918-1919 гг.- председатель Тбилисского комитета; в 1919-1920 гг.- член Бакинского комитета РКП(б); член ЦК КП(б) Азербайджана. В 1920-1921 гг.-член бюро Орловского губкома партии. В 1922-1924 гг.-секретарь ЦК КП(б) Грузии. В 1925-1926 гг. секретарь исполкома КИМ. В 1930 г.- первый секретарь Заккрайкома ВКП(б). В 1930-1935 гг. секретарь Магнитогорского горкома партии. В 1925- 1927 гг.- кандидат в члены ЦК, в 1930 г.- член ЦК партии. В декабре 1930 г. выведен из состава ЦК ВКП(б). Покончил жизнь самоубийством.- 346.

22 Гинденбург Пауль (1847-1934) - главнокомандующий германскими войсками в первую мировую войну, затем президент Германской республики.- 346.

23 См.; КПСС в резолюциях..., 1984, т. 3, с. 429.- 347.

24 Имеется в виду выступление И. Т. Смилги на Объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б). состоявшемся 21-23 октября 1927 г. в Москве.- 347.

25 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 45, с. 369.- 349.

26 Там же, с. 375.- 349.

27 Там же.- 349.

28 Там же, с. 376 (курсив П. И. Бухарина.- Ред.).~ 349.

29 Там же (курсив Н. И. Бухарина.- Ред.).- 349.

30 Гоминьдан (национальная партия), политическая партия в Китае. Создана в 1912 г. До 1927 г. играла прогрессивную роль, затем превратилась в правящую партию буржуазно-помещичьей реакции, связанной с иностранным империализмом. Власть гоминьдана была свергнута китайским народом в 1949 г. После 1949 г. существует тайваньский гоминьдан.- 352.

51 Имеется в виду Манифест "Ко всем рабочим, трудящимся, крестьянам и красноармейцам СССР. К пролетариям всех стран и угнетенным народам мира", принятый Юбилейной сессией ЦИК СССР 15-20 октября 1927 г. в Ленинграде. Манифест объявил о переходе производственных фабрично-заводских рабочих на протяжении ближайших лет от 8-часового рабочего дня к 7-часовому. 2 января 1929 г. ЦИК и СНК СССР приняли постановление о 7-часовом рабочем дне.- 353.

"Августовский блок". Имеется в виду созданное Троцким объединение ревизионистских группировок в 1912 г., название которого стало нарицательным для беспринципных соглашений.- 353.

га Масловская группа в Германии - группа "ультралевых", одним из лидеров которой был А". Маслов (см. примечание 20). Выступала против тактики единого фронта.- 353.

34 Корш Карл (1886-1961) - философ и публицист. В 1920 г. вступил в КПГ. был депутатом рейхстага. Занимал ультралевые позиции по вопросу о партийной тактике и отношении к союзникам рабочего класса. Выступал с критикой Советского Союза за отказ от подталкивания мировой революции. В 1928 г. исключен из КПГ, продолжал свою оппозиционную деятельность.- 297. 354.

*5 Бордига (Bordiga) Амадео (1889-1970) -итальянский социалист. В 1921 г. один из основателей и лидер Итальянской Коммунистической партии. Проводил сектантскую политику, угрожавшую отрывом ИКП от масс. В 1923 г. отстранен от руководства, в 1930 г. исключен из ИКП.- 354.

10 Мрофннтерн - Красный Интернационал профсоюзов, международное объединение революционных профсоюзов в 1921-1937 гг. Состоялось пять конгрессов (в Москве). В соответствии с линией VII конгресса Коминтерна (1935 г.) содействовал объединению профдвижения ряда стран.- 354.

*7 Фрей Йозеф (1882-1957)-один из основателей Австрийской компартии, исключен из нее в 1927 г.- 354.

т Роланд-Гольст Генриэтта (Roland Holsl) (1869 1952) -голландская социалистка, писательница. Работала по организации женских союзов, примыкала к левому крылу голландских социал-демократов, оформившихся в 1909 г. в Социал-демократическую партию Голландии. В начале первой мировой войны занимала центристскую позицию, затем примкнула к интернационалистам; участвовала в издании теоретического органа Циммервальдской левой - журнала "Vorbote" ("Предвестник"). В 1918-1927 гг.-член Коммунистической партии Голландии, принимала участие в работе Коминтерна. В 1927 г. вышла из компартии; в дальнейшем встала на позиции христианского социализма.- 355.

Суварин (Souvarine) Борис (1895-1984) - французский социалист, журналист. В годы первой мировой войны - центрист, сторонник Л. Д. Троцкого. В 1921 г. вошел в Коммунистическую партию Франции, из которой исключен в 1924 г. за троцкистскую деятельность.- 355.

10 Муссолини Бенито (1883-1945) -фашистский диктатор Италии в 1922- 1943 гг. Политическую карьеру начал в социалистической партии, из которой был исключен в 1914 г. В 1919 г. основал фашистскую партию. В 1922 г. при содействии монополий, монархии и Ватикана захватил власть и установил фашистскую диктатуру, В 1945 г. казнен итальянскими партизанами.- 355.

41 Хорти Миклош (1868-1957) - фашистский диктатор Венгрии в 1920-1944 гг., контр-адмирал. Участник подавления Которского восстания в 1918 г., Венгерской советской республики в 1919 г. В 1941 г. вверг страну в войну против СССР на стороне фашистской Германии. В октябре 1944 г. передал власть Ф. Сала-ши и бежал за границу.- 355.

42 Имеется в виду поведение Г. Е. Зиновьева и Л. Б. Каменева в Октябре 1917 г., когда они выступили против вооруженного восстания и выдали срок его проведения.- 356.

43 Имеется в виду заявление нескольких народных комиссаров из первого советского правительства, объявивших в ноябре 1917 г. о своей отставке ввиду отказа ЦК партии принять требование соглашательских партий о создании так называемого однородного социалистического правительства.- 356.

44 ГПУ (Государственное политическое управление при НКВД РСФСР) -орган по охране государственной безопасности в 1922-1923 гг., созданное на основе

ВЧК. Преобразован в ОГПУ (Объединенное государственное политическое управление).- 357.

45 Преторианцы - в Древнем Риме первоначально охрана полководцев, затем императорская гвардия; участвовали в дворцовых переворотах. В переносном смысле - наемные войска, служившие опорой власти, основанной на грубой силе.- 358.

46 Н. И. Бухарин цитирует по изданию: Десятый съезд Российской Коммунистической партии: Стенографический отчет (8-16 марта 1921 г.). М.: Госиздат, 1921, с. 309. Имеются разночтения с текстом В. И. Ленина, вошедшим в Полное собрание сочинений, изд. 5 (см.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 43, с. 90).- 361.

47 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 43, с. 90-91.-367.

48 Пилсудский Юзеф (1867-1935) -маршал, деятель правого крыла Польской социалистической партии (ППС). С 1906 г.- руководитель ППС-революционной фракции. В 1920 г. руководил военными действиями против Советской России. В 1926 1928, 1930 гг.- премьер-министр Польши.- 363.

49 Под "героями" Ярославского вокзала иронически понимаются участники троцкистской демонстрации, устроенной 9 июня 1927 т.-364.

60 Ллойд-Джордж Дэвид (1865-1945) - премьер-министр Великобритании в 1916 - 1922 гг.; один из крупнейших лидеров Либеральной партии. В 1905- 1908 гг. - министр торговли, в 1908-1915 гг.-министр финансов. Один из организаторов антисоветской интервенции. Осознав ее бесперспективность, выступил за установление контактов с Советской Россией,- 364.

51 Л. Б. Каменев, преувеличивавший кулацкую опасность, явно завышал данные об удельном весе кулачества.- 365.

52 Абрамович Рафаил (Рейн Р. А.) (1880 -1963) - один из лидеров Бунда. В годы реакции и нового революционного подъема - ликвидатор. Во время первой мировой войны - центрист. В 1917 г., вернувшись из-за границы в Россию, примкнул к правому крылу меньшевиков-интернационалистов. После победы Октября боролся против Советской власти, отстаивал создание коалиционного правительства с участием меньшевиков и эсеров, выступал против заключения Брестского мира. В 1920 г. эмигрировал в Германию. Издавал вместе с Мартовым в Берлине "Социалистический вестник". В 1923 г.- один из организаторов и член бюро исполкома оппортунистического объединенного (11) Социалистического Интернационала. В 30-х гг. переехал в США, где сотрудничал в правосоциалистической еврейской газете "Vorwarts" ("Вперед").- 366.

ЛЕНИНИЗМ И ПРОБЛЕМА КУЛЬТУРНОЙ РЕВОЛЮЦИИ

(Речь на траурном заседании памяти В. И. Ленина)

21 января 1928 г.

1 Бердяев И. А. (1874- 1948) - русский философ-идеалист. От легального марксизма, который пытался сочетать с неокантианством, перешел к богоискательству, к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма, персонализма. Автор работ по философии, истории, социальной философии и яр. В 1922 г. выслан за границу, где основал религиозно-философский журнал "Путь", выходивший в Париже в 1925-1940 гг.-369.

2 Гейне (Heine) Генрих (1797-1856) - немецкий поэт и публицист, выдаю щийся мастер лирической и политической поэзии.- 370.

8 Брюсов В. Я. (1885 1924) - русский советский поэт, член партии с 1920 г. Основоположник русского символизма После Октябрьской революции 1917 г. активно включился в строительство советской культуры.- 371.

4 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 45, с 376 (курсив R И. Бухарина - Ред.).- 375.

5 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 38, с. 165-166: "Мы превосходно знаем, что значит культурная неразвитость России, как эта некультурность принижает Советскую власть и воссоздает бюрократию. Советский аппарат на словах доступен всем трудящимся, на деле же он далеко не всем им доступен, как мы все это знаем. И вовсе не потому, чтобы этому мешали законы, как мо было при буржуазии: наши законы наоборот, этому помогают. Но одних законов тут мало. Необходима масса работы воспитательной, организационной, культурной - чего нельзя сделать быстро законом, что требует громадной длительной работы".- 376.

f} Имеются в виду в первую очередь теоретики и пропагандисты особой "пролетарской культуры" А. А. Богданов, В. Ф. Плетнев и их последователи. Нигилистическое отрицание культурного наследия, сепаратизм лидеров и идеологов Пролеткульта неоднократно критиковали В. И. Ленин, ЦК РКП(б), как теоретически неверные и практически вредные.- 377.

См.: Ленин В. И. Ноли, собр соч., т. 38, с. 55: "...трудящиеся обьединены так, чтобы весом своего массового объединения раздавить капитализм. Они его и раздавили. Но от раздавленного капитализма сыт не будешь. Нужно взять всю культуру, которую капитализм оставил, и из нее построить социа лизм. Нужно взять всю науку, технику, все знания, искусство. Без этого мы жизнь коммунистического общества построить не можем. А эта наука, техника, искусство - в руках специалистов и в их головах".- 378.

8 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 45, с. 96, 97. -378.

4 Ленин В. И Поли. собр. соч., т. 45, с. 377 (курсив Н. И. Бухарина.- Ред.) - 379.

10 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 45, с. 287.-380.

11 Шацкий С. Г. (1878-1934) - советский педагог, член партии с 1928 г. После Октябрьской революции 1917 г возглавил Первую опытную станцию по на родному образованию Наркомпроса РСФСР. Она была комплексом научно-исследовательских педагогических учреждений, детских садов, школ, внешкольных учреждений для детей и культурно-просветительных - дли взрослых. В ней разрабатывались и практически проверялись методы организации коммунистического воспитания. Особое внимание уделялось соединению обучения и общественно полезного труда. В 1929 1934 гг Шацкий был членом коллегии Наркомпроса РСФСР, в 1932-1934 гг. руководил Центральной экспериментальной лабораторией Наркомпроса РСФСР и одновременно был директором Московской консерватории. - 380.

Устрялов И. В. (псевд. //. Сурмин) (1890-1938) - русский политический деятель, юрист и публицист, видный деятель кадетов, один из идеологов сменовеховства. В 1916-1918 гг. приват-доцент Московского и Пермского университетов После разгрома колчаковщины - эмигрант. В 1920 г. выдвинул программу "смены вех": Устрялов рассчитывал на буржуазное перерождение советского строя. В публицистических работах выступал против фашизма.

В 1920 1 934 гг.- профессор Харбинского университета. В 1935 г. вернулся в Советский Союз. Был профессором Московского института инженеров транспорта. В 1937 г. был осужден по обвинению в антисоветской деятельности.- 383.

Вольтер (Voltaire) (наст, имя - Франсуа Мари Аруэ) (1694-1778) - французский философ, писатель, публицист. Одни из представителей Просвещения XVIII в. В философских, художественных, публицистических произведениях подвергал всесторонней критике феодальные отношения, деспотическую форму правления, феодально-клерикальное мировоззрение. Принимал участие в создании французской "Энциклопедии" XVIII в., редакторами которой были Дидро и Д'Аламбер. Вольтер проявлял большой интерес к истории и культуре России.

* II. И. Бухарин привел высказывание героя произведения Вольтера "Кандид".- 389.

Верхарн (Verhaeren) Эмиль (1855-1916) бельгийский ноэт, драматург и критик. Глубокий и своеобразный лирик, одновременно реалист и символист. В некоторых произведениях Верхарн высказывается как социалист и сторонник революции.- 390.

ЗАМЕТКИ ЭКОНОМИСТА

К началу нового хозяйственного года. 1928 г.

Работа "Заметки экономиста" была впервые опубликована в газете "Правда" 30 сентября 1928 г. На заседании Политбюро было указано, что редакция "Правды" не должна была публиковать эту статью без ведома Политбюро. Тем самым подчеркивалось, что "Заметки экономиста" расходятся с позицией большинства членов Политбюро.-#9/.

Made in Riga - "сделано в Риге" - иронически о газетных "утках", распространяемых в то время из Риги.- 393.

Туган-Барановский М. И. (1865-1919) -русский буржуазный экономист, в 90-х гг. видный представитель "легального марксизма". В период революции 1905 1907 гг_- член партии кадетов. После Октябрьской революции 1917 г.- активный деятель контрреволюции на Украине, министр финансов буржуазной Украинской Центральной рады.- 395.

"К вопросу о троцкизме" (М.; Л.: Госиздат, 1925) - сборник работ Н. И. Бухарина, касающихся его полемики с троцкистами.- 397.

Это положение ранее обосновывалось Н. И. Бухариным в работе "Новая экономическая политика и паши задачи".- 399

b Имеется r виду Пленум ЦК BKII(G). состоявшийся 4 -12 июля 1928 г. в Москве и рассмотревший вопросы: 1) Вопросы Коминтерна; 2) Программа Коминтерна; 3) Политика хлебозаготовок; 4) Об организации новых (зерновых) совхозов; 5) Об улучшении подготовки новых специалистов (втузы).- 400.

XII съезд РКП(б) проходил 17-25 апреля 1923 г. Это был первый съезд партии после Октября, иа котором В. И. Ленин не присутствовал из-за болезни. Однако как подготовка к съезду, так и сам съезд проходили под знаком осуществления предложений Ленина, содержащихся в его последних письмах и статьях, в которых была дана развернутая программа построения социализма. В порядке дня съезда стояли следующие вопросы: I) Отчеты ЦК: а) политический, б) организационный; 2) Отчет Ревизионной Комиссии, 3) Отчет ЦКК; 4) Отчет российского представительства в Исполкоме Комин терна; 5) О Промышленности; 6) Национальные моменты и партийном п государственном строительстве; 7) Налоговая политика в деревне; 8) О районировании; 9) Выборы центральных органов партии.

Съезд подытожил двухлетний опыт осуществления новой экономической полигики и на основе ленинского плана строительства социализма определил пути развития народного хозяйства страны, укрепления партии и Советского государства.

Съезд подтвердил ленинскую линию на обеспечение единства партийных рядов. Он указал на необходимость быстрейигего создания тяжелой индустрии как фундамента социалистического строительства, на неразрывную связь подъема промышленности и сельского хозяйства.

Съезд высказался против предложений Л. Д Троцкого о развитии нн дустрни за счет эксплуатации и разорения крестьян и о свертывании тяжелой индустрии под предлогом ее убыточности н невыгодности, которые съезд квалифицировал как подрыв диктатуры пролетариата и союза рабочего класса и крестьянства.

Съезд подтвердил незыблемость монополии внешней торговли, определил конкретные пути подъема крестьянского хозяйства, политическою и экономического укрепления социалистических начал на селе. В решениях по национальному вопросу были намечены меры по ликвидации фактического неравенства между пародами нашей страны.

На основании предложений В И. Ленина о реорганизации РКИ съезд принял решение создать объединенный партийно-советский контроль - ЦКК - РКИ, возложив на него обязанность охраны единства партии, укрепления партийной и государственной дисциплины, отстаивания социалистической законности, всемерного совершенствования государственного аппарата.

На съезде обсуждались гакже вопросы, связанные с идеологической, массово-политической работой.- 400.

* На XII съезде была отвергнута отстаиваемая Л. Д. Троцким идея о "диктатуре промышленности" над сельским хозяйством, которая, ио существу, являлась требованием развивать промышленность за счет с верх эксплуатации крестьянства.- 400.

Имеется в виду закон стоимости.- 405.

Пятнадцатый съезд ВКМ(б). Декабрь 1927 г.: Стенографический отчет. М.. 1962, т. 2, с 1444. 409.

" Пятнадцатый съезд ВКП(б). Декабрь 1927 г.: Стенографический отчет, т. 2, с. 1443.- 410.

В оригинале:

"Ходить бывает склизко По камешкам иным Итак, о том, что близко Мы лучше помолчим"

(см.: Толстой А. К. Собр. соч.: В 4 т. М., 1963, т. 1. с. 398).- 411.

I з

"Экономическая жизнь" - газета, орган ВСНХ и хозяйственных наркоматов, затем орган Наркомфина СССР, Госбанка СССР и ЦК союза банковских работников. Выходила в 1918-1937 гг. в Москве.-4//.

и Пятнадцатый съезд ВКП(б). Декабрь 1927 г.: Стенографический отчет, т. 2, с. 1443.- 412.

,0 Межлаук в. И. (1893-1938) советский государственный, партийный деятель, член партии с 1917 г. В революционном движении с 1917 г. В 1917 г.- член Харьковского комитета РСДРП (б). Совета и ВРК. В 1918-1920 гг.-губернский военком в Казани, наркомфин Донецко-Криворожской республики, член обкома КП(б)У Донбасса и Донецкого военного штаба. Член РВС 5, 10, М, 2-й армий, член РВС Южного фронта, член РВС Тульского укрепрайона. В 1920-1924 гг. - комиссар Моековско-Балтийской. Московско-Курской и Северной ж. д., зам. главного комиссара путей сообщения, член коллегии НКПС-В 1924 - 1931 гг. член Президиума ВСНХ СССР, начальник Главметалла, зам. председателя ВСНХ СССР, зам. председателя СТО СССР и председатель Госплана. В 1937 г. - нарком тяжелой промышленности СССР, затем вновь зам. председателя СТО СССР и председатель Госплана СССР. На XV и XVI съездах партии избирался кандидатом в члены ЦК. на XVII съезде избран

членом ЦК ВКП(б). Незаконно репрессирован. Посмертно реабилитирован.- 112.

1ь Пятнадцатый съезд ВК1Ц6). Декабрь 1927 г.: Стенографический отчет, т. 2. с. 1443-1444.-4/5.

|Г Рабоче-Крестьянская инспекция (Рабкрин, РКИ) - наркомат, орган государственного и общественного контроля в 1920-1934 гг. С 1923 г. действовал совместно с ЦКК ВКП(б). Главные задачи: контроль во всех областях хозяйства и государственного управления; борьба с бюрократизмом, волокитой; надзор за проведением в жизнь советских законов, сво