Сергей Гурьев

ДЕЛО № 666 - УГОН КОСМИЧЕСКОГО КОРАБЛЯ
(В гостях у Ника Рок-н-Ролла)

Контр Культ Ур'а № 1, 1990

Интродакшн

Осенью 1986 г. в Москву с полюбовницей приехал Сумароков из НЧ/ВЧ - потусоваться. Незадолго до этого нас в Ленинграде познакомил Коля Фомин. В ту пору я жил в Измайлове у некоей Ч. - обладательницы личной двухкомнатной квартиры. В последней и поселился Сумароков.

Квартира была довольно зловещей, непонятно почему оставляла ощущение неуюта и потерянности, хотя Ч. была интеллигентка и любила высокое киноискусство. К тому же жила она на втором этаже, а на первом - под ней - находилась ментовка. Соседняя с нею дверь вообще вела в ментовскую каталажку, была обита железом, а также оснащена кошмарной мрачности маленькой решеточкой.

Ото всей этой жутковатой атмосферы у нас немножко поехала крыша, и мы с Сумароковым решили организовать в квартире Ч. совместный электрический концерт.

На левом "Рафике" в Измайлово был доставлен и втащен на 2-й этаж аппарат рок-клуба одной из общаг МФТИ. Везли из Долгопрудного.

Сумароков петь сдрейфил и объявил, что выступит дуэтом с Ником Рок-н-Роллом, которому будет подыгрывать на басу. Ника я до этого встречал где-то максимум пару раз, поющим не видел.

Сам Ник о наших планах, кажется, не знал, хотя действительно в эти дни болтался где-то в Москве. Сумароков с утра до вечера названивал каким-то своим друганам в окрестности кафе "Турист", умоляя их найти где-нибудь там Ника и доставить в Измайлово.

Народ в квартиру набился мутный и случайный - человек 30-40. Какие-то юные девки, еtс. Из боссов прибыли Смирнов с Питом Колупаевым.

ЧИСТАЯ ЛЮБОВЬ вкупе со мной отпела первым отделением. Наш барабанщик концерт продинамил, стучал (громко говоря) какой-то левый, и все в целом получилось несколько хмуро. Где-то в середине наших раскладов приехал Ник. В состоянии пения я его не узнал - все пытался поймать за нос (шоу), считая себя очень крутым. Наконец мы отбомбились, и вышли Сумароков с Ником. Сумароков стоял у стены и мрачно наигрывал на басу.

Диспозиция: соседи звонят в дверь каждые пять минут, Ч. их вежливо выгоняет, напирая на некий день рождения, милиция почему-то не появляется.

Ник, приседая, слоняется в трансе по комнате мрачным гигантом. Все время из него со страшной силой било какое-то черное поле, парализующее волю масс и размазывающее по стенам. Он что-то наигрывал на гитаре, напевал некий хмуро-кровавый импровиз, но все звуки, что от него неслись, не являлись чем-то отдельным и самодостаточным - все это была как бы равноправная составная часть извергаемой энергетики криминального романтизма. Зрители сладко дрожали в углах и чувствовали себя вы...ваемыми женщинами.

Что-то подобное получалось, когда я лет за десять до описываемых событий единственный раз в жизни видел на сцене живого Высоцкого. Это был таганский спектакль "Добрый человек из Сезуана", где он играл безработного китайского летчика. То же самое: человек отрешенно, толчками, мрачно бродит по сцене, что-то произносит, но не важны ни текст, ни действие - просто все прочие персонажи разлетаются от него в разные стороны, на зал идут жуткие волны полного самоотречения и вжимают в кресла. И весь спектакль летит как какой-то абстрактный поток, некое облако вокруг героя, а оцепенелые массы, как овцы, провожают его взглядом, пока оно не пролетает.

В следующий раз Ника на сцене я увидел почти три года спустя. К середине этого интервала - зимой-весной 87-88 годов - он находился под следствием почти а ля дело Кинчева - по обвинению в фашизме. Даже сроки примерно те же. До и после следствия он выглядел как Макмерфи в начале и финале "Над гнездом кукушки".

Владивосток
9 октября 1989 г.

НИК ТОLD
ДЕЛО № 666

Часть I.

- Вся эта история началась осенью 1987 г., вскоре после Подольского фестиваля. Из Подольска я уехал в Ленинград и там узнал, что в Симферополе, где я тогда жил, вышел "Крымский комсомолец" со статьёй за подписью Владимира Савченко "За ширмой фирмы". Начиналась она со слов: "Таня лежала в подвале, и на потолке перед её глазами расползалась свастика". В статье утверждалось, что я эту Таню затащил в подвал, привязал к батарее и пытал, заставляя отказаться от коммунизма. Вообще в статье в мой адрес был полный набор: фашизм, насилие, срывание знамени, пропаганда идей Гитлера. Всё было составлено из рассказов, из телег. Статья с такими обвинениями может выйти только на основе результатов следствия, а тут результатом статьи стало следствие.

После статьи появился общественный резонанс. "Крымский комсомолец" стал печатать подборки писем, как бы откликов. Писали все: всякие ветераны - что таких нужно убивать. Какой-то афганец написал письмо, в котором клялся, что найдёт меня и убьёт. И всё это печатали. В райкомах показывали мои фотографии, в школах лекции читали.

А сама статья - и вообще весь симферопольский шум вокруг меня - всё началось после концерта моей тогдашней группы ВТОРОЙ ЭШЕЛОН 24 августа в клубе торговли. Это был первый массовый концерт ВТОРОГО ЭШЕЛОНА - до того мы играли в маленьких зальчиках мест на 100. А тут пришла масса самого разного народа - и началась Реакция. Во всех смыслах этого слова.

(продолжение дела № 666 следует)

- ВТОРОЙ ЭШЕЛОН - была не первая моя команда. Первая называлась МАЗОХИСТ - это Оренбург, я там родился. Она действовала в 1977 г. - мне было тогда 17 лет. Из её репертуара моя песня "Я бежал от сексуальной революции". На самом деле она называется

МЕТОДИСТ

Я бежал от сексуальной революции
От любви я спрятался в подвале
Но ты шла по оголённым проводам
И я понял, что люблю тебя.

Я объял тебя колючей проволокой
И пустил на тебя бульдога
И когда он разорвал тебя на части
Я вдруг понял, что люблю тебя.

Мясо твоё нежное поджарил
И скормил синицам под окном
Твои кости хрупкие дробя,
Я рыдал - так я любил тебя.

Зажигалкой волосы твои спалил
И сидел я, греясь у костра
Когда от тебя не осталось ничего
Я орал: Я так любил тебя!

- В МАЗОХИСТЕ был очень ценный человек: Свон, его ещё звали Лебедь. Ему было 25. Потом его посадили - и всё кончилось. А со Своном меня познакомила девочка одна, её звали Обоссанная, потому что она, когда напивалась, ссалась под себя, что-то внутри у неё было не в порядке. Она была хореограф. Хромала - поломала когда-то ногу, запустила. Она погибла - вскрыла вены. Была тусовка на улице, она отошла в сторону и порезала их себе на сгибах рук, а потом согнула руки и зажала. Когда к ней подбежали, она резко выбросила руки вперёд, и кровь ударила фонтаном.

Всё последнее время она обезображивала себе голову так, что жутко было смотреть. Выглядело это как бы панк. Самое интересное, что тогда -1977 год - мы о панке совершенно ничего не знали, всё получалось само собой. Когда я потом узнал про Sex Pistols - обалдел.

 

- Панк - как бы считается, что пошел с Sex Pistols, но слово появилось гораздо раньше. Всё это, в принципе, возникло в Англии, когда пришли норманны. Первое, что они сделали - начали гноить вождей бриттов, англов, саксов. Построили Тауэр - башню - и стали в ней гноить вождей. До того всё было спокойнее: племена пасли овец... А с норманнами вообще и возник норманнский дух, готический такой, всё это оттуда, из Скандинавии.

И потом в Лондоне появился Ист-Энд, там стали жить те, кто остался от племён - коренные жители острова. Их начали называть панками, т.е. никчёмный ненужный атавизм. То есть все, кто не являет собой нечто чёткое, выстроенное, дисциллинарное.

В России аналог всего этого - бердя - единственные племена, которые не приняли христианскую веру. В "Андрее Рублёве", помнишь, Ролан Быков бердю играл. Владимир с ними очень жестоко расправился - рубили руки, ноги, вообще мрак, конечно. Кто уцелел - стали скоморохами, на потеху толпе. Предтеча клоуну.

 

...Очень хорошо в "Андрее Рублёве" Ролан Быков играл. А вот другой фильм с ним - "Записки мёртвого человека" - я совсем не воспринял. Это уже маоизм какой-то: чем хуже, тем лучше. Я этого всего не понимаю. Я пришёл в этот мир, чтобы жить.

 

- Кстати, о фильмах: есть такой фильм - "Голод". Катрин Денёв и Девид Боуи. Там ещё первые минуты БАУХАУЗ играет... Очень важен для понимания этого фильма образ Тицеи. Тицея - это как бы контр-Сафо: в отличие от Сафо, она находила себе парней, вписывала их в себя и за счёт этого омолаживалась. Если Сафо - светлое начало в женщине, то Тицея - тёмное. Это - та женщина, которую на сегодняшний день мы имеем.

 

...Бердя хаживали в Беловодье - и там отключались. Так же у скифов, помнишь, птица Гаруда спящих воинов уносила на своих крыльях на другие планеты. Астрал такой своего рода. У бриттов были сходные замесы. И полосование - братание, обмен кровью - всё это тоже оттуда, от язычества идёт. А росс - заметь, не Русь, а именно росс - это уже как бы немецкое что-то. Панк оттуда - от Солнца, от свастики.

 

- Что я думаю о фашизме? Живя в фашистском государстве, что я могу думать о фашизме? Это дерьмо, старое дерьмо... А вообще фашисты похожи на пацифистов, а пацифисты на... евангелистов. Евангелисты ведут себя как сущие фашисты иногда.

...Все эти разговоры, упоминания, крики: карма, Господь, искупление - всерьёз и на каждом углу -всё это, по-моему, не от Иисуса идёт, а от злобы человеческой. Это не должно так, с криком декларироваться: если оно в тебе есть, пусть спокойно тобой руководит. И никаких криков.

...Социологи на самом деле делают погоду в этой стране. Реанимируют государство как форму. Появляется неординарный человек они сразу - бах! - ярлык ему: "панк". Или "неформал". А почему не просто человек? Какие-то панки, неформалы, хиппи... Люди! Все люди.

 

- Характерно, как у нас появились неофашисты. Помнишь, что было в социуме в 1977-78 гг.? Всякие забастовки водителей троллейбусов - напряжённость, в общем. Надо было как-то этот пар выпускать.

А тогда у нас как раз пошёл испанский фильм "Площадь Сан-Бабила, 20 часов". Там действовали такие парни - очень жёсткая компания. У них культивировались качества, с которыми тогда совсем здесь было плохо - честность, прямота, дружба. И очень жёстко вместе держались. Имидж у них был тот самый: кожаные куртки, бритые виски. Фильм три года шёл а прокате - производил сильнейшее впечатление. С него всё и началось.

 

А так как нужно было с водителями пар выпускать, из этих парней сделали мальчиков для битья. Объявили неофашистами. Так и пошло: парень из газеты узнавал, что он неофашист. В чём его суть.

Так же, я думаю, у нас сделали люберов. Сначала просто были в Люберцах некие ребята, ездили в Москву мочить фарцовку. Утюгов не трогали. Потом все читали прессу и оттуда черпали - кто они, как надо. Как-то раз в Ленинграде встретил любера в клетчатых штанах. Спрашиваю: чего ты в клетчатых штанах? Он говорит: прочитал, узнал, что надо клетчатые штаны носить.

А раньше была ещё такая группа - "Алёнушка", играла в Люберцах. У неё была такая песенка, жутко популярная:

 

В Москве ночные улицы
В неоновых распятиях,
У ресторана блудницы
Целуются в объятиях.

С неё как раз и начались все "стритовые" расклады, песни. Танцплощадки, уличные дела. В Англии аналог всего этого - Sweet.

А с "Алёнушкой" ещё Барыкин тусовался. Он же сам из Люберец, хотя сейчас все это забыли. Про Барыкина говорят, что он продался - это неправильно. Он просто такой стал.

...После того, как посадили Свона, я в 1978 году поступил а Челябинский институт культуры. Там я учился на режиссёра массовых праздников. На одни пятёрки.

Там я сделал курсовой пластический этюд под "Child in Time". Я стоял весь в красном, с тремя чёрными пистолетами и в красном луче. А в зелёном луче ко мне шёл голый по пояс мальчик с цветком. И протягивал цветок.

Я начинал его фактурить - очень чётко, жёстко, он падал и застывал в луче зелёного цвета. Всё это шло на фоне экрана, на который проецировались мелькающие слайды - Гарвард и т.п., короче, Чикаго-68. "Child in Time" - она ведь этому, в общем, и посвящена:

 

Милое дитя
Во времени
Ты увидишь линию
Прочерченную между
Плохим и хорошим
Ты увидишь уродца (второй смысл - слепца)
Целящегося
В мир
Из своего автомата
Пули летят
Собирая жатву (второй смысл - ересь)
И если
Тебя
Не достал
Летящий свинец
Нагни голову
Жди
Пока
Не попадёт
Рикошетом.

А потом на меня вдруг, как наваждение, начинало двигаться как бы море таких мальчиков с цветками. И я начинал сходить с ума - закрывал голову руками, пятился, отступал, бежал. Такой был курсовой этюд.

Учился я там два с половиной года. Потом помахал декану ручкой, вернее, рукой. Поехал из Челябинска обратно в Оренбург.

В Оренбурге я немножко поработал в парке методистом. Поработал так, что маме недвусмысленно сказали, что надо меня увозить из этого города. Мама меня увезла. Мама тогда работала переводчицей с английского. Она, кстати, и делала перевод "Child in Time". Жила одно время в Индии. Сейчас она - преподаватель английского языка.

С ней мы переехали в Симферополь - по обмену квартир. Но оттуда я быстро попал в спецпсихушку в Днепропетровск. Как попал: разбил стёкла. Пришёл в одно место забирать назад всякую аппаратуру -а там меня обозвали козлом, мудаком, пьянчугой. Нервы не выдержали - мы же не роботы... А им только этого и надо было. В результате в Днепропетровске на спецу я проторчал год, а потом ещё в Херсоне полгода ждал комиссию, - пока выпишут. Что такое спец - рассказывать, я думаю, не надо. Вещь ужасная.

...Симферополь - Москва - Таллинн - Вильнюс -Рига - Минск - Витебск - Киев... Опять Симферополь... Но самый крутой город - это Тюмень.

...Менялось ли у меня отношение к людям? Коварный вопрос. Бес попутал. Очень хотелось бы относиться к людям так, как хотелось бы, чтобы они относились к тебе.

В 1978 году в Симферополе получил ВТОРОЙ ЭШЕЛОН. Как-то тоже спонтанно. До этого 10 лет группы фактически не было. Ну, с НЧ/ВЧ играли. Джемы, джемы. С УКСУС-БЭНД, с ЧУДОМ-ЮДОМ в ДК Горбунова - после него мне ещё 10 суток дали. Помнишь, за что? Я вышел пробовать микрофон и сказал а него: ПИС ДЕТС. Мир мёртв.

Собственно дело № 666
УГОН КОСМИЧЕСКОГО КОРАБЛЯ

Основная часть

Итак, в Ленинграде я узнал, что вышла статья "За ширмой фирмы". Из Ленинграда я поехал обратно в Москву, оттуда в Новосибирск.

В Новосибирске 11 декабря 1987 г. меня взяли. Совершенно дико: зима, мороз, я в шубе захожу в кабак, стою, вдруг налетают двое, хватают меня и надевают наручники. Прямо американский боевик какой-то.

Дальше меня везут в Симферополь, где кладут в судебную экспертизу. Выясняют, нуждаюсь ли я в психлечении. Мне удалось снять диагноз "4б". Если бы не удалось снять - всё, положили бы на вечную койку. Мама же не знала ничего, что со мной происходит. Письма, которые я ей писал, не доходили.

Так вот, в Симферополе меня помещают в судебную экспертизу. 20 декабря - этот день я запомнил - 20 декабря у меня дедушка умер в 1967 году. Судебная экспертиза в Симферополе - это улица Розы Люксембург - дом, к сожалению, не помню... Самое интересное, что там происходило.

Там в отделении был один фельдшер - Данилыч его звали. Мне лично он подсунул галаперидол в чай. Садист был, издевался надо всеми, кто попал... Наконец, одному человечку он решил сделать укол, а человечек отказался - сказал, что ему от этих уколов делается плохо. Тогда Данилыч позвал милицию, человечка связали, сделали-таки ему укол. Человечек кричал, страшно кричал - разбудил всё отделение. Все возмутились, вышли в коридор. Никакого бунта там не было, как потом все согласились. Кто-то Данилычу просто дал по физиономии. Стали требовать заведующую отделением - Нелю Павловну. Она пришла, но не зашла в отделение - просто прошла в окружении милиции. И сказала, чтобы все разошлись по палатам. Её попросили зайти в отделение. Она отказалась. А весь медперсонал, который в это время имелся, закрылся в отделении. Тогда мы сказали, что не разойдёмся, пока не придёт прокурор.

То, что произошло через час, просто не укладывается у меня в голове. Сначала просто крик по коридору: "С собаками!" А мы в это время уже все спокойно находились в одной палате, когда в коридоре раздался лай собак, а потом в палату ворвались люди с лицами, лишёнными всякой печати интеллекта. В сапогах и с дубинами. Резиновыми. Только не чёрными, а зеленоватыми. Не испытывал на себе? Дай Бог.

Главный врывается майор с пистолетом и начинает им махать - кукушки вылетели у всех сразу. Хотели, как потом выяснилось, войти с "черёмухой", но отказались - только потому, что внутри был персонал.

Майор всех пофамильно вызывал в коридор, выходящих били дубинами. А кто-то из них зачем-то снимал всё это на видео.

Собака без намордника одному человеку прокусила пах. Крик стоял чудовищный.

А на коридоре уже не били. Я только назвал свою фамилию - больше ничего не помню. В коридор меня вытащили уже без сознания.

...Что это, Queen? Успокаивает.

Потом зашли зав. отделением и прокурор по надзору. Нас всех заставили лежать в коридоре лицом вниз. Кто поднимал голову, били дубиной. Ещё с ними шёл профессор. Всех опять зачитывали по фамилиям и спрашивали: нужен тут такой или нет. Если Неля Павловна говорила, что не нужен, отправляли прямо обратно в тюрьму - в крови, с изодранными руками, и ещё раз прогоняли через строй дубин.

Нас осталось всего 5 человек: меня бы тюрьма всё равно не приняла - не было санкции на арест, а остальные четверо были уже признаны невменяемыми.

Так прошла у нас судебная экспертиза.

Потом, позднее, приезжал "Взгляд" - был разговор обо всех этих событиях с Политковским. Он сначала очень заинтересовался, хотел делать сюжет, но потом вдруг резко сказал, что дело мутное, и обрубил концы.

Но это ещё цветочки.

...Били совершенно страшно. Потом опять зачем-то приезжали эмвэдэшники, изучали следы побоев, фотографировали.

После этого мне моментально делают комиссию, я узнаю, что с меня сняли диагноз, за мной приходит мой следователь - Сухов Игорь Иванович, переводит меня в вольное отделение дурдома. Два дня я лежу там, затем Сухов увозит меня в Киевскую республиканскую судебную экспертизу (в симферопольской я находился месяц).

В Киеве, значит, я нахожусь полтора месяца. Мне там все делают комиссию. Пожилая женщина-врач говорит мне - что прикольно: "Что вы всё говорите: Питер, Питер... Ленинград, а не Питер!" Я спрашиваю: откуда знает? - в деле написано. Представляешь? В деле написано, что я преступно называю Ленинград Питером.

Наконец и там меня признали здравым, вполне нормальным человеком. После этого за мной приезжает милиция и отвозит обратно в Симферополь, где меня отпускают под подписку о невыезде. Это уже конец марта - аккурат перед Пасхой.

Когда с меня взяли подписку, я для себя назвал всё происходящее "Дело N 666 - угон космического корабля".

Далее - через каждые три дня - допросы. Всевозможные провокации: избили на улице какие-то рослые ребятишки, внешне похожие на ментов. Обозвали фашистом, хотя вроде это на мне не написано, свастиками не изрисован.

Очные ставки со свидетелями - отдельная статья. Следователь Сухов был нормальный человек - ему это дело навязали. Может, ещё чтобы отвлечь: он занимался госхищениями.

В качестве свидетелей у меня была половина ВТОРОГО ЭШЕЛОНА, ну и остальные тусовщики. Почти все оказались способны про меня сказать всё, что угодно. Происходит примерно так:

СЛЕДОВАТЕЛЬ (свидетелю): Знаете ли вы этого человека?

СВИДЕТЕЛЬ (с готовностью): Знаю! (и даёт полностью имя, отчество и фамилию).

СЛЕДОВАТЕЛЬ (мне): А вы знаете этого человека?

Я: Первый раз вижу.

СЛЕДОВАТЕЛЬ (свидетелю): Срывал ли обвиняемый знамена у завода "1-е Мая"? И где вы находились в это время?

СВИДЕТЕЛЬ: Конечно же срывал, а я в это время находился рядом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Какие были ваши действия?

Выясняется, что свидетель шёл где-то впереди.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Вы же только что говорили, что были рядом!

СВИДЕТЕЛЬ: Не помню.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: А как было сорвано знамя?

СВИДЕТЕЛЬ: Он потянул его за полотно.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Я был у завода "1-е Мая". Для того, чтобы потянуть за полотно, нужно подпрыгнуть на 4 метра. И кроме того, от дирекции завода не поступало никаких заявлений, что были сорваны знамена. Так срывал знамена обвиняемый?

СВИДЕТЕЛЬ: Не срывал.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Или срывал?

СВИДЕТЕЛЬ: Срывал.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Иными словами, вы оговариваете обвиняемого?

СВИДЕТЕЛЬ: Оговариваю.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Или не оговариваете?

СВИДЕТЕЛЬ (в истерике): Уведите меня отсюда!!! Я отказываюсь отвечать на вопросы!!!

В таком духе - все очные ставки.

Далее мне пытаются сделать провокацию на изнасилование. Я сидел и пил пиво в районе улицы Крылова. В переулке, на бревне. Вдруг откуда ни возьмись, появляется девица-красавица и говорит: "Здравствуй, Рок-н-Ролльчик! Как давно я тебя не видела!"

Я (мрачно): Я вас не знаю.

Девица начинает раздеваться. Ну, я убежал. Вот такой стёб. Голливуд, а не Симферополь.

Потом ко мне подошёл один человек из уголовного мира и сказал, что лучше б я вообще уехал из этого города. Дело было так: обычно у него собирается всякая наркота. А тут приходят к нему менты с санкцией на обыск и с моей фотографией. И говорят про меня: "Чего он всё ходит, ходит? Лучше бы его убил кто-нибудь. А то одни неприятности от начальства".

Тут я впервые по-настоящему испугался. Я жил у отчима, он утром уходил на работу, и я оставался дома один. А я один не мог сидеть: было страшно. Провокация за провокацией. Ходил по городу только с ребятами.

Эта шизня происходила с 16 марта по 29 апреля. Через трое суток допросы, и это наваждение постоянно. Мрак полный, страшно вспоминать.

На Пасху я хотел пойти в храм, но один человек разубедил меня идти. Сказал, что у некоторых кругов сложилось представление, что я связан с Сатаной, и что за хождение в храм они меня могут убить. А потом сказать, что меня Бог покарал.

И я не пошёл в храм. А в этот же день одному нашему пареньку проломили голову в районе церкви.
А вообще, когда вышла статья, как потом выяснилось, оперативники поймали ещё одного нашего Паренька, его звали Смолл - маленький был, внешне как бы панк. И в так называемом антифашистском угаре долго били его ногами и головой о батарею. Получил сотрясение мозга.

Таких случаев было очень много.

К моему отчиму приходили ребята из Афгана. Спрашивали: "Хотите, мы ему сделаем так, что он ходить не сможет?"

Вот такая была подписка о невыезде.

............

29 апреля следователь закрыл дело за отсутствием состава преступления.

КОДА (КОБА)

23 декабря 1988 года я приехал во Владивосток. Захотелось - и приехал. Город никогда не видел, открыли к тому же. Познакомился с Витькой Пьяным и Санькой-Златозубом. Они жили на квартире у одной хозяйки-алкоголички, выжившей из ума, на 1-м этаже. Там мы начали репетировать под гитару. Всё это называлось КОБА. Коба - это не Сталин, это такое средство японское от злых насекомых.

Потом я сломал ногу. И мы все вместе - с моей сломанной ногой, со мной, с Витькой Пьяным, Санькой, Лёшей Смерть-Комиссарам, Евкой-Наводчицей - поехали на фестиваль в город Хабаровск.

Там нас поселили в гостиницу "Интурист".

Сергей Сталин, тамошний президент, напоил нас водкой, сам напился и сказал: "Это хорошо, что вы приехали".

Попели мы там. А была там масса народу: с Камчатки, с Сахалина, с самого Хабаровска. Все вели трезвый образ жизни. А Сергей Сталин пил. Безбожно. И пел вместе с нами. Было очень хорошо, весело.

Потом мы поехали в деревню к моей маме - с моей будущей супругой. Она транспортировала меня. Нога.

Потом весной мы снова встретились - с Санькой-Златозубом и Витькой Пьяным, поиграли во Владивостоке. Очень нам с концертами помог некто Завгар. Если бы не он - ничего бы вообще не было.

На одном из своих концертов мы купили 100 литров пива и напоили пивом людей, которые пришли на концерт. Пиво во Владивостоке отличное.

А недавно мы приехали из Сибири, где записали альбом "Филька-Шкворень". Который был навеян творчеством Лёши Смерть-Комиссарам.

Что тут ещё сказать? В данный момент Витька Пьяный готовит сольник, который будет называться "Витька Пьяный - Народный Герой". А Санька-Златозуб готовится купить себе новую гитару, но не может пока: денег нет.

Вообще я желаю всем здоровья, счастья, хороших толстых жён и ленноновского долголетия. Навеки ваш, Ник Рок-н-Ролл.