Е. А. ОСОКИНА ЗА ЗЕРКАЛЬНОЙ ДВЕРЬЮ ТОРГСИНА

1995 г. Е. А. ОСОКИНА ЗА ЗЕРКАЛЬНОЙ ДВЕРЬЮ ТОРГСИНА

Сотни штук ситцу богатейших расцветок виднелись в полочных клетках. За ними громоздились миткали и шифоны, и сукна фрачные. В перспективу уходили штабеля коробок с обувью... Где-то в глубине за углом пели и играли патефоны.

М. Булгаков. "Мастер и Маргарита?

Мусор и грязь. Без отвращения нельзя войти, хотя здание большое и прекрасное.

Из описания Торгсина в Батуми

Темная лавочка, которую не посещает не только иностранец, но и местный житель, рискующий при сырой погоде разбиться, спускаясь с крутой горы в ту яму, в которой сидит Торгсин.

Из описания Торгсина во Владивостоке

Магазины с загадочным названием Торгсин. Оазисы сытости среди голода и скудных пайков. Они просуществовали немногим более пяти лет. Маня. Разочаровывая. В чем загадка их появления, бурного расцвета и скорого исчезновения?

СТРАНА ТОРГСИНИЯ?

Летом 1930 г. при Наркомате торговли, доживавшем свои последние дни 1 была образована специальная контора по торговле с иностранцами на территории СССР2. Контора имела сеть магазинов закрытого типа, продававших антиквариат "неэкспортного" качества, ковры, меха, продовольствие и дефицитный ширпотреб. Магазины, как правило, не обслуживали иностранцев, проживавших в Советском Союзе: сотрудников миссий, рабочих и специалистов, концессионеров. Основными покупателями были иностранцы "краткого пребывания в СССР", имевшие карточку "Интуриста", транзитную визу и пр. Роль платежного средства выполняли вначале квитанции, получаемые при обмене валюты, а затем валютные чеки Госбанка. Они продавались иностранцам за наличную валюту и имели хождение наравне с ней 3. Вход советским гражданам в эти магазины был закрыт. Более того, островки изобилия засекречивались - не рекомендовалось прибегать к широкой рекламе и выставлять в витринах ширпотреб. В то время уже звучало слово "торгсин", но означало оно только торговлю для иностранных туристов.

В 1931 г. картина начала быстро меняться. В январе контора была преобразована во Всесоюзное объединение по торговле с иностранцами. Был создан центральный аппарат Торгсина в Москве, краевые и областные конторы на местах. Сохраняя прежнюю функцию (продажа товаров иностранным туристам), Всесоюзное объединение "Торгсин" получило ряд новых. Ими были шипчандлерство

Осокина Елена Александровна, кандидат исторических наук, научный сотрудник Института российской истории РАН.

Эта статья является частью работы, проведенной благодаря гранту, предоставленному мне Институтом российских исследований им. Кеннана и Центром международных гуманитарных исследований им. Вудро Вильсона (Вашингтон, США). Выражаю благодарность этим организациям за поддержку моих исследований.

86 снабжение иностранных судов, заходящих в советские порты), а также экспорт антиквариата.

Осень 1931 г. стала поворотным моментом в истории Торгсина: он открыл двери для советских граждан . Основным покупателем в его магазинах отныне стал советский человек. Произошло рождение подлинного Торгсина, оставшегося в памяти поколения 30-х гг. С осени 1931 г. само название - "Торговля с иностранцами" - перестало отражать характер основной деятельности Торгсина.

Советские люди могли покупать товары в Торгсине при условии сдачи золота (ювелирные изделия, утварь, монеты старого чекана). Возможность пользоваться Торгсином давали и валютные переводы из-за границы. В обмен на золото и иностранную валюту советские "сдатчики ценностей" для платежей в Торгсине получали товарные ордера (боны) . Позже (начало 1933 г.) товарные ордера были заменены именными "заборными книжками" и разовыми квитанциями на случай небольших сдач ценностей .

Розничная торговля в магазинах Торгсина дополнялась посылочными операциями. Эта функция перешла к Торгсину от Совфрахтранспорта также осенью 1931 г. Посылочная деятельность, которую осуществляла Московская центральная посылочная контора, позволяла Торгсину проникать в самые глухие уголки Советского Союза, где не было торгсиновских магазинов. Госбанк, получив валютный перевод из-за границы, направлял извещение в Торгсин. Тот высылал извещение и прейскурант получателю перевода, который выбирал товары и делал заказ. Кроме того родственники и друзья за границей могли выбрать вариант стандартной посылки Торгсина и сделать валютный перевод, содержащий поручение. В течение 48 часов после получения перевода Торгсин должен был отправить посылку по указанному адресу в пределах СССР.

Торгсин также продавал иностранным фирмам фактур-лицензий, дающие право отправлять посылки в Россию . Лицензионные посылочные операции таили большие возможности для частных фирм: отправка товаров из собственных магазинов, сбыт неходовых товаров, повышение цен на продукты, отправляемые в посылках, и пр. В то время как частные фирмы за границей добивались сохранения лицензионных посылочных операций, Торгсин, терявший на этом часть валюты, стремился замещать их валютными переводами и своей собственной посылочной деятельностью.

После расширения функций Торгсина, и главным образом в результате его переориентации на советского покупателя, число торгсиновских контор и магазинов стало быстро возрастать. Большие валютные планы подстегивали этот рост. Увеличивалось число предприятий и специальных цехов, работавших на Торгсин. Они пользовались льготами экспортных организаций. Расширялись права Торгсина на приобретение товаров. С 1933 г. ему было предоставлено право непосредственно вступать в контакт с промышленными предприятиями . Уполномоченные Торгсина на предприятиях следили за выполнением договоров, качеством продукции, сроками отгрузки и пр.

Хотя основным поставщиком товаров для Торгсина была отечественная промышленность, ему было дано право (в конце 1933 г.) закупать товары и за рубежом. Этой деятельностью руководила импортная контора в составе Торгсина. Товары импортировались без ввозной пошлины и внутренних наценок.

Слово "торгсин" вошло не только в жизнь советских людей, оно стало широко известно и за рубежом. Представители Торгсина появились в разных концах мира. В странах, где не было торгсиновских представителей, их функции выполняли советские торгпредства или акционерные общества (такие известные, например, как Амдерутра, Амторг, Аркос). Участие торгпредств и акционерных обществ определялось двусторонними договорами и вознаграждалось из доходов Торгсина. Заграничная деятельность Торгсина была многообразна по форме, но едина по своей цели: стимулировать валютные переводы в адрес Торгсина. Этой цели были подчинены реклама ассортимента, цен, услуг Торгсина, договоры с фирмами и банками, осуществлявшими поставки товаров, посылочные операции и валютные

87 переводы 10. Молва о Торгсине ширилась не только благодаря работе его представителей за рубежом, но и вследствие потока писем, идущих из голодной Советской России 1930-х гг. родственникам и друзьям за границей. "Шлите доллары на Торгсин" - таков был лейтмотив этих писем, молящих о помощи.

Начав свою деятельность с десятка магазинов, Торгсин в период своего расцвета насчитывал полторы тысячи магазинов внутри страны и имел широкое представительство за рубежом. Он обладал большими правами и возможностями: заключение договоров с промышленностью, торгпредствами, иностранными банками и фирмами, ведение золотоскупочных, переводо-посылочных операций, изъятие художественных ценностей и даже право самостоятельно изменять цены . Торгсин был не просто торговым объединением. По масштабам и значимости своей деятельности Торгсин был политикой. Чтобы понять цели этой политики, нужно ответить на вопрос: чем объясняется бурный расцвет Торгсина и его переориентация на советского покупателя? Ответ, который "лежит на поверхности", - поиск валюты для индустриализации.

ЗОЛОТО НА АЛТАРЬ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ

Время рождения и расцвета Торгсина - это время первых советских пятилеток. Индустриальные гиганты пятилеток нуждались в импортном оборудовании. Для его закупки требовались немалые валютные средства. Между тем доходы от экспорта - главного источника валюты для индустриализации - резко падали.

Неудачи советского внешнеторгового курса. В первую пятилетку (1928/29" 1931/32) соотношение экспортного плана и реального экспорта по формальным характеристикам было неплохим: план "срывался" по одним статьям, но перевыполнялся по другим. Это благополучие, однако, было кажущимся.

Основными статьями советского экспорта в первую пятилетку были лес, продукты горной промышленности, нефтепереработки и земледелия. Другими словами - сырье и продовольствие. В годы мирового экономического кризиса и депрессии конъюнктура рынка была наименее благоприятной для экспорта именно этих товаров. В результате падения спроса на мировом рынке пятилетний план по экспорту лесоматериалов и продуктов горной промышленности был сорван. Не был выполнен план и по экспорту продуктов животноводства: сказались последствия коллективизации и массового истребления скота.

Невыполнение плана по этим статьям покрывалось за счет увеличения объемов (!) экспорта продуктов земледелия. В целом по экспорту продуктов земледелия пятилетний план был выполнен на 167,2%! Наращивание объемов вывоза продуктов земледелия позволяло выполнить план в его физическом выражении. Однако в условиях резкого падения мировых цен на продукты земледелия, стоимостные показатели плана не выполнялись и доходы от экспорта, несмотря на рост объемов вывоза, падали. Это хорошо видно на примере экспорта зерна, который наращивался в первую очередь. При плановом экспорте зерна в размере 5945,1 тыс. т его фактический экспорт в первую пятилетку составил 9363 тыс. т (158% выполнения плана). Рыночная же конъюнктура для вывоза зерна была крайне неблагоприятной: в начале 1930-х гг. мировые цены на зерно упали почти в 3 раза (табл. 1). Из-за низких цен, несмотря на возрастание объемов, экспорт зерна не дал желаемых доходов. По фактической стоимости он составил всего 9,7% в доходах от экспорта. В то же самое время продукты животноводства, лес, нефтепродукты, по которым план экспорта не был выполнен, составили в доходах от экспорта больше (соответственно 10,4, 15,3, 15,7%)13.

Тот же внешнеторговый курс сохранился и в начале второй пятилетки. В 1933 г. структура экспорта существенно не изменилась. По сравнению с 1932 г. по физическим объемам экспорт снизился незначительно всего лишь на 3,3%. По стоимостным же показателям (из-за дальнейшего падения мировых цен) он существенно уменьшился - на 10,5%: доходы от экспорта продолжали падать. Более

Таблица 1

Экспортные цены (в руб. за тонну)
1928 г. 1931 г. 1933 г. 1934 г. 1935 г.
Пшеница 80,52 30,85 27,46 28,01 28,97
Рожь 84,79 28,84 23,39 17,10 22,15
* См: РГАЭ, ф. 1562, оп. 329, д. 80, л. 68а, д. 106, л. 118.

трети экспорта (34,6%) составляли сельхозпродукты, для которых конъюнктура мирового рынка была наименее благоприятной. По сравнению с предыдущим годом несколько уменьшился вывоз маслосемян, хлопка, фруктов, птицы, кожи, сахара. Вывоз же зерновых по физическому объему сохранился на уровне 1932 г. (97,5%). При этом по стоимостным показателям он был равен всего лишь 77,5% по сравнению с 1932 г. В 1933 г. существенно возрос вывоз пшеницы (несмотря на то, что мировые цены на пшеницу в 1933 г. были наиболее низкими) (табл. 1). По физическим объемам по сравнению с 1932 г. экспорт пшеницы составил 135,8%, по стоимости же - только 107%: неэффективность зернового экспорта, как и экспорта в целом, продолжала нарастать .

Главной задачей советского экспорта в период индустриализации было обеспечение валюты для покупки оборудования и промышленного сырья. Они составляли львиную долю в советском импорте: в 1932 и 1933 гг." более 80% . Мировые цены на оборудование в период кризиса в отличие от цен на сельскохозяйственную продукцию были высоки. Все это означало, что снижение доходов от экспорта вело к падению импорта, необходимого для индустриализации. С 1928/29 по 1932/33 г. (т. е. с начала первой пятилетки до начала второй) выполнение плана по импорту резко "съехало" со 102 до 34 % (!). Импорт 1933 г. составил меньше половины импорта 1932 г. импорт 1934 г. сократился еще на треть . Внешнеторговый курс СССР был на грани провала: валютные поступления от экспорта падали, в то время как потребности индустриализации росли.

Где брать валюту для индустриализации" - в начале 1930-х гг. этот вопрос встал перед сталинским руководством со всей остротой. Тогда и появился Торгсин, сначала как небольшая контора, обслуживавшая иностранных туристов. Но иностранцы мало интересовались ширпотребом и предпочитали покупать товары за совзнаки, скажем, в магазинах Мосторга. Стимулируя развитие торговли для интуристов, власти в мае 1931 г. разрешили продавать товары без проверки документов о происхождении валюты . Ассортимент валютных магазинов стал расширяться за счет антиквариата "экспортного" и даже музейного значения. В процессе своей деятельности Торгсин добивался, чтобы иностранцам был разрешен беспрепятственный вывоз товаров, купленных в его магазинах. Единственным условием вывоза ценностей было наличие документов на провоз валюты . Но, даже если таких документов не было, ценности можно было вывезти все равно - по особому разрешению Наркомфина.

Иностранный туризм в СССР, однако, был развит слабо, доходы от него скудны. В деятельности Торгсина активизировались другие функции: шипчандлерство и экспорт антиквариата.

Может быть, валюта и для пятилетки, но..." Шипчандлерство, или снабжение иностранных судов в советских портах, было организовано так, чтобы валюта "не утекала" на "черный рынок", а поступала в портовые торгсины. По прибытии судна в советский порт на его борту появлялся представитель Торгсина - шипчандлер. Он рекламировал возможности Торгсина и договаривался с капитаном о "прикреплении" команды к определенному торгсиновскому магазину, ресторану или бару. Членам команды в обмен на валюту выдавались боны Торгсина. Оставшаяся валюта и совзнаки по требованию контрольного пункта ОГПУ/НКВД сдавались и хранились на судах под пломбой. Капитану иностранного судна Торгсин выплачивал премию в зависимости от общей суммы валюты, потраченной его командой в портовых магазинах.

Таким образом, моряки не имели наличных денег и могли покупать товары только в портовых торгсинах. Ассортимент же портовых торгсинов включал дорогостоящие товары: меха, ткани, ковры. Обилие спиртных напитков (даже в интерклубах, вроде бы предназначенных для политагитации среди иностранцев) вело к спаиванию моряков. Простых же, жизненно необходимых продуктов и товаров в ассортименте портовых торгсинов зачастую не было . Морякам оставалось одно - покупать дефицитные товары в Торгсине, а затем перепродавать или обменивать их на "черном рынке". Между тем желанная цель достигалась - валюта шла в Торгсин.

Идея добывать валюту любыми средствами была доведена до своего логического конца в деятельности некоторых портовых торгсинов. Ретивыми директорами они были превращены в публичные дома: какая разница для индустриализации откуда идет валюта - от продажи картин Рокотова, зерна или женского тела? Главное, чтобы спрос был. Вот, например, выдержка из письма иностранного матроса, видимо, коммуниста, по поводу Торгсина в Одессе: "Я знаю, что главной функцией Торгсина является сбор валюты для выполнения пятилетнего плана. Вольность операций Торгсина дает, однако, впечатление первоклассного публичного дома в капиталистических странах. Когда шипчандлер первый раз пришел на наш пароход, он сказал морякам, что девочки в кафе ожидают их. Товарищи, я считаю, что это возмутительно. Может быть, валюта и для пятилетки, но это действует на рабочих города Одессы". Автора письма особенно возмутило то обстоятельство, что моряк может пробыть в Торгсине от прихода парохода и до его ухода (отдавая валюту для пятилетки) и не узнать при этом о существовании пятилетнего плана, о социалистическом строительстве, о положении советских моряков, рабочих и т. д. "В Торгсине нет в продаже ни одной открытки, ни одной карточки с изображением социалистического строительства, - возмущенно писал моряк, - хотя есть возможность популяризировать советскую индустриализацию и развитие рабочего государства" . В том же духе написано и письмо греческих моряков по поводу Торгсина в Херсоне 21.

Попытки использовать проституток для заманивания в торгсины и "выкачки" валюты вызывали нарекания не только иностранных коммунистов и "членов революционных профсоюзов". Советские власти также боролись с этим "валютным экстремизмом" некоторых директоров портовых торгсинов. Весной 1933 г. специальным предписанием при портовых магазинах Торгсина были ликвидированы всякого рода бары и увеселительные места. Их разрешалось открывать только в

22

интерклубах .

Хотя продажа товаров в портах была более выгодна, чем продажа тех же товаров за границей по низким экспортным ценам, размеры шипчандлерства и, следовательно, доходы от него были невелики.

С портрета Рокотова..." Летом 1927 г. постановлением СНК СССР Наркомату торговли было дано право "вывоза за границу предметов старины и роскоши, не представляющих музейного значения? 23. С появлением Торгсина эта деятельность перешла к нему. Стране требовалась валюта - права Торгсина на продажу антиквариата быстро расширялись. В плане Торгсина появилась специальная строка - "реализация антикварных ценностей". В то время как комиссионным и антикварным магазинам запретили продавать художественные ценности "экспортного" значения, Торгсин получил право приобретать их у магазинов, музеев и частных лиц для продажи иностранным туристам в СССР и для экспорта за границу 24. Первоначальное условие - экспортироваться могли лишь ценности не музейного значения - было "забыто".

Перед Торгсином была поставлена задача организовать за границей широкую продажу произведений искусства, добиваясь при этом "улучшения ассортимента". Благодаря богатейшим коллекциям российских музеев эта задача не оказалась сложной. Алмазный фонд, Эрмитаж, Русский музей, Детскосельский, Минералогический и другие музеи хранят следы варварской деятельности Торгсина. Иконы, ордена и ювелирные изделия Петровского и Екатерининского времен, полотна русских портретистов XVIII в. передвижников XIX в. "мирискуссников" XX в. художников советского времени, старинные сервизы..." Торгсин изымал лучшие, редкие вещи, разбивая коллекции, нанося ущерб экспозициям музеев .

Отношение чиновников Торгсина к произведениям искусства было торгашеским. Показательно следующее письмо. Оно написано не просто неграмотным приемщиком Торгсина, а торговым представителем СССР в Великобритании А. Озерским. Вот оно:

В августе - сентябре этого года (1932 г." Е. О.) Советский Союз посетил сэр Артур Стилмэйтленд, а с ним вместе был председатель Правления Банка Юнайтед Доминион Трест Гибсон Джарвей. Их потом принимал Розенгольц.

Считаю обе эти фигуры в достаточной степени влиятельными в деловых кругах, особенно интересным представляется последний, это Гибсон Джарвей. Хотя он формально - председатель вышеуказанного банка, но по существу он тесно связан с "Биг Файв" и Бэнк оф Ингланд и, кроме того, является своим человеком в финансовом сити, также как и Стилмэйтленд. Он несколько раз публично выступал на тему о Советском Союзе, призывая финансовые круги переменить свою точку зрения и пойти на развертывание более тесных финансовых взаимоотношений с Советским Союзом.

Я с ним встречался дважды и в последнюю свою встречу он, вспоминая о Советском Союзе, между прочим заметил, что единственным разочарованием, которое он вынес из Москвы, это свою неудачу у Торгсина. Он торговал какую-то золотую лампочку, не то лампаду, подаренную Николаем II, когда он был еще наследником, какому-то московскому монастырю. За эту лампочку или лампаду Торгсин просил у него 120 фунтов, а он больше 100 дать не соглашался.

Я считал бы полезным уступить эти 20 фунтов и дать возможность Гибсону купить эту лампочку, если она не продана. Отсюда у меня к тебе просьба - выясни, пожалуйста, в Торгсине, имеется ли эта лампочка еще в наличии, и если да, договорись с кем следует о том, чтобы она была продана Джарвею за 100 фунтов. Если можно, телеграфно сообщи мне об этом. Хотя это пустяк (!" Е. О.) но я придаю ему некоторое значение в деле укрепления большей связи с этим полезным для нас человеком. С товарищеским приветом А. Озерский" .

Конечно, речь идет о взятке. Но, кроме того, в этом письме бьет в глаза непрофессионализм советского торгового представителя. Столь небрежно названная им "лампочка, якобы подаренная Николаем II", на деле оказывается золотой лампадой: "шестигранная, с изображением и орнаментом из выемчатой синей эмали, сделана [она] Зеффтингеном по рисунку художника Солнцева. В 1850 г. была вложена в Чудов монастырь в Московском Кремле Александром II (тогда еще наследником) в ознаменование рождения его сына Алексея" . Оставим за скобками морально-этические соображения и поставим вопрос следующим образом: как можно было с выгодой торговать, не имея представления о действительной ценности продаваемых вещей?

Специальные исследования показывают, что экспорт шедевров происходил в условиях неблагоприятной рыночной конъюнктуры периода мирового кризиса, почти за бесценок. Экспортные цены на предметы старины и искусства падали. Как и во многих других случаях, план экспорта выполнялся экстенсивно - за счет наращивания объемов вывоза. Доходы от экспорта не соответствовали реальной стоимости произведений искусства и не покрывали потребностей индустриализации. По данным международных аукционов и антикварных фирм, в 1931-1933 гг. СССР "выручил" от продажи произведений искусства, антиквариата и ювелирных изделий всего лишь немногим более 5 млн руб.

Скудные поступления от иностранных туристов, небольшие доходы от шипчандлерства, экспорт произведений искусства в условиях низких цен мирового рынка - внешние источники валюты явно не удовлетворяли. Между тем ценные сбережения имелись внутри страны, у советских граждан.

ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС

Работа по изъятию ценностей у населения началась вместе с рождением первого пролетарского государства. Стараниями ВЧК, а затем ОГПУ сделано было немало. Однако, по подсчетам властей, к началу деятельности Торгсина "на руках" у населения еще оставалось около 100 млн. руб. золотом плюс бытовое золото (ориентировочно еще 100 млн.)29. Торгсин должен был заполучить эти миллионы. Осенью 1931 г. советским гражданам было разрешено в обмен на золото и валюту покупать товары в Торгсине. Иными средствами Торгсин должен был продолжить (и дополнить) деятельность ВЧК и ОГПУ по изъятию ценных сбережений.

В пользу решения открыть валютные магазины для советских граждан свидетельствовало также следующее обстоятельство. К концу 1930 г. стала нарастать пугающая власти тенденция: валютные переводы через Госбанк для советских граждан из-за границы стали падать . Дело в том, что советские банки проводили жесткую политику "зажима эффективной (т. е. наличной - Е. О.) валюты". При категорическом требовании можно было в лучшем случае получить в валюте 25% переведенной суммы. Остальная часть выдавалась совзнаками по принудительному официальному курсу . В начале 30-х гг. в условиях инфляции и резкого скачка цен (следствие политики заготовок в деревне) получение таких переводов стало невыгодно: на эти гроши ничего нельзя было купить. Люди либо требовали доллары, чтобы затем продать их на "черном рынке", либо отказывались от переводов. И тогда столь желанную валюту надо было отсылать обратно. Другим следствием банковской политики и нараставшего в стране экономического кризиса был приток долларов ценными пакетами через почту, а не через Госбанк. В этом случае валюта также "уплывала" к спекулянтам. Выход виделся в том, чтобы выдавать в счет валютных переводов не обесценивающиеся рубли, а дефицитные товары из магазинов Торгсина. Летом 1931 г. требования торгсиновских контор отпускать товары советским гражданам в счет валютных переводов приняли массовый характер .

Переориентацию Торгсина на советского покупателя и последовавший за этим его расцвет нельзя объяснить только желанием правительства изъять валютные накопления населения и обратить их в станки для первенцев пятилетки. Сталинское руководство хотело получить золото, но во власти людей было не отдавать его. Между тем население отдало ценности, причем добровольно. Объяснив почему это произошло, мы сможем понять другие причины перерождения и расцвета Торгсина, а также его значение для поколения 30-х гг.

Время Торгсина - это время карточной системы. Она была введена зимой 1928/29 г. в условиях продовольственного кризиса, разразившегося в результате форсирования индустриализации и связанной с этим политики заготовок в деревне. По воспоминаниям очевидцев, начало 1930-х гг. напоминало времена Гражданской войны: пустые магазины и галопирующая инфляция.

Карточки и пайки были следствием форсированной индустриализации. Но не только. Руководство страны пыталось использовать карточную систему в интересах индустриального курса: главной задачей карточного снабжения было обеспечение городского населения, занятого в промышленном производстве. При этом большие группы людей остались "не охваченными" государственным пайковым снабжением.

Карточное снабжение не распространялось на лишенных избирательных прав и на не занятых "общественно полезным трудом". К ним были отнесены бывшие "эксплуататорские" сословия России, а также лица "свободных" профессий, арен-

92 даторы, владельцы контор, бюро, частные маклеры, торговцы и "прочие нэпманы". В их семьях карточки получали только дети.

Крестьяне не получили карточек. Система снабжения деревни имела характер отоваривания заготовок: сдаешь продукцию государству - имеешь возможность получить товары и продукты, не сдаешь - ничего не получаешь. В случае невыполнения плана сдачи продукции государству поставки товаров на село прекращались. В условиях острого дефицита государство не справлялось с отовариванием заготовок: крестьяне вместо реальных товаров получали квитанции и обязательства, подлежащие отовариванию в неопределенном будущем. При этом государство наращивало объемы заготовок, забирая не только товарный, но и семенной хлеб, не только мясной, но и рабочий, молочный скот и молодняк. Неудивительно, что даже в годы хороших урожаев в деревне существовал локальный голод. Неурожай же в сочетании с подобной политикой заготовок и снабжения привел к трагедии 1932 - 1933 гг. унесшей миллионы жизней.

Не получить карточки в условиях государственной монополии снабжения означало голодать. Но и те, кто имел карточки, не были защищены от голода: не справляясь со снабжением, правительство постоянно снижало пайковые нормы и все более дифференцировало карточную систему. Пытаясь обеспечить прожиточный минимум для индустриального авангарда правительство срывало снабжение неиндустриальных рабочих, интеллигенции, студенчества, которым зачастую не гарантировался даже хлебный паек. Но не только эти группы населения (второстепенные, с точки зрения индустриализации) голодали. Даже рабочие ведущих промышленных объектов переживали тяжелые времена. Время Торгсина - это время полуголодного существования городов и массового голодного мора в деревне .

Перед реальной угрозой голода и вымирания населения правительство вынуждено было сохранять оазисы открытой торговли в океане закрытых пайковых распределителей. Одним из таких оазисов были государственные коммерческие магазины. Продажа в них велась на рубли, но по ценам, порой в десятки раз превышавшим цены карточного снабжения. Коммерческая торговля, которая, по сути, была государственной спекуляцией, выполняла важные функции. Она позволяла аккумулировать дополнительные денежные средства в руках государства, гасила избыточный покупательский спрос в городе, сбивала цены колхозного рынка.

Другим оазисом открытой торговли был колхозный рынок. Стимулировать его развитие правительство начало именно в период массового голода 1932"1933 гг. Рынок был основным источником самообеспечения крестьянства и дополнительным источником снабжения городского населения. Кроме того, высокие цены рынка были своего рода компенсацией крестьянству за убыточные закупочные и завышенные цены на промышленные товары. Цены рынка должны были стимулировать расширение сельскохозяйственного производства, которое велось на внерыночной основе (практически государство изымало товарную сельскохозяйственную продукцию). Рынок, как и коммерческая торговля, поглощал избыточный платежеспособный покупательский спрос городского населения (следствие быстро растущей зарплаты и товарного дефицита в годы первых пятилеток).

Открытая торговля "закрывала бреши" в карточной системе. Она предоставляла продукты, не распределяемые по карточкам, и обеспечивала "забытые" правительством группы населения. Рыночные оазисы первой половины 30-х гг. - неизбежное порождение и дополнение пайкового снабжения - были жизненно необходимы.

В этом контексте нужно посмотреть и на развитие Торгсина. Не только валютные потребности индустриализации, но также иерархическая система карточного снабжения и голод привели к бурному расцвету Торгсина и переориентации его на внутреннего потребителя. Чтобы выжить в экстремальных условиях первой половины 30-х гг. люди были готовы отдать все, что имели. Нужно было только

93 разрешить им сделать это. Правительство использовало тяжелейшую ситуацию в стране для того, чтобы изъять сбережения у советских граждан. Услуги ОГПУ для этого уже не требовались. Люди сами понесли ценности в Торгсин, как бы подсказывая правительству, что еще можно взять у них и обратить в импортные станки и турбины.

С осени 1931 г. основным покупателем в Торгсине стал свой, "внутренний потребитель". Крестьяне сдавали в основном золотую монету старого чекана, мелкий золотой лом, редко целые золотые вещи. Приносили и доллары. Предварительно справившись в кассе, принимают ли, обязательно начинали объяснять, откуда у них эти доллары. Одни якобы заработали их, живя в Америке, другие - выменяли в период "военного коммунизма" за продукты. Покупали крестьяне в основном дешевую мануфактуру, сахар, муку. Горожане сдавали главным образом золотой лом, покупали крупу, муку ("берут мешками, когда завоз"). При улучшении продовольственной ситуации спрос горожан менялся: изящная обувь, трикотаж, шелковые ткани. В числе горожан были постоянные покупатели Торгсина, которые приходили туда каждый день: ювелиры и зубные врачи. Предметы роскоши и деликатесы покупали получатели крупных переводов из-за границы и иностранцы. Особую группу составляли спекулянты, которые покупали все подряд, исходя из конъюнктуры рынка. Они наведывались в Торгсин по нескольку раз в день. Платили "чеканкой", а потом продавали товары за совзнаки34.

В отличие от коммерческой торговли и колхозного рынка, где в обращении были совзнаки, Торгсин продавал товары за золото и валюту. Следовательно, для привлечения покупателей он должен был иметь преимущества. Одним из них был ассортимент товаров. Покупателя привлекали также и торгсиновские цены. В Торгсине они всегда были ниже цен коммерческой торговли и тем более колхозного рынка. Ниже торгсиновских были только пайковые цены. Но паек, как известно, полагался не всем, да и набор его был скудным. Конечно, цены Торгсина были не в простых, а золотых копейках и рублях. Каждый золотой рубль Торгсина по официальному курсу был равен 6 руб. 60 коп. в совзнаках. Но даже после перевода в совзнаки цены Торгсина оставались ниже коммерческих и рыночных .

Правительство искусственно сдерживало цены Торгсина. Это становилось очевидным, когда его товары или деньги попадали на "черный рынок": обменный курс золотого рубля Торгсина и стоимость его товаров "подскакивали" в десятки раз. Так, обменный курс начала 1934 г. был 1:60. (Логично предположить, что в голодном 1933 году курс торгсиновского рубля был еще выше.) Но в условиях голода даже такой высокий "черный курс" торгсиновского рубля не удерживал людей от покупок в Торгсине.

Недостаточно, однако, просто сказать, что цены Торгсина были ниже, чем в коммерческом магазине и на колхозном рынке. Деньги Торгсина не были просто бумажками, подобием обесценивающихся совзнаков. За торгсиновским рублем стояло сданное золото или иностранная валюта, в основном доллары. Что реально представлял собой уровень цен Торгсина, да и вообще уровень цен открытой торговли в СССР первой половины 30-х гг. по сравнению с мировым?

Во-первых, цены Торгсина были значительно выше советских экспортных цен. Так, в 1933 г. цены Торгсина на животное масло составили 170% экспортной цены, на растительное масло - 381%, на сахар - 330%36. Пролетарское государство продавало товары своим гражданам дороже, чем за границу. Во-вторых, товары в Торгсине стоили дороже, чем в магазинах Европы, например, в Польше или даже в такой дорогой стране, как Франция. По отзывам работников дипкорпуса, товары в Торгсине были дороже, чем в Германии, Японии, Китае. Учитывая, что цены Торгсина были ниже цен коммерческой и рыночной торговли, можно констатировать дороговизну открытой торговли в СССР в первой половине 30-х гг. по сравнению с мировой торговлей. Следствием завышенных розничных цен и искусственно заниженного обменного валютного курса37 была низкая покупательная способность доллара в СССР, а значит, и золотого торгсиновского рубля .

Дешевизна Торгсина была кажущейся. Голод гнал людей в его магазины. Доходы Торгсина возрастали по мере ухудшения продовольственной ситуации в стране. И не случайно торгсиновский "взлет" пришелся на голодный 1933 год (табл. 2). Если в 1932 г. в Торгсине было продано товаров на сумму 49,3 млн. руб. в 1933 г. - в 2,5 раза больше (на 106,5 млн.). С января по май 1933 г. (голод достиг своего пика)

39

поступление валютных ценностей увеличилось в 2 раза .

Таблииа 2

Поступление валютных ценностей через Торгсин ( в тыс. руб.)

1931 г. - 6962 1934 г. - 65888,2

1932 г. - 49 292,3 1935 г. - 47664

1933 г. "105 359,2 январь 1936 г. - 2 272,3

См.: РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 133, л. 18, 141 - 143.

Интересно посмотреть, как изменилась структура ценностей, поступивших в Торгсин в 1933 г. Если в 1932 г. доля наличной иностранной валюты и валютных переводов из-за границы составляла почти половину ^41%) доходов Торгсина, то в 1933 г. - только 21% (соответственно 8 и 13%) . Это не было абсолютным падением. Доля наличной валюты и валютных переводов относительно уменьшилась в результате быстрого роста поступлений "бытовых ценностей" советских граждан. Основным средством платежа были золотые монеты старой чеканки, ювелирные изделия (по терминологии Торгсина, золотой лом). В период голода резко возросла сдача серебра.

Случай с серебром интересен, так как в определенной мере показывает стратегию выживания в этот тяжелый период. После того, как в октябре 1932 г. Торгсин стал принимать не только золото, но и серебро, предприимчивые люди начали скупать серебряные монеты советской чеканки и, расплавив их, сдавать слитки в Торгсин. Вначале слитки имели явные признаки своего происхождения: изображение серпа и молота, надпись "Пролетарии всех стран..." Но затем, как свидетельствует одно из донесений, "деклассированный и преступный элемент умудрился технически улучшить свою работу": следы криминальной деятельности стали не столь заметными41.

Что же покупали" Более 80% товаров, реализованных Торгсином в 1933 г. были продукты. Основная их доля (64%) приходилась на хлеб. Продажа промтоваров по сравнению с 1932 г. сократилась и составила около 16%42. Голодные люди меняли кольца и серьги на хлеб. Смертоносный 1933 год стал "звездным часом? Торгсина. Закат же его начался вместе с улучшением продовольственной обстановки в стране.

ЗАКАТ

В 1934 г. основным покупателем в Торгсине оставался внутренний потребитель. Прежними были, и главные средства платежа: ювелирные изделия, серебро, золото старой чеканки. Доля инвалютных поступлений (переводы, наличная валюта) сохранилась на уровне 1933 г.43 Казалось бы, общая картина не изменилась. Однако это было не совсем так: улучшение продовольственной ситуации в стране породило новые тенденции в жизни Торгсина.

Начала меняться структура покупок. Хотя в 1934 г. продукты оставались основным товаром, покупаемым в Торгсине (70-80% в общей реализации), доля хлеба в покупках снизилась. Продажа промтоваров при этом существенно возросла44:

голод отступил и люди вспомнили, что на свете помимо хлеба существует еще много приятных и полезных вещей.

Другим следствием нормализации положения в стране было то, что, несмотря на рост торговой сети, товарооборот Торгсина начал снижаться: заинтересованность советского покупателя в Торгсине стала падать. В результате началось затоваривание. В 1934 г. запасы товаров в Торгсине более чем на 20 млн. руб. превышали нормальные запасы, необходимые для бесперебойной торговли. Существование Торгсина становилось убыточным.

Вследствие снижения покупательского спроса цены на продукты в Торгсине в начале 1934 г. упали почти в 2 раза. Представление об этом дают следующие данные (цены за 1 кг): мука"20 коп. (1933 г.) и 10 коп. (1934 г.), сахар - соответственно 46 и 26 коп. мясо "60 и 30 коп. икра кетовая "1 руб. и 70 коп. картофель "7 и 2 коп. красная рыба "1 руб. и 40 коп. Банка мясных консервов стоила 40 коп. в 1933 г. и 15 коп. в 1934 г. бутылка водки - соответственно 60 и 24 коп. пива - 15 и 7, виноградного вина 60 и 30 коп. Как отражение улучшившейся продовольственной ситуации повысились цены на промышленные товары.

Падение доходов Торгсина заставляло искать новые источники валютных поступлений. В 1934 г. было разрешено продавать за валюту через Торгсин квартиры и дачи советским гражданам и сдавать их в аренду иностранцам . За валюту через Торгсин начали продавать курортные путевки, железнодорожные и театральные билеты .

Однако падение значения Торгсина и рост его нерентабельности не были остановлены. Они и не могли быть остановлены, так как успех Торгсина был результатом кризисной обстановки в стране. Между тем к концу 1934 г. острый продовольственный кризис был преодолен. С 1 января 1935 г. были отменены карточки на хлеб, а с октября 1935 г. - карточки на мясо, сахар, жиры, картофель. Вместо закрытых распределителей с принудительным и скудным ассортиментом появились магазины "свободного доступа". Хотя цены в них были высоки по сравнению с отмененными пайковыми, но все же это были цены не в золотых рублях, как в Торгсине. Чтобы купить продукты в этих магазинах, не нужно было расставаться с бабушкиными бриллиантами или дорогим сердцу обручальным кольцом. Улучшился ассортимент и упали цены на колхозном рынке. Все большую конкуренцию Торгсину стали составлять также коммерческие магазины. Торгсин уже не мог конкурировать с открытой торговлей: цены в нем были в золотых рублях, а ассортимент товаров уже мало чем отличался от ассортимента других видов торговли. Кроме того, в то время как в открытой торговле ограничения снимались, в Торгсине было введено прикрепление покупателей-сдатчиков ценностей к определенным магазинам. Закату Торгсина способствовало и то, что значительная часть ценностей советских граждан в голодные 1932"1933 годы уже перекочевала в его заведения.

Политика цен в Торгсине с конца 1934 и до начала 1936 г. также не способствовала наращиванию его товарооборота. Несмотря на падение покупательского спроса, цены на продовольствие в Торгсине не снижались. Более того, в 1935 г. были попытки повысить их. Отмена карточной системы и развитие открытой торговли сделали эти попытки неудачными: спрос на товары неуклонно падал, некоторые товары вообще не покупались. Поэтому с конца 1935 г. продовольственные цены Торгсина были возвращены к уровню цен 1934 г. Цены на промышленные товары росли. Конторам было запрещено изменять цены в зависимости от колебаний покупательского спроса48.

Появившиеся в 1934 г. тенденции (изменение структуры покупок, падение покупательского спроса, затоваривание) усилились в последующие годы. В 1935 г. спрос в Торгсине окончательно переместился с продовольствия на промышленные товары. В структуре покупок промтовары составили более 50%. План по реализации продовольственных товаров не был выполнен. Уменьшилось поступление серебра, бытового золота . С падением покупательского спроса стоимость

96 торгсиновского рубля на "черном рынке" падала50. В связи с нормализацией продовольственной ситуации в СССР стали снижаться валютные переводы и количество продовольственных посылок из-за границы.

Закат Торгсина ускорило и изменение внешнеторгового курса СССР в 1934" 1935 гг. Острейший внутренний кризис заставил правительство снизить объемы экспорта, в первую очередь экспорт хлебов. В 1934 г. экспорт зерна составил 45% от уровня 1933 г. Вывоз продукции животноводства и рыбной промышленности также снизился. Одновременно в структуре импорта уменьшились закупки машин и оборудования, возрос ввоз сырья, особенно для легкой промышленности . В результате этих изменений товарный дефицит внутри страны был несколько ослаблен.

Изменившаяся ситуация заставила говорить о кризисе Торгсина. Правительство

52

приступило к его реорганизации . Уменьшалась торговая сеть и численность аппарата Торгсина , снижались валютные планы, свертывалось его зарубежное представительство. Бывшие магазины Торгсина становились "невалютными". Залежавшиеся на складах Торгсина товары передавались в обычную торговую сеть.

Осенью 1934 г. был проведен обмен товарных книжек Торгсина. В ходе обмена покупатели были разделены на две группы. Сдатчики золота и серебра получали либо квитанции (при сдаче ценностей на сумму до 50 коп.), либо единые книжки. Они могли покупать товары только в тех магазинах, к которым были прикреплены. (Позже, с ликвидацией Торгсина, для этой группы покупателей валютные магазины стали недоступны.) Те, кто получал валютные переводы из-за границы, а также владельцы наличной валюты в ходе обмена получили особые книжки и были свободны в выборе магазина . Владельцы "эффективной" валюты выделялись, таким образом, в привилегированную группу: шла переориентация валютной торговли с внутренних на внешние источники поступления валюты. С ликвидацией Торгсина валютная торговля сохранилась только для владельцев наличной валюты.

Еще в мае 1934 г. СНК СССР постановил прекратить с 1 января 1936 г. все операции в магазинах Торгсина. Это было подтверждено затем постановлением от 14 октября 1935 г. С конца 1935 г. был остановлен прием золота, серебра, драгоценных металлов, чеканной монеты. Всесоюзное объединение "Торгсин" официально прекратило свое существование 1 февраля 1936 г. хотя оставшиеся на руках населения книжки подлежали отовариванию до 1 июля 1936 г. Сохранились только валютная портовая торговля, а также торговля в счет валютных переводов из-за границы и за наличную иностранную валюту . Торгсин исчез. Валютная торговля вернулась к своим истокам - торговле с иностранцами. Валютные магазины вновь стали недоступны большинству советских граждан.

АМЕРИКА В МИНИАТЮРЕ"?

"... жирная плачущая розовая лососина", бочки с "сельдью керченской отборной", пирамиды из мандаринов, хитрые сооружения из шоколадных плиток в золотых обертках и другие кондитерские соблазны - таким увидели Торгсин булгаковские герои. Целые предприятия и специальные цеха работали на Торгсин. Магазины Торгсина продавали таможенные конфискаты, дворцовую мебель, ковры, посуду и пр. Товары для Торгсина шли из-за границы: сливки из Финляндии, кожа из Польши, лимоны из Италии, мука из Голландии, какао из Англии, часы из Швейцарии, маслины из Греции, шерсть из Южной Америки... За зеркальной дверью Торгсина голодным людям открывался мир изобилия и забытая возможность самому решить, что купить, самому выбрать... "Америкой в миниатюре" был назван Торгсин в одном из писем 30-х гг. Но так ли это?

Увы, среди множества магазинов Торгсина, подобных тому на Смоленском рынке, который описал Михаил Булгаков, было немного. Проверки контор Торгсина показывали, что большинство из них были плотью от плоти советской

97 торговли: мелкие грязные лавочки, огромные очереди, ежедневные драки, грубость. Показательно описание Торгсина в Киеве (май 1932 г): "Отсутствие нужного количества магазинов и нужного руководства в организации торговли привело к созданию огромных очередей, в которых простаивают днями и ночами в продолжение недель, запруживают улицы и стимулируют развитие сыпного тифа и одновременно дают работать "черной бирже" и помогают распространению всевозможных контрреволюционных слухов. Ежедневные драки в самом помещении Торгсина и на улице? .

Изобилие было относительным: товаров не хватало, многое было низкого качества. Обычными явлениями были перебои в снабжении, бездумная засылка товаров, несообразная с заявками и сезоном: зонты и галоши попадали в Северный край, а валенки - в Закавказье. Обладание книжкой Торгсина еще не означало получения желаемых продуктов. Мука, крупа, сахар, спрос на которые был особенно велик в условиях голода, были в дефиците. Люди стояли днями и ночами, чтобы купить их. Срок же торгсиновской книжки был ограничен, значит, надо было брать что-то другое. Процветала практика "нагрузок": чтобы получить муку и крупу, надо было взять дополнительно мыло, галоши, селедку - все тот же принудительный ассортимент. Как писалось в одном письме: "Круп мне не дали, сахару - тоже. Зато пришлось взять материи на рубаху, но шить ее нечем, так как ниток в продаже нет. Хорошо, что хоть муки дали пять кило? 57.

Уровень обслуживания и квалификация работников были низкими. Мелкой разменной валюты частенько не хватало, поэтому либо давали сдачу в совзнаках, либо заставляли подгонять покупку под сумму. Образцов и рисунков валюты и старинных монет не было. Где-то вдали от Москвы кассир попавшую в руки золотую монету зарисовывал карандашом в тетрадь, тем и руководствовался . Техника приемки драгоценных изделий была варварской: камни выламывались, золото принималось как лом 59. А ведь люди часто сдавали высокохудожественные ювелирные изделия, предметы старины. Их рыночная стоимость была в десятки раз выше. Старинные русские монеты, которые поступали в Торгсин, переплавлялись в слитки и шли на продажу на мировой рынок . Хотя был спрос и на сами царские монеты. Приемщику либо было безразлично, либо он в силу своей низкой квалификации не мог определить, что перед ним - кусок металла или ценная вещь, произведение искусства. В письме управляющего Таджикской конторой Торгсина описан следующий случай: "При отгрузке сданного серебра в декабре были по неопытности оценщика-приемщика в общем мешке отгружены две вазы, совершенно одинаковые, прекрасной гравированной работы. Фигуры, имеющиеся на них, - всевозможные звери и фигуры гладиаторов, вступающих, видимо, с ними в бой. Считаем эти вазы весьма ценными и, узнав о их приемке и сдаче лишь сегодня, сообщаем об этом для Вашего сведения, для проверки их получения? 61.

Черная биржа" и устоявшийся штат перекупщиков-спекулянтов были неотъемлемой частью Торгсина. Ими ежедневно определялся "неофициальный" курс торгсиновского рубля. Шло "сращивание" торгсиновского руководства и спекулянтов. Процветали жульничество и воровство. При отсутствии порядка и контроля, особенно вдали от центра, воровать было несложно. Так, на Екатерино-Никольком пункте агент Торгсина, принимая золото, неделями хранил его у себя дома в стеклянной банке, а потом вез в Хабаровский госбанк незапечатанным и без охраны . Помимо мелких жуликов были и "рыбы" покрупнее. В 1933 г. "за полное разложение, выразившееся в самоснабжении" был исключен из партии и отдан под суд директор московского универмага - 1 гр. Палей, совершивший хищения на сумму 70 тыс. руб. золотом .

Чтобы меньше воровали, работникам Торгсина был дан специальный "золотой паек". Он включал дефицитные товары Торгсина, но платить за них нужно было не в золотых, а в советских рублях, по низким пайковым ценам. Вначале пайки полагались только работникам прилавка и приемщикам золота, т. е. людям, непосредственно "соприкасающимся" с ценностями, а значит, испытывающим наибольший соблазн и возможность украсть. Сотрудники управленческого аппарата и охрана "золотой" паек вначале не получали. Это вызывало много нареканий и уход "непайковых" работников. Постепенно пайковая система расширялась, включая новые группы, и дифференцировалась .

Местная партийная, советская номенклатура, работники ОГПУ/НКВД, судебных ведомств рассматривали Торгсин как свою вотчину: брали товары и платили совзнаками. Пользуясь властью, они могли среди ночи вызвать заведующего магазином местного отделения Торгсина и получить все, что им требовалось. Правление боролось с самоснабжением местной номенклатуры через Торгсин. Хотя делались и исключения. Заместителем председателя Торгсина В. Ждановым было разрешено, например, архангельской конторе Торгсина "допускать расход на 1000 руб." для обеспечения местных советских и партийных властей (Правление Торгсина затем отменило это решение).

В переводо-посылочной деятельности Торгсина тоже было много изъянов. Переводы и посылки задерживались и терялись, товары не докладывались, упаковка была плохой, что влекло порчу продуктов . Анекдотичны случаи, приведенные в материалах обследования Торгсина: "Одного клиента, которому были переведены деньги через Торгсин, вызвали из Новороссийска в Ростов-на-Дону за получением посылки. Вызванный гражданин здорово издержался на дорогу, а когда приехал, то вместо посылки получил червонные рубли, которые не покрыли проездных расходов" или: "Переводополучатель через два месяца со дня перевода умер, не дождавшись получения денег, которые были предназначены для поддержки его здоровья? .

Сомнительную репутацию имели портовые торгсины и рестораны. Внешний вид их был весьма неприглядным. Не внушали доверия и работники шипчандлерства. По характеристике самого заведующего шипчандлерством Торгсина: "Один ходит в обтрепанной или еще лучше в рваной кожаной тужурке, без подметок ботинки, подозрительного цвета и фасона фуражка. Другой - в пиджаке, сделанном из четвертого срока серой шинели без подкладки, с обтрепанными рукавами ", если воротник этого пиджака вытопить, то мыльный завод может получить пуда два сала. Или еще хуже - в темно-синих брюках, сзади серая заплата? .

Ну и, конечно, история Торгсина, как и вся советская действительность 1930-х гг. не обошлась без вмешательства ОГПУ/НКВД. Хотя "представители органов" должны были проводить свою работу по изъятию валютных ценностей, не подрывая деятельность Торгсина, это требование повсеместно нарушалось. Аресты сдатчиков золота при выходе из магазинов, обыски их квартир и конфискация купленых товаров были частыми явлениями в начале деятельности Торгсина в 1931 г. Но они сохранились в практике ОГПУ/НКВД и в последующие годы 68. Вот выдержки из документов Одесской конторы Торгсина: "10/8 с. г. (1932 г. - Е. О.) около 5 часов вечера перед закрытием универмага - 1, оттолкнув швейцара, ворвался один из постоянных покупателей. За ним вбежали два милиционера первого района с обнаженным оружием и один гражданин в штатском, назвавшийся представителем ГПУ Штаксером". "Вчера, 8/10 с. г. вновь произошел следующий возмутительный случай. В тот же магазин два сотрудника 26 погранотряда ГПУ, т. Андреев А. Д. и Деденев Г. Д. вбежали с обнаженным оружием в погоне за неизвестным гражданином и арестовали его в магазине, произведя этим колоссальную панику и смятение" . В другом донесении (июль, 1933 г.) говорится о частых случаях, когда "агенты УГРО являются в магазины, переполненные народом, производят аресты и конфискации закупленного товара. В результате - в магазине паника, большинство покупателей из магазина разбегается, а некоторые, которые сдали ценности, требуют их обратно? 70.

Торгсин облегчал работу "органов": он, как лакмусовая бумажка, выявлял крупных держателей ценностей и позволял "брать их с поличным". С помощью Торгсина было легче выполнять план по выявлению "валютных спекулянтов": не случайно число арестов в магазинах Торгсина возрастало накануне больших советских праздников, когда ОГПУ/НКВД готовилось рапортовать о проделанной работе.

Реакция населения на деятельность ОГПУ/НКВД не замедлила сказаться. Складывалось мнение, что Торгсин является "ловушкой" (в определенном смысле так и было), и, если тебя не арестовали сразу при входе в магазин, то сфотографируют, проводят до дома, произведут обыск и арестуют потом . Люди стали соблюдать осторожность. В докладе Нижегородской конторы Торгсина так описано поведение крестьян: "Прежде чем купить, ведут наблюдения и даже провожают покупателей до квартиры. Нередко на ухо продавцу спрашивают: "А меня не арестуют? У меня монеты" . Практика ОГПУ/НКВД грозила падением валютных поступлений. Торгсин бил тревогу, требуя соблюдения прав владельцев валюты.

В 1933 г. в деятельности ОГПУ появилась новая практика: стали заставлять людей отказываться от валютных переводов. Дело в том, что за границей началась кампания в помощь голодающим в СССР. На адрес Торгсина пошли переводы от специально созданных организаций и частных лиц . Поскольку сам факт голода в СССР властями не признавался, было дано распоряжение препятствовать получению этих переводов советскими гражданами. В ход пошли репрессии и угрозы. В одном из писем (июнь 1933 г.) по этому поводу говорилось: "ОГПУ в Ленинграде вынуждает граждан, имеющих торгсиновские книжки, списывать с текущих счетов в Торгсине большую часть их сбережений под видом добровольного пожертвования (иногда эти пожертвования достигают всей суммы текущего счета в Торгсине). Граждане под влиянием репрессий отдают все, что с них требуют, а иногда и больше, лишь бы их не преследовали" . Распространенной мерой воздействия на колхозников были угрозы исключения из колхозов . Помощь через Торгсин могла стать роковой для советских получателей переводов. Конечно, возвращать валюту за границу советское государство не собиралось: "отказные" переводы передавались МОПРу.

Следует сказать, что репрессий не избежали и сами работники Торгсина. Проверки и чистки его аппарата начались вместе с рождением Торгсина и продолжались до конца его деятельности. Списки уволенных и арестованных |6)т продавцов до председателей правления) сопровождают его архивные материалы .

Блистающий Торгсин" - не несколько магазинов в крупных городах, а Торгсин как распространенная практика торговли - был одним из мифов 30-х гг. Голодным людям он мог казаться островком изобилия, но как сказал один из современников, представлял "жалкую память о былом могуществе". В зеркальных дверях Торгсина отразились все неприглядные стороны советской торговли, а лучше сказать советской распределительной системы. Он был порождением этой системы и ее частью.

ИТОГИ

За время существования Торгсина его ч7и7стая валютная выручка (без валютных затрат на импорт) составила 273,4 млн. руб . Много это или мало? Посмотрим, как выглядят достижения Торгсина в сравнении с советским экспортом первой половины 30-х гг. Ведь и Торгсин, и экспорт решали одну и ту же задачу - добывание валюты для пятилеток.

Наиболее высокими являются показатели Торгсина за 1933 г. (табл. 3). Доходы Торгсина в этот год равнялись почти четверти доходов от экспорта. Рентабельность экспорта на этот год в целом по всем объединениям Наркомвнешторга (НКВТ) была запроектирована в 18 коп. (на каждый вложенный рубль). Фактически, по данным валютно-финансового сектора НКВТ, ожидалось, что она не превысит 15 коп. Если же исключить экспорт нефти, то средняя рентабельность экспорта СССР за 1933 г. должна была составить около 13 коп. В то же время за первые три квартала 1933 г. рентабельность Торгсина по продаже тех же продуктов была в три раза выше - 39 коп. В четвертом квартале 1933 г. в соответствии с докладной запиской по издержкам обращения в системе Торгсина: "В каждом выручаемом торгсиновском рубле содержалось 63 коп. дополнительной, по срав-

100

Таблица 3

Сумма привлеченной Торгсином валюты (в %)
1932 г. 1933 г. 1934 г. 1935 г. ( предварит, данные) 1932" 1935гг. (в среднем)
К экспорту из СССР К импорту в СССР 8,6 7 23,3 33 16 28,3 13,8 20,6 15,3 18,5
См.: РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 133, л. 137.

нению с экспортными организациями, валютной выручки" 78. Ничего не вывозя за рубеж, государство получало валюту.

Высокая эффективность Торгсина в 1933 г. по сравнению с экспортом не вызывает сомнений. В целом же за 4 года (1932"1935) валюта, полученная через Торгсин, составила 15,3% к доходам от экспорта. В отчете об итогах деятельности Торгсина читаем: по приближенным подсчетам, для выручки за границей по экспортным ценам привлеченной через Торгсин указанной суммы валютных ценностей потребовалось бы вывезти на внешний рынок товаров экспортного качества в 3,3 раза больше, чем было продано через Торгсин? 79.

Валюта предназначалась для импорта промышленного сырья и оборудования. Как выглядят достижения Торгсина на фоне импортных закупок СССР? В среднем за 1932"1935 гг. валюта, полученная через Торгсин, составила более 18% к затратам на импорт (табл. 3). Грубо говоря, Торгсин "компенсировал" примерно пятую часть затрат на импорт оборудования и сырья в первой половине 30-х гг. "Звездные" годы Торгсина (1933 и 1934) покрыли около трети импортных затрат. В отчете об итогах работы Торгсина говорилось: "Сумма привлеченной через Торгсин валюты немного превышает стоимость импортного оборудования для 10 гигантов социалистической промышленности : Горьковский автозавод (43,2 млн. руб.), Сталинградский тракторный завод (35 млн. руб.), автозавод им. Сталина (27,9 млн. руб.), Днепрострой (31 млн. руб.), "Господшипник" (22,5 млн. руб.), Челябинский тракторный (23 млн. руб.), Харьковский тракторный (15,3 млн. руб.), Магнитострой (44 млн. руб.), Кузнецкстрой (25,9 млн. руб.), Уралмаш (15 млн. руб.)? Да, достижения Торгсина выглядят внушительно.

Сказанное позволяет лучше понять взаимозависимость Торгсина и внешнеторгового курса СССР. Наращивая объемы сельскохозяйственного экспорта и импортируя главным образом промышленное оборудование, правительство обостряло товарный дефицит внутри страны, создавая зону острого неудовлетворенного спроса и благодатную почву для "взвинчивания" цен. Торгсин частично удовлетворял этот спрос, более того, он процветал благодаря этому ненормальному голодному спросу, высоким ценам и экстенсивному советскому экспорту, "выкачивающему" внутренние ресурсы. Таким образом, процветание Торгсина было не только следствием голода и иерархической системы снабжения, но и следствием "особенностей" советского экспорта и импорта, которые этот голод обостряли. Торгсин "закрыл" один из изъянов советского внешнеторгового курса 30-х гг.: почти полное отсутствие в импорте продуктов питания и предметов личного потребления. Используя главным образом внутренние ресурсы, Торгсин предоставлял жизненно необходимые продукты и товары. Кроме того, благодаря ценным сбережениям советских граждан, Торгсин частично компенсировал неэффективность экспорта. Внутренняя рыночная конъюнктура, благодаря дефициту, инфляции, голоду, поистине была благоприятнее мировой, а деятельность Торгсина - более эффективной в добывании валюты для индустриализации, чем экспорт.

Из чего же состояли внушительные доходы Торгсина? В чем секрет его высокой рентабельности" Не переводы из-за границы и не наличная валюта, а ценные

сбережения и семейные реликвии советских граждан составили львиную долю доходов Торгсина - почти 70% (табл. 4). Вот она - главная тайна Торгсина! Ордена дедов, обручальные кольца и серьги мерцают в станинах станков, турбинах и двигателях индустриальных гигантов. Название "Торговля с иностранцами" звучит фальшиво. Высокая рентабельность Торгсина - следствие голода в Советской России 1930-х гг. и высоких (по сравнению с экспортными и мировыми) торгсиновских цен.

Структура доходов Торгсина за 1931 - 1936гг.(в %)

Бытовые ценности советских граждан 69,0

В том числе: золотые монеты старого чекана 15,5

золото - лом 28,5

драгоценные камни и др. 25,0

Переводы из-за границы 16,3

Наличная валюта 14,7 * См.: РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 133, л. 141 - 143.

Таблица 4

Итак, настала пора вернуться к вопросу, поставленному в начале статьи: в чем загадка появления, бурного расцвета и скорого исчезновения магазинов с загадочным названием "Торгсин"? Два главных фактора определяли историю Торгсина - индустриализация и голод. Валютные потребности индустриализации привели к появлению Торгсина, расширению его функций и переориентации на внутреннего покупателя. Голод объясняет бурный, но короткий расцвет его торговли.

Торгсин выполнил свой долг перед индустриализацией. Но значение его не только в этом. Оглянемся и посмотрим на Торгсин глазами простых людей, заложников индустриального курса и имперских амбиций сталинской власти. В голодной жизни первых пятилеток счастлив был тот, кому было что отнести в Торгсин. Люди хотели жить. Для поколения 30-х гг. значение Торгсина состоит в том, что он дал миллионам людей возможность выжить.

Примечания

1 В ноябре 1930 г. в условиях карточной системы Наркомат торговли был упразднен. Вместо него было создано два новых: Наркомат снабжения и Наркомат внешней торговли.

2 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 3, л. 5.

3 Появившиеся в 1931 г. валютные чеки (другое их название - травелерс чеки) выпускались в червонцах достоинством 5, 10, 25 руб. Могли свободно размениваться на совзнаки и иностранную валюту. Чеки были именные, однако, могли передаваться другим лицам с передаточной подписью их владельца (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 4, л. 83; д. 8, л. 59).

4 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 1, л. 210; д. 2, л. 38.

5 Там же, д. 15, л. 54.

6 Там же, д. 4, л. 83; д. 8, л. 59; д. 15, л. 54; д. 58, л. 3; д. 63, л. 3; д. 77, л. 6; д. 96, л. 40; д. 101, л.

74.

7 Там же, д. 10, л. 90-92.

8 Часть товаров ввозилась безлицензионно (например, овощи, кофе, фрукты, мед, мясо, рыба). Разрешение требовалось на ввоз муки, масла, сыра, крупы, чая и др.

9 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 92, л. 130.

10 Списки банков и фирм, сотрудничавших с Торгсином см.: РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 109, л. 19, 36-40, 50, 53 , 64, 109-112, 117, 144, 121; д. ПО, л. 177-178 и др.

11 марте 1934 г. это положение было изменено: цены в Торгсине стали устанавливаться Советом руда и Обороны. У торгсиновских контор осталось право самостоятельно изменять цены только на товары местного производства (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 115, л. 7).

12 РГАЭ, ф. 1562, оп. 329, д. 4, л. 3"1.

13 Там же, л. 10-11.

14 Там же, д. 14, л. 2-28, 47.

102

Там же, л

15

1167 Там же, д 1178 Там же, ф 1189 Там же, д 1290 Там же, д 2201 Тамже, д. 2212 Там же, л 2223 Там же, л 2234 Там же, д 2245 Там же, д 2256 Там же, д 2267 Там же, д

27 Там же, л

28

61.

4, л. 17; д. 14, л. 2-28, 47, 61; д. 48, л. 17; д. 80, л. 33, 35. 4433, оп. 1, д. 4, л. 83. 88, л. 50. . 164, л. 82. 73, л. 41-42. 24. 44.

4, л. 43. 88, л. 43. 129, л. 5, 7, 8. 24, л. 65. ... 66.

Мосякин А. Продажа//Огонек. 1989. - 6-9; его же. Антикварный экспортный фонд//Наше наследие. 1991. - 2, 3.

30 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 19, л. 20-22. 3° Там же.

31 По официальному курсу 1930-1931 гг. 1 доллар был равен 1 руб. 94 коп. (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д.3,л. 135; д. 10, л. 42).

2,2 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 3, л. 135; д. 4, л. 137; д. 8, л. 59, 67, 81-91.

33 Более подробно о карточной системе первой половины 30-х гг. см.: Осокина Е. А. Иерархия потребления. О жизни людей в условиях сталинского снабжения. 1928"1935 гг. М. 1993.

4 Из отчета Нижегородской конторы Торгсина (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 38, л. 1-14).

35 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 112, л. 121 - 122; д. 122, л. 50-52; ф. 8043, оп. 1, д. 79, л. 129-144; оп. 11, д. 68, л. 16-21; д. 70, л. 36-39; д. 102, л. 6; д. 111, л. 46; ф. 1562, оп. 329, д. 48, л. 17; д. 62, л. 133"136.

37 РГАЭ, ф. 1562, оп. 329, д. 14, л. 33.

37 Для полноты анализа необходимо было бы сравнить с мировыми и скупочные цены Торгсина на золото. К сожалению, архивные материалы практически не дают такой возможности. В одной из записок за 1934 г. было сказано, что скупочные цены на золото находились в Торгсине на уровне мировых, но скупочные цены на серебро были ниже (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 101, л. 44). Однако имеет ли это заявление силу только для 1934 г. или его можно отнести ко всему периоду существования Торгсина - не ясно.

8 В справке председателя Торгсина М. А. Левенсона, составленной осенью 1935 г. говорилось, что на 1 доллар в магазинах Польши можно было купить 1,3"1,8 кг масла, в магазинах Франции - 600-750 г, в СССР же - только 250-400 г. Соответственно по мясу данные были: 1,7-3,8, 2,3? 0,5 и 1?0,6 кг, по сахару - 3-3,3, 3-4 и 1,2 кг, крупе - 10, 3 и 1 кг. Заметим, что в этих подсчетах доллар принимался равным 5 руб. 75 коп. т. е. его котировка была выше официального обменного курса, существовавшего в СССР в первой половине 30-х гг. Следовательно, покупательная способность доллара в СССР, а значит, и торгсиновского рубля, реально была еще ниже, чем следует из этих подсчетов (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 138, л. 66).

39 РГАЭ, ф. 1562, оп. 329, д. 14, л. 29-36; ф. 4433, оп. 1, д. 133, л. 18, 141 - 143.

40 Там же, ф. 1562, оп. 329, д. 14, л. 9-36.

41 Там же, ф. 4433, оп. 1, д. 63, л. 11; д. 74, л. 2. 43 Там же, ф. 1562, оп. 329, д. 14, л. 29-36.

43 Инвалюта составила в 1934 г. 7-9% в обороте, переводы - 12"15%.

44 В 1934 г. она составили 25% от всех продаж (РГАЭ, ф. 1562, оп. 329, д. 48. л. 17, 51; д. 80, л.

55).

45 РГАЭ, ф. 8043, оп. 11, д. 68, л. 16-21; д. 70, л. 36-39; д. 102, л. 6; д. 111, л. 46; ф. 1562, оп. 329, д. 48 л. 17.

46Там же, ф. 4433, оп. 1, д. 9, л. 99, 140. 48 Там же, л. 108; д. 20, л. 117.

48 Как писал один из директоров магазина: "Снижение цены чуть ли не граничит с вредительством. При этом, продавая по 1-2 флакона одеколона в день, больше расходов по зарплате, аренде, пайкам" (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 71, л. 49).

59 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 153, л. 19, 22, 29, 30.

50 В 1935-1936 гг. курс торгсиновского рубля на "черном рынке" упал в два раза с 1 : 60 до 1 : 30. 51 РГАЭ, ф. 1562, оп/ 329, д. 80, л. 35, 60; д. 106, л. 100.

52 Хотя о будущем "затухании" деятельности Торгсина говорили еще в 1932 г. правительство предполагало, что Торгсин продержится дольше. В архивных материалах есть план развития Торгсина на период 1933"1937 гг. Жизнь, однако, внесла свои коррективы (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 105 л. 4).

От полутора тысяч магазинов Торгсина к концу 1935 г. осталось 216. К середине января 1936 г. их было уже 71. К началу февраля предполагалось передать Наркомвнуторгу последние 50 крупных магазинов (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 133, л. 137).

54 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 96, л. 40.

56 Там же, д. 133, л. 134.

56 Там же, д. 15, л. 100. Характеристику торгсинов в других городах см.: Там же, д. 15, 16, 19, 39, 40, 70, 71 95.

57 Там же, д. 27, л. 75.

58 Там же, д. 71, л. 30.

59 Там же, д. 51, л. 29.

60 Там же, д. 132, л. 54.

61 Там же, д. 129, л. 1.

62 Там же, д. 71.

64 ,

' Там же, д. 71, л. 161.

4 С улучшением продовольственной ситуации пайковый режим был ужесточен. Как следует из справки Азконторы Торгсина, в 1934 г. за каждый золотой рубль выданного пайка в семикратном размере стали удерживаться совзнаки из зарплаты. Получение пайка становилось невыгодным. Осенью 1935 г. "золотые пайки" были отменены (РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. И, л. И; д. 28, л. 68; д. 130, л. 12"13, 64; д. 133, л. 126).

65 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 15, л. 89; д. 25, л. 202.

66 Там же, д. 27, л. 118; д. 90, л. 164. 5, л. 8.

31, л. 23-24; д! 41, л. 29; д. 45, л. 12"15; д. 148, л. 33; д. 149, л. 62, 66, 86, 88, 90. 149, л. 66. 148, л. 33.

31, л. 23-24; д. 41, л. 29; д. 45, л. 12"15; д. 148, л. 33; д. 149, л. 62, 66, 86, 88, 90. 38, л. 1 - 14. . 108, л. 140; д. 133, л. 4. 148, л. 34.

104, л. 47; д. 133, л. 4, 34; д. 144, л. 246.

151, л. 89-96; д. 150, л. 30-31, 85-87; д. 152, л. 69-71 и др. 133, л. 141-143. 114, л. 51 "55. ". 133, л. 141-143.

1 Сравнение здесь идет не с чистой валютной выручкой Торгсина (273,4 млн. руб.), а с общей суммой привлеченных ценностей (287,2 млн. руб.). 81 РГАЭ, ф. 4433, оп. 1, д. 133, л. 136.

6678 Там же, д 6689 Там же, д 70 Там же, д 7° Там же, д 7712 Там же, д 7723 Там же, д 7734 Там же, д 7745 Там же, д. 7756 Там же, д 7767 Там же, д 7778 Там же, д 7789 Там же, д 79 Там же, д

104