Журнал "Юность" "8 1964 / Часть II

Дело шло к осени. И Женя решил не терять времени. Сдал вступительные экзамены и поступил на I курс зоотехнического отделения нашего техникума.

Особенно трудно было первые два года, когда шли общеобразо-нательные предметы. Целый день на ферме. Вечером еревенскис парни да девчата на гулянку идут, а ему недосуг: надо писать очередную контрольную работу.

С третьего курса дела пошли легче. Коневодство, общая зоотехника... Все это уже хорошо было знакомо ему по работе. Стало интереснее.

И вот теперь Женя, скромный деревенский паренек, вместе с нами переходит на пятый курс.

Илн вот история Кузьмы Ивановича.

Кузьма Иванович Дубинин работает обжигальщиком на кирпичном заводе - профессия, далекая от сельского хозяйства. Раньше, до 1948 года, был колхозником. Многие ушли в те тяжелые годы в города. Но человека, уже поработавшего в сельском хозяйстве, властно тянет назад, к земле. И вот, не побоявшись того, что семилетка окончена почти двадцать лет вазад, он поступает в техникум, чтобы вернуться на село не с пустыми руками.

Но случилась беда в один нз первых дней сессии. Кузьма Ивано-

вич упал и сломал руку. Все думали о том, что вот пропал у человека год. А ведь ему не восемнадцать.

А Кузьма Иванович съездил в поликлинику, наложил гипс и вернулся в общежитие готовиться к экзаменам. И что же? Сдал все экзамены Кузьма Иванович. Человек многое может, когда дело ему по сердцу.

ТАК МЫ ЖИВЕМ

Нас восемнадцать. Дома у каждого своя работа, свои обязанности. Женя Михеев - "начальник" над десятью доярками. Толя Ашарин управляет отделением совхоза, а Рая Смирнова, несмотря на свою молодость, ведает кадрами большой птицефабрики. Но здесь нет начальников и рядовых. Мы студенты.

Много стихов ч песен напнеано о веселых студенческих годах, полных беззаботности и крепкой студенческой дружбы. Но кто яс был заочником, тот никогда не изведает неповторимой радости экзаменационных сессий, - на целых сорок дней ты выпиваешься из

В

привычной обстановки и весь отдаешься новым интересам.

Есть и у нас свои студенческие песни, но все-таки мы не обычные студенты, мы заочники. Например, как поведет себя студент, сдав очередной экзамен? Он пойдет в кнно, побежит на свидание, во всяком случае, в этот день заниматься не будет. А заочники уже заглядывают в расписание экзаменов - какой там следующий" - и снова за книгу.

Конечно, и в кино пойти хочется, а кое-кому и на свидание. И тут спасибо "маме Вере". Она нас наставляет на путь истинный. Вера Дмитриевна Гаврплова совсем не похожа на "маму Веру" из кинофильма "Девчата". И все-таки с легкой руки нашей молодежи это имя так к ней пристало, что иначе ее никто и ве зовет. Сядет "мама Вера" скромненько н сторонке, раскроет учебник. Глядишь - вокруг пее целый кружок образовался: Рая Смирнова, Аня Бороденкова, Валя Тулякова и неизменный Кузьма Иванович. А у

мамы Веры" трое детей; старшин, Володя, учится у нас же в техникуме, на втором курсе.

Недавно я познакомилась с птичницей Глебовской птицефабрики Зиной Мещаниновой. Она одна из

перных "миллионеров" в Московской области. Не ищите в словаре объяснения этого слова. В руках таких, как Зина, оно приобрело совсем иной смысл.

Есть у нас в стране мнллионе-ры-летчикн, миллионеры шоферы, миллионеры-ткачихи, а теперь появились у нас в Московской области и три миллнонера-птнчницы - каждая из них за год собирает более миллиона яиц. При современном же уровне механизации работница обычно собирает за год не больше 300-500 тысяч яиц. А Зина Мещанинова как бы шагну ла в завтрашний день. И совсем не будет преувеличением, если я скажу, что эта девушка "" вестница интенсификации, которая властно вторгается во все отрасли сельского хозяйства.

В этом году Зина поступила на первый курс нашего Волоколамского техникума. С Глебовской птицефабрики у нас в техникуме учится 63 человека. Пополняется наш техникум новыми людьми.

...И вот сдан последний экзамен. Получили мы на следующий семестр программы, учебники, выслушали напутствия преподавателей - и по домам. Встретимся мы в нашем доме с колоннами следующей весной на последней экзаменационной сессии. А там вскоре н госэкзамены.

Разойдутся мои товарищи-заочники в разные стороны с ясным чувством, что каждого ждет дорогое ему, хорошо освоенное дело.

Александр Аронов

По профессии педагог. Несколько лет преподавал русский язык и литературу в одной из московских школ, а затем - в ГИТИСе. А Аронову - 29 лет.

Сирень

Экзамены. Сирень пылает. Столы усталые стоят. Насколько лето позволяет. Настолько телефоны злят. Накапливает тополь пух. Прохлада классы наполняет, Лилова "химия" на слух, И до жары, с утра до двух. Здесь на столах сирень пылает. Есть город. Полдень. Сто машин. И ветер улицу полощет. Покачиваясь, через площадь Плывет сирень. Она курится. Ее огонь растормошил, А за углом, как за кулисой. Стоят и смотрят сто машин. Ну, что же, правда, были дни, И приходили и серели, А вот сейчас пора сирени, Мы с нею в городе одни.

А вы не встретите того. Что стало старыми словами. Что, может быть, сто раз мертво И все-таки осталось с вами, А к вам не кинется она Из неожиданного леса. Взбесившаяся гишина В зелено-желтых пятнах лета? Да что вы, город не арена, О будничность, вернись скорей! Но, как огромная сирена. Стоит над городом сирень. О сколько жизней невпопад! Меня по городу носило Цветоскольженье, цветосила, Цветоворот и цветопад... Нет, так нельзя. Я постарел. Я обжигался многократно... Уйди, не жди меня, сирень. Не жги меня. Вернись обратно.

Роберт ВИТОЛНИЕК

Серебристые

ОБЛЛКЛ

Роберту Витолниеку нет еще семнадцати лет. Он живет в живописном городке Парогре, неподалеку от Риги. Роберт почти ровесник одной из самых молодых наук, радиоастрономии. Занимается он этой наукой пять лет. За это время успел сделать научное открытие, которое в дальнейшем поможет ученым еще глубже проникнуть в сокровенные тайны природы.

Вот что об этом говорилось в сообщении ТАСС:

Ученый совет астрофизической лаборатории Академии наук Латвийской ССР одобрил новое исследование о загадочном явлении природы - серебристых облаках. Новые сведения получены юношей Робертом Витолниеком..."

Сейчас Роберт работает в Риге радиомонтажником и одновременно заканчивает заочно одиннадцатый класс вечерней школы. В свободное время он изучает высшую математику, ядерную физику, радиоастрономию. Готовится поступить в университет...

DLce началось с увлечения астрономией. Мы тогда ЩМ жили иа берегу Балтийского моря, в городе Аие-пае. Моя мама работала юристом, отец - архитектором. Сам я ходил в пятый класс н учился играть на скрипке в детской музыкальной школе.

Однажды, в день экзаменов, случилось так, что я намного раньше вышел из дому. Времени было еще достаточно, и я решил зайти в городскую библиотеку послушать лекцию про Марс. Зайти было просто, а вот выйтн труднее - настолько увлек меня загадочный звездный мир, про который рассказывал лектор.

Уходил я с лекции чуть не со слезами. Дело в том, что мне хотелось дослушать лекцию, а надо было спешить на экзамен в музыкальную школу.

А потом - книги. Вначале я прочел "Занимательную астрономию", затем - целую гору научно-популярных книжек о космосе и звездах. Почти все лето я ходил в читальный зал, приносил книги по астрономии домой, и вместе с мамой мы не только читали, но и вечерами со звездным атласом в руках отыскивали на небе знакомые звезды и созвездия. Между прочим, моя мама тоже с того времени настолько увлеклась астрономией, что и сейчас занимается историей этой науки. И мне это во многом помогает: ведь она знает хорошо восемь иностранных языков и переводит для меня специальную литературу по астрономии.

Тогда я серьезно мечтал стать первым космонавтом. В книгах я узнал, что попасть в далекие звездные миры можно только с помощью ракет. Так у меня родилась мысль смастерить модель ракеты самому.

Я взял обычную палку и накрутил на нее в несколько слоев бумагу, промазывая каждый новый слой столярным клеем. Получился корпус ракеты. К пему я приладил жестяной стабилизатор, а головку выточил на токарном станке из дерева. Несколько первых таких моих ракет, начиненных обрезками фотопленки и спичечными головками, взвились на высоту 200-300 метров и пролетели расстояние в несколько сотен метров. Стартовая площадка была наклонной, это позволяло запускать ракеты на более дальние расстояния.

Не знаю, быть может, я бы так и увлекся ракетами, но неожиданно со мной случилось несчастье. Произошло оно оттого, что я плохо знал подводный мир.

В то время я увлекался н подводным плаванием. Из резиновой грелки и куска оргстекла смастерил себе маску для ныряния, из резиновых автомобильных камер - ласты. Одним из первых в Лиепае я начал ны-- рять в маске и охотиться под водой. Однажды я увидел в море крошечных медуз. Таких здесь еще никто из старожилов не видел. Они диаметром в пять сантиметров, на спинке у них коричневый крестик. Я набрал в шапку этих забавных медузок и пересадил их дома в самодельный аквариум. А на другой день я не мог пошевелить ни руками, ни ногами. Острая боль разламывала поясницу. Так, полупарализованный, я пролежал несколько месяцев. Врачи думали, что это полиомиелит. Но лишь впоследствии я узнал, что этой болезнью обязан тем самым медузам-крестовичкам, которых ловнл в море.

Когда боли немного стихли, я смог брать в руки книги. Но все время приходилось лежать в постели. День за днем я перечитывал одну за другой книги по астрономии, переходя от научно-популярных к более серьезным. Мой отец, вндя, насколько я увлекся астрономией, подарил мне замечательный полевой бинокль. Теперь я мог наблюдать и за теми звездами, которые не видны простым глазом. Учился я заочно - читал учебники по школьной программе, выученное рассказывал маме.

К следующему лету болезнь прошла. Я снова мог

в

ходить, бегать, купаться. Как-то я был в Риге и решился зайти в астрофизическую лабораторию Академии наук Латвийской ССР, чтобы рассказать о своем интересе к астрономии и, если возможно, получить советы для дальнейшей работы.

Директор лаборатории, латышский ученый Ян Ика-униек внимательно выслушал меня, задал мне несколько вопросов. Уж не помню, каких, но по астрономии. Я легко на них ответил, потому что хорошо знал этот раздел про звезды. А после этого я попросил его дать мне какое-нибудь задание.

И задание я получил. Мне поручили наблюдать за звездой Дельта созвездия Цефей и составить годовой график изменения яркости этой звезды.

Дело в том, что цефеидами названа группа звезд, которые периодически изменяют свою яркость, звезды загораются то ярче, то слабее. Они уже достаточно хорошо изучены, и только потом я понял, что мне поручили наблюдать за Дельтой созвездия Цефей, чтобы проверить мою добросовестность в работе, дисциплинированность н усидчивость. Я сейчас довольно отчетливо представляю себе, как мог выглядеть одиннадцатилетний мальчишка, который пришел в Академию наук предлагать свои "услуги".

Скажу откровенно, это был серьезный экзамен. Каждую ночь, когда кусочек неба над головой очистится от облаков, надо выходить для наблюдений на улицу. Неважно, какая стоит погода - мороз или ветер, сырая осень или сухой, теплый вечер. Главное было в том, чтобы не пропустить ни одного дня. Работа требует напряжет": надо СТОЯТЬ, запрокинув голову и глядя почти в зенит неба. Стоять десятки минут и отыскивать знакомые звезды рядом с Дельтой Цефея, чтобы по ним сравнить яркость Дельты. Но с заданием я справился и через год принес в астрофизическую лабораторию точный график изменения яркости.

Теперь меня встретили очень приветливо. И даже приняли во Всесоюзное астрономо-геодезнческое общество - ВАГО. Вероятно, тогда я был самым молодым членом этого общества: мне едва исполнилось двенадцать лет.

Приняли меня в ВАГО и дали новое задание: наблюдать еще две звезды. Но это были уже малоизученные звезды.

А спустя еще немного времени, когда и это задание было мною выполнено, я узнал, что основной работой ВАГО во время Международного геофизического года будет наблюдение загадочных серебристых облаков. И я немедленно стал интересоваться всем тем, что написано об этих облаках.

Серебристые облака - странное явление природы. В основном их можно видеть только в северных широтах. Специальные исследования показали, что они находятся на высоте 82 километров и мчатся со скоростью до 300 километров в час.

Онн таинственно появляются только в летние месяцы. Видеть нх можно после захода солнца. Иногда они так слабо заметны, что разглядеть их может только тренированный глаз астронома. А иногда их яркость возрастает настолько, что при этом света можно читать книгу. Серебристые облака движутся над горизонтом иногда в виде сигар, иногда - в виде гребешков, полос или завихрений.

Но до спх пор не могли предсказать тот день, когда они появятся. А о происхождении серебристых облаков лишь строились различные гипотезы.

Вот почему я так хотел принять участие в наблюдении этих таинственных облаков. Была у меня и затаенная мысль: узнать что-тс новое об этих облаках, разгадать их тайну. И я попроси, директора астрономической лаборатории, чтобы меня приняли наблюдателем на станции в Сигулде.

Наблюдательный павильон в Сигулде - это небольшой дощатый домик, одна из стен которого может опускаться вниз. Перед этой стеной стоит фотоаппарат для аэрофотосъемки. У него очень светосильный объектив с большим фокусным расстоянием - это позволяет снимать даже слабо освещенные серебристые облака на расстоянии в несколько сотен километров.

Наблюдения требуют напряженного внимания в течение всей ночи, до самого рассвета. Иногда приходилось вести наблюдения одному. Рядом с наблюдателем стоит приемник, настроенный на волну Науен-ской обсерватории, которая дает секундные импульсы точного времени. В руке - хронометр. Другой рукой надо открывать затвор аппарата н все время вести записи в журнале наблюдений, занося туда температуру воздуха, давление, время съемки, азимут, по которому направлен объектив, и другие сведения. А вся работа ведется с точностью до секунды: ведь надо, чтобы данные наблюдателя в Сигулде совпали с данными других наблюдателей - в Тарту и Таллине. Только по таким точным результатам можно вычислить скорость и высоту каждого облака.

И хоть работа была нелегкой, но каждое утро на рассвете, когда я садился в проходящий ленинградский или таллинский поезд, у меня было отличное настроение. Ведь это же очень здорово - принимать участие в научной работе вместе с учеными - астрономами и физиками!

И чем больше я занимался наблюдениями серебристых облаков, тем больше мне не давал покоя вопрос, что они собой представляют. Я знал, что даже небольшое открытие в этом загадочном явлении может послужить той ниточкой, с помощью которой можно будет ученым сделать и другие открытия.

И все же я кое-что нашел. Иногда мне кажется, что это было случайно. А иногда - что это просто было подготовлено всей предыдущей работой. А вернее всего - и то и другое вместе.

А случилось вот что. Однажды я встретил в иностранном радиожурнале удивительно знакомую кривую. Откровенно говоря, я мог узнать эту кривую где угодно, - настолько я ее выучил наизусть. Это был график появления ионосферного слоя Ев течение одного года. Во время возникновения слоя Eg наблюдается сверхдальний прием телевизионных передач. Кривая этого графика была очень похожа на кривую появления серебристых облаков.

Но почему же так похожи эти графики, почему так точно совпадают все линии кривых" Может быть, это было случайно и только тем летом, о котором идет речь в статье радиолюбителя?

Надо было убедиться, что это не случайно. А для этого необходимо было связаться с телелюбителями, которые ведут сверхдальние приемы. Адрес такого телелюбителя я достал довольно быстро. Это был Леопольд Озолс - он один из первых в Прибалтике начал принимать на свой телевизор Англию, Францию, Италию н Америку. К нему я и обратился за советом.

Леопольд Озолс показал мне все свои журналы записей приема сверхдальних телепередач. Из записей его наблюдений я построил графики, которые сравнил с графиками появления серебристых облаков за эти годы. И что же? Во всех случаях кривые совпадали.

Значит, существует какая-то взаимосвязь между сверхдальним приемом телепередач и серебристыми облаками. Но какая?

Многие, конечно, знают, что Землю окружает ионизированная оболочка, "крыша" - ионосфера. Длин-

в

вые. короткие и средине волны в обычных условиях не могут пробить эту оболочку, отражаются от нее, и поэтому с их помощью возможно вести прием радиопередач даже на очень больших расстояниях.

Другое дело - ультракороткие волны. Ионосфера, это космическое "зеркало", не отражает их, и они пронизывают ее почти в любом месте. Поэтому принимать ультракоротковолновые передачи можно лишь в пределах прямой видимости передающей ИЛИ ретрансляционной станции. А известно, что телепередачи ведутся именно иа ультракоротких волнах.

Но иногда бывает и так, что неожиданно телелюбители начинают принимать передачи за сотни и тысячи километров. Это связано с появлением в ионосфере особого уплотненного слоя, который обычно отражает радиоволны частотой от 40 до 100 мегагерц. Этот слой называется Es.

По совету Леопольда Озолса я переоборудовал наш домашний телевизор "Рекорд". Чтобы повысить его чувствительность, я, к ужасу моих родителей, расширил его схему, перестроил его на других лампах, впаял дополнительные сопротивления, конденсаторы. Во дворе я поставил специальную директорную антенну с параболическим отражателем - тоже по чертежам Озолса.

Несколько дней настройки - и вот уже с помощью моего телевизора я могу регулярно принимать Тарту, К> л '.игу, Шяуляй, Каунас и другие города. Антенна обеспечивала хорошую избирательность, она обладала большим усилением, и ей не мешали промышленные помехи.

Теперь можно было переходить к моему эксперименту. В тот день было еще светло, когда я заметил иа экране телевизора темные полосы. Я чуть не запрыгал от радости. Это было как раз то, чего я ждал. Вслед за этими полосами должны появиться тест-таблицы телевизионных станций. Ждать пришлось десятки минут - и тест-таблица появилась. Шла передача лондонской телестудии. Чуть заметный поворот ручки - н на экране Италия. В этот вечер я впервые смотрел зарубежные передачи через ионосферу.

А на другой день я поехал в астрофизическую лабораторию и сказал там, что через два дня надо ждать появления серебристых облаков. Могли ли мие поверить? Ведь этого появления не предсказывали ни ученые, ни наблюдатели, и до сих пор не было никакой возможности составить хотя бы приблизительный прогноз этого явления. ~

Но облака появились в точно назначенный мной день. Я зиал, что они появятся. Я ожидал их. А потом еще и еще раз принимал далекие телевизионные станции - и сообщал о возможности очередного появления серебристых облаков. И когда все убедились в моей правоте, мне поверили. И немедленно потребовали объяснения. Теперь уже стало ясно, что между слоем bs и возникновением серебристых облаков существует тесная связь.

Конечно, это не было большим открытием, но удалось установить зависимость между слоем Es и серебристыми облаками. Быть может, существует какая-то общая причина, которая способствует появлению и того и другого. Например, солнечные вспышки. Но выяснить это - уже дело времени. Наблюдения и их анализ покажут причины возникновения слоя Es " серебристых облаков.

Во всяком случае, взаимосвязь между слоем Es, се-пебрнстыми облаками и солнечной активностью поможет еще глубже проникнуть в тайны космоса и изучить их. А явление серебристых облаков даст возможность изучить влияние солнечной активности на

Роберт Витолниек за регулировкой аппаратуры.

многие процессы, происходящие в верхних слоях атмосферы.

Но я считаю, что сделано еще очень и очень мало. Предстоит впереди большая и напряженная работа. А для этого надо иметь хорошую аппаратуру. Сейчас я монтирую специальные автоматические приборы, которые с большой точностью будут записывать наблюдения за серебристыми облаками и слоем Е , а у себя дома оборудую наблюдательную станцию, с которой можно будет вести не только фотометрические, но и радиофизические исследования серебристых облаков. Словом, к этому лету я готовлюсь основательно н с первых же появлений серебристых облаков начну комплексное наблюдение и изучение этого странного явления.

В этом году я заканчиваю одиннадцатый класс, в котором учусь заочно. А осенью надеюсь поступить в университет - конечно, на физический факультет.

В письмах, которые мне сейчас присылают с разных концов страны, меня часто спрашивают о моих увлечениях - "хобби". У меня их немало. Люблю подводный спорт, коллекционирую различные значки, старинное холодное оружие - шпаги.

Но, конечно, сейчас все это - дело второстепенное. Главное для меня увлечение - радиоастрономия. В ней еще столько неисследованного, столько еще предстоит открыть! Вслед за серебристыми облаками появится еще немало таких же интересных и увлекательных загадок космоса. А открывать их - это все равно что открывать новые, неисследованные планеты и звездные миры.

Тамара ЮЛЬЕВЛ

Автор этого очерка - молодой инженер - химик. Окончила Московский химико-технологический институт имени Менделеева. Несколько раз выступала в газетах с корреспон-денциями. В центральной прессе печатается впервые.

В ПОИСКАХ т

РОМАНТИКИ ДАЛЬНИХ ДОРОГ

Озеро называлось Сердце. Оно затерялось в горах близ Слю-дянки и не попало на географическую карту. Только в местных туристских маршрутах можно увидеть его небольшой овал. Сотни, тысячи ручейков, словно кровеносные сосуды, сбегали к озеру с вершин Хамар-Дабана. От этого озеро действительно было похоже на сердце.

Мы стояли н любовались холодным блеском озерной воды, когда вдруг хлынул дождь. Кинулись искать убежище и нашли его в тихом домике метеорологического поста. На столе лежала раскрытая книга. Я перевернула несколько страниц... и потеряла счет времени... Бригада верных, экспедиция, Василий Зырянов, кембрийская нефть, Хамар-Дабан...

Было ясно, всего прочесть не успею, но хотелось знать, что будет дальше, и я жадно глотала главы романа.

...Издавна замечали, что на поверхности озера Байкал плавают нефтяные пятна, но нефти нигде не могли найти. Работая в одной из байкальских экспедиций, геолог Василий Зырянов предположил, что она лежит глубже, чем ее ищут, - в кембрин.

Миллионы лет тому назад шумело на Земле Кембрийское море. Тяжелые, свинцовые волны жадно лизали сушу, наступали па нее, проглатывали. Целые континенты оказались на морском дне, где шла полная чудес и превращений

жпчпг.

Из древних губкообразных организмов складывались известковые рифы, между стеблями водорослей сновали первые на нашей планете животные - трилобиты. Смешные, похожие на мокриц, но с панцирем. Так сказать, предки теперешних раков. ЖИЛИ, умирали, опускались на дно. Их заносило песком, илом. Этот период в жизни Земли получил название кембрийского, а его отложения геологи называют "кембрий".

Предположение Зырянова о кембрийской нефти было встречено с недоверием: слишком слабо была развита органическая жизнь в кембрийский период, чтобы в отложениях могла образоваться нефть. Так считали многие ученые, сторонники органической теории происхождения нефти.

Но Зырянов не сдавался. Оп отправился в Якутию, где слон кембрия выходят на поверхность земли. И нашел кембрийскую нефть, несмотря на невероятные трудности поисков, несмотря на преграды, возникавшие на его пути...

Дождь неуверенно царапал по стеклу, просился на огонек. Уютно поскрипывали половицы свежевымытого пола, и откуда-то из тишины родилась песня.

Шумят вековые таежные ели. Летит меж стволов ветерок. Мы снова туристские песни запели.

Романтики дальних дорог...

Я закрыла книгу. С обложки смотрел на меня юноша. В сапогах, засунув руки в карманы пальто, шагал он среди тайги навстречу чему-то невидимому. "Лоцман Кембрийского моря", - прочитала я. Наверху автор - "Ф. Пудалов".

МИРОВОЙ ОКЕАН НА ПРОЕЗДЕ ВЛАДИМИРОВА

На маленьком подмосковном озере ("торфянике") коллектив ученых разгадывал тайну происхождения нефти. Самые невероятные слухи ходили об этих работах. Говорили, будто там берут озерный ил и получают из него нефть. Все это было необычно и загадочно.

По заданию редакции я пошла на проезд Владимирова, в лабораторию доктора геолого-минералогических наук профессора В. М. Се-нюкова, возглавляющего исследо

ЗЕМНОЙ КРОВИ

вания, проводимые па этом подмосковном озере.

В небольшой комнате, сплошь заставленной вытяжными шкафами, меня встретил худощавый подвижной человек. День был яркий - солнце било в окно, отражалось в многочисленных колбах, в зрачках глубоко посаженных глаз В. М. Сенюкова.

С первых же минут беседы я поняла, что пытаться записывать бесполезно: так стремительно рассказывал Василий Михайлович о работе своей лаборатории.

Вопрос о происхождении нефти и газа, - говорил профессор, - тесно связан с вопросом происхождения жизни на Земле. Что родилось первым: простейшие углеводороды, а потом белок, жизнь' Или жизнь, а потом нефтяные углеводороды? До сих пор нет четкого ответа на эти вопросы.

В тридцатых годах ученый-микробиолог Т. Л. Гинзбург-Карагиче-ва обнаружила микроорганизмы в нефтяных скважинах. Они жили на больших глубинах, а питанием для них служили нефтяные углеводороды. Питались нефтяными углеводородами! Значит, разрушали их, изменяли состав нефти, приводили к образованию других соединений.

Возникло новое направление в науке" микробиология нефти, - без которого невозможно ответить на вопрос, как произошла нефть. Вот почему в лаборатории геохимии тщательно следят за жизнедеятельностью бактерий. Здесь изучают поведение микроорганизмов в зависимости от сил земного магнетизма. Все живое иа Земле находится в тесной взаимосвязи с ними, но человек обычно не замечает этих сил так же, как не замечает выпуклости Земли.

Василий Михайлович рассказывает об эпохах, когда происходило формирование Земли. Извержения вулканов, горообразования, землетрясения - характерные черты того времени. Как же вели себя при этом живые организмы? Какие изменения претерпевали"

Мы взяли микроорганизмы, - говорит профессор Сенюков, - и поместили их в совершенно новую среду, в такое магнитное поле, где расположение севера и юга изменено по отношению к магнитным полюсам Земли. Наша задача - проследить, как будут жить н развиваться микроорганизмы в зтпх условиях. Вот здесь, в этих закрытых резервуарах, так сказать, два мировых океана - Северный и Южный. Микроорганизмы лишены солнечного света и подвергаются искусственному облучению. Подобные работы мы проводим и на озере.

Телефонный звонок прерывает нашу беседу. Профессор рассказывает кому-то о своей последней поездке в Сибирь, и вдруг я слышу фразу, которая привлекает мое внимание.

Знаете, - Василий Михайлович улыбается своему невидимому собеседнику, - в течение тридцати лет, когда на каких-нибудь совещаниях произносили "кембрий",

все оборачивались ко мне с выражением явной иронии. И вот теперь Маркове - лучшая награда для меня...

Кембрий! Шевельнулось смутное воспоминание. "Лоцман Кембрийского моря", Василий Зырянов, геолог...

Взволнованная, уходила я от Василия Михайловича. Необходимо было обдумать все услышанное в лаборатории, поглубже познакомиться с теориями происхождения иефти.

НЕМНОГО ИСТОРИИ

рождении нефти, о ее таинственных родителях существуют разные гипотезы.

Сторонники неорганической теории происхождения нефти считают, что нефтяные углеводороды образовались под действием воды на карбиды металлов (карбидная теория Менделеева). Некоторые ученые приписывают честь рождения нефти магматическим очагам (вулканическая теория).

Эти на первый взгляд стройны! и химически обоснованные теории не могут объяснить ряд фактов и плохо согласуются с геологическими данными. Общепринятой в настоящее время считается органическая теория происхождения нефти, согласно которой нефть образовалась из остатков растений и животных путем сложных биохимических превращений.

Познакомившись с рядом работ учеиых-нефтяников, я захотела подробнее узнать о самом В. М. Сенюкове. К тому же не давала покоя случайно оброненная в лаборатории фраза о кембрии.

...Плотная шершавая бумага многотиражки Московского нефтяного института. Год 1931-й. Листаю подшивку. С газетного листа на меня глядят знакомые глаза. Русская вышитая рубаха, упрямый вихор выбивается из-под кепки. Внизу - текст: "Сенюков, секретарь ячейки геологов, лучшей в нашей организации. До ВТУЗа несколько лет находился иа комсомольской работе, был членом райкома, член ВКП(б). Избран секретарем комсомольской ячейки Московского нефтяного института".

Скупые строки. А за ними...

...В семье рабочего-лесоруба Михаила Сенюкова было одиннадцать человек. С раннего детства Вася помогал отцу. Зимой - на ле-соделянках, летом - на плотах. Печора, Вымь, Вычегда, Северная Двина, Мезень - здесь учился Вася трудному искусству плотовода. Здесь вырабатывался его характер.

Отец, видя в сыне помощника, кормильца семьи, не отпускал его в школу. А Васе страстно хотелось учиться. Три раза убегал он из дому, ио холод и болезни не давали довести задуманное до конца. Только в 1925 году девятнадцатилетнему Василию Сенюкову удалось поступить в Удорскую семилетку.

В 1926 году Усть-Вымской комсомольской организацией Сенюков был послан в совпартшколу. Учеба, комсомольская работа и, наконец, Москва. Сюда, в нефтяной институт, командировал Сенюкова обком ВКП(б) Комн.

Еще будучи студентом, В. М. Сенюков принимал участие в геологических экспедициях, искал нефть в районе озера Байкал. Нефти не было. Но Василий не сомневался, что она должна быть. Иначе откуда же нефтяные пятна, ко-

В

торые издавна появляются на поверхности озера? А что, если нефть лежит глубже, чем ее ищут? В кембрии, например?

Предположение Сенюкова противоречило мнению большинства ученых, но молодого геолога смутить было нелегко. Дни и ночи проводил он над книгами, лекциями, пропадал в библиотеках. Может ли вообще нефть быть в кембрии" Академик Обручев писал о том, что органическая жизнь уже была в докемб-рийский период. Значит, в кембрийский период могла образоваться нефть. И. М. Губкин, учитель В. М. Сенюкова, талантливый ученый-нефтяник н чуткий педагог, поддержал геолога.

Итак, во что бы то ни стало узнать, есть в кембрии нефть или нет, - такую задачу поставил перед собой Сенюков и взялся за ее решение со свойственной ему горячностью и настойчивостью.

Отложения кембрия выходят на поверхность в Якутии. Значит, надо отправляться туда. Но где взять средства, людей, оборудование? Неутомимо выступал Сенюков на конференциях, совещаниях в различных организациях. Агитировал, убеждал, просил и... добился разрешения направить экспедицию в Якутию.

Когда экспедиции понадобился буровой станок, Сенюков обратился за помощью к наркому тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе. Двадцать один буровой станок был тогда в стране. Всего двадцать один. Но нарком поверил геологу: один из станков был отправлен в Якутию. "Если бы все мы были такими упорными, - сказал С. Орджоникидзе о Сенюкове, - мы бы построили социализм в десять раз быстрее... Этот человек - таран".

Якутия, река Толба. Буровой станок работает дпем и ночью. Пройдены десятки метров, а нефти все нет. Неужели предположение Сенюкова о кембрийской нефти неверно? Неужели пропали средства, вложенные в экспедицию? Глубина триста метров. Бур вгрызается в толщу земли. И вдруг нефть появилась. Долгожданная. Драгоценная. Кембрийская. Это было в 1935 году.

Передо мной научно-технические журналы за 1935-1938 годы с первыми опубликованными работами Сенюкова. Статьи сопровождаются примечаниями редакции: "Вопрос

Профессор В. м. Сенюков (спрапа) со своим учеником А. К. Бобровым. 1964 г.

о нефтеносности кембрия Сибири представляет собой новое явление большого научного значения, ибо известно, что в пределах Советского Союза нефтеносность кембрийских отложений отмечается впервые". Автора этих статей называют "...молодой энтузиаст - исследователь нефтеносности Сибири". В статьях излагались результаты экспедиций в Якутию. Впервые указывалось на то, что байкальская нефть находится, вероятно, в кембрии.

В своих розысках как-то я услышала от одного из геологов:

Когда говорят о Сенюкове, моментально по ассоциации возникает кембрий. Долгие годы Василий Михайлович доказывал существование кембрийской нефти, небольшое количество которой было получено в Якутии еще в тридцатые годы. Теперь его предположение полностью подтвердилось. Ведь знаменитый фонтан в Маркове в Иркутской области, ударивший в марте 1962 года, - это кембрийская нефть. Последнее время профессор почти безотрывно занимается вопросом происхождения нефти. Да, о нем написаи роман.

Роман? Какой?

"Лоцман Кембрийского моря". Василий Зырянов в книге - это Василий Сенюков в жизни.

И сразу мне вспомнились Ха-мар-Дабан, озеро Сердце, метеорологический пост. И юноша, шагающий по тайге...

КАК УЗНАТЬ, ЧЕМ НАЧИНЕН ПИРОГ

арта была похожа и непохожа на обычную. Знакомые очертания Советского Союза, тонкая сетка рек и дорог. Только около названий населенных пунктов высятся белые и черные пирамиды. Это нефтяные вышки.

Скважины опорного бурения, - поясняет Василий Михайлович Сенюков.

Геологические эпохи, сменяя одна другую, оставляли после себя следы - отложения различных пород, остатки умерших животных и растений. Поэтому земля похожа на огромный слоеный пирог. Чтобы узнать его начинку, надо бурить скважины до самого кристаллического фундамента, а по дороге отбирать пробы и смотреть, что представляет собой тот или иной слой. Данные, полученные при таком бурении, являются для геологов как бы опорой в познании строения нашей планеты. Поэтому метод и получил название "опорный".

Черные вышки - это пробуренные скважины, белые - значит, еще бурят. С нх помощью можно составить точную карту природных богатств страны.

Долгое время сомневались в необходимости бурепия опорных скважин. Ведь каждая сверхглубокая скважина - целое предприятие, она стоит много денег. Но в конце концов опорный метод бурения получил путевку в жизнь. Опорные скважины были заложены в юго-восточной части Сибири. Из одной, пробуренной в Иркутской области, в селе Маркове, ударил нефтяной фонтан. Нефть била из отложений кембрия. На этот раз это были не граммы драгоценной жидкости, как в 1935 году на реке Толбе, а тысячи тонн светлой, солнечного цвета нефти.

Это была большая победа всех, кто верил в кембрийскую нефть. Большая победа сибирских ученых и геологов, которые на протяжении десятков лет искали промышленную нефть в Восточной Сибири. И она откликнулась, кембрийская нефть. Заговорила. Звук ее голоса слышался за несколько километров от Маркове. Недовольная, что люди разбудили ее от миллионо-летней спячки, вырвавшись из скважины, опа дышала смертоносным газом, грозила затопить все вокруг. Но разведчики недр обуздали стихию.

Можно назвать сотни имей победителей в борьбе за кембрийскую нефть. Это В. И. Ефнменко, оператор, который первый узнал о приближении нефти, первый увидел ее, бросился отбирать пробы для анализа и погиб, отравившись газом. Это сибирский геолог Л. К. Овченков, заложивший марковскую скважину, кандидат геолого - минералогических наук Г. А. Кузнецов, отстаивавший право иа разведочные работы в Прибайкалье, и многие, многие другие геологи, буровики и, конечно, В. М. Сенюков, внедривший в жизнь метод опорного бурения.

С глубокой благодарностью вспоминает Василий Михайлович академиков И. М. Губкина н В. А. Обручева.

Обручев дал мне большую силу ориентации, положительно ответив на вопрос, существовала ли органическая жизнь до кембрия. Его выводы позволили доказать нашим противникам, что органическая жизнь в кембрии получила мощное развитие.

В кабинете Василия Михайловича, на стуле, придвинутом к стене, лежат десять аккуратно переплетенных томов рукописей. "Кембрий мира" - написано на их обложках. Это результат работы, которую вел Сенюков с 1940 по 1949 год. Сейчас Василий Михайлович пополняет книгу новыми данными.

Василий Михайлович - страстно увлеченный человек, для него вся жизнь - работа, и работа - это его жизнь. Когда слушаешь его, невольно завидуешь геологам, этой замечательной и мужественной профессии.

И СНОВА ОЗЕРО...

Называлось оно Лесное. Говорят, когда-то вокруг него шумели заповедные леса и где-то совсем рядом бесчинствовала помещица-самодурка Салтычнха...

Какое же отношение имеет подмосковное озеро к происхождению нефти"

Еще в 80-х годах прошлого столетия узнали о существовании в обычном озерном иле микроорганизмов, способных разлагать органическое вещество. На болотах можно наблюдать выделение пузырьков газа - метана. Это результат деятельности микроорганизмов, которые "едят" все, что, отмирая, опускается на дно водоема.

Согласно органической теории происхождения нефти, нефтяные углеводороды образовались из остатков растений и животных путем сложных биохимических преобразований.

Открытие микробиологом Т. Л. Гинзбург-Карагнчевой микробов, живущих на больших глубинах к питающихся нефтяными углеводородами, подтвердило участие микроорганизмов в нефтеобразова-нии. Поэтому многие ученые (и среди них учитель В. М. Сенюкова академик И. М. Губкин) считали, что именно органические, или, как их называют, биогенные, плы и образовавшиеся из них породы являются тем материалом, из которого возникла нефть.

Василий Михайлович решил тщательно проследить за тем, как образуется этот материал, какие микроорганизмы участвуют в про-

микроорганизмы, а за ним уходит и рыба. И наоборот, в туман, в дождь клев всегда прекрасный: уровень воды повышается, рыба плавает на поверхности. Так и у нас: спустили воду, понизили уровень - вот вам н регрессия моря в модели. Все живые организмы - микробы, бактерии - удирают на дно, образуют скопления, концентрируются. Подняли уровень - трансгрессия моря. Живые организмы рассредоточиваются по всему объему.

Озеро Лесное.

цессе, почему в пресных озерах и болотах ндет только образование торфа и что надо сделать, чтобы появились нефтяные углеводороды. С этой целью и было начато исследование на Лесном.

Во времена геологических эпох, например, в кембрийский период, моря наступали на сушу (так называемая трансгрессия моря), потом отступили (регрессия моря), оставляя после себя донные осадки. Можно ли сейчас создать условия, в которых происходило бы то же, что н миллионы лет назад?

Озеро Лесное соединили трубами с другим водоемом, а всевозможные притоки воды ликвидировали. Это позволило менять уровень воды в озере.

Переливание из пустого в порожнее, - щурится Сенюков, - а по существу... Представьте себе, сидит на озере рыбак. Погода великолепная, солнце, а рыба не ловится. В чем дело? Вода испаряется, незаметно для человеческого глаза снижается уровень озера. Уходит глубже планктон, то есть

Василий Михайлович рассказывает, что на озере моделируются вибрации земной поверхности, ведутся наблюдения за воздействием на живые организмы силовых линий магнитного поля, изучается влияние радиоактивного излучения. Так в течение нескольких лет идет кропотливая работа по отгадке тайн природы.

К озеру Лесному стекаются результаты исследований биологов, химиков, почвоведов, микробиологов, ведущих наблюдения за пресными и солеными водоемами нашей страны. Лесное - это маленькое, но энергичное сердце, работающее в такт мыслям, делам ученых и инженеров.

На берегу озера расположено несколько домиков. Это озерная лаборатория. Здесь исследования ведутся в резервуарах, заполненных слоями глинозема, озерного ила и песка. Никаких внешних воздействий: ни повышенного давления, ни повышенной температуры - только песок, глинозем, ил и вода-Путем экспериментов удалось

в

получить нефтеподобные продукты, которых не было в озерном иле. Газ, выделившийся в результате реакций, содержал не только метан, но и его производные.

Может быть, метан и есть та петелька, с которой микроорганизмы начинают вязать сложную сеть нефтяных углеводородов" - Василий Михайлович лукаво смотрит на меня и легко бежит дальше по деревянным мосткам, что, словно параллели, опоясали поверхность озера.

Как же на практике, в промышленном масштабе проверить правильность сделанных предположений, уточнить роль микроорганизмов в нефтеобразованин?

Василий Михайлович обратился за помощью к Елшано Курдюмско-му месторождению Саратовской области. Здесь, на Елшанке, в трудные годы войны вместе с другими геологами В. М. Сенюков открыл газовое месторождение. Отсюда бы проложен первый в Союзе крупный газопровод Саратов - Москва. Разведка Елшанско-го месторождения, кстати говоря, велась в очень тяжелых условиях: не хватало людей, оборудования, плохо было со строительными материалами. Лес для буровых вышек вылавливали в ледяной воде. Этими работами руководил Василий Михайлович - пригодилась юношеская профессия лесосплав-щпка.

Когда некоторые скважины Ел-шано-Курдюмского нефтегазового месторождения стали давать меньше нефти и газа, в них закачали специально обработанный ил со дна Лесного. Расчет был прост: если производительность скважин уменьшилась - значит, поры пласта, по которым движутся нефть и газ, закупорены тяжелыми нефтяными остатками, смолой. Микроорганизмы, содержащиеся в иле озера Лесного, питаясь нефтяными углеводородами, должны разрушить смолы, и тогда нефть и газ смогут опять свободно передвигаться по пласту.

Результатов ждали с нетерпением. Прошло несколько CVTOK, И скважины стали давать нефть и газ в значительно больших количествах, чем прежде. Газ содержал меньше сероводорода ("сработали" бактерии, питающиеся им). Это очень важно, так как сероводород разъедает промысловое оборудование н трубопроводы.

Ил Лесного озера является гео-биореагентом. Геобиологическое

ч

Буровая на реке Толбе. Якутия. 1935 г.

воздействие на пласт - метод будущего. Василий Михайлович мечтает о том времени, когда можно будет взять ил, поместить его в какую-нибудь посудину и спустя несколько часов получить нефть. "То, что делает природа, должны делать и мы" - девиз В. М. Сенюкова.

Яперечитала роман Ф. М. Пу-далова "Лоцман Кембрийского моря". Зырянов-геолог заражал своим энтузиазмом окружавших его людей. Зырянов - литературный герой заражает читателя своим активным отношением к жизни.

По всему чувствуется, что автор романа очень любит своего героя, очень верит в него. Ф. М. Пудалов в молодости тоже водил плоты. И отец его и дед были лесорубами. Еозможно, это сблизило автора со своим героем и его прообразом. Необыкновенная судьба Сенюкова, в прошлом неграмотного мальчонки зырянина-лесоруба, поразила и привлекла писателя. "Познакомившись с Сенюковым, - рассказывает Ф. М. Пудалов, - я понял: это мой герой. "Лоцман" - это роман о человеке, который всю свою жизнь безоглядно отдает любимому делу. У Сенюкова-Зырянова - проломный характер. Это плот, который идет напролом. И хотя большая часть романа называется "Стоит лн истратить жизнь на ошибку"", для людей, подобных Сенюкову-Зырянову, таких вопросов не существует. Они уверены в своей правоте и заставляют верить им".

Нелегок был путь этой книги: вызывала сомнение тема романа - кембрийская нефть, вызывал недоверие и главный герой - Василий Зырянов. Василий Михайлович с грустью вспоминает:

В то время Федор Пудалов был чуть ли ие единственным нашим единомышленником, человеком, который поддерживал нас идейно и морально. Он верил нам, и мы старались его не подвести

Только в 1956 году роман впервые увидел свет, и читатели познакомились с его героями - мужественными людьми, что, преодолевая жизненные трудности, искали кровь земли - кембрийскую нефть.

В январе 1964 года в Якутии, где еще в 30-е годы экспедиция В. М. Сенюкова обнаружила кембрийскую нефть, сотрудник института геологин А. К. Бобров защитил кандидатскую диссертацию о перспективах нефтегазоносности северо-восточной части Предбай-калья. А. К. Бобров - ученик и последователь Василия Михайловича. Он также посвятил свою жизнь поиску кембрийской нефти - этой нефтн нефтей, как называют ее геологи. И, наверное, недалек тот день, когда к нефтяным скважинам села Маркове добавятся новые, возвестив о рождении промышленной нефти Якутии - Большой нефти северо-востока нашей страны.

С ьысгакьи произведении молодых художников, окончииших Московским институт имени В. И. Сурикова.

Н. ВОРОНКОВ. В автобусе.

Г. ЕФММОЧКИН.

Гидромонтаж.

Е. КИБРИК

Пользуясь поводом, с с

Недавно в Художественном институте имени В. И. Сурикова показывали свои работы восемь художников, в свое время отлично окончивших графические факультет. Б. Аверьянов, Ю. Атла-нов, Н. Воронков, Г. Ефимочкин, К. Калинычева, К. Назаров, В. Попков и И. Шкубер выставили свои последние произведения - гравюры, литографии, офорты и живопись.

В этом номере "Юности" публикуются некоторые работы с выставки.

Первое, что привлекает внимание, - это содержательность произведений молодых художников. Почти у всех авторов главная тема - поэтическое изображение труда нашего народа. Рыбаки Севера, лесорубы, труженики целины, строители Братска, углекопы, градостроители, колхозники живут на листах и полотнах, исполненных зачастую с большим мастерством. Дыхание современности ощущается во всем. Творчество молодых художников не только поэтично, но и серьезно, гражданственно. Оно преисполнено чувства ответственности перед зрителем. Одновременно с этим бросается в глаза и разность индивидуальностей авторов.

Напористый, прямо и стремительно идущий к цели Попков видит жизнь яркой, труд - красивым, людей - интересными.

Чудесный рисовальщик Воронков работает с врожденной повадкой мастера, чуждого дилетантизму. Взгляд у него острый, точный, пристальный.

Атланов обыденное видит романтически, приподнято. В старинной технике офорта он сумел обнаружить новые возможности, которые позволили создать большие листы монументального характера.

Ефимочкин неторопливо и крепко строит сложные композиции, которые воспринимаются просто и цельно. Он наблюдателен, правдив. Есть мужественная красота в его лучших гравюрах.

Аверьянов - художник тонкий, лиричный, прекрасно знающий колхозную жизнь, изображает ее с большой любовью и проникновенностью.

Назаров - темпераментный, мятущийся, увлекающийся - неудержимо стремится найти выход тому, что его восхищает в действительности.

Калинычева и Шкубер - каждая по-своему очень женственны, отзывчивы на черты милого, трогательного, привлекательного в жизни н в людях.

За этими общими характеристиками следовало бы подробнее анализировать отдели; те произведения. Установить, как полагается, их достоинства и ксдостат-

, А' - и

Б. Лссрьянов.

Монтеры.

6- "Юпс-сть? "i G.

ки. Но вместо этого мне хочется коснуться двух вопросов, связанных не столько с творчеством упомянутых художников, а вообще с некоторыми настроениями молодого поколения, с тем, что осталось в памяти от споров и разговоров об искусстве за последнее время.

Мне недавно пришлось слышать очень характерную фразу: "До сих пор я изображал то, что видел в жизни, те ее факты и ее проявления, которые меня поражали. Сейчас я буду выражать себя, свое отношение к жизни, и вот тогда будет видно, есть ли у меня художественный талант".

Эта мысль, мне кажется, присутствует в умах многих молодых художников.

Я отлично знаю творчество автора этого изречения. Знаю с первых шагов его в искусстве и ясно вижу, что в годы, когда он, как ему казалось, "просто изображал факты жизнил, он был глубоко оригинален. Ибо, имея одну заботу - как можно ярче и сильнее выразить то, что он видел, чувствовал, - он, изображая жизненные явления, одновременно полностью выражал себя: свой взгляд иа жизнь, свое понимание, свой художественный темперамент.

Оригинальность художника прояпляется только тогда, когда он страстно упле-чен тем, что он любит в жизни, и искренне высказывает это в своем произведении, отыскав пластические средства, точно передающие его мысль и чувства.

Стало быть, для этого он должен, во-первых, любить, не быть равнодушным; во вторых, он должен быть искренним в выражениях своих пристрастий (хотя не надо забывать, что искренне можно сказать и глупость и пошлость), и, наконец, в-третьих, он должен стремиться к совершенству в художественном исполнении, ибо только при этом стремлении он может найти наиболее точную форму для воплощения своего замысла.

В этом один из коренных законов искусства. Самому художнику кажется: он просто изо всех сил старается честно и ярко выразить то прекрасное, что он увидел

в жизни. Художник так влюблен в это прекрасное, у него такая непреодолимая потребность выразить свое чувство, что меньше всего он в этот момент думает о том, как бы покрасоваться и удивить своим произведением зрителя. И когда художник так относится к делу, он на самом деле выражает свое своеобразие, если, конечно, оно ему присуще.

К. Назаров.

Шкерят рыбу

Но когда художник ставит целью "демонстрировать" себя, свою личность, стремится покрасоваться перед зрителями и удивить их, он впадает в пошлость, и творчество его теряет очарование, перестает быть оригинальным.

Оригинальность нельзя нарочно состряпать. Либо она есть - и тогда она проявится в честном и самоотверженном творчестве, либо ее нет - и тогда потуга на оригинальничанье вызовут у зрителя одно раздражение.

В этом вопросе коренится главная проблема искусства - отношение художника к жизни.

Второй вопрос, тесно связанный с предыдущим, - это разговор о "свободе выражения". Вопрос древний. Мечта всех художников прошлого - работать так, как птица поет, естественно, свободно, будучи не связанным "чистописанием", школьными прописями. Это мечта об артистизме исполнения, осуществляемом только на вершине мастерства. Стремились к этому все. Удавалось немногим. И имена тех, кому удавалось, - самые славные в истории мирового искусства.

Кто может творить свободно, непринужденно, с захватывающей непосредственностью? Либо ребенок, ничего не знающий, либо мастер, в совершенстве владеющий своим ремеслом.

Ничего не поделаешь, этого закона не обойти. Всякая попытка избрать легкий путь - неизбежно ведет к уродливой форме, к анти-художественности.

Работать так, чтобы не думать о хорошем рисунке, может только тот, у кого этот "хороший рисунок" настолько "сидит в руке", что получается сам собой. Это приходит только после огромного труда и далеко не к каждому художнику. Между прочим, я с огорчением замечаю, что иногда по-настоящему талантливый молодой художник как бы стыдится того, что он отлично рисует, и старается скрыть это, нарочито прибегая к чрезмерно грубой технике, не позволяющей проявить мастерство. Совершенно очевидно, что здесь сказывается влияние т >й среды, которая ведет к нивелировке. И мне хочется предостеречь таких слишком нестойких и впечатлительных молодых товарищей.

Два затронутых мною вопроса не имеют как будто бы никакого отношения к делу, так как произведения, о которых идет речь, отнюдь не дают оснований говорить о данных аспектах идеи "самовыражения". Наоборот, работы этих молодых художников полны жизни. Просто я воспользовался поводом и, говоря о молодых художниках, поднял заодно некоторые злободневные проблемы - об опасностях, коварно стоящих на пути молодого искусства.

- "

M05S

ЖИЗНЬ

- "

Письмо и записки Георг и я С о вченк

Письмо родным из подполья

...Если когда-либо встретимся, на что я, несмотря на усложненную обстановку, не теряю надежды, то расскажу побольше. А пока опишу вкратце, что было со мной за последние девять-десять месяцев. Этот период в моей жизни более богат событиями, чем все, вместе взятые, предыдущие годы. За это время пришлось перенести разное - начиная от боевого крещения и кончая концентрационными лагерями и избиением палками.

До августа с боями отступали на восток. Затем наше соединение окружили, и вот здесь началось! Плен. Лагерь. Побег. Несколько дней на свободе. г. Снова плен. Снова побег. И опять плен. На этот раз заключен в Бобруйскую крепость. Началось избиение палками, после которого около двух недель пролежал. Как только поправился, совершил побег. Решил идти в Днепропетровск, чтобы увидеть семью, попрощаться с ней и снова продолжать борьбу.

Какие причины толкают меня на это?

1) Я коммунист. Не на словах, а прошедший большую коммунистическую школу. Партийный билет - это моя жизнь, а не ширма, которой нужно в удобный момент прикрыться от всяких житейских бурь и невзгод.

2) Вся моя жизнь заставляет принять именно это решение. Я жил, рос, воспитывался и учился в годы Советской власти. Она вошла в мою кровь и плоть, и жизнь без или вне этой власти для меня немыслима. Все силы и старания я приложу к тому, чтобы

над нашей страной и родным городом развевалось красное знамя и моя земля была освобождена от этих горилл, бандитов, кровососов.

3) Все те лишения, которые мне пришлось пережить здесь за время хозяйничанья фашистов, трудно описать словами. В первом плену из меня сделали вьючное животное, на которое безжалостно грузили что вздумается: камни, бревна, котлы - и при этом за малейшее пошатывание жестоко стегали кнутами, били кулаками, ногами, били все, начиная от пошлого, вонючего венерического солдата и кончая офи

Георгий Савченко.

церами. В Бобруйске меня избили палками и присолили солью, чтобы не испортился.

Думаю, что этого достаточно для того, чтобы питать к этим сволочам лютую ненависть и уничтожать 'их, как бешеных собак, везде, где только есть возможность. Какая ненависть кипит в груди! Ни один подлец и фашист, попавший ко мне в руки, не уйдет живым. Смерть гадам, которые осквернили нашу родную землю!

Если где-нибудь погибну, то знайте, что отдал все за освобождение Родины, умер за вас, мои родные. Надеюсь, что "до свидания".

Крепко целую. Ваш сын и брит Юрий. 19 марта 1942 года.

Большое спасибо родным и близким, которые оказали мне всевозможные услуги, помогая всем, чем могли.

Жил все время у Ксены и тети Нацы. Они меня полностью освободили от забот, создав этим возможность заниматься нужным делом. Все остальные тоже принимают во мне самое теплое участие.

Остальное, конечно, далеко не подробно, о моей жизни расскажут они сами.

Юрий.

Записки из фашистского застенка.

Тете - К. А. Шепитько

Спасибо за хлеб и особенно за белье, дорогая тетя. Мне жаль, что я причинил тебе и всем родным столько горя. Отсюда я, наверно, уже не выйду. Нас всех должны расстрелять сегодня или твтра. Знай, я ни о чем не жалею. Правда все равно будет на нашей стороне. Передавай Клаве, чтобы воспитывала Галю честным, справедливым человеком. Тяжело ей будет без мужа, а дочке - без отца. Пусть выходит замуж, если найдет друга по душе. Я отдаю жизнь за Родину. Прощайте.

Товарищам по борьбе

Благодарю вас за теплое участие, которое вы приняли в моей горькой судьбе. Эта записка, по всей вероятности, является моим последним "прости".

Дело мое уже закончено, и я не сегодня-завтра ожидаю своего конца. Скоро меня, безусловно, уничтожат, на другой конец я и не надеюсь.

Пролу, если когда-либо встретите моих родителей, поцелуйте их крепко за меня и передайте им мое последнее "прощай".

Крепко целую сас всех.

Ваш Юрий.

Прошу простить мгия за все причиненные беспокойства. Жить очень хочется, но умираю спокойно, зная, что я не один и вместо меня будут тысячи.

P. S. Белье постирайте и передайте в отдельном пакете. Передачи можете не носить.

21/XII"1942 г.

ги короткие и волнующие письма и записки, за каждой строкой которых обжигающее пламя героической борьбы, были написаны в трудные для нашей Родины дни. Первое письмо - в подполье, на оккупированной фашистами территории, а две последние записки - в мрачных застенках гестапо, на рубеже жизни и смерти. Их автор - Георгий Петрович Савченко, молодой советский офицер, политрук роты, ставший в суровые годы фашистской оккупации одним из руководителей днепропетровского подполья.

Юра, как его ласково называли в подполье, был совсем молодым, 23-летним. Перед войной он закончил школу в Днепропетровске, которая сейчас носит его славное нмя. Друзья тянули в металлургический институт, но on пошел на завод имени Петровского.

Спачала поработаю, а там будет видно.

Георгий мечтал о професаш радиста, но вышло по-другому. Началась война, и он попал на передовую линию. Там коммуниста Савченко назначили политруком. Простой, веселый, находчизый, безудержно смелый, o:i кзк-то сразу пришелся по душе бойцам. Б сентябре случилась беда. Во время штурма вражеского дота Георгий был контужен и захвачзп фашистами в плен.

Две педели метался в жару больной политрук, а когда ему стало чуть легче, тихо прошептал лежавшему рядом красноармейцу:

Бежим, Борис, иначе поздно будет, убыот гады.

Стояла темная дождлив~.я ночь. Съежившись от холода, прикорнул часовой. И вот у колючей проволоки промелькнули две теии и тут же исчезли.

Куда идти" К фронту? Но фронт уже откатился далеко за Днепр. И пошел политрук Савченко с другом-земляком Борисом Сондаком в родной город, где прошли его детство и юность.

Вот ои, Днепропетровск, большой, притихший и мертвый город. Безжизненно стоят домны, мартены, прокатные стапы. Замерли трамваи. Зловеще громыхают на ветру сорвапные вывески.

Юра думал о родном городе, о жизни и борьбе, которую нужно пачииать. И вот в конце сентября на гтарой квартире по 4-му Краснофлотскому переулку, - 5, собрались немногочисленные друзья. Пришлите, га кого можно было положиться, - Борис Сондак, Июрь Дементьев, Дуся Кулакова, Игорь Клюев.

Товарищи, пора браться за дело. Насмотрелись на фашистскую погань -" и хватит, - сказал Юра и вдруг закашлялся. Достал из кармана своего потрепанного пиджака аккуратно сложенный платок, быстрым движением прижал его к губам. Отвернулся, глянул на скомканный платок и увидел на нем пятна свежей крови. Вспомнил Бобруйскую крепость, рыжего эсэсовца Карла, досадно поморщился и мах-пул рукой. - Значит, договорились. Теперь за работу.

И загорелась земля под ногами оккупантов. То в городе нарушалась телефонная связь, то с квартиры, где останавливались гитлерсБскис офицеры, исчезало оружие, то кто-тг вывертывал пробки кз бензиновых бочек. В одип пз ненсстпых вечеров на охраипе города, где заканчивалась Полевая улица, наскочил на мину и взорвался грузозик с солдатами, а на рассвете в другом когще города, на Чечеловке, запылала автобаза.

Фашистам не стало житья. За каждым их шагом неусыппо следили патриоты.

Точно установлено, - писал в своем приказе взбешенный военный комендант города, - что в Днепропетровске существует радиосвязь с Красной Армией, в результате чего зажигаются костры, подаются сигналы крагпыми ракетами; это служит ориентиром советским самолетам, после чего каждый раз бывают бомбардировки переправ".

На тех предприятиях, где оккупаптам удавалось начать восстановительные работы, усиливался саботаж. С трудом пущенные объекты выходили из строя. Так было с воздуходувкой на заводе имени Петровского: неделю она поработала, а потом была повреждена. Так было с одиннадцатью трансформаторами, прибывшими на завод имени Артема прямо нз Берлина: не успели их сгрузить, как трансформаторы оказались уже негодными.

В паровозном депо Днепропетровска вышедшие нз ремонта локомотивы, не проработав и двух дней, снова шли в ремонт: то в дымогарных трубах оказывался шлак, то в буксах находили песок или металлическую стружку.

В городе свирепствовали эсэсовские зондеркоманды и полицейские агепты. Шли облавы и массовые аресты. На стенах обгорелых домов висели угрожающие приказы оккупационных властей. Но советские патриоты не боялись угроз. По утрам свежий ветер раз-посил по городу сотни синих листовок с красной звездочкой вверху.

"...Товарищи днепропетровцы! Не выполняйте приказов и распоряжений немецкого командования...

...Всячески тормозите работу на производстве, уничтожайте материальную часть и боеприпасы фашистов!.."

Борьба разгоралась, с каждым днем обретая все больший размах.

Поздно ночью 15 декабря 1941 года на Володарской улице, в доме - 47, у молодого рабочего Кравченко собрались подпольщики. Савченко читал им записанную накануне сводку Совинформбюро.

"13 декабря недалеко от станции Днепропетровск партизаны взорвали поезд с военным грузом и солдатами противника; уничтожено 110 солдат, 12 орудий, 4 танка, 15 груженых машин и 7 мощных прожекторов..."

Георгий Савченко сделал паузу, отодвинул занавеску и быстро глянул на темную безлюдную улицу, запорошенную снегом. Задернул окно и, повернувшись к товарищам, негромко сказал:

Почивать на лаврах еще рановато.

Поросшее рыжеватым пушком лицо его сделалось серьезным и решительным.

0

Подполью потребовалось оружие. Попытка раздобыть его не увенчалась успехом. Георгий Савченко вместе с Игорем Дементьевым, своим другом, членом подпольного комитета партии, выходит на Запорожское шоссе. Дует поземка. Скрипит под ногами мерзлый снег. Два смельчака поджидают вражеские машины. Как только подойдет машина и шофер, заглушив мотор, зайдет в закусочную погреться, они начинают ша- ^^^^^^^^^^ рить в кузове... Так было раздобыто несколько автоматов и винтовок, десять гранат.

Прибывший в город летом 1942 года секретарь подпольного обкома партии Н. И. Сташков официально утвердил Г. Савченко секретарем горкома партии.

Подпольный комитет вплотную занялся организацией печатной газеты. Разыскали кассы со шрифтом, старенький печатный станок. В районе кирпичных заводов был арендован небольшой домик, в котором должен был поселиться Николай Токмаков, незадолго до этого фиктивно "обвенчанный" с подпольщицей комсомолкой Верой Хитько.

Борьба все больше захватывала героев-подпольщиков. Началось формирование новых боевых групп, и горком даже стал помышлять о восстании и захвате власти в Днепропетровске в момент подхода наступающих частей Красной Армии. Но эти планы были сорваны гнусным предательством. В ночь с 8 на 9 июля 1942 года были арестованы участники подполья Игорь Дементьев, Юрий Шохов п другие - всего 52 человека. В ту же иочь гестаповцы окружили дом Ксении Шепитько, чтобы взять живым секретаря подпольного горкома. Но фашистам не удалось арестовать Савченко. Его предупредили, и он успел скрыться.

Вскоре были арестованы и остальные активные участники подполья: Захар Демянченко, Игорь Клюев, Яков Цыганенко, Евдокия Кулакова и с ними еще 24 человека. Оставались на воле только Савченко и несколько подпольщиков, его близких друзей.

Уходи, Юра, всем сердцем прошу, уходи, пока еще не поздно, - молила со слезами Ксения Алексеевна Шепитько, - тебя ищут по всему городу.

? Не могу, тетя Ксена.

Тебя убьют гестаповцы.

Смерти я не боюсь.

Днем 14 октября на углу проспекта Карла Маркса Н улицы Ленина, когда Савченко шел восстанавливать прерванные связи, его опознали полицейские ищейки, схватили и доставили в гестапо.

Бесстрашно встретил свой смертный час герой-коммунист. Пытки не сломили его волю.

Из тюрьмы Георгию Петровичу Савченко удалось передать две короткие записки. Первую записку - Ксении Алексеевне Шепитько, которую выпустили из заключения незадолго перед арестом Юрия Савченко. Она уговорила надзирателя передать Юре буханку хлеба и смену чистого белья. Через час надзиратель принес записку, наспех нацарапанную на клочке тонкой оберточной бумаги. Вторую записку - товарищам,

по борьбе - Юрий запрятал в воротнике рубахи, которую передали из гестапо Ксении Алексеевне незадолго до его казни.

Развязка приближалась. Мужественных подпольщиков повезли на расстрел. Когда крытые машины ехалн по притихшим улицам, Юрий успел крикпуть: - Товарищи! Нас везут на казнь. Но им, проклятым гадам, никогда не уничтожить нас, нашу партию!

Н.

Дом. где помещался комитет партии и где находился Г. Савченко.

едавно во время отпуска я побывал в родном Днепропетровске, встретился с бывшими партизанами, своими товарищами по партизанскому отряду, действовавшему под Днепропетровском. С Георгием Савченко я был немного знаком до войны. В военный период я с ним не встречался, но знал, что он возглавляет патриотическую группу. И я не мог не зайти на 4-й Краснофлотский переулок (ныне Патона), - 5. Вот тихий дворик с вишневым садиком возле дома. В те грозные годы в приземистом глинобитном доме с подвалом и покосившимися окнами жил руководитель днепропетровского подполья Георгий Петрович Савченко. Тут ЖИЛИ ДО ВОЙНЫ его родители, жена с ребенком, бабушка, жили его близкие родственники - тетя Ксена и тетя Наца, то есть Ксения Ачек-сеевна Шепитько и Анастасия Алексеевна Назаровародные сестры матери Георгия. Эти простые и мужественные женщины давали приют подпольщикам, стояли часовыми у калиткн, высматривая в темноте, не идут ли гестаповцы или полицаи.

Я не застал в живых бабушку Агафью Родионовну, ие повидался и с тетей Нацей, как ее любил называть Юра: Анастасия Алексеевна тяжело хворала, и я не решился ее беспокоить. Мы вышли с Ксенией Алексеевной в сад и сидели под вишнями, где часто в теплые летние ночи спал Юра. Заходили мы и в подвал, где по ночам собирался подпольный комитет, побывали в комнате Ксении Алексеевны. За окном играло яркое солнце, и легкий ветерок нежно шевелил листву.

Здесь любил отдыхать Юра. Вот его кровать, книжный шкаф и табуретка. Вот столик. За ним при свете коптилки Юра писал первое письмо родным из подполья.

Комната маленькая, чистенькая. Стены белые. На стене портрет. Прямо ил пас смотрит, чуть улыбаясь, Георгий Петрович. Рядом небольшая семейная фотография и старая картина, за рамкой которой случайно после войны Ксения Ачексеевна обнаружила письмо Георгия к родным.

Кошмарным сном кажется Ксении Алексеевне все пережитое и выстраданное. Сколько раз у нее допытывались гестаповцы про подполье. Мужественная женщина осталась верна делу, которому советский офицер, коммунист Георгий Петрович и его верпые друзья посвятили свои молодые жизни.

Илья ВЕТРОВ, участник партизанского движения на Дчепропетросщинс.

ЗДЕСЬ

ЖИВЕМ

ААщМа пыльных тропинках r# Н далеких планет оста-^^"1 нутся наши следы" - так поется в любимой песне космонавтов, слова которой написаны В. Войновичем.

Далеко ли до этих тропинок?

Владимир Войнович меряет не миллионами километров, которые предстоит пролететь ракете, а духовной подготовленностью человека.

Простая честность"это главное. Быть совестливым в житейской мелочи и в крупном деле.

ПЕРВАЯ КНИГА

Это непросто. За то и люб Вой-новичу шофер Гоша Яровой, что умеет не поддаться будничной беспринципности, чутьем, натурой отличает гадкое. Умеет понять общественный смысл честного поступка и построить свою судьбу сообразно с этим пониманием. Об этом рассказано в повести "Мы здесь живем" (изд-во "Советский писатель", М. 1963).

Писатель в поиске, после первой книги появляются новые его произведения, углубляющие главную тему творчества.

В конце концов хорошая у меня работа или плохая - она единственная. И если эту единственную работу я буду делать не так, как хочу и могу, зачел тогда вся эта волынка" - это уже старший прораб Само-хин из нового рассказа "Хочу быть честным", не вошедшего в книгу.

Войнович наблюдает за сорокалетним неудачником с оттопыренными ушами и проплешинкой, явно ему симпатизи-

А выходом перпой книги стп- ^ хов Дмитрия Сухарева V сДань" (издательство "Советский писатель", М. 1963) одним поэтом стало больше. Собственно, это не такая неожиданность: Сухарев был известен читателям и раньше - например, по коллективному сборнику "Общежитие", в котором он

ПЕРВАЯ КНИГА

руя. Неудачник не хочет, не может, не умеет строить себе карьеру.

Но сумеет ли он выполнить главное в жизни, настоящее? По избранному пути старший прораб иди тяжело, порой оступаясь. Вот-вот затянет его тина мелочей, успокоенное!и. Но удерживается, хотя нет в нем упругой молодости Гошки Ярового. В такие минуты писатель относится к нему настороженно, изучающе.

Как покажет себя человек?

Он может показать себя и скверно: равнодушным, тупым, себялюбивым.

И тогда Войнович суров. Сбегает с уст рассказчика мягкая улыбка, застенчивый юношеский голос крепнет, звучит резко. Ожидание романтического, высокого привносит свою меру в требовательное, трезвое познание жизни.

Далеко ли до звездных тропинок?

Это как мерить...

Л. АНТОПОЛьСКИЙ

вместе с О. Дмитриевым. В. Костровым и В. Павлиноным при-пнма 1 участие. И тогда его стихи отличались достоверностью п веселой непосредственностью, которые удивительно сочетались е. точностью почти научного анализа (по профессии он физиолог), и все-таки только сейчас поэт, как говорится, на-

Е РААЯ* КНИГА "

шел себя, письмо обрело единую стилистическую манеру. Это не делает его однообразным, но, наоборот, помогает отчетливее выявить поэтический характер, индивидуальность, свести все цвета радуги в едином белом цвете: Белый цвег, он не цвет,

он - служенье,

Служенье" - суть этой книги. Не "служба", а поэтическое служенье. не просто про поведь добра, но искусство, которое есть добро, и добро которое есть искусство:

s /

Вот дерево. Сосна сосной.

Вот птица с дерева слетела.

Тик знай: они владеют мной,

Я подчиняюсь им всецело.

Стоит ли пересказывать стихи" Никогда еще ничего путного нз этого не выходило, разумеется, если стихи - поэзия. Доверимся же поэту, он сам умеет рассказывать о времени, о себе, о пас с вами.

О. ИВАНОВ алентин Скорятин в 1963 го-ду окончил Литературнын Ч*г институт. В том же году в Ростове, где живет молодой поэт, вышел первый сборник его стихов - "Ветка молнии". В предисловии к нему Илья Сель-гшнскнн пишет:

Стихи В. Скорятина - это сознание, потрясенное великим событием нашей эры - завоеванием космоса... Скорятин в мыслях о космонавтах как бы впервые увидел небо, молнии, звезды. Он уже ни о чем другом не может думать... В быту, нынешнем, сегодняшнем, он живет звездами и небом.,. О чем бы он ни говорил, чего бы ни касался, - в его речь вторгается Вселенная...

ЩЛ первой книге Олега Дмит-рнева, "Проспекты и про-ШШ секи" (изд-во "Советский писатель", М" 1963), мы встречаем стихи о мальчишках военной поры, играющих в войну, о вратаре Коле Са-жине, потерявшем на фронте ногу и стоящем в воротах на костыле, о нескладном и милом Женьке, старом товарище, вернувшемся из дальней экспедиции ,.

Порою кажется, что книгу эту мы начали читать давно, но каждый раз кание-либо причины нас отрывали от нее. И вот только сейчас наконец мы впервые читаем ее от первой строки до последней. И стихи, знакомые нам, подобно точным ориентирам, обозначают поэтические маршруты поэта по нашему веку, стране, ее проспектам к просекам.

И что бы ни происходило с людьми в Сибири, где "шумит, нахмурившись, тайга", в древнем Галиче, который устоял пе-

4SS / У

К сборнику В. Скорятина надо отнестись с большим вниманием: это, бесспорно, новая лирика .

ред Ордой, в полярном Мурманске, "где траулер колышется у мола, блестя на солнце сельдью, как слюдой", - все это на-

ходит отзвук в сердце поэта и дает ему высокое право "на свое громогласное я".

Стихи О. Дмитриева характерны единой, выверенной интонацией и особой убежденностью, которая дается душевно щедрым людям.

...в нас живет спокойствие лесное, Задумчивость равнины

и реки. II псе слона высокие Глубоко,

Как клады, как бесценные дары.

Лежат в душе...

Первый рассказ Паустовского появился в печати в 1912 году, и, .значит. Константин Георгиевич работает в литературе уже свыше 50 лет...

В век ожесточенных воин, величайших революций, исторических взлетов и катастроф Паустовский пе повышал голо са. Он не кричал, а говорил тихо. И если его голос пе затерялся среди других голосов, временами казавшихся очень громкими, если его голос сегодня так явственно слышен, - а кто не знает, что имя читателям Паустовского воистину легион. - то объясняется это тем, что его книги отвечали и отвечают властной потребности времени", - это из недавно вышедшей монографии о К. Г. Паустовском - первой книги молодого критика Л. Левицкого (издательство "Советский писа тель", М. 1963).

Исследуя творческим путь К. Паустовского, разбирая "Ка-ра-Бугаз". "Колхиду", "Золотую розу", "Повесть о жизни" и другие произведения известного советского писателя, показывая удачи и неудачи (были и неудачи!) Паустовского, молодой критик постоянно проникает сам и ведет за собой читателя в творческую лабораторию прозаика, справедливо оговариваясь, что такая лаборатория не "сводится к цепи добросовестных и старательных усилий по улучшению текста и изгнанию из него шероховатостей и ошибок".

Процесс работы над книгой начинается задолго до того,

Хороший вкус, добротная речевая ткань, законченность и цельность отличают книгу. И на высоте ее геологической отметки далеко видна земля, которую надо узнавать, обживать и украшать, потому что именно ради этого в сердце "рождаются прекрасные строенья".

Н. ЗЛОТНИКОВ

&Ж1ШПШ

как художник написал первую фразу", - пишет Левицкий, и мы видим огромные, широко распахнутые окна в лаборатории писателя. Это окна в мир. Тот мир. из которого художник черпает "материалы" для своих произведений, тот мир. в шуме которого четко прослушивает ся голос Паустовского "Он нигде и ни в чем не соблюдает нейтралитет. До всего у него есть дело. И ко всему свое отношение. Он не бесстрастный наблюдатель литературного процесса, а его живой и пристрастный участник. Он борется. Его плацдарм - искусство".

Г. КРАСУХИН

ДП.Ё Р В А Я. К Н-И Г-А? ? П. - Р В А Я КНИГА Е Р В А Я КНИГА - П Е РВ А Я КИИ ГА "

ЧЕЛОВЕК В БЕДЕ

Перед нами: письмо. Оно пришло U3j Риги от Валерия Г. Вот что он пишет.

Здравствуй, "Юность?!

Я хочу рассказать о частице моей жизни, о душевной боли, хочу просто посоветоваться. Как жить? А стоит ли вообще жить, считая себя ненужным человеком?

Почему я стал таким пассивным ко всему окружающему? Почему? Каждый день я задаю себе эти вопросы и не могу на них ответить.

Взрослею. 27 апреля будет семнадцать. Пройдет год, в котором я потерял самого любимого человека - маму, год когда я стал понимать жизнь (хотя, может быть, и ие совсем).

Мама тяжело болела. Я каждый день бегал к ней в больницу. Надеялся, верил, и она милой дрожащей рукой теребила мне волосы и говорила: "Потерпи, держись, Валерка, все будет хорошо". Если бы ты знала, мамочка, как трудно держаться, когда нет тебя рядом! Когда некому ругать и жалеть! Когда не с кем поделиться радостью и печалью! А ведь так часто тебя не слушался, огорчал тебя своими двойками. Я не понимал, что, кроме всего, на свете существует вечная разлука - смерть.

Вчера было 8 Марта. Целый день я бродил по городу, смотрел на счастливые .лица женщин - и мо v-ча, незаметно плакал. Среди них не было моей мамы, еще не успевшей поседеть.

Жив отец, но нас разделяют расстояния длиною в километры, длиною в вечность. Пишет письма, просит, чтобы я приехал в Баку, в его благоустроенную квартиру. Письма не читаю. Не распечатывая их, разрезаю аккуратно ножницами на маленькие квадратики и пускаю через окно на свежий воздух. Разве можно отвечать этому человеку, который ради своего благополучия несколько раз нас бросал, часто обманывал маму, а когда мы обращались к судопспол-нителю с жалобой о неуплате алиментов, он написал заявление, что его сын Валерий давно умер? Я собственными глазами читал эту бумагу, которая окончательно оттолкнула меня от отца.

Вчера вечером, придя домой, я в первый раз выпил четвертинку. Водка обожгла мне горло. В глазах появились какие-то круги. На работу ушел с больной головой. Вроде бы недавно меня называли маменькиным сынком. Я больше всех любил маму. Я был всегда с ней в трудные минуты. Смотришь на счастливые лица мальчишек и даже не веришь, что все кончено, промелькнуло детство, в которое хочется вернуться хоть на минуту, час, день. Я стараюсь держаться. На книжных полках "Молодая гвардия? Фадеева, "Как закалялась сталь? Островского, томики Владимира Маяковского, серия "Жизнь замечательных людей", собрания Бальзака, Стенда я, Марка Твена, Джека Лондона и томик стихов Евтушенко.

Я ходил к маме в больницу и часами читал ей стихи. По маминам щекам катились горькие, непослушные слезы. Это были ее последние слезы...

Что делать? "Юность", дорогая, скажи! Кем я буду, какое у меня призвание" Может быть, оно и есть, но пока это только мечта. Пока слесарничаю на заводе, зарабатываю на существование. Есть у меня любимая песня:

Здесь, у самой кромки бортов, Друга прикроет друг. Друг всегда уступить готов Место в лодке й круг.

Песня хорошая, но как ее тяжело знать, когда нет друга! Это дико, когда не с кем посоветоваться, поспорить, дружить. Помогите мне в этом, дайте адрес любого мальчишки.

Пускай эта просьба не кажется глупой. Ведь мне так нужна дружба! Вот и все! Я вас очень прошу, не отсылайте мое письмо в следующие инстанции. Вы первые, с кем я советуюсь так открыто. Помогите, как лучше узнать жизнь, учиться у нее и находить из любого положения правильный выход.

Жду ответа, он будет чем-то решающим в мэей жизни.

Валерий Г.

ОТ РЕДАКЦИИ

У человека случилась беда. Но вышло так, что поделиться ему было не с кем. О своем горе он написал в "Юность".

Конечно, редакция могла бы ограничиться своим ответом Валерию (нстати сказать, письмо ему мы тотчас отправили). Но то, о чем пишет Валерий, на наш взгляд, имеет общественный интерес. И вот мы печатаем это письмо.

Почему?

Мы уверены, что наши читатели тоже откликнутся на письмо Валерия, и он найдет многих друзей, которые будут помогать ему решать возникшие и возникающие перед ним вопросы. Уверены мы и в том, что те, кто прочтет это письмо, тоже задумаются над многим и многим. Задумаются те, нго сам оказался в тяжелых жизненных обстоятельствах. Задумаются те папы и мамы, которые решают свои семейные конфликты, ие считаясь с тем, иак эти конфликты отразятся на детях. Задумаются и те, кто не переживал ничего подобного горю, обрушившемуся на Валерия, ито чувствует себя счастливым, но не ценит н, может быть, даже не замечает собственного счастья. Задумаются и те, для кого слово "мама" слишком привычно, и обычно, и буднично... Задумаются, может быть, и о другом, каждый о своем. Ведь каждому есть о чем подумать...

письмо

С БЕРИНГОВА МОРЯ

то письмо я посылаю нз щЛ сельдяной экспедиции в Бе-ринговом море, где работаю на среднем рыболовецком траулере "Уссурийск".

Уже не первый год наш траулер выполняет социа мистические обязательства; экипаж по праву носит звание коллектива коммунистического труда. Работает на "Уссурийске" только молодежь. Почти все - комсомольцы. Среди молодежных экипажей траулеров в прошлом году мы заняли второе ме-

сто. Надеемся, что и впредь будет не хуже.

В непродолжительные часы отдыха можно увидеть, как ребята аннмаются любимым делом: читают (у нас есть своя библиотека), играют в шахматы или шашки, подбирают знакомые мелодии на аккордеоне, гитаре пли мандолине. Желающие смотрят в кают-компании фильмы. А студенты-заочники готовят учебные задания...

Я посылаю несколько страничек из своего дневника за этот год и

Ьогда улов удачен, вся палуба завалена рыбой! На верхнем рисунке - средний рыболовецкий траулер "Уссурийск" пробирается во льдах к плавбазе.

несколько своих зарисовок - может, они помогут яснее представить нашу жизнь.

27 января. ...Конец месяца, а мы почти полностью выполнили квартальный план. С утра появилось солнце, но, как говорится, светит, да не греет. Море было несколько дней спокойно, но с утра подул суровый, северный ветер, не обещающий ничего хорошего.

...К вечеру погода окончательно испортилась. Сдать улов на рефрижератор невозможно. Нужно солить селедку. Объявили аврал. Все свободные от вахты - на засолку. Пошли против зыби - на волну, на норд, там во льдах стоят плавбазы, куда можно сдать засоленную рыбу и получить еще соль и бочки.

Острый ветер с брызгами хлещет, как плетыо. Идем малым ходом: кажется, что стоим на месте.

Рядом со мной работает Игорь Панкин: он заливает в бочки рассол. Игорь - демобилизованный моряк. Служил во флоте и решил навсегда остаться на море. Осенью собирается поступать в мореходное училище.

Бочка за бочкой опускаются в трюм. А рыбы осталось еще больше половины. На палубе вспыхнуло наше "солнышко": так мы называем прожектор на мачте.

Мороз все сильнее. Он оставляет на шапках и на волосах свои следы У матроса Володи Лобаса усы стали белыми, а у Юсифа Сайфу-дпнова с шапки свисают сосульки.

Только поздно ночью закончили солить рыбу. Шторм продолжается.

28 января. Утро туманное. На траулере все обледенело. По палубе бежит вода и, замерзая на ходу, не успевает стекать.

Из репродукторов звучит rovjc капитана:

Аврал! Все на сколку льда!

И снова работа. Борьба за живучесть судна. Ведь если не скалывать лед, судно может перевернуться.

Мы сбиваем ледяные наросты, а отяжелевшая носовая часть врезается все глубже в волну и покрывается новым слоем. И так без конца.

После обеда снова за работу. Пока обедали, судно успело обрасти льдом. А брызги летят, и с прорезиненных курток не успевает стекать вода. Она замерзает, и куртки покрываются коркой льда. Я и Володя Лобас скалывали лед на брашпиле. Участок работы невыгодный. Когда набегает волна, она заливает нас первыми. Я стоял лицом к корме и не видел, когда очень большая волна накати а сзади. Огромный поток воды ударил меня по спине, подхватил и понес. В первое мгновение я подумал, что очутился за бортом. Резкий удар головой о что-то твердое. Через мгновение последовал второй удар, и тут же я почувствовал, что как будто мою шею зажало в тиски. Что-то, барахтаясь, рядом со мной нс'лось по течению вниз по палубе. Я почувствовал в руках леера и крепко уцепился за них, пока схлынула вода. Когда открыл глаза, увидел Володю. Он обхватил мою шею и сидел рядом, прижавшись ко мне.

Ты что за мою шею держишься" - спросил я.

Ыатрос Л. Васильев.

Жив..." ответил он, уыба-ясь от радости.

Мы встали п почувствовали, что насквозь промокли. Шапок на голове не оказалось.

30 января. Проснуся от трескотни за переборками. Это траулер врезается в лед. После завтрака вышли снова окалываться. Кое-где из воды между льдами высовываются сивучи. А на одной льдине собралось целое семейство морских львов. Они посмотрели в нашу сторону и быстро исчезли в воде.

Помощник тралмастера 10. Санфудпнов.

Одинокие чайки кружат над траулером. Наверно, они надеются, что кто-либо из матросов Оросит им рыбешку.

31 января. Стоим у плавбазы: будем сдавать рыбу и брать соль и бочки. Свободное время. Скололи окончательно лед и после обеда устроили шахматный турнир. Выпустили и повесили в кают-компании свежий номер сатирической газеты "Край". Начали крутить кинофильм, но посмотреть не успели: подошла паша очередь сдавать рыбу. Взяв бочки и соль, поспешили в район лова, чтобы не терять дорогого времени. Вечером, собравшись в кают-компанни, прослушали информацию капитана о новостях по стране и за рубежом. После информации смотрели новый фильм, который взяли на плавбазе; там же я обзавелся новой шапкой.

2 февраля. Сегодня воскресенье, но вряд ли кто из ребят помнит об этом. Во Еремя работы забываем, когда суббота, когда воскресенье. Здесь все дни одинаковы.

Настроение у всех сегодня отличное. Лов проходит удачно. Сей-

У штурвала - матрос Е. Захаров.

час идем к рефрижератору, чтобы сдать рыбу.

Сдав рыбу, созвали комсомольское собрание. Живо обсуждали предложение взять новые обязательства. В конце концов решили: вместе с другими передовыми экипажами области за два последних года семи четки выполнить два с половиной годовых плана; снизить себестоимость лова, а сбереженные деньги передать в фонд развития большой химии.

3 февраля. С утра дует чистый норд. Море неспокойно. В рулевой рубке - третий помощник капитана ВИТАЛИЙ Крайнев. Смотровое стекло опущено, так как стекла замерзли и занесены снегом. В открытое окно врывается холодный ветер. В рубке холодно. У штурвала Владимир Тарутин. Он в полушубке, но все равно переминается с ноги на ногу. Ноги мерзнут.

У Крайнева в глазах появляются смешинки. Он всегда так оживляется, когда у него рождается какая-нибудь новая идея, способная заинтересовать ребят. Он наш комсорг. Сейчас Виталий оживлен оттого, что появился хороший косяк рыбы.

В рубку входит капитан Степан Данилович Удовенко. И вот уже из рупоров звучит его голос: - Парни, пошли в замет. Снова будничная работа-Вечером на борту "Уссурийска" - более трехсот центнеров рыбы. Но погода испортилась совсем. Шторм усилился. Кажется, скоро опять ска ывать лед...

Генрих ПОЖИДАЕВ, матрос "Уссурийска".

В РАСКАЛЕННОЙ ПЕЧИ

При 130 градусах жары твердый металлический сплав из олова, свинца и висмута превращается в кипящую синюю жидкость... При 130 градусах жары вспыхивает одежда...

...Через черный провал печи проходит цепь подвесного конвейера. День и ночь на его металлических подвесах покачиваются громадные пакеты генераторов электродвигателей. Пройдя через жерло печи, они движутся к сборочному цеху. А потом ...каждое утро с аэродрома вылетают транспортные самолеты. И в каждый раз пилоты читают на стенках добротных ящиков адрес получателя: "Куба".

Ереванский завод "Армэлектро" выполняет заказ для героического острова Свободы. Каждую смену комсомольские бригады генераторного цеха перевыполняли план. Хорошо начиналась и эта смена. Но вот незадолго до окончания работы в цехе раздался тревожный сигнал:

Встал конвейер!

Обрыв!

Рабочие столпились около печи. Прибежал сюда и секретарь комсомольской организации цеха Ага-си Акопян.

Заглянув в черный провал, откуда дышало жаром, он увидел, что 1'епь конвейера оборвалась и разошлась на пять метров. Чтобы устранить обрыв, надо остудить печь. Это займет два-три дня. Ремонтные работы продлятся семь часов. Значит, под угрозой государственный план.

А может, попытаться исправить сейчас, прямо в печи".." неуверенно предложил Агаси н оглянулся на ребят. Замолчали все: токари, слесари, обмотчики.

Впереди - рабочий Манук Агрян; в следующем ряду (слева направо) - рабочие Ра^мик Исраелнн и Амастан Галстян. секретарь комитета комсомола цеха Агаси Акопян бригадир Рафик Саркисян; сзади - корпусной механик Арамаис Аветисян и рабочий Иикогос Алваджлн.

Может, не надо, ребята" - высказал сомнение начальник цеха А. Акопян. Но, посмотрев на молодежь, понял: решили - уже не остановишь...

Агаси заглянул в печь, подтянулся на руках и исчез в черной, зияющей дыре. Долго длилась минута, которую он провел там. Наконец Акопян показался из провала.

Работать можно. Будем сменять друг друга...

Так начался подвиг. Ребята выходили из печи почерневшие, с тлеющей одеждой. Обливаясь водой, тут же у конвейера отдыхали минут десять и снова шли в печь.

Четыре часа длился поединок. Четыре часа молчаливого ожидания многотысячного коллектива завода. Но вот вздрогнула и медленно двинулась в путь лента конвейера.

Они вышли победителями "секретарь комитета комсомола цеха Агаси Акопян, корпусной механик Арамаис Аветисян, бригадир Рафик Саркисян, слесари Размяк Исрае-лян, Манук Агрян, Айастан Галстян, Никогос Алваджян. План был ьыполнен. Генераторы для Кубы были сданы в установленный срок.

А. СТЕПАНЯН

ПУТЕШЕСТВИЕ В СТРАНУ с<ПОЭЗИЯ?

&тридцатых годах прошлого века в Петербурге на Невском проспекте праздновалось своеобразное новоселье.

В доме книгоиздателя Александра Смирдина собрались известные русские писатели, чтобы отпраздновать открытие "Книжной лавки".

На званом обеде присутствовали Пушкин, Жуковский, Гоголь, Вяземский, Крылов, Одоевский. Языков и другие замечательные поэты и прозаики. Открытие "Книжной лавки" Смирдина было крупным событием в истории нашей культуры.

Литературный салон Смирдина стал местом Естречи писателей и читателей. Здесь обсуждались самые насущные вопросы развития русской литературы. Недаром В. Г. Белинский, разделяя историю нашей словесности на периоды, назвал рядом с карамзинским и пушкинским периодами и смир динский.

Все это невольно вспоминалось мне после того, как я посетил в Харькове магазин "Поэзия". Харьковские книголюбы относятся к нему, как к любимому ребэнку.

В январе 1964 года харьковчане отмечали годовщину этого магазина.

В Центральном лектории города на сцене в президиуме сидели три скромные девушки-продавщицы этого магазина во главе с директором Светой Алексеевой. В зале негде было яблоку упасть. В фойе активисты магазина продавали поэтические сборники. Шло торжественное заседание. Поэты читали свои стихи, артисты поздравляли "юбиляра", секретарь обкома партии подарил магазину бюст Т. Г. Шевченко.

Вдумайтесь, пожалуйста, в этот факт! Магазин, торговая точка - и вдруг такая, я бы сказал, народная любовь! Торговая точка, влияющая на умы, формирующая вкус.

Популяризируя стихи советских поэтов, магазин "Поэзия" проводит в харьковских школах "Дни поэзии". Задача такая: летом во время каникул каждый школьник должен прочесть побольше стихов, выучить одно, наиболее полюбившееся, наизусть и на школьном "Дне поэзии" прочесть его товарищам. В жюри этого своеобразного конкурса - продавщицы из магазина "Поэзия" (кстати, все они окончили библиотечный институт).

Активисты магазина "Поэзия" - архитектор Аьфред Тульчинскпй, инженер - конструктор Михаил Манзон, педагог Юрий Хазанов, математик вычислительного центра Иосиф Клугман, инженер Виталий Орлов - вспоминают тот день, когда магазин впервые откры свои двери перед покупателями: "Первая покупательница" старый геолог - пришла к магазину в шесть часов утра. К открытию вся площадь перед магазином быа пол-на народу. Приехали секретарь обкома партии, начальник управления культуры, работники обкома ЛКСМУ".

В" первый день магазин распродал все (!) книги, и на следующий день... пришлось его закрыть, так как нечем быо торговать и нужно бы о срочно пополнять запас. Добавим только, что перед открытием директор магазина Света Аексее-ва и ее подруги объездили базы книготорга и забрали в магазин все поэтические сборники, годами пылившиеся на почках складов. Оказалось, что поэзия любима народом и нужна ему, стоит только взяться за это людям с горячими сердцами, влюбленным в поэзию и в свое дело.

Прошел год. Год поисков. Год общения с читателями. И выяснилось, что магазин "Поэзия" превратился в клуб поэзии, занимающийся не только продажей, но и популяризацией книг.

После работы за прилавок становятся активисты: инженеры, рабочие, студенты, писатели... Они рассказывают покупателям о книге, помогают выбрать необходимое, будят интерес к литературе. Магазин радиофицирован: в определенные часы здесь звучат голоса Маяковского, Светлова, Багрицкого, Слуцкого и других наших поэтов.

Магазин работает по принципу "1+20". Это значит, что каждый покупатель, хоть раз посетивший

После работы за прилавок магазина становятся любители поэзии - инженеры, врачи, рабочие...

Это короткое слово над входом привлекает в магазин сотни людей...

магазин, должен привести потом двадцать своих товарищей.

Каждое предприятие Харькова имеет своего общественного распространителя поэтических книг. В совет содействия магазина вошли харьковские поэты Б. Котля-ров, Б. Чичибабин, заслуженная артистка А. Лесникова, мастер художественного слова, популяризатор и знаток молодой поэзии С. Новожилов, критик Г. Гельфанд-бейн и другие.

Снят короткометражный любительский фильм о магазине "Поэзия", выпущен памятный значок, собирается библиотека автографов. В магазине можно купить билеты на поэтические вечера, устраиваемые в городе.

Представители Таллина, Вильнюса, Воронежа и других городов приезжают в магазин "Поэзия", чтобы перенять опыт.

Когда-то А. Смирдин в одной из своих статей, опубликованных после смерти Пушкина в 1833 году в журнале "Библиотека для чтения", с горечью писал: "Нет русских стихов... Решительно не стоит труда и издержек печатать русские стихи, особенно отде ь-ными книжками: никто стихов не покупает, торговля стихами совершенно упала на Руси".

А сегодня харькоЕСКО-му магазину "Поэзия" уже тесно в маленьком помещении, не приспособленном для той большой просветительной работы, которой он занимается.

Илья СУСПОЗ

*И КОРРГСПОН

ЙГ ЗАМЕТКИ И КОРРЕСПОНДЕНЦИИ - ЗА

jii.i стояла n скромном больном платье с оголенными худенькими руками и плечами. Ее широко раскрытые глаза удивленно смотрели на меня. "Ну зачем это нужно, - как бы говорили они, - нельзя ли обойтись без этого интервью? Ведь еще неизвестно, как все получится!"

Но Наташа еще не была Наташей. До этого чудесного превращения оставалось десять - пятнадцать минут, а пока передо мной стояла и разговаривала молодая, лваддатидвухлетняя актриса Люся Савельева, исполнительница роли Ростовой в снимающемся фильме "Война и мир".

Мы беседовали в коридоре студии, и мимо нас, сверкая бриллиантами, жемчугами, золотом орденов и эполет, проходили военные, дамы, господа - гости Элен Безуховой. Через несколько минут должна была последовать за гостями и Люся, чтобы радостной, оживленной Наташей впорхнуть в гостиную дома Элен и закружиться в плавном танце с Василием Лановым - Анатолем Курагн-ным.

Люся, скажите, пожалуйста, нашим читателям несколько слов о себе, как началась ваша работа в кино?

Очень трудно что-либо рассказывать, когда сделано еще так мало. Родилась в 1942 году в осажденном Ленинграде. Родители мои служащие. Поступила в школу. После третьего класса меня приняли в Ленинградское хореографическое училище. В училище была комсоргом класса. Три года назад, после окончания учебы, меня зачислили в балетную труппу театра имени С. М. Кирова. Как я стала сниматься в кино? В Ленинграде меня пригласили на пробу для участия в фильме "Когда разводят мосты..." по сценарию В. Ак сеног.а. Но мой дебют не состоялся. Меня "забрали" в Москву.

ИНТЕРВЬЮ

с Наташей Ростовой

Наташа Ростова (Люся Савельева).

Фото В. Уварова

Люся, а как же балет?

Конечно, не забываю. Как только выдаются свободные часы, я занимаюсь танцем. Моя мечта".. Как балерины - партия Жнзель в балете Адана. Что я люблю? Поэзию и скульптуру. Произведения Родена н античных художников. В них столько чувства, силы, страсти! Вы только посмотрите, как точно их жесты передают со-

стояние человека. Я думаю, что именно балет заставил меня полюбить скульптуру. А произведения Родена и греческих мастеров помогли мне в танце.

Как вы работаете над ролью?

Боюсь ответить на этот вопрос точно. Все зависит от того, какую сцену готовлю, что было перед этим, что будет потом. Во всяком случае, прочла много книг о Льве Николаевиче Толстом. Перед каждой съемкой, наверное, в сотый раз перечитываю нужные страницы "Войны и мира". Очень помогли мне воспоминания Т. А. Кузмннской.

И знаете, может быть, это удивит вас, но образы Наташи и Пьера мне кажутся удивительно современными, или, как говорят, "актуальными". Ведь раздумья Наташи и Пьера - эти общечеловеческие раздумья о красоте душевной, о порядочности, честности, о жизненном призвании - дороги нам, очень волнуют нас и сегодня...

В-

Люсю - Наташу приглашают в павильон.

Всех, конечно, интересует: какая она, Наташа? Ведь еще у многих свежи в памяти кадры из американского фильма "Война и мир", где роль молодой Ростовой исполняла талантливая актриса Одри Хепберн. В будущем специалисты, историки кино, наверно, напишут подробные исследования о фильме и сравнят его с американским, но мне пока хочется высказать свое мнение: я. лично всегда, с первого прочтения "Войны и мира", представлял себе Наташу именно такой, как внешне выглядит Люся Савельева и как она ее играет.

Впрочем, каждый в недалеком будущем сможет дать свою оценку. Ждать появления первой серии фильма на экранах страны осталось недолго.

Ю. МАКСИМОВ

ПОПУТНОГО ВЕТРА!

Рассказывают члены клуба "Алые паруса?

Шй онечно, снача а надо пред-|К ставиться:

Здравствуйте Мы литературный клуб "Алые паруса? 239-й школы Ленинграда. Редакция "Юности" попросила нас рассказать о себе. И вот мы спорим: о чем нам писать?

Я бы прежде всего объяснил, почему наш клуб называется "Алые паруса", - говорит капитан клуба Женя Друбецкой." Об этом сказано у нас в манифесте: "Алые паруса... Наверное, каждому снились они, наверное, каждый мысленно стоял у штурвала алого фрегата, вспоминая гриновскуга сказку. И для того, чтобы она никогда не умирала, вселяя в сердца лю дей большую, настоящую тревогу, мы создали наш клуб. Мы зовем к себе тех, кто любит людей и книги, дороги и море. Тех, кто любит

Землю. Тех, кто любит Поэзию. Тех, кто умеет спорить. Тех, кто умеет мечтать. Алый цвет - цвет нашего полного романтики времени. Мы за вечное беспокойство сердца, за поднятые тугие паруса".

Мы родились ил гкалок Грина. Они учили нас дерзать. Мы в экипаже Бригантины И мчим на алых парусах...

Итак, вы уже знаете, что у нас, как в каждом экипаже, есть капитан." Это вступает в разговор старпом Саша Зильберглейт." И, как у всякого капитана, у него есть кортик - символ капитанской власти. В день рождения клуба, когда "Алые паруса" отплывают в свой следующий год (а мы уже в пути третий год), прежний капитан передает кортик новому. Принимая кортик, новый капитан клянется "вести Бригантину по бурному морю жизни и искусства, не страшась мелей и рифов", клянется "крепко держать штурвал, чтобы никогда не повисли алые паруса". Есть у нас также испытанный лоцман - учительница литературы Ида Ильинична Славина. И об

Члены клуба "Алые паруса" в гостях у "Юности". О клуб" рассказывает его капитан Женя Друбецкой. Наверху - значок членов клуба "Алые

паруса".

этом, я думаю, нужно тоже рассказать в статье.

И еще о том, что наш клуб не для каких-то литературных сверхталантов, а для всех, кто просто любит искусство, литературу и кто делает в них свои первые шаги, - говорит Наташа Большакова, наш художник." Да, многих из тех, кто создавал клуб, уже нет в школе, но они с нами. Ведь их стихи, рассказы, повести печатаются в нашем альманахе, их письма летят к нам со всех уголков страны. А в день рождения клуба мы собираемся все вместе, и "старички" рассказывают. Письма... Они приведут нас в далекий Владивосток, где сейчас живет Володя Медведев. На далеком Севере строит новый город Маша Шейкина - командир нашего первого походного отряда. В Риге нас встретит Володя Иванов. Он давно мечтал стать летчиком и сейчас учится в институте ГВФ.

Все это так. ребята, но мы же не сказали еще о литературных "пятницах". А с них, собственно, все и началось! - восклицает Миша Ивашко." Еще не было клуба, но были любители литературы и искусства, любители споров и обсуждений. И был кабинет литературы, в котором можно было задержаться после уроков, поговорить, поспорить. И самым удобным днем для этого оказалась пятница... А потом, когда уже родился клуб, стали собираться не наспех, после уроков, а вечерами, с предварительной подготовкой. Наши секции - литературная, музыкальная, творческая - готовят каждая свою "пятницу". Предусматривается все - от тематики вечера до оформления помещения. Бывают "пятницы-встречи", "пятницы-беседы", "пятницы-диспуты". И каждый раз кабинет литературы преображается. То он превращается в арену для споров: два длинных стола для команд "за" и "против", стол для судей, места для болельщиков. То - в театральный зал. То - в кафе поэтов или таверну под поэтическим названием "Дырка в парусе". Сколько интересных людей побывало у нас! Всеволод Рождественский и

Лев Успенский, Леонид Борисов и Константин Симонов, молодые поэты Виктор Соснора и Леонид Палей, артисты Ю. Толубеев, II. Горбачев, главный режиссер ТЮЗа 3. Корогодский, композитор Сергей Слонимский - этот список может быть очень большим. Многие из них стали почетными членами клуба, и мы бережно храним письма и книга К. Паустовского, С. Маршака, Вс. Рождественского. И сколько жарких споров, сколько крайних мнений слышали стены нашего кабинета литературы!

Мишу перебивает Лариса Якуш-кина:

Я недавно в клубе. Хочу сказать, что те, кто приходит на наши "пятницы", недолго остаются просто зрителями и слушателями. Всем находится дело. Я навсегда запомню ту "пятницу", в подготовке которой первый раз приняла участие. Она была "о людях, что ушли, не долгобив, не докурив последней папиросы". Раньше я и не знала о Павле Когане, Николае Майорове, Василии Кубаневе, Всеволоде Багрицком, Сергее Чекма-реве, которые так же, как и мы, стремились идти в жизнь под алыми парусами. ...Погас свет в кабинете. Только светятся на доске слова: "Мы лобастые мальчики невиданной революции". Я очень волновалась, когда вступила в освещенный круг и начала читать те

Поэтический Олимп в Новосибирске находится в электротехническом институте. Только поэты погружаются там не в падмирное уединение, а в тысячеглазое, тысячеголосое море, которое часами может поглощать стихи. "В НЭТИ лирика, как физика, обязательный предмет" - эти слова студенческой песни лю-Сит повторять Евгений Рапопорт, руководитель литературного объединения этого института.

С 25 марта по 1 апреля в Ново

перь дорогие мне стихи Павла Когана. Эту "пятницу" мы потом повторяли на студни телевидения. "Алые паруса" вышли в эфир1

Нет, "пятницы" - это еще не клуб, - как всегда, хором говорят две сестры Рождественские - Таня и Милена. И Таня рассказывает:

Клуб родился в походах. Дорога - символ движущегося вперед времени, и вот уже в третий раз мы отправляемся в путь. Мы никогда не забудем нашей первой поездки летом 1962 года в Ясную Поляну и Тарусу. Потому что без яснополянских парков и тарусских дорог в лугах над Окой, без поленовского дома и стихов у памятника Маяковскому в Москве не родилось бы то, что нас объединило, - желание не только принимать, но и отдавать то хорошее, что мы получили. Здесь выросла наша дружба. А летом 1963 года мы поехали в Пушкинские Горы и Псков. Вспоминаются рощи Михайловского, дорога в Тригорское по берегу озера Маленец, темные аллеи Петровского парка, облака над Соротью и простой мраморный обелиск на могиле поэта у стен Святогорского монастыря... Близится лето, и нас ждет новый путь - в Крым. Мы хотим увидеть городок, где жил и умер человек, придумавший "Алые паруса", на

сибирске на традиционной весенней Неделе поэзии выступали авторы "Юности" - москвичи: Игорь Волгин, Олег Дмитриев, Инна Кашежева, Станислав Леснев-ский, Булат Окуджава. Вместе с ними во встречах участвовали поэты-новосибирцы: Илья Фоняков и Леонид Чикин.

На этих встречах - а их было четырнадцать - побыва о около десяти тысяч слушателей. Авторы журнала посетили также и знаменитый теперь на весь мир го-

учнвшнй нас мечтать, - Александр Грин.

Нужно, по-моему, рассказать и о нашем творчестве, - вмешалась Наташа Афанасьева." Помните плакат: "Алые паруса" приглашают начинающих авторов на чашку кофе". Кабинет литературы превратился в милое, уютное кафе. Лариса Бессекерская, наш первый капитан, представляла поэтов. Каждый открывался по-новому. Помню, Милена Рождественская прочитала свое "Давнее":

Половодьем пути отрезаны В город мой. что высок и бел. Я пишу "чертами" и "резами" На бересте письмо тебе. Так мне солнцем и сердцем

велено. Так слова мои говорят. Я пишу его очень медленно-Целых десять веков подряд.

Потом с успехом выступали со своими стихами Додик Раскин, Юра Блатинский, Таня Рождественская, Володя Иванов и другие.

Ребята, - говорит снова Женя Друбецкой, - вы не находите, что заметка для "Юности" уже готова? Собственно, каждый сказал то, что считает самым важным в жизни нашего клуба. И, по-моему, закончить надо куплетом из нашей песни:

...Каждый прожитый год - Это новых дорог километры. Всем, кто с нами идет. Пожелайте попутного ветра.

род науки под Новосибирском. Хозяева лабораторий гостеприимно встретили поэтов.

Удивительная и прекрасная черта нашего времени - небывалая тяга к поэзии - была воочию продемонстрирована сибиряками.

Электроэкзаменатор - подарок НЭТИ журналу "Юность". Своего рода "электросувенир?!

ПОЭТЫ "юности"

В СИБИРИ

РАЗГОВОР ВЕДЕТ ПЕДАГОГ

какой мере повести, расска-щМ зы, стихи, очерки, печатае-мые в "Юности", помогают решать задачи коммунистического воспитания юношества? Как использует учитель материалы "Юности" в своей работе по идейному и эстетическому воспитанию школьников"

Большой разговор об этом состоялся в первых числах апреля у писателей с педагогами в Центральном Доме литераторов. Эта конференция-дискуссия была устроена Творческим объединением детских и юношеских писателей московской писательской организации и Институтом художественного воспитания Академии педагогических наук РСФСР.

В дискуссии, помимо авторов и работников журнала "Юность", приняли участие специально приглашенные учителя Москвы, Ленинграда, Свердловска, Новосибирска, Ростова-на-Дону, Магнитогорска и других городов РСФСР. Пришла и группа старших школьников, пожелавших принять участие в разговоре на темы, непосредственно затрагивающие их интересы.

В выступлениях педагогов отмечалось, что произведения, появляющиеся в "Юности", всегда вызывают у школьников живой интерес, жаркие споры на уроках и вне школы, помогают учителю развивать у юношей и девушек любовь к литературе, вдумчивое отношение к прочитанному.

Тов. Т. Д. Полозова из Института художественного воспитания Академии педагогических наук РСФСР рассказала, что в процессе подготовки к этой встрече были собраны и проанализированы тысячи читательских писем, проводились специальные собеседования со школьниками старших классов.

Много добрых слов было сказано о романах Ю. Пнляра "Люди остаются людьми" и В. Орлова "Соленый арбуз", о повестях Ю. Семенова "При исполнении служебных обязанностей", М. Кра-савицкой "Если ты назвался смелым", М. Прилежаевой "Третья Баря" и некоторых других пронз

9

ведениях молодых прозаиков. Ребята с волнением читали письма Володи Корнилова, напечатанные в журнале "Юность" - 8 за 1963 год, под заголовком "Человек нашего времени".

Преподавательница Э. Н. Горю-хина из Новосибирска и ряд других педагогов упрекали отдельных авторов "Юности" в том, чго они в какой-то мере снизили нравственные критерии при создании литературных персонажен своих повестей и рассказов. С этой точки зрения критиковались повести В. Аксенова "Апельсины из Марокко", А. Гла-днлина "Первый день нового года" и Г. Садовннкова "Суета сует". Однако, как показало обсуждение, и по поводу этих во многом спорных произведении существуют разные точки зрения.

Дискуссия прошла оживленно, показав высокую заинтересованность педагогов в дальнейшем улучшении идейного н художественного vpoEHH журнала "Юность".

Большом зале Политехнического музея на одном нз очередных вечеров лектория для учителей состоялась встреча педагогов столицы с авторами журнала "Юность" и сотрудниками редакции.

Краткое сообщение о планах работы "Юности" сделал ответственный секретарь редакции Л. Железное.

После выступлений педагогов, учащихся старших классов и научных работников поэты Б. Ахмаду-лина, Ю. Друнина, Ф. Искандер, М. Львов, А. Юдахин, критики Л. Лазарев, Ф. Кузнецов, сотрудники сатирического отдела "Пылесос? А. Арканов, Г. Горин, М. Розовский читали свои произведения и поделились мыслями о работе журнала.

Юлия Друнина читает свои стихи па вечере в Политехническом.

В ПОЛИТЕХНИЧЕСКОМ МУЗЕЕ

II

ослесшй

Л. ПЛЕШАКОВ

Леонида Плешакова влекут морские просторы. Юрист по образованию, журналист по профессии, он плавал матросом на рыболовецком судне, участвовал в круго-СЕетной научной экспедиции на немагнитной шхуне "Заря". Выступает с заметками и корреспон-денциями в газетах. В журнале печатается впервые.

VL ^чсром 7 августа 1902 года из бухты "Золотой КМ Рог" в Японское море вышло трехмачтовое па-*^ русное судно. Покидая Владивосток, единственная в мире немагнитная шхуна "Заря? Академии наук СССР начинала свой шестой научно-исследовательский рейс по изучению магнитного поля Земли на поверхности океана. Впереди лежал путь более чем в 30 тысяч морских миль. Это десять месяцев утомительного рейса с дикими холодными штормами Охотского моря и северной части Тихого океана, одуряющей духотой Океании и невыносимым зноем экватора. По каждый нз членов экипажа "Зари" знал и другое: путешествие будет интересным. Япония, Камчатка, Канада, США, Гаван, Фиджи, Таити, Маркизы, Мексика, Панама, Куба, Дания. Чтобы побывать в этих местах, каждый согласился перенести невзгоды трудного морского путешествия.

Во всяком случае, автор этих строк, узнав, что "Заря" зайдет на остров Таити и в Сан-Франциско, сменил работу в областной газете на должность матроса, а потом техника шхуны "Заря".

От Сан-Францлско рукой подать до джеклондон-ской Лунной Долины Всего миль семьдесят.

Таити. Я не могу объяснить, почему. привлекал меня этот остров. Я знал о нем все, что можно было прочитать. Но книги - это одно. А пройти по мокро-, му от прибоя песку, где когда-то ходил Джеймс Кук, - это другое.

И Самоа. С тех пор, как я впервые прочел "Остров сокровищ? Стивенсона, я мечтал попасть на острова Самоа, где писатель провел свои .. последние годы, где он похоронен самоанцами на вершине горы. Из русских мореплавателей только Макарову уда лось побывать на Самоа - и то лет восемьдесят назад.

И вот в конце 1962 года, когда шхуна "Заря" шла с Гаваев на острова Фиджи, нам прислали из Моск-

7. "Юность? Ль 6.

вы телеграмму, в которой рекомендовалось после Фиджи зайти с визитом дружбы в порт Anna, столицу нового самостоятельного государства - Западного Самоа. Оно только в 1962 году провозгласило свою независимость и было сразу же признано Советским Союзом.

Весь экипаж "Зари" радовался случаю первыми из советских люден побывать па островах Самоа. Ну, а я рад был вдвойне.

Не буду рассказывать о стройных кокосовых пальмах, склонившихся к океану, об узких самоанских пирогах с балансирами, которые встретили нас. II даже о прекрасной, отороченной коралловыми рифами бухте, где в сотне метров от берега торчат проржавевшие останки германского крейсера "Адлер". На то здесь и тропики, чтобы росли кокосовые пальмы. На то и Океания, чтобы были лодки с балансирами. На то и бывшая колония, чтобы империалисты оставляли следы своего хозяйничанья.

Первым из европейцев на Самоа побывал в 1722 году голландец Роггевен. позже - французский мореплаватель Бугенвиль. Он назвал их островами Навигаторов (Мореплавателей). Далекие земли были лакомыми кусочками для колонизаторов. Жаркий, влажный климат. Вечное лето. Самоанцы говорят: если в нашу землю воткнуть расческу, вырастет пальма.

. Сначала на острова пришли миссионеры: англичане, немцы, американцы. Потом купцы и консулы: немцы, американцы, англичане. На крошечных островах, затерявшихся в Тихом океане, соперникам было тесно. И тогда к островам приплыли военные корабли: английские, немецкие, американские. В марте 1889 года они стали на рейде города Апна, тщательно прицеливаясь в бронированные бока друг друга. Решить спор, чьи бока крепче и чьи пушки мощнее, помешал ураган. который разразился 16 марга Ом потопил три американских и три немец-

В

ких корабля. Англичане успели уйти в открытое море, где и переждали непогоду. Ржавый остов "Адлера" - памятник той бурной ночи.

В 1899 году острова Самоа поделили между собой США и Германия. Американцам досталась восточная часть архипелага, немцам - западная. После первой мировой войны западная часть перешла под управление Новой Зеландии в качестве мандатной территории. С 1947 года этоподопечная территория Новой Зеландии. И только в январе 1962 года Западное Самоа получило политическую независимость. Восточное Самоа до сих пор - подопечная территория Соединенных Штатов Америки.

В воскресенье утром Апиа не похожа ни на какой другой город. Набережная, охватившая полукругом бухту, пустынна. Закрыты двери крошечных магазинчиков. И бесчисленные церквушки еще не тревожат прихожан звоном колоколов. Нет ни автомашин, ни велосипедов. Нет даже рыболовов у берега.

Еще накануне парни-самоанцы показали нам гору Ваэа и сказали, что до вершины, где похоронен Стивенсон, четверть мили две мили... пять миль... и вообще рукой подать. Можно просто сесть в такси и объехать гору по дороге, ведущей к плантациям какао, подняться по тропинке за четверть часа.

Нас было четверо, и мы решили плюнуть на такси и на асфальтовую дорогу к плантациям какао. Мы просто пошли к подножию горы, под которой раскинулась Апиа, смекнув, что одна из трех вершин этой горы обязательно будет та, что нам нужна, и что ребята со стивенсоновской "Испаньолы" поступили бы точно так же.

...Пока мы шлепаем по мокрой после дождя дороге к подножию горы, я познакомлю вас с нами. Впереди иду я. Меня зовут Старик. Потому что я старше всех. Сегодня последний день мне тридцать лет. Завтра стукнет тридцать один. Весь этот поход" моя затея. И я единственный, кто видел в каком-то журнале фотографию могилы. Следом за мной идет Док. Ему 25. Он с Волги. На Волге нет пальм, и Док щелкает "Зорким" налево и направо, забывая менять диафрагму и выдержки. Я уверен, пленка получится дрянь, и вечером он, как обычно, будет выклянчивать у меня кадрики. Завершают группу два дружка: Князь и Сибиряк. Им по 21. Мальчики. Первый долго жил в Тбилиси, поэтому и кличка - грузинский Князь. А Сибиряк - потому что из Сибири. У Князя, как всегда, нелады с "Фэдом", а Сибиряк отстал из солидарности.

Мы нарочно не называем друг друга по имени. Настоящее путешествие не терпит имен. Таков обычай.

Мы шлепаем по мокрой дороге и видим, как начинается воскресное утро города. По бокам, в буйной зелени кокосовых пальм, бананов и хлебных деревьев - дома самоанцев. Столбы подпирают высокую крышу из пальмовых листьев. Между столбами натянуты стены - циновки. Сейчас стены подняты или сняты и расстелены по двору для просушки. . Поэтому все, что делается в доме, видно и прохожему и соседу. Кто завтракает, а кто только готовит завтрак. В одном доме бешено стучит зингеров-ская швейная машинка, в другом усердно отбивают поклоны, слушая радиопередачу утренней мессы. Прибавьте к этому вырвавшиеся откуда-то крик джаза, визг полосатых длинноголовых поросят, дерущихся в канаве, лай собак - и вы поймете, что в городе наступил новый день.

Скоро мы уперлись в подножие горы, не представляя, куда идти дальше. Из соседней хижины нас позвали. Подошли. Пятеро мужчин сидели вокруг огромной деревянной чаши с кавой. Чашечка из скорлупы кокосового ореха ходила по кругу, и каждый с блаженством потягивал эту мутную жидкость с привкусом древесных опилок. Рядом два парня толкли булыжниками сухие корни дикого перца, чтобы, заболтав на воде полученную муку, приготовить еще порцию любимого напитка полинезийцев. Кава на островах Океании - то же самое, что чашечка кофе в Бразилии. Нас уверяли, что она утоляет жажду, бодрит и благотворно действует на ноги. Однажды на Фиджи мы целый вечер пили в гостях каву, а потом четыре мили шли пешком. И прошли бы еще десять, если бы не хотелось после кавы спать и пить.

Но кава еще и напиток дипломатии. Тут без нее не принято вести серьезных разговоров. Мужчины зачерпнули нам по чашечке, и мы выпили. Они поинтересовались, кто мы. И вежливо сказали, что рады познакомиться с первыми людьми из Советской России. Потом они спросили, когда мы запустим человека на Луну, и остались довольны, узнав, что скоро. На островах не любят быстрых разговоров. Тем более за чашкой кавы. Тут можно просто думать вслух. Никто тебя не перебьет. Но у нас не было времени. Когда один из мужчин предложил нам полюбоваться самоанской татуировкой - сплошным синим орнаментом, покрывшим его тело от колен до самого пояса, - я скромно вставил вопрос:

Вы не можете нам указать дорогу на могилу Стивенсона?

Могилу Тузиталы? Я сейчас вам нарисую карту, - сказал один.

Я чертыхнулся, что забыл на корабле блокнот и авторучку. Но мужчина взял коробку сигарет и обгорелой спичкой стал рисовать карту.

Это одна тропа, это другая. Это третья. Вы идете по четвертой. Тут равнина. И снова три тропы. Но вы идете по одной на первую вершину. Тут снова две тропы. Вы идете по правой, потом сворачиваете влево...

На коробке уже не осталось свободного места, а он все говорил и говорил.

Хорошо, - сказал я." Мы ничего не поняли, но пойдем.

Хев ю биг найф" - спросил мужчина. Я показал ему перочинный ножик. Он засмеялся." Без большого ножа там нечего делать. Я вам дам провожатого, он укажет дорогу

Мы успели выпить еще по чашечке кавы, когда подошел стройный смуглый парень лет 18. Кусок пестрой материи, обернутый по самоанскому обычаю вокруг бедер от пояса до колен, составлял его единственную одежду. В руках он держал огромный тесак, который в Латинской Америке зовут мачете...

...Тропинка бежит в гору между стволами кокосовых пальм и развесистыми хлебными деревьями. В их душной, прогретой тени млеют двух-трехмет-ровые кусты какао. Их темно-зеленые, розоватые и багровые листья мерцают глянцем, точно в испарине. Огромные разноцветные плоды кажутся неестественными на коротенькой, тоненькой плодоножке И уж совсем экзотично выглядит переползающая через тропу плеть обыкновенной тыквы с желтым сочным цветком и лопушистыми листьями.

Наш провожатый пружинистой легкой походкой идет впереди. На развилке он останашшвается, поджидая нас, а потом снова уходит вперед, и оттуда доносятся только шелест его "биг найфа", которым он рубит заросли. Мы не знали даже, как его зовут. При знакомстве он сказал свое имя, но опо состоя-

в

ло главным ооразом нз гласных звуков, ч го-то вроде Алиэатоаэ. Запомнить его было невозможно. Я еще раз пожалел, что забыл записную книжку и ручку, и успокоился, убедившись, что наши имена парень тоже не в силах ни проионести, ни запомнить.

Я старательно выбирал для своих парадных мокасин более или менее сухие участки в той невообразимой каше, в которую превратили тропу дождь и острые копытца поросят. Док отрывисто щелкал у меня над ухом, а Князь с Сибиряком старались обуздать строптивый характер своего "Фэ-да".

Поляна открылась неожиданно. Это была одна из ложных вершин горы, поросшая высокой жесткой травой вроде нашей осоки. Наш проводник вынул из-за пояса бутылку с деревянной пробкой.

Самоанское вино, - сказал он.

Мы отхлебнули по глотку напитка, который напоминает чем-то домашнюю бражку, и присели передохнуть. Проводник ушел в заросли и скоро вернулся с пучком длинных прямых прутьев. Потом он срубил ветку потолще, затесал ее, вбил в землю, содрал с прутьев кору и ловко сплел из лыка путы, какими обычно стреноживают лошадей. Он надел их на ноги и, ухватившись за ствол пальмы руками, подтянулся. Потом, упруго упершись ногами в ствол, перехватил руками выше. Со стороны казалось, будто он прыгает вверх по вертикальному стволу. Добравшись до кроны, он стал бросать вниз огромные кокосовые орехи. А спустившись, срубил верхушки орехов и подал нам. Мы напились кокосового молока.

Наверху нет воды, - сказал он, - эти мы возьмем с собой." И, подобрав оставшиеся орехи, насадил их на заостренный кол, счистил толстую волокнистую оболочку, а ядра связал лыком.

Мне кажется, мы идем целую вечность. Солнце поддает земле жару, и та, потея, обволакивается душной пеленой испарений. Наши мокрые рубахи можно стирать, не окуная в воду. Влага течет с лиц за ворот рубахи, где и без того не сухо. И воздух одуряюще пахнет распаренной травой, как пахнут июньские сенокосы где-нибудь под Ельцом. Голос нашего проводника теряется далеко впереди.

Мы миновали расчищенный от джунглей участок с молодыми побегами кокосовых пальм и уперлись в темную стену первобытного леса.

Это первая вершина, - говорит наш проводник и, срубив верхушки у орехов, дает нам напиться. Мы сидели на траве, оттягивая момент, когда нужно будет встать и войти в темную гущу леса. Не думайте, что мы из робкого десятка, но в тот момент я нисколько не удивился бы, если бы вдруг за спиной услышал любимую песню капитана Флинта:

Пятнадцать человек на сундук мертвеца. Ио-хо-хо. и бутылка рому! Пей. и дьявол тебя доведет до конца. Ио-хо-хо, и бутылка рому!

И действительно, в кустах раздался гортанный крик. И наш проводник сразу же ответил таким же криком.

Ну, братцы, умрем достойно, - сказал я.

Наш проводник

Шуточки, - промолвил Сибиряк первое слово за всю дорогу. Князь и Док настороженно промолчали.

Через минуту на тропе показались трое мальчишек. Двоим лет по 13"14. Один кучерявый, другой с черными гладкими волосами. Третьему было лет 8-9.

Вы идете к Стивенсону" - спросил кучерявый.

Да.

Мы тоже.

Мы познакомились и тут же забыли трудные имена друг друга. Только у младшего было простое, почти русское имя: Чико.

Теперь нас было восемь человек, и мы смело шагнули в заросли. Говорят, что попавший в джунгли радуется два раза: первый раз, когда входит в них, второй - когда благополучно выбирается оттуда. Огромные деревья сплетались высоко над головой в сплошной шатер. Длинные бороды растений-паразитов да жилистые веревки лиан напрочно сплелись с подлеском. Где-то сверху раздаются выкрики, но мы не знаем, кто это: обезьяны, попуган или еще какие-нибудь животные.

Тропы давно нет. Она боязливо отступила перед лесом, бросив нас на опушке. Наш проводник безостановочно рубит лианы, прокладывая путь к гребню. Он вспотел, и смуглая мускулистая спина лоснится в сумраке, точно спина обнаженного шахтера в забое. Ноги скользят по сочной, как хвощ, траве, одевшей глыбы камней плотным ковром. Ноги прова-1.шаются в щели между глыбами. А сверху сыплются нудные теп ые капли воды.

Мы выбираемся на гребень и преодолеваем последние метры. Вот уже мы стоим на второй, самой высокой вершине горы. Далеко под "огами лежат два ровных ряда соломенных крыш католического колледжа. Оттуда доносятся звон колокола и гулкие сложные переборы деревянного барабана лали. Между нами и колледжем кружится стая рыжих коршунов. Штук сто. Они как-то странно взмахивают крыльями, сходящимися треугольником от головы к хвосту.

Летающие лисицы, - сказал кучерявый.

Проводник срубил в зарослях гроздь бананов и подал кучерявому. Бананы должны были еще полежать с неделю, чтоб дозреть. И мы решили, что ребята хотят отнести их домой. Минут через десять перед нами неожиданно открылась расчищенная поляна. По ее краям росли высокие кусты китайской розы, усеянные красными цветами.

В центре поляны на низком, плоском постаменте стояло скромное надгробие. Кое-где с него была содрана штукатурка, и оно все было испещрено росчерками посетителей. На передней и боковых сторонах надгробия были укреплены бронзовые плиты. Мы прочли:

Роберт Луис Стивенсон 1850 - 1894.

Дальше шли восемь строк стихов.

Это его "Реквием", - сказал кучерявый и запел приятным дискантом:

в

Под широким и поездным

небом

Выройте могилу и положите меня.

Радостно я жил, и радостно

умер.

И охотно лег отдохнуть. Вот что напишите в память

обо мне: Здесь он лежит, где хотел

ои лежать: Домой вернулся моряк.

домой вернулся он с моря,

И охотник вернулся с холмов.

Это теперь наша народная песня, - сказал кучерявый." Мы ее все поем. С другой стороны эна написана по-самоански. А впереди плита поставлена его женой Фанни Осборн в двадцатую годовщину его смерти.

Вверху, на плите с самоанским текстом, мы прочли:

О ле Оли Олисаса о Тузпта-ла".

Тузитала" по-самоански - "слагатель историй". Это имя самоанцы даи Стивенсону, когда появилось первое печатное произведение на самоанском языке. Это был стивенсоновский рассказ "Дьявольская бутылка", и тема его была заимствована из полинезийских сказок. Писатель стал любимцем самоанцев. Они любили и уважали его еще и потому, что пять лет жизни на Самоа были для Стивенсона годами борьбы против угнетения и грабежа туземного населения империалистическими колонизаторами. Ои пишет гневные статьи и письма, разоблачая колонизаторов. Он даже обращается к германскому императору с призывом остановить бесчинства и поборы его чиновников на Самоа.

Пусть все это не дало результата, пусть далекие острова только сейчас, через 70 лет посе смерти писателя, получили самостоятельность. Но он жив в сердцах внуков и правнуков тех туземцев, чьи права он защищал. Они помнят его и считают своим.

Мы удивились, когда ребята-самоанцы уселись на надгробии, а наш проводник улегся спать иа постаменте, положив под голову бутылку.

Он сказал, чтобы после его смерти мы приходили сюда и отдыхали на его могиле. И охотник, что охотится здесь, чтоб пришел посидеть на этом камне, и моряк.. - Кучерявый говорил "он", не называя Стивенсона по имени, как будто это был его хороший приятель." И место для него мы выбрали, чтоб отсюда ои видел и море, и небо, и лес.

Место было действительно отличное. Слева, насколько хватало глаз, простирался океан. Он сливался с небом, границы не было видно, и от этого он казался еще бесконечнее. Белая нитка прибоя, коралловые рифы, голубые спокойные бухты, пальмы, соломенные крыши домов, плантации.

Каждый из нас всем хорошим и плохим, что в нем есть, обязан людям. И если во мне есть несколько крупиц хорошего, одной из них я обязан Стивенсону. Это он первый убедил меня, что море прекрасно, что оно стоит того, чтобы побродить по нему. Он сказал мне, что поиск - великая штука и что нужно искать, не боясь трудностей. Другие тоже говорили мне это. Но позже. Он был первым.

IUoin.iu Стивенсона.

Вы можете ножом расписаться на могиле, - сказал кучерявый." Или огколоть на памчгь кусочек камня. Так делают все туристы. Все равно ее покрывают каждый год новым слоем цемента.

Нет, старина, мы не будем откалывать камень, мы поступим так, как поступали его герои, как поступил бы ои сам.

Док вырезал мачете кусок дерна у левой стороны постамента и выкопал ямку. Мы пожалели еще раз, что ие захватили с собой ни бумаги, ни карандаша. Но мы нашли выход. Опустили в бутылку советские значки с видом Кремля и Красной площади, значок с нашей ракетой, летящей к Луне, несколько спортивных. Мы закупорили бутылку и осторожно закопали ее. А когда прикрыли дерном, то нельзя было уже определить, где наш тайник.

Вы возьмете бананы" - спросил я кучерявого.

Нет. Они останутся тем, кто придег позже. Пусть дозреют.

Теперь можно было уходить. Мы в последний раз взглянули на серый камень и пошли по тропе, которая зигзагом уходила вниз, к дороге на плантацию. Мы прошли сквозь лес и искупались в водопаде, сфотографировали на память глубокое ущелье горной реки и через час были на дороге. Но отсюда, снизу, уже не было видно могилы. Мы повернули к шхуне...

Если кто-нибудь из прочитавших эти строки когда-нибудь попадет на остров Уполу, пусть он поднимется на гору Ваэа - там покоится хороший человек Роберт Луис Стивенсон. С северной стороны могилы в полутора метрах от передней стены он откопает бутылку с советскими значками. Опустите в нее записку с нашими именами.

Владимир Матевосян (живет сейчас во Владивостоке) и Виктор Манохин (уроженец Алтая), курсанты Владивостокского высшего мореходного училища, матросы шхуны "Заря". Анатолий Гусаров (из Калинина), доктор нашей шхуны, и я, Леонид Плешаков, техник "Зари" (родился в Донбассе, а жить пришлось всюду).

Степан СПАНДАРЯН, заслуженный тренер СССР.

МОЛОДЫЕ

ЕТЕРАНЬ

Эвосьми чемпионатах Европы - семь первых мест и одно - третье. В двух чемпионатах мира - одно первое место, одно - третье. В трех Олимпиадах - три вторых места. Таков послужной список сборной мужской баскетбольной команды СССР. Как видите, она имеет моральное и юридическое право именоваться сильнейшей па континенте и второй в мире.

Мне хочется рассказать об одной из причин, которой объясняется на редкость ровная игра команды в течение всей ее 17-летней истории. Речь пойдет о проблеме, с которой приходится сталкиваться не только баскетбольным тренерам, но и их коллегам: футболистам, хоккеистам, волейболистам - короче говоря, всем тренерам, работающим с командами. Я хочу поделиться своими раздумьями о принципах комплектования сборной.

Кандидаты в сборную команду (все равно какую - города или страны, баскетбольную или хоккейную) делятся обычно на двз группы. Первая - это игроки, в отношении которых нет никаких сомнений: они обязательно нужны в сборной. Вторая - те, которым еще требуется сдать экзамен на право быть принятыми в команду. Зачастую складывается такая ситуация. Один кандидат, как говорится, уже в возрасте, но у него есть опыт, накопленный в турнирных боях. Второй же еще не нюхал пороха, ио у него в активе задор молодости. Вот тут-то тренеру и приходится решать древнюю, как сам спорт, задачу: "Кому отдать предпочтепие - ветерапу или новобранцу"?

Не думайте, что я сейчас раскрою вам формулу, с помощью которой можно решить эту задачу. Такой формулы нет. В каждом конкретном случае задача эта ре-

Встреча американской и советской сборной весной 1064 года. Американец "оседлал? Армена Алача-чана.

Фото 10. Маргулнса.

шается по-разному. Каждый тренер решает ее по-своему, причем каждый убежден, что прав именно ои, а не его коллега, который предлагал иное решение. Нет, я ие собираюсь давать готовых рецептов. Я просто расскажу, как эту проблему разрешили мы, тренеры сборной баскетбольной команды СССР.

Сборная команда страны родилась в 1947 году. С тех пор почти перед каждым турниром она пополнялась одним, а то и двумя новичками, которые, казалось бы, не должны были "призываться" в сборную. В стране были баскетболисты н посильнее. Но мы руководствовались интуицией, поступая так.

Уже много лет спустя мы получили доказательства, что такой метод комплектования сборной команды страны был правильным. Своим печальным примером это подтвердили наши друзья. В 1955 году сборная команда Венгрии, обыграв всех своих соперников, в том числе и нашу команду, завоевала титул чемпиона Европы. "Погоду" в вепгерской команде делали два Яноша - Гремингер и Шнмон. Первый был великолепным дирижером, второй - таким же великолепным центровым. Тезки были еще пе стары, по уже достаточно опытны: в их активе значились Олимпиада в Хельсипки "i московский чемпионат Европы 1953 года. Спустя шесть лет после того, как венгерская сборпая стала чемпиопом континента в 1961 году, в пен по-прежнему па первых ролях были Гремингер и Шимон, но команда уже перекочевала в разряд середнячков. Столь же пе-приятиую метаморфозу претерпела и сборная Болгарин, в которой вот уже иа протяжении 8-9 лет задают тон центровые игроки Илья Мирчев и Виктор Радев.

Гремингером, Шнмоном, Мнр-чевым, Радевым восторгаются, называют их нестареющими ветеранами.

Если подходить к вопросу комплектования команды с позиции формальпой логики, надо будег признать, что венгерский и болгарский треперы были правы. Эти четыре игрока все время были сильнейшими, следовательно, на них и нужпо было делать ставку. Но в команде, где ставка делается только на ветеранов, искусственно создается разрыв между ними п молодыми игроками. Молодые действительно оказываются слабее, потому что проводят больше времени иа скамейке запасных, чем па площадке в игре.

Конечно, "закат" сборных команд наших друзей объясняется не только этой причиной, хотя убежден, что она одна из главных. Насколько мне известно, это поняли и тренеры команд Венгрии и Болгарии. Они сделали правильные выводы, и, по всей вероятности, в ближайшее время болгарская и венгерская сборные вновь станут грозными для соперников коллективами.

Мудрая давнишняя пословица

Геннадий Вольнов "кладет? мяч в корзину.

гласит: "Если б кишеть знала, если б старость могла". Это изречение имеет прямое отношение и к спорту. Ветеран, для которого уже нет секретов, многого, увы, не может. Новобранец же может мпо-гое, по еще большего пе знает. Вот почему на первых порах интуитивно, а затем созиательпо мы призывали в сборную тех, у которых все было еще только впереди. Не в наших силах омолодить ветеранов: в борьбе со спортивной старостью тренер так же бессилен, как и врач, борющийся со старостью обыкновенной, - в том и другом случае успехи незначительны. Но зато мы могли и обязаны были создать новый тип ветерана - молодого игрока, который вопреки грустной пословице уже все бы знал и к тому же все умел. Такого игрока в теплице не вырастишь. Из всех известных мне способов обучения плавать лучший тот, когда новичка бросают в воду.

В 1952 году мы повезли в Хельсинки еще совсем зеленую пару - Стасиса Стонкуса и Майганиста Валдманиса. На следующей Олимпиаде, в Мельбурне, дебютировали Валдис Муйжниекс, Михаил Студенецкий и Виктор Зубков. Чемпионат Европы 1957 года был первым в спортивной карьере Гу-рама Минашвилп. Через год в сборную призвали Юрия Корне-ева, в 1959 году - Александра Петрова и Геннадия Вольпова.

Я назвал тех, кого через некоторое время уже зпал весь баскетбольный мир. Конечно, нам встречались и такие новички, которые так и ие вышли из разряда подающих надежды. Но подобные ошибки были редкими, а поэтому и ие смущали нас. Не останавливало нас и то, что всякий раз молодой парень ехал вместо того, кто был в этот момепт сильнее, но, как говорится, уже "доигрывал". Конечно, команда из-за этого кое-что теряла. Но через несколько лет нанесенный ей ущерб полностью возмещался. И даже с лихвой. Муйжниекс и Зубков ничем особенным ие проявили себя в Мельбурне. Но через год на чемпионате Европы в Софии комапда получила от пих даже больше, чем ждала.

Незаметными были дебюты и других игроков, о которых я говорил. И это ие удивительпо. Зато вторые турниры каждого из них становились триумфом, таким же, как у Зубкова и Муйжпиекса. И это тоже не удивительно: в свои 22-23 года игроки уже многое знали, уже все умели. В свои 22-23 года они были ветеранами, "молодыми ветеранами".

Я сам кончил играть, когда мне исполнился 41 год, и хорошо знаю, как расчетливы ветерапы, как берегут они силы. А пеуемная юность, как ей и положепо, горяча. Приход в команду молодых подстегивал и ветеранов, заставлял их работать в полную силу, застаз-лял их отдавать все, что они имели. В вены сборпой вливалась мо-

Три "молодых ветерана? советской сЗорноП: - 11 - Юрий Корнеев. Л"° 13

Александр Петров.

Геннадий Вольнов. - 12

додая, горячая кровь, пульс команды бился учащеннее.

Мы всегда стремились освободить место в команде для молодого за счет того игрока, который уже не может или не хочет расти. Так, например, когда в сборную пришел Виктор Зубков, он был слабее Альгирдаса Аауритенаса. Но мы были убеждены в том, что Лауритеиас уже достиг своего потолка, а Зубков еще будет расти и расти.

Не считайте меня, однако, врагом ветеранов. Разве можно упрекнуть в чем-нибудь 34-летнего Арменака Алачачяна? Да и разве скажешь, что этому игроку уже 34 года? Возраст может узнать только тот, кто увидит его паспорт. На площадке же ему не больше 25 лет. Такне ветерапы как раз и пужны команде. Они отличные учителя для новобранцев.

У сборной СССР за 17 лет ее существования ни разу ие было даже намека иа кризис. Ни разу не было в команде такого положения, при котором половипа игроков была бы опытна, ио уже заканчивала карьеру, а другая в это время только делала свои первые, робкие шаги. И это стало возможным только потому, что у нас были "молодые ветераны". Это они ии разу не позволили команде состариться...

Я не случайно завел этот разговор накануне XVIII Олимпийских игр. Мпе кажется, что мы должны готовиться не только к токийским сражениям, но и к тем, которые предстоит вести через несколько лет.

Не буду лезть в чужой монастырь со своим уставом, ие буду навязывать ныиешиим треперам сборной СССР Александру Гомельскому и Юрию Озерову кандидатуры будущих олимпийцев. Это тем более пи к чему, что в апрельском матче нашей сборной против сборпой США удачно выступил игрок из команды юниоров Модестас Паулаускас. Всеобщее одобрение вызывает игра Василия Окипняка, киевского гигапта, который, верю, станет достойпым преемником паших лучших центровых. Разговор идет не о копкрет-ных игроках. Дело в самом принципе.

У команды никогда пе бывает последпего турнира. Поэтому пи-когда пельзя жить только сегодняшним днем.

л. тишков

И В ШАХМАТАХ ЕСТЬ КОМПОЗИТОРЫ...

оставление задач и этюдов - щ искусство не менее интерес-V ное, чем практическая игра. И как во всяком искусстве, здесь есть свои законы, школы, жанры. Каждая задача или этюд - это придуманная позиция с определенным заданием: мат в два, три, четыре хода, выигрыш, ничья и тому подобное. В этюде не может быть ни одной лишней фигуры или пешки, все должны принимать участие в игре. В основе всякой композиции должна лежать интересная идея, ради которой и составлена задача или этюд

Часто композицию называют "поэзией шахмат" - в отличие от суровой прозы практической игры. И действительно, в задаче или этюде можно осуществить самую парадоксальную, самую неожиданную комбинацию. "Шахматная композиция, - писал заслуженный мастер спорта П. А. Романовский, - это глубоко эмоциональное искусство. Она полна ярких образов, раскрывающих перед ее исследователем всю глубину комбинационного творчества, все его беспредельное многообразие".

Именно за эти особенности любил шахматную композицию В. И. Ленин. В минуты отдыха он с большой охотой и удовлетворением решал задачи и этюды.

Советская шахматная композиция сформировалась н развивалась стараниями А. В. Галицкого (1863"1921), А. А. Троицкого (1866"1942), Л. И. Куббеля (1891" 1942) и других наших замечательных мастеров. Характерно, что А. А. Троицкому в 1928 году за блистательные шахматные компо зиции было присвоено звание заслуженного деятеля искусств.

Любителям шахмат хорошо известны имена молодых советских гроссмейстеров М. Таля, Б. Спасского, В. Корчного, Л. Полугаев-ского, Е. Васюкова. Но, к сожалению, немногие знакомы с молодыми талантливыми мастерами шахматной композиции. А за последние годы на всесоюзных и международных конкурсах заслуженных успехов добились Я. Владимиров. Э. Лнфшиц, Э. Погосянц. В. Руденко, В. Чепижный и другие.

Наши молодые композиторы, принимая участие в Олимпийских конкурсах, внесли свой весомый вклад в советскую "олимпийскую копилку". На Олимпийском конкурсе I960 года, в котором участвовали композиторы из 31 страны, по разделу двухходовых задач золотую (в соавторстве с Л. Ло-шннским) и серебряную медали завоевал В. Чепижный; по разделу трехходовок серебряную медаль получил Я. Владимиров, а бронзовую ? В. Чепижный (в соавторстве с Л. Лошинским). Следует отметить, что и остальные медали по этим разделам, а также все медали по разделу этюдов завоевали советские мастера.

Рассмотрим несколько задач, составленных молодыми композиторами.

Яков Владимиров в 1963 году с отличием окончил Московский университет и оставлен в аспирантуре. Он уже дважды выполнил норму мастера спорта по шахматной композиции. Я. Владимиров работает главным образом в области трех- и четырехходовых задач. Вот одна из ранних его композиций, получившая второй приз на международном конкурсе памяти М. И. Чигорина. Эта задача-миниатюра обошла всю мировую шахматную печать (диаграмма 1).

Красивый первый ход 1. Себ! отдает черному королю еще два поля (двумя свободными полями он располагает в начальном положении); основные варианты получаются при ходах черного короля на освобожденные поля: 1... Крсб 2. Kf5 Крс7 (или Крс5) 3. Лп8 (Ah4) Крсб 4. Лс8 (Лс4)Х-

Еще красивее второй главный вариант: 1... Кр(1б 2. КрЬб Кре5

3. Сс4! Кре4 4. Леб Х- Но этим не исчерпывается содержание замечательной задачи, она имеет "близнеца": надо переставить белую пешку с поля еЗ на поле сЗ. и получится новая задача с новым решением. Новую задачу решает ход 1. Kg6 - (снова черному королю отдаются два свободных поля) Крсб 2. Ке7+ Крс7 3. Kd5+ Kpd8 4. Ah8X. И второй вариант с тихими, без шахов, ходами: 1... Kpd6 2. КрЬб Kpd5 3. Ah4 Kpd6 4. Ad4X.

Во многих задачах белый король - фигура бесполезная: его надо оберегать от нападения, то есть вводить в задачу лишние фигуры и пешки, которые утяжеляют позицию, а в идейной игре участия не принимают. Но есть такие задачи, в которых белый король - главная фигура. К числу

Диаграмма 1

Мат в четыре хода.

таких редких композиций принадлежит эффектная задача, приведенная на диаграмме 2. После ошеломляющего первого хода 1. Кр : с7М создается неочевидная угроза: 2. Kd2 + Крс5 3. Ф : Ьб X. Но белый король теперь подвергается наскокам черных фигур, проследите внимательно за его выпадами, остроумными и уничтожающими:

1... Ag7+ 2. KpdG! Ad7+ 3. edX.

1... Лс5+ 2. Kp:b6! Лсб + 3. ЬсХ.

1... Се5 + 2. Крсб! (грозит 3. Kd2X) СсЗ. Л : сЗХ

Виктор Чепижный, окончивший механико-математический факультет, работает в одном из научно-исследовательских институтов Москвы. Несмотря на молодость, он своей эрудицией, скромностью и выдающимися успехами на любимом поприще снискал всеобщее

63

923

Диаграмма 2

Мат в три хода.

уважение и доверие наших шахматных композиторов. Чепижный избран капитаном сборной команды проблемистов СССР.

Молодой капитан охотно создает двухходовые и трехходовые задачи. Оригинальную идею он облекает в безупречную форму, что, как известно, в любом искусстве требует долгих поисков, о которых неискушенная публика может только догадываться. Зато находка - единственная и неповторимая - покоряет и умудренных знатоков и начинающих.

На диаграмме 3 - двухходовка В. Чепижного, завоевавшая серебряную медаль на Олимпийском конкурсе.

Попытаемся решить задачу ходом 1. Cg5 (угрожая 2. ЛеЗХ); если черные защищаются 1... СЬ6, то 2. Kg6 X (слон перекрыл свою ладью аб); если 1... g6 (освобождая королю поле f5). то 2. Кеб X." пользуясь тем, что черные перекрыли пешкой линию

Диаграмма 3

Мат в два хода.

действия своего ферзя. Но у черных есть единственный ход 1... Og6! и мата нет. Значит, попытка 1. Cg5" несостоятельна. Задача решается ходом 1. Kg4! (угрожая 2. Кс5 X). От этой угрозы черные защищаются ходами, знакомыми нам по первой, неудачной попытке:

1... СЬб (или 1... Ag6) 2. Cf6 X. перекрывая линию действия черного ферзя (или одновременно ладьи п ферзя),

1... g6 (или 1... ФЬ6) 2. Cd6X. перекрывая линию действия черной ладьи (или одновременно ферзя и ладьи).

Валентин Руденко - первый из молодых проблемистов, кому Международная шахматная федерация (в 1961 году) присвоила звание международного мастера по шахматной композиции.

В. Руденко окончил механико-математический факультет Днепропетровского университета, занимается композицией с 1953 года. Он с одинаковым успехом работает во всех жанрах шахматной композиции: в области задач двухходовых, трехходовых, многоходовых и в области этюда. Многие задачи В. Руденко составил в содружестве со своими товарищами-

Диаграмма 4

Выигрыш.

земляками В. Чепижным, Э. Лиф-шицем и другими.

В этюде, изображенном на диаграмме 4, казалось бы, "битая ничья", но белые серией единственных ходов добиваются победы: 1. аб СГ4! 2. Ьб! сЬ 3. Kpb5, е4 4. а7! (если: 4. С : е4? Cb8 5. Кр: Ьб Cf4 и ничья) еЗ. Обе стороны одновременно проводят пешки в ферзи, и теперь уж, кажется, ничья неминуема. Но 5. Chi!! е2. 6. Фа8 Фе1 7. ФГЗ-f-

Диаграмма 5

Мат в четыре хода.

Kpgl 8. Фд2 Х- Белый слон как бы прокладывает путь для будущего белого ферзя. Этот прием, так удачно представленный в настоящем этюде, называется "темой прокладки пути" и встречается сравнительно редко.

В шахматной композиции есть любопытная область - так называемые "сказочные шахматы", где существуют новые фигуры - "сверчки" и "всадники".

На диаграмме 5 коллективная задача (авторы В. Руденко и В. Чепижный), получившая первый приз на 3-м конкурсе Международной шахматной федерации (ФИДЕ). На поле Ы "сказочная" фигура - ^сверчок", который ходит, как ферзь, но не по свободной линии, а обязательно перескакивая через фигуру (безразлично, свою или чужую) и становясь на следующее за ней поле. В позиции на диаграмме белый сверчок может пойти на поле ЬЗ или взять черную пешку g6; других ходов у него нет. Задание в этой позиции" "обратный мат в 4 хода" - кажется нелепым: у белого короля восемь (!) свободных полей, черные могут играть пешкой на три разных поля, что усложняет задачу белых. Посмотрим решение: 1. Kpf2 - выжидательный ход. Теперь, в зависимости от ходов черной пешки, получаются три неожиданных варианта:

1... g! 2. Kpel f4 3. Сверчок Ы - fl f3 4. ФгН f2X.

1... g5 2. Kpfl g4 3. Сверчок bl - gl! g3. 4. Фе1 g2X.

1... gh 2. Kpgl h4 3. Сверчок bl - hi! h3 4. Of 1 h2. X-

Три изящных "эхо-мата" (варианты, в которых на разных полях повторяется аналогичная матовая картина, называются эхо-матами), содержащиеся в этой задаче, возможны благодаря свойствам "сказочной" фигуры - сверчка.

61

586

78

5850

о *5

О

о о

О С

о

в

О О

в

*=:

г: "

О "

о

О О

-а СП

о

О

О

о

1x3

О О О

В ПРИЕМНОЙ "ПЫЛЕСОСА?

Сегодня у меня приемный день. Я принимаю молодых сатириков. На моих дверях висит объявление: "Прием со 106-й по 109-ю страницу". Сижу жду. Молодые сатирини долго не появляются. Пишут. А может, просто стесняются показать то, что написали. Я удобно устраиваюсь в иресле и начинаю думать о сатире. Думаю, думаю, думаю...

Вдруг слышу, хлопнула дверь. Поднимаю глаза - двое молодых людей с рукописями в руках смотрят на меня. Один с длинными прямыми волосами, а другой с едва заметной бородкой.

Здравствуйте, - гоьорю я.

Здравствуйте, - говорят оии.

Садитесь, - приглашаю я. Садятся.

Вы молодые сатирики"

Да, - енромно отвечают юноши.

В "Юности" ни разу не печатались?

Ни разу.

Очень хорошо. Вы-то нак раз нам нужны. Ваши фамилии"

Гоголь и Щедрин, - отвечали юноши. От волнения у меня начинает кружиться голова, в глазах двоится, потом троится, потом...

Я уже вижу целую толпу гоголей и Щедриных. Оии напирают на меня и протягивают рукописи. Собрав последнне силы, я кричу:

Товарищи! Я так не могу работать! Не все сразу. Гоголи. пожалуйста, приходите в четные дии, Щедрины - в нечетные.

Но оии не унимаются и стучат по столу. От сильного стука я просыпаюсь. Сон обрывается, но стук продолжается. С опаской смотрю на дверь.

Войдите, - осторожно говорю я.

Входят пятеро юношей с рукописями в руках.

Как ваши фамилии" - сразу спрашиваю я.

Пургалии, Дробнз, Самойлович и Кашасвы, - отвечают оии и выкладывают на стол свои рассказы, юморески, стихи.

Так я познакомилась с пятью молодыми сатириками, которые сегодня впервые пе-

чатаются на страницах нашего журнала.

Галка ГАЛКИНА

Герман ДРОБИЗ

СТРОКИ ЛЮБВИ

оля сидел на лекции по гидравлике и скучал: лектор, по его мнению, переливал из пустого в порожнее. Коля загрустил и начал мурлыкать модную песенку:

Я люблю тебя, Катюша.

Послушай.

Вот случай!

Где найдешь такого мжа?

Послушай. Я лучший!

Эти строчки настолько понравились Коле. что он достал нож и вырезал на нижней полке своего стола первую фразу: "Я люблю тебя, Катюша". Это категорическое заявление как будто бы не налагало никакой ответственности. Но наутро Коля обнаружил в сто-

ле записку: "А вас как зовут:? Коля умел мыслить последовательно. Он понял, что во вторую смену за этим столом сидит вполне осязаемая, предельно конкретная девушка Катюша. Легкомысленное послание запало в ее доверчивое сердце. "А вас как зовут"? Коля долго размышлял: ответить или не ответить? Наконец, взялся за нож и аккуратно вырубил: "Николай". Подумал и добавил: "Надо встретиться".

С этого дня ящик стола стал почтовым.

Согласна. Но как" - гласила записка.

Закиньте координаты!"

Не понимаю, какие координаты"" вопрошала записка.

Боже, ну и дура! (Тщательно соскоблено.) "Имелось в виду свидание - где, когда".

Поняла. Сегодня, в восемь вечера, у библиотеки".

Ровно в восемь у дверей библиотеки к Коле подошла ослепительной красоты девушка. Три серьезных молодых человека следовали за ней.

Соперники - это даже интересно", - подумал Коля, сжимая в кулаке записку, и ласково прошептал:

Вот вы какая... Здравствуйте, Катюша!

Здравствуйте, Коля, - сказала Катюша." Вообще-то я не Катюша.

Здравствуйте, Коля, - сказали три молодых человека." Вообще-то мы из рейдовой бригады по охране институтского имущества.

Ремонт стола, Коля, - добавила не Катюша, - стоит десять рублей.

IlblJECOS* СШ15С0С - ПЫЛЕСОС. ПЫЛЕСОС* ПЫЛЕСОС* ПЫЛЕСОС - ПЫЛЕСОС

ЖЕЛЕЗНЫЕ НЕРВЫ

ели бы всем нам выдали дополнительную стипендию, мы не были бы так ошарашены: завтрашний экзамен по физике будет принимать у нас электронная машина! Утром работники кафедры автоматических устройств внесли в экзаменационную аудиторию металлический шкаф с множеством кнопок, шкал, экранов и лампочек. Они водрузили его возле стола и подключили к электросети. Молодой аспирант сел в отдалении - следить, чтобы не было подсказок. Чудовище сверкнуло желтым глазом, расположенным там, где у нормального человека находится пуп, и четко произнесло:

Доброе утро, товарищи! Прошу отвечать. Кто первый?

Наступила пауза. Никто не хотел идти, как теперь уже было ясно, на верную гибель: машину не разжалобишь - железные нервы.

В этот момент дверь отворилась, и в аудиторию ворвалась Зойка, наша знаменитая растяпа и лентяйка Зойка, которая, как всегда, опоздала. Вчера она вообще не приходила в институт и ничего не знала о новом экзаменаторе.

Не успела она опомниться, как мы посадили ее к машине, нажали кнопку, чудовище прочитало Зо>кин билет и сказало:

Слушаю вас, товарищ.

Зойка принялась плести полнейшую чепуху, и после каждого ее ответа машина чеканила:

Неверно. Дальше.

Я вас боюсь, у меня мысли путаются, - захныкала Зойка.

В недрах машины раздалось легкое подобие вздоха.

Спросите еще, - канючила Зойка.

Хорошо. Самый простой вопрос. Объясните принцип моего устройства.

Принцип вашего устройства" - задумалась Зойка." Вы знаете, что я вам скажу".. Я вам открогенно скажу: в принципе вы устроены хорошо. И даже здорово.

Механическая рука экзаменатора раздраженно пробарабанила пальцем по столу:

Но что я такое?

Подскажите первуч: букву, -предложила Зойка.

Ну, эле".

Элегантность - это да, это у вас есть!

...тель! - подхватила Зой ка." Правильно! Великие преобразователи физики: Эйнштейн, Галилей, Ньютон. Хотите, расскажу пятый закон Ньютона?

Пя-то-го-нет! - Стрелки всех шкал машины ушли за

красную черту.

Тогда шестой.

И-шес-то-го-нет! - прохрипела машина,

Да нет же! Электро...

Электропрофессор!

На экранах осциллографов сверкнули белые молнии.

Э-лек-трон...

Ой, нет! - засомневалась Зойка." На электрон вы не похожи. Электрон маленький и летает.

Э-лек-трон-но-ме-ха-ни-чес-кий-пре-об-ра-зо-ва...

мигая тремя рядами лампочек.

А вы не придирайтесь!" Зойка всхлипнула." Конечно, вы преобразователь, но ведь и я человек! Я очень люблю физику!

Что-та-ко-е-фи-зи-ка" - Сильнейшая вибрация сотрясала экзаменатора.

Фи-зи-ка... это такой учебник... очень толстый... я его очень, очень люблю..." И Зойка заплакала навзрыд.

А ну вас к черту!" проревела машина, шлепая "уд" в Зой-кину зачетку." С вами все диоды посадишь!.. Эй! Кто-нибудь! Отнесите меня обедать!

Б. ПУРГЛЛИН

КРИТИКА

Д. _-

# _ * чальник. Я иду. - ^^S?i%4 Иду, как плыву.

Стены коридора отъезжают в стороны, окна перекашиваются, и видна безбрежная синяя даль...

Это вы" - говорит начальник." Это вы меня критиковали" Говорили, я не даю самостоятельно работать! Вон! Вон из моего отдела!

И он бьет кулаком по столу.

Сеня, Сень, - слышу я голос бабушки, - Сеня, что ты мычишь? Кошмар, что ли, мучает" - Она Трясет меня за плечо." Вставать Пора!

I - Нет, - отвечаю я, протирая глаза, - просто так мычу.

Я начинаю думать про сон. Если он вещий, то дело плохо. Помню, отец рассказывал, как его за критику... Ну и что! Это давно было...

Отдел отчужденно молчит.

Вас к начальнику, - роняет кто-то невидимый, и я иду. Иду, как плыву. Стены коридора отъезжают в стороны, окна перекашиваются, и видна безбрежная Синяя даль...

Это вы" - говорит начальник." Это вы меня критиковали" Говорили, я не даю самостоятельно работать! Вон! Вон на столе лежит новое проектное задание! Поручаю его только вам! Работайте самостоятельно. Молодец! Не побоялись выступить...

J

И он бьет кулаком по столу.

Сеня, Сень, ну Сеня же! - Это опять бабушка. Наверное, я снова мычал." На работу опоздаешь, - говорит бабушка, - уже полвосьмого." Она идет в кухню.

Бабушка! - кричу я из ванной." Как там по старинным приметам, какой сон сбывается - первый или второй?

Какой сам назначишь, - ворчит из кухни дипломатичная бабушка.

Не успел я прийти на работу, как позвонил начальник и пригласил меня к себе. Начинается!

Ну вот что, - сказал начальник, - я обдумал ваши критические замечания и согласился с ними, будете работать самостоятельно, но поскольку вы еще все-таки молодой инженер, вам помогут стершие товарищи! Я прикрепляю вас к четырем старшим инженерам, трем групповым инженерам, двум начальникам лабораторий и всего к одному начальнику отдела, то есть ко мне." И он внимательно посмотреп в окно. За окном лежала безбрежная синяя даль...

Вот, - мелькнуло в голове, - сейчас он ударит кулаком по столу, и я проснусь..."

Ну что же вы молчите" - сказал начальник." Идите, работайте самостоятельно!

Ф. САМОЙЛОВИЧ

ИЗ НАРОДНЫХ УСМЕШЕК...

Дочь заявила отцу, что выходит замуж.

А кто он, дочка" спросил отец." Ты же его знаешь всего десять дней. Любишь ли ты его?

Л это уж мое дело, папа.

А он тебя любит?

А это уж его дело, папа.

А как же вы будете жить? Вы ;кс оба ис имеете специальности.

А это узке дело ваше, папа.

Пересел с украинского В. СМИРНОВ.

Владимир и Михаил КАШАЕВЫ

ЛИТЕРАТУРНЫЕ

ПАРОДИИ

Владимир ЦЫБИН

...Жить хочу только прямо. Чтоб ц себе Оить раба!

...Сердцами, как телескопами. Мы всматриваемся в столетие!.

Я переполнен пульсом... Я весь из почек и завязи...

...Лежало мое счастье иглой в сгогу...

О

Я весь из сердец и печенок, Я уникум, говорят. Во мне, я знаю, с пеленок - Всячины всякой склад: Манометры и телескопы. Патриции и рабы, Плащи, пиджаки, салопы Растут во мне, как грибы.

Я весь переполненный. Чую - Я больше так не могу: Ведь мысль среди них ищу я, Как будто иглу в стогу.

Владимир КОСТРОВ

Живут в моей душе Четыре человека - Лихой пацан, юнец. Мужчина и старик...

Могу еще свистеть Азартно, как мальчишка. Или влюбиться вдруг Безумно, как юнец. Но вот уж говорю Разумно, как мужчина...

Живут в моей душе Четыре человека (Штат квартирантов в ней, Как видите, большой): Пацан, юнец, я сам Да старый дед-калека. Располагаю я Вместительной душой. Вся эта публика Меня давно изводит. Сам не пойму, и как Я только жив-здоров" Пацан свистит. Юиец Всю ночь с гитарой бродит, А этот старый хрыч Вдруг запросил блинов... Шум, пенье, крик, галдеж. Как в каждом общежитии, Напишешь тут порой И неудачный стих. Ведь должен как-никак Один за всех творить я, А каждый гонорар - Дели на четверых! Я жалобу в Союз На них подать не струшу: Я вовсе не хочу Безвременных седин. Так выпишите мне Хоть маленькую душу. Но только чтоб я в ней Прописан был один!

"... ЗАКОНОВ ВСЕХ ОНА СИЛЬНЕЙ!".."

8

о

Интересно, как удалось загнать столько людей в одну клетку"..

Рисовали: И. БРОННИКОВ. И. КЛЕ-ШКО. И. ОФФЕНГЕНДЕН. В. ПОЧЕЧУЕВ. Г. САЕВИЧ. А. ЦВЕТКОВ.

" "ЮНОСТИ

Лев КАССИЛЬ

Воображение

Нади Р у ш е в о й

первые о Наде Рушевой я услышал от ее подружек по художественной студии в Московском Дворце пионеров, что на Ленинских горах.

Ой, вот у нас одна девочка до чего интересно рисует! - рассказывали они." Ею руководит Людмила Александровна Магницкая. Нет! Вы бы посмотрели, как она работает! А си только двенадцать лет! И знаете, она рисует все по воображению...

А потом мне позвонили из редакции "Юности":

Не хотите ли посмотреть работы одной девочки" Очень занятные рисунки.

Там я и увидел множество чрезвычайно выразительных и удивительных по точности художнического зрения рисунков, которые отбирались для выставки (ими были завалены все столы, стулья и диван в редакционном кабинете). Ныне несколько из них воспроизведено в этом номере журнала. Меня познакомили с автором этих рисунков - худенькой чернявой длиннобровой девочкой, молчаливо и как-то отчужденно, безразлично слушавшей все, о чем громко и восхищенно толковали писатели, редакционные сотрудники, журналисты, перебиравшие ее ри-гупки. Оказалось, что это и была Надя Рушева.

Вскоре я побывал дома у Нади, н се родители Наталья Дондаловна и Николай Константинович показали мне еще многие десятки ее рисунков, которые буквально заполонили и комнату и шкафы.

Я застал Надю за рисованием. Она рисует целые дни. Все свободное время. Рисует "по воображению". А оно, воображение это, у нее поразительно емкое и дальнозоркое.

Когда Надя была в редакции, ей показали обломок античного барельефа - подарок Маполиса Гле-зоса редактору журнала Б. Н. Полевому. На осколке изображен старик, вся фигура и поза которого

11 ш выражают тяжкую скорбь... (См. снимок вверху).

Пока все разглядывали работы Надн, она успела сделать два рисунка (вы видите их на этой странице), воспроизводящие в двух вариантах то, что отсутствует на обломке, и с отличным ощущением стиля и настроения домыслила древний сюжет.

Началось это давно. Мне показали фотографию. Снимок сделан был, когда Наде исполнилось пять лет. И под снимком записано то, что услышал фотограф, незаметно снимавший Надю за рисованием. Она рисовала н приговаривала, вглядываясь в то, что возникало на бумаге: "Какая-то слива получается... Или нот! Это, пожалуй... пароход. Ах, нет, нет! Это печка. А Емелька две подушки положил и ушел..." Игра воображения шла и запечатлевалась на бумаге.

Так это и считалось игрой.

В

По потом, когда Наде исполнилось уже восемь лет, Николай Константинович, сам по профессии художник, увидел, что рисунки Нади - это не просто игра, а утоленне какой-то все возраставшей творческой потребности. И родители стали относиться к рисованию Нади с осторожным, не назойливым, но заинтересованным н поощряющим вниманием.

А она рисовала. Изображала героев сказок, греческих мифов, которые ей любил читать отец. Как, например, интересно и комично представляло ее воображение всю историю с Троянским конем пли подвиги Геракла! Какие точные зарисовки людей, животных, жанровых сценок с многочисленными н разнообразнейшими персонажами подсказывала ей по-настоящему художническая зрительная память!

С декабря 1962 года Надя Руше-ва стала заниматься в студии Дворца пионеров. Наставница Нади Людмила Александровна предоставляет ей полную свободу воображения, давая лишь организующие задания, которые помогают Наде развивать ее великолепную творческую фантазию. И Надя рисует с неутолимым рвением.

Воображение у нее действительно неиссякаемо. В прошлом году на страницах "Пионерской правды" печатались ее иллюстрации к повести польского писателя Тадеуша Ункевича "Эльмис профессора Рембовского". И Надя сумела по-своему разглядеть и изобразить таинственный н чудодейственный "Электромнкроскаф", действующий в повести. Она без конца придумывает необыкновенные маскарадные костюмы, и ее эскизы часто используются в пионерских карнавалах на Ленинских горах.

Вы видите на страницах "Юности" некоторые из ее работ. Я не художник и, возможно, допущу какие-то неточности в оценках, но меня прежде всего поразило в работах Нади Рушевой необыкновенное, почти волшебное композиционное чутье, чудесный глазомер, позволяющие Наде с безошибочной точностью построить рисунок, расположить его на пространстве любой формы так, что кажется, лучше уж и нельзя сконструировать изображение. Благодаря этому рисунки, хотя сделала их 11-12-летняя девочка, кажутся в чем-то артистически законченными.

Вас, вероятно, как и меня, захватит тематическое разнообразие втпх рисунков, броская сила изображения, изящная компоновка сцен, наглядная убедительность мгновенно схваченных жестов, сво-

Встреча.

Базар в Элладе.

Олечн.

бодпая и в то же время реалистическая грация каждой фигуры. Под всеми студийными домашними работами Нади написано: "Рисунок по воображению". Да, все сделано не с натуры - это пока еще Надя как раз делать не умеет; ее учебные школьные рисупки ничем нз отличаются от работ других ребяг в классе. Но творческое воображение у нес на самом деле многообещающее. Сколько движения и ярости в ее "Боксерах", выставленных на стендах "Юности". С каким ироническим приглядом рассмотрела она "Модниц?! Как изящен полулетящий бег оленей!

Или вот лошадь и девочка из другой, уже русской сказки; младенец, выглядывающий из колыбели. Музыкальное движение гимнасток, изображенных смелым сочетанием техники пера и заливки тушью. Струящиеся складки одежд па фигурах "Базара в Элладе". Пленительно, с добрым вниманием нарисовапные телятни-г.ы и телята. Подсказанные жадной фантазией нашей юной современницы марсианин и космоназ-ты... Какое разнообразие сюжетов, какой диапазон выдумки и воображения, какие точные зрительные представления!

Обратите внимание иа то, что ни у одного из персонажей, изображенных па рисунках Надн, пе за-" печатлепы уши. Автор рисунков старается найти такие ракурсы, чтобы можно было обойтись без ушей. Уши вообще решительно на нравятся Наде. "Самое пекрасивое у человека", - утверждает она.

Долгое время Надя отказывалась и от цвета. Краски мало интересовали се. Ей казалось, что они мешают передавать форму и движение. Воображение подсказывало ей черно-белые образы. Но постепенно пестрота и яркость мира, в который так зорхо вглядывается Надя, заставили ее попробовать и краски. Она обращается с ними очень своеобразно, как бы доверяясь цветовым пят"-м, смутно расплывающимся на влажном фоне. Вы можете убедиться в этом, разглядев на 3-й странице обложки журнала сэ акварель "Маугли".

А что будет дальше" - слышу я естественный вопрос читателя." Стапст ли Надя пастоящен художницей? И надо ли ей учиться? Не помешает ли это ей, не стеснит ли се воображение"?

Дальнейшее, несомненно, зависит и от самой Надн и от тех, кто будет помогать росту ее творческого умения, работая с ней бе-режпо, вдумчиво, не захлебываясь в поспешных восторгах и предъявляя к чрезвычайно одаренной дс

Гиынастна с обручем.

вочке требоваппя, соответствующие ее немалым возможностям. Один из старейших наших художников, прославленный анималист Василий Алексеевич Ватагин, не раз видевший работы Нади и высоко их оценивший, написал на одном из рисунков: "Все хорошо, но старайся лучше".

Надя рисует сегодпя "по воображению". Детская непосредственность счастливо сочетается у нее со свободой представлений, подсказанных живым ребячьим чувст1 вом и зоркой памятью. Но все это лишь первые шаги на трудном и долгом пути к подлинному мастерству. Чтобы стать пастоящен художницей, Наде предстоят еще долгие годы работы и учения. Один нз известных московских художников-педагогов, П. П. Пашков, придерживавшийся в работе с ребятами принципов известной школы Чистякова/ любил говаривать своим питомцам: "Сначала воображение, потом соображение и, наконец, изображение".

Рисунки Нади Рушевой сегодня позволяют говорить о ее чудесном памятливом воображении и верить, что в будущем она сумеет обрести два других пеобходнмых для зрелости компонента мастерства, о которых говорил старый худож-, инк.