Журнал "Трезвость и культура" "8 || 1987 год

Мартирос Сарьян считал,

что в каждом человеке живет солнце.

В этом убежден

и Генрих Игитян,

который создал

в Армении уникальный

Центр эстетического

воспитания детей.

Рассказ о нем

читайте на с. 42.

А на этой обложке

вы видите творение

детских рук аппликацию,

подтверждающую

слова великого

мастера.

Праздник - без спиртною

Перестройка

Чем раньше, тем лучше

Молодежь и досуг

По душам

Резонанс

Уберечь детей от алкоголя

Повесть Плакат "ТК? Ситуация Стихи

Журнал в журнале

Компетентное мнение Юридические консультации Мифы и реальность западной культуры

Н. Семилетова А. Хлуденцов И. Сикорскйй М. Андреева

Л. Шаров

М. Бородин В. Поюров В. Зикунов

B. Рубин

C. Ежикова

А. Шувалов Д. Розанцева М. Пушкина

Между достигнутым и возможным 4 Феномен закрытой двери 6 Театр добрых чувств 10 Люди добрые! 13 "Брызги шампанского или привет из Крыма" 15 Истина, которая нас выбирает 16 Семь нянек трезвеннического движения 20 Политэкономия 24 Кто первый? 32 Уважительная причина 34 Все это знакомо наизусть 36 Частное определение 38 Домовой, выпуск 12 41 "Расскажите о нас правду? 52 Таблетки не будет 5& Возмещение ущерба 59 Есть ли пространство за металлической дверью? 61

АДРЕС РЕДАКЦИИ:103006 ЛЮСКВК, ЧЕХОВА, 18

Обложка В оформлении номера принимали участие:

Л. Зайцева, А. Балдин, Б. Мамонов, П. Маслов,

С. Прокофьева А. Рыбаков, С. Стихии.

ПРАЗДНИК-

БЕЗ СПИРТНОГО

19 сентября столица отмечает День Москвы.

Праздник проводится впервые в нынешнем году,

он, несомненно, положит начало доброй традиции.

День Москвы - не просто день города,

это праздник каждого москвича. Во всех районах столицы

состоятся массовые гуляния: на них съедутся представители

трудовых, учебных, творческих коллективов.

Гостями их станут многочисленные гости столицы.

Праздник - без спиртного!" - с этим призывом выступили

активисты трезвеннического движения города Зеленограда,

административно входящего в состав Москвы.

Зеленоградский городской Совет Всесоюзного

добровольного общества борьбы за трезвость

по поручению первичных организаций обратился с письмом

ко всем депутатам своего исполкома. В нем говорится:

Поддерживая линию райкома партии и городского Совета народных депутатов на последовательное сокращение объемов продажи спиртных напитков, считаем, что настал момент для следующего решительного шага.

Предлагаем прекратить торговлю алкогольными изделиями, включая пиво:

- в воскресные дни;

- в дни проведения коммунистических субботников;

- 23 февраля, 8 марта, 30 апреля, 1, 2, 8 и 9 мая, 31 августа, 1, 19 сентября, би7 октября, 6, 7 и 8 ноября.

В рабочие дни продавать алкогольные изделия с 16 до 20 часов.

Дни наших советских и революционных праздников должны быть трезвыми! А дни отдыха отданы укреплению здоровья и воспитанию детей.

8 год 70-летия Великого Октября не лишне вспомнить и ленинские заветы о недопустимости торговли аодкой и прочими дурманами.

Ясно и то, что чисто запретительные меры необходимо подкрепить широкой разъяснительной работой среди трудящихся, важнейшее значение при этом будет иметь личный пример каждого коммуниста, каждого комсомольца, каждого руководителя. Важен пример трезвости и со стороны тех, кого народ сделал своими избранниками, то есть ваш личный пример, товарищи депутаты!"

Комментарий заместителя председателя исполкома Зеленоградского городского Совета народных депутатов Николая Ивановича ГУНДАРЦЕВА.

Из года в год сокращается в нашем городе объем реализации алкогольной продукции. За пять месяцев нынешнего года по сравнению с тем же периодом прошлого продажа водки и ликеро-водочных изделий уменьшилась на 44 процента. При этом вина на 13, коньяка на 31, шампанского на 34 процента. Таковы показатели в объемном выражении. Если же учесть повышение цен, то сокращение объема продажи алкогольных изделий окажется еще значительнее. План реализации винно-водочных изделий в нынешнем году уменьшен на 2 млн. 756 тыс. рублей.

Первый квартал еще раз убедительно доказал, что торговля может успешно выполнить план, не уповая на алкогольные изделия. Какими путями" Об этом разговор особый. Скажу только, что торговать мы стали лучше, грамотнее, разнообразнее. Пришлось нашим работникам прилавка этому учиться заново. Немало товаров, которые жители города раньше везли из столицы, теперь покупают на месте. Резко, на 20 процентов, увеличилась реализация безалкогольных напитков. Торговые организации хорошо подготовились к их продаже летом. Пожалуй, впервые не было для горожан проблемы, где и чем утолить жажду.

Хочу подчеркнуть, что инициатива прекратить торговлю алкогольными изделиями в праздничные и выходные дни принадлежит активистам Общества борьбы за трезвость. Как заместитель председателя городского совета Общества знаю, что не просто и не вдруг родилось это письмо.

Обращение активистов ВДОБТ имеет под собой реальную почву. Оно обсуждалось на собраниях в трудовых коллективах, в нем учтены предложения многих заинтересованных людей. Кстати, у обращения было немало и противников. Одни категорически утверждали, что запретами проблему не решить. Другие хотели ограничиться полумерами. И все же большинство зеленоградцев высказалось за предложенный активистами новый график продажи алкогольных напитков, поддержало призыв: "Праздник - без спиртного!"

Дело даже не в графике, а в тех сдвигах в сознании людей, которые произошли под воздействием антиалкогольной пропаганды. Когда создавали первичные организации Общества, прямо скажу, толком не знали, с чего начать работу.

Два года назад объединились между собой борцы за трезвость. Срок небольшой, но уже можно говорить о формах и методах этой борьбы, о том новом, что родилось, в нашем городе. Вот конкретный пример.

На некоторых предприятиях профсоюзные комитеты распределение путевок на отдых в выходные дни передали непосредственно первичным организациям Общества. Уже не идут люди в профком, а обращаются к председателю первичной организации ВДОБТ. Членство роли не играет. Главное условие: во время отдыха ни грамма спиртного. Прогулки на теплоходе, по памятным местам Москвы и Подмосковья, разные экскурсии показали, что это условие выполняется безоговорочно.

Первичные организации ВДОБТ активно проводят в жизнь политику партии. Так, на одном из зеленоградских предприятий первичная организация Общества борьбы за трезвость через стенную газету обратилась ко всем членам партийного комитета и цеховых партийных бюро с такими вопросами: "Что лично Вами сделано для утверждения трезвого образа жизни" Какова, по Вашему мнению, роль Общества в этом движении"? Когда некоторые коммунисты, кому адресовались вопросы, попытались отмолчаться, активисты борьбы за трезвость обратились непосредственно в партком.

Это всего один пример принципиальной, активной позиции борцов за трезвость. Наступательная позиция первичек и городской организации ВДОБТ полностью поддерживается районными комитетом партии и горисполкомом.

Создание условий для безалкогольного отдыха. - еще один шаг на пути превращения города в зону трезвости. Надо отметить, что Зеленоград с точки зрения возможностей для здорового отдыха можно назвать городом повышенной комфортности. Чтобы покататься на лыжах или позагорать на пляже, далеко ходить не надо. В достатке у нас культурных учреждений и спортивных сооружений. Читая замечания, записанные в ходе обсуждения обращения, отметил пожелание построить в городе закрытый спортивный зал. Будем иметь это в виду.

Конечно, главное - перестройка сознания, изменение сложившихся установок на безалкогольный отдых. Какую-то лепту внесет в это и закрытие в выходные и праздничные дни винных магазинов. Что интересно. Активисты Общества, проведя опрос, выяснили: некоторые зеленоградцы (да и не только, наверное, зеленоградцы), не желающие устраивать алкогольное застолье, в свое "оправдание" ссылаются на очередь. Гости их понимают и без обиды садятся за чайный стол. Новый график работы винных магазинов увеличивает возможность таких ссылок.

Борьба в городе против употребления алкоголя в любом его виде будет вестись всеми средствами, в том числе и ограничительными. Уверен, что число трезвенников будет расти. И новый график продажи спиртного должен этот процесс ускорить. Нет, мы не тешим себя надеждой, что начнется массовый отказ от алкоголя. Но тем самым сделан еще один шаг на пути к трезвой жизни.

Не сомневаемся, что наше начинание послужит добрым примером для других. В каждом городе, районе, селе есть где по-настоящему развернуться борцам за трезвость, чтобы искоренить в конце концов это социальное зло.

Слово активистам Общества

Обращение к депутатам мы обсуждали на рабочем собрании. Голосовать не пришлось. Против него просто не оказалось возражений. А вот предложения были. Они переданы в городской совет Общества. Мы считаем так: при выдвижении человека на руководящие должности обязательно надо учитывать его отношение к спиртному...

Некоторые считают: за появление на работе в нетрезвом виде надо строго наказывать. А если человек выпивает дома, а потом его дети говорят сверстникам: "Папа с мамой стаканчиками звенели", - это вроде ни бригадира, ни товарищей не касается. Половинчатая позиция. Наш трудовой коллектив не согласен с ней.

А то, что разговор "клеится" только за рюмкой - неправда. У нас в бытовке стоит самовар, и во время обеда бригада собирается вокруг него. Как еще "клеится" разговор! О деле говорим, об отдыхе, о книгах.

В таких беседах и родилась мысль: депутат, избранник народа, не только сам должен быть примером трезвеннического образа жизни, но и активно вести борьбу с пьянством. Это же требование относится и к руководителям производства.

В. ПОЛЯКОВ,

бригадир СУ-221 треста Зеленоградстрой

* * "

Когда создавалась первичная организация Общества, меня спрашивали: "Уменьшат продажу спиртного. А что взамен"? А почему нужно чем-то заменять зелье? В нашем городе столько возможностей с пользой провести свободное время, что этого времени просто не хватает. У меня лично и у многих товарищей. Не буду перечислять все эти возможности. Скажу только: взамен хотя бы свежий воздух.

В нашей организации немного, но есть люди, которые вышли из Общества. Вышли после наших замечаний. Они не попадали в вытрезвители, не появлялись в пьяном виде на работе. Они, мягко говоря, "позволяли" себе дома, во время отдыха. Твердо уверен: член Общества борьбы за трезвость должен быть трезвенником безо всяких оговорок. И это надо записать в уставе.

Л. МОЖАРОВ,

инженер, председатель первичной организации ВДОБТ

Г

ПЕРЕСТРОЙКА

МЕЖДУ ДОСТИГНУТЫМ

И ВОЗМОЖНЫМ

Мадьяр Зайдуллин: "Раньше, что ни день - разбирательство. Один загулял - на работу не вышел, другой скандал в семье учинил, третий в клубе драку затеял... Теперь пьяного на деревенской улице почти не встретишь, а пьяный на работе - уже ЧП. Кое-кто, правда, начал было варить брагу. Но этот "подпольный промысел" мы быстро свернули".

Файл ас Муллагалиев: "Был период, когда деревни начали делить на перспективные и неперспективные. Благие намерения подчинили тогда экономическим - якобы - соображениям, не позаботившись о широком совете с теми, кто корнями к земле прирос. И что получилось? Сколько сельского люда потеряли..."

Как нас вспомнят

В необходимости жестких запретительных мер убеждены оба - и Файлас Муллагалиев, первый секретарь Кушнаренковского райкома партии, и Мадьяр Зайдуллин, председатель сельсовета колхоза имени Салавата того же района Башкирии. Но надо признать, эту их уверенность еще не все разделяют. Один из самых распространенных доводов: опустевшим или поредевшим винным прилавкам надо что-то предложить взамен - то, что будут охотно покупать или на что охотно будут тратить деньги и время. А спрос, действительно, пока опережает предложения.

. Только ведь спрос родился не сегодня и не вчера, как не сегодня стало известно, что прибыль от спиртного - это прибыль, так сказать, со знаком минус, а экономия на социальном развитии чревата убытками, порой невосполнимыми.

Наглядное тому подтверждение - ситуация, сложившаяся в Кушнаренковском районе в семидесятые годы. Тогда из-за оттока молодежи в город средний возраст жителей района повышался такими угрожающими темпами, что буквально таяли основания для оптимистических прогнозов на будущее. Нужны были срочные, безотлагательные меры.

... Комплексная программа социального переустройства района рождалась непросто - хотя бы потому, что каждому сельскому жителю была дана возможность принять участие в ее разработке.

Коллективное мнение должно быть совокупностью личных мнений, - говорит Файлас Кашбиевич и уточняет. - Допустим, мы вышли бы к людям с уже готовой программой. Ведь могла же она родиться в тиши кабинетов районного начальства? Но тогда, весьма вероятно, столкнулись бы с иждивенческими, потребительскими настроениями. Коли дают - отчего же не взять? А социальное развитие - это не посулы. Это дело каждого, иначе человек перестанет задумываться, откуда что берется.

Спору нет, хорошо, когда на селе в домах городские удобства, но будем откровенны. - и сегодня усадьбы-хоромы с ваннами и туалетами не каждому колхозу и совхозу по карману. А нужны еще дороги, и детские сады, и клубы, и дома быта... В общем, много чего нужно. И зная это, как не пожалеть, что во многих селах предали забвению добрый обычай ставить дома всем миром (не в том ли причина, что сулили усадьбы-хоромы").

В Кушнаренковском районе этот обычай возродили. Теперь тому, кто намерен сам строить себе жилище, предоставляют дополнительный отпуск для вывозки леса, выделяют бесплатно транспорт, помогают обеспечить шифером, кирпичом, другими строительными материалами... В выходные дни родственники, друзья сообща ставят сруб дома, а руководят работами местные мастера-строители.

Начиная с прошлой пятилетки, в районе ежегодно подобным способом строится от 80 до 100 домок Живут в них в основном молодые семьи, и можно сказать наперед: они-то искать удачи на стороне не будут.

Есть и другие льготы. Так, демобилизованному воину, вернувшемуся в родные места, выдается 600 рублей подъемных, а если он человек семейный и решил обзаводиться собственным хозяйством, то может рассчитывать на 2 000 рублей ссуды. Условия заманчивые: десять лет безупречной работы, и этот долг списывается - по тысяче рублей через каждые пять лет.

Понятно, что в хозяйстве охотнее помогают тем, кто на хорошем счету. Но как, скажите, разглядеть в начинающем механизаторе стоящего работника, если трактор у него разваливается по частям?

Так уж повелось, - соглашается Муллагалиев, - что отношение к новичку иное, чем к ветерану. Тому и технику поновее, и работы повыгоднее - он, мол, заслужил. А тем временем молодой механизатор с разбитым трактором мается. Иные полагают, что такая "школа" лишь на пользу. Ошибочное мнение: от бесконечных неурядиц утрачивается вкус, интерес к работе. Коллективно решили такую практику поломать. Теперь в хозяйствах района новая техника передается начинающим механизаторам, точнее, тем из них, кто успешно прошел обучение. Ветераны тоже не в обиде: они стали получать доплату за долгосрочное обслуживание машины - от 5 до 25 процентов заработной платы в зависимости от того, какой год служит техника. Так что многие не торопятся сегодня менять свой трактор или комбайн на новый - можно прогадать. Ну а коли новой техники для начинающих не хватило, то ставим их работать в паре с опытными механизаторами. Наставничество также поощряется. Впрочем, нельзя все мерить рублем. Посмотрим на проблему с другой стороны. Новую технику начинающим можно доверить, а можно просто дать, потому что давать больше некому. Ощущаете разницу? За доверие парень иной раз горы готов свернуть. Но должна быть подходящая атмосфера. Это как в конкурсе: чем он представительнее, тем награда почетнее. А когда в хозяйстве механизаторы наперечет, тут уж совсем другая обстановка - вседозволенности. Тогда добра не жди. Новичок может пьяным сесть за трактор, угробить его и отделаться легким испугом. Хозяйство покроет нарушителя, возьмет убытки на себя из боязни, что вообще без тракториста останется. И в конце концов действительно оказывается в положении, когда работать некому. За компромиссы приходится платить дорогой ценой...

Принятая в Кушнаренковском районе программа социального развития реализована далеко не полностью, но уже сейчас можно сказать: население района стабилизировалось, молодежи в селах заметно прибавилось.

Стали расти показатели. Нет, о рекордах, громких победах говорить еще рано. Есть в Башкирии районы, которые давно и прочно лидируют в производстве сельскохозяйственной продукции. Им Куш-наренковский район пока уступает. Именно - пока, так как разрыв в показателях год от года снижается.

Продолжение начала

В поездке по району припомнилась одна дорожная история. Как-то всей семьей отправились на выходные дни к знакомым в деревню. Когда до места оставалось совсем немного, случилось непредвиденное. Надо было пересечь крохотную речушку. Воды в ней по щиколотку, дно вроде бы песчаное. Пустили машину, проехали метра два и... задние колеса увязли. Как ни старались, сдвинуть "Жигули" с места не удалось. Вдруг совсем рядом послышалось тарахтенье. С пригорка в нашу сторону двигался трактор. Обрадовались, думали повезло, но, как выяснилось позднее, каждую пятницу вечером или субботу утром вблизи каверзного места сторожат приезжих трактористы - в надежде "заработать" на бутылку. Вот и с нас требовали, хотя на всю "операцию по спасению" ушло минут десять - не больше.

Ту деревню, судя по всему, тоже когда-то зачислили в разряд неперспективных. Места дивные, а молодежи почти не осталось. Летом в погожие дни наезжают сюда родственники из города - тогда у многих дворов можно увидеть легковые машины. А селянам и в голову не приходит обзаводиться собственной "Нивой" или "Москвичом". Деньги-то есть, да нет смысла тратить их на "колеса". От деревни до шоссе несколько километров проселочной дороги. Почва вязкая - чуть дождь посильнее прошел, и легковушку лучше держать на приколе...

Можно, конечно, предположить, что среди 72 населенных пунктов Кушнаренковского района есть и похожие на эту захудалые деревеньки, которые мне, по понятным причинам, показывать не стали. Но вот данные статистики: в районе проживает около 30 тысяч человек, в личном пользовании находится более тысячи легковых автомобилей и примерно три тысячи мотоциклов. Если принять во внимание, что в большинстве здешних семей по два-три ребенка, то несложно подсчитать, что машина или мотоцикл есть практически у каждой семьи. Значит, есть достаток, но также значит, что есть хорошие дороги. Не будь их, куда бы пошли сбережения? Возможно, на водку - то бишь на ветер, то бишь на горе...

Когда позапрошлым летом в Кушнаренково на празднование Сабантуя съехались жители со всего района, возникла проблема с припарковкой личных автомобилей -так их оказалось много.

Но в целом праздник удался.

И заметьте, - говорит Файлас Кашбиевич, - никого не пришлось призывать к порядку.

Да, людей заранее предупредили, что хмельному веселью на празднике места не будет. И не было. А как веселились!

Наложив запрет на спиртное, устроители Сабантуя тем самым лишь вернули ему традиционную окраску, которая, к сожалению, была утрачена. Ведь Сабантуй - общий праздник башкир и татар - знаменует собой окончание весенне-полевых работ. Когда-то для пахаря, земледельца он был желанным отдыхом после нелегкой весны, помогал снять накопившееся напряжение. Как? Участием в спортивных играх и состязаниях, в скачках на лошадях, без чего настоящий Сабантуй немыслим, но что требует ясной, не помутненной хмелем головы.

Не стану утверждать, что борьба за здоровый образ жизни началась в районе с того трезвого Сабан туя. Но он дал настрой: если в праздник без спиртного, то в будни - тем более.

Еще в прошлой пятилетке по всей Башкирии действовал порядок, запрещавший продажу спиртного во время посевных и уборочных работ. Эти периоды ощутимо сказывались как на делах, так и на семейных бюджетах. Не удивительно, что, когда запрет снимался, в местные и республиканские органы начинали потоком идти письма с просьбами усилить ограничения или совсем исключить из продажи спиртное.

Были такие письма и в почте Муллагалиева. Писали все больше матери, жены, и, что скрывать, им, женщинам, принадлежало последнее слово, когда на сельских сходах решалось, быть или не быть винно-водочной продукции на прилавках магазинов.

К весне 1986 года во всех хозяйствах района - 16 колхозах, двух совхозах - спиртное было полностью изъято из продажи Остался один специализированный магазин в селе Кушнаренково, но работает он под постоянным контролем комсомольских прожектористов. Наиболее "усердных" покупа телей и тех, кто подъезжает к магазину на служебном транспорте, берут на заметку. По материалам таких рейдов выпускаются сатирические листки, "молнии", и действуют они подчас эффективнее самых жестких мер.

Стоит сказать о том, что местные кооператоры, лишившись, по меткому выражению М. Зайдуллина, "шальной" выручки, всерьез взялись за перестройку работы. Стали регулярно устраиваться ярмарки, широко ведется выездная торговля. Да и сами магазины постепенно преображаются: улучшается ассортимент товаров, заново - с выдумкой и старанием - отделываются помещения.

Продолжение на стр. 12

I ЧЕМ РАНЬШЕ, ТЕМ ЛУЧШЕ

Феномен

закрытой двери

КЛЮЧ ОТ КОТОРОЙ - НЕ ЗА СЕМЬЮ ПЕЧАТЯМИ А В НЕЖЕЛАНИИ РУКОВОДИТЕЛЕЙ ОТКРЫТЬ ЕЕ

Несостоявшийся диалог

Видно было, как болезненно переживал случившееся ответственный секретарь Боровского районного совета ВДОБТ Калужской области В. И. Гузев. И оттого, наверное, так обидно стало за него. С самого утра тщательно готовился он к встрече. Основательно, как к этому приучила его, в прошлом кадрового офицера, армия. В папку, листок к листку, аккуратно сложил документы, красным карандашом отметил самые важные, на его взгляд, места. Заметил я, что и пеструю рубашку, в которой встретил нас накануне Виктор Иванович, наутро сменила строгая белоснежная сорочка.

Но первый секретарь райкома партии Гузева не принял

Чем объяснить отказ? Ответа Виктор Иванович не получил, но он не замедлил себя ждать. В приемную первого секретаря начали собираться люди. Поздоровавшись, обращались друг к другу с одним и тем же вопросом: по какому поводу созывают. Секретарша пожимала плечами, стала обзванивать отделы, потом ушла куда-то выяснять. А вернувшись, заявила: все отменяется, вопрос еще не подготовлен, всем необходимо приехать еще раз завтра.

Собравшиеся молча потянулись к выходу. Такое отношение к людям не укладывалось в голове: их оторвали от дел, вынудили десятки километров добираться до райцентра и даже не сочли нужным извиниться - передали очередное распоряжение через секретаршу.

Как похоже складывались ситуация с Гузевым и та, что разыгралась на наших глазах.

Накануне Виктор Иванович признался: иногда к нему приходит ощущение, будто стоит он перед стеной, пробить которую ему не видится возможным. Это относит он к своей нынешней работе.

Сегодня эта стена - не выдуманная, а самая что ни на есть реальная - встала перед двумя людьми, живущими, в общем-то, одной заботой: установить в районе трезвый образ жизни. Не пробивать же ее на самом деле. Давно прорублена в ней дверь, стоит лишь открыть ее, и можно по-деловому обсудить волнующие обоих проблемы. Но эта дверь перед ответственным секретарем общества оказалось захлопнутой.

Я" и "Мы?

Вопрос, с которым Гузев шел в райком, возник не в то утро, когда Виктор Иванович аккуратной стопочкой складывал в папку документы, собираясь на прием к секретарю райкома. Гузев готовил его изо дня в день почти полгода. Звучал он так: "Быть или не быть Балабанову городом высокой культуры и трезвости"? Прежде чем задать его, ответственный секретарь проделал немалый труд, который мы привыкли попросту называть подготовительной работой. Но по большому счету это была работа в духе времени.

По инициативе Виктора Ивановича в трудовых коллективах состоялись собрания, где люди сообща решали судьбу города, а это означает - и свою собственную судьбу. Поэтому равнодушных не было.

Вчитаемся в некоторые протоколы. Коллектив местного филиала Кунцевского игольно-платино-вого завода имени КИМ постановил: "Просить горисполком запретить продажу алкоголя. Голосовали: за - 300 человек, против - 37". Выписка из протокола собрания рабочих ПМК-1: "Постановили: объявить Балабаново городом высокой культуры и Ходатайствовать перед горсоветом о запрещении продажи спиртных изделий. Голосовали: за - 40, против - 70".

Собрания прошли в тридцати двух из тридцати пяти трудовых коллективов. Состоялись сходы жителей некоторых улиц. Они ответили на поставленный В. И. Гузевым вопрос положительно. Вполне резонным было бы ожидать подобного ответа и от руководителей местных органов власти. Но короткая речь председателя Боровского райисполкома (в состав которого входит Балабаново) Н. В. Бобрышева допускала только одно, его собственное мнение: "Я Балабаново объявлять городом трезвости не буду". Произнес он ее не где-то на собрании, а в собственном кабинете в присутствии всего одного человека - ответственного секретаря ВДОБТ. Но это короткое выступление подвело черту под всем голосованием. Мнение более двух тысяч граждан города разбилось об указание одного человека.

В Боровском районе пришлось столкнуться с любопытным феноменом. Он не укладывался сначала ни в какое определение. Потом оно все-таки нашлось, я назвал его "демократизация... волевых решений".

Явление это, как ни странно, породили сегодняшние дни, когда такие социальные вихри, как ускорение, перестройка, гласность, демократизация, настойчиво вторглись в нашу жизнь. Уходят в прошлое времена, когда за закрытыми дверями писались и принимались постановления, когда важные вопросы, затрагивающие интересы самых широких слоев населения, решались без обсуждения.

Идет перестройка. Это слово сейчас, пожалуй, самое популярное, оно у всех на устах. Не потому, что для нас открылся в нем какой-то новый лингвистический смысл, - оно несет в себе особое содержание. Приметы перестройки - в изменении уклада нашей жизни, в коренной ломке отжившей психологии, в повышающейся социальной активности масс.

Избранный страной путь не усыпан цветами: закостенелые представления, старые подходы к делу еще крепко цепляются за прошлое. Они и порождают явления типа бапабановского феномена. Когда желание руководителей не совпадает с требованием следовать духу времени, тогда и изобретаются подобные уповки: принимать единоличные решения якобы на благо населения, а то и со ссылками... на его мнение.

Балабановский феномен - продукт наших дней, но продукт побочный. Как шлаки в огнедышащей лечи во время плавки металла.

Приведем один из примеров такой "демократизации... собственных решений".

В прошлом году трезвенническое движение стало набирать си* лу. Жители района пока еще с некоторой настороженностью приглядывались к новому Обществу: одно дело отдать рубль вступительного взноса, другое - быть обязанным своими поступками поддерживать движение, утверждающее не у всех в чести находящуюся трезвость.

Именно таких поступков боров-чане, выжидающие с заявлением во БДОБТ, в первую очередь ждали от людей, кто их сюда агитировал, и, разумеется, от тех, кто ими руководил. То есть от тех, кто уже своим положением призван быть образцом во всем.

Ни в райкоме, ни в райисполкоме первички создавать не торопились. Отеетсекретарь районного ДОБТ тем не менее радовался: в трудовых коллективах дела шли на лад.

Восторги его длились недолго. Районное руководство, не обращая внимания на предостережения активистов трезвеннического движения, объявило о введении талонной системы на спиртное.

В ответ следовали ссылки на опыт других областей, где подобная инициатива не только процветала, но якобы давала пышные плоды.

Правда, на этот счет имелось и другое мнение - разъяснение Комитета партийного контроля при ЦК КПСС, резко осудившего та-лонную-систему. Но и к нему местные руководители прислушаться не пожелали.

Введением новшества преследовалась благая цель: ликвидировать длинные очереди в магазины. При этом почему-то не учитывалось хотя бы то, что очередь за спиртным сама по себе ограничивает доступность алкогольной отравы.

Взгляните на этот шаг районного руководства с точки зрения упомянутого "феномена демократизации волевых решений". Казалось бы, все сделано как лучше, во благо народа: ну разве может занятой человек тратить время на приобретение пары бутылок водки. Надо как-то помочь ему. Нашлось и немало сторонников такого способа распределения отравы. Но кто-нибудь из руководителей задумался, в какой пьяный водоворот втянет это людей, проанализировал опыт областей, где алкоголь выдавался с предъявления "бумажки с печатью", объяснил сторонникам талонов большой вред такого распределения спиртного прежде всего для них же самих.

Инициативы с мест боровские руководители поощряют тогда.

когда те полностью соответствуют задуманным ими же планам. Когда исполнение предложений требует дополнительных усилий, выход находится простой: вместо коллективного "мы" следует единоличное "я" и принимается волевое решение. С объяснением в духе времени, что так лучше для народа.

Ожидания районных руководителей оправдались - "хвосты" в торговые точки сократились. Они переместились... в исполкомы. Страждущие выпить устремились | сюда, чтобы получить причитающийся им счастливый "алкогольный билет".

На предприятиях процедуру выдачи упростили: талоны вручались прямо на рабочих местах. Пьяницы, прогульщики, бракоделы даже и мечтать не могли получить его. Маленькие четвертушки бумаги, за которыми скрывались четвертинки водки, полагались только передовикам производства, заслуженным работникам, активистам, руководителям. Трезвость стала наказанием.

До расцвета инициативы - при тех самых очередях - например, на местном Ермолинском хлопчатобумажном объединении приобрести спиртное могли не более сотни человек. С установлением алкогольного пайка талоны получили 2 672 работника. Не отказались от своей доли директор, секретарь парткома, председатель комиссии по борьбе с пьянством, председатель первичной организации ВДОБТ. При таком маневре руководителей дрогнули ряды и активистов Общества.

Для чего все это затевалось?

Ответ председателя райисполкома предельно прост:

- Мы хотели выяснить истинные потребности жителей нашего района в спиртном.

Выяснили" До конца не удалось. Приехавшая из облисполкома комиссия высветила подлинную картину: жители района стали потреблять спиртного больше, чем до введения талонов. Тут-то и стало ясно, чего стоит отказ от действительно важной и благородной задачи: формировать разумные потребности, искоренять мнимые.

Кстати, ни до, ни после "эксперимента" никому из представителей власти не пришло в голову выяснить истинные потребности людей в продуктах первой необходимости: в овощах, макаронах, молочных изделиях...

Беседы в четырех стенах

Талоны на спаивание отменили. В Балабаново закрыли все винные магазины. Но вопрос об объявлении его городом трезвости остается открытым. Хотя, казалось бы, появился прекрасный повод обсудить с народом насущный вопрос, выслушать доводы "за" и "против".

Заместитель председателя горисполкома В. А. Шишкин из слова в слово повторил фразу председателя райисполкома: "Я Балабаново городом трезвости объявлять не буду". К этому добавил небольшое пояснение:

- Когда наши люди будут равнодушно проходить мимо прилавков с винными бутылками и никому в голову не придет покупать их, тогда правомерно поднимать вопрос.

Благодатное, должно быть, наступит время. Сколько лет ждать его прихода? Пытаются ли районные и городские власти как-то приблизить его? Это нам предстояло выяснить.

Беседа тем временем продолжалась.

Не быть Балабаново городом трезвости, настаивал В. А. Шишкин, потому что за такое предложение проголосовало всего две тысячи человек.

Валерий Алексеевич забыл исключить из " 1го числа, к примеру, воспитанников яслей, детских садов, учащихся школ. А это еще несколько тысяч. Будь они даже двумя ручонками за продажу спиртного, их мнение вряд ли повлияло на решение вопроса.

Не быть, потому что собрания проходили в трудовых коллективах, но не на всех улицах.

Опять же вопрос: разве это не забота горисполкома выявить истинное отношение жителей города к спиртному, собрать через своих активистов такие сходы. Но даже те встречи, которые организовало ДОБТ, никто из представителей местной власти своим вниманием не удостоил.

Не быть, потому что в городе пока не готовы к такому шагу.

Разговор с В. А. Шишкиным проходил в з кабинете. Валерий Алексеевич по очереди открывает ящики стола, ищет в них лг токолы, переданные из трудовых коллективов.

Кажется, в шкафу, - разводит руками он.

Два месяца назад вы положили их в нижний ящик, - подсказывает Гузев.

Не может быть, - сомневается зампред.

Протоколы пылятся все на том же месте.

Где-то в шкафах или столах этого кабинета затерялся еще один документ - предложения ответ-секретаря ВДОБТ по улучшению воспитательной работы в городе.

Советовал Виктор Иванович проверить в Балабаново нежилой фонд, а вдруг найдется место для подросткового клуба. Предлагал вынести на обсуждение вопрос об открытии специализированного магазина по продаже стройматериалов. Развил идею об организации ярмарок, поиске новых форм торговли, оборудовании летних кафе, проведении дней национальной кухни.

Предложения так и лежат в исполкоме больше года.

Разговор с председателем райисполкома Н. В. Бобрышевым также ничего нового в решение проблемы не внес. Предварила его небольшая лекция о воспитании подрастающего поколения. Рассказал Николай Васильевич и о географическом расположении Балабаново: город находится на перепутье трех дорог. Пьют здесь в основном приезжие. Но в области не будут спрашивать, кто попал в вытрезвитель - местный или чужой. Отвечать все равно нам.

Бобрышев, сам того не замечая или не придавая этому особого значения, поставил в один ряд од-нокоренные, но так далеко отстоящие друг от друга по смыслу слова - показатель и показуха. Не забота о трезвой жизни района двигала председателем, а хлопоты совсем о другом: как бы повыгоднее отчитаться в вышестоящих органах.

Тем удивительнее было слушать такие аргументы: разговор наш проходил в перерывах, когда Николай Васильевич отвечал по телефону на вопросы жителей района. Подобная форма диалога появилась совсем недавно. Она своего рода признак сегодняшних дней, времени перестройки. В нем живая связь руководителя с массами. О стремлении председателя исполкома дать исчерпывающий ответ на любой вопрос заранее оповестила местная газета. Звонки раздавались часто.

Да, избранная форма общения с массами вполне отвечает духу времени. Но как при этом соединить воедино такое внимательное отношение председателя к каждому звонку и его пренебрежение мнением тысяч людей. Современный ли это подход к делу?

Напомним еще раз, что перестройка, ставшая главной приметой нынешнего времени, немыслима без демократизации жизни, в условиях которой и могло начаться такое массовое движение за трезвость.

Трудная, но по-настоящему интересная настала пора. Она предполагает простор творчества, развитие инициативы народа. При этом обязательно должна подкрепляться широкой гласностью. Если инициатива вынуждена биться о гпухие стены, если ее запирают в ящики стола, скрывают за общими фразами пространных рассуждений, она оказывается в тупике.

Странное ощущение осталось после бесед. Проходили они в кабинетах о четырех стенах. Но будто вырастала там еще одна глухая стена, наподобие той, что встретила Виктора Ивановича в приемной секретаря райкома. Разговор шел как бы по разным сторонам этой стены, каждый слышал лишь свой голос. Снова не открылась та заветная дверь, которая позволила бы прислушаться друг к другу.

Двенадцатый этаж

Нет-нет, в Балабаново дома такой высоты еще не построены. Однако многоэтажек в городе хватает. С их подъездами, лестницами, подвалами, чердаками. Не случайно перечисляю такие элементы планировки зданий. Для нас они чердаки и подвалы, а для местных подростков - это одновременно и клуб_ы по интересам, и музыкальные гостиные, и спортивные залы - в общем, место, где молодежь проводит свободное время. "Встретимся на двенадцатом этаже" в Балабаново означает: вечер проведем на лестнице.

То в одном, то в другом доме кучкуются по подъездам стайки ребят. После них - исчерканные надписями стены, окурки, нередко

и пустые бутылки. Оно может принимать и такие формы, как правонарушения, хулиганство и даже преступления.

Тревожит это не только жильцов того дома, которому в один из вечеров выпало пригреть ребят в своем подъезде. Беспокоит бесцельное времяпровождение родителей, милицию, общественность, активистов трезвеннического движения. В курсе проблемы и местные органы власти. Как она решается в Балабаново?

Самым красивым зданием в городе по праву считается ресторан "Истья". Свои двери он гостеприимно распахнул два года назад, в то самое время, когда в стране было принято постановление по преодолению пьянства и алкоголизма. Приятно оформлен фасад, привлекателен и внутренний интерьер - уютно, ковры на полу, вазочки на столах.

В отличие от этого заведения местный очаг культуры являет собой зрелище прямо противоположное. Называть его Домом культуры можно, лишь закрыв глаза. Работа в этом очаге еле-еле теплится. В связи с аварийным состоянием закрыт зал, фильмы демонстрируют в тесном фойе. Здесь же проходят дискотеки, которые не могут вместить и десятой части обитателей "двенадцатых этажей".

Городской стадион тоже никто не решился назвать спортивным сооружением. Пустырь с рытвинами и несколькими столбами вряд ли подойдет под такое определение.

Вот и все возможности местной молодежи для проведения свободного времени. Не считая, разумеется, подъездов.

В начале нынешнего года в Балабаново произошло прямо-таки знаменательное событие - открылся спортивный зал. Правда, городские власти к его строительству отношения не имеют. Но так ли это важно, если люди могут теперь занять себя чем-то полезным. Зал построил местный ВНИИ деревообрабатывающей промышленности. Каждый сотрудник отработал здесь по почину ка-мазовцев не менее трех дней. Директор института М. В. Бирюков (он является председателем районного ДОБТ) сам трудился, что говорится, не покладая рук. Руководитель подал хороший пример остальным.

Михаил Васильевич Бирюков был среди тех двух тысяч балабановцев, которые без колебаний проголосовали за город трезвости.

Предстоит еще очень многое сделать, - считает он. - Не надо только все сваливать на существующие трудности, следует приниматься за работу. И главное, при этом советоваться с людьми: что им необходимо в первую очередь. Не имея парка с аттракционами для ребятишек, с палатками для продажи мороженого, не создав спортивной базы, зачем было вкладывать деньги в строительство ресторана. Я считаю это непозволительной роскошью для города.

Таково мнение руководителя крупного коллектива. Об этом же говорили и жители улиц Балабаново на сходах. Об этом написано в протоколах, которые постигла печальная судьба быть замурованными в ящиках стола.

Остров без спиртного!

Все разговоры, на какой бы позиции не стояли мои собеседники, вольно или невольно сводились к одному: "А целесообразно ли вести речь о городе высокой культуры, где само это понятие как бы вычеркнуто из обихода"?

Я вовсе не хочу наклеить на балабановцев ярльж бескультурья: Но обстановка, в которой они живут, где проводят свой досуг, красноречиво говорит сама за себя.

Если подходить со всей строгостью, то районное руководство по существу право: за территорию трезвости проголосовали не все жители, здесь не создана материальная база для культурного отдыха. Аргументов можно найти гораздо больше. Но давайте взглянем на эту ситуацию с позиции сегодняшнего дня.

Руководители правы. Но разве не в духе нынешнего времени было бы соединить их правоту с инициативой трудовых коллективов. И решить, какой при этом можно найти выход.

На память снова пришли слова В. А. Шишкина, что в Балабаново не готовы к такому шагу. Кто не успел подготовиться? Жители города? Его руководители" Имею в виду не просто материальную базу для проведения свободного времени, занятий спортом, отсутствующую в городе. Говорю о разных подходах сделать свой город образцовым.

Наивно полагать, что с закреплением за определенной территорией названия зоны трезвости на ней исчезнут разом все проблемы. Совсем наоборот - исчезнут одни, высветится много новых. Зона трезвости - это зона повы - шейного внимания. Значит, она потребует особого напряжения сил, новых инициатив, изобретательности от тех, кто призван помочь людям некогда "пьяную трешку" вложить в разумные потребности.

Территория трезвости - не тот благодатный островок суши, на котором, как мечтал зампред горисполкома, люди в одночасье откажутся от спиртного и будут равнодушно проходить мимо прилавка, не соблазняясь яркими этикетками вин и наливок. Такие территории не просто объявляются. Они создаются общими усилиями всех жителей. В том числе руководителей, если, конечно, они не прячутся от забот за надежными стенами равнодушия и умеют поддержать прогрессивную идею.

Будет ли такой территорией Балабаново? Однозначно ответить на этот вопрос трудно. По крайней мере, часть жителей города сейчас на этом настаивает.

г... Балабаново, Калужская область

А. ХЛУДЕНЦОВ, наш спец. корр.

ЛЮЛОАЕЖЬИДОСУГ

Искать театр-студию на Юго-Западе долго не приходится. "У вас нет лишнего билетика", как радиомаяк, ведет от метро и до скромных дверей в подвале обычной московской многоэтажки. Билеты - всего по сто на представление - расходятся по заявкам предприятий. В один день на весь сезон.

Так чем же привлекает этот народный коллектив" Ведь самодеятельных драмкружков, студий, театров в стране множество. Но часто ли вы заглядываете на их постановки" И это нередко в больших современных дворцах искусств. А тут скромный подвал на краю города да всего несколько штатных сотрудников...

Но прежде чем рассказать об этой молодежной студии, надо вспомнить тот зальчик районной библиотеки в подмосковном Вост-рякове, где десять лет назад собрались молодые люди самых разных специальностей и организовали что-то вроде театра. О популярности оии не думали: так, скоротать время, попробовать себя в драматическом искусстве. Нынешняя "звезда? Виктор Авилов приезжал часто на тяжелом грузовике с двумя прицепами. Известная сегодня зрителям Тамара Кудряшо-ва прибегала на репетиции после занятий в девятом классе школы. Алексей Мамонов учился в университете. Ира Бочарешвили - в Архитектурном институте, Володя Коппалов работал фотографом, Олег Задорин - лаборантом... Они и сегодня ядро театра. Ушли немногие, большинство осталось.

Ребята и сегодня часто вспоминают свое первое представление. Зрителей было немного. Но у входа толпились подвыпившие парни. То ли им хотелось добавить под крышей, то ли просто пообщаться в тепле. И пробивались они настойчиво. "Выпивших у нас не будет, " - крикнул Валерий Белякович, тогда еще студент ГИТИСа. - Лучше будем играть для себя, чем развлекать эту публику". Но молодцы все же прорвались. Тогда все актеры стали "стенкой" и прямо в театральных костюмах принялись выпроваживать незванных гостей. Кстати, этот случай очень характерен для студийцев. И сегодня они свято охраняют свое творчество от подобных посетителей, не говоря уже о том, что в самом театре, с самого начала, слово "вино" было вычеркнуто из повседневной жизни.

Итак, начало было несколько курьезным. Руководителю театра Валерию Беляковичу приходилось отбиваться не только от загулявших "любителей сцены", но и от писем некоторых "доброжелателей", предупреждавших разные инстанции о "молодежных забавах", которые мало ли чем могут закончиться. Правда, здесь на помощь студийцам пришла заведующая отделом культуры райисполкома Гагаринского района Лариса Михайловна Рюмина. Пришла в самом прямом смысле. Сначала на спектакль, а потом стала частым гостем и студии.

Зашищать нас в то время, дать добро на спектакли, было несколько рискованно, - говорит Валерий. - Мы не относились ни к какому Дому культуры. Так, кучка ребят по вечерам собирается сама по себе, задерживается допоздна. Музыка, шум, споры... Мало ли что может случиться... Писем стало больше, когда с помощью Ларисы Михайловны получили новое помещение. Писали даже о том, что вместо нас надо сделать пункт сдачи макулатуры. Но Рюмина только улыбалась. А нам после одного из спектаклей сказала, что все замечательно, только, если можно, немножко потише. Уж больно мы тогда старались. Хотелось выложиться до конца. А мастерства не хватало.

Но новое помещение, куда вселилась по ордеру муза, не было приспособлено под театр. Строители особо не торопились приложить здесь руки. Заглянули пару раз, привезли материал и, видимо, переключились на более важный объект. Тогда актеры сами взялись за работу. Под дробь отбойных молотков раздвигались стены. Лицедеи таскали битый кирпич, красили, делали настил. Научный работник Володя Осокин оказался неплохим каменщиком, студент ГИТИСа Слава Гришечкин подружился с рубанком, а сам режиссер освоил сварку. Через несколько недель ребята, сбросив спецовки, вновь облачились в сценические костюмы. То была "Женитьба? Н. В. Гоголя. Премьера прошла "на ура". В студийной интерпретации гоголевские персонажи обладали не только яркой, выразительной внешностью, но и двигались по сцене по-своему, под "свою" музыку, в своем темпе. Кстати, "Женитьба" и сегодня в репертуаре театра, и по-прежнему на все представления аншлаг. Ну, а после нескольких премьер рекламу театру-студии на Юго-Запа-де сделал сам зритель.

Член художественного совета театра народная артистка РСФСР Галина Александровна Кирюшина однажды заметила, что студия эта очень современна. Она чувствует дух времени. Жизнь требует от всех нас сегодня самоотдачи. А тут все работают в полную силу. Это привлекает зрителей и воспитывает их. Людям близко чувство справедливости, которым пронизаны многие спектакли. А что касается влияния на молодежь, то после постановки нескольких спектаклей Н. В. Гоголя в соседних школах ученики начали сами ставить эти пьесы. Главным критерием было: сделать их так же, как у Беляковича.

Вообще, беседуя со зрителями, чувствуется удивительно нежное, бережное отношение ко всему тому, что происходит на "Юго-За-паде". Многие знакомы со всей программой студии и вновь выстаивают у входа в надежде попасть еще раз в этот двенадца-тирядный скромный зал.

Здесь все играют, - сказал старший научный сотрудник из Минского университета Валерий Горбачев. - В Москве бываю часто и каждый раз мечтаю попасть на спектакль студийцев. Они удивительно творческие. Профессионалы играют как надо, вроде бы выполняют план, а ребята с "Юго-Запада" постоянно ищут что-то новое. Настоящий театр и должен быть таким. Тут литература нахо-

Волнения позади.

Теперь можно и отдохнуть.

дит замечательного соавтора. Самодеятельные актеры обратились к вершинам культуры и показали, что они им по силам.

Ежедневно по вечерам в театре идут один-два спектакля плюс к этому выездные представления в выходные дни. Студийцы стараются никому не отказывать в просьбах. А ныне приглашения поступают уже из многих городов страны.

А как вам удается везде успевать" - поинтересовался я у Валерия. - Ведь ваши актеры - люди занятые и на основной работе. Театр, если можно так сказать, для них увлечение, своеобразная форма отдыха.

Действительно очень своеобразная, - улыбнулся Беляко-вич. - Если считать, что основная труппа ежедневно проводит в театре несколько часов. Для нас это очень нелегкий труд. Иначе не было бы такого внимательного отношения зрителей. А если человек у нас понимает, что его место в жизни - сцена, театр, тогда и бросают некоторые наши актеры свои накатанные профессии. Например, мой брат Сергей был огранщиком алмазов, прилично зарабатывал. И взял да ушел. Получилось так, что профессия мешает увлечению. Тогда увлечение стало специальностью. Сейчас он числится в штате студии. Зарплата незначительная, зато душа свободна от сомнений. Или тот же Алексей Мамонов. Пришел к нам студентом МГУ, а через год трудился в детском саду слесарем. Там работа через день... И таких примеров немало. Хорошо это или плохо, мне говорить трудно. Для театра хорошо, для них самих тоже... Думаю, что если у людей получается, да еще и зрителям по душе, почему бы не помочь такому коллективу материально, поддержать ребят? По всем канонам они достойны звания актера. Но нет образования, а значит, и категории. А то, что у входа часами дежурят зрители, это мало кого волнует. Самодеятельные коллективы далеко не равноценны. Вот мы и предложили перевести иас на систему хозяйственного расчета. Что сами заслужили, то и заработали. Ну, а материальные средства, полученные от билетов, можно разделить между актерами и пустить на хозяйственные дела. Долго с этой идеей бегали. И вот с нынешнего года такой эксперимент начался.

Да, самодеятельные коллективы сегодня на распутье. Время требует более пристального взгляда на народное творчество. На XXVII съезде было отмечено, что главную задачу своей культурной политики партия видит в том, чтобы открыть самый широкий простор для выявления способностей людей, сделать их жизнь духовно богаче и многогранней. А формы, методы работы тут могут быть самыми разнообразными. То, о чем говорил Валерий Беляко-вич, обсуждалось на совещании в Министерстве культуры СССР, там очень внимательно отнеслись к этим проблемам, обещали помочь в организационном творческом отношении. Была высказана идея объединить несколько московских студий под эгидой общества трез-

Спектакль удался! Доволен не только зритель, но и актеры.

if

вости, сделать такой необычный театральный клуб. Он может стать общественно значимым явлением, а общество трезвости обретет себя еще в одном важном деле. Идей много.

Тот же хозрасчет позволит театру-студии на Юго-Западе самостоятельно распоряжаться средствами от продажи билетов. Можно начать оплату труда актеров и работников вспомогательных цехов. Больше средств пойдет на оформление спектаклей, приобретение оборудования, костюмов. А то, если вспомнить первые шаги студии, ребята ходили по соседним домам и собирали реквизит из старых ненужных вещей. Кстати, уже тогда на них в районе смотрели с интересом, и вскоре сами зрители начали предлагать для костюмерной ту или иную одежду. А один поклонник подарил актерам пианино...

Сами студийцы считают, что они - единомышленники. Они отдают каждую свободную минуту театру, работают бескорыстно, самозабвенно. Среди них, как уже говорили, научные работники и архитекторы, авиаторы и строители... Здесь нет привычных театральных див, зато, как на производстве, есть желание освоить "смежную" специальность. Так, Маша Буслаева, сотрудник Центрального театрального музея имени А. Бахрушина, создатель нескольких запоминающихся женских ролей, - костюмер, администратор, а часто и просто билетер. Сестры Галя и Таня Татариновы, работницы текстильной фабрики, - актеры, дежурные, уборщицы. Конструктор Ирма Алексеева - главный костюмер, а часто и звукооператор. Ну, а преподаватель русского языка Лидия Семина взяла на себя все хозяйские дела театра.

Каждый вечер все они в театре. Приходят сюда после работы и начинают опять трудиться. Репетируют часто до глубокой ночи. Для них театр - это клуб, где они встречаются с любимым искусством, общаются друг с другом. И сила их действительно в дружбе. Успех студии не определяют талантливые достижения одного-двух человек. Это труд всего коллектива, ни на день не останавливающий творческий поиск, товарищеское согласие и уважение.

Перспектив у театра-студии на

Юго-Западе сегодня немало. Работа по системе хозяйственного расчета укрепит коллектив материально, сделает более самостоятельным, стабильным. Есть идея создать на базе ГИТИСа заочный курс для студийцев. Ребят уже давно заметили и даже приглашают сниматься в кино. А сам руководитель ставит спектакли в центральных московских театрах. Кстати, дипломный спектакль в ГИТИСе Валерий Белякович поставил на своей сцене. Это был первый опыт в институте и прошел на "отлично". Замечена и программа театра, представленная на Втором Всесоюзном фестивале народного творчества, посвященном 70-летию Великой Октябрьской социалистической революции. "Трактирщица? Гольдони, "Гамлет? Шекспира, "Вечер русской театральной пародии" по мотивам произведений Козьмы Пруткова - все это новые строчки в афише театра. И если рассматривать их как очередные творческие ступеньки, то все они ведут вверх.

И. СИКОРСКИЙ

Окончание. Начало на с. 4.

Интересную форму услуг предложили бытовики. Весной прошлого года в райцентре при цехе по ремонту и изготовлению мебели была открыта мастерская "Сделай сам". Желающие могут попробовать себя в столярном деле. Инструменты, механизмы, станки, которыми оснащена мастерская, позволяют выполнить практически любую работу по дереву.

В районе намечают регулярно проводить выставки работ домашних умельцев. В успехе начинания не сомневаются. Приобрел же популярность праздник цветов, которым завершается районный конкурс цветоводов-любителей.

Интересно: если три-четыре года назад в кружках и коллективах художественной самодеятельности районного и сельских домов культуры и клубов занималось около трех тысяч человек, то сегодня - более семи тысяч. В каждом хозяйстве есть хор, танцевальный коллектив, драмкружок. Немало в районе семейных ансамблей, фольклорных коллективов, ставших активными участниками возрождения на селе старинных обрядовых праздников - подчеркну, традиционно безалкогольных.

Не так давно при активном участии добровольных помощников в райцентре был построен культурно-спортивный комплекс. Замечу, второго такого в Башкирии нет. Если в других местах в состав КСК включены (порой формально) существовавшие и ранее здания, сооружения - Дом культуры и стадион, клуб и спортплощадка, то в Кушнаренково КСК - это здание-комплекс с многочисленными помещениями, которые столь разнообразны по назначению, что способны удовлетворить самые широкие культурные и спортивные запросы. Большой концертный и малый лекционный залы, библиотека, зал обрядовых торжеств, комнаты для занятий коллективов художественной самодеятельности, методический кабинет и кабинет природоведения с диарамами, представляющими местную флору и фауну; большой и малый спортивные залы с душевыми, сауной;

три искусно оформленных зала кафе "Акчарлак" - вот сколько вмещает в себя комплекс.

Масштабы указывают: его создание выходит за рамки местной инициативы. В известном смысле это эксперимент, результатами которого интересуются не только в Башкирии. Возможно, кушнарен-ковский КСК - прообраз сельского культурного центра в будущем.

* * *

... Пора завершать рассказ. Опасаюсь только, как бы читатели не подумали, что в Кушнаренковском районе все получается легко и скоро. Отнюдь. Непросто дается кушнаренковцам перестройка. И много вопросов пока еще не получили разрешения. И противоречий, как говорится, хватает. Но суть не в наличии и даже не в серьезности таких противоречий. Она в другом. В желании, в стремлении людей разобраться в них, справиться с ними.

Н. СЕМИЛЕТОВА

Кушнаренковский район Башкирской АССР

ПОЛУШАГ

ЛЮДИ ДОБРЫЕ!

У меня погибает сын. Что делать! Что предпринять! Кажется, уже все испробовала. Иногда хочется выйти на улицу и закричать: "Люди добрые! Да помогите же мне!" Но ведь не выйдешь... Да и толк какой! Да и не поздно ли...

Однажды видела такую же, как сама, несчастную мать. Она шла за своим пьяным сынком, который кое-как держался за такого же шаткого приятеля, и плакала, и просила: "Идем, Сережа, домой! Не надо никуда... домой... слышишь"? Но ее Сережа только отмахивался и бормотал: "Пошла бы..." И тогда эта несчастная женщина остановилась и страшно закричала: "Люди! Где вы? Сделайте хоть что-то! Он же опять в милицию попадет! Или в драку! Помогите хоть кто-нибудь!" Она готова была кататься по земле... Но как, чем могли помочь ей случайные прохожие? Разве что словом сочувствия и утешения. Но все это она слышала плохо, слезы заливали ее лицо.

О, сколько нас, несчастных матерей, прошедших, кажется, все муки ада! Матерей, у которых пьют сыновья! Нет нам покоя, нет радости, погублена жизнь. С чего, как начинается для меня да и для других такой же вечер? С ожидания. Сожмешься в комок и ждешь, каким и когда он явится. Твой бестолковый, горький сынок - сильно пьяный или не очень, один или с компанией, целенький или побитый. Вот и мечешься, вот и не знаешь, за что хвататься, когда его все нет и нет. Сколько всего передумается! "В милицию попал! В канаве лежит, с ножевой раной в боку!" Или где-то вот сейчас в эту миниту кто-то злой, бессердечный бьет каблуками по его рухнувшему в грязь телу... Ой что делать, что делать! И разве это все одна выдумка? Было, все было... И в крови приходил, и с выбитыми зубами, и со сломанными ребрами. И из милиции звонили не раз: "Приходите. У нас он..." И что, ну скажите, что может быть страшнее материнской муки, когда она ждет не дождется сына и не знает, где он, что с ним, и хватается за телефон, обзванивает всех его приятелей, а в ответ слышит: "Не знаю. Не видел". И вот уже глухая ночь, а ты до звона в ушах прислушиваешься: идет - не идет... И ничего тебе уже не страшно. Кое-как набросишь пальто и несешься на улицу, бродишь в темноте и ждешь, ждешь до самой зари: "Что, что произошло с тобой на этот раз, мой мальчик"?

Да, все равно, как хотите, так и судите, но для матери сын, какой бы он ни был, остается мальчиком, ребенком, которого жаль до боли сердечной...

Хотя иной раз хочется - скажу самую подноготную правду, - чтоб раз и навсегда случилось с ним что-то непоправимое, чтоб не мучиться мне больше так, не надрывать свое больное сердце. И разве с одной мной такое? Раз подслушала в автобусе разговор. Спрашивает одна женщина другую: "Как Виктор? Сын"? "Не знаю и знать не хочу, если. Маша, по совести. Уехал в Сибирь. Хоть бы там и подох".

До чего же это вы, матери, докатились, если на такие мечты способны" - скажет кто-нибудь и осудит.

Но, думаете, мало нас осуждали"! О! Сколько довелось, к примеру, мне выслушивать разных сердитых, насмешливых, злых слов за то, что не смогла спасти сына от алкоголя?

Только ведь самый суровый, самый нескончаемый суд - свой собственный. Он идет, не кончаясь, с того самого момента, когда вместо сына моего, Юры, пришел за полночь весь в грязи, в крови его приятель и сказал: "Не волнуйтесь, тетя Валя, Юрку в милицию забрали, он живой..."

Сердце об пол, ноги подкосило... Как добежала, дошла до милиции - не помню. Но все грела надежда: "Ерунда какая-нибудь. Подержат и выпустят. Было ведь так уже..."

Но на этот раз - все, не выпустили.

Не забыть, вышел ко мне на крыльцо молоденький милиционер и говорит: "Да вы не переживайте. Ему больше двух лет не дадут..."

Вот так он меня убивал, мой дорогой сыночек... И себя, и меня... Схватилась за сердце, увезла меня "скорая"...

И был суд. Не приведи господи никому из матерей сидеть в зальце, где пахнет бедой, и слышать, и видеть, как судят ее сына, и как затравленно твой сын, стриженый, с серым лицом, поглядывает изредка на людей... "За что? За что мне все это" - кричит твоя издерганная душа. - Ну почему, почему мне такие страдания?!" И до сих пор, хотя с того суда прошел год, торчком стоят во мне эти вопросы. Хочу понять, разобраться, как же так получилось, что мой, именно мой сын превратился в преступника и за участие в жестокой драке был осужден. Может, для кого-то эти мои думы будут не лишние, может, кому-то из матерей помогу вовремя отвести от дома беду?

Расскажу все, как на духу, ничего не постесняюсь, как было - так было.

А было так. Жили мы с матерью втроем. Кроме меня у нее была еще дочь. Отец от нас ушел, как говорится. Мать работала, что называется, за двоих, крановщицей, тянула семью... И, как вспоминаю с завистью говорила о тех женщинах, у которых есть мужья, а у детей - отцы. И я выучилась рано мечтать о своей семье, где бы "все как у людей" - хороший, работящий, добрый муж. Может, от этой ранней тоски и началась моя беда? Кончила техникум, устроилась работать на телефонной станции. Смотрю - почти все мои подружки замуж выходят. И вроде как-то неловко мне, вроде опять я как будто в последних. Но не было на примете парня, который бы очень-очень нравился.

Правда, за мной ходил один. Иногда мы танцевали с ним в клубе, кино смотрели. Но только его всерьез не принимала - пьяненький бывал, смурной...

Только вот ведь какое дело: оглянулась однажды - одна я вроде холостая, все мои подруги уже коляски с детишками возят. Посмотрю иной раз на них, на детские пеленки-распашонки, что трепыхаются на ветру, - и хоть в слезы. Так хотелось не отстать! И чтоб все, как у людей, - семья, уют, детский лепет... Тут одна моя подруга и скажи: "Ну что ты, Татьяна, ждешь? Шла бы за Володь-ку! А вдруг и бросит пить, если поженитесь". Может, думаю, и правда" Чем век одной куковать. Подруга еще масла в огонь: "Была бы ты полная красавица или богатством похвастать могла. Ну а если он пить не перестанет - бросишь и все. Нынче, сама видишь, сколько кругом разводов, и ничего".

И, знаете, подействовала на меня эта "агитация", это снисходительное равнодушие. Не послушала я мать, которая говорила: "Не лезь в петлю, не порть себе жизнь, еще, может, найдется человек по тебе. А это - пьянь..."

Но разве это убедительно, если Володя целую неделю приходил ко мне наглаженный, начищенный и никакой водкой от него не пахло? А еще такая мысль во мне жила: "Я его направлю. Полюблю сильно-сильно, и он станет хорошим". Тем более что где-то в книжках вычитала: "Любовь, если она преданная, способна перевоспитать и пьяницу, и буяна".

Поженились мы с Володей. Я старалась, как могла, чтоб и одет он был прилично, и накормлен, и культурой интересовался. Ничего не скажу, он ко мне тянулся. И я постепенно до того привыкла к нему, что, кажется, полюбила всерьез. Прямо жду - не дождусь вечера, когда он с работы вернется. И очень грело меня когда-то, что он на все готовый: в парк - так в парк, в кино - так в кино.

Только недолго длилось спо- койствие. Опять принялся за старое. Я ему замечания, а он с улыбкой: "Глупенькая, разве я пью? Вон другие... Я просто выпиваю".

Пробовала я его и уговаривать, и ругать, кричала, что разведусь, но если пьяный он был противный, грубый, то трезвый даже на колени передо мной становился: "Прости. Свинья я. Больше не буду, поверь, в последний раз".

Что пересказывать! Женщины, у которых в доме вместо мужчины вот такой пьянчужка, знают, как оно катится и куда, когда к пьяному относятся как к забавному человеку. А ведь я рассказываю о том времени, когда мы все еще никакой серьезной борьбы с алкоголизмом не вели и мнение было простое у многих: "пьяный проспится - дурак никогда".

Да, видно, не все выходит в жизни по пословице. Когда об этом догадались, оглянулись, а вокруг пустыня. Голь душевная, человеческая. Черствость, эгоизм сердечный. К кому ни сунься - у всякого свои болячки, свои беды. Где уж тут до чужих дел. Разъехались - разобщились.

Идешь утром по улице - народу тьма-тьмущая, а вроде как безлюдно. И так тоскливо, горько на душе от этого одиночества, от самой мысли, которая гвоздем засела в голове, что никому-то ты не нужен.

Когда я упрашивала мужа сходить полечиться, он мне резал: "Ты что, сдурела? Сама иди, если так приперло!" Тут уж я встала на колени: "Прошу тебя, ради сына". Нет, не вышло. Схватил швейную ручную машинку и грохнул об пол. Не с того ли момента и стал мой сынок заикаться? Было ему в ту пору три года.

Ну а когда мой муж однажды пришел злой и, стоя в коридоре, выпил из горлышка поллитра водки, еще болше разозлился невесть на что и схватил топор: "Я вас всех сейчас изрублю в капусту! Учат, все учат!" - я схватила сына и убежала из дому. Насовсем.

В чем права? В чем не права? Судите... Но кроме страха за ребенка, в душе ничего не осталось. Ну а муж покатился ниже и ниже. И ко мне, и к сыну без интереса.

Когда Юрику было пять лет, встретился мне человек старше меня на пятнадцать лет. Инженер, у которого умерла жена. Очень вежливый человек и аккуратный. Чем подкупил? Не я за ним "бегала", а он. И то цветы несет, то коробку конфет. Юрика на колени посадит и рассказывает ему что-нибудь интересное. А я к нему как на крыльях лечу. Вот тут только и поняла, какая она бывает настоящая любовь...

Но когда поженились, стала замечать - ревнует он меня к сыну моему и слишком часто стал он его, ребенок мой, раздражать. Спрашиваю: "Ты что, Василий"? Отведет глаза: "Ничего. Но с детьми надо строже". И все-то самое вкусное старается не ему, а мне сунуть. Не беру - сердится. Ну как тут быть? Любит меня так, что глаза огнем горят, едва увидит и обнимает без конца, и целует. Но сын, чувствую, вроде как все мешает ему... И стоит не так, и сидит...

А самая-то моя мука началась, когда родился у нас Димка. Как-то все перевернулось. С одной стороны, Василий все делал по дому, выполнял с готовностью, капли спиртного в рот не возьмет, меня любит пламенно, а с другой стороны - вот и цыкает на Юру, вот и цыкает. Пошли в ход слова: "Дурак! Свинья! Лентяй!" Я прошу, требую, чтоб не позволял себе грубости. Не действует. "Он весь в отца!"

А может, мне надо было разойтись с ним тогда же? Сразу же? Потому что когда Юре исполнилось десять лет, он, отчим, за какую-то провинность ударил его впервые... Потом еще и еще...

Но, думала, куда уйти" Василий любит меня и Димку просто без памяти, и человек он... положительный, если судить по отношению к работе, к семье, и я без него жить не могу.

Все думала: "Да как-нибудь... Ладно уж... Юра ведь и вправду не показательный какой. Вон и вещи разбрасывает, и двойку получил..." Где Юру обниму, об целую, где мужа... Мечусь, мечусь между двух огней. Не говорю уже о Димке, который тоже забот-хлопот требует. Гляну в окно: "Ага! Вон они, ребятишки, в футбол играют. И Юрик там..." Вроде легче. При деле ребенок.

Пока я думала, что мой шестиклассник развивает мускулы, укрепляет здоровье, играя в футбол-хоккей на дворе, у меня, можно сказать, под носом, некие старшие подростки, уже привыкшие к выпивке, наметили его своей жертвой. Его и других подобных ему, "благополучных" ребят. И был день, были те несколько минут, когда зазвали они моего Юру в кусты, предложили дружбу и в честь такого события - хлебнуть из бутылки. Юра постеснялся отказаться...

Вииить его? Проще простого. Но надо бы понять, как, почему? В доме для него - окрик наготове, а там, в "компашке" - он уже свой, его ждут, ему рады...

В школе? Да разве кому из иас, родителей, не известно, как подчас учителя готовы избавиться от "неблагополучных" ребят? Как они тоже с достаточной легкостью оскорбляют их, называя "свиньями", "наглецами", "подонками"... А парням уже по шестнадцать... Как сами курят в учительской, а парней, не стесняясь, обшаривают в уборной, ищут у них в карманах сигареты...

Вот она, правда без прикрас: "казенному", начальственному отношению учителей к ребятам те противопоставляют свое желание поскорее вырваться "на волю", сыскать уличную компанию, где ты равноправен.

Другое дело, что такие компании способны "засосать" в пьянство. Но первое желание наших детей, у которых к тому же нет отрады дома, - примкнуть к себе подобным, там, где тебя будут встречать с приветом.

Ну а если "компашка" и впрямь "бутылочная", не жди мать покоя...

Скажете, почему я все "мать" и "мать", словно бы, кроме нее, никто не заинтересован был помочь Юре вырваться из порочного круга? Так ведь я ни разу в доме не видела ни одну школьную учительницу, которая захотела бы помочь, разобраться, как, что...

Когда Юру поставили на учет в детскую комнату милиции, раз пришли двое парней, спросили у него вполне миролюбиво: "Ну, ты больше не будешь пить"? Он ответил также небрежно: "Не буду". И те, успокоенные "проделанной воспитательной работой", ушли. Оказалось, это были приставленные к нему шефы...

Ой нет, с себя вины нисколько не снимаю. Моя вина идет-бредет со мной, лязгает тюремными замками, когда я в дозволенный срок приезжаю повидаться с сыном... Моя вина, моя беда без конца и краю...

Спросите: но неужто не встретилось вам за все это время, сколько вы мучаетесь с Юрой, ни одного административного человека, который бы понял вашу боль и захотел сделать все, чтоб помочь? Например, среди врачей...

Нет, дорогие, нет, родные, врачи, к которым водила Юру, принимали быстро, кое-как: "Сам хочешь лечиться? Ну, давай..." Только читала я, что есть где-то такие умные, добрые люди в белых халатах, наркологи, которые действительно лечат, хотят вылечить и с каждым человеком разговаривают с интересом, настраивают его. Но нам такие не попадались...

Вот уж кому хочу сказать огромное спасибо - это военкому. Пришла к нему и попросила забрать Юру в армию, когда в институте, как оказалось, он нашел "бутылочную" компанию, когда я, не веря глазам своим, прочла странный, пугающий приказ там, у дверей деканата: "За распитие спиртных напитков в аудитории студентам таким-то объявить выговор". То есть тут это было буднем... Лишь бы в аудитории только не пили.

Как выяснила, за год учебы из группы студентов в двадцать пять человек "спилось" десять...

Военком пошел мие навстречу, и два года мой сын служил, как надо, освобождаясь от дурной наклонности. И если бы не встреча с прежними дружками!

Дети, сыновья, задумайтесь, крепко задумайтесь, прежде чем пить из бутылки водку, вино! Что вам это даст? Куда, заведет? Вы, за которыми еще не лязгают тюремные двери...

Когда вы пьете, когда вы, забыв обо всем, "гуляете", вы убиваете... мать... Есть ли преступление жесточе?

Сын пишет: "Я исправился, мама, я все понял..." Но какой цеиой? И могу ли верить ему до конца. Не он ли сам столько уже раз убивал во мне эту веру? Люди добрые, отзовитесь!

М. АНДРЕЕВА

г. Куйбышев

Записала Лилия БЕЛЯЕВА

БРЫЗГИ ШАМПАНСКОГО, ИЛИ ПРИВЕТ ИЗ КРЫМА?

Так называлась корреспонденция, опубликованная во 2-м номере журнала за 1987 год. В ней шла речь о выпуске сувенира "Крымские вина", пропагандирующего не лучший художественный вкус и отнюдь не трезвый образ жизни.

Редакция получила ответ из Управления торговли Крымоблис-полкома. В ответе, подписанном и. о. начальника управления торговли П. Н. Герасимюком, сообщается, что сувенир "Крымские вина" по предложению крымской базы "Укроптгалантерея" снят с производства. Торговые организации в 1987 году отказались от его закупки.

Таким образом, в данном случае вопрос решила торговля. Это, думается, по-своему интересно, так как не везде торгующие организации, пусть и не сразу, предъявляют строгие требования к производственникам, будь то выпуск винно-водочных. изделий или сувениров, подобных тому, о котором шла речь. Но лучше позже, чем никогда!

I

... доблесть не в том,

чтобы доказать преимущества своей идеи, а в том, чтобы отказаться от своих заблуждений, позволить себя опровергнуть,

сдаться истине.

В девятом номере "Трезвости и культуры" за прошлый год появилась публикация, названная "На чьей стороне истина"? Тем самым было начато широкое обсуждение проблемы культурпитейства. Десятки писем пришли в редакцию. Мы искренне благодарны их авторам.

Письма пришли разные. Не было среди них только равнодушных. И оказалось, что заданный нами вопрос: "На чьей стороне истина" не совсем точен. Он абсолютизировал противостояние. Наделял одних правом владения истиной. Но истина не может быть собственностью. Зато она воспитывает каждого, кто придерживается реалистического взгляда на жизнь, способен к движению, к поиску, к диалогу с честным оппонентом.

. Стало быть, дискуссия... Но дискуссия на равных, без заведомого итога, которого стараются добиться искусственными путями и любыми средствами вплоть до обличения и изобличения противников.

В этой связи не случайно, наверное, что житель Евпатории Ю. Листопадов предположил, будто опубликование письма ордена борцов против трезвости "не более, чем журналистский трюк", необходимый повод для завязывания разговора.

Да, конечно, письмо - повод, правильнее толчок к постановке проблемы.

Но дискуссия нужна и тем, кто отстаивает идеи абсолютной трезвости, и тем, кто этой идеи не разделяет. В споре рождается именно истина, а не ее суррогат, преподносимый в безапелляционных статьях и выступлениях. В споре, в столкновении мнений, взаимно проверяющих друг друга, выдвигаются аргументы, при помощи которых люди, не согласные с истиной, получают возможность самим прикоснуться и убедиться в ней.

В конце концов истина всегда объективна и существует незави-

Д. Гранин. "Зубр?

симо от нас и вне нас. Здесь уместно сравнение с великими произведениями искусства, которые с определенного момента поднимаются выше мнений и суждений своих ценителей. Начинают жить вне суеты случайных мыслей. Истина сродни им. Ей принадлежит право выбора.

За кем первый ход!

Чего уж проще взять и заклеймить культурное питие, взять да и объявить крестовый поход против писателей и кинематографистов, художников и музыкантов, оправдывающих, канонизирующих бокал шампанского, рюмку водки, кружку пива... Сказать, что этого быть не должно, сделать ортодоксом, выдвинуть кондовые лозунги, снабдить ими тех, кто захочет стать ортодоксальнее тебя, потянется к ножницам и непроницаемо черной цензурной краске и, шипя от гнева, начнет вырезать страницы и кадры, замазывать части старинных полотен..."

Что и говорить, мрачная картина. Среди читателей, приславших свои отклики на публикацию девятого номера, нашелся анонимный столичный житель, который вспомнил печальной памяти имя Джироламо Савонаролы, бросавшего в огонь произведения искусства.

Не будем спорить с анонимным читателем. Дело не в том, что он неправ.

Перед нами явление. Сложное, требующее точного социально-психологического анализа. А нас пытаются втянуть в примитивный и не очень корректный спор, Далекий по своим задачам от предложенной дискуссии.

Почему? Потому что с явлением идет борьба. А борьба имеет свою внутреннюю логику, которая сама по себе в значительной мере

диалектична. Ибо мы боремся не против "культурпитейщика", а за "культурпитейщика", не обособляя его от общества убежденных трезвенников, не вешая на него ярлык "враг", а пытаясь завязать с ним диалог, в котором предстоит задать и ответить на многие и многие вопросы.

Тем более что раньше с пьянством боролся сам "культурпитей-щик". И боролся вполне искренне, убежденно, целенаправленно. Умеренность в питие считалась надежным заслоном алкоголизму и на первый взгляд казалась таким заслоном.

И вдруг (не вдруг, конечно, с трудом, со скрипом сквозь досужие разговоры, демагогию, инертность и еще сотню препятствий) пробила себе дорогу альтернатива "культурпитейству". Началась атака не только на последствия пьянства, но и на его причины.

И тут же наметилось размежевание армии культурпитейщи-ков. Часть из них примкнула к лагерю трезвости. Часть осталась на прежних позициях. Часть (тому пример орден "Вива Бахус!") принялась воинственно противопоставлять свои взгляды установкам на обеспечение трезвого образа жизни. Все это вполне естественно.

Важно, что сейчас совершенно четко выявлена роль культурпитейщика как объективного, независимого от благих намерений пособника пьянству. И люди, которые не сознавали этого раньше и не сумели сделать этого сейчас, оказались в шоке. Шок обусловил их попытки затеять обмен ударами по принципу: "А ты кто такой"? Впрочем, в таких попытках тоже есть своя логика: большинство нынешних приверженцев трезвости - бывшие культурпитейщики. Но превращение стало для них возможно благодаря Способности к самокритике, требующей мужества.

Я никогда не был пьяницей, - пишет москвич С. Потапов. - Любил веселые компании, загородные пикники. Опомнился тогда, когда почувствовал, что потерял неимоверно много времени. Друзья по институту ушли, как говорится, далеко вперед. А я свои дела откладывал на потом. И вот бросил, отказался от любого вида спиртного, от любого, даже мизерного его количества. Конечно, не так просто было строить свои взаимоотношения со многими людьми на новой основе. Но другого ничего не оставалось..."

В. Старчак из Винницы даже упрекает редакцию: "На мой взгляд, вы этих самых сторонников куль-турпитейства поставили в невыгодное положение, начав партию белыми и сделав первый ход".

Не в качестве оправдания, а ради простой объективности заметим, что "первый ход" как раз давным-давно сделал именно "культурпитейщик": ведь идея отрезвления общества с помощью воспитания культуры потребления вина пропагандировалась весьма широко, весьма аргументированно, ее поддерживали многие авторитеты, даже иные медики, даже наркологи (!).

Письма, пришедшие в редакцию в ответ на публикацию "На чьей стороне истина"", разделились так: на одно письмо в поддержку ордена "Вива Бахус!" приходится десяток, горячо его осуждающих. Казалось бы, можно сделать вывод о благополучии, о безоговорочном поражении "культурного" пития. Однако вот строки из одного "коллективного письма": "Прочитав письмо группы "Вива Бахус!", мы полностью поддерживаем ее смелые и справедливые цели. Уверены, что под таким письмом подписались бы миллионы людей. Только никто не хочет связываться".

Возможно: чересчур категорично, но... На многочисленных встречах сотрудников журнала с трудовыми коллективами довольно быстро выяснилось: все искренне и безусловно против алкоголизма, а вот с трезвостью дело обстоит совсем не так - многие считают, что выпить в праздники, после тяжелой смены и т. п. - отнюдь не значит быть пособником ненавистному пьянству.

А раз так, то нелегок будет путь к истине. Сложным будет ее постижение.

А что до борьбы, то нам бы хотелось, чтобы она не стала борьбой трезвенника с культурпитей-щиком. Уж если сражаться, то всем нам против великого социального зла.

Самые обычные люди

Если собрать воедино письма наших читателей, содержащие доказательства, которые обличают

культурпитейство", то получится самый настоящий приговор ордену "Вива Бахус!".

Но тут мы наталкиваемся на некое противоречие. Обвиняя явление, обвиняя порождающую его психологию и мораль, вправе ли мы отождествлять с ними их носителей? То есть конкретные человеческие личности"

Многие читатели не сомнг -жэт-ся в том, что можно. Более того, проникнувшись неизбежностью этого процесса, они пытаются найти социальные и нравственные причины "культурпитейства". Интересное письмо прислала из Казани С. Ильченко. "Вива Бахус!" вызвал у нее воспоминания о первых годах Советской власти, когда появлялись многочисленные союзы, общества, группы вроде "Долой стыд". Цена этим "объединениям" была грош. Просуществовали они считанные месяцы. По сути же своей представляли стихийный, истошный выверт не пришедшего в себя после социального взрыва обывателя.

А инженер П. Семенов из Москвы так прямо и пишет: "А ведь знакомые повадки у членов ордена. И слова знакомые. И манера чередовать глубокомысленные фразы с лозунгами... Перед нами обыватель!"

Существует опасность стремительно проскочить путь постижения истины, удовлетвориться готовыми выводами, сразу все расставить по своим местам. Ведь очень просто сказать: суть "культурпитейства" в той, доставшейся нам из давних времен идеологии.

Но ведь были и фронтовые сто граммов. Как их классифицировать? Или сделать вид, что их не было? Но если так, то надо забыть и неизбывность горя, и страшную боль, которые стихали после стакана с дешевой водкой. Надо забыть нашу собственную наивность, взращенную прекрасными книгами и замечательными кинофильмами. Наивность, о которой говорить с иронией - святотатство.

Будем откровенны: и с трезвостью дело обстоит далеко не однозначно. Люди приходят к ней разными путями. Часто далекими и непрямыми. Тем ценнее их опыт и убеждения. Но и фарисеев среди трезвенников хватает. И тех, кто хочет быть "ортодоксальнее ортодоксов", готовых ради идеи искоренить не только пьянство, но и всех тех, кто болен алкоголизмом... Не вредят ли такие делу

2 Трезвость и культура - 8

17

трезвости еще больше, чем пьяницы?

Так верно ли называть человека - носителя идеологии "куль-турпитейства" - обывателем? "Культурпитейщики" - самые обычные, работящие, добрые люди. Абсурдно обвинять их во всех смертных грехах. Нелепо противопоставлять их кому бы то ни было и что-либо противопоставлять им.

Золотая ли середина

Поймите меня правильно, - пишет 3. Огарков из села Богородское Амурской области. - Я - за трезвый образ жизни, но не надо крайностей. Лучше золотая середина".

Не будем спешить упрекать читателя Огаркова в беспринципности. Пока в обществе бытуют две противоположные точки зрения, всегда будет существовать соблазн примирить их.

Но главная особенность обсуждаемой проблемы состоит в том, что мы постоянно будем находиться в положении, когда третьего не дано. Нельзя алкоголизм и трезвость свести к общему знаменателю. Любопытное письмо, автор которого пожелал остаться неизвестным, пришло из Тюмени. В определенной степени оно представляется образчиком такого миротворчества:

Мы пьем умеренно... (насколько позволяет сложившаяся обстановка). Состав - нерядовые ИТР. Некоторые из нас состоят в ДОБТ, причем на командных должностях. Пьяниц среди нас нет. Мы придерживаемся правил: не можешь - не пей! В потреблении алкоголя мы находим удовольствие и возможность снять нервные нагрузки. На работе с подчиненными являемся образцом трезвости и порядка".

Где же истинное лицо человека? Или посчитать такое раздвоение несущественным, досадным пустяком, отнестись к нему снисходительно? Но с чего тогда начинается большая ложь?

. И ледяным ветром подуло со страниц анонимного письма из Тюмени... "Золотая середина" обернулась фальшью.

Рассуждения эти неизбежно приводят к мысли, что Общество борьбы за трезвость в настоящее время засорено людьми, вступившими в него из-за рабского своего поклонения административной конъюнктуре или попавшими в него в порядке "оргнабора", чтобы обеспечить радующую чиновников от движения массовость.

Та же ложь. Только более концентрированная, циничная.

Об этом с одинаковой страстностью пишут и сторонники "Вива Бахус!", и его противники.

Вот я бы и 10 рублей не пожалел, чтобы вступить в орден "Вива Бахус!", а отдать 1 рубль на взносы в общество борьбы за трезвость, в которое нас впихнули, мне просто жалко. Да, я противник этого общества из-за принципа его создания. Не обманывайте вы хоть себя, называя его добровольным. В. К. Т. Благовещенск".

С автором письма, конечно, можно спорить, но ведь и в искренности ему не откажешь. И боль чувствуется в его словах, неприятие всей этой мертвечины, что продолжает упорно лезть в наше общее дело.

Н. Озеров из поселка Мядель Минской области приводит в своем письме примечательный разговор одного из районных руководителей и представителя местной организации ДОБТ. Последний буквально требовал, чтобы руководитель вступил в общество, а тот резонно заметил, что местная организация ДОБТ создана добровольно-принудительно и что собрались в ней исключительно "культурпитейщики". Далее Н. Озеров пишет: "Любую чуть-чуть заметную точку мы стремимся превратить в галочку А формализм в борьбе за трезвость недопустим. Может быть, именно из-за него пока еще нет тех результатов, которых мы ожидали".

Полоса отчуждения

Есть письма, которые содержат обвинение в желании похерить... ну, хотя бы розовощекого, счастливого Рембрандта, поднявшего ввысь чашу с вином. Хотя бы пушкинское "поднимем бокалы, содвинем их разом". Хотя бы известнейшую сцену в бане из "Иронии судьбы? Эльдара Рязанова... (Именно такая последовательность содержится в письмах.)

Анонимные (увы!) студенты из Горловки Донецкой области пишут: "Допустим, что мы уберем из проката все фильмы, в которых на столе случайно промелькнет бутылка шампанского или фляга со спиртом. Чего мы лишимся? Замечательных работ мастеров советского экрана, прекрасных фильмов. А чего достигнем"?

Напомним, чем вызваны такие резкие суждения. Публикуя письмо ордена "Вива Бахус!", мы пришли к необходимости поставить вопрос об отношении деятелей нашей культуры к проблеме отрезвления общества, оздоровления человеческой души, о месте художника - в самом высоком смысле этого слова - в борьбе за трезвость. Так случилось, что в центре этой части дискуссии оказался Эльдар Александрович Рязанов - режиссер, драматург, поэт.

Надо сказать, что в редакцию пришло немало писем, авторы которых целиком и полностью встали на защиту его позиции, обозначившейся во время телепередачи "В кругу друзей? 22 марта 1986 года.

Конечно, были и другие письма. Приведем только одно из иих. Его автор А. Медведев из Арзамаса: "Тот факт, что после телепередачи воскресли духом рабы "зеленого змия", говорит о многом. Было бы очень здорово, если бы ВДОБТ смогло организовать телепередачу, где с одной стороны были бы представлены именитые, со степенями, званиями "теоретики" и "пропагандисты? "культурного пития", а с другой - те, кто следовал их призывам и жестоко заплатил за это, жены, потерявшие мужей, матери, лишившиеся детей, родственники тех, кто употреблял алкоголь в "лечебных" целях, для снятия стрессов, "расширения сосудов" и преждевременно расстался с жизнью. Вот была бы передача! Жаль, что это из области фантастики".

Не будем больше упоминать имя режиссера-мастера. И постараемся, чтобы никаких святотатств не произошло, чтобы все шедевры и нешедевры остались в сохранности.

Одновременно постараемся быть объективными.

Объективно же существует "ло-лоса отчуждения" между трезвенническим движением и большинством представителей творческих профессий. Объективно вбивается клин между трезвенническим дви

РЕПЛИКА

Как нам

оказали

честь

жением и творческой интеллигенцией. С превеликим трудом, усилиями слабеющих единиц создаются первичные организации ДОБТ в творческих союзах, объединениях литераторов, кинематографистов, живописцев, музыкантов. Непопулярны среди них идеи отрезвления общества. Читатель Д. Кайгородов пишет: "У нас в Нижнем Тагиле (втором по числу жителей городе Свердловской области) ни в одном из двадцати учреждений культуры до сих пор нет первичной организации ВДОБТ. Добровольцев бороться за трезвость среди мастеров культуры не видно".

Два года прошло со времени выхода в свет постановления ЦК КПСС "О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма", в котором с абсолютной ясностью перед всеми работниками культурного фронта лоставлена задача необыкновенной важности. Два года... И явственно ощущается намерение у части людей, от которых зависит решение этой задачи, забыть о ней, сделать вид, что ничего не было, что все вернулось на "круги своя".

Можно было бы крикнуть: кто не с нами, тот против нас! Но это легче всего. Расширить и без того немалую полосу отчуждения, честное слово, труда не составит. А вот сократить ее, перейти через нее...

Вопрос: как это сделать?

Но ведь мы договорились о диалоге, о том, что не будем искать истину во взаимных попреках, в обмене саркастическими репликами. Если уж и преодолевать полосу отчуждения, то с двух сторон. Значит, взаимный, именно взаимный духовный поиск, который должен быть основан на доверии, уважении, понимании, стремлении осознать точку зрения и убеждения противоположной стороны.

Брани, иронии, сарказма было много. Хватало и возмущения. Наслаивались обиды. И можно было подумать, что наше - наше (!) - общее дело пыталась делать всего лишь группа людей, не подпускавшая к нему тех, кто мыслил хотя бы чуть-чуть иначе. А ведь сегодня, как никогда, нужна открытость. Идея трезвости затрагивает практически все аспекты человеческого бытия, и прежде всего - нравственные, эстетические, этические.

Л. ШАРОВ

Уважаемая редакция! Хочу проконсультироваться всего по двум вопросам. Но сначала коротко о мотивах их возникновения.

Знаете, как трудно убедить каждого человека в необходимости полного отказа от спиртного! Председателем первичной организации ВДОБТ нашего цеха я избрана в январе 1986 года. За это время активистам первичной удалось сделать многое: в сознании наших рабочих хоть медленно, но все же крепнет протест против питейных традиций. Об этом говорит хотя бы такой факт: на одном из партийных собраний сорок рабочих нашего цеха подписали письмо в горисполком с просьбой не расширять продажу спиртного.

Вскоре председатель горисполкома В. И. Ефанов сам" посетил наш коллектив, чему все мы очень были рады. Думали, основательно поговорим о вреде пьянства. Но В. И. Ефанов попросил не писать больше в горисполком таких писем. На все вопросы он, мол, может и по телефону ответить.

Мы спросили его, почему в городе увеличили количество магазинов, торгующих спиртным? Ответ обескуражил: сделано это, дескать, для сокращения очередей. Мол, не может культурная женщина стоять за бутылкой шампанского в общей очереди с пьяницами. На вопрос из. зала, какова его личная позиция по отношению к алкоголю, В. Й. Ефанов ответил:

- В Новый год не возбраняется выпить бокал шампанского.

Так вот, вопрос первый: следовало ли В. И. Ефанову посещать коллектив нашего цеха?

До его визита тяжело нам было бороться за трезвость, после - стало еще тяжелее: культурпитейщики окрепли духом. Вся работа пошла насмарку.

Вопрос второй: разъясните, соответствует ли позиция В. И. Ефа-нова установкам партии и правительства, а если не соответствует, то какие строгие меры к нему можно применить?

Г. БОЛГОВА,

председатель бюро первичной организации ВДОБТ цеха ремонта металлургических печей Кузнецкого металлургического комбината им. В. И. Ленина г. Новокузнецк

От редакции. Уважаемая Галина Васильевна! В атмосфере перестройки мало хвалить ответственного работника только за то, что он вышел к народу обсудить важные проблемы. Нужно еще послушать, соответствуют ли его мысли духу перестройки. Товарищ Ефанов, как показывают факты, был не в духе, поэтому посещать коллектив вашего цеха ему не следовало. Его позиция противоречит призывам партии и правительства к полному отрезвлению нашей жизни. На вопрос, какие строгие меры к В. И. Ефанову можно применить, Вам ответят вышестоящие над председателем горисполкома инстанции, через журнал, разумеется.

УБЕРЕЧЬ ДЕТЕЙ ОТ АЛКОГОЛЯ ШШШШШШШШШШ^^ШШ/ШШ

СЕМЬ НЯНЕК

ТРЕЗВЕННИЧЕСКОГО

ДВИЖЕНИЯ

Редакция провела в г. Риге беседу закруглым столом", посвященную трезвенническому воспитанию подрастающего поколения. На обсуждение были вынесены следующие вопросы:

Каковы основные трудности трезвеннического воспитания, главные препятствия, стоящие на его пути"

С какого возраста должно начинаться трезвенническое воспитание, и кто должен его осуществлять?

Как должна строиться система трезвеннического воспитания и образования?

Должен ли учитель: а) быть трезвенником, б) состоять во ВДОБТ?

Как организовать воспитание воспитателя?

Основной принцип трезвеннического воспитания"..

В работе "круглого стола".приняли участие: Рунд X. В. - председатель Латвийского республиканского совета ДОБТ, член правления ЦС ВДОБТ, главный врач республиканской больницы им. П. Стра-дыня, Лаздиньш Г. М. - первый заместитель председателя Латвийского республиканского совета ДОБТ,

Маюров А. Н. - член научно-консультационного сове-га при ЦС ВДОБТ, Сурнов К. Г. - редактор отдела пропаганды и науки журнала "Трезвость и культура", Платкайс Г. Я. - директор Блиденской восьмилетней школы Салдусского района Латвийской ССР, Шми те С. Р. - учитель Ливенской средней школы Прейль-ского района Латвийской ССР, Боровская Е. Н. - учитель рижской средней школы - 30, Мусаилова Р. А. - организатор внеклассной и внешкольной работы рижской средней школы - 51, Красновидова С. С. - старший научный сотрудник НИИ общего образования взрослых АПН СССР (Ленинград), Краукле И. А. - доцент Латвийского государственного университета им. Стучки, Упмане 3. А. - старший научный сотрудник НИИ педагогики Министерства просвещения ЛССР, Герке Л. В. - младший научный сотрудник НИИ педагогики Министерства просвещения ЛССР, Рим-ша И. В. - врач республиканского наркологического диспансера ЛССР, Веиньш Э. А. - лектор ЦК ЛКСМ Латвии, член республиканского совета ДОБТ.

На утреннем и вечернем заседаниях председательствовал тов. Лаздиньш Г. М.

Г. М. Лаздиньш: Товарищи, по инициативе журнала и Латвийского республиканского совета ДОБТ мы собрались за "круглым столом", чтобы обсудить актуальные проблемы трезвеннического воспитания подрастающего поколения

В своем отношении к алкоголю, как и в других отношениях, дети должны быть умнее родителей: з этого нет прогресса. Новые, удущие поколения должны смотреть на бытовое потребление алкоголя с целью опьянения как на пройденный человечеством этап исторического развития. Это ясно,

это - в будущем. Что же ясно в настоящем? Ясно, что родитель, педагог, активист ВДОБТ - центральные фигуры в трезвенническом воспитании. Ясно также, что сегодня они со своей миссией явно не справляются.

В нашей республике 65 тысяч членов ДОБТ. Среди них 14,5 тысячи работников просвещения. Педагогов в обществе больше, чем представителей любой другой специальности. Однако мы пока не добились, чтобы большинство педагогов были активными помощниками ВДОБТ в деле трезвеннического воспитания.

К. Г. Сурнов: Мне кажется, что сегодняшние трудности трезвеннического воспитания подрастающего поколения могут быть правильно поняты только в контексте главных трудностей всего движения за трезвость.

Каковы они сейчас? Прежде всего, двойная мораль значительной части населения в отношении к алкоголю. Так сказать, "Долой проклятых пьяниц, да здравствует хорошее вино!"

Вторая трудность - это непонимание, даже й многими трезвенниками, того, что трезвенническое воспитание не должно, не может быть сведено только к воспитанию антиалкогольному. За пьянством подростков скрывается не столько недостаток знаний о вредных свойствах алкоголя, сколько нерешенность некоторых общих проблем воспитания.

А. Н. Маюров: На новом этапе борьбы с пьянством особенно остро ощущается отсутствие серьезного научного обеспечения трезвеннического движения. Фактически отсутствует целая наука - наука о трезвости, о здоровом образе жизни. Нет науки - нет и научно обоснованной системы, единой программы трезвеннического воспитания. Нужно ли говорить об отсутствии хороших учебников и руководств для педагогов" Все это необходимо энергично создавать, иначе мы еще очень долго будем копошиться на уровне в разной степени удачной самодеятельности и случайных находок. Идти путем проб и ошибок и нечаянного ненужного дублирования опыта соседа, живущего за рекой, - несовременно.

X. В. Рунд: Возможность энергично воздействовать на работу научно-методических центров, к которым, конечно, относятся и педвузы, кроется в повсеместном создании в них активных первичных организаций общества борьбы за трезвость. Входя в контакт и тесное взаимодействие с общественными и административными органами научных подразделений: институтов, академий, центров, первички могли бы обеспечить необходимое ускорение разработке Всесоюзной программы и единой системы трезвеннического воспитания, конечно, при условии, что вовлечение в общество не будет подменяться "добровольно-принудительным" записыванием в члены.

И. А. Краукле: Основная трудность трезвеннического воспитания сегодня как раз и состоит в том, что до сих пор подавляющее большинство воспитателей: родители, педагоги в детском саду, школьные учителя и преподаватели вузов не имеют личной убежденности в необходимости трезвого, образа жизни или наивно предполагают, что это понятие растяжимое. Перевоспитание воспитателей - это очень трудная задача. Однако мы с надеждой и уверенностью в успехе смотрим на новое поколение педагогов - сегодняшних первокурсников - и не сомневаемся, что они обязательно будут образованы и воспитаны в духе трезвости.

К. Г. Сурнов: А с какого возраста, по Вашему мнению, должно начинаться трезвенническое воспитание?

И. А. Краукле: Если понимать воспитание в широком смысле слова как полную совокупность целенаправленных воздействий на индивидуума, то я бы сказала, что оно должно начинаться с момента оплодотворения яйцеклетки:

очень важно, чтобы ребенок был зачат здоровыми родителями. В полтора-два года уже вполне возможно применение активных форм трезвеннического воспитания. Так что проблемы возраста нет. Есть актуальная и малоразра-ботанная проблема метода, формы воспитательного воздействия, точно соответствующего психоло-гопедагогическим особенностям каждого возраста.

Стихийное или полустихийное формирование позиции подрастающего поколения по отношению к алкоголизации приводит к тому, что 62,7 процента первокурсников Латвийского государственного университета одобрительно относится к выпивке. Заметьте, что практически все они - комсомольцы и в подавляющем большинстве - моложе 21 года. Специально проведенный опрос выявил также, что 36 процентов студентов первого курса дает неправильный ответ на вопрос: "Кого можно считать трезвенником" и не менее 30 процентов ошибается при ответе на каверзный вопрос: "В каких дозах алкоголь вреден"?

Огорчает и настораживает, что, оценивая значение учебных предметов, преподаваемых в средних школах, для антиалкогольного образования и воспитания, вчерашние школьники на первое место ставят естественнонаучные дисциплины: биологию, анатомию, химию, - а вот общественные науки: история и обществоведение - по значимости оказываются в конце списка.

К. Г. Сурнов: Говорят: у семи нянек дитя без глаза. Похоже, что проведенное вами исследование доказывает справедливость этой поговорки как минимум для 62,7 процента молодых людей, только что закончивших полную программу средней школы (если часть из оставшихся 37,3 процента не лукавит насчет своей полной трезвости, интуитивно угадывая, какие ответы являются социально желательными).

Родители, воспитатели детских садов, учителя, преподаватели вузов, пионерская организация и комсомол, многочисленные научные центры, призванные разрабатывать методики воспитания гармоничной личности, средства массовой информации, зрелищные и спортивные организации, наконец,

ВДОБТ, - не могут из-за разрозненности усилий и отсутствия единой научно обоснованной программы действий добиться решающего успеха в деле трезвеннического воспитания.

Вот и получается, что у семи, если не у семидесяти, нянек дитя без глаза, по крайней мере, без глаза, способного отличать коварство и безнравственность куль-турпитейства от идеала трезвости; имеющийся глаз в лучшем случае видит позицию трезвенника в аспекте, так сказать, "физиологической нравственности" (пить вредно для моей печени), но он не видит ее в аспекте гражданской, общественной нравственности: этому не учили. На чем же основывается Ваш оптимизм в отношении будущих поколений педагогов"

И. А. Краукле: В ближайшее время - на введении во всех вузах обязательного спецкурса.

X. В. Рунд: Как мог бы называться спецкурс, о котором Вы говорите, и кто будет его читать?

И. А. Краукле: Ну, скажем, "Социально-психологические и ги гиенические аспекты трезвого образа жизни". Читать его должны специально подготовленные лекторы, непременно - убежденные трезвенники, и лучше, если это будет один человек, а не меняющие друг друга каждую неделю специалисты, так сказать, по одному на каждый аспект проблемы.

У нас в университете подобный курс читается уже 5 лет, правда, короткий - всего 16-18 часов. В идеале он должен быть раза в четыре длиннее и заканчиваться обязательным зачетом, а лучше - экзаменом.

А. Н. Маюров: Положительный опыт чтения такого спецкурса есть и в Москве, к сожалению, тоже пока локальный: на философском факультете МГУ Н. И. Удовенко читает курс "Антиалкогольное воспитание как направление комплексного коммунистического воспитания". Хочу сказать, что серьезнейшим препятствием к введению антиалкогольных спецкурсов во всех вузах страны будет в ближайшее время острый дефицит корректных учебников и руководств соответствующего высшей школе уровня.

Е. Н. Боровская: Эта проблема очень актуальна и для средней школы. Хорошая антиалкогольная книга - редкость. Может быть, поэтому хорошая лекция для учеников - тоже редкость. Приходил к нам недавно лектор, - так из его лекции, кроме названий наркотиков мы ничего не узнали. Учитель же вести антиалкогольную пропаганду не готов, не обучен. Он на этом поприще становится в тупик перед элементарными задачами. Один из наших учеников сказал своему учителю: "А Вы сами пробовали наркотики" Как же Вы можете их ругать"? И, представьте, - педагог растерялся...

Я считаю, что в настоящих условиях обязательное антиалкогольное обучение вводить- в школах нецелесообразно: малоквалифицированная лекция "о вреде..." фактически приводит к обратному результату - привлекает внимание учеников к вредным привычкам, о которых они до этого, возможно, просто не знали.

Не думаю также, что сегодня каждый учитель должен записаться во ВДОБТ только потому, что он учитель. Пусть антиалкогольное обучение в школе будет факультативным. В нашей школе, например, оно проводится на базе отряда юных друзей милиции, недавно ребята поставили антиалкогольную пьесу. Я за то, чтобы проводить антиалкогольную работу только с теми, с кем нужно ее проводить. Ведь есть группы риска, есть "отпетые" нарушители и т. д. - к каждому нужен особый ход, а в рамках обязательной для всех программы его будет очень трудно осуществить.

X. В. Рунд: Исследования показывают, что всего 15 процентов старшеклассников еще не пробовали спиртного (между прочим, это отнюдь не означает, что они относятся к нему отрицательно). Если проводить воспитательную работу не со всеми, то кого же от нее освобождать? Неужели тех, кто "еще ничего не знает"? Ничегоне-знание - не самая сильная и не самая безопасная позиция в этом вопросе.

Я предложил бы сквозной курс гигиены во всех классах, дифференцированный по сложности в зависимости от возраста учащихся, но безусловно обязательный для всех.

Л. В. Герке: Очень важно, чтобы этот предмет охватывал широкий круг вопросов гигиены и психопрофилактики, не замыкался бы на сугубо антиалкогольном просвещении. Употребление алкоголя и других токсических веществ - это следствие душевного неблагополучия, психической напряженности. Я имею в виду, конечно, не психиатрические проблемы (это особая тема), а именно педагогические, находящиеся в компетенции педагога. Ребенок с ранних лет должен знать, и владеть альтернативными потреблению наркотиков способами решения жизненных проблем. И в этом ему на особом уроке, в сущности, - уроке трезвости в широком смысле этого слова - должен помочь его учитель.

С. С. Красновидова: Обучение педагога ведению антиалкогольной работы, трезвенническое до-воспитание самого педагога - актуальная задача дня. Как показывают результаты анкетирования, проведенного нашим НИИ общего образования взрослых в школьных педагогических коллективах, питейные традиции пока крепко удерживаются и в учительской среде. С бутылкой шампанского отмечаются начало и окончание учебного года, День учителя (!), дни рождения педагогов.

На вопрос анкеты: "Возможна ли лично для Вас абсолютная трезвость" - 90 процентов учителей ответило "да". Но радоваться преждевременно. Анализ ответов на другие вопросы убеждает нас, что во многих случаях это ничто иное как самообольщение. Например, на вопрос: "Как Вы относитесь к умеренному винопитию" - лишь от 20 до -40 процентов учителей в разных педколлективах ответило, что считает его недопустимым.

Остальные оставили для себя лазейку различной ширины и, если можно так выразиться, емкости: "не чаще, чем 2-3 раза в год",. "возможно - в праздники", "по торжественным случаям", "шампанское". Были, к сожалению, и такие ответы как "допускаю, можно", и даже - "иногда необходимо". Ответы: "я не пью никогда", "я принял (а) для себя сухой закон", - звучали редко (менее 10 процентов опрошенных).

С. Р. Шмите: Главная трудность и главная беда учителя на сегодняшний день - это не отсутствие образованности, а отсутствие убежденности. Когда мы водили своих учеников в специальный пансионат для детей алкоголиков, чтобы показать им ужасные последствия пьянства, многие учителя нашей школы были против. Они не понимали, зачем нужно это делать.

3. А. Упмане: Шоковая пропаганда, как и другие методы воспитательного воздействия, требует дифференцированных форм и вдобавок особой осторожности. Недавно моя маленькая внучка возвращается из школы, буквально дрожа от страха. Что такое? Оказывается, в школе показали пугающий фильм, посвященный дорожно-транспортным катастрофам. Конечно, нужно учить детей правилам дорожного движения. Но правильно ли показывать малышам фильм, рассчитанный на шоферов, да еще злоупотребляющий принципом устрашения?

То же можно сказать о вошедших в моду школьных экскурсиях в специальные пансионаты для детей, искалеченных пьянством родителей. Надо подумать и о несчастных детях, живущих в пансионатах. Как действуют на них постоянные массовые экскурсии" Ведь это же не зоосад, и они - тоже люди.

Надо активно использовать для воспитания хорошую детскую литературу, например, современные сказки, ярко и образно, в доступной детям форме говорящие о пьянстве и трезвости.

Г. Я. Платкайс: Я считаю, что каждый учитель должен знать и хотя бы один раз увидеть, как живется детям в детских домах и специальных интернатах: это сделает его непримиримым к любым проявлениям пьянства.

Очень важно, чтобы учитель умел правильно использовать свои антиалкогольные знания и трезвенническую убежденность на уроке, чтобы он знал, что думают его ученики об установлении в селе зоны трезвости. Нам сейчас нужен учитель широкого профиля, который мог бы вести кружковую работу на высоком уровне. Например, один- из учителей нашей восьмилетней школы в настоящее вре-ся заканчивает Академию художеств, - конечно, он с удовольствием и мастерски ведет кружок живописи и рисования.

У нас в школе на 122 ученика - два хора, два танцевальных коллектива, можно заниматься туризмом, бальными танцами, фотографией, краеведением, техническим моделированием. Постоянно сменяют друг друга различные выставки.

Мы считаем: мало занять детей, - пусть они видят, чем заняты в свободное время их родители. В нашей школе каждый вечер папы с мамами танцуют или поют. Так школа выступает против старых традиций и утверждает новые. Свет ее окон не гаснет до позднего вечера. Все учителя у нас - члены общества борьбы за трезвость. А как же иначе?

Р. А. Мусаипова: В обращении педагогов в трезвенническую веру, в повышении их образованности и методической подготовленности к ведению антиалкогольной работы важную роль играет позиция администрации, партийной и профсоюзной организаций школы. Если позиция общественных организаций правильная, - работа пойдет, и вопрос о профессиональной трезвости учителя и о вступлении во ВДОБТ будет решаться с надлежащей, оправданной скоростью: без заскоков и перегибов, но и без отступлений и пробуксовывания.

Мы убедились, что под руководством педагога" антиалкогольные проблемы очень важно и полезно обсуждать с детьми и родителями одновременно - вместе. Мы делаем так: снимаем кинотеатр и собираем в одном зале всех.

X. В. Рунд: А не пробовали вы как-то оценить, измерить социологическими методами эффективность своей работы по антиалкогольному воспитанию?

Р. А. Мусаилова: Недавно провели опрос учащихся-старшеклассников. Обобщенный результат очень интересен и заставляет задуматься: многие из них написали примерно следующее: наше поколение еще будет пить (инерция питейных традиций и предрассудков), но наши дети - не будут.

И. В. Римша: Трезвенническое воспитание нельзя оторвать, изолировать от морально-этического воспитания в целом.

Откуда берутся дети, ориентированные на опьянение? Одна из важнейших групп риска - слабоуспевающие ученики (причиной могут быть и последствия родовой травмы, и общая ослаблен-ность, болезненность, и неблагополучие семьи). В школе и дома такие дети слышат одни упреки, они находятся в состоянии почти постоянно дискомфорта, у них развивается комплекс неполноценности. В результате ребенок начинает стремиться уйти в опьянение.

Ограничительные меры сделали алкоголь практически недоступным для подростков - хорошо. Однако подростки, ориентированные на опьянение, находят более дешевые средства. В ход идет все вплоть до смертельно опасных веществ. Важный источник - родительская домашняя аптечка (родители, сделайте выводы!).

С 1980 года число выявленных случаев наркотического опьянения детей и подростков возросло в 28 раз. Мы предполагаем, что стоящие в республике на наркологическом учете подростки составляют примерно 10 процентов реального числа потребителей различных токсических веществ.

Пора налаживать систему учебы, дающую наркологические знания учителю. Начинать можно хотя бы с однодневного семинара под руководством опытных наркологов, и, конечно, учителю очень нужна хорошая литература для самообразования.

Г. М. Лаздиньш: Здесь мы опять возвращаемся к одному из самых важных вопросов, как информацию превратить в знание, а знание - в активную личную позицию. Ведь даже очень хорошая книга может мертвым грузом стоять на полке или лежать на столе, если мы не воспитаем у учителя потребности ее читать, извлекать из проблем общественной жизни личностный смысл, рабочий план завтрашнего дня. Проблему отрезвления нельзя рассматривать изолированно от глубинных социальных процессов, от комплексного решения общих проблем коммунистического воспитания. Образно говоря, перед нам!* сейчас стоит задача, подобная превращению скучного и механистичного урока физкультуры в урок Физической Культуры.

Э. А. Веиньш: Среди важнейших социальных причин, препятствовавших делу отрезвления, долгое время была двойная мораль, оторванность слов от дел. Одним из пережитков ее явилась безынициативность, заформализован-ность работы комсомола (а ведь именно комсомольцы составляют сегодня значительную часть и ученических, и педагогических коллективов).

Сейчас мы стараемся исправить положение. В ЦК ЛКСМ Латвии создана первичная организация ВДОБТ. Комсомол совместно с Обществом неплохо поработали для организации свободного времени молодежи: за последний год в республике открыто 20 молодежных безалкогольных кафе, накоплен большой опыт организации фестивалей, культурно-массовых мероприятий, молодежных праздников.

Считаю, что главный принцип трезвеннического воспитания для каждого комсомольца, для каждого родителя, для каждого педагога - личный пример.

К. Г. Сурнов: Главный принцип: любое дело, которым занимается воспитанник под руководством педагога, будь то урок, игра в футбол или задушевная беседа перед сном, должно "работать на" трезвенническое воспитание, быть его частью. При этом само слово "трезвость" надо стараться употреблять как можно реже: постоянный раздражитель перестает улавливаться.

А. Н. Маюров: Основными принципами трезвеннического воспитания и всей антиалкогольной политики считаю: партийность, научность, системность, дифферен-цированность, социальную активность, принцип ранней профилактики и личный пример.

X. В. Рунд: В основу работы" с подрастающим поколением должна быть поставлена активная, сознательная компетентная деятельность всех воспитателей, учителей и преподавателей, объединяющих их первичных организаций ВДОБТ.

Советам и первичным организациям общества борьбы за трезвость следует укреплять связь с администрацией и общественными организациями трудовых коллективов педагогических и научных учреждений, принимать участие в перспективном планировании их работы.

Штаб работы по трезвенническому воспитанию в каждом детском саду, школе, вузе - первичная организация ВДОБТ. Сейчас важно активизировать работу с молодежью на всех направлениях. Результат зависит от каждого из нас.

Как видно из отчета, в деле трезвеннического воспитания немало проблем. Редакция приглашает читателей принять участие в их обсуждении на страницах "Трезвости и культуры".

Как бы вы ответили на вопросы, поставленные перед участниками "круглого стола?!

В пятницу в райцентровском ресторане всегда многолюдно: торгуют в разлив бочковым пивом. По такому случаю тут толпится народ и местный, пришлый, и заезжий. Дымно, хмельно. Ни одного свободного стула. Но Князев уверенно продирается вглубь, знает - Иван Ефремыч уж там, ждет его.

Кашницкий устроен в укромном месте - стол, придвинутый к углу, отгорожен от общего зала тяжелым плюшевым занавесом. Туда кого зря не сажают. Приди Князев один, и близко не подпустили б. Ему здесь можно сидеть только с Кашницким.

Ну, жив-здоров" - Кашницкий чуть подается вперед, протягивает, не вставая, руку.

Князев молча жмет ее. Садится напротив.

Иван Кашницкий - мужик лет сорока пяти, тощий, жилистый, ироничный. Тимофей тоже сухопар, однако на полторы головы длиннее. И моложе лет на пятнадцать. Светловолосый, медлительный, угрюмый.

На столе к приходу Князева уже выставлена бутылка "Старорусской водки", легкая закуска.

Кашницкий полуоборачивается, выглядывает за занавес.

Раюш! - зовет официантку.

Пока ждут ростбифы, не пьют, переговариваются неторопливо.

Отмахал, говоришь, еще одну трудовую неделю" - спрашивает Кашницкий.

Князев кивает:

- Отмахал.

Вымпел никому не уступил?

Князев молча, выжидающе-вопросительно смотрит - ждет подвоха.

Вымпел ударника пятилетки.

Князев шевелит сухим плечом. Не отвечает.

Ну да, совсем позабыл: ты ж у нас ударник по другой части. Стакановец.

И Кашницкий один, без Князева, беззвучно хохочет.

Не обижайся, - говорит затем добродушно. - Валяю дурака. Ну а на самом деле что нового-хорошего?

Князев снова молча двигает плечом. Но по его чуть ожившему, угрюмо-бесхитростному лицу Кашницкий без труда угадывает - расскажет.

Князев и вправду после недолгого колебания спрашивает:

- Про крепление для решеток говорил тебе?

Ну.

Сладил. Вчера цельную комиссию главный технолог учинил. Выдюжила.

Ну и что?

Раньше все три операции делались поочередно на одной решетке, а теперь то ж самое сразу на двух.

Поздравляю! - Кашницкий поднимает ладонь - салютует. - Стопроцентный экономический эффект. Теперь за такую производственно-полезную ретивость приличные гонорары дают.

Дают, - соглашается Князев.

Тебе дали"

Нет покудова.

Что так?

Не оформлял.

Зря тянешь.

Не в том дело. Сомневался тот же главный технолог, а я вот сладил. Крепление получилось ловкое...

Это-то понятно, что ловкое. А все же напрасно тянешь.

Куда торопиться" - с легкой досадой говорит Князев. - Дают же, сам говоришь, ну и дадут, никуда не денутся.

Не скажи. Есть куда. Покуда неясно было, сомневались. Доказал - без лишних сомнений примажутся. Только развесь уши! Один примажется - пятидесяти процентов лишишься, двое - двух третей. Допер?

Князев насупливается. Не любит, когда рассказывает, чтобы постоянно встревали.

Ты погоди, Иван Ефремыч, - хочет договорить Князев. - Крепление получилось хитрое, навроде капкана. По такому ж принципу...

А может, тебя на ура-патриотический поступок повело" - перебивает опять Кашницкий. - Скажем, решил пожертвовать весь экономический эффект от своей рационализации в Фонд мира? А? Уж признавайся. Я корешую с одним местным щелкопером. Распишем.

У Князева линяет, становится вновь замкнутым и хмурым лицо. Косится тоскливо на маняще-узкую бутылочную горловину.

* * *

Пьют они неравно. Князев, припав омертвевшими губами к прохладной выпуклости стекла, не отрывается, покамест не иссякает обжигающий душу ток. А Кашницкий после одного-двух неглубоких глотков ставит фужер на место. И больше он свой фужер не доливает.

А пьют они неравно оттого, что несхожа нужда, сводящая их еженедельно за одним и тем же застольем.

* *

У Князева в пятницу уже с утра каждая клеточка мослатого мускулистого тела начинала томиться. Чуть приметно подрагивали цепкие, жесткие пальцы. Часто поглядывал на часы - торопил время... И не надо ему было хитроумных капкано-держателей, не надо синего неба, ребячьего гомона, упруго-податливой жениной груди - ничего на свете не надо, кроме медленно разгорающегося изнутри, изутробно вяжуще-хмельного дурмана.

После заводской смены Князев каждый вечер запирался в заброшенном, оставшемся еще от крестьянской поры овине. Там у него громоздился верстак, был настольный универсальный станок, слесарный и плотничий инструмент. И пил он на деньги, добытые лишь левой работой.

В последнее время меж ним и Мариной - женой - других разговоров, кроме о том, что пьет да подпольни-чает, не происходило. Марина и уговаривала, и милицией стращала - не помогало. Но заявить, что под-польничает, все ж не решалась. А вдруг на самом деле посадят"..

Жили семейно и как бы врозь. Никуда не ходили вместе. Сыновей-близнецов Князев почти что и не видел, разве что спящих.

* * *

Кашницкий, как и Князев, тоже родился в этом селе. И жил здесь, покуда учился в школе. Уехал в город поступать в институт. Окончил. Работал на часовом заводе инженером, начальником цеха... Он погорел на махинациях с золотыми корпусами. Четыре года сидел. В пенаты, понятно, вернулся не по доброй охоте: после окончания срока запретили ему жить в столице.

А с Князевым у него вышло так. Как-то, с год-полтора назад, попросил Кашницкий уважить его пососедски: сделать часовую цанговую отвертку. Дал заводской образец.

За мной, - пообещал, - не заржавеет.

В точности воспроизведя оригинал, Князев с какой-то диковинной сноровкой исхитрился наложить вдоль вертикально насеченного бронзового корпуса агатово-черные пластмассовые линии. И такую же, пластмассовую, приладил пластинку на граненую шляпку для пальцевого упора.

С лупой, что ли, работал" - восхищенно сказал Кашницкий.

Новую отвертку обмыли в ресторане.

А через несколько дней Кашницкий осторожно поинтересовался: нельзя, мол, еще такую ж сообразить? А ту, пожаловался, друг-приятель едва ль не силой отнял. - Сунул вот червонец. Передай, говорит, мастеру...

А?

Князев не взял той десятки.

Да ты что... - сказал смущенно. - Я ведь так, по-гсоседски.

А что же мне с ней делать" - озадачился Кашницкий. - Обратно нести" Человека обидеть".. Давай-ка, Князев Тимофей, вот что предпримем: пропьем ее к черту! А?

Вот так у них потихоньку и пошло.

Но станок свой Кашницкий дал Князеву не сразу. Он принес его в овин после того, как понял; водкой Князев не забавляется. Для него она - болезненная, почти уже наркоманная страсть...

Теперь Кашницкий приходил каждую пятницу в ресторан за тем, чтобы получить у Князева шесть готовых отверток - недельную норму.

И шли они по-прежнему по червонцу за штуку.

* *

Деловой разговор Кашницкий начинает после второго фужера.

Как "Хонда"? Вертится?

Князев молча достает из бокового кармана пиджака темный вощаной пакетик.

Обычно Кашницкий тут же перекладывал его в свой карман. Но сейчас делает по-иному: держит в ладони, как будто прикидывает - сколько весит? И кладет обратно на стол.

Кашницкий не раз, бывало, и раньше потрунивал: "За такую, Князев Тимофей, производительность - шесть отверток в неделю - тебе свободно можно шить научно-техническую контрреволюцию". Князев отмалчивался, и разговора на эту тему не выходило. Но сегодня, после капкана-держателя, Кашницкий решает: так просто не отступится.

Вот ты рассказывал про решетки, - с укоряющей улыбкой говорит Кашницкий. - Ну а в этом направлении. - он изгибает прямоугольником ладонь, касается пальцами пакетика, - в этом направлении тебе не хочется шевельнуть извилиной?

Тут нельзя равнять, - говорит Князев. Кашницкий иронически поднимает бровь:

- Какое уж там равнение. Одно дело порадеть для родимого предприятия и другое - для собственного живота.

Не в том дело, - говорит Князев.

А в чем? Князев не отвечает.

В твоем распоряжении мировой, экстраклассный станок, а ты колупаешься, как средневековый кустарь-подмастерье... Между прочим, знаешь, что еще кроме настольных универсалов выпускает японская фирма "Хонда"? А?

"Хонда" это, верно, неплохая машина. Но токо здесь и на ней не шибко разгонишься, - произносит Князев.

А на чем разгонишься? На ДИПе?

Не в том дело... "Хонда" мне что дает? Насечку на бронзовой трубе. Выточку цангового колпачка. Нарезку резьбы. Вот все. А больше всего времени уходит на что? На ту ж самую, как ты ее называешь, инкрустацию. А она на руках делается. С лупой.

А этот кумполообразный предмет для чего" - Кашницкий легонько щелкает себя по виску. - Мозгуй. Держи до конца марку новатора... А у "Хонды", брось заливать, у "Хонды" возможности безграничны. Сумей извлечь.

Не знаю, - ведет Князев плечом. Кашницкий удрученно вздыхает:

- Благодари, Князев Тимофей, случай, что средство производства в нашем альянсе принадлежат простому и сознательному советскому человеку.

А если б принадлежало несознательному" - тихо спрашивает Князев.

А несознательный не стал бы строить с тобой отношения на принципах первобытного коммунизма: добыли кость - поделили поровну.

Ты рази так строишь?

А как, по-твоему?

По-другому.

Как же? Князев не отвечает.

Чего молчишь?

И опять не отвечает Князев.

Кашницкий ставит ребро ладони на край стола:

- Не темни. Не люблю.

Князев ведет плечом. Отворачивается. И Кашницкий

понимает: никакого больше разговора у них сегодня не выйдет.

В следующую пятницу Кашницкий при встрече как-то странно-настороженно и подозрительно глядит на Князева. Будто с трудом узнает его. "Боится отвертки, что ли, не принес" - думает Князев. И ту же, чуть суетясь, достает вощаной пакетик. Кладет рядом с Каш-ницким на край стола.

Кашницкий насмешливо спрашивает:

- Никак торопишься куда?

Успел, - поеживается Князев.

Вот и убери до времени. Пьют. Долго сидят молча. Курят.

Так, может, все же скажешь, Князев Тимофей, как строятся с тобой наши деловые взаимоотношения" - спрашивает Кашницкий.

Про что ты?

Не придуряйся... Памятный был разговорчик в давешнюю пятницу... Я говорил, что строятся наши с тобой деловые отношения на принципах первобытного коммунизма: добыли кость - поделили поровну. А ты утверждал: по-другому. Вот мне ужасно и любопытно - как это по-дру-го-му?

К чему этот разговор" - Князев тоскливо ведет плечом.

А в разговорах люди познают друг друга. Не хуже иной раз, чем в деле. Не догадывался".. Так как я строю?

Разговор этот ни к чему путному не приведет, - угрюмо замечает Князев.

Что так?

Невыгодный для тебя.

Ничего, переживу как-нибудь. Перебьюсь. Так как все же?

Князев нехотя, не глядя в лицо Кашницкому и как бы с виноватой улыбкой говорит:

- По-капиталистическому, Иван Ефремыч, строишь ты со мной свои отношения.

Кашницкий долго и сосредоточенно молчит. Затем говорит с жесткой насмешливостью:

- Подобное заявление, Князев Тимофей, нужно уметь обосновать научно. По-марксистски. Товарное производство. Прибавочная стоимость... Знаешь, что это за фрукты и с чем их кушают?

Знаю.

Ты?!

Кашницкий глядит на Князева почти ласково, со снисходительно-добрым презрением. Князева это обижает.

Я знаю, - говорит он сердясь, - про прибавочную стоимость, что получается от товарного производства отверток... Про ту самую, какую кажную пятницу кладешь ты в свой карман.

Даже вот как, - после длинной, напряженной паузы произносит Кашницкий с печалью. - Даже так... Ну-ну... А где ж все-таки доказательства?

Какие доказательства?

Вещественно-существенные. Князев не отвечает.

Доказывай, - сухо повторяет Кашницкий. Князев долго и сумрачно молчит. Курит.

На заводе я зарабатываю в среднем двести пятьдесят рублей, - говорит он затем медленно и глухо. - Чуть поболее десятки за восемь часов. За один час выходит рупь с мелочью. На шесть отверток с понедельника по пятницу трачу часов пятнадцать. Значит, на заводе заработал бы за это время около двадцатки. А в ресторане оставляем скоко? Тридцатку. Да еще десятка. Сорок. А всего бывает шестьдесят.

Та-ак... Ну а что ты знаешь про постоянный и переменный капитал" - спрашивает Кашницкий.

С постоянным ясно же - твой станок. А переменный... Ты про пластмассу, что ли" Так пластмасса, какую ты мне даешь, выравнивается моей бронзой и стальной проволокой. И то, и другое, знаешь не хуже моего, из бросового материала. Из лома.

Все просчитал? Ничего не упустил" - с иронично-грустной усмешкой спрашивает Кашницкий.

Просчитал... Чтоб не казалось тебе - обсчитываешься.

Они глядят пристально один на другого. И молчат. Долго.

А ты, оказывается, Князев Тимофей, не так безобиден, как можешь прикинуться, - нарушает Кашницкий тягостное молчание. - За простака хляешь?

Князев ничего не отвечает.

Про прибавочную стоимость - это у тебя откуда" - спрашивает Кашницкий.

Да все оттуда ж, - хмуро отвечает Князев. И отворачивается.

Кашницкий начинает наливать третий фужер. Он не убирает горло бутылки до тех пор, покуда не проливается на скатерку.

Князеву неудобно брать и нести фужер - водка расплескивается, течет по пальцам.

Кашницкий с брезгливо-мстительной усмешкой наблюдает его неловкость.

*

По дороге домой Кашницкий сует Князеву в верхний карман пиджака не червонец, как обычно, а три пятерки. Мефистофельски улыбается.

Когда нецелесообразно подавлять выступление трудящегося грубой силой, частный предприниматель идет на некоторую уступку.

*

Но в следующую после этой пятницу все у них, однако, начинается и идет, как и всегда. Будто и не было перед тем двух тяжелых разговоров. Кашницкий хлебо-сольничает, балагурит. Спрашивает про капкан-держатель. Без издевки спрашивает - серьезно. И вощаной пакетик принимает.

Но затем вдруг говорит:

- Так, может, все же припомнишь, Князев Тимофей, каким ветром в твой овин занесло ее? А? Расколешься, может?

Кого занесло" - не понимает Князев.

Прибавочную стоимость.

Каким ветром".. Прочел... Каким же еще?

Понятно, что не сам открыл. Когда прочел? Зачем?

А про нее в ПТУ будущим рабочим объясняют. По обществоведению. Чтоб грамотными были.

И с тех пор помнишь? Сколько ж это лет прошло? Пять? Десять?

Восемь.

И помнишь?

Помню, а что?

Да так, ничего. Любопытно. Не все вот только понятно. Опять темнишь чего-то.

Князев сумрачно улыбается.

Ну если хошь, чтоб просветлело, в кружке еще изучал.

В каком кружке?

Заводском. Кружок основ экономических знаний.

А ты туда как попал?

Обыкновенно, как. У нас весь цех по звеньям расписан: начальному, среднему и высшему.

Политэкономическая учеба, что ли" Князев кивает.

Очень даже любопытно, - задумчиво говорит Кашницкий.

Кашницкий наливает Князеву второй фужер. Пьют. Князев не спеша доедает остывшую свинину с- рисом.

Ив каком ты звене" - спрашивает Кашницкий.

Среднем.

Среднем... - повторяет Кашницкий. - Н-нда... Ну и как рабочий класс учится? Охотно?

По-всякому.

По-всякому, - усмехается Кашницкий. - Это когда-то, Князев Тимофей, на заре века, рабочие самостоятельно, в нелегальных кружках постигали политические теории. В надежде на светлое будущее. А теперь что-то нет особых охотников.

А ты почем знаешь?

Ты же сам сказал: расписаны.

А что в начале века все рабочие так прямо валом и валили в те кружки" Никого не агитировали" Люди спокон веку в чем-то агитируют одни других.

Агитировать и расписывать - не ловишь разницы? Князев закуривает.

А насчет того, почему до сих пор у нас не научились делать такие станки, какой стоит у тебя в овине, -спрашивает Кашницкий, - тебе в твоем кружке не объяснили"

К чему ты7

- Любопытно.

Князев не отвечает. Украдкой глядит на свой фужер, и у него рефлекторно качается на худой шее крупный остроуглый кадык. Но Кашницкий предостерегающе приподнимает над столешницей ладонь. Следующий фужер (дело проверенное) переведет Князева в иное состояние - угрюмой отрешенности.

А я скажу тебе, почему у нас нет таких станков, какой стоит у тебя в овине. Потому что, - Кашницкий понижает голос до шепота. - Потому что социалистический способ ведения хозяйства не может соперничать с капиталистическим. Кишка тонка!

Это отчего же не может? Оттого, что такие станки не делаем" - спрашивает Князев.

Понял наконец-то? Допер?

Станок твой еще не доказатель, - не соглашается Князев.

А что "доказатель"?

Князев молчит. Хмурит высокий лоб.

Ну, философ, роди.

Космос, - говорит Князев.

Старо.

Американцам, может, пока кой в чем и уступим, - тихо и раздумчиво, будто для самого себя, произносит Князев. - И не зазорно, по-моему. Нет... Америке той за полтораста годов.и сотой доли не привелось пережить того, что Советской России за каких-то двадцать пять - тридцать...

Общеизвестная, Князев Тимофей, истина. А такую пословицу, Князев Тимофей, ты не слыхал: "Умей быть умней"? Сумей дело поставить так, чтоб вместо бомб золотишко за шиворот сыпалось. Еще, Князев Тимофей, не один десяток раз пройдет по тридцать лет, а мы все будем, задрав штаны, бежать за ними вдогонку.

Брехня.

Сказать брехня - много ума не надо... Соединенные Штаты, Князев Тимофей, именно потому обошли всех и вырвались в мировые лидеры, что свободное частное предпринимательство у них Доведено до высшего порядка. До ажура доведено. А это главный рычаг прогресса. Выигрывают сильные, энергичные, смелые. А дураки, слабаки и лодыри - эти прозябают... Закономерно. Диалектика... Кстати, все наши лучшие хозяйственники, на которых навешивают ордена и звезды, все они, между прочим, стремятся вкалывать с американской хваткой и деловитостью. Не за тем ли вашего главного технолога туда подзабросили аж на целых два года? А?

Ну правильно. Хватка у нашего путного хозяйственника не хуже американской. Но токо пользуется он ею не для того, чтоб набивать свою мошну мильёнами. - Князев, подражая Кашницкому, тоже кривит губы. - Потому и догоняем.

Догоняем".. А про такое вот простейшее арифметическое соотношение - пятьдесят семь к ста - ты что-нибудь знаешь? Слыхал" - вкрадчиво спрашивает Кашницкий.

Пятьдесят семь к ста?

Вот именно.

Не слыхал. А что?

А то, - лицо у Кашницкого делается вдруг азартным и резким. - А это. то, что производительность труда у нас на сегодняшний день составляет пятьдесят семь процентов относительно производительности труда США. Понял? Допер?

Князев медленно, в сомненье, ведет плечом. - Чего ты заерзал" - деланно удивляется Кашницкий. - Не хочешь верить? Напрасно. Официальные и вполне открытые сведения ЦСУ СССР.

Кашницкий прищуренно и остро глядит Князеву в лицо. Барабанит по столу прямыми, несогнутыми пальцами.

Отводит взгляд.

Князева выматывает этот долгий и напряженный разговор, и он хочет одного - выпить. Но он ни раньше, ни тем более теперь не осмеливается хозяйничать за столом. И терпеливо ждет.

А у Кашницкого возникает ощущение схожее с тем, какое доводилось ему испытывать после крупного картежного проигрыша, когда ясно - уже не отыграться.

Кашницкий тянется к бутылке. Медленно, в раздумье берет ее, целит узким стеклянным горлом в князев-ский фужер. И свой тоже наливает до краев.

* * *

Это был третий выпитый Князевым двухсотграммовый фужер водки... Высокий шишковатый лоб завлажнел холодной испариной. Начало сереть лицо. Белесый взгляд заволокло мутью. Отвисла нижняя губа, глаза под набрякшими веками повело вкось. Подпер отяжелевшую голову торцом кулака. Нахохлился. Замер.

А Кашницкому после выпитого фужера не стало легче. По-прежнему в душу лезла муторная, неясная унылость и желчь. Немало на своем веку повстречал он людей, с которыми мог позволить себе такую вот откровенность. Это были разные люди. Это и презрительно настроенные, тонкого, тренированного ума интеллигенты (правда, большей частью, понимал Кашницкий, отягощенные переоценкой собственных способностей), это и юркие дельцы и перекупщики, это и воры, это и жалкие алкаши...

Черт с ними, кто б они ни были, но с ними бывало хорошо: сладостно-хмельные часы душевной раскрепощенности, тайного злословья и единомыслия. По расчету Кашницкого, Князев тоже мог, должен был числиться по такому ж самому реестру. А тут вот она - выперла глухая стенка. Стучи, не стучи - отзвука не дождешься...

Только все, что он тут мне наплел, - подумал Кашницкий, - не от души - от шкуры... Ханжа. Дешевка!"

И задушив в голосе злую досаду, Кашницкий говорит с веселым озорством:

- Нет, серьезно, Князев Тимофей, поделись опытом. Как тебе, так крепко подкованному на все четыре копыта фраеру, удается совмещать дела и убеждения, каковы по законам политической экономии сосуществуют лишь с помощью оружия?

Чего7 - Князев с трудом отдирает подбородок от сплющенного кулака, глядит на Кашницкого просветленным, жутковато-трезвым взглядом.

Поделись, говорю, опытом.

Я... как всякий пролетарий... живу... и пью... своим трудом... На чужое не зарюсь, - медленно произносит Князев. И у него снова начинает тускнеть лицо.

Ну, хватит! - бешено думает Кашницкий. - Надо волочь его в стойло".

А на следующую пятницу Князев не застал за ресторанным столом Кашницкого. Стол был голым. Жухлая, застиранная скатерка да посредине графин с затхлой водой.

Князев сиротливо-тоскующим взглядом обвел закуток. Присел. Подошла, пружиня крутыми бедрами, Раюша.

Чего один-то?

Не пришел вот Иван Ефремыч... Не знаю... - растерянно, все более угрюмясь лицом, проговорил Князев.

Поругались никак? Примечала, последнее время все спорили... Нашел с кем спорить, умник!

Князев повел плечом. Поднялся. Посторонил плюшевый занавес.

Погоди. Куда пошел-то" - с грубоватым участием остановила официантка. - Садись. Обслужу уж. Деньги-то у тя есть?

Князев ничего ей не ответил. Повернулся спиной. Вышел. В сельпо выстоял очередь, купил две бутылки "Старорусской водки". И устало побрел домой.

* * *

В воскресенье Марина возвращалась с детьми домой часам к пяти вечера - чтоб не видать его пьяным.

В запойные дни Тимофей стлал себе на старом топчане в боковой комнатушке. Близнята, придя домой, ровно сговаривались: первым делом туда - глядеть. Стояли тихо, сторожко, поближе к дверям, чтобы, чуть что (всхрапнет или откинет во сне руку), юркнуть в приоткрытую дверь.

Тимофей спал, укрывшись выношенным овчинным тулупом, у изголовья топчана стояла облупленная книжная этажерка о трех полках. На верхней - газеты, на средней - книги, на нижней - бутыль со стаканом. Двойнята опасливо разглядывали большую взлохмаченную русую голову, широкий нос, бледные щеки, поросшие светлой колкой щетиной.

Марина, застав детей у Тимофея, не сердилась, не выговаривала, на распросы всегда отвечала одно и то ж:

Болеет.

В то воскресенье Марина с детьми пришла домой рано - вконец изругалась с родителями. Из-за Тимофея.

Они сидели втроем в большой столовой комнате: отец, мать, Марина. Отец говорил плотным, низким баском:

- Я тебя предупреждал, Марина: я этим делом заниматься не буду.

Борис Кондратьевич знал о тайном промысле Князева, - о его связи с Кашницким. Понимал - дело уголовное. Раскроется, от такого пятна за всю свою жизнь не ототрешься: родственники...

Я своего авторитета, Марина, достиг честным трудом, мне бояться за него нечего. Дело совсем в другом, - Борис Кондратьевич положил очки на журнальный столик. - Дело в бесполезности того, о чем ты просишь... Пошла, видишь ли, мода нынче: психотерапевтические профилактории, наркологические диспансеры и прочее. Полгода - год лечут их, нянчутся, ублажают за государственный счет... работают они там для видимости... А вернутся - опять за старое. Четверых завод направлял в позапрошлом году, один только такелажник Додо-нов держится. И то, говорят, втихомолку потягивает. Сочувствуем, благодушествуем, а они все более наглеют...

Неправда! - возразила Марина.

Пришлось сдавать назад. Но отступил Борис Кондратьевич лишь, затем, чтобы было больше простора для замаха. А затем и он ударил. Наотмашь.

Тимофей не просто пьяница. Это у него родовое, наследственное. Генезис. Дед его, Петр, не -мне тебе об этом докладывать, испился до того, что прямо в кружале за бутылкой и кончился. В том самом, к слову сказать, кружале, которое ныне переименовано в ресторан. Для вящей завлекательности, надо думать, переименовано... Ну, а сын Петра, Василь, отец твоего Тимофея, так тот еще дальше пошел по этой части. Знаменитейшим на весь район был забулдыгой. И хоть, как и положено алкоголику, в больнице помер, а все одно: другим концом да по тому ж самому месту.

Марина от обиды и изумления длинно и некрасиво, наподобие рассерженной гусыни, вытянула шею. К обиде за мужа и еще одна примешалась обида - за деда. В неброском Тимофеевом детстве дед, Петр Арсентье-вич, был ему, знала Марина, самым верным и близким другом. Столярных и жестяных дел мастер, непутевый и добрый человек, он, верно, едва ль не каждодневно бывал нетрезвым. Но никогда при том разума не терял, не сквернословил, не куражился. И в пьяном виде все что-то тесал да строгал, гремел жестью. Хорошо помнилось: в его клочковатой веселой пегой бороде и по грубо-тканному суровью передника всегда блестела жестяная и деревянная крошка. Молоток с резцом держать в руках он, дед, обучил Тимофея. И именно он, Петр Арсентьевич, первым приютил их обездоленную любовь - поселил в своей обветшалой, бобылевской избе-халупе...

Что ж, выходит, - спросила Марина севшим голосом, - если родители пили, так нет человеку спасенья?

Человек, Марина, должен волю иметь, - сказал Борис Кондратьевич. - Животными инстинкты управляют, а людьми - разум и воля.

Ты не серчай. Маринка, на нас попусту, - сказала Екатерина Романовна примирительно. - Ни отец, ни я твоему горю не причина. Сама себе его выбрала, сама пошла за него, а советы наши, если припомнишь, тебе в обиду вставали. Отец верное слово говорит: сломал тебе Тимофей жизнь, не склеешь. Так хоть детей от него убереги.

Выходит, по-вашему, в шею гнать". - Марина судорожно улыбнулась. - Пусть пропадает?

Горбатого и могила не выправит, - по-прежнему ровно и твердо сказал Борис Кондратьевич.

Марина резко встала, шагнула к дверям.

Где пацаны?

Да ты погоди, - Екатерина Романовна пошла вслед ей крайне раздосадованная. - Куда ты их поведешь, некормленных"

Одевайтесь! - строго сказала Марина детям.

* * *

Князева разбудил резкий, дребезжащий звук - стучали чем-то металлически нетяжелым об стекло.

Насторожился. Марина? У Марины ключ. А хоть бы и оставила где, все одно не так бы стучала. И еще ему, конечно, подумалось: не Иван ли Ефремыч? Но Кашницкий в похмельные дни и до ссоры сюда не заходил...

А по стеклу по-прежнему настойчиво, пронзительно звякали. Понял: за окном не отступят. Поднялся.

Крепко спишь, - сказал Кашницкий. У него в пальцах, острием к ладони, была зажата цанговая часовая отвертка. Ею стучал.

Он озяб под окном. Лицо было сковано холодом и недовольством. В его наведенных в упор и остановившихся глазах Князев приметил тревогу.

Прошли из сеней в просторную комнату с широкой приземистой русской печью в углу. Кашницкий снял плащ, кожаную кепку. Присел.

С одной стороны, для него, Кашницкого, как бы выходило низко - идти к Князеву с покаянием. А с другой - он что, на самом деле пижон, слюнтяй интеллигентский, чтоб гробить живое дело".. Ну пусть не так громко, не дело - дельце. Игрушечное пусть, карликовое. И Кашницкий плюнул на все эти "фраерские" условности.

Удивляешься" - спросил.

Князев неопределенно пожал плечом.

Ну а зачем пришел, догадываешься?

Нет покуда, - ответил глухо. - За станком" Мириться пришел... Сильно обиделся? По натуре?

За что?

Как - за что? Спорили. Психовали... В пятницу, мне передали, искал меня. - Кашницкий глядел пытливо.

Князев промолчал.

Ладно, Тимофей. Поцапались - и завязали!... Главное - дело у нас с тобой шло. Дело оно, Князев Тимофей, как известно, очень недурно может идти и при несхожих или вовсе диаметральных надстроечных взглядах. А?

Кашницкий встал. Вынул из бокового кармана бутылку "Старорусской водки".

Это ты ни к чему, - угрюмо сказал Князев.

Значит, все же обижаешься, засмеялся Кашницкий.

Князев тоже поднялся и пошел к дверям. Вышел во двор. Вернулся. Вытащил из-под мышки недопитую бутылку "Старорусской", поставил рядом с той, что принес Кашницкий.

Сходил в сени. Достал из погребка соленых огурцов, капусты квашеной. Нарезал лежалого, с желтизной, сала. Нашел полбуханки зачерствевшего хлеба. Стоял, раздумывая, чего б еще такого выставить.

Но тут на крыльце затопало сразу несколько пар веселых ног, и Князев напрягся весь, замер в мучительно-счастливом страхе.

* * *

Близнята заробели в дверях: увидали неожиданное. Отец не на топчане под тяжелой овчиной с крепко зажмуренными глазами, а за столом.

Васятка, Павлик, - Позвал Князев. Вошла Марина.

И она, как и близнята, будто запнулась у порога. "Легонечек на поминах", - подумала о Кашницком. И какая-то не до конца осознанная, крамольная догадка горячо всплеснулась у нее в груди.

Богато, мужики, живете, - сказала, кивнув на бутылки. Перевела острый взгляд на Тимофея с детьми. - Пристроились" - И вдруг неожиданно для всех улыбнулась с запоздалой приветливостью.

Кашницкий сидел и не знал, на что решиться. Почувствовал в сегодняшней Марине какую-то неясную, затаенную опасность. И в то же время не хотел уронить себя - перед бабой "рвать когти". Остался.

А Князев полнился щемящей, хватающей за сердце жалостью.

Снова вошла Марина. Пригласила:

- Переходите, мужики, в горницу. - И добавила весело: - Гулять так гулять!

Подошла к столу, взяла бутылки за высокие тонкие горла. Понимающе ухмыльнулась тревожным мужичьим взглядом:

Цело будет ваше богатство. Тащите остальное! Критически затем оглядела стол, вздохнула: - г. Нет, это не еда. А мы не обедали, есть хотим. Хотим мы есть" - посмотрела на сыновей. Близнята согласно покивали.

Тогда, мужики, еще потерпите малость. У нас в холодильнике щи с утятиной стоят. Картошки отварю. И еще чего-нибудь придумаем... Оладьев испечь? Со сметанкой? Испеку!

За столом Кашницкий с чуть нарочитой и в то же время изысканной предупредительностью ухаживал за Мариной. Шутил. Проронил несколько выверенно-расхо-жих комплиментов. Дескать, очень сожалеет, что до сих пор видеться приходилось так редко и мимолетно. Попенял Князеву. Все, мол, это из-за кого? Из-за него все! Ревнивец! Отелло! Прячет жену. Но как только не стыдно прятать от верного друга-соседа такую приветную, очаровательную, фартовую женщину?!

А Князев отстраненно и грустно переживал нежданно-негаданно навалившееся на него счастье. Слабла тупая тяжесть в затылке, плече... И рядом, бок о бок, сидели его двойняшки и тут же напротив - Маринка.

Глаза их встретились.

У Князева дрогнуло сердце, а затем тяжело и редко забилось в груди.

Марина посмотрела на него тревожным и доверчивым взглядом. И значит, выходило: все еще верила в него - уже давно утратившего в себя веру.

* *

Выстраданной и трудной была эта любовь. В ее доме - враждебное отчуждение, в его - ералашная сутолока (больная мать, старшая безмужняя сестра с детьми, отец пьяница). Даже плохонькой свадьбы и той не было.

Ее родные все ждали-надеялись - перерешит. Дождались: не о фате - о распашонках впору было задуматься. Спохватились. Но теперь Марина уперлась - смешить людей, так чем другим...

На все шла Марина. На все, покуда верила. И до сих пор, выходит, верит.

* * *

-... Спасибо, Иван Ефремыч, - благодарила Марина (она была расчетливо-трезва). - Я согласная. Спасибо.

Кашницкий приглашал на следующие выходные к себе в гости. Нынешняя встреча, признает он, тоже, безусловно, хороша, но это все же импровизация... А он торжественно берет на себя соцобязательство - новую обставить шикарно, тонко и современно.

Угощу вас одним пикантным напиточком... А" Марина Борисовна?

Я согласная, - повторила Марина. - Токо и у меня просьба.

Все, что в моих физических и моральных силах, - улыбался Кашницкий.

Тут сил не много понадобится, - сказала Марина. - Короткую бумагу подписать.

Что за бумага?

Заявление.

Куда?

В милицию.

Та-а-ак, значит, чутье и на этот раз меня не обмануло, - трезвея, с горькой иронией подумал Кашницкий. - Эта кариатида будет сейчас шить мне дело о контрабанде".

Все еще улыбаясь, Кашницкий поймал крохотный, с мизинец, пупырчатый огурец. Надкусил с хрустом.

Хорош засол, - сказал, не чувствуя вкуса. Повернул наконец к Марине учтиво-холодное лицо.

Спросил:

- На кого заявление" - На Тимофея.

Вот как... - перевел прикованно-недоуменный взгляд с Марины на Князева,

Князев сидел с явно встревоженным лицом.

Предлагается постучать на Князева Тимофея? Так я понял".. Любопытно - о чем?

О том, что пьет.

За столом, где средь грубой закуски маячили водочные бутылки, Маринины слова можно было принять как шутку.

Кашницкий засмеялся глуховато.

Не шучу, Иван Ефремыч, - сдержанно сказала Марина.

Ну хорошо, не шутишь. А что делаешь? Ты же, Марина, образованный человек... Ты сколько лет уже сидишь за линотипом?

Как ПТУ кончила, так и сижу... С перерывом на декретный отпуск.

Так за это время ты же целую гору печатной премудрости отлила на своей машине. А?

Всякое отливалось...

А ты всерьез веришь в то, что пять - десять дней милицейской трудотерапии могут что-либо изменить для пьющего человека?

Я о другом хлопочу.

О чем же?

Чтоб в область послали. В лечебницу специальную.

Вон оно что-о... Ну а мое заявление тут при чем?

Нужно подтверждение соседей.

И ты посчитала, что для такого... сучьего дела я самый подходящий сосед" - напуская на себя обиду, спросил Кашницкий.

Пацаны все ж таки в доме, - напомнила Марина.

Пацаны, - согласился Кашницкий. - Извини...

Як тебе, Иван Ефремыч, к последнему обратилась, - сказала Марина. - Всех других соседей по нескольку уж раз обошла. Не пишут. Не видали, говорят, пьяным.

А я, по-твоему, лучше их должен видеть?

Ты лучше... Ты каждую пятницу приводишь его чуть теплого.

Установилась долгая, напряженная пауза, и стало слышно, как за стеной, в Тимофеевой боковушке, возятся близнята.

Такого заявления, Марина Борисовна, я, безусловно, дать тебе не смогу.

Отчего же" - спросила Марина.

Да как-то, понимаешь, сыздетства не приучен к иудиному ремеслу - друзей закладывать. И тебе не советую.

Ах ты, господи! - развела Марина руками. - Ровно сговорились все! Но не сажать же в тюрьму его собираются. Лечить!

А ты была в той лечебнице?

Не была покуда.

Так я тебя просвещу. Это та ж самая тюряга!... И еще мне любопытно: с ним ты советовалась" - Кашницкий навел на Князева нервно протянутую ребром ладонь. - Ты что. Князев Тимофей, тоже алкашом себя считаешь?

Князев не повернул к нему лица. И не ответил.

Разговор у нас получается долгим, а без пользы, - потвердевшим голосом проговорила Марина. - Тогда так. Вот тебе, Иван Ефремыч, мое условие: либо ты пишешь на Тимофея заявление, либо я пишу на тебя. Выбирай.

А что ты про меня знаешь" - с жесткой вкрадчивостью спросил Кашницкий.

Марина просунула руку под столетию и вытащила горсть часовых цанговых отверток.

За два почти года на твоем станке, что стоит у нас в овине, тайно слажено такого вот инструмента более пятисот штук. И продано... За такое-то рукомесло как раз очень даже просто и можно обратно угодить в самую настоящую тюрягу.

Демонстрируя безукоризненное самообладание, Кашницкий сказал:

- А ты уверена, Марина Борисовна, что тебе удастся доказать, что станок, стоящий в твоем овине, - мой? Я свои станки держу в своих овинах... Тут тебе свидетелей будет найти еще труднее.

Марина лукаво улыбнулась:

- Уж не собираешься ли ты, Иван Ефремыч, в таком случае подарить нам свой чужеземный станок".. Дари. Примем. Примем мы его расчудесный станочек, Тимофей?

Князев не ответил.

И Кашницкий понял: наступил, кажется, самый подходящий момент - другого такого уже сегодня не будет - попытаться состряпать приличествующую мину при гнусно складывающейся игре.

А что, - сказал он с тускловато-озорной усмешкой. - Могу и подарить... Чем я рискую".. В любое время обменяю на заявление.

Марина встала из-за стола, подошла к шкафу, нашла там и подала Кашницкому примятую тоненькую ученическую тетрадку и тридцати копеечную шариковую ручку.

Пишу, Князев Тимофей, - учти это! - с твоего молчаливого согласия, Кашницкий злорадно покосился на Князева.

Князев ничего ему не ответил...

Марина внимательно-медленно прочла написанное Кашницким заявление. Сказала негромко:

- Пойдем, Иван Ефремыч, заберешь свой станок.

*

На дворе было солнечно, ветрено и знобко.

Марина пошла к проему в невысокой дощатой изгороди. Старый овин стоял в конце огорода. До него от изгороди была протоптана по снегу косая узкая тропка.

Универсальный (токарно-сверлильно-фрезерный) станок японской фирмы "Хонда" невелик в длину - чуть более полуметра. И нетяжел весом - семнадцать с половиной килограммов.

Марина легко сняла его с деревянного верстака. Вынесла. Снова вернулась в овин. Вышла оттуда, держа в руках тяжелый и ржавый колун.

Вздрогнув, Кашницкий замедлил шаг. Его лицо сделалось решительно-хищным, опасным. Подался корпусом вперед. Но в последний перед рывком миг бросил летучий, боковой взгляд на идущего рядом Князева.

У Князева были холодные, стерегуще-грозящие глаза.

И Кашницкий остановился.

Марина медленно заносила над станком тупо-квадратный рыжий колун. Станок безмятежно лучился на солнце голубым лаком и зеркальным никелем.

Ударила.

Сквозь тяжкий металлический скрежет отчетливо проступил слабенький, сдавленный хряст.

Кашницкий первым сдвинулся с места.

Медленно, сутуля спину, пошел к калитке.

Князевы молча и понуро. стояли возле его станка. Глядели вслед.

Кашницкий ни разу не оглянулся.

Было тихо. И за калиткой еще долго слышались удаляющиеся, размеренные, тяжелые шаги.

Напитавшийся студеной влагой рыхлый, липучий снег источал, казалось Марине, какой-то нездешний аромат арбузной мякоти.

КТО ПЕРВЫЙ"..

".

Ж

КУБАНСКАЯ

ЛЮБИТЕЛЬСКАЯ ГОРЬКАЯ НАСТОЙКА

имам" Чв*

1

СИТУАЦИЯ

ПРИЧИНА,

ПО КОТОРОЙ НАЧАЛЬНИК ТАЕЖНОГО АЭРОПОРТА РЕКОМЕНДУЕТ НА СВОЮ ДОЛЖНОСТЬ КАНДИДАТА НАУК

Аэропорт Андрюшки но не отмечен на больших картах и мало кому известен. Он расположен в северной Енисейской тайге, местами уже повыщепленной лесорубами. Маленький, в мужскую ладонь, аэродром способен принимать только всепогодные Ан-2. Аэропорт связывает поселок местного леспромхоза со всем миром, другого пути нет.

Самолеты приземляются здесь три раза в неделю. Кургузые "аннушки" внезапно выныривают из-за сосновой куртины, прямо из-под солнЦа, и медленно, как поляртные гусаки, плюхаются в снег, скрываясь в белых снежных брызгах.

Здесь не объявляют посадок, пассажиров не сопровождают миловидные дежурные. И дежурным, и кассиром в Андрюшкино является начальник аэропорта Иван Марке-лович Сусликов.

Перед посадкой он выходит на крыльцо аэровокзала и кричит хрипло и кратко:

- Псыжиры, пшли в лайнер!... Три-четыре человека ныряют

в полумрак салона. "Аннушка" почти без разбежки уходит в небо. И опять над Андрюшкинским аэропортом воцаряется тишина.

Я был в Андрюшкино в конце марта. Температура держалась плюсовая, и площадка аэродрома начала "киснуть", проседать. Иван Сусликов вышел на летное поле, сапогом испытал крепость полосы. Сапог утонул в ноздреватом, влажном снегу. Сусликов отряхнул сапог, подумал и сказал:

- Нормально...

Увидев меня, Иван заулыбался:

- Слушай, ты, кажись, из газеты? Прошлый год к нам приземлялся.

Было дело...

Ну, пойдем ко мне в радиорубку, покурим...

В радиорубке было душно: топилась облупившаяся, давно небеленная печка, на плите кипел чайник, в простенке стояла койка, заправленная ватным одеялом. Матицы помещения угрожающе провисли. Я опасливо посмотрел на потолок. Перехватив мой взгляд, Сусликов весело засмеялся:

- Думаешь, упадет? Снегу за зиму полный чердак набилось.

Ну так скинь...

Надо бы, - неопределенно ответил Сусликов.

Он достал наполовину опустошенную бутылку водки:

- Выпьем для разговору...

Я не пью...

Больной али леченый?

И то, и другое, но больше из принципа...

Сусликов спрятал бутылку, закурил.

Правильно. Ее, подлюку, всю не выпьешь... Уничтожаем ее, как врага народа, а ряды ее на прилавках не редеют.

Иван налил чай в зеленые эмалированные кружки.

Дак вот, - продолжил он, - меня с работы сняли... Жду замены. Ты должен написать про меня в газету. Чтобы все читали и впитывали...

' - Не согласен с увольнением" - насторожился я.

Почему не согласен? Правильно сделали. Не соответствую я в текущий момент руководящей должности. Ведь я, практически, спился. Каждый день пьяный. А вот почему - в приказе на увольнение не говорится. А у меня, можно сказать, уважительная причина. Уважительная... - с растяжкой повторил Сусликов. - Пью от безделья. Я ведь был бригадиром лесосечной

бригады. Про меня в газетах писали, Выпивал и тогда, но в меру... По выходным да по праздникам. А здесь ежедневно выходной. Самолет встретил, проводил - и пей за милую душу. Сейчас развезет взлетную площадку, с полмесяца самолетов не будет. Пей, не хочу! Сам себе и начальник, и профком, и товарищеский суд. Так и напиши, что' начальник Андрюшкинского аэропорта против присылки сюда такого же, как я. Сусли кова. Оторвут человека от дела - пришлют руководить, как меня когда-то. Десятки переходили в этой должности. Всех снимали за пьянку. Здесь нужен человек весь занятый... Кандидат наук, например, или писатель...

Диспетчер из Енисейска вызвала Андрюшкино. Сусликов не спеша, с достоинством взял микрофон:

- Андрюшкино на связи... Прием...

Самолет 16-25 вышел к вам. Как взлетная полоса? Прием...

Нормальная... Прием... Голос у Сусликова хриплый от

табака и запоя. Он положил микрофон на место, повернулся ко мне.

А что? Я обдумал: кандидату тут раздолье, до член-корреспондента может дойти. Если писатель - сиди строчи романы. Лучше должности не придумаешь. Опять-таки о хлебе голова не болит. Деньги без задержки дают. Зарплата высокая, северная. Как шапкой с ветки сшибаешь. Устал от умственной нагрузки - на охоту можно сходить или на рыбалку. А для таких, как я, которые без интересов, эта должность пагубная...

Выпитый чай и жара разморили меня окончательно. Я вышел в зал ожидания, присел на свободное место и стал читать. Про крестьянскую жизнь, про, травы, покрытые жемчужной росой, про холодные закаты над спелыми полями, про хлеборобов, которые говорили очень правильные слова, до того правильные, что казались мне не людьми, а отшлифованными петлями гужей тележными оглоблями.

... Где-то далеко-далеко над тайгой послышался гул самолета. Из радиорубки вышел Иван Сусликов.

Заметно было, что для поддержки "привычного рабочего состояния" он приложился к бутылке.

Внимание, псыжиры, лайнер в воздухе... Сейчас приземлится. Взрывчатку и горюче-смазочные материалы на борт не брать. Обнаружу - конфискую.

Проверять багаж у Сусликова не было привычки. Он говорил это просто для порядка.

Я тебе серьезно, корреспондент, - подошел ко мне Сусликов. - Пропиши про меня... Пусть знают люди, почему иногда спиваются должностные лица. Сюда нужно, на худой конец, студента-заочника. Пропиши...

Вот я и "прописал". Почти слово в слово, как просил начальник таежного аэропорта, уволенный по служебному несоответствию, Иван Маркелович Сусликов...

г. Красноярск

В. ЗИКУНОВ,

наш корр.

Валерий РУБИН

ВСЕ ЭТО ЗНАКОМО НАИЗУСТЬ

РОЖЬ

Это мимо я пройти не мог... Это с детства самого знакомо: рожь дрожит, как рыжий табунок, услыхав вдали раскаты грома.

Поле - будто колыханье грив... Можно гладить рожь, трепать по холке... Всем поклон мой, кто, как видно, жив в уцелевшем за рекой поселке.

Тем поклон,

чьи семена взошли!

Только где-то,

видимо, с разбега

ветер сбил

колосья-ковыли,

расчищая

место для ночлега.

Тем поклон, чье поле удалось! В нем теперь перед закатным солнцем брызжет свет веснушек и волос, что сродни

рязанцам и орловцам.

Как привольна все же Наша Русь!... Облака,

бредущие в ночное...

Это ж все

знакомо наизусть ровное,

широкое,

родное.

Рожь ли мне кричит, как будто мать, перепелке ли, перелетая... Надо научиться создавать, красоту души не разрушая.

Постою у дверей... Постою у окна... В этот год с якорей не срывает волна.

Помотало с лихвой, потрепало борта... Я совсем уже твой - не хочу никуда.

Помолчу, что есть сил... Оглянусь невзначай: ни о чем не проси, ничего не прощай.

И вот ко мне пришла любовь, сперва украдкой... Я полюбил мытье полов обычной тряпкой.

Я полюбил их мыть один почти интимно, когда покинут магазин и звуки гимна.

Ведро - и больше ничего, да швабры действо давали мне все то, чего лишило детство.

Для несвершившихся балов громаду зала до сорока я мыл годов... Потом сначала.

Я все спиной переломил. Зато воочью

я видел кафельный настил, блестевший ночью.

Светилось в нем мое чело, сверкала проседь... А что да как и отчего - О том не спросим.

ПИСЬМО УЧИТЕЛЮ

Здравствуйте, Яков Данилыч! Пишет вам ученик... Помните, из давнишних - Тот, не читавший Книг.

Вечный камчатский житель, С парты в который раз Руку тяну. Скажите: Живы ли вы сейчас?

Было событий столько! Но через гущу их Тихо светили стекла Ваших очков простых.

Гнулись года от ветра, Слышался ваш урок... Все оказалось верно - Пушкин, Некрасов, Блок.

Звонким, глухим согласным Поздний поклон, увы... То оказалось главным, Что диктовали вы.

Что наскрипели перья. Что нацарапал мел, Только, увы, теперь я Выучил-одолел.

Чем она, школа, дальше - Тем она ближе к нам. Шорох тетрадок даже И переменок гам.

Не было в жизни доли Ярче и лучше той. Которая выпала в школе Двести тридцать второй.

Где доносилась с улиц Вечная трескотня, Где иногда, прищурясь, Верили вы в меня..

ЧАСТНОЕ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

мА СКАМЬЕ ПОДСУДИМЫХ МОЛОДАЯ ЖЕНЩИНА. ОНА МОГЛА СТАТЬ ХУДОЖНИЦЕЙ, ИНЖЕНЕРОМ, СТРОИТЕЛЕМ. ОНА НЕ СТАЛА НИКЕМ, УБИВ В СЕБЕ ЧЕЛОВЕКА. ОНА - НАРКОМАНКА.

Задержание

Молодая женщина и элегантно одетый мужчина с сумкой через плечо неторопливо прошли всю длину магазина "Людмила", но ничего, видимо, не приглянулось. Вышли на улицу, на площади Курского вокзала два работника милиции попросили их пройти в 26-е отделение. "Показались подозрительными". Женщина "добровольно выдала находившийся в сумке сверток, содержащий наркотическое вещество - маковую соломку".

Так были задержаны Людвиг Александрович Аветисов и Светлана Петровна Сарибан.

Задержанные вели себя спокойно, правильнее сказать, вяло. Когда знаешь результаты расследования, легко объяснить причины такого поведения. О чем им было сожалеть, за что сражаться? Разве можно назвать жизнью чередование дней, затуманенных наркотиками. Никаких стремлений, никаких надежд, только неодолимое влечение уколоться. Чтобы вспомнить что-то светлое, о чем. можно рассказать людям, надо вспомнить позавчера, далекое детство. Вчера - вспоминать страшно.

Начало падения

... Из Магаданской области вместе с родителями и старшей сестрой приехала в Краснодар девочка Светка. "Развивалась своевременно, наследственность психическими заболеваниями не отяг-щена", - отмечено в акте амбулаторной судебно-психиатриче-ской экспертной комиссии - 1 при Московской клинической психиатрической больнице - 1.

Училась, значит, девочка в школе, увлекалась гандболом, любила рисовать и вязать. После окончания восьмилетки поступила в Краснодарскую художественную школу.

В период учебы, - рассказывает обвиняемая С. П. Сарибан, - время проводила в компаниях, начала принимать наркотики. Через год школу бросила, затем окончила 11 классов школы рабочей молодежи, поехала в Москву поступать в институт легкой промышленности, но не прошла по конкурсу".

Не раскроет истоков своего падения Светлана Петровна, не раскроет истоков их падения и ее сестра, Маргарита, а" родители Петр Семенович Печеный и Валентина Федоровна Левашова как стеной отгородятся в своих показаниях официальной фразой: "На учете в психиатрическом диспансере не состояла". Легко угадывается продолжение этой фразы: "Мы ничего не знали". Сказать: "Знали!" - не могу, нет ни у следствия, ни у меня таких оснований. Зато могу поставить под сомнение, что не знали. Очевидно, деньги были. Наркотики стоят недешево. Без копейки не пошлешь двух дочерей в Москву. Не прожить им в столице. Маргарита через год разошлась с мужем, сменила несколько мест работы, Светлана за всю свою жизнь вообще ни дня не работала, а жила (с ее слов) на средства родных.

Почему-то приходит и приходит на ум сравнение этих двух тогдашних краснодарских девочек с двумя надломленными ветками семейного дерева, прочно укрепившегося корнями на земле. Подвязать бы эти веточки, глаз не спускать с них, чтоб прижились, опять зазеленели. А их обломали и без корешков воткнули в другую почву. Авось приживутся. Казалось родителям, что деньги и подарки, которые они слали дочерям, сами собой, как в сказке, взрыхлят и удобрят поле, на котором пойдут в рост две обломленные веточки.

Не случайно в письме к прокурору, умоляя не судить Светлану, ее мать подчеркивает, что приезжали они к ней всегда с солидными подарками. "Может быть, так прокурору не пишут, но, поймите, это крик материнской души". Есть в деле такой листок, приколотый к письму. Да, это крик души. Но крик о своей боли, о своем позоре, а не о дочерней изломанной жизни. Это крик человека, видевшего, как идет дочь с завязанными глазами к пропасти, но не сделавшего даже самого простого человеческого движения, чтобы остановить ее. И только когда Светлана подошла к краю, раздался этот крик.

Как судья Валентина Павловна Самойлова не имела права внять этому крику, но не вняла она ему и как человек, как мать. Записка, приколотая к письму прокурору, была инородной припиской к расчетливо продуманному письму, в котором говорится, что старшая дочь употребляла наркотики, а Светлана была лишь заботливой нянькой для нее и мужа. А вот что рассказала об этом периоде (осень 1984 года) экспертной комиссии сама С. Сарибан:

Внутривенно вводила себе опийные препараты. После трехмесячного ежедневного приема развилось выраженное абстинентное состояние в виде плохого самочувствия, появился насморк, расстроился кишечник. 19 декабря пошла на прием в наркологический диспансер - 2".

Далее в акте - 823 уже на основании медицинских" документов записано, что "...19 декабря при осмотре в наркодиспансере - 2 у С. П. Сарибан были обнаружены следы от свежих инъекций и она стационирована в психиатрическую больницу - 4, где находилась с 19.12.84 г. по 18.2.85 г. Отобран шприц. Сестра пыталась на свидании передать наркотик. Консультировала доктор Морозова. Диагноз: "опийная наркомания. Рекомендовано лечение в условиях стационара, но выписана по настоянию и под наблюдение отца".

Документ серьезный, ошибок и вольных формулировок не допуекающий. Под строкой "об ответственности" подписи всех трех врачей, входящих в комиссию.

Под наблюдение отца

Значит, "выписана по настоянию и под наблюдение отца". Нет никаких оснований подозревать родителей Светланы в непонимании опасности, нависшей над дочерьми. Над обеими. Ведь в письме к прокурору Левашова (мать) без обиняков называет Маргариту наркоманкой, но не признает такой Светлану. И здесь же: "Для меня обе дочери одинаковы". Логика проста: "Маргарите пока ничего не грозит, а Светлана под следствием. Ее и надо выгораживать". Легко снять отрицательный оттенок с этого слова, вспомнив о его корнях. Выгородить, огородить... Нетрудно найти и современный синоним - изолировать. И не просто изолировть, а с целью защитить. Вот бы и огородить Светлану от компаний, которые собирались у нее в комнате, от сестры родной огородить, возвести стену. Кроме медицинских средств именно такую стену и имела в виду доктор Морозова, предлагая стационарное лечение.

Не один десяток лет прожили на свете родители Светланы и Маргариты. Прожили не за розовыми занавесками, не в тепличных условиях. Поэтому никак не заподозришь их в инфантильном заблуждении, что, мол, все образуется само собой. Выписывая Светлану "по настоянию и под наблюдение отца", врачи, естественно, верили, что, увозя дочь домой, в Краснодар, родители "огородят" ее. Но...

Через месяц Светлана вернулась в Москву, поселилась в той же комнате, которая досталась ей с мужем после размена в 1984 году его родителями трехкомнатной квартиры. Время от времени вынимала она из почтового ящика вызовы в наркологический диспансер, бросала в мусорное ведро и шла опять приготавливать наркотик.

Пробовала колоться но не понравилось. Стала раздражительной, ссорилась с мужем, несколько раз расставались, водила к себе наркоманов". Так вот прямо, словно речь идет не о ней, а о каком-то абстрактном, условном человеке, будет рассказывать она экспертам. Это безразличие, перечисление через запятую страшных бед заставляет насторожиться - может, наговаривает на себя?

Еще раз перечитываю протокол допроса ее мужа: "Сарибан Сергей Семенович, 1956 г. р. Москва... б/п... 10 кл. фасадчик. В начале 1982 года мой товарищ встречался с Маргаритой, а она познакомила меня с сестрой. В июле поженились. Жили с родителями. Я раньше употреблял наркотики, но решил бросить. Светлана ездила к сестре и приезжала в состоянии наркотического опьянения. С соседкой жили хорошо. Когда Светлана попала в больницу, Маргарита жила в ее комнате. Я ушел к родителям. Иногда заходил и ссорился с Маргаритой. Находил посуду со следами наркотиков, полиэтиленовые пакеты. После больницы Светлана наркотики не употребляла, а потом опять начала". Из показаний свидетельницы Ухановой Клавдии Кузьминичны, соседки: "К Светлане часто приходили парни и девушки, среди них Аветисов, который жил у нее последнее время".

Свидетельница Сергеева Маргарита Петровна, сестра Светланы, скажет на следствии: "Осенью 1985 года в комнате Светланы жил Аветисов. Сестра говорила, что он приносил шприцы".

Нет, не огородили родители Светлану. О каком же крике души можно писать прокурору и о какой вере в него говорить?

Меры пресечения

... Аветисов. Да, это тот элегантный мужчина, задержанный вместе с Сарибан.

Аветисов Людвиг Александрович, 1952 года рождения. При себе наркотических веществ не имел, а что было в сумке у Сарибан, не знал (из протокола допроса). При обыске в комнате у Сарибан найдены наркотики. У Аве-тисова не было ни квартиры, ни комнаты. Искать негде. Зато была биография. Пытаюсь по крупицам собрать трудовую деятельность Аветисова. Между заключениями (а судим он был не единожды) он устраивался ювелиром и однажды фрезеровщиком на целых два месяца. Это все! Нет у него богатых родственников, на средства которых, как Сарибан, он мог бы жить. У Аветисова наркотиков нет, а о тех, что в сумке у Сарибан, он ничего не знает. Вот почему он освобождается из-под стражи и дает подписку о невыезде из Тбилиси, где он проживает. Сарибан заключается под стражу, с подписки о невыезде.

Улики есть. Но нет в Москве Сарибан по месту жительства, а в Тбилиси Аветисова. Сарибан фактически заключена под стражу 22 июля 1986 года. Где же скрывалась она почти полгода? У родителей в Краснодаре. Неоднократно спокойно отвечала ее мать на вопрос участкового инспектора: "Нет, не знаю, где моя дочь". На что она надеялась? Не берусь предугадывать, какой приговор вынес бы суд, если бы не ударилась в бега Светлана, но знаю, что она еще раз закрывала себе путь к скорейшему возвращению в жизнь. Ведь знала, как говорят наркоманы, что "сама со шприца не соскочишь". И чем раньше придет помощь врача, тем лучше. Не могли не знать об этом и мать, и отец!

Атакующая оборона

Убийца" пока на свободе. Он. известен, но не пойман. И имя ему наркомания. Немало лет борьба с ней велась у нас в стране без широкой огласки силами правоохранительных органов и медицинских работников. На деле оказалось же, что решение проблемы борьбы с этим злом выходит далеко за пределы только их компетенции. Думаю, прежде всего о тех, кто раньше всех может предотвратить беду - о родителях. Когда краснодарская девочка Светка впервые попробовала наркотик, стала "проводить время в компаниях", бросила художественную школу, и должен был вырваться у матери крик души. Не могу поверить, что ничего не подсказывало тогда материнское сердце.

О родителях и детях думаю я, когда на остановках, столбах, в витринах "Мосгорсправки" читаю объявления, начинающиеся словами: "Разъезд. Меняю 3- комнатную квартиру на..." Это самый распространенный вариант. Гораздо реже: "Съезд..." Светлана Сарибан тоже стала хозяйкой комнаты в результате размена родителями мужа трехкомнатной квартиры. Вспомним его показания: кЯ тоже употреблял наркотики..."

Так два молодых человека, пристрастившихся к наркотикам, оказались предоставленными самим себе. А будь рядом родители" Думаю, именно они должны первыми прийти детям на выручку. Я не за мелочную опеку, не за то, чтобы дети оставались всю жизнь желторотыми цыплятами под крылом матери. Но ребенок ребенку рознь. Можно ли выпускать его в самостоятельную жизнь, можно ли дать ему автономию? Этот вопрос должны ставить перед собой родители.

Будем откровенны: часто слышим мы от зрелых людей чуть ли не с гордостью сказанную фразу: "Отделили -молодых (разменяли квартиру, купили кооперативную), пусть живут как хотят". Если молодой человек рвется на комсомольскую стройку, ищет, где можно испытать свои силы, то, конечно, - "пусть!". А если".. С достижением ребенком совершеннолетия с родителей снимается юридическая ответственность за его поступки. Юридическая, но не человеческая.

Так, отсиживаясь в уютном краснодарском доме - блиндаже, пропустила врага к Светлане первая линия обороны - родители. Уверена, что, говоря о профилактике наркомании, токсикомании, мы в первую очередь должны говорить об ответственности этих категорий людей, поставив ее в ряд с ответственностью за несообщение о готовящемся преступлении.

Вижу всю сложность проблемы. Представляю, как не просто пойти матери в милицию и сообщить, что несовершеннолетние сын или дочь пьют спиртное, употребляют наркотики. Случаи такие единичны. Да и мера ответственности родителей, по современным масштабам, представляется весьма неэффективной, к тому же и редко применяемой. Комиссии по делам несовершеннолетних могут за доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения или за потребление несовершеннолетними наркотических веществ без назначения врача вынести родителям общественное порицание или предупреждение. Есть право у комиссии передавать дела на таких родителей на рассмотрение товарищеского суда, комиссий по борьбе с пьянством, общественных организаций или трудовых коллективов. Есть и права, и возможности, но пока эти комиссии слишком инертны. Не пора ли сказать им свое слово.

Заметим такой нюанс: родители несут ответственность за доведение до состояния опьянения или за потребление наркотических веществ. Разница существенная. В первом случае подростку надо "наливать", а во втором достаточно знать, что он потребляет наркотики.

А мы не знали, что ребенок потребляет наркотики", - утверждают родители. И весь сказ. Даже порицания им не вынесешь! И эта эфемерная ответственность не заставит даже задуматься таких родителей, как не заставляет отбирать у детей спички примелькавшийся пожарный призыв: "Не разрешайте детям играть с огнем!" А чтобы взрослая рука потянулась, чтобы отобрать спичечный коробок, нужно, чтобы взрослая голова представляла последствия пожара и свою персональную за него ответственность, конечно, не в виде порицания и даже штрафа.

Ответственность родителей за своего ребенка не может кончаться на "одет, обут" и должна быть конкретной, во всех кодексах, вплоть до уголовного. Ведь это ответственность первой линии обороны. Такой же беспечной оказалась и вторая линия. Ее бойцам - медикам и милиции - не нужно было прибегать к техническим средствам и специально натасканным на наркотики собакам. Гражданка Сарибан стояла на учете в наркологическом диспансере - 2. Но разве учет только для того, чтобы учесть. Это же не склад, где учитывают валенки в парах, а тарелки в штуках. Бумажки (другого слова не ищу) с предложениями явиться в диспансер действительно посылались, они учтены там в штуках, только какой от них толк. Может, в диспансере не знали, что наркоманы "со шприца сами не соскакивают", или предположили, что Сарибан открыла список невероятных исключений? Конечно, нет. Работала бумаготворящая машина, которая не увидела человека. Естественно, возникает вопрос: "А что же милиция"? Отвечает документ.

19 ноября 1986 года Калининский районный народный суд г. Москвы... рассмотрев в открытом судебном заседании дело по обвинению Сарибан Светланы Петровны... установил: Сарибан С. П. проживала по указанному адресу с 1982 года, систематически употребляла наркотические вещества по месту жительства. Сарибан в судебном заседании пояснила, что практически с 1982 года не работает, о чем было известно участковому инспектору. Кроме того, было установлено, что длительное время в комнате Сарибан проживали без прописки, не имеющие определенных занятий сестра Сарибан - Сергеева и Аветисов, являющиеся наркоманами, употреблявшие наркотики по месту жительства Сарибан.

Суд считает, что нарушение паспортных правил и совершение этими лицами правонарушений, выразившихся в незаконном приобретении, хранении наркотических веществ, стали возможны в результате недостаточной профилактической работы участкового инспектора 21-го отделения милиции.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 321 УПК РСФСР, суд определил:

обратить внимание начальника 21-го отделения милиции г. Москвы на выявленные недостатки в работе сотрудников отделения.

О результатах рассмотрения частного определения надлежит сообщить суду в месячный срок.

... Идет судебное заседание. По сути, это ведь тоже линия обороны, защиты человека от силы зла. Сарибан обвиняется в совершении преступлений. Лжет, изворачивается подсудимая. Сдерживают себя судья и народные заседатели. Можно было бы описать подробно ход заседания, рассказать о деталях, но разве в них суть дела. Суть его четко зафиксирована в документе - приговоре, где четко записано, что "Сарибан Светлану Петровну признать виновной".

Приговор вступил в законную силу и обжалован не был.

Все вроде бы ясно, но для меня кроме осужденной Светлана остается еще и потерпевшей, а многие из свидетелей - обвиняемыми свидетелями. Из головы не выходит незначительная деталь. Кто-то из свидетелей (даже не записала) сказал на допросе, что на свадьбу молодоженам подарили чайный сервиз с кленовыми листьями. В нем-то и приготавливали на кухне наркотик.

Светлана ЕЖИКОВА, наш спец. корр.

У НАС В ГОСТЯХ - АРМЕНИЯ

Сегодня мы встречаем друзей из теплой, гостеприимной республики.

Почвы там храмами выперты, храмы - куски цельных скал", - писал об Армении поэт Андрей Белый. Суров, но прекрасен край, насыщенный светом солнца, где природа и человек - едины. Трудные условия жизни, жестокая судьба закалили народ. Бывало, гонимые завоевателями, армяне покидали родные места. Самым сокровенным, что они брали с собой, были книги. Люди знали - эти сокровища бесценны. Они - "держатели", "накопители" духовной культуры народа.

ДОВЛАТ

Дорогие друзья!

Познакомьтесь: моего армянского собрата зовут Довлат, что значит достаток". Это добрый хранитель домашнего очага, он заботится о благополучии в доме. Иногда поселяется прямо в очаге. Обычно живет в различных вещах - коврах, орудиях груда, других предметах домашне! о обихода, в которые, по желанию, превращается и сам. А иног-ia этот дух вселяется в змей. Довлат

р, пока в семье лад и порядок.

Утратить их - лишиться главного...

Сегодня Армянская республика держит приоритет в нашей стране по уровню образованности народа. Из каждой тысячи граждан девятьсот здесь имеют среднее, неполное среднее, среднее специальное, высшее образование. Такого не знает пока ни одна из республик СССР.

Приумножен капитал, так рачительно хранимый народом издревле. И это - источник нового восхождения, новых духовных и нравственных завоеваний.

Республика в пути. В творческих исканиях, в творческих свершениях.

но злится и наказывает виновных, если семейный уклад нарушается. Скажем, когда начинают делить имущество, супруги разводятся или - позор семье! - кто-нибудь напьется.

В разных районах Армении Дов-лата называют по-иному: Барик, Тан Барик, Шнокх, в древности его имя было Швот. Но образ жизни и привычки все духов - одинаковы.

ДОМОВОЙ

СОЛНЦЕ

ЖИВЕТ

В ЧЕЛОВЕКЕ

Сегодня невозможно себе представить Армению без Музея современного искусства, без республиканского Центра эстетического воспитания детей. Их связывает не только общая цель: воспитание Искусством, - но и общий руководитель и создатель Генрих Сурено-вич Игитян. Его кабинет больше похож на боевой штаб: постоянно звонит телефон, приходят сослуживцы, единомышленники Генриха Игитяна; жизнь здесь кипит. Словно подтверждая это, Генрих Суренович произносит:

- Успех - это успеть, говорила Марина Цветаева. Одной фразой все объяснено. Время - это не деньги, время - это жизнь! Поэтому так важно не упустить то, что щедро заложено в детях: феномен способностей. Отсюда и наше начинание - мы создали в 1970 году детскую картинную галерею, которая через восемь лет превратилась в Центр эстетического воспитания. Сейчас в нем занимаются пять тысяч детей.

Солнечный Мартирос Сарьян написал детям к открытию картинной галереи: "...с этого дня вы будете иметь собственный очаг, свой дом. И подобно ласточкам, не забывающим своего гнезда и каждой весной строящим и обогащающим его, вы всегда будете обогащать ваше гнездо и превратите его в сокровищницу подлинного искусства, одухотворенную вашими искренними переживаниями... Пусть краски, брызжущие из вашей души, блестят так же, как ваши глаза".

Энергия человека жаждет выхода. Тем более мощная энергия ребенка. И мы, взрослые, опытные, должны умело и тактично направить ее в верное русло, чтобы она не превратилась в разрушительную силу.

Человек обязательно должен свободное время отдавать любимому занятию. Прививается эта необходимость с детства. Наш центр сегодня - это музей и двенадцать студий, наготове тринадцатая. В музее - экспозиция детских работ, в студиях же занимаются живописью, скульптурой, керамикой, ткачеством - всеми видами декоративно-прикладного искусства. В распоряжении маленьких артистов - сцена детского театра, филармония. Самое главное, что вместе с эстетическим воспитанием дети у нас приучаются к труду. И какую бы специальность они ни получили потом, в них навсегда сохранится любовь к искусству, к прекрасному в природе. А такой человек, как известно, не способен на плохой поступок...

Кстати, оказалось, что после создания нашего центра в городе резко сократилась детская преступность. Я и не предполагал подобных результатов. Теперь я уверен: те дети, которые занимаются у нас, не пойдут по кривой дорожке, не попа-

дут под дурное влияние. У них есть, куда употребить энергию и время, - они увлечены любимым делом.

Несколько слов о педагогах. У нас талантливые педагоги! И это бесценно. Разбудить увлеченность в детях под силу лишь тому, кто сам незауряден, кто сам интересен, ярок как личность. И еще. Если, скажем, американских детей обучают развлекательно, то у нас - серьезно, по-взрослому, профессионально. И в этом случае обучение искусствам становится и источником нравственности, доброты, красоты.

У нас жесткие условия: напо-лучал в школе двоек - прощайся с центром. Поэтому сорванцы, которые приходят к нам, начинают лучше учиться, подтягиваются. А прийти может каждый, кто захочет. У нас, так сказать, "неотобранные" дети. В каждом человеке живет солнце - каждый человек талантлив. И наша цель - раскрыть этот талант как можно раньше, а значит, и помочь человеку найти свое на-

значение в жизни, среди людей.

Мы ищем для ребят выходы "в большой мир", в жизнь "без прикрас", чтобы они учились распознавать добро и зло не только по книжкам. Вот почему так значимы стали для наших воспитанников выставки в доме для престарелых, в детском доме, в трудовой колонии для правонарушителей. Каждая такая встреча заставляет ребят задуматься о чужом горе, о человеческих трагедиях. Уверен: эти раздумья не проходят бесследно... Собственно, тому есть и подтверждения. Скажем, по ребячьей инициативе создан музей детского- творчества в колонии. Вдумайтесь в этот факт. Дети становятся "посланцами" доброты. Дети помогают оступившимся

Ашот Григорян. Куклы театра марионеток

Аппликации

в пути людям вновь ощутить красоту мира.

... Я часто думаю над словами Нодара Думбадзе о том, что человеческая душа во сто крат тяжелее тела, поэтому надо помогать друг другу нести свои души. И к этому надо готовить с детства.

С выставками армянских художников и лучших детских рисунков Генрих Игитян побывал в разных городах нашей страны и за рубежом, сейчас собирается в США. Из всех поездок Генрих Игитян привозит рисунки детей. - В музее есть специальный международный отдел, где экспонируют детские работы из 110 стран.

Недавно взяли шефство над обычной общеобразовательной ереванской школой, которую хотим превратить в "школу театрального искусства имени Чехова". Строим в ней сцены. В порядке эксперимента, пока в одном классе, собираем наиболее одаренных "артистов". Планируем создать здесь и школьный телецентр. Суть работы - привычная для нас: приобщить детей к Искусству.

Нам повезло: нашу позицию разделяют Центральный Комитет Компартии республики, общественные организации. Благодаря их помощи удалось "потеснить" торговлю в центре Еревана: для наших студий освободили целый ряд помещений. Это было очень трудно - пришлось преодолевать невероятное сопротивление торговых организаций. Ходили и доказывали: надо, чтобы детские творческие студии располагались именно в центре города, рядом с Домом народного творчества, Союзом художников Армении, музеями Сарьяна, современного искусства, рядом с театрами. Такая близость важна. Она тоже воспитывает.

Работая с детьми, я часто обращаюсь к воспоминаниям моего друга талантливейшего живописца Ми-наса Аветисяна: "Мама латала темные брюки, и я попросил, чтобы заплатки были красные, и еще синие, и еще желтые... А мама грустно улыбнулась и сказала, что они должны быть в тон. И еще я чистил башмаки сразу красным, коричневым, желтым и черным гуталином. И за это мне здорово влетало..." В каких неожиданных формах пробуждалась в будущем художнике любовь к цвету! И в какую сложнейшую, богатейшую цветовую симфонию она вылилась в профессиональном творчестве!

Мы всегда - на стороне детей, отстаиваем их право на самобытность творчества, сотворение своего мира фантазий.

Сейчас Центр эстетического воспитания детей имеет двенадцать филиалов в республике. Если сбудутся наши планы, то к концу следующей пятилетки их станет вдвое больше - 24!

В начале будущего года для нашего центра начнут строить новое здание: отводят "жилплощадь" в се-

редине Еревана. Друзья по этому поводу шутят, что скоро от центра Еревана ничего не останется: все займут дети. Хотим организовать в новом комплексе... совхоз. Да, настоящий совхоз, с животными, с опытным полем. Пусть городской ребенок, который никогда не видел корову, научится за ней ухаживать, любить животных, пусть копается в земле, сажает деревья. Хотим, чтобы детям было интересно жить, чтобы они стали ближе к природе.

Есть у армян такая присказка: "Человек должен быть человеком?

Стараюсь следовать этой заповеди. Живу и работаю для радости других. Надо так много успеть!

Генрих Игитян - прораб духа, по меткому определению Андрея Вознесенского. Он взвалил на себя заботу о духовном воспитании целого поколения, а значит, и будущих.

Фото

Виктора Адияна

ПРИХОДИТЕ К НАМ ЕЩЕ!"

Вам так говорили когда-нибудь в парикмахерской, в прачечной или в химчистке".. А вот в Армении посетителям говорят.

Министерство бытового обслуживания населения Армении уже седьмой год подряд держит первое место в стране. Возглавляет его Саркис АмаяКович Туманян - лауреат Государственной премии СССР, депутат Верховного Совета республики, кавалер трех орденов Трудового Красного Знамени, Октябрьской Революции, Дружбы народов. Министр дал интервью нашему журналу.

Саркис Амаякович, как вашим мастерам удается отпускать людей счастливыми"

Непростой вопрос! Чтобы человек остался доволен, надо его не только хорошо обслужить, но и качество продукции должно быть отменным, верно? Для повышения качества продукции путь у нас был один: централизация производства. То есть всех цеховиков из мелких мастерских мы объединили на своих хорошо оснащенных предприятиях. Результат сказался сразу. Сапожных дел мастера, придя в "Наири", к примеру, стали выпускать обуви в четыре раза больше. А главное -увеличился докод государству. Дело поставили так, что обувь "Наири" могут заказать в любом городе страны, как и продукцию трикотажной фабрики "Анаит". На ней мы установили даже японские вязальные машины с ЭВМ.

А как можно заказать вашу продукцию в другом городе?

Надо в письме указать фасон, расцветку, размер. Высылаем наложенным платежом.

Словом, вы обеспечиваете обувью и одеждой всех желающих" Это уже размах не бытового обслуживания, а целой индустрии!

Таковы планы. К примеру, мебели мы должны сделать в год на 10 миллионов рублей, а обуви сшить миллион пар. Так что слово "индустрия" здесь кстати.

Ереванцы рассказывали: вы так удачно чините телевизоры, что они потом не ломаются. Как это удается?

Видите ли, я по образованию - электронщик и знаю, что если одна деталь в телевизоре вышла из строя, надо менять весь блок. Мы договорились с телевизионным заводом, и теперь вместе с запчастями оттуда поставляют нам блоки.

Можно ли "дозваться" телемастера в отдаленные горные районы?

Конечно. Мастеров из телеобъединения "Лазурь" можно вызвать по телефону 006 из любого уголка республики. А если в горном селении нет телефона, то там работает наш представитель.

Мастера, как водится, надо ждать целый день?

Нет, он согласовывает час визита с заказчиком. Мы экономим время заказчикам не только на вызовах, но и в комплексных приемных пунктах, то есть в одном доме у нас и химчистка, и прачечная, и фо тоателье, и салон обуви, и парик махерская...

То есть сразу постригся, сфотографировался, заказал обувь... Обычно, чтобы сдать белье в прачечную, надо отстоять большую очередь. У вас таких очередей нет. Почему?

Дело в том, что наши женщины предпочитают стирать своими руками. И не качество нашей работы тому причиной, а просто стирка испокон веку была частью непреложных материнских забот о семье. Так что пока не удается убедить наших тружениц довериться услугам прачечной...

Есть у нас виды услуг, так сказать, сугубо национальные. Маленькие пекарни для выпечки лаваша, мастерские по реставрации и лужению старинных армянских изделий - медных тазов, чанов, кувшинов. Здесь нужно особое искусство.

Что бы вам хотелось пожелать своим мастерам?

К сожалению, не всегда во время и не всегда культурно они обслуживают людей. И это досадно. Ведь культура общения воспитывает в человеке духовность, желание быть лучше. Поэтому хочу пожелать, чтобы наши работники берегли гордое звание "варпет", что значит мастер.

С. ШЕВЧЕНКО

БЛЮДА

АРМЯНСКОЙ

КУХНИ

Толма в виноградных листьях

Мякоть баранины разрезать на небольшие кусочки, пропустить чере мясорубку. Добавить полуотваренный рис, нашинкованный репчатый лук, соль, перец, зелень кинзы, мяты, базилика, чабреца; тщательно перемешать.

Свежие виноградные листья положить в кипяток на 2-3 минуты (но не кипятить, чтобы не сварились), после чего удалить стебли. Взять 1-2 Лод-готовленных листа, положить в них подготовленный фарш, завернуть конвертом.

В кастрюлю положить рубленые кости, виноградные листья, сверху - рядами подготовленную <толму, влить немного бульона или воды, плотно прикрыть и на слабом огне довести до готовности.

Перед подачей полить соком, который образовался при тушении. М'ацун с измельченным чесноком или сахаром и корицей подать отдельно.

На 100 г. баранины: 100 г. виноградных листьев, 5 г. риса, головка репчав того лука, 50 г. мацуна, зубчик чеснока или 1 г. корицы, 10 г. сахара, соль, зелень по вкусу.

Тыква, фаршированная орехами

Съедобную часть мякоти тыквы отделить от семян, мелко нарезать, добавить нашинкованный и обжаренный репчатый лук, промытый и заранее замоченный сушеный кизил (без косточек), толченые ядра грецких орехов, соль, толченую корицу и хорошо перемешать. Подготовленным фаршем наполнить тыкву, закрыть срезанной верхушкой, положить на противень, смазанный жиром, запечь в духовом шкафу.

Перед подачей разрезать на куски и ролить маслом.

На одну тыкву весом 1 кг: 2 головки репчатого лука, 25 г. топленого масла, 100 г. сушеного кизила, 100 г. очищенных грецких орехов, 1 г. толченой коркцы, 75 г. сливочного масла, соль по вкусу.

Акандж

В посуду влить яичные желткк, добавить соль, перемешать, всыпать муку, замесить тесто. Затем выложить тесто на стол и нарезать на куски по 50 г. Каждый кусок раскатать так, чтобы получился кружок толщиной 1,5-2 мм. Эти лепешки надрезать ножом в 2-3 местах и жаркть в кипящем масле до светло-желтого цвета.

Вынуть из кастрюли, дать маслу стечь, положить на блюдо, посыпать сахарной пудрой.

Для теста: 300 г. муки, 3 желтка, соль по вкусу. Для обжарки - 400 г. топленого масла, для обсыпки - 100 г. сахарной пудры.

g Конец августа, скоро осень. На g_ приусадебных участках - убороч-g ная страда. Урожай ягод черной 0 смородины, малины, вишни уже - снят и надежно упрятан в банки. 5 Созревают яблоки летних сортов ^ (Грушовка московская, Мелба, Па-jf пировка), груши (Северянка, Чи-° жовская, Московская), сливы (Ре-Ш корд, Ренклод колхозный, Скороспелка красная), только успевай снимать с дерева, пока не упали. Очень важно собрать плоды вовремя, особенно если предполагается их длительное хранение. Когда же начинать?

Яблоки одного и того же сорта неравномерно созревают даже на одном дереве. Готовность их к съему мы узнаем по желтой, белой, золотисто-оранжевой или красноватой окраске плодов и темному цвету семян, а также по тому, как легко отделяются они от плодовой веточки.

Сначала убираем падалицу. Что-то из нее пойдет на переработку, а совсем гнилые и червивые, плоды закапываем в землю. Сбор яблок начинаем с нижних ветвей, направляясь от периферии к центру, потом поднимаемся выше. Плод осторожно снимаем руками или специальными приспособлениями, укладываем в мягкую тару не вытирая: восковой налет предохранит яблоко от преждевременной порчи.

В августе продолжаем посадку садовой земляники - той, которую мы часто неправильно называем клубникой или Викторией (это старый французский сорт садовой земляники). А начинать можно с июля, и чем раньше, тем лучше. При поздних посадках (позже 5 сентября) растения не успевают укорениться до наступления морозов. Для Нечерноземной зоны подойдут сорта Фестивальная, Комсомолка, Красавица Загорья, Зенга-Зенгана, Талисман и другие. Место для земляники выбираем солнечное, защищенное от северных и восточных ветров. Почву перекапываем на глубину 20-25 см, выбираем сорняки, особенно тщательно корни пырея ползучего, боронуем и оставляем на несколько дней для осадки. Вносить ли удобрения? Все зависит от степени окультуренности почвы. В среднем на 1 кв. м требуется 3-4 кг навоза, 20-30 г. суперфосфата, 7 г. хлористого калия. Земляника не переносит излишней кислотности.

Отбираем растения с короткими толстыми черешками и корнями длиной не менее 5 см. Слаборазвитую рассаду лучше посадить отдельно, на доращивание. Корни обмакиваем в болтушку из глины и коровяка. Сажаем вручную вдоль натянутого шнура или по борозде в лунки через 20-30 см. У сортов с сильным ветвлением (Комсомолка, Фестивальная) расстояние между растениями 25-30 см, а между рядами не ближе 60-70 см. Опускаем корни в лунку (длинные подравниваем ножницами), расправляем их, засыпаем рыхлой землей и уплотняем почву руками, но так, чтобы верхушечная почка (сердечко) находилась на уровне поверхности. Поливаем посаженные растения и мульчируем почву торфом или перегноем.

Управились с земляникой - вырезаем отплодоносившие двухлетние и слабые побеги у малины, оставляя 10-12 наиболее сильных и здоровых. Срезаем низко, пеньков не оставляем.

Первая декада сентября - лучшее время посадки одревесневших черенков смородины. С кустов срезаем самые крепкие однолетние побеги, делим их на части по 20 см, осторожно обрываем листья. Хорошие черенки получаются из средней части побега, тоньше 6-7 Мм не годятся. Высаживаем их наклонно в удобренную почву, поливаем, мульчируем и оставляем так под зиму. На следующую осень получаем готовый к пересадке на постоянное место саженец.

Пора проредить кусты смородины и крыжовника, вырезать старые,

больные ветви; проверить ловчие пояса на деревьях и уничтожить собравшихся там вредителей: наметить места для посадки новых деревьев и кустарников, подготовить посадочные ямы; сделать заказы на саженцы.

А сколько хлопот в огороде?! Поспевают помидоры. В средней Полосе их начинают снимать 15 августа. Чтобы ускорить созревание остальных плодов, продолжаем удалять пасынки, срезаем верхушки побегов с цветоносами... Плоды из них все равно не успеют сформироваться, зато поток питательных веществ направится в уже созревающие. Под кисти подставляем рогульки и укладываем на них помидоры, осторожно поворачивая их к солнцу.

Снимаем не только красные и бурые, но и побелевшие, и даже зеленые. Такие дозревают в теплом помещении. Ускорят процесс зрелые красные плоды, если их положить в ящик с зелеными. И наоборот, чтобы задержать дозревание, красные надо вынимать.

Где-то с 20 августа убираем лук и чеснок. А сигнал к уборке - пожелтение и полегание пера. Луковицы сначала подкапываем узким совком. Просушиваем на воздухе, в сырую погоду - в помещении, 10- 12 дней. Перо обрезаем, оставляя шейку 3-4 см. Лук хорошо хранится в косах, подвешенных на перекладину или стену, даже при температуре 18-25°.

В первой половине сентября "подходят" кабачки, цветная капуста, морковь, петрушка, сельдерей... А главное - картофель. За неделю до уборки срезаем ботву. Она пойдет в компост или на золу. Клубни выкапываем осторожно (поврежденные плохо хранятся), даем им обсохнуть часа два в борозде, а потом собираем на просушку. Семенной картофель можив подержать на свету.

Хранение - больной вопрос для многих огородников. Кроме погреба или ямы часть картофеля, да и других корнеплодов, можно хранить в квартире в пленочных мешках.

В цветнике - буйство красок! Цветут флоксы, гладиолусы, георгины, астры, бархатцы, настурции, бегонии... Они по-прежнему требуют ухода, и мы их полем, рыхлим, поливаем. У многих растений одновременно с цветением созревают и семена. Собираем их в сухую погоду.

Н. МИТНИКОВА, агроном

ТРЕТЬЕГО

НЕ ДАНО |

со О

... В тесном гараже загорается; лампочка, и перед нами - остов будущего автомобиля. Контуры его д> пока лишь на листе ватмана, кноп- ! ками прикрепленного к стене.

Это убирающиеся фары, - со | знанием дела говорит школьник '. Алеша. - Чтобы уменьшить сопротивление воздуха в дневное время, они будут убираться.

Мы в гараже Виктора Васильевича Селько - конструктора-любителя. "Почему некоторых людей неудержимо влечет к пивной стойке, а другие все свободное время отдают любимому делу" - спрашиваем Седько.

Знаете, лет сорок - пятьдесят назад проблемы свободного времени, как таковой, не существовало. Пришел с работы: воды принеси, дров наколи, крышу почини, снег разгреби перед крыльцом, забор поставь - хватало дел.

А сейчас люди переселились в благоустроенные квартиры. Но, как это ни парадоксально, слишком уж мы расслабляемся без тех домашних забот. Встает вопрос - чем заняться? Тут уж кто кого: человек подчинит себе свободное время, или безделье и праздность насядут на человека. Третьего не дано.

На параде старых и самодельных автомобилей, который прошел во Владимире, Виктор Васильевич стал одним из победителей.

Детали" Материал? Я выписываю отходы жести с тракторного завода. Такой материал можно найти на любом машиностроительном предприятии. Главное - с толком использовать. А такие базовые узлы, как двигатель, задний мост, коробка передач, покупаю в магазине. Однажды ездил даже в Тольятти, заказывал на станции техобслуживания, - делится опытом конструктор.

Но самое главное - везде рядом с Виктором Васильевичем его сын Алеша. Когда мальчик вырастет, можно быть уверенным, что он не пойдет к пивной стойке. Скорее к слесарному верстаку направится...

4

А. САБОВ

г. Владимир

В ГОРАХ

МОЕ СЕРДЦЕ

Почему вы ходите в юры.'

Потому 41 и они есть, - итве-тил один знаменитый альпинист.

Там не задаю i г. лупых вопросов, - пошутил друрш.

Ну а вправду тчем ходят в горы? Я думаю, что для того, кто никогда не видел гор вблизи, никогда не стоял в счастливой уста-

^^^^ *

<(

it

ml

лости на покоренной вершине или седловине перевала, любой ответ будет неубедительным.

Кто способен исчерпывающе ответить, за что любит свою избранницу (избранника)? За милые ямочки на щечках" Веселый характер? Или"... Кому дано расчленить свою любовь на составляющие?

Горы - это тоже любовь. И зов души.

Вспоминаешь фантастически огромную тень Эльбруса на ближайших хребтах, которую видел на рассвете с его вершины, и почти год живешь ожиданием новой встречи со скалами, хрустальными водопадами, многоцветьем альпийских лугов. Предвкушаешь душевную близость с окружающими тебя людьми, на которых смело можно рассчитывать в любой ситуации.

Да, горы - это особый мир. Не только в географическом "смысле. Тут особый психологический, нравственный "микроклимат". Не берусь утверждать, что на восхождения и в горные походы ходят только идеальные люди. Однако то, что среди любителей гор плохих людей гораздо меньше, чем "внизу", - почти научно установленный факт.

Сама обстановка и постоянная борьба с трудностями пути очень быстро выявляют характер человека, его душевные качества. В повседневной жизни нам не дано выбирать соседей, сослуживцев. В горах иначе. Человека, плохо показавшего себя, в следующий раз с собой не возьмут. Если не лучшим образом проявил себя руководитель - с ним никто больше не пойдет. (Информация среди любителей гор распространяется очень быстро.) "Отсеиваются" те, на кого нельзя положиться, - ленивые, эгоистичные, мелочные...

Потому что в походе заботятся не только о членах своей команды. В каждом приюте или горной хижине оставляются запас продуктов, свечи, медикаменты. Их положили, не рассчитывая на личную благодарность. Традицией стало и такое: увидели спускающихся с перевала или вершины людей - и те, кто внизу на стоянке, готовят для них чай. Дружеская встреча и кружка горячего чая (особенно в сырую, ветреную погоду, после многочасового пути по снегу...) вмиг снимает усталость, и кажется, снова готов идти вперед.

Приведу лишь один пример "горного братства". Однажды на Пами-ро-Алае к нашему костру пришли соседи-туристы и рассказали: у них о

О со

О

CD

о-

5

vc п

А ЕСЛИ РАЗВОДА БЮРО КОНТАКТОВ

НЕ БУДЕТ?

пропал мешок с продуктами, спрятанный здесь недели две назад на заключительную часть похода. Возвращаться домой, не пройдя заветный маршрут, о котором мечтали, к которому готовились целый год? Но мечта осуществилась. Помогли случайно оказавшиеся рядом две туристские группы. Они бескорыстно поделились продовольствием с незнакомыми людьми. А ведь лишнего в горы, сами понимаете, никто не берет... Подобное - обычный, рядовой случай. Норма жизни.

А теперь прикиньте - возможно ли такое в большом городе?

Думаете, по горам ходят какие-то особо тренированные, исключительно физически подготовленные люди" Нет. Им придает силы их любовь - горы. Посмотрите на ветеранов-альпинистов! Многим за семьдесят, а они энергичны, жизнерадостны, веселы, и каждый год спешат на Кавказ или Памир. Знаменитый путешественник Карло Мау-ри, не раз попадавший в безвыходные, казалось бы, ситуации, сказал: "Не физическая сила движет человеком, а его вера в свои силы".

И еще несколько слов.

Бытует мнение: походы в горы опасны, рискованны. Поверьте, альпинизм и горный туризм не более "страшны", чем другие виды спорта, чем сама наша городская жизнь, скажем, с ее насыщенным автомобильным движением. Если кто-то перебегает улицу на красный свет и попадает под колеса, виноват ли автомобиль? Если кто-то в нарушение установленных правил отправляется в горы - не имея необходимого снаряжения, знаний, опыта, карт, надежных спутников... - разве в возможном ЧП виноваты горы?

С. МИНДЕЛЕВИЧ,

альпинист, кандидат в мастера спорта

Есть письма, которые надолго приковывают к себе наше внимание. Излитая в них судьба не оставляет в гюкое. Ты размышляешь над ней, сопоставляешь с другими, ищешь объяснение, корни. Наступает день, когда тебе становится ясно, что за письмом, за "частной" судьбой - явление, которое заслуживает пристального общественного внимания.

Развод. Развод, причина которого - пьянство. Распад семьи, начатой в любви и согласии. Помню, как уже больше десяти лет назад одна из центральных газет опубликовала очерк о женщине, матери пятерых детей, которая не захотела терпеть пьяницу-мужа и порвала с ним. Автор подчеркивал, женщина "словно заново на свет родилась" - полна жизнерадостности, бодра, с удовольствием трудится, не тяготят ее и домашние заботы. Светлее стало в доме. Да и сытнее (пьяница выносил из семьи все, что попадало под руку). Потом, к чести газеты, на ее страницах появились отклики читателей. Отклики, на удивление, единодушные: женщину осуждали. В потоке мнений, непритязательных, но искренних, звучало: "если муж пьянствовал - зачем пятерых рожала", "зачем вообще шла за пьющего", "...да любила ли мужа-то, если бросила его в страшной беде" и так далее, и так далее.

Таким оказалось общественное мнение, неожиданно выявленное газетой.

Неожиданно выявленное, но по сути - ничего неожиданного не несшее. Шло время, когда мужа, если и оставляли, то с великими муками, через преодоление в себе множества "барьеров".

Минули годы. Сегодня, пожалуй, даже тому, кто и не исследует этого вопроса специально, а просто следит за периодической печатью и телевидением, известно: один из главных побудителей расторжения браков - пьянство. Женщины решительно разрывают отношения со своими недавними избранниками, мужчины - с избранницами. И общественное мнение сегодня на их стороне.

Казалось бы, жизнь сделала шаг вперед. В самом деле, выдворив из семьи пьяницу, женщина наконец-то "видит свет", начинает вновь ощущать себя человеком. Вечный страх покидает ребятишек, которых пьяный папка безжалостно "гонял". Кто возразит, кто скажет, что она, чье терпение лопнуло, чья беда была уже непосильной, поступила неправильно? Но вот передо мной письмо как раз одной из тех женщин, что "освободилась" от пьяницы мужа. Читаю его, перечитываю, возвращаюсь к нему в мыслях. Рассудительное, ровное. Со своей "философией" пережитой и уже отошедшей беды. Спокойно ли оно? Или таит тревогу?

Давайте вчитаемся.

"... Я росла в многодетной семье. Сколько себя помню - отец пил. Мама всегда в слезах и заботах. Мне было ее очень жалко. Я много страдала. Еще в юности я мечтала о хорошем, трезвом друге. В двадцать лет я встретила того, о ком мечтала.

Поженились. Родился сын. Я жила как в сказке. Муж был добрым, внимательным, во всем мне помогал. Никогда не делил работу в семье на "женскую" и "мужскую".

Но вот по долгу службы он отбыл в длительную командировку. Встретились через два месяца, и я сразу заметила в нем разительную перемену. Начались выпивки. Редко, потом все чаще. Я пыталась ему объяснить, чем эти пьянки кончаются, но он и слушать не хотел. Все говорил "Что ты из меня алкоголика делаешь" Что я - не мужчина, не имею права выпить"? Начал грубить. Мои слезы его не трогали.

А я - то знала, какая это трясина - пьянство. Стала говорить: "Не прекратишь - семьи не будет!" Это испугало. Перестал. Жизнь поправилась. Родился второй сын. Пока я находилась в роддоме, муж каждый день с друзьями "обмывал" сына. Выписалась я - и попала в ад...

Долго рассказывать, что' было потом. И лечить я его направляла, и вновь грозила разводом.

Словом, постепенно убил этот человек все добрые чувства к себе и во мне, и в детях.

Вот уже три года как я в разводе. Первое время замкнулась. Но постепенно оттаяла. Ведь жизнь не кончилась. Стали ухаживать за мной мужчины. Один из них показался мне человеком серьезным, положительным. Но потом выяснилось, что он вовсе не намерен связывать свою судьбу с женщиной, у которой двое детей. Так и сказал: "Кому ты нужна с двумя детьми". И исчез из моей жизни.

Выходит, новые надежды - не для меня? Только одинокий человек поймет, как тяжелы эти-мысли.

Не за горами время, когда мои сыночки разлетятся, и я совсем останусь одна...^

Вот такое письмо. Как будто бы спокойное. Как будто бы философское: человек уже как бы со стороны судит о прошедшем. И все-таки, во всяком случае на мой взгляд, письмо сплошь - сегодняшнее, горькое страдание. Собственно, понять это дает и еще одна строчка в нем. Ею автор заканчивает: "Все, что со мной случилось, настоящая трагедия". Такова ее общая оценка.

Не будем гадать, какую роль в этой трагедии женщина отводит себе. Считает ли себя только жертвой. Или в потаенных мыслях числит за собой "активную" роль в той части трагедии, когда события только зарождались, а потом развивались и нарастали. Не будем гадать. Но возьмем одну подробность неведомой нам жизни, о ней свидетельствует сам автор. В письме не раз упоминается об угрозе разводом. Так сказать, главном оружии в борьбе...

Вот и задумаемся над ситуацией (типичнейшей, подтвержденной множеством социологических исследований). Угроза разводом вошла в сегодняшний обиход, как основное средство... укрепления семьи. Не парадокс ли" Можно ли укрепить, разрушая? Ведь даже один раз "молвленное о разводе" - это уже процент, пусть доля процента реальной допустимости и самого деяния.

Нет, разрушение не укрепляет! И число "пьяных" разводов растет. А нарастая, еще больше утверждает в правах этот вариант, выхода из горького "узла обстоятельств", имя которому пьющий муж или того хуже - пьющая жена. Сегодня с помощью законодательства развод с пьяницей предельно упрощен. Пьянствуешь - ну.и живи в одиночку, и дети пусть о тебе забудут, никому ты не нужен. Такой становится расхожая мораль. Но права ли эта мораль? Во всем ли права? Целиком ли можно ее принимать? Или иначе. Скажем, сознавая простоту процедуры развода с пьяницей, нужно ли понимать дело так: вот он - выход, вот она - мораль наших дней.

Попробую провести аналогию с разводом не по "пьяной" - по другим причинам.

... День, два, неделю хожу в суд. Судья, по предварительной договоренности, разрешает мне присутствовать на приеме граждан и задавать вопросы тем, кто явился с заявлением о разводе. За один прием судья беседует примерно с двадцатью такими посетителями.

Они проходят передо мной. Профессии разные: рабочий, учитель, медицинская сестра, инженер. Лица - милые, умные. Невольно думаешь - чего не хватило им для счастья?

Всем, кого вижу, повторяю вопрос:

- Жалеете ли, что ваш брак распадается?

И выстрелом в уши:

- Нет!

Нет! Нет! Нет! Вдруг:

- Очень жалею.

Вглядываюсь в ответившего. Задаю новые вопросы. У него все, как у предыдущих. Заявление о разводе. И о дележе имущества. И даже о дележе детей, благо их двое. У него тоже - непонимание, отчуждение, скандалы. "Любовь? Да она давно прошла!" Ощущение полной безвыходности. Но он сказал: "Очень жалею". Он, оказывается, явился к судье, чтобы забрать свое заявление.

Вы помирились?

Нет.

Так что же?

Не знаю...

Очень хотелось поговорить с ним подробнее. Когда он вышел, я устремилась вслед. Мы уселись в сумрачном коридоре. Сергей (назову его так) говорил скупо, растерянно. Но суть его мыслей была понятна. "Разрушить легко. Строить - трудно. Вот все и бежим от трудов".

Мне запомнилась деталь. Сергей вспоминал. Когда-то, ухаживая за будущей женой, в сильный мороз он растер ее замерзший нос. Нос стал красным, раздулся. Она кинула взгляд в зеркальце. И - бегом. Догнал.

Ты что?

Увидишь, что некрасивая, бросишь.

Носа красного испугалась. Я ужаснулся ее испуга, сказал: "Никогда!" А сейчас своих диких сцен не страшимся, - говорил Сергей. В голосе - недоумение. - Тогда напрягались. Все лучшее в кулак" собирали, чтобы бьггь вместе. Потом этот труд забросили - он тяже - ЗЭ лый!..."

До сих пор помню этого чело- J века. Его мысль о том, что легко Q разрушать, строить трудно.

Так что же все-таки происходит О сегодня в той сложнейшей области ЗС(человеческих отношений, обобщенное имя которой - семья? Каковы 00 тенденции" Да, сегодня женщина не Е будет "держаться" за мужа, руководствуясь принципом: "Пусть плох, ^ да есть". Или: "Пусть плох, а все ^1 же детям - отец". Но сегодня она же, наша современница, не поспе- _ь шит и с разводом, полагая, как к* прежде, что развод с "плохим" мужем - благо для ее детей. Сегодня она, пожалуй, на некоем перепутье.

Что она вынашивает в своих раздумьях" Что обретает из опыта ошибок и просчетов, из опыта удач? Жажду полноценной семьи - вне всяких сомнений. А еще" Может быть, она понимает, что общий уровень знаний, культуры нашего общества выдвигает перед ней и ее избранником некую "третью возможность"? Не терпеть, если плохо. И не рвать, если плохо. Искать и находить пути к преодолению, к совместному противостоянию тому, что "плохо".

В этой связи я думаю: а что, если бы семьям, начинавшимся с любви и согласия, дать в ориентиры: "Для вас развод запрещен". Даже если дойдете до злых пощечин. Даже в том случае, если один из вас запьет до одури. Представим себе такое. Представим, что в скандалах, в пьяных драках нам жить до скончания века. Быть может, мы, как Сережи на невеста - красного носа, испугались бы первой же размолвки. Больше того - не допустили ее. А после первого мужнего "загула" не грозили ему разводом (благо, эта мера борьбы проста, она под рукой), поскольку это бесполезно. Мы бы мучительно искали выход. Мы бы трудились душой. "Развода не будет. Сопьется - никуда от него не денешься" - эта мысль побуждала бы думать, искать, пробовать. А тот, кто мучительно, трудно ищет - все-таки находит...

Или я не права? Но тогда почему наша читательница, чье письмо я привела дословно и полностью, расценила свою жизнь, в том числе и последние, послеразводные три года, и даже перспективу лет как трагедию?

Ю. ГЕОРГИЕВА

Ч i2

Сергей Федорченко

Бывает, трудно носить в себе тяжесть от пережитого, увиденного. Тогда одолевает желание поделиться своими раздумьями с другими. Так в нашей редакции оказалась рукопись активиста трезвеннического движения, члена ВДОБТ, инженера-нефтяника из Перми Сергея Анатольевича Федорченко. Это записки об увиденном в одной женской колонии строгого режима. Посетил ее автор, собирая материал для передачи созданного по его инициативе на Пермской студии телевидения общественного телеклуба "Трезвость". Проблема пьянства женщин и его трагические последствия стали темой первой, вышедшей в эфир передачи телеклуба, который ведет Сергей Анатольевич.

И не узнаешь преступницу

Заместитель начальника колонии по политической части была невысокой привлекательной женщиной лет сорока.

Людмила Васильевна Кожина! - представилась она, протягивая руку.

Женщина - замполит такой строгой колонии" - не удержался я от вопроса.

Думаю, с этим "коллективом" не справится ни один мужчина, - отшутилась Людмила Васильевна (позднее я тысячи раз убеждался в справедливости этих слов).

Идем по территории колонии. Она разделена на две части - производственную и жилищно-бы-товую. В производственной - корпуса и цеха, где шьют обувь и постельное белье, рабочие перчатки и рукавицы. Объем реализации - несколько миллионов рублей в год. Восьмичасовой рабочий день, вполне приличные условия для работы (вентиляция, освещение и т. п.). Вдоль конвейера - женщины: молодые и пожилые, одетые в специальные халаты, короткие прически упрятаны под косынки. В общем, женщины как женщины. Надень на любую "гражданское" платье, сделай прическу, подкрась - и не узнаешь в ней преступницу.

В конце конвейера невозможно было не обратить внимание на совсем молоденькую красивую девушку - почти девочку.

Можно с ней побеседовать" - спрашиваю Людмилу Васильевну. Она охотно соглашается, жестом приглашая девушку. Разговор с ней привожу дословно.

Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, как Вас зовут?

Лариса.

Лариса, сколько Вам лет?

Восемнадцать.

За что (тут я запинаюсь)... попали, нет, оказались здесь?

Статья (называет статью)...

Но я не юрист. Если можно, скажите, за что.

За пьяную драку в ресторане

- В восемнадцать-то лет?

В разговор вмешивается Людмила Васильевна.

Лариса, почему ты не говоришь, что это у тебя вторая судимость?

Это правда, Лариса?

Да. Украла золотое кольцо. В ресторане или в баре. Пьяная была. Плохо помню. Мне тогда только шестнадцать исполнилось.

Учишься (в колонии есть школа)?

Да, в десятом.

Закончишь школу, выйдешь из колонии, где, кем будешь работать?

Не знаю. В Ленинграде не пропишут. Да и стыдно туда возвращаться.

Но почему? Ведь ты никогда больше к этому не вернешься!

Не знаю. Старые дружки, подруги, может, боюсь, все повторится.

Родители пишут? Кто они"

Уважаемые люди. Переживают, конечно.

А парень? У тебя не может быть плохого парня (захотелось ударить по ее самолюбию - ведь наверняка дружила с каким-нибудь "стильным" хулиганом).

Пишет. Он действительно хороший. Но я знаю - он не будет дружить со мной, когда я освобожусь.

Она не договорила. Мы попрощались с ней, пожелали ей много добра. И вот о чем подумалось: как часто, особенно в последнее время, мы, родители, возомнив себя кто Макаренко, кто Сухомлинс-ким, спорим о проблемах воспитания детей. Спорим горячо, до хрипоты, Дома, на работе, на улицах, в трамваях и в автобусах. А в это время подлая рука пьянствующего негодяя, подлеца протягивает нашему вчерашнему ребенку (а он уже подросток, но мы просто этого не замечаем) бесплатный стакан вина или водки. Который завтра, оказывается, стоит денег. Каким же страшным злом оборачивается для подростка эта "добрая" подачка! И не успеет он оглянуться, как оказывается в плену отвратительных привычек, которые, очень часто, приводят его на скамью подсудимых.

... Аккуратные дорожки, где-то асфальтированные, где-то посыпанные гравием или шлаком, из деревянного бруса жилые бараки, аллеи молодых тополей, несколько кирпичных зданий (школа, больница, клуб) - это жилая часть колонии. Группы женщин, с любопытством рассматривающих постороннего мужчину. Некоторые поправляют косынки, приветливо улыбаются. Входим в один из бараков. У входа дневальный, пожилая женщина, докладывает, что отряд находится в столовой (обед).

Поражают чистота и порядок, белоснежность простыней, подушек (кровати в два яруса). Такой же порядок в тумбочках, где ничего лишнего. Мыло, зубная щетка, нитки, пуговицы и другие необходимые предметы и вещи туалета. Встречается помада. Узнаю, что стирают женщины сами. Баня раз в неделю. Медицинские осмотры, женские консультации, прививки... Комната для политических занятий. Оформлена с художественным вкусом. Трудовые (а не социалистические) обязательства отряда. Призывы не нарушать дисциплину, поддерживать порядок.

Над столом склонились две женщины - готовят выпуск стенгазеты. Одна из них - Валентина - землячка, из ЧусовогО. Ей 27 лет. Отец - почетный металлург. В заключении 4 года (осталось еще 3). Пил муж, вначале один. Поддержала "компанию", раз, другой. Стали пить вместе, а потом и порознь. Не бывать, не ночевать дома стало обычным явлением. Начались скандалы, драки. И вот 7 лет строгого режима.

Есть дети, Валя?

Есть. Дочь (плачет).

А муж? Где он?

Развелись. Спился. Ничего не хочу, хочу к дочери, хочу жить нормально!

Но ведь там опять... Все магазины не закроешь, да и "друзья" всегда выручат...

Ни за что! Не хочу я этой жизни! Вот как нажилась! Ведь я отвыкла даже' от запаха этой проклятой водки... Я вот о чем думаю: хорошо бы нас; пьющих, по одному - по два отдать на воспитание к трезвым, или, как их, трезвенникам, чтобы узнали, как хорошо жить в трезвом мире...

Так- хочется, чтобы она никогда больше не узнала, не вспомнила этот неприятный запах, от которого отвыкла!

Получаю от Людмилы Васильевны такую справку: до 70-75 процентов заключенных женщин осуждены и отбывают срок за преступления, совершенные на почве пьянки. Около сорока процентов - со средним и средним специальным образованием. Несколько десятков - с высшим. "Малограмотные" (с пятью-шестью классами), имеющие возраст до 37- 40 лет, обязательно учатся, заканчивая десятилетку или 11 классов.

Школа (хотя сентябрь был еще "за горами") уже подготовлена к новому учебному году. Краской пахнут свежевыкрашенные столы и парты. Не хотелось верить, что первого сентября сюда придут эти 30-40-летние женщины и будут учить то, чему они должны учить своих детей. Странно... "Дети" в 30-40 лет...

Хотите побывать в кабинете аутотренинга" - спросила Людмила Васильевна. И заметив, что я не очень знаком с этим мудреным словом, повела меня в этот таинственный кабинет.

Просто невероятно, но я попал в обстановку, о какой мечтает каждый руководитель крупного предприятия: мягкая мебель (кресла), ковры и дорожки, уют, чистота, порядок. В углу нагромождение магнитофонов, каких-то приставок, колонок.

Что хотите слушать? Вы устали" Хотите отдохнуть, забыться" - участливо спрашивает меня молодая женщина-лейтенант.

Я надеваю наушники-, вытягиваю с удовольствием уставшие ноги, и ласковые, зовущие звуки музыки пронизывают меня. Хочется слушать такую музыку бесконечно долго, сколько угодно. И вдруг откуда-то издалека (так и хочется сказать: из-под облаков) женский, спокойный голос: "Вы устали" У Вас неприятности! Я понимаю Вас! И прошу: закройте глаза, расслабьтесь, примите самую удобную позу. Так. А теперь еще немножечко воображения. Ну совсем немного, я прошу Вас. Представьте себе луг, зеленый-зеленый, как комната, в которой Вы находитесь". Я пытаюсь открыть глаза, чтобы, наконец, рассмотреть, какого цвета обстановка кабинета, но не могу - музыка и слова, словно гипноз, действуют безотказно - нет ни сил, ни желания двигаться. А голос, чуть меняя тембр и окраску, продолжает еще тише: "Трава на лугу зеленая-зеленая и деревья, как и трава, зеленые. Светит солнышко, и воздух чистый-чистый и тоже кажется зеленым. Вам хорошо, Вы спокойны, у Вас все хорошо, все, Вы слышите меня".."

Очнулся я от громкого вопроса, обращенного ко мне, Людмила Васильевна улыбалась:

- Ну как?

Здорово! - отвечаю я, смущаясь.

Женщина-лейтенант щелкнула клавишами магнитофона, сменила кассету.

Не вздумайте снимать наушники! Прослушайте все - это очень интересно и важно! - прокричала на ухо Людмила Васильевна.

И тут я услышал в наушниках то, чего, вероятно, никогда и нигде не услышу.

Вы лишаете наших матерей и отцов возможности спокойно работать и жить. Вы портите наших детей! Кто Вам это позволил? Закон? Нет! Вы растоптали сами это слово, это понятно. Но наш закон гуманен. Мы надеемся, что завтра, оказавшись на свободе, Вы никого не ограбите, не изобьете. Мы надеемся, что Вы не совсем потеряны для нашей страны. Цените это1 И если завтра в трамвае или в автобусе, на улице или на работе кто-то скажет Вам грубое слово и Вам станет обидно - вспомните этот разговор и скажите себе: "Я больше никогда никому не сделаю плохое, не причиню боль, незаслуженную обиду! Я никогда не отвечу на грубость грубостью, не буду красть, пить, нарушать закон, никогда-никогда!" Мы знаем, что Вы найдете в себе силы не возвращаться к прошлому, что Вы сможете стать хорошим работником, честным, справедливым. И еще: если кто-то пойдет по Вашему пути - поправьте его, остановите. Этим Вы искупите свою вину".

Минуту, другую (не преувеличиваю!) я сидел с наушниками в руках, не зная, как реагировать на то, что услышал только что. Наконец, спрашиваю:

- Это для чего? И много у Вас таких "бесед"?

Много! - говорит Людмила Васильевна. - Более ста кассет. Спасибо нашему педагогическому институту - подготовил, записал. На любую тему, на любой возраст, на любое преступление. Ваша кассета - для тех, кого мы готовим к выходу на свободу...

Это надо же - человек совершил преступление, а ему: "Будьте добры, не ругайтесь, пожалуйста, не пейте, будьте благоразумны!" Ну и ну!

А как реагируют Ваши слушательницы на такие беседы?

По-разному. Бывает, срывают наушники - неприятно ведь слышать правду! И все-таки что-то остается в сознании...

Разве это люди!

Хотите увидеть женщину, отправившую на тот свет сразу четырех человек" - спросила Людмила Васильевна, когда мы встретились в мой следующий приезд.

Как?! Как на "тот свет"? Убила"...

Да. Сожгла. Мужа с женой, их мать-старушку и трехлетнего малыша. В пьяном угаре...

Когда вошла эта женщина-убийца, я почувствовал желание выйти, выбежать из комнаты. Не хотелось дышать с ней одним воздухом. Спасибо Кожиной - она взглянула на меня успокаивающе и требовательно: "Сидите, мОл, раз уж согласились!" Потом обратилась к колонистке (это и другие имена, естественно, изменены):

- Расскажи, Лида, Сергею Анатольевичу, как все это произошло. Постарайся ничего не скрывать. Он готовит телевизионную передачу о женском алкоголизме. Ему нужно знать твою историю.

Людмила Васильевна выходит из кабинета (будто по срочным делам, хоть бы предупредила, что оставляет нас наедине). Взгляд падает на руки заключенной: красивая кисть, длинные тонкие пальцы. Конечно, никакого маникюра, но ногти чистые, видно, что обработаны не только ножницами. Так неужели вот этими руками она... вот так чиркнула спичкой, подожгла и... Наконец, выдавливаю из себя:

- Вы кем здесь работаете?

Электриком. Настраиваю, регулирую... все по электрической части...

Руки у Вас... Неужели Вы этими руками их... Вы помните - их"

... Нет, не помню. Ведь знала их всех - соседями были, а после этого лица как будто стерлись с памяти. Прямо измучилась вся, хочу вспомнить и не могу...

Когда это произошло?

Одиннадцать лет как прошло. Десять лет уже здесь. Да еще следствие, суды. -'Меня ведь к высшей мере приговорили вначале. Но приговор не привели в исполнение -<- за дело взялся

молодой адвокат, ездил в Москву, писал, добивался. И добился - расстрел заменили пятнадцатью годами. И тут я не выдержала - хотела повеситься, прямо в камере Не дали. Тогда я стала писать везде, чтобы меня... ну, лишили жизни, что не могу я жить, не имею права. Отказали. Ответили, что мои просьбы внимательно рассмотрены и отклонены. А я чувствую, что умру я там, на свободе...

Да прекратите Вы! Вам только сорок лет. Дочь - невеста (об этом мне успела рассказать Людмила Васильевна). О ней подумайте!

Говорю это и умолкаю, потому что, чувствую, говорю не то И вдруг слышу.

Я все Вам расскажу. Только Вы меня, пожалуйста, дослушайте.

А что, были такие, кто не ушал?

Были. Один. Вскочил, выругался и выбежал... Все было вначале хорошо. Пока муж не запил. Вначале выпивал с дружками, потом привык, начались запои. Разошлись. Пришлось уехать оттуда (он надоедал). Устроилась я неплохо. Электрик-то я хороший. Деньги всегда были. Жила с соседями. Они веселые были, любили выпить. Соберемся, бывало, выпиваем и говорим, говорим и выпиваем. Дочку к маме отправляла. Думала, всегда так будет. Однажды получила зарплату, купила пива (я ремонт делала), пошла к соседям - мы в пятистенке жили - позвать их на помощь, обои клеить. И засиделась. Они тоже только что получили получку. Один раз сходили за вином, потом еще, а потом уж и не помню, сколько раз бегали по очереди в магазин, он у нас близко. Потом, помню, на этих своих соседей за что-то обиделась, крепко... И сейчас не представляю, за что. Пришла к себе домой Ноги вымыла и руки. Тихонько заперла их снаружи и подожгла. А когда они пытались вылезти в окна, помешала им. Они задохнулись от дыма и сгорели. Тоже пьяные были... Очнулась -лежу у клуба на земле. Поднимает меня какой-то парень и говорит, дескать, разве можно так напиваться? А я слушаю его и думаю: "О чем ты говоришь? Ведь я живых людей сожгла!" Вырвалась от него, подхожу к своему дому, а от него только угли, зола и пепел остались. Меня тут же убить хотели, но милиция помешала. Два раза пробовала повеситься. Раз - там, а второй - уже здесь в этой колонии. Оба раза не дали, из петли вынули.

Она замолчала. Пока говорила, я рассматривал ее и думал: "Сколько хорошего могла, наверное, сделать в жизни эта женщина, если бы не проклятое вино!" Представил ее такой, какой она, наверно, была тогда, до того, как совершила преступление, десять лет назад. Получилось - веселая, симпатичная, энергичная, работящая, все умеет - и работать, и веселиться - таких любят. А вот...

Боюсь я всего - людей, забора этого. Ведь десять лет на него гляжу, а что там, за ним - уже не представляю. Людей боюсь, свободы боюсь, боюсь, узнают, что сидела, - убьют...

Не убьют. Скажите спасибо за жизнь, которую Вам сохранили. И воспользуйтесь тем временем, какое осталось Вам жить по-человечески, проживите его честно, оправдайте наше человеческое доверие, доверие того молодого адвоката. Слышите? Дочери своей, всем, с кем будете жить, работать, не только расскажите все о себе - по рукам, по губам бейте, если увидите у них спиртное!... Мы готовим телевизионную передачу о женском алкоголизме. Подскажите, как лучше ее сделать?

Расскажите о нас правду. И про водку, которая из людей делает мразь...

Когда Людмила Васильевна дала мне понять, что преступление, с историей которого я только что познакомился, еще не самое страшное, что есть и ужаснее, я не поверил.

Убийство собственных детей. Причем медленной смертью - голодом, избиениями, - произнесла Кожина страшные слова...

Она вошла тихо, остановилась у стола, за которым мы сидели с Кожиной, в метре-полутора.

Садись, Марина! Сергей Анатольевич - активист Общества борьбы за трезвость. Его интересует, почему женщины пьют, пьют много. Может, расскажешь, как вино, водка сгубили тебя?

Молчит. Я делаю вид, что рассматриваю какие-то документы, графики, что лежат на столе, а а сам незаметно изучаю ее. Около 30 лет, приятное лицо, черные волосы аккуратно убраны под косынку. Нет, такая должна любить порядок и детей.

Людмила Васильевна опять оставляет нас. Тишина. Неожиданно женщина начинает плакать. Вначале промокает слезы носовым платком, потом, когда они потекли ручьем, вытирает их ладонями. Я подаю стакан с водой. Она пьет и плачет еще сильней.

Хорошо. Ничего не рассказывайте. Не нужно. Успокойтесь. Можете идти

Но она не уходит. Чувствую, что вот-вот заговорит. Наконец нахожу, кажется, самые нужные слова.

Я не верю, что Вы убили собственного ребенка, не верю! Это противоестественно. Вы родили его - и Вы его уничтожили. Так не бывает, слышите? Этого не может быть!

Да, убила. Била ее, пока она не умерла...

Я содрогаюсь от этих жутких слов. И все-таки справляюсь с собой, хотя дикая ненависть, страшная злость и отвращение к этой, так называемой матери, кажется, останавливают сердце.

Хорошо. Рассказывайте дальше. Только правду, слышите?

Первый муж пил. Разошлись. Я не выносила его пьяного. Вышла второй раз замуж с дочерью от первого. Машей звали А второй, оказалось, пьет еще больше, хотя прикидывался непьющим. Тут родилась от него дочь, потом вторая. Денег не хватало. Если бы не пил, может, и прожили бы, а тут... Поесть иногда нечего было. Я его за пьянку ругала, а он на Машу показывает: мол, своим девкам не хватает, а тут еще эта навязалась! Алименты я не получала, тот, первый, скрылся. Выпила я как-то, разозлилась на Машу и ударила ее. Она есть просила, а в доме даже сахару не было. Она заплакала. Потом так голодная и уснула. Потом такая же история повторилась. Он пришел пьяный и голодный. Машу из-за стола выгнал. Она - в слезы, забилась в угол. Он ударил ее и закричал: "Бей ты, не убьешь эту сучку, я ее убью!" Я стала избивать ее все сильнее и сильнее. Он за это лучше относился ко мне. Однажды мы решили, что надо ее избить, а потом не кормить, так она скорее умрет. Я так и сделала* Не кормили мы ее пять дней и били. Двигаться она не могла, говорить тоже. Когда умерла, позвали милицию, врачей. Дали мне десять лет...

Мало! Вам сто лет каторги мало! Вам... для Вас... пули жалко И что это за закон у нас?!

Людмила Васильевна появилась

как нельзя вовремя, я почти уже не сдерживался,

- Когда врачи вскрыли труп девочки, а ей было всего пять лет, то не обнаружили ни одного здорового органа - все было отбито, искалечено или оторвано, - сказала Кожина тихо, когда заключенная вышла. - А Вы говорите не может быть. Может. Водка все может! Вот письма. Хотите почитать? Вот это письмо. В нем заключенная - мать - пишет своей дочери. А это - ответ дочери в колонию, чтобы защитили ее от такой "матери".

Читаю письма. Верю и не верю: возможно ли такое? Но ведь письма же - как им не поверишь?

Письмо матери (заключенной):

Здравствуйте, дорогие мои детки и внучка Аленка, дочка Надежда Федоровна и зять, Игорь Владимирович! С горячим приветом к Вам бывшая твоя мать Раиса Ивановна. Да, Наденька, неужели у тебя такое сердце - не писать мне 10 лет? Ведь я тебе дала жизнь. Надя, в жизни всякое бывает. Я подавала на розыск и начальство помогло мне тебя найти. Так вот, я после освобождения приеду к вам и придется вам принять меня. И заставят вас дать мне, что положено. Я имею право везде хлопотать и писать в Москву. Я опозорю тебя и твою семью. Даю тебе срок две недели.

Ваша мать Раиса Ивановна Гвоздырева".

Письмо дочери написано на имя начальника колонии.

Добрый день! Пишет Вам Ко-стенко Надежда Федоровна, по поводу того, что в Вашем учреждении находится Гвоздырева Раиса Ивановна. Я получила от нее непрошеное письмо. В молодости ее лишили материнских прав. Она меня положила на рельсы, думала меня поездом зарежет. А сама побежала за человеком, у которого была бутылка водки. Чужие люди меня подобрали. Воспитывалась я в детском доме. И за все время она никаких материнских чувств ко мне не испытывала. Как же мне быть? Я мать двоих детей и я хочу, чтобы они ничего не знали о ней. Она все променяла на водку - молодость, детей, жизнь. А теперь, состарившись, хочет, чтобы ее кормили, одевали, обували. За что? Она всю жизнь приносила с собой только горе всем, с кем встречалась. Неужели и теперь, когда она освободится, она будет доставлять людям одни страдания и неприятности" Но почему? Очень прошу - помогите мне. Оградите меня и мою семью от нее и ее писем.

До свидания. С уважением, Ко-стенко Надежда Федоровна".

Знакомимся. Гвоздырева - невысокая, бойкая, ей за пятьдесят. Двенадцать судимостей. Сидела в общей сложности больше двадцати лет. За пьянство, кражи, разбой, взломы, грабежи.

Пытаются убедить ее в том, что в отношениях с дочерью она не права. Не понимает, спорит, горячится.

Дети обязаны! Дети должны!...

Да, - говорю, - дети, верно, должны, обязаны... А у Вас их нет. Нет, понимаете? Променяли Вы их на водку. А будете их запугивать такими письмами - добавят срок.

Когда Гвоздырева вышла, Людмила Васильевна сделала мне замечание:

- Они законодательство лучше нас с Вами знают. Стращать их бесполезно.

... Эти письма помогли нам правильно начать передачу, причем первую, самую важную и ответственную.

От редакции.

Предлагая журналу этот материал, автор горел одной мыслью - ужесточить борьбу с опасным социальным злом - пьянством. Ведь у С. А. Федорченко, как и у многих его единомышленников, нет удовлетворения от того, что ты абсолютный трезвенник. И это понятно - ты не помог ничем тому, кто пьет, не подсказал, не "обратил" в свою веру. Да и. можно ли жить спокойно, зная, что ежедневно на почве пьянства совершаются тяжелейшие преступления, что в стране едва ли не каждый день рождаются неполноценные младенцы потому, что их мамы и папы не могут жить без водки, что многие школьники, однажды узнав вкус спиртного, не расстаются с ним до конца жизни"!

Нет покоя С. А. Федорченко, телезрителям созданной им передачи, нам, сотрудникам журнала. Знаем, что нет и не будет покоя вам, уважаемые читатели, если в вас живо чувство сострадания, справедливости и гражданского долга.

КОМПЕТЕНТНОЕ МНЕНИЕ

/ЪЛБТКИ НЕ БУДЕТ

При недомогании иногда обращаются к медикам с наивной просьбой дать что-нибудь "от насморка", "от сердца", "от головы". Поди-ка объясни такому несведущему больному, что у каждого человека и сердце, и голова болят по-своему, требуют особых лекарств.

Существуют ли таблетки "от водки"? Ведь назначает врач больному хроническим алкоголизмом какие-то лекарства. Да, назначает. Давайте посмотрим, что это за лекарства, на примере самого распространенного препарата - тетурама.

Сорок лет назад медики обратили внимание на тот факт, что рабочие, занятые вулканизацией каучука, не переносят спиртные напитки. При выпивке у них краснели лицо и шея, учащались дыхание и сердцебиение, снижалось кровяное давление, появлялись удушье и страх смерти... Оказалось, что такое действие производит использовавшееся в технологическом процессе вещество, которое вскоре смогли синтезировать и применить для создания "химической изоляции" от алкоголя. Примет больной таблетку и потом - хочешь не хочешь - уже не может выпить ни капли спиртного, не рискуя испытать описанное выше состояние (в зависимости от количества принятого алкоголя оно может быть и очень тяжелым). Но повторяем - только если больной примет такую таблетку! Однако не будешь же каждый день вкладывать взрослому человеку в рот таблетки, не говоря уже о нежелательности Длительного приема лекарств. Кроме того, зачастую проходит месяц-другой, и начинается: "Я и без таблеток могу не пить!" Пациент прекращает принимать тетурам, проходит день, неделя, в лучшем случае два-три месяца и... половина больных возобновляет пьянство. В практике встречаются и такие случаи: "Это "скорая"? Срочно приезжайте! Я лечусь тетурамом, а сейчас выпил бутылку вина. Уже начинается реакция! Приезжайте быстрее!"

Мы видим, что стремление к опьянению оказалось сильнее хорошо известной больному опасности, сильнее страха смерти. Влечение в большинстве случаев остается на прежнем уровне потому, что даже самая совершенная "химическая изоляция" не изменяет болезненно сформировавшуюся личность больного.

Было бы большим упрощением считать алкоголизм заурядной болезнью и относиться к нему, как к одному из многих заболеваний, которым подвержен род человеческий. Будь это так, врачи, скорее всего, уже смогли бы справиться с алкоголизмом, как преодолели в свое, время такие смертельные недуги, как чуму и оспу.

Но представьте себе такую ситуацию: человек падает с крыши, ломает руки и ноги, его лечат. Он встает, поднимается на крышу, падает, ломает руки и ноги, его лечат... Он встает... В общем, "у попа была собака"... А ведь это, по сути, и есть несколько утрированная картина медикаментозного лечения алкоголизма. Стратегическая линия борьбы с алкоголизмом должна состоять не в том, чтобы совершенствовать лечение "переломов", а в том, чтобы не дать больному "подниматься на крышу". Не лечить "от водки", а учить трезвости.

Надеяться на чудодейственную таблетку, которая сможет "вылечить" любого заболевшего на любой стадии заболевания, не только бесполезно, но, видимо, и опасно. Во всяком случае, сегодня такое заблуждение абсолютно неприемлемо, ибо надежда на панацею заставляет занимать выжидательную позицию ("что-нибудь придумают..."), действует демобилизующе.

В чем состоит сущность современного лечения алкоголизма? Да, есть в нем и таблетки, и уколы. Но главное все-таки не в них. Изменить психику человека, существа социального, на более или менее длительный период лишь с помощью химических средств невозможно. Желательные изменения могут быть достигнуты только посредством комплекса социальных, социально-психологических воздействий.

Недаром в Постановлении ЦК КПСС о мерах по преодолению пьянства и алкоголизма основное внимание уделяется не столько лечебным мероприятиям, сколько воспитательной роли трудовых коллективов, административному и правоохранительному аппаратам, пропаганде трезвого образа жизни и созданию условий для него. Самой же борьбе с пьянством недвусмысленно придается политическое значение. Почему? Не будем останавливаться на общеизвестных фактах экономического ущерба, приносимого пьянством. Вернемся к вопросам психологическим.

Одной из характерных черт "пьющего" является полная удовлетворенность всем и вся при соблюдении одного-единственного условия - была бы выпивка. Поэтому он не заинтересован в переменах и не способен к ним. Движение вспять - единственно доступное ему движение, а алкогольная деградация личности - закономерный финиш. Ему не нужны ни повышенные трудовые обязательства, ни напряженный творческий труд, ни самоотверженная работа, ни самосовершенствование по той простой причине, что возможность выпить сегодня вечером не зависит от того, где и как он сегодня работал. На "стакан" он всегда заработает. Так какая польза государству, да еще государству, строящему коммунистическое общество, от такого гражданина?! И чего больше, пользы или вреда от него? Вот вам и политический аспект данной проблемы.

Какова же роль специалиста, врача-нарколога и его возможности в общей антиалкогольной работе" Может 6biTbj с учетом сказанного выше прозвучит несколько неожиданно и вроде бы противоречиво, но алкоголизм можно и должно успешно (подчеркиваем - успешно!) лечить. И для этого не нужна ни дорогостоящая электронная аппаратура, ни лазерная техника, ни компьютеры. Однако подобная "дешевизна" не является синонимом "легкости" лечебного процесса. Пожалуй, даже наоборот.

Воздействовать на болезненно измененную личность всем диапазоном психотерапевтических методов: социальной терапией, всеми видами индивидуальной и групповой психотерапии, терапией средой, семейной терапией и т. д. - можно лишь при согласованности усилий большого числа людей - уж никак не одних врачей! - причем в большинстве своем это лица, не имеющие прямого отношения к медицине. Они должны знать основы психологии личности и быть убежденными трезвенниками (как и всегда, начинать надо с себя). К ним следует отнести и опытного наставника на работе, и соседей по лестничной площадке, и товарищей по рыбалке, и старых школьных друзей, и конечно же родственников, то есть практически всех тех людей, с которыми общается больной.

Не меньшее значение имеют и факторы окружающей среды, под которыми в данном случае понимаются и, психологический климат семьи, трудового коллектива, и содержание демонстрируемых на теле- и киноэкранах фильмов, и уровень проводимой средствами массовой информации антиалкогольной пропаганды. Здес|> также предстоит очень многое изменить для того, чтобы, закончив курс противоалкогольного лечения, больной не очутился, в той же самой среде, которая спровоцировала его на пьянство (помните: "у попа была собака...").

В деле борьбы с пьянством нет неприкосновенных вотчин, есть сложное диалектическое сплетение сознательного и бессознательного, индивидуального и коллективного, личного и общественного, биологического и социального.

Нет чудодейственных таблеток "от водки" - пусть не будет и расслабляющего ожидания. Преодоление пьянства и алкоголизма - работа долгая, кропотливая, требующая значительного напряжения сил. Только активно решая задачу, мы можем рассчитывать на успех.

А. ШУВАЛОВ, кандидат медицинских наук

г. Фрязино

ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСУЛЬТАЦИИ

ВОЗМЕЩЕНИЕ УЩЕРБА

Вследствие потери контроля над своим поведением, ослабления действий тормозящих центров человек в состоянии алкогольного опьянения может вступить в драку, легко идет на кражи, угон автомобилей и т. д. В результате причиняется имущественный ущерб гражданам и организациям. Ущерб, который, естественно, необходимо возместить. Об этом говорится в статье 444 Гражданского кодекса РСФСР.

Гражданин обязан возместить ущерб даже тогда, когда он не мог понимать значения своих действий из-за сильного опьянения. Статья 453 ГК освобождает дееспособных граждан от ответственности, когда они причинили вред в таком состоянии, когда не могли понимать значения своих действий или руководить ими. Однако р той же статье сказано, что гражданин не освобождается от ответственности, если сам привел себя в такое состояние, употребив алкоголь или наркотик.

Если при угоне автомобиля пьяный гражданин совершил наезд и пострадавший утратит трудоспособность, понесет расходы на лечение, дополнительное питание и т. п. то возмещать все убытки пьяница будет даже тогда, когда его вины в аварии не было. Да-да, именно таковы требования статьи 454 ГК.

С другой стороны, в драках, дорожно-транспортных происшествиях виновными могут оказаться все участники, в том числе и пострадавшие пьяные. По общему правилу (статья 458 ГК), грубая неосторожность потерпевшего содействовавшая возникновению или увеличению вреда, влечет уменьшение размера возмещения, а в определенных случаях может явиться основанием для полного отказа в нем. А что такое грубая неосторожность? Это ничто иное", как нетрезвое состояние потерпевшего, из-за чего, собственно, и возник вред. Следовательно, если человек в пьяном состоянии попадет под машину, под поезд, получит увечье в драке, то может случиться так, что размер возмещения за полученный им вред существенно уменьшится, а иногда о таковом и речь не идет.

Состояние опьянения как грубая неосторожность учитывается и в случаях производственного травматизма. Гражданский закон охраняет права трудящихся и членов их семьи в случае причинения увечья или иного повреждения здоровью на производстве (статья 460 ГК РСФСР). Однако при утрате общей или профессионал ьной трудоспособности или смерти (а следовательно, потери кормильца) в состоянии опьянения размер возмещения опять-таки уменьшается.

В Гражданском кодексе и других нормативных актах содержатся и иные правила, которые следует использовать в борьбе против пьянства.

Статья 531 ГК РСФСР, определяющая круг лиц, которые не имеют права быть наследниками, хотя и не содержит упоминания о пьяницах, тем не менее имеет к ним прямое отношение. Действия, предусмотренные этой нормой, очень часто связаны именно с употреблением спиртного и наркотиков. Так, не имеют права наследовать ни по закону (статья 532 ГК), ни по завещанию (статьи 534, 535 ГК) граждане, которые своими противозаконными действиями способствовали тому, чтобы стать наследниками.

Это может быть убийство человека, после смерти которого остается наследство, а виновниками таких трагедий нередко становятся пьяницы или наркоманы. Это может быть преступное устранение от наследства других наследников: подделка завещания, угроза или обман при его составлении! Весьма распространенной побудительной или сопутствующей причиной этих действий являются пьянство, алкоголизм, наркомания, стоящее за ними моральное и нравственное разложение.

Не могут наследовать по закону родители после детей, в отношении которых они лишены родительских прав, а также и совершеннолетние дети, злостно уклонявшиеся от выполнения лежащих на них обязанностей по содержанию наследодателя. Стоит ли добавлять, что и эти случаи в большинстве своем. - прямое следствие пьянства.

Д. РОЗАНЦЕВА, кандидат юридических наук

МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ ЗАПАДНОЙ ШНУРЫ

ЕСТЬ НИ НРМТРМСТМ ЗА МЕТМЛИЧЕСНОИ ДВЕРИ?

Праотцы и прарадетели

Странные времена. Странные племена. Хиппи, моды, бритоголовые, байкеры-мотоциклисты, панки, тедди бойз... Последние ненавидят предпоследних. Небритые, нечесаные мотоциклисты на дух не выносят аккуратных модов. Нарушая все представления об исторических закономерностях, по улицам западных городов расхаживают татуированные двойники древних кельтов, при виде которых не выдерживали нервы даже у бывалых римских легионеров.

Как и положено в цивилизованном обществе, процессы зарождения, расцвета и отмирания тех или иных племен, продукта молодежного нонконформизма, сопровождаются и всегда сопровождались музыкой. Мастерски сыгранной, полной мистики и замысловатых образов. Резкой, диссониро-'-вавшей со всем и вся, где неумение обращаться с инструментами возводилось в ранг наивысшей музыкальной доблести... Наконец, той самой, которую можно сравнить с ударом электрического тока мощностью тысячу вольт.

Всего лишь новая волна тяжелого рока, но сколько иронии, споров, восторгов, отрицания. Почему именно сейчас?

Корни сегодняшнего металла ищите во вчерашнем дне, будь сам термин "хэви-метал" порождением воображения писателя-чрантаста или людей, страдающих несварением желудка*. Вместо звонка, приглашающего желающих на урок музыкальной истории, - тяжелый рифф, составляющий основу основ металлического рока.

Человека, выпустившего джина Хэви-ибн-Рифф из бутылки, звали Джимми Хендриксом. Точнее и торжественнее - Джеймсом Маршаллом Хендриксом. В его жилах смешалась кровь чернокожих и краснокожих предков, а в воображении - образы африканских и индейских божков, заклинания и суеверия. "Колдовской ребенок" играл неслыханные мощные сайкеделические блюзы*", тяжелейший по тем временам рок. Хендрикс стал настоящим королем "подпольной" музыки 60-х годов. С копной волос, с амулетами на шее, с дьявольским взглядом Джимми являлся живым воплощением своих мечтаний, уплывающих в сладковато пахнущий наркотический туман. На сцене три гитары. Две белые и солидные, третья - раскрашенная всеми цветами радуги.

О странная прекрасная земля зеленого цвета, С величественными шелковистыми пейзажами,

Я хотел бы поближе рассмотреть твои загадочные горы,

Можно я посажу здесь свой причудливый аппарат?

Мягкой посадки не получилось. Едва наметив путь развития тяжелого рока, Джимми Хендрикс умер. Кто говорит, что он принял слишком большую дозу наркотиков. Кто утверждает, что причиной смерти Хендрикса, исполнившего на острове Уайт свою лебединую песню в виде весьма странной, рваной музыки, стал алкоголь (ровно через 10 лет такой же смертью умрет и первый вокалист популярного ансамбля ЭйСи/ДиСи, играющего метал).

Во имя будущего тяжелого рока в поте лица своего трудились Эрик Клаптон, Джек Брюс, Джефф Бек, Ричи Блэкмор.

Еще один Джимми, на этот раз - Пейдж, подарил миру музыки целую коллекцию новых риффов, а вокалист группы "Лед Зеп-пелин? Роберт Плант стал "выдающимся" певцом-мистиком, которого пока еще в вокальном мастерстве никто не превзошел. Немного погодя на рок-сцену вышли люди из "Блэк Саббат", по-своему перестроившие весь музыкальный скелет тяжелого рока и расправившиеся с романтизмом своих предшественников. "Да здравствует ужас!" безапелляционно заявили противники осмысленной импровизационное" в лице Оззи Озборна, причисленного сегодня к лику "отцов" тяжелой музыки.

Затем воцарилось подозрительное затишье. Бунт против государственной власти, которому рок-музыка служила эмоциональным наполнителем, бесславно закончился. Уход в ностальгические воспоминания о славных днях тростниковых дудочек хиппи и рок-фестиваля в Вудстоке грозил спровоцировать короткое замыкание в душах потребителей и производителей музыкальной продукции. Дельцы от рока создали и начали успешно эксплуатировать машину дискомузыки в качестве основного средства лечения от вредной привычки задумываться о несправедливости окружающего мира. В тысячах дискотек самозабвенно выплясывали молодые люди, заразившись в субботу вечером вирусом танцевальной лихорадки. С таким трудом созданная обстановка душевной умиротворенности была вновь дестабилизирована музыкантами "новой волны" и агрессивностью воспрявших духом панков.

А в конце 70-х зашевелилась застывшая было глыба тяжелого рока, вызвав явное неудовлетворение взрослой части населения земного шара. Музыка "разрушений", как поспешили окрестить воскресшее дитя прошлых лет пугливые журналисты, с прожорливостью сказочного Глиняшки заглонула энергию панк-движения, так и не успевшего окончательно расплеваться со своими врагами. "Живая", тяжелая музыка, не связанная обилием электронных клавишных инструментов и их бесконфликтного звучания, буквально захлестнула промышленные центры многих стран. К тяжелому року потянулись и нашли в нем свое убежище те, кто был по той или иной причине неуверен в себе и чувствовал себя закомплексованным, отвергнутым, неполноценным.

К хэви-металу обратились и уверенные в себе потенциальные и реальные лидеры молодежных групп. С этой мощной музыкой они чувствуют свою силу еще больше и ведут себя еще более раскованно. Принято считать, что культурные, образованные люди не посещают концерты металлических групп и вообще" не знают о таком направлении в рок-музыке. Может быть, это и так. Основная аудитория - подростки, еще неспособные давать объективные оценки явлениям в искусстве (я не говорю о политике...). Хотя, чего греха таить, и взрослые не очень часто могут похвастаться своей объективностью. Женоподобные певцы больше не отвечают вкусам уставших от собственной неустроенности детей "послевоенной мечты" западного мира. Металл - музыка не созерцания, она возвращает року его первоначальное значение: быть музыкой несогласия, бунта. Он дает молодым людям спонтанно выплеснуть свои эмоции, представить ненавистных "умников" из оффисов и государственных деятелей в виде обросших рыжей шерстью мамонтов, а себя - в роли первобытного сильного охотника.

Наше выступление является лучом, освещающим те далекие века, когда еще ничего не было, когда человек еще избивал зверей и шил из звериных шкур себе одежду. Мы не играем на своих гитарах, мы нападаем на них, как на неприятеля", - прямо говорят музыканты группы "МэнОво", исповедующие монументальный хэви-метал.

Призыв хиппи "Назад, к деревьям!" смотрится теперь инфантильной игрушкой по сравнению с призывом "Назад, в пещеры!". Вот клич настоящих мужчин, хотя, конечно, в каменных лабиринтах едва ли найдется место для книг Достоевского или Камю, к авторитету которых апеллируют некоторые из хэви-металистов при объяснении своего творческого кредо.

Зато в поле зрения авторитетов наверняка попала бы фигура американца Теда Ньюджента:

- Я убил бы всякого, кто попробовал бы встать на моем пути во время концерта, - громко заявляет музыкант, - если бы передо мной появился разъяренный носорог, я бы оторвал ему голову и бросил в оркестровую яму!

Он обожает охоту. Он - добытчик, он приносит в свой дом, увешанный охотничьими трофеями, добытое на охоте МЯСО. Но (и здесь нельзя не похлопать славного Меткого Стрелка Теда по плечу) Ньюд-жент полностью исключил из своего рациона привычные для многих рок-музыкантов виски и наркотики. Он хочет всегды быть в форме, быть самым "быстрым, самым громким и удачливым"...

Писать коллективный портрет музыкантов, играющих тяжелый рок, - дело крайне неблагодарное. Их образы слишком многолики, слишком противоречивы. За полетом их фантазии угнаться чрезвычайно трудно, но еще труднее верно угадать - сделал ли тот или иной музыкант что-либо по велению собственного сердца и разума или же по рекомендации своего менеджера. Бесспорно одно: металлическая музыка дала миру немало талантливых исполнителей - гитаристов, вокалистов, барабанщиков.

Нет рока и на небесах"

Группы, играющие тяжелый метал, появляются молниеносно. Свежеиспеченные, сияющие всевозможными шипами и заклепками или образованные в результате распада уже признанных. Или собравшиеся на короткое время для записи, дабы поразить своей продукцией и сразить наповал. Зачинщиком по-прежнему остается Англия. Америка выступает в качестве лакмусовой бумажки: европейские и австралийские группы проходят там нелегкое испытание гастролями. Почва ФРГ оказалась весьма благодатной для произрастания металла всех сортов. Немецкие группы отличаются наиболее интенсивной политической окраской. Дрогнули сладкоголосая Италия и недоверчивая Франция. Большим успехом группы, играющие тяжелый рок, пользуются и в социалистических странах - в Венгрии и ГДР, где предложенная форма наполняется другим, свойственным социалистическому образу мышления содержания. География распространения совсем утяжеленного и несколько облегченного метала самая обширная.

Представим, что по шоссе, идущему неизвестно откуда и неизвестно куда, едет автобус с надписью "Осторожно! Метал!". Салон автобуса поделен на две части - для черных и для белых. В качестве первых выступают так называемые сатанисты.

Царь тьмы давно уже играет роль самого притягательного магнита для рок-музыкантов. Мик Джэггэр, признававшийся в одной из своих ранних песен в симпатии к дьяволу, даже собирался лично сыграть исчадие ада в одном из фильмов. Некоторые завистники утверждают, что с искусителем рода человеческого водил дружбу и Джон Леннон и где-то в году этак 1966-м собирался продать рогатому свою душу. Но в последний момент раздумал и якобы заложил в адский ломбард душу бедняги Пола Маккартни. "Лед Зеппелин" подлили масла в огонь мистицизма, а музыканты из "Блэк Саббат", известные своей душевной щедростью, подвезли к гигантскому костру дьявольщины вагоны первоклассных дров... Что только не происходит на сцене во время концертов групп черного металла.

Окровавленные головы, распиленные кресты, расстрелы служителей церкви и самого Иисуса Христа. Силы тьмы уравновешиваются силами света, и благодаря этому, считают поклонники дьявола, наша земля и находится в равновесии. Восприимчивые молодые люди приходят в экстаз от дьявольских красот черных металлистов и пропускают мимо ушей удивительную фразу представителя обожаемого ими металла Кинга Даймонда: "Но для этого (чтобы постичь суть и таинства оккультизма. - М. П.) нужно иметь сильную личность, и я отсоветовал бы совсем юным увлекаться- этим псевдооккультным хламом".

Религиозная Америка (хотя от этой религиозности нет-нет да пахнёт добротным ханжеством, словно серой из преисподней) не могла не возмутиться дьявольскими фокусами музыкантов-сатанистов. Не так давно богобоязненные янки сжигали в кострах пластинки и фотографии "битлов", посмевших поставить свою популярность выше популярности сына божьего. Сегодня в качестве американского противовеса черному металлу Америка выставила прорелигиозную группу "Стри-пер", которая с чувством явного превосходства хвасталась своими способностями отбивать поклонников у не в меру разгулявшихся конкурентов. В частности, у группы "Мотли Крю", в 1985 году так определивших свою позицию: Кто-то добился успеха, Кто-то продолжает играть свою

роль,

Кто-то стенает от поддельного

ужаса,

Кто-то не понял смысла жизни, Кто-то потерял всякую надежду, А кто-то любит, чтобы было громко,

Это МЫ любим, чтоб было громко,

Гораздо громче, чем просто в аду!

Слово "ад" - чемпион по частоте употребления в.песнях метали-ческих групп. Такую привязанность очень просто объяснил Энгус Янг, лидер громкой и скандальной ЭйСи/ДиСи, играющей иронический хэви-метал или панк-хэви-метал.

Ад? Это слово захватывает, - школьник-хулиган Янг вдруг превращается в уставшего от двоек по поведению парня из "неблагополучной" семьи, - оно гнездится в нас. В небо давно уже никто не верит, ад нам кажется намного реальнее. И на том, и на этом свете... Каждый из нас время от времени чувствует себя потерянным. Вот почему мы так легко отождествляем себя с героями или жертвами царства теней. Проследите мировую литературу от Данте до Уитмена... А когда речь заходит о музыке - ну что ж, похоже, нет рока и на небесах".

Так тяжелый рок заявляет о себе, как о музыке неприкаянных, музыке аутсайдеров.

Белокурые бестии" в реанимации

В Октябрьском номере за прошлый год музыкального журнала "Роллинг Стоун" корректно сообщается, что фирма грамзаписи "Коламбия" решила не выпускать в свет альбом американской группы "Слейер", играющей не просто хэви-метал, а грязный хэви-метал. Недовольство руководства компании вызвал материал для нового гиганта "Властвуй, утопая в крови" садистко-нацистского содержания. Правда, компаньон "Коламбии", не столь щепетильный в вопросах политики и, видимо, настроенный на прощение всех содеянных фашистами злодеяний за давностью лет, все-таки обещал порадовать любителей хэви-метала этим альбомом группы "Слейер".

Да, определенная часть металлических групп действительно шагает в ногу с неонацистами, хотя военным маршем их музыку в прямом смысле слова назвать нельзя. Особенно преуспели в военных маневрах на западноевропейском театре тяжелометаллических действий ансамбли из ФРГ. Родина таких групп, как "Эксепт" и "Скорпионз", до сегодняшнего времени отрицавших насилие и дьявольщину, стала средой обитания и целой плеяды "белокурых бестий" с гитарами, заявляющих о своем желании захватить и разбомбить к чертовой матери весь мир.

Маршрут, предлагаемый праправнуками Фридриха Барбароссы для прохождения по нему новых орд, удивительно напоминает пути-дороги, по которым уже "промаршировали" туда и обратно гитлеровские солдаты. Они призывают бомбить вновь и Лондон, несмотря на экономические и политические альянсы двух европейских государств. Сэр Освальд Мосли, глава британских фашистов, будь он жив, наверняка бы примкнул или энергично бы поддержал немецких металлистов, которые исповедуют культ силы и суперчеловека в понимании времен III Рейха, и занес бы в черные списки свою, английскую, группу "Айрон Майден". Когда-то сам Мосли не имел ничего против идеи транспортировки в Берлин знаменитой колонны Нельсона с Трафальгарской площади. Таким образом фашисты собирались надругаться над символом мощи британской империи. Геринг мечтал разнести в пух и прах промышленные объекты и дома англичан с помощью своих вышколенных асов Люфтваффе. Именно так и называется одна из пронацистски настроенных хэви-металлических групп ФРГ.

Удар, которым Геринг собирался преподать Лондону смертельный урок, получил закодированное наименование "День орла". План осуществить до конца не удалось, сами немцы понесли при налете большие потери, а суперметаллическая группа "Айрон Мейден", словно продолжая мстить за страдания своих соотечественников, поет песню "Там, где летают орлы". В ней рассказывается об английских летчиках, уничтожающих с воздуха военный объект (названный в песне согласно металлической стилистике "замком") в Баварских Альпах.

Сегодня в небе над Европой, словно в тяжелые военные времена, скрещиваются лучи прожекторов, пытающихся поймать вражеский самолет... Или, может быть, не самолет, а точный смысл песен, исполняемый металлическими группами"

Не в нашем праве требовать от западных музыкантов четкого выражения своих политических взглядов (если они, конечно, есть!). В чужой монастырь, как известно, со своим уставом не ходят. Но нельзя не признать очевидный факт: воздействие подобных творений на сознание слушателей велико.

Фашизм реанимирован. Легализирован. Специалисты твердят о закономерности такого явления, ибо причины, порождающие коричневого паука, не искоренены.

А в магазинах для рокеров и в ФРГ, и в Финляндии, и в Англии можно купить что угодно: костюмы для концертных выступлений, невинные побрякушки и металлические черепа вроде тех, которые отличали эсэсовцев, нашивки с фашистской символикой. Хорошо, если у тебя мозги в порядке и ты способен отличить черное от белого. Черный металл от белого или коричневый от белого. Не научившийся пока думать да научится!

М. ПУШКИНА

I НУ ЗМЕЙ ГОРИЛЫЧ. ПОГОДИ!

ТРЕЗВОСТЬ И КУЛЬТУРА

Редакционная коллегия:

В. И. АРИСТОВ, А. В. ВОРОПАЙ, И. В. ДРОЗДОВ, Д. В. КОЛЕСОВ, П. М. ЛЕВШУКОВ (ответственный секретарь), С. С. МАРАКУЛИН (заместитель главного редактора), Ю. И. РЫЖОВ, К. Г. СУРНОВ, Ф. Г. УГЛОВ, Н. И. УДОВЕНКО, А. Ф. ФИЛИППОВ, А. В. ХЛУДЕН-ЦОВ, Н, С. ЧЕРНЫХ, Л. К. ШАРОВ, И. И. ШЕСТОПАЛОВ

Ордена Трудового Красного Знамени Чеховский полиграфический комбинат ВО иСоюзполиграф прома Государственного Комитета СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли, 142300, г. Чехов Московской области

Телефоны редакции:

приемная - 209-18-39; отдел социальных проблем - 299-52-15; отдел морали и права - 299-13-31; отдел пропаганды и науки - 299-74-58; отдел быта и свободного времени - 299-57-65; отдел литературы, искусства и публицистики - 299-57-65; отдел оформления - 299-01-54

Сдано в набор 17.06.87.

Подписано к печати 23.07.87.

Формат 84Х1081/(б

Печать офсетная А - 07375

Печ. л. 4,0

Уч.-изд. л. 10.2

Кр.-отт. 28,56

Тираж 981 210

Заказ 1520

Цена 40 коп.

Ордена Трудового Красного Знамени издательство ВЦСПС Профиздат "-

ПОПРАВКА

В - 3 "ТК" за 1987 допущена ошибка. Автор стихотворения "Маме", -опубликованного на с. 16 - Лариса Желнина.

Вниманию читателей! Просим по вопросам содержания журнала обращаться в редакцию, полиграфического брака - на Чеховский комбинат, подписки - в ближайшее отделение "Союзпечати".

Андрей МУРАЙ

ДОСУГ

Я шел домой и не домой -

В кино сходить, то ль пива выпить.

И я подумал: боже ж мой,

Не очень-то хороший выбор.

Анатолий Заяц

(сб. "Вся эта жизнь". М. "Сов. писатель", 1982)

Я был в раздумье у ларька:

В кино сходить".. А может, проще -

Еще чуток попить пивка,

Пойти и поругаться с тещей?

Уставясь в трещину стола,

Сидеть на кухне, грызть баранки,

Под вечерок забить козла

И на троих распить "полбанки".

Конечно, праведник иной

Мне возразит: - Мол, плохо это.

Но чем заполнить выходной

Интеллигентному поэту?!

* * *

К ЛЕШЕМУ

Помани меня, леший, мужскою усмешкой,

ЗАДАЧА СТОЛЯРА

Круг надо разрезать на 8 частей, как показано на рис. 1, а затем составить две крышки для табуреток (рис. 2).

КУРИЦА И ЯЙЦА

В коробке можно разместить дюжину яиц, как показано на рисунке.

о о

о о

о о

О о

о о

о о

СКОЛЬКО ВЕСИТ КИРПИЧ?

Груз в 3/4 фунта равен 1/4 кирпича; соответственно, кирпич должен весить 12/4, т.е. 3 фунта.

Теплым запахом шерсти на волчьей груди.

Под закрытым окошком лениво помешкай,

А потом погрози мне и тихо уйди.

Светлана Сомова

("Литературная Россия", 1984, - 11)

А ко мне по весне вдруг повадился

леший -

На цветущую яблоню сядет в саду И усмешкой оттуда волнует и тешит. Ну, смелее, дружок, помани я приду.

А чего не пойти, ухмыляется мило. Так и хочется шёрстку погладить

рукой.

Хоть нечистая, знаю, а все-таки

сила.

Может, лучше она, чем совсем

никакой.

И пускай говорят, что лохматый и древний,

Все же с ним, я уверена, будет

верней.

А что делать еще, если в нашей

деревне

Не осталось здоровых, непьюших

парней.

Вот эту фигуру, напожшающую трапецию, можно разрезать на 5 частей, ЧТОБЫ использовать её в шести головоломках. Нарисуйте такую фигуру на листе картона, разрежьте её, а затем попытайтесь сложить: квадрат; греческий крест; ромв; прямоугольник; прямоугольный треугольник; исходную тра-пециевидн>то фигуру. При складывании каждой фигуры должны БЫТЬ использованы все пять мастей.