Баландин Р. К. "Маленков. Третий вождь Страны Советов" || Часть II

УСТРАНЕНИЕ ЛАВРЕНТИЯ БЕРИИ

Через два дня после ареста Л. П. Берии брат Судоплатова Константин (сотрудник МВД, его жена работала в секретариате Маленкова в Кремле) рассказал о том, что всесильного министра внутренних дел и маршала госбезопасности арестовали маршал Г. К. Жуков с несколькими генералами. Произошло это на заседании Пленума ЦК партии. Арестованного поместили в бункер штаба Московского военного округа.

От Константина я узнал, - писал Судоплатов, - что в Кремле (вещь совершенно беспрецедентная!) появились более десяти вооруженных генералов из Министерства обороны, которых вызвали в Президиум ЦК КПСС. По приказу Серова и Круглова, первых заместителей Берии, охрана правительства передала им несение боевого дежурства в Кремле. Среди них был и Брежнев, заместитель начальника Главного политуправления Советской армии и ВМФ.

... Было ясно, что за переворотом в Кремле стоял Хрущев, и арестовали Берию его люди, не Круглов и Серов... а военные, подчинявшиеся непосредственно Булганину, который, как было известно всем, являлся человеком Хрущева".

Вот и Судоплатов запамятовал, что был еще Маленков, занимавший более высокий пост, чем Булганин и Хрущев, как говорится, вместе взятые. Без его согласия и активных действий арестовать Берию было бы невозможно. Хрущев и Булганин, даже заручившись поддержкой Жукова, не решились бы на такую акцию.

Произошел самый настоящий военный переворот. Но был он редкого или даже небывалого типа: в результате к власти пришла не военная элита, а партийные деятели. Получилась вооруженная акция, имевшая целью убрать слишком опасного государственного деятеля, имевшего компрометирующие материалы на высших должностных лиц, включая некоторых маршалов, в частности Булганина и Жукова.

Наибольшую изворотливость и предусмотрительность проявил Хрущев. В союзе со своим давним другом Берией он сначала избавился от Игнатьева, ослабив таким образом позиции его патрона Маленкова. Вдобавок, как писал Судоплатов, "Хрущев умудрился в последний год правления Сталина внедрить четырех своих ставленников в руководство МГБ-МВД: заместителями министра стали Серов, Санченко, Рясной и Епишев".

В союзе с Маленковым, Булганиным и Жуковым Хрущев сверг Берию, став как бы идейным вождем этого странного переворота. Чтобы обеспечить и закрепить эту победу, потребовалось скоропостижно заменить Генерального прокурора Сафонова. Вместо него Хрущев сумел внедрить на этот пост своего ставленника Руденко. Это означало, что если и будет суд над Берией, то тайный и, как говорится, с летальным исходом заведомо.

Но состоялся ли суд вообще? Если происходило следствие, то наверняка не удалось добиться у обвиняемого признания в наиболее тяжких из совершенных или замышлявшихся преступлениях. В противном случае эти материалы были бы преданы огласке. Неужели Лаврентий Павлович, которого уличали в грязном разврате, гнусных подлогах, зверских пытках заключенных, смог бы выдержать мучения, издевательства и, вполне возможно, истязания, так и не дав требуемых показаний?

Со временем возник и другой вопрос: а был ли он арестован? И даже есть сомнения в обоснованности его характеристики как изувера и сексуального маньяка. Скажем, его сын Серго утверждал, что нет буквально никаких документов, подтверждающих эти наветы. Конечно, сын естественно борется за честное имя убитого отца. Но ведь такие документы вроде бы действительно отсутствуют.

Об аресте и последних месяцах жизни Л. П. Берии был показан документальный телефильм, повторивший официальную версию, но без каких-либо видеоматериалов, ее подтверждающих. Странно...

В еженедельнике "Неделя" (" 22, 1997) было опубликовано записанное С. Горяиновым свидетельство доктора технических наук А. Веденина, который учился в 1952-1953 годах под Москвой на курсах, где формировалось спецподразделение МВД:

"... К нам стали поступать агентурные материалы на Берию и его ближайшее окружение. Это досье привозил человек Круглова, первого заместителя Берии, которого мы знали под именем Николая Коротко... Было разработано несколько сценариев ликвидации.

...26 июня, примерно в 6 утра, нам сообщили, что операция будет проведена сегодня. Вначале предполагалось, что будет использован вариант "Автокатастрофа", но к 8 часам поступила команда на вариант "Особняк".

К 10 часам на трех "Победах" мы подъехали к дому Берии на Качалова, 28. Группой руководил Коротко. Круглов позвонил Берии по ВЧ и договорился, что Коротко привезет секретные документы и будет с охраной из трех человек. На этот час нам уже было известно, что кроме самого Берии в особняке было четыре человека. Коротко и трое "сопровождающих" из нашей группы были беспрепятственно пропущены внутрь здания, остальные заняли оговоренные схемой операции позиции у фасада и во внутреннем дворе. Спустя две-три минуты раздалось несколько выстрелов - я слышал пять, может быть шесть...

Я находился рядом с окнами кабинета Берии, выходящими во двор. Две пули, пущенные изнутри кабинета, разбили стекла второго окна от угла здания. Через несколько минут Коротко вышел наружу и скомандовал - всех в дом. Убитых было трое: два охранника и сам Берия, у нас потерь не было, сказалась подготовка и неожиданность акции... Все документы из дома Берии увез Коротко, а мы вернулись на подмосковную базу. Какова дальнейшая судьба архива Берии, я не знаю, но предполагаю, что все, что произошло в дальнейшем с Кругловым, имеет связь с этими документами".

Что же произошло с Кругловым? Вот как отвечает на этот вопрос Н. А. Зенькович: "В 1956 году сорокадевятилетний генерал-полковник Круглов Сергей Никифорович был снят с поста министра, в 1957 году уволен из кадров МВД, в 1960 году исключен из КПСС. В 1959-1966 годах получал не генеральскую пенсию, как это положено, а сорокарублевую пенсию по линии органов социального обеспечения, был переселен с семьей в двухкомнатную квартиру. Шестого июня 1977 года Круглова сбил пригородный электропоезд. Уголовное дело по факту гибели было закрыто через два дня. Происшествие квалифицировано как "несчастный случай".

Наиболее подробно описан арест Берии в Кремле в воспоминаниях Хрущева. Он даже постарался представить себя как будущую жертву коварного мингрела: "Я понимал, что Берия проводит двуличную политику, играет со мной, успокаивает меня, а сам ждет момента расправиться со мной первым, когда наступит время".

Получается, будто над кристально чистым коммунистом Хрущевым нависла смертельная опасность. Правда, между ним и Берией сохранялись дружеские отношения, но это была лишь видимость. Только не ясно, зачем Лаврентий Павлович хотел избавиться от Никиты Сергеевича? Как бы не наоборот! А может быть, Берия обсуждал с ним планы возможного смещения Маленкова?

В таком предположении нет ничего невероятного. А Хрущев, подозревая, что это может быть провокацией, сообщил об этих разговорах Маленкову, чтобы показать ему свою преданность (не так ли он действовал раньше при Сталине"). Тогда у них и мог созреть план ликвидации Берии. В этом случае именно Хрущев поднимался на одну ступеньку выше в своей карьере. Из карьерных соображений только он был заинтересован в такой акции. Хотя, как мы уже говорили, не эта причина могла быть главной. Как проговорился в своих мемуарах Хрущев, Берия собирал материалы о его деятельности на Украине. А там, как известно, Хрущев производил репрессии так свирепо, что его пыл приходилось остужать из Москвы.

Как писал Хрущев: "Мы договорились с Маленковым начать действовать в день заседания Президиума Совета Министров" (в них он тоже принимал участие как секретарь ЦК КПСС). На нем, по договоренности с Маленковым, он взял слово и предложил обсудить вопрос о товарище Берии. Все начали высказываться критически, и только Микоян заявил: Берия не безнадежный человек, учтет критику и будет полезным членом коллектива. Однако Хрущев, по его словам, внес предложение освободить товарища Берию от всех занимаемых им постов. После некоторого замешательства Маленков нажал секретную кнопку и вызвал военных во главе с Жуковым, которые, как было подготовлено заранее, находились в соседней комнате.

Далее Хрущев сообщает: "Маленков мягко так говорит, обращаясь к Жукову:

- Предлагаю вам, как Председатель Совета Министров СССР, задержать Берию.

Жуков скомандовал Берии:

- Руки вверх!

Москаленко и другие даже обнажили оружие, считая, что Берия может пойти на какую-то провокацию. Берия рванулся к своему портфелю, который лежал у него за спиной на подоконнике. Я Берию схватил за руку, чтобы он не мог воспользоваться оружием, если оно лежит в портфеле".

Правда, в портфеле оказались бумаги, но все равно Никита Сергеевич не умолчал о своем мужественном поступке (не за это ли ему через десять лет вручили Золотую звезду Героя Советского Союза").

Правда, К. С. Москаленко писал, что он направил оружие "прямо на Берию и приказал ему поднять руки вверх. В это время Жуков обыскал Берию, после чего мы увели его... Все это произошло так неожиданно для Берии, что он полностью растерялся. При аресте в его портфеле был лист бумаги, весь исписанный красным карандашом - "Тревога, тревога, тревога"... Видимо, когда начали говорить о Берии на заседании да еще критиковать его действия, он сразу почувствовал опасность и имел в виду передать этот лист охране Кремля".

А вот версия Г. К. Жукова:

168

Идем в зал. Берия сидит за столом в центре. Мои генералы обходят стол, как бы намереваясь сесть у стены. Я подхожу к Берии сзади, командую:

- Встать! Вы арестованы.

Не успел Берия встать, как я заломил ему руки назад и, приподняв, эдак встряхнул. Гляжу на него - бледный-пребледный. И онемел...

У нас на всех был только один пистолет. Второй взяли уж не помню у кого... Когда Берия встал, я смахнул его набитый бумагами портфель, и он покатился подлинному полированному столу".

Как видим, показания свидетелей расходятся, и подчас существенно. А портфель, катящийся по длинному полированному столу, выглядит картинно и не слишком правдоподобно. Да и как можно приподнять грузного человека, заломив ему руки за спину? И как можно видеть его лицо, если стоишь сзади"..

Увы, вопросов возникает немало. Во всей операции по "ликвидации" Берии слишком много странностей, противоречий и недосказанности. С трудом верится хитрецу Никите Сергеевичу. Каким образом он сумел втайне от Берии (который, по-видимому, проявлял тогда озабоченность) организовать заговор с участием не менее двух десятков лиц? Разумней и надежней было бы убить Берию, а не задерживать его в Кремле, везти по Москве, держать в заключении. Всякое ведь могло случиться при этом.

Хрущев говорил, что Берия писал ему покаянные письма, моля о пощаде. Но где же эти вовсе не секретные документы? Почему бы Хрущеву не вынести их на всеобщее обозрение, дабы окончательно разоблачить подлого и трусливого врага?!

СЛ. Берия утверждает: "Мой отец Лаврентий Павлович Берия ни писать "покаянных4 писем рвавшемуся к власти товарищу Хрущеву, ни соответствующих показаний давать не мог, потому что был убит 26 июня 1953 года в городе Москве без суда и следствия. А было это так. Его вызвали в Кремль на заседание, но заседание почему-то отложили, и отец уехал домой. Обычно он обедал дома".

Далее, по его словам, он, Серго Берия, находившийся на работе, был вызван к телефону. "Звонил летчик-испытатель Ахмет-

Хан Султан, дважды Герой Советского Союза... Серго, - кричит, - у вас дома была перестрелка. Ты все понял? Тебе надо бежать, Серго! Мы поможем..."

Но Серго отказался. Он поехал домой. "Сразу же бросились в глаза разбитые стекла в окнах отцовского кабинета. Значит, действительно стреляли... Охрана личная у отца была - по пальцам пересчитать. Не было, разумеется, и настоящего боя. Все произошло, как он понимал, неожиданно и мгновенно... Когда возвращался к машине, услышал от одного из охранников: "Серго, я видел, как на носилках вынесли кого-то, накрытого брезентом..."

... Я думал о том, что только что услышал. Кто лежал в носилках, закрытых брезентом? Спешили вынести рядового охранника? Сомнительно".

В принципе ничего в таком предположении сомнительного нет.

Ну а все-таки как это могло произойти" Какая версия наиболее правдоподобна?

Не исключено, что они совместимы. Арест Берии в Кремле (если он там произошел) должен был сопровождаться захватом его особняка, где могла возникнуть перестрелка.

Надо исходить из того, что заклятые друзья Берии, прежде всего Маленков и Хрущев, стремились избавиться не только от соперника в борьбе за власть, но и от собранных им документов, которые уличали их в преступлениях. Поэтому бериевский особняк в любом случае требовалось захватить и тщательно обыскать. Такая операция была проведена, и остается только предполагать, застрелили тогда хозяина дома или кого-либо из его приближенных.

Если Берию арестовали в Кремле, то могли вскоре застрелить. Хотя это было нецелесообразно, пока не обнаружились его материалы, компрометировавшие высших руководителей партии и государства. Тогда его следовало строго охранять, добиваясь покаянных показаний и выдачи "компромата'1. По этой причине "брать? Берию имело смысл в особняке, чтобы тут же добраться до его секретного архива. Если же Лаврентий Павлович попытался оказать сопротивление, то его вынуждены были застрелить...

В общем, вероятны несколько сценариев устранения Берии. И в любом случае акция была незаконной, в стиле кровавых дворцовых интриг. Н. А. Зенькович отмечал: "По официальной версии Берия был расстрелян 23 декабря 1953 года. Однако и здесь немало темного". Он сравнил два акта: о казни Берии и о казни его соратников и сделал вывод: "В первом нет констатации факта смерти Берии врачом. В отношении фигур второстепенных - пожалуйста, есть, а в отношении главного действующего лица констатация смерти врачом отсутствует. Забыли второпях"?

По словам Серго Берии, маршал Жуков в аресте его отца участия не принимал... Член суда Шверник признался Серго Берии: "Живым твоего отца не видел. Понимай как знаешь, больше ничего не скажу". А другой член суда, бывший секретарь ЦК Михайлов сказал более откровенно: "В зале суда сидел совершенно другой человек". Но дальше продолжать разговор на эту тему отказался".

В этой криминальной истории главное, конечно, в самом факте политического преступления. Складывается впечатление, что крупнейшие партийные и государственные деятели СССР накапливали исподволь "тайное оружие" - компромат друг на друга (в политике, как в бизнесе, нет друзей, а есть интересы). Это заставляло их сдерживаться, остерегаться посягать на слишком высокий пост, на место вождя. Сталин это понимал, а потому настаивал на коллективном руководстве после его ухода.

Первым стал претендовать на роль лидера Маленков, и его попытался урезонить Берия. В борьбе за власть один из соперников (наиболее опасный для многих) был убит. Но и другой ослабил свои позиции, ибо с устранением шефа спецслужб на первый план вышли партия и армия.

В народе происходившие события отразились в виде частушки:

Берия, Берия Потерял доверие, А товарищ Маленков Надавал ему пинков.

ПРОДОЛЖЕНИЕ РЕФОРМ

Наиболее полное представление о взглядах Маленкова на внутреннюю и внешнюю политику советского правительства, на развитие народного хозяйства страны и улучшение жизни народа дает анализ его выступления 8 августа 1953 года на пятой сессии Верховного Совета СССР.

Как всякое официальное выступление главы правительства, оно преследовало, безусловно, и пропагандистские цели, было выдержано в казенном стиле. Иначе не бывает. В сущности, это первое и, пожалуй, последнее развернутое изложение тех принципов, на которых предполагалось строить социалистическое государство в новых условиях, без Сталина.

В докладе Маленкова есть немало умолчаний, не всегда оправданных. Например, у нас были засекречены цифры числа заключенных, количества преступлений, убийств и самоубийств. Эту тему Георгий Максимилианович предпочел не затрагивать.

На мой взгляд, это было большой ошибкой. Ее использовал, в частности, Хрущев, в несколько раз преувеличивший число узников ГУЛАГа в стремлении очернить Сталина. Только 15 лет назад, когда данные официальных материалов были опубликованы, стало ясно, что даже на 1 января 1938 года число политических заключенных в стране составляло 185 тыс. (всего в ГУЛАГе находилось 1317 тыс. человек).

Итак, по крайней мере в открытом для массовой печати докладе Маленков говорил не всю правду. Но приводимые им бюджетные показатели не могли быть сколько-нибудь существенно искажены. Во-первых, подобные манипуляции вредят самому руководству, ибо оно теряет возможность реально управлять государством. Во-вторых, "приписки" можно обнаружить при внимательном анализе и перекрестных проверках (основные характеристики бюджета СССР интересовали многие страны, специалисты которых не принимали на веру наши официальные показатели). В-третьих, сама жизнь через недолгий срок неизбежно проверяет, насколько планы отвечают действительности.

Тем, кого не удовлетворяют разумные доводы, остается посоветовать обратиться к зарубежным источникам: в частности, сушествуют статистические данные ООН, которые можно считать более или менее объективными.

По словам Маленкова: "Всего на финансирование народного хозяйства в текущем году будет направлено свыше 290 млрд рублей против 265 млрд рублей в 1952 году. При этом следует иметь в виду, что в результате проведенного снижения цен покупательная способность рубля повысилась, и, следовательно, размер финансирования народного хозяйства реально увеличивается еще больше".

Расходы на оборону были предусмотрены в сумме 110,2 млрд рублей (20,8% всех расходов бюджета против 23,6% в 1952 году). По-видимому, сюда не вошли значительные косвенные расходы, в частности на создание баллистических ракет, водородного оружия. Впрочем, я могу ошибаться.

На просвещение, здравоохранение, социально-культурные мероприятия, на пенсии и выплаты по займам планировалось потратить 139,5 млрд рублей против 129,6 млрд в прошедшем году. Дополнительно население получало 46 млрд рублей за счет снижения государственных розничных цен.

Правда, за последние годы нередко приходилось слышать, будто снижения цен были неэффективны, а расходы на социальные нужды минимальны. Как очевидец могу твердо утверждать: это - ложь. В те годы повышался уровень материального обеспечения именно трудящихся. Образование и просвещение в СССР находились на высочайшем мировом уровне.

Уменьшение смертности и увеличение средней продолжительности жизни бесспорно доказывали: благосостояние народа неуклонно улучшалось. Люди верили в счастливое будущее. Точно так же, как снижение этих объективных и комплексных показателей в России за последние 15 лет убедительно свидетельствует об обратном.

По сравнению с довоенным 1940 годом общий потенциал промышленности в 1953 году был примерно в два с половиной раза больше. Наиболее значительный рост наблюдался в производстве цемента (шло колоссальное строительство), электроэнергии, химической продукции, машин и оборудования. Однако производство предметов потребления на этом фоне значи

* XIV съезд (1925) в связи с образованием СССР переименовал РКП(б) в ВКП(б).

тельно отставало, хотя и превышало примерно в полтора раза довоенный уровень.

За 28 лет, прошедших после XIV съезда партии", выпуск промышленной продукции возрос в 29 раз. Появились в стране тракторная, автомобильная, авиационная и станкостроительная промышленность, были созданы новые индустриальные центры в Поволжье, на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке, в районах Европейского Севера, в Казахстане, в республиках Средней Азии и Закавказья. Грузооборот всех видов транспорта возрос в 13 раз.

Тем не менее, как признал Маленков, возросла диспропорция между производством средств производства и средств потребления. По сравнению с довоенным уровнем первые увеличились в три с лишним раза, а вторые - лишь на 72%. "До сих пор, - сказал он, - у нас не было возможностей развивать легкую и пищевую промышленность такими же темпами, как тяжелую промышленность. В настоящее время мы можем и, следовательно, обязаны в интересах обеспечения более быстрого повышения материального и культурного уровня жизни народа всемерно форсировать развитие легкой промышленности".

Враги советской власти в наше время ставят эту диспропорцию в вину коммунистам и Сталину. Мол, так выразилось их презрение к простому народу, пренебрежение его насущными нуждами. И другое обвинение: были изгнаны из страны или уничтожены лучшие интеллектуальные силы, подавлена религиозность, а следовательно, и духовная жизнь общества.

Как показали события, прежний курс на индустриализацию, пусть даже за счет огромного напряжения сил народа при неизбежности материальных лишений, оказался совершенно верным. Только так удалось укрепить страну и подготовить к войне с фашизмом. Без этого мы не смогли бы победить, став легкой добычей врага.

Материальные трудности и гонения на традиционную религию не подорвали доверие народа к коммунистической партии, сталинскому курсу и практически не сказались на культурном уровне населения. Это доказала Великая Отечественная война. Фашисты рассчитывали на моральное поражение советского народа после первых мощнейших ударов вермахта и страшных поражений Красной армии.

Как известно, 24 мая 1945 года на приеме в Кремле в честь командующих войсками Красной армии Сталин поднял последний тост: "За здоровье нашего советского народа, и прежде всего русского народа". Он откровенно сказал, хотя никто его к этому не принуждал: "У нашего правительства было немало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941 - 1945 годах... Иной народ мог бы сказать правительству: " Вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой". Но русский народ не пошел на это, ибо он верил в правильность политики своего правительства и пошел на жертвы, чтобы обеспечить разгром Германии. И это доверие русского народа Советскому правительству оказалось той решающей силой, которая обеспечила историческую победу над врагом человечества - над фашизмом.

Спасибо ему, русскому народу, за это доверие",

Вдумайтесь в эти слова. В них та правда, которая напрочь сметает все нагромождения лжи о каком-либо кризисе сталинской государственной системы, социалистического общества. Та страна, которую он оставил своим "наследникам", была необычайно прочна и перспективы ее были великолепны.

После страшнейших испытаний военного времени и послевоенной разрухи появилась возможность развернуть мирное строительство и позаботиться об удовлетворении, как писал Сталин, возросших материальных и культурных потребностей советского народа. Об этом и заявил Маленков:

Правительство и Центральный Комитет партии считают необходимым значительно увеличить вложения средств на развитие легкой, пищевой и, в частности, рыбной промышленности, на развитие сельского хозяйства и поправить в сторону значительного увеличения задания по производству предметов народного потребления; шире привлечь к производству предметов потребления машиностроительные и другие предприятия тяжелой промышленности.

175

Неотложная задача состоит в том, чтобы в течение двух-трех лет резко повысить обеспеченность населения продовольственными и промышленными товарами - мясом и мясными продуктами, рыбой и рыбными продуктами, маслом, сахаром, кондитерскими изделиями, тканями, одеждой, обувью, посудой, мебелью и другими предметами культурно-бытового и домашнего обихода, значительно поднять обеспеченность населения всеми товарами народного потребления. (Бурные аплодисменты)?

Было сказано и о том, что требуется для этого: "Мы прежде всего должны позаботиться о дальнейшем развитии и подъеме сельского хозяйства, снабжающего население продовольствием, а легкую промышленность - сырьем".

Он не скрывал существовавшие недостатки: "У нас имеется еще немало колхозов и целых районов, где сельское хозяйство находится в запущенном состоянии; во многих районах страны колхозы и совхозы собирают низкие урожаи зерна и других сельскохозяйственных культур и допускают большие потери при уборке; вследствие слабого развития общественного хозяйства часть колхозов имеет еще недостаточные натуральные и денежные доходы и мало выдает колхозникам на трудодни денег, зерна и других продуктов.

Надо признать, что с развитием животноводства дело обстоит неблагополучно, и в связи с этим мы еще далеко недостаточно удовлетворяем растущие потребности населения в мясе, молоке, яйцах и других продуктах животноводства".

Как видим, никакого приукрашивания реального положения дел и радостных рапортов Маленков себе не позволил. Он даже подчеркнул, что надо иметь богатый урожай в амбарах, а не на корню (такой подменой грешило немалое количество колхозов, тем самым давая завышенные показатели полученной продукции).

Какие меры следует предпринять, чтобы исправить положение" Маленков предложил повысить материальную заинтересованность колхозников в увеличении производства картофеля, овощей и развитии животноводства. Для этого требовалось поднять заготовительные цены на мясо, молоко, шерсть, картофель

176

и овощи, сдаваемые государству в порядке обязательных поставок. Организовать закупки излишков сельскохозяйственных продуктов по повышенным ценам. Широко развернуть колхозную торговлю на рынках и через потребительскую кооперацию. При этом розничные цены в торговле не увеличивать, а по возможности снижать.

Так с полной очевидностью проявлялись преимущества плановой, жестко управляемой социалистической системы. Она позволяла улучшать жизнь трудящихся, а не торговцев, ловких перекупщиков и прочих "бизнесменов". В то же время Маленков предлагал облегчить жизнь колхозникам, значительно снизив нормы обязательных поставок с личного подсобного хозяйства, снизить денежный налог в среднем примерно в два раза с каждого двора и снять полностью оставшуюся недоимку по сельскохозяйственному налогу прошлых лет. Эти его слова были встречены аплодисментами.

Задача состоит в том, - сказал Георгий Максимилианович, - чтобы в ближайшие два-три года иметь в стране достаточное количество продовольственных и промышленных товаров, чтобы в каждом городе, в каждом сельском районе можно было купить все необходимые товары.

Пятилетним планом предусмотрено увеличить в 1955 году розничный товарооборот в государственной и кооперативной торговле примерно на 70 процентов по сравнению с 1950 годом. У нас имеются все возможности выполнить это задание уже в 1954 году. (Аплодисменты)

Торговые организации несут большую ответственность и за качество товаров широкого потребления. Торговля должна широко использовать имеющиеся у нее экономические рычаги для активного воздействия на производство в интересах увеличения выпуска товаров, пользующихся спросом населения, и уменьшения производства таких товаров, которые не пользуются спросом у населения".

Предлагается сделать наибольший упор на обеспечение населения необходимыми товарами широкого потребления. Казалось бы, кто может возражать против этого? Явно конечно же возражений не было. Но руководителям мощнейшего военнопромышленного комплекса и связанных с ним производств вряд ли могла понравиться переориентация на легкую промышленность.

Ну а почему бы ни наладить выпуск товаров, пользующихся повышенным спросом у населения? Разве не заинтересованы в этом торговые организации" Почему бы им не воспользоваться прямым указанием Маленкова и не улучшить свою работу?

Тут невольно вспоминается миниатюра Аркадия Райкина о "дифцит" (так выражается его персонаж). Оказывается, в существовании дефицита заинтересованы многие лица, имеющие доступ к распределению товаров. Они получают возможность обогащаться, торгуя, как говорили, из-под прилавка и со склада. Вдобавок, обеспечивая "дефицитом" ответственных работников, их родных и близких, можно было устанавливать коррупционные связи по принципу "я - тебе, ты - мне".

Выходит, некоторые предложения Георгия Максимилиановича при всей их кажущейся простоте и обоснованности, вызывали неоднозначную реакцию у целого ряда так называемых ответственных работников.

Не умолчал он и о том, что расплодилось немало предприятий нерентабельных, не выполняющих планов по снижению себестоимости продукции и повышению производительности труда. В целом он предлагал "основательно повысить ответственность и культуру в работе всех звеньев государственного и хозяйственного управления" и в то же время решительно сокращать расходы на его содержание. (Последнее предложение вряд ли понравилось аппаратчикам.)

В разделе доклада, посвященном внутренней политике, были предложены конкретные меры по улучшению благосостояния сельских жителей, в большинстве своем пребывающих в бедности. Маленков сказал:

Известно, что наряду с общественным хозяйством, являющимся главной силой колхоза, каждый колхозник в соответствии с Уставом сельскохозяйственной артели имеет подсобное хозяйство для удовлетворения некоторых личных нужд колхозной семьи, поскольку эти нужды еще не в полной мере могут быть удовлетворены за счет артельного хозяйства...

Правительство и Центральный Комитет партии сочли необходимым пойти на значительное снижение норм обязательных поставок с личного подсобного хозяйства колхозников, решили... изменить систему обложения колхозников сельскохозяйственным налогом, снизить денежный налог в среднем примерно в два раза с каждого колхозного двора и снять полностью оставшуюся недоимку по сельскохозяйственному налогу прошлых лет. (Аплодисменты).

В Государственном бюджете предусмотрены ассигнования на повышение заготовительных цен на продукты животноводства, картофель и овощи, учтены изменения в доходах в связи с уменьшением размера сельскохозяйственного налога и обязательных поставок продуктов животноводства колхозникам. От проведения в жизнь мер по экономическому поощрению колхозов и колхозников, а также мер в области налоговой политики, доходы колхозов и колхозников увеличатся уже в 1953 году более чем на 13 млрд рублей, а в расчете на полный год - более чем на 20 млрд рублей.

В Государственном бюджете предусмотрены также ассигнования для осуществления новых дополнительных мер по значительному улучшению дела механизации и электрификации сельского хозяйства, по увеличению производства минеральных удобрений и по усилению агрономической и зоотехнической помощи колхозам".

Казалось бы, подобные меры улучшения жизни десятков миллионов людей должны были вызвать взрыв энтузиазма у слушателей. Действительно, в завершение первой части его доклада, как свидетельствует стенограмма, прозвучали бурные, продолжительные аплодисменты. Но были среди сидящих в президиуме люди, которых его слова насторожили...

РОКОВЫЕ РЕШЕНИЯ

Говорят: новая метла по-новому метет. Поэтому нетрудно понять активность нового руководства страны, в первую очередь Маленкова и Берии. Но есть и другое не менее верное суждение: нельзя резко изменить курс большого корабля.

Реформы Маленковы были в известной степени радикальными. Они похожи на "революцию сверху". Ее цели были определены и в его докладе, и в постановлениях правительства и ЦК КПСС: улучшение материального благосостояния трудящихся, облегчение бремени налогов на сельских жителей, борьба с беззаконием и произволом карательных органов, предельно точное соблюдение конституционных прав граждан.

Что тут возразишь?

Однако приходится иметь в виду, что любая революция, если она преследует реальные, а не фиктивные цели, предполагает существенную "перетряску" государственной системы, вносит изменения в социальную структуру общества и улучшает положение одних классов за счет ущемления прав и возможностей других.

Иначе быть не может по объективным причинам. Общество - единый организм, все части которого находятся в динамическом равновесии (аналогия с природными экосистемами). Существенно улучшить состояние общественного организма можно лишь ценой значительных усилий и за немалый промежуток времени. Ведь требуется в первую очередь повысить экономические показатели, вырабатывать больше продукции и т.д. Одними лишь указаниями этого не добьешься.

Вот почему "революция сверху" вызывает пусть временную и не слишком сильную, но все-таки дестабилизацию i осударствен-ной системы. Особенно волнуются те социальные прослойки и группы, интересы которых ущемляются.

Реформы Маленкова для большинства населения страны были желательны и полезны. О них даже много лет спустя вспоминали в народе уважительно (в отличие от хрущевских реформ!). Но, как мы уже говорили, руководители военного ведомства и некоторых важных отраслей народного хозяйства не испытывали по этому поводу энтузиазма. То же можно сказать и о большинстве партийных функционеров.

И Маленков, и Берия слишком стремительно и почти наперегонки принялись демонстрировать свою заботу о "простом человеке", завоевывая в массах авторитет и популярность. Если бы дело касалось только их личной конкуренции - не беда. В конце концов, для укрепления государства важно, чтобы его руководители пользовались доверием, уважением, а еще лучше любовью сограждан. Но в данном случае ослаблялся авторитет правящей партии. Она становилась, как при Сталине, всего лишь одним из "маховых колес" государственной машины, одним из рычагов управления обществом.

Судя по тому, как развивались дальнейшие события, ни Маленков, ни Берия не учли существования влиятельных групп и организаций, которых не устраивал характер и скоропалительность реформ, а также укрепление позиции реформаторов и рост их авторитета в народе. А недооценка сил противника и переоценка собственных возможностей грозит почти неминуемым крахом.

Первым "рухнул? Лаврентий Павлович. Но и положение Маленкова было шатким. Он сделал ряд слишком поспешных заявлений, подкрепив их действиями. Едва ли не последней, но весьма весомой каплей, переполнившей чашу терпения партийной номенклатуры, стало его выступление на совещании в ЦК КПСС по вопросам кадровой, политики в ноябре 1953 года.

На этот раз Георгий Максимилианович гневно говорил о проявлениях морально-бытового разложения и коррупции среди руководящих партийных работников. Его возмущение было искренним.

Присутствовали на совещании представители номенклатуры. В зале стояла гробовая тишина. Неудивительно: о многих из них, в сущности, и шла речь. Они сначала недоумевали, затем растерялись. Что ожидать в ближайшем будущем? Им угрожала нешуточная опасность. Пусть даже необоснованных репрессий не будет. Ну а как быть с обоснованными"!

Маленков называл алчную, жаждущую материальных благ новую поросль номенклатуры "плесенью", разлагающей общество. Призвал бороться с ней во имя светлых коммунистических идеалов.

Сделав привычную паузу, он ожидал аплодисментов. Было тихо. Пауза затягивалась. И тут из-за стола президиума раздался голос Хрущева:

- Все это, конечно, верно, Георгий Максимилианович. Но аппарат - это наша опора.

И зал взорвался радостными аплодисментами.

Судьба третьего вождя Советского Союза была решена.

Возможно, он осознал это не сразу. Да и в стране все продолжалось по-прежнему. Обратимся к материалам журнала "Огонек".

На торжественном заседании Московского совета 6 ноября 1953 года сцена украшена огромными портретами Ленина и Сталина. Справа от председательствующего М. А. Яснова в первом ряду стояли Ворошилов, Шверник, Маленков, Молотов, Хрущев, Булганин, Каганович. Крайний слева - Жуков.

Несколько иная диспозиция тех же руководителей наблюдалась на следующий день во время парада и демонстрации на Красной площади. На трибуне Мавзолея с именами "Ленин" и "Сталин" стояли члены правительства. В центре - Маленков. Справа от него Ворошилов, Булганин, Жуков и прочие маршалы. Слева от Маленкова - Молотов, Хрущев, Каганович, Микоян и т.д.

Важно отметить, в каком порядке перечислены в отчете о торжестве руководители страны: Маленков, Молотов, Хрущев, Ворошилов... Странно, что Председатель Президиума Верховного Совета СССР (президент) поставлен на четвертое место. Впереди Хрущева - лишь двое.

На демонстрации, судя по фотографиям в "Огоньке", преобладали портреты Ленина и Сталина. Лозунги: "Мир победит войну!" и "Партия - наш рулевой".

Как написано в отчете о празднике: "Из колонн демонстрантов непрерывно несутся приветствия:

- Коммунистической партии Советского Союза - слава!

Нашему родному Советскому правительству - ура!" Вряд ли случайно "наше родное" поставлено на второе место

за партией, которая прославляется, тогда как правительство только приветствуется. Между прочим, если просмотреть все выпуски этого журнала до конца года, там никак не отражается критика Маленкова в адрес номенклатуры. И никаких сатирических стрел ни писатели, ни журналисты не выпустили, несмотря на его призывы.

Есть все основания считать, что именно тогда начался закат скоротечной "эры Маленкова". Дополнительный свет проливает эпизод на Пленуме ЦК КПСС в июне 1957 года. Обращаясь к Маленкову, главный редактор газеты "Правда? П. Са-тюков сказал:

- - Объясните, почему Вы выдвинули фракционный клеветнический лозунг о том, что якобы в нашей стране подменяется диктатура пролетариата диктатурой партии"..

Маленков:

- Я сейчас считаю нужным признать эту ошибку. Выходит, он согласился с обвинением.

Глава 5. ПО СТУПЕНЯМ ВЛАСТИ

Смысл человека есть он сам, но только не как раб и орудие злой жизни, а как ее победитель и владыка.

B.C. Соловьев

Кто искренне думает, что высшие и отдаленные цели человеку нужны так же мало, как корове, что в этих целях "вся наша беда", тому остается кушать, пить, спать или, когда это надоест, разбежаться и хватить лбом об угол сундука.

А. П. Чехов

РОДОСЛОВНАЯ

В последние двадцать лет у нас появилось множество отпрысков - реальных или мнимых - графов, князей, а то и претендентов на царский трон. Вот и в книге "О моем отце Георгии Маленкове" (из которой будут приведены некоторые биографические данные) Андрей Георгиевич счел нужным сообщить:

В нашей семье, сколько мне помнится с детства, не любили разговоров о дворянском происхождении моего отца... и моей матери Валерии Алексеевны Голубцовой.

Для сталинских лет эта сдержанность взрослых была понятна. Но и много позже, когда говорить о "благородных корнях"

183

* Esprit de corps {франц.) - корпоративный дух; солидарность, чувство локтя.

184

стало вполне безопасно и даже модно, родители по-прежнему неохотно касались "генеалогической" темы, убежденно внушая нам мысль о пусть и жестоком, но справедливом возмездии, постигшем в свое время правящие классы России".

Человек безупречной честности, великий ученый и мыслитель В. И. Вернадский, командированный советским правительством в Париж, где он работал в лабораториях и читал лекции в Сорбонне, записал 16 августа 1924 года в своем дневнике:

Среди белой молодежи, не видевшей старого режима, происходит его идеализация. Им кажется, что во главе власти стояли люди, бывшие морально и умственно головой выше окружающего... И передо мной промелькнул Государственный Совет, где я мог наблюдать отбор "лучших" людей власти.

Внешность была блестящая. Чудный Мариинский дворец, чувство старых традиций во всем строе обихода вплоть до дворецких, разносивших булочки, кофе, чай, на которые набрасывались, как звери, выборные и назначенные члены Государственного Совета.

Несомненно, среди них были люди с именами и с большим внутренним содержанием - такие, как Витте, Кони, Ковалевский, Таганцев и др. Но не они задавали тон. Не было тех традиций у сановников, здесь собравшихся, какие были в такой красивой форме - не было ни esprit de corps", ни блеска знания и образования, ни преданности России, ни идеи государственности. В общем, ничтожная и серая, жадная и мелкохищная толпа среди красивого декорума... И это отсутствие содержания сказалось в грозный час.

Помню один разговор с Д. Д. Гриммом, когда мы возвращались из заседания. Ему... пришлось сталкиваться лично с членами Совета. Он был совершенно потрясен циничным нигилизмом этих людей, которые готовы были пожертвовать всем для того, чтобы "устроить" своих детей, получить лишние деньги...

Сейчас ничего не знающая молодежь идеализирует царских министров - точно так же, как многие... искажают истину в своей фантастической реабилитации Николая Н. И эти министры последних лет - да и раньше - Горемыкин, князь Н. Голицын, Протопопов, Щегловитов... Какой ужасный подбор!... Безумие многих - думать, что старое может вернуться".

Более важно другое. Нравственное вырождение правящей верхушки, привилегированных групп и сословий происходит вне зависимости от существующего строя. Феодализм, капитализм, социализм в этом отношении схожи. Проявляется более общая закономерность, связанная с психологией людей, стремящихся во власть. Именно ее пытались в свое время преодолеть Ленин, Сталин, Маленков. Увы, в конце концов восторжествовал, как отметил Максимилиан Волошин, "жадный хам, продешевивший дух за радости комфорта и мещанства".

Запомним эту закономерность. Она позволяет понять, почему рухнули царская Россия и СССР, а также помогает предсказать дальнейшую судьбу "демократической? РФ.

А что касается тех страхов, которые якобы испытывали при Сталине люди "благородного происхождения", то это очередная ложь, вколоченная в сознание многих современных "россиян". При советской власти десятки, если не сотни тысяч бывших дворян служили в различных учреждениях и в Красной армии, нередко занимая высокие должности.

Ради того, чтобы показать, как "в те страшные времена" существовала "классовая подоплека" репрессий, С. Г. Маленков даже вольно или невольно исказил факты. По его словам, на одном из партийных заседаний конца 1930-х годов из зала раздался выкрик: мол, Георгий Маленков сам из "бывших", а значит - из "белых".

В действительности никто тогда, находясь в здравом уме, этого сделать не мог. Речь шла о другом. Известно, что Г. М. Маленков находился в Оренбурге, когда город захватил Колчак. Была версия, что Маленкова призвали в белую армию, и он там служил некоторое время. Соответствующие доказательства отсутствуют.

Стремительная партийная карьера Георгия Максимилиановича бесспорно свидетельствует о том, что его дворянское происхождение было тому не помехой.

Род Маленковых происходил из Македонии. Дед Георгия Максимилиановича дослужился до полковника (его брат стал контр-адмиралом), а отец был железнодорожным служащим.

Вопреки воле родителей он женился на Анастасии Шемякиной, дочери кузнеца Егора, которого казахи звали Джагором. Ей пришлось одной воспитывать трех своих сыновей: муж рано умер от воспаления легких. Старший и младший братья Георгия умерли в юности. А он окончил гимназию с золотой медалью, более всего увлекаясь физикой.

Несколько слов о его матери (умерла в марте 1968 года): о ней остались самые лучшие воспоминания едва ли не всех, кто ее знал.

БОЛЬШЕВИК

Ссылаясь на семейные рассказы, Сергей Георгиевич пишет: "Уже заканчивая гимназию году в 18-м, юный Маленков со своими друзьями таскает в ранцах патроны красноармейцам".

Тут и вправду задумаешься: а уж не оказался ли "юный Георгий" в колчаковской армии" И кому он помогал? Странная какая-то история с тасканием гимназистом патронов. Некому было заниматься этим делом? Оренбург был занят белыми осенью 1918 года, а выбит оттуда красными в январе 1919-го, когда Маленкову исполнилось 17 лет. Учился ли он тогда в гимназии" Вопросы, вопросы...

Образованного, начитанного парня примечают, - продолжает С. Г. Маленков. - И вскоре он уходит в поход с кавалерийской бригадой. Сначала был бойцом, а через короткое время - уже комиссаром бригады. Там-то, в Средней Азии, в 20-м, он и знакомится с моей матерью. Георгию Максимилиановичу в ту пору шел 19-й, маме - Валерии Алексеевне - 20-й год, она работала библиотекаршей в агитпоезде. Эта встреча была на всю жизнь, и я, перебирая весь свой житейский, уже немалый опыт, скажу: не встречал более любящей, бесконечно преданной друг другу супружеской пары. Формально отец и мать так и не зарегистрировали свой брак до конца жизни". Отец Валерии Алексей Голубцов происходил из старинного священнического, а мать - дворянского рода. Это не помешало их дочери рано вступить в партию большевиков.

Несколько другую версию молодости Георгия Максимилиановича изложил Р. Медведев: "Согласно краткой официальной биографии, он ушел добровольцем на фронт защищать Советскую власть и в апреле 1920 года вступил в партию. Был политработником эскадрона, полка, бригады и даже Политуправления Восточного и Туркестанского фронтов. Однако, по неофициальным данным, он служил всего лишь писарем в политическом отделе и никогда не поднимал бойцов в атаку. Он плохо стрелял и едва держался на коне, но хорошо вел делопроизводство. По окончании Гражданской войны Маленков не стал возвращаться домой в Оренбург, а поехал в Москву и в 1921 году поступил в Высшее техническое училище. В мае 1920 года он женился на Валерии Голубцовой, которая занимала незначительную должность в аппарате ЦК РКП(б). Этот брак был первой ступенькой в стремительной партийной карьере Маленкова".

Кстати, в официальной биографии сказано, что Г. М. Маленков вступил в партию на фронте. В отличие от времен Великой Отечественной, в Гражданскую политработники вели преимущественно агитационную работу, а не поднимали бойцов (тем более, кавалеристов) в атаку. И откуда Р. Медведев почерпнул приведенные выше неофициальные сведения? Они явно призваны унизить того, о ком идет речь. Сомнительно, что брак Маленкова стал ступенькой в его карьере. По-видимому, у автора вновь произошло смешение времен и он вспомнил, как делали карьеру, женившись на дочерях Хрущева, Брежнева и др.

Учтем: Георгий Максимилианович в Москве стал учиться на электротехническом факультете вуза, а не поступил на партийную работу. Вскоре он стал секретарем институтской партийной организации. (Его жена перешла работать на завод нормировщицей, в 1928 году стала студенткой Московского энергетического института, а затем работала инженером на заводе "Динамо".)

В институте Маленков решительно выступил против троцкистов, которые тогда имели немалый вес в партии. Нет никакого сомнения, что он уже тогда был верным сторонником Сталина.

На последних курсах, - пишет его сын, - отец учился в семинаре патриарха отечественной электроники академика К. А. Круга, и после окончания института тот пригласил Маленкова в аспирантуру. Уйти с партработы отец уже не мог, но добился того, чтобы ему разрешили в свободное время продолжать исследование тайн электромагнитного поля под руководством Круга. Эти исследования отец вел два года, но до диссертации дело не дошло - партийные и общественные обязанности стали отнимать все дни..."

Уточним: Карл Адольфович Круг был не академикохМ, а членом-корреспондентом АН СССР (с 1933 года) и занимался он электротехникой, а не тайнами электромагнитного поля. Похвально, конечно, желание сына показать склонность отца к теоретическим исследованиям. Однако приходится помнить, что свои таланты Георгий Максимилианович проявил в практической организационной деятельности, а не в познании природы. Кстати сказать, приведенная в книге Алексея Георгиевича написанная им в соавторстве с отцом статья "О всеобщности принципа: жизнь противостоит гравитации" в научном и философском плане откровенно слабая. На эту тему есть много несравненно более серьезных работ. Между прочим, на огромное количество микроорганизмов гравитация практически не оказывает никакого влияния.

Впрочем, продолжим цитирование.

Будучи уже на партийной работе (сначала в МК, а затем в ЦК), Маленков вместе с товарищами организовал кружок по изучению философии и теории марксизма. На занятиях кружка, рассказывал отец, нередко выступали крупные деятели партии, в том числе - Николай Иванович Бухарин... Однако между Бухариным и большинством Политбюро ЦК ВКП(б) возникали разногласия, кружковцы (а с ними отец) поддержали Сталина в его борьбе с "правым уклоном". И эта поддержка была замечена и высочайше одобрена. Году в 30-м каждый из участников кружка получил именное приветственное письмо от Сталина, который благодарил молодых партийцев за поддержку линии ЦК и желал им дальнейших успехов в освоении теории. Между прочим, мы с отцом пытались отыскать этот документ в семейных архивах, но так его и не нашли. Но факт остается фактом: око "вождя всех народов" заметило молодого партработника Маленкова как раз на развороте борьбы с "бухаринцами"".

Согласно официальной биографии: "С 1925 по 1930 г. Г. М. Маленков находился на ответственной работе в аппарате Центрального Комитета Коммунистической партии. С 1930 по 1930 г.

Г. М. Маленков на руководящей работе в Московском комитете партии. В 1934-1939 г. Г. М. Маленков возглавлял Отдел руководящих партийных органов ЦК ВКП(б)".

Казалось бы, бесстрастные факты свидетельствуют о скучной аппаратной деятельности неекого партийного канцеляриста. И непонятно, почему его заметили, повысили, а Сталин еще и благодарственное письмо прислал. И почему-то посоветовал овладевать теорией.

По моему мнению, все было не так просто.

Дело в том, что к празднику 7 ноября 1927 года партийная объединенная оппозиция решила дать генеральное сражение сторонникам Сталина. Для этого они мобилизовали все имевшиеся у них силы. Троцкий и Каменев устроили митинг у Моссовета в часы парада и демонстрации на Красной площади. Обстановка накалялась. Толпы студентов МГУ, сторонники Зиновьева, прорывались с Большой Никитской на Моховую, едва не избив первого секретаря МК и МГК партии Н. А. Угланова. Они хотели соединиться с колонной троцкистов, подымавшихся от Каменного моста.

И тут показали себя студенты-боевики, коммунисты и комсомольцы, организованные и руководимые Маленковым. Они врезались в колонну троцкистов, среди которых были люди, прошедшие Гражданскую войну, смяли и рассеяли их.

Оппозиционер М. Никольский вспоминал: "Зловещую роль сыграл Маленков в ходе борьбы с троцкистско-зиновьевской оппозицией среди студенчества Москвы в 1927 году. Являясь прямым исполнителем указаний Сталина, он организовал многочисленные шайки из партийно-комсомольского хулиганья".

(Отметим: из этого "хулиганья" вышли сталинские наркомы Малышев, Сабуров, Первухин, вынесшие на своих плечах все тяготы противоборства советской экономики с экономикой всей континентальной Западной и Центральной Европы в Великую Отечественную войну и возрождавших страну в послевоенное время.)

Особого героизма в их действиях не было: они чувствовали за собой мощную поддержку многолюдных колонн трудящихся, шедших по Красной площади и приветствовавших сталинское

Политбюро на трибуне Мавзолея Ленина. Вдобавок, на улицах столицы по приказу командующего Московским военным округом Б. М. Шапошникова (бывшего полковника царской армии) появились воинские подразделения и броневики.

Вот за разгром колонны троцкистов и благодарил, судя по всему, Сталин Маленкова. Возможно, тогда же был организован в МВТУ кружок, изучавший теорию марксизма-ленинизма.

Можно предположить, что в те годы Георгий Максимилианович начал тесно сотрудничать с чекистами. Они должны были обратить внимание на молодого секретаря вузовской партийной организации. Тем более, вряд ли ему позволили бы самостоятельно, без ведома "компетентных органов" создать и вывести на улицы Москвы большую и по-военному организованную колонну студентов для подавления троцкистов.

ОПАСНЫЕ ГОДЫ

Предвоенное десятилетие - время подготовки к будущей войне. Никто не сомневался в ее неизбежности. Требовалось в кратчайшие сроки поднять экономику страны до уровня ведущих индустриальных держав. И столь же необходимо было идейное единство партии как главной руководящей и организующей силы.

Тогда же происходили суровые партийные чистки и репрессии. Масштабы последних, правда, слишком часто преувеличивают. Нередко говорят о десяти и более миллионах заключенных, намекая, что почти все они были политическими и невинными.

Полагаю, что если бы в стране было что-либо подобное, то советский народ был бы рабски покорным, трусливым, запуганным, интеллектуально и духовно ущербным. А СССР победил в самой разрушительной и кровопролитной из всех войн. На такой подвиг способны только сильные духом.

Чтобы не быть голословным, приведу наиболее точные сведения о количестве политических ("за контрреволюционные преступления") заключенных, находившихся в исправительно-трудовых лагерях на 1 января каждого года с 1934 по 1941 год в тыс. человек: 135-118-106-105-185-454-445-420. Как видно, до

1937 года шло снижение числа узников ГУЛАГа, затем резкий подъем, но никогда цифра не превышала 0,5 млн. Лжецы и клеветники увеличивают ее в 10-20 раз!

В сентябре 1936 года член Оргбюро и секретарь ЦК ВКП(б), председатель Комиссии партийного контроля Н. И. Ежов был назначен главой НКВД. Сравнительно быстро карательная машина стала набирать обороты.

Как пишет А. Г. Маленков: "В мае 1937 года на московской городской партконференции заслушивали доклад первого секретаря МК и МГК ВКП(б) Н. С. Хрущева (на эту должность он был выдвинут Ежовым). Хрущев задал вопрос присутствовавшему на конференции Маленкову:

- Почему вы, товарищ Маленков, так затягиваете разбор дел врагов народа - ведь здесь необходима быстрота, и промедление вредит делу партии и народа?

Маленков обстоятельно и спокойно объяснил, что быстрота в разоблачении нужна, но необходимо в интересах партии действовать по закону, сверяясь при этом с партийной совестью. Далее он привел факты, когда поспешность приводила к обвинению невинных людей. Из зала выкрик:

- А белые были в Оренбурге" Маленков:

- Да, были. Из зала:

- Значит, и он был с ними...

Прямо по окончании конференции было арестовано 19 человек. Отца не тронули. Присутствующий на конференции Сталин сказал, что удовлетворен ответами Маленкова. Это была индульгенция".

Интересно узнать: а не был ли среди арестованных тот, кто задал провокационный вопрос Георгию Максимилиановичу? Пожалуй, этот неназванный активист слишком много знал. Он только не учел, что все темные и светлые пятна в биографии человека, занимавшего ответственную должность заведующего отделом руководящих партийных кадров, были известны руководству страны. Даже если Маленкова и мобилизовали в колчаковс-кую армию, то красноармейцем он стал добровольно.

Роль Маленкова в репрессиях 1937- 1938 годов остается неясной. Вот что пишет Рой Медведев:

Формально Маленков не входил тогда ни в какие руководящие государственные органы. Он присутствовал в качестве делегата на XVII съезде партии, но не был избран ни членом, ни кандидатом в члены ЦК ВКП(б), не вошел он и в комиссии партийного и советского контроля и даже в Центральную ревизионную комиссию. Формально он не участвовал, таким образом, даже в Пленумах ЦК... И тем не менее, находясь во главе отдела руководящих парторганов ЦК, Маленков играл в событиях 1937-1938 годов не менее важную роль, чем Ежов, Берия, Каганович и Молотов..."

Прервем цитату. Странно, но среди приведенных фамилий отсутствует по меньшей мере одна: того, кто непосредственно подписывал и направлял в соответствующие инстанции списки на многих тысяч граждан. Это - Н. С. Хрущев. Специфическими выборочными провалами памяти страдают многие политизированные историки антисоветского толка!

Наделенный чрезвычайными полномочиями, - продолжает Р. Медведев, - Маленков руководил репрессиями не только в тиши своего кабинета, но и непосредственно на местах, в различных республиках и областях. Было немало случаев, когда он лично присутствовал на допросах и пытках арестованных партийных руководителей. Так, например, Маленков вместе с Ежовым выезжал в 1937 году в Белоруссию, где был учинен настоящий разгром партийной организации республики. Осенью того же года Маленков с Микояном побывали в Армении, где также был репрессирован почти весь партийный и советский актив республики. При участии Маленкова составлялся план репрессий во всех областях РСФСР, затем в его отделе подбирали новые кандидатуры секретарей обкомов и горкомов на место арестованных и расстрелянных".

Вновь требуется обдумать некоторые из этих утверждений. Был ли наделен Маленков чрезвычайными полномочиями" Никаких документов на этот счет нет и, по-видимому, не было. То, что он присутствовал на допросах обвиняемых, совершенно естественно. Не мог же он ограничиваться лишь бумажными материалами.

193

Все махровые антисоветчики утверждают - чаще всего вскользь, словно о чем-то само собой разумеющемся - о чудовищных пытках и казнях миллионов ни в чем неповинных людей в период репрессий. Да, были казни, и в ряде случаев, возможно, применялись незаконные меры "выбивания" показаний. Однако нет буквально никаких сведений о том, что какие-либо пытки проводились в присутствии Маленкова. Напротив, даже следователь-садист, если он не лишился здравого смысла, постарается предстать перед контролером из Москвы в наилучшем виде.

В отличие, скажем, от Хрущева, Маленков не составлял списки "врагов народа". Его задача была скромней: определить, допустимо ли обвиняемого оставлять в рядах членов партии с учетом проступков, занесенных в личное дело, и дополнительных сведений. Вряд ли можно сомневаться, что в этих вопросах он почти всегда оставался на стороне Ежова.

Следует обратить внимание на то, что у Медведева речь идет о репрессиях, которым подвергались партийные и советские руководители. Это верное замечание. Надо сюда добавить и работников НКВД, творивших немало беззаконий под руководством Генриха (Иегуды) Ягоды. И будет ясно, что никакого "большого террора", направленного против советского народа, не было. Пострадали почти исключительно представители партийной и государственной власти.

Насколько оправданны были масштабы репрессий? Полагаю, во многих случаях степень вины обвиняемых была явно завышена, а порой страдали невиновные. В такие периоды "чисток" нередко проявляются самые темные человеческие качества. Одни руководители получают возможность расправиться со своими недругами, представив их "врагами народа". Другие избавляются от конкурентов из карьерных соображений. Третьи стараются свалить на других свои оплошности и прегрешения.

Нельзя не учитывать не очень высокую, мягко говоря, квалификацию значительной части сотрудников следствия. Да и работать им приходилось в сжатые сроки и в трудной обстановке, ибо раскрывать тайные заговоры, организованные неглупыми людьми, а то и бывшими подпольщиками, задача необычайно сложная. К тому же немало чекистов старались показать свою бдительность, как бы соревнуясь с коллегами...

Были и такие, кто сознательно обострял ситуацию. Они стремились вызвать в народе недовольство существующей властью, а порой уничтожали сторонников советского строя. (Вряд ли случайно именно тогда был репрессирован замечательный поэт Осип Мандельштам, написавший несколько стихотворений, прославляющих Сталина).

Сделаем вывод. Как свидетельствуют документы, а наиболее веско и бесспорно - демографические показатели и поведение советских граждан во время Великой Отечественной войны, террор осуществлялся главным образом против представителей правящих групп. Другое дело, что в массах пробуждали ненависть к "врагам народа", которая подчас направлялась не по адресу. Но, как известно, общий враг сплачивает людей. Это обстоятельство используют все более или менее крупные политики.

Серьезный историк В. З. Роговин отметил: "Конечно, в деятельности следователей, особенно периферийных, не было недостатка в выдумках самой низкой пробы. Однако перед следователями, ведущими дела видных партийных работников, чекистов и т.д. ставились задачи, связанные с получением информации о действительных политических настроениях этих лиц и их окружения. В распоряжении следователей были и собранные на протяжении многих лет агентурные материалы, отражавшие истинные взгляды политических противников Сталина".

Например, по его словам, в деле видного работника НКВД А. Х. Артузова "встречаются такие показания обвиняемого, какие было не под силу выдумать ежовским следователям. Артузов сообщил, что политическая программа, которую разделяли Бухарин, Рыков, Томский и Тухачевский, состояла в том, чтобы восстановить иностранные концессии, добиться выхода советской валюты на мировой рынок, отменить ограничения на выезд и въезд в СССР иностранцев, разрешить свободный выбор форм землепользования, от колхоза до единоличного хозяйства, провести широкую амнистию политзаключенных и свободные демократические выборы, установить свободу слова, печати, союзов и собраний".

Какое поразительное совпадение с горбачевской программой 1985-1991 годов, реализованной в полной мере Ельциным! Это не означает, что эти два деятеля попали под обаяние теорий Бухарина или академика-физика Сахарова. На мой взгляд, ситуация серьезней. Данная концепция отражает чаяния всех тех, кого прельщают буржуазные ценности и соответствующая идеология, кто озабочен личным благополучием, имея возможность воспользоваться выгодами (или надеясь на них) от развала социалистической системы.

Можно возразить: чем же плоха такая программа? Плохо ли получать иностранные инвестиции, устраивать совместные предприятия, присоединиться к мировому рынку, установить правовое государство, многопартийную систему, буржуазную демократию? Неужели лучше - диктатура Сталина и его сторонников, тоталитаризм и попрание прав человека?!

В то далекое время так могли искренне думать многие образованные люди в СССР, не говоря уже об оппозиционерах. Абстрактно рассуждая, нетрудно признать их правоту. Если, конечно, отрешиться от реальности и помалкивать о том, за счет чего обеспечено благосостояние наиболее развитых капиталистических государств (ограбление колоний и зависимых стран), насколько страшен - духовно и материатьно - экономический тоталитаризм...

Броские лозунги демагогов слишком часто прикрывают совершенно иные замыслы и действия. Таков испытанный прием всех, кто стремится благоденствовать за счет других. А именно такие люди обычно стремятся пролезть в "руководящие органы".

Сталин и его сторонники, среди которых был Г. М. Маленков, сознавали такую опасность и старались с ней бороться всеми имевшимися в их распоряжении методами. Вряд ли надо пытаться рассуждать, хорошо это или плохо. Все зависит от конкретной исторической обстановки и не менее конкретных лиц, социальных слоев. И становление партократии, и борьба с ней - явления объективные. А тем, кто не чужд нравственных критериев, полезно решить для себя, что важней: права некой личности или народа, благо отдельных групп и кланов или всего общества, неправедное обогащение или праведный труд?

Полагаю, Маленков не был конъюнктурщиком и карьеристом. Он старался честно и добросовестно выполнять свою работу. Однако трудно было не заметить, что репрессивная машина все чаще начала "перемалывать" обычных работников, далеких от оппозиции. Размах "ежовщины" стал чрезмерно велик. Она непосредственно затронула около 1% населения страны (считая репрессированных и членов их семей). Сам Ежов начал чувствовать себя едва ли не полноправным хозяином страны. Ведь он обрел власть почти над всеми крупнейшими партийными и государственными деятелями.

В январе 1938 года состоялся Пленум ЦК. Если верить Р. Медведеву, его провели, "чтобы замаскировать масштабы террора". Но верить ему на слово нельзя. Он даже урезал вопросы, поставленные на Пленуме: "Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии..." Хотя далее следовало не менее существенное: "...формально бюрократическом отношении к апелляциям исключенных из партии ВКП(б) и о мерах по устранению этих недостатков". Вряд ли такое "обрезание" Медведев сделал по наивности.

Основной доклад на Пленуме делал Г. М. Маленков. Он исходил из материалов своих инспекционных поездок по стране и ознакомления с материалами следствий по политическим делам. Однако быстро остановить запущенный механизм репрессий было непросто. Ежов стал слишком влиятельной фигурой, а его ведомство превратилось в наиболее мощную государственную структуру. Это вызывало усиливающееся беспокойство Сталина.

То ли случайно, то ли закономерно, именно в это время, в августе 1938 года, Георгий Максимилианович решается на смелый шаг. Возможно, он знал или чувствовал настроение вождя. Так или иначе, но произошло следующее, - со слов А. Г. Маленкова, пересказавшего воспоминание отца:

Я передал записку И. Сталину через Поскребышева, несмотря на то, что Поскребышев был очень близок с Ежовым. Я был уверен, что Поскребышев не посмеет вскрыть конверт, на котором было написано - "лично Сталину". В записке о перегибах в работе органов НКВД утверждалось, что Ежов и его ведомство виновны в уничтожении тысяч преданных партии коммунистов.

Сталин вызвал через 40 минут. Вхожу в кабинет. Сталин ходит по кабинету и молчит. Потом спрашивает:

- Это вы сами писали записку?

Да, это я писал.

Сталин молча продолжает ходить. Потом еще раз спрашивает:

- Это вы сами так думаете?

Да, я так думаю.

Далее Сталин подходит к столу и пишет на записке: "Членам Политбюро на голосование. Я согласен"". Так начался закат Ежова.

Дальнейший карьерный рост Маленкова достаточно кратко и точно охарактеризовал Р. Медведев:

По существу, только в 1939 году Маленков начинает выходить из тайных кабинетов власти и появляться на открытой политической арене. На XVIII съезде ВКП(б) Маленков возглавил мандатную комиссию и сделал на пятом заседании съезда доклад о составе съезда. Он был избран в члены Центрального Комитета ВКП(б), а на Пленуме ЦК 22 марта 1939 года - секретарем ЦК. В этот Секретариат, возглавляемый Сталиным, вошли также А. А. Андреев и А. А. Жданов. С тех пор Маленков неизменно входил в состав этого органа ЦК, который в повседневном практическом руководстве партией играл при Сталине, пожалуй, даже большую роль, чем Политбюро. Маленков был избран также членом оргбюро ЦК. Отдел руководящих партийных органов ЦК был реорганизован в Управление кадрами ЦК ВКП(б), во главе которого по-прежнему оставался Маленков.

Постепенно стал расширяться круг проблем, которыми теперь занимался Маленков как секретарь ЦК. Ему было поручено, например, контролировать развитие промышленности и транспорта. Когда в феврале 1941 года состоялась XVIII Всесоюзная конференция ВКП(б), посвященная хозяйственным проблемам и итогам выполнения первых лет третьего пятилетнего плана, то главный доклад на ней о задачах промышленности и транспорта сделал Маленков. Тогда же состоялся Пленум ЦК, на котором Маленков был избран кандидатом в члены Политбюро. Он занял отныне прочное место в ближайшем окружении Сталина".

198

ВОЙНА

Нападение Германии на СССР ожидалось буквально с года на год, а в 1941 году - начиная с 15 мая. Хотя никто не предполагал, что фашисты нанесут столь мощный удар. О подготовке нашей страны к войне говорит напряженнейшая работа оборонной промышленности (ее результаты со всей очевидностью сказались уже на третий год войны).

На чрезвычайной XVIII партийной конференции, посвященной мобилизации народного хозяйства для нужд обороны, с основным докладом выступил Г. М. Маленков. Этому предшествовала его поездка по 25 крупнейшим заводам страны. Вот как описал один из эпизодов этой поездки его сын:

Он приехал на Мотовилиху - знаменитый уральский завод, производящий специальные стали (для трансформаторов, танков и т.д.). Производство трансформаторов не ладилось. Шел сплошной брак. Георгий Максимилианович три дня безвылазно провел в цехах и нашел причину; оказалось, что в нарушение технологии масло, в котором охлаждались раскаленные стальные листы, давно не меняли и оно утратило свои свойства. При замене масла брак прекратился. Короче: вместо поиска врагов - строгое соблюдение технологической дисциплины..."

Тут, конечно, не отвечающее правилам логики противопоставление. Ведь несоблюдение технологической дисциплины может быть результатом вражеских действий.

Не собираюсь утверждать, будто тогда на том заводе какие-то технологи сознательно наносили вред обороноспособности страны. Хочу лишь показать, как сказываются даже в таких вот необязательных высказываниях антисоветские штампы, прочно вбитые в головы служащих со времен перестройки.

На то и органы безопасности, чтобы заниматься поисками врагов. А для ответственного руководителя важно профессионально разбираться в сути дела. И если все происходило так, как рассказано выше, то Георгий Максимилианович бесспорно продемонстрировал свои деловые качества.

В годы Великой Отечественной войны Маленков стал одним из пяти членов Государственного Комитета Обороны вместе с

Молотовым, Ворошиловым и Берией под руководством Сталина. Судя по всему, он был главным куратором оборонной промышленности, хотя выполнял и другие важные задания. Вот что сказано в его официальной биографии:

С 30 июня 1941 г. по 4 сент. 1945 г. Г. М. Маленков являлся членом Государственного Комитета Обороны. В августе 1941 г. Г. М. Маленков находился на Ленинградском фронте; осенью и зимой 1941 г. принимал активное участие в организации операций по разгрому немецко-фашистских войск под Москвой; в марте 1942 г. выезжал на Волховский фронт, в июле, а затем августе-сентябре 1942 г. - на Сталинградский и Донской фронты, в марте 1943 г. - на Центральный фронт, проводя всюду большую работу по организации сил на борьбу с немецко-фашистскими захватчиками. В качестве члена Государственного Комитета Обороны Г. М. Маленков руководил работой по оснащению Советской Армии новой боевой техникой и советской авиации - самолетами и моторами. За особые заслуги в области усиления производства самолетов и моторов в трудных условиях военного времени Г. М. Маленкову было присвоено 30 сентября 1943 г. звание Героя Социалистического Труда".

Во время войны Маленков курировал военную промышленность: подбирал высшие руководящие кадры, выезжал в действующие войска.

По словам Андрея Георгиевича, его отец утверждал, что в октябрьские дни 1941 года из всех членов Политбюро в столице остался только он один. Мол, все руководство во главе со Сталиным покинуло Москву примерно на 10 дней. Тогда ему звонили из партийных комитетов со всех уголков страны, чтобы убедиться, что Москва не сдана. И он твердо отвечал: Сталин и все руководство здесь.

Возможно, Георгия Максимилиановича подвела память. А может быть, он и не знал, что Сталин постоянно находился в Москве, и вся информация о положении на фронте стекалась к нему. Об этом свидетельствовал, в частности, более компетентный в данном вопросе человек - маршал A.M. Василевский. Он в то время оставался в столице, постоянно встречаясь со Сталиным.

Можно, конечно, понять усилия сына показать, как много сделал его отец для победы над фашистами. Но все-таки вряд ли нужно при этом принижать, скажем, роль Сталина. Несоизмеримые это были фигуры. Вот, например, оказывается, что и в Курской битве летом 1943 года Верховный главнокомандующий только мешал, а Георгий Максимилианович вдруг взял на себя ответственность за проведение данной операции:

Маленков прибыл на этот участок фронта летом 1943 года незадолго до немецкого наступления. Напомню, что благодаря нашей разведке командованию стали известны не только день, но и час наступления и надо было решить, когда обрушить на готовившегося к рывку противника упреждающий артиллерийский удар. Ситуация, когда наше командование перенесло время этого удара под самый час "икс", уже многократно описана в нашей литературе, в том числе мемуарной.

Добавлю лишь одну подробность, запомнившуюся мне со слов отца. В Ставке страшно нервничали, не "дезу" ли подбросили нашей разведке, не просчитаемся ли с нанесением огневого удара. Сталин не находил себе места и своими звонками взвинчивал и без того уж взвинченную обстановку на КП и в штабе фронта. И тогда, стараясь освободить командование от этих переговоров с вождем, уснащенных, как обычно, страшными угрозами, Маленков практически целиком взял на себя всю ответственность за срок нанесения мощного артудара. И вот когда он был осуществлен, затикали едва ли не самые жуткие за всю войну минуты в жизни отца. Даже рисковая остановка авиационного завода показалась ему тогда заурядным событием: пойдут немцы в атаку или нет".. Ослабленные, но пошли! Тут настал и самый радостный момент для отца, для всех, кто был тогда рядом с ним и наверняка поплатился бы жизнью в случае просчета".

Признаться, меня эти сведения озадачили. Еще недавно я писал книгу о сталинском маршале Б. М. Шапошникове, читал воспоминания о войне, но ни у кого, кто руководил нашими войсками в битве на Курской дуге, не встречал ничего подобного; даже имя Маленкова не упоминалось. А тут вдруг оказывается, что именно он отвечал "за срок нанесения мощного артудара?! Да еще Сталин ему мешал и всех запугивал. Жуткая ситуация...

Просматриваю воспоминания Жукова, Василевского, Рокоссовского. Как сговорились: ни слова о Маленкове. Жуков пишет, что после совещания с Рокоссовским и Василевским он позвонил Верховному главнокомандующему: "Я доложил о полученных данных и принятом решении провести контрподготовку. И. В. Сталин одобрил решение и приказал чаще его информировать:

- Буду в Ставке ждать развития событий, - сказал он.

Я почувствовал, что Верховный находится в напряженном состоянии. Да и все мы... сильно волновались и были крайне возбуждены".

Выходит, Сталин одобрил план. После этого если уж был бы с кого-то спрос, то в первую очередь с него. И никого он не нервировал, позвонив только после начала операции. "В 2 часа 30 минут, - писал Г. К. Жуков, - когда уже вовсю шла контрподготовка, позвонил Верховный.

Ну как? Начали"

Начали.

Как ведет себя противник?

Я доложил, что противник пытался отвечать на нашу контрподготовку отдельными батареями, но быстро замолк.

Хорошо. Я еще позвоню".

Вот как было дело. А где же в то время был Георгий Максимилианович и что вообще он должен был делать в то время на Курской дуге" Могли он вмешиваться в проведение чрезвычайно сложной военной операции" Думаю, никаких полномочий на этот счет у него не было и быть не могло. А поручен ему был, по всей вероятности, контроль за качеством используемой нашими войсками техники, ремонтом поврежденных танков, орудий и самолетов.

Больше доверия к тем свидетельствам Андрея Георгиевича, где сообщается о вполне правдоподобных фактах. Он пишет: "Опираясь на выдвинутых им молодых, талантливых специалистов - Малышева, позднее отвечавшего за советский атомный проект, Славского, Сабурова, Первухина, Косыгина, Устинова, вырванного из лап НКВД Тевосяна и других - Маленков взял на себя и контроль за освоением новой техники. Помню его рассказ о том, как вместе с СИ. Вавиловым он в предельно короткий срок наладил выпуск "ночезрительных" (инфракрасных) приборов для танков, как они вдвоем проехали ночью по дорогам Подмосковья на танке, оборудованном новым прибором, и лично убедились в его высоких качествах".

Правда, далее следуют рассуждения, которым верится с трудом: "Именно тогда отец уверовал в талант Вавилова, в его неистощимые организаторские способности и позже предложил его на пост президента Академии наук СССР. Кстати, такое выдвижение было небезопасно даже для Маленкова, так как в зловещей памяти Сталина хранилась враждебная неприязнь к брату Сергея Ивановича - академику Николаю Ивановичу Вавилову, погибшему в годы войны в Саратовской тюрьме с клеймом "враг народа"".

Как тут не вспомнить, что таланты СИ. Вавилова были достойно отмечены еще в 1932 году, когда его избрали академиком АН СССР. И откуда извлечена версия о "враждебной неприязни" вождя к Н. И. Вавилову? Ведь именно на годы правления Сталина приходится необычайный взлет Николая Ивановича не только как ученого, но и крупного руководителя, общественного деятеля, директора институтов и т.д.

Не иначе как со скрежетом зубовным Сталин согласился присудить ему в 1926 году Ленинскую премию и с того года по 1936-й утвердить членом ЦИК СССР. Уж не со злобными ли намерениями соглашался Иосиф Виссарионович финансировать уникальные (и не дешевые) научные экспедиции Вавилова по пяти континентам? Кстати сказать, путешествуя по Японии, Николай Иванович обратил внимание на то, что в тамошних магазинах продают речи Сталина. Все это наверняка хранилось в зловещей памяти диктатора...

Наконец, согласно утверждению А. Г. Маленкова, его отец во время блокады немцами Ленинграда в сентябре 1941 года "проник в город на бреющем полете". Там в "роскошном бункере" застал "опустившегося, небритого, пьяного? А. А. Жданова и запаниковавшего К. Е. Ворошилова. Только оперативное вмешательство Маленкова якобы спасло город. Правда, нет никаких документов о пребывании в тот период Георгия Максимилиановича в Ленинграде. И в официальной его биографии, опубликованной в 1954 году, когда он находился на вершине власти, как видно из приведенного выше фрагмента, нет упоминания об этом героическом эпизоде.

Не знаю, надо ли преувеличивать роль и значение Г. М. Маленкова в годы Великой Отечественной войны. Подобные неуклюжие попытки могут вызвать обратный эффект: начинаешь сомневаться в справедливости верных утверждений.

Вполне вероятно, что Маленков содействовал ослаблению партийного политического контроля на промышленных предприятиях. Тогда же, как пишет Н. Верт, "прекращение разного рода "политических собраний" в рабочее время сопровождалось передачей организационных и кадровых вопросов в исключительное ведение технических руководителей".

Нет сомнений: в годы войны Георгий Максимилианович достойно выполнял нелегкие обязанности, возложенные на него. Об этом свидетельствует высокая награда, полученная им осенью

1943 года. Нет никакого сомнения, что она была заслуженной.

МАЛЕНКОВСКИЙ ЦИРКУЛЯР?

В нашей стране пресловутый "еврейский вопрос" беспокоил (и сейчас беспокоит) многих. Его связывали, с одной стороны, с проявлениями международного сионизма, а с другой - русского великодержавного шовинизма. В неявной форме он стал причиной конфликта Ленина со Сталиным по национальному вопросу.

Вот и Маленков, согласно утверждению Роя Медведева, санкционировал гонения советской власти на евреев. "Осенью...

1944 года, - пишет он, - Сталин созвал в Кремле расширенное совещание, на которое были приглашены члены Политбюро и Секретариата ЦК, первые секретари республиканских и областных комитетов партии, руководители оборонной промышленности, армии и государственной безопасности. Речь шла о "еврейском вопросе"..."

Если не ошибаюсь, на том совещании главным образом шла речь о переходе в ближайшее время промышленности на мирную продукцию: победа над фашизмом была уже близка. Но, по-видимому, такие вопросы, по мнению Р. Медведева, не представляют интереса по сравнению с еврейским, но продолжим цитирование.

В своем вступительном слове Сталин - правда, с некоторыми оговорками - высказался за "более осторожное" назначение евреев на руководящие должности в государственных и партийных органах. Каждый из участников понял, однако, что речь идет о постепенном вытеснении лиц еврейской национальности с ответственных постов..."

Вновь придется сделать паузу. Вот ведь как проницательно подметил политизированный историк то, что и как понял каждый из участников совещания. Вождь всего лишь предложил, да еще с оговорками, осторожней выдвигать (!) лиц данной национальности на руководящие должности. И о каком вытеснении могло идти речь, если в ЦК партии и правительстве оставались евреи"

Наиболее подробным на этом совещании было выступление Маленкова, - продолжает Медведев, - который обосновал необходимость "повышения бдительности" по отношению к еврейским кадрам. Вскоре после совещания в ЦК ВКП(б) партийные комитеты различных уровней получили подписанное Маленковым директивное письмо, которое тогда в партийных кругах называли "маленковским циркуляром". В нем перечислялись должности, на которые назначать людей еврейской национальности было нежелательно. Одновременно вводились и некоторые ограничения при приеме евреев в высшие учебные заведения".

Надо сказать, что в то время было много несравненно более важных проблем, чем те, на которых болезненно заострено внимание Р. Медведева. Скажем, в 1944 году более 1,336 млн человек вступили в кандидаты и около 1,125 млн - в члены партии. Столь резкий наплыв желающих стать членами правящей ВКП(б) в преддверии великой Победы не мог не насторожить и Сталина, и Маленкова. "Во второй половине 1944 г. - пишет Д. Боффа, - была выпущена целая серия "постановлений". Затрагивавшиеся в них важные политические вопросы - об освобожденных областях, о проявлениях национализма среди некоторых нерусских народностей, о возрождении религии - трактовались всегда и единственно как задачи, подлежащие решению с помощью более систематической и строже контролируемой пропаганды".

Но все-таки почему же вдруг среди столь важных государственных вопросов всплыл и еврейский? Не был ли Маленков убежденным антисемитом? Не ему ли как главному "кадровику" принадлежала инициатива вытеснения лиц еврейской национальности из руководства государства и партии"

На эти вопросы помогают объективно ответить сведения, приведенные В. В. Кожиновым. Прежде всего он подчеркивал отсутствие проявлений антисемитизма и в коммунистической идеологии, и в советской политической системе. И ссылался на израильского политолога М. С. Агурского: "Вплоть до тридцатых годов главными и почти исключительными врагами сионизма в СССР были сами же евреи... сионисты как внутри СССР, так и в Палестине видели главными виновниками этих преследований не саму советскую политическую систему, а т. н. Евсек-цию ("Еврейскую секцию" ВКП(б). - Р. Б.) и вообще коммунистов еврейского происхождения". Иначе говоря, враждовали интернационалисты и националисты преимущественно одной и той же национальности.

Обратимся теперь, - продолжал Кожинов, - к возникшему во время войны недовольству, сложившемуся после 1917 года "еврейским засильем" во многих областях жизни страны. Например, 17 августа 1942 года в Секретариат ЦК поступила записка, информирующая о том, что из 12 руководителей Большого театра (директор, дирижеры, режиссеры и т.п.) 10 человек - евреи и только 1 русский.

В 1943 году секретарь парткома МГУ В. Ф. Ноздрев направил в ЦК письмо, в котором сообщил, что в предшествующем, 1942-м, "пропорция" окончивших физический факультет университета евреев и русских составляла 98% и 2%..."

Он привел воспоминание математика академика Л. С. Понт-рягина, который перед войной в Воронеже "познакомился с очень милой студенткой Асей Гуревич. По окончании Воронежского университета я взял ее в аспирантуру в Москву... Ася в течение нашего знакомства неоднократно обращалась ко мне с просьбой помочь кому-нибудь из ее друзей... Это были всегда евреи. Мне это показалось странным, поскольку сама она была еврейкой... Но уже после войны она меня совершенно поразила одним своим заявлением. Она жаловалась мне, что в текущем году в аспирантуру принято совсем мало евреев, не более четверти всех принятых. А ведь раньше, сказала она, принимали всегда не меньше половины".

Вот, оказывается, к каким ужасным последствиям привел "маленковский циркуляр". Подумать только: вместо половины всех аспирантов приняли всего не более 25% евреев (то есть примерно в десять раз больше, чем относительное количество представителей этой нации в населении страны).

Конечно, - делает вывод Кожинов, - многие объявят упомянутые записки в ЦК антисемитскими. Но если подойти к ним с истинной беспристрастностью, их нельзя не признать констатацией явно "ненормального" положения вещей. Ситуация в Большом театре не имела последствий... Что же касается сообщившего о положении дел в Московском университете В. Ф. Ноз-древа, он продолжал "бить тревогу" и далее, в 1944-1945 годах, и в мае 1946-го был за это снят с поста секретаря парткома".

О том, что никакой антисемитской кампании и в помине не было, говорят красноречивые факты. После войны многие руководители Большого театра, евреи, получали неоднократно Сталинские премии. Например, дирижеры С. А. Самосуд (1947, 1952), Ю. Ф. Файер (1946, 1947, 1950). Чтобы это означало? Выходит, вождь не выполнил предписания "маленковского циркуляра"?!

Хотя Владимир Ильич в последние годы сгоряча клеймил его как "русского великодержавного шовиниста" и даже "русского Держиморду", антисемитом он не был. Нередко ссылаются на то, что якобы он приказал дочери развестись с ее первым мужем (евреем) Морозовым. Однако она это категорически отвергала. Правда, Сталин не пожелал с ним встречаться, четко обозначив причину:

- Слишком он расчетлив, твой молодой человек.

Действительно, тогда как оба сына Иосифа Виссарионовича ушли воевать, Морозов устроился в московское ГАИ. Сталин отозвался так:

- Смотри-ка, на фронте страшно, там стреляют, а он, видишь, в тылу окопался.

Надо ли говорить, что антисемит в подобных случаях и вел себя, и выражался бы иначе.

ОПАЛА

После войны Маленков возглавил Комитет по демонтажу немецкой промышленности. Ему пришлось выдерживать напор руководителей разных ведомств, желавших получить как можно больше трофейного оборудования. Тогда же у него ухудшились отношения с председателем Госплана Н. А. Вознесенским. Маленков по инициативе Сталина или, по крайней мере, по согласованию с ним выдвинул предложение прекратить демонтаж немецкой техники и наладить в Восточной Германии производство товаров для СССР в качестве репарации. Несмотря на возражения Кагановича и Берии, это решение было утверждено.

В середине октября 1945 года Политбюро постановило предоставить Сталину отпуск на два месяца. Он провел это время на Кавказе, не упуская из вида московские дела. А там среди партийных руководителей плелись замысловатые сети интриг, разобраться в которых чрезвычайно трудно.

Официально вождя замещал Молотов. В спину ему дышали Берия, Маленков, Микоян. Возможно, с их подачи Молотов допустил два серьезных промаха. Сначала разрешил в центральных органах советской печати опубликовать фрагменты из речи Черчилля с восхвалениями Сталина. Вождь срочно телеграфировал:

У нас имеется теперь немало ответственных работников, которые приходят в телячий восторг от похвал со стороны Черчиллей, Трумэнов, Бирнсов и, наоборот, впадают в уныние от неблагоприятных отзывов этих господ... Что касается меня лично, то такие похвалы только коробят меня". (Пожалуй, он исходил из принципа: если тебя хвалит враг - значит ты, где-то допустил ошибку.)

Молотов признал свою ошибку. Но вскоре он заявил о снятии цензурных ограничений на корреспонденции представителей западной печати, отправляемые из СССР. На Западе заговорили о смягчении внешней политики советского руководства, во главе которого, по-видимому, вскоре будет Молотов. Сталин отозвался резко: "Я не могу более считать такого товарища моим первым заместителем".

Казалось бы, освободилось высокое кресло для Маленкова. Однако выяснилось, что есть более серьезный претендент: А. А. Жданов, перебравшийся из Ленинграда в Москву. 25 февраля 1946 года ему вручили орден Ленина. Он курировал ведомство Молотова и наряду со Сталиным подписывал совместные постановления ЦК партии и Совета Министров СССР.

В марте того же года в новом составе Оргбюро ЦК, ведавшего кадрами, четверо из 14 членов были выходцами из ленинградской партийной организации. В отсутствии Сталина заседания Политбюро теперь вел Жданов. Его правая рука - А. А. Кузнецов (также ленинградец) - был назначен руководителем Секретариата ЦК вместо Маленкова, сменив последнего и на посту начальника Управления кадров.

Георгий Максимилианович оказался в опале. Ее причиной послужило так называемое дело авиаторов. Сын Сталина Василий, служивший в авиации, сообщил отцу, что значительная часть авиакатастроф, которые вменяются в вину летчикам, происходит из-за сбоя техники. То же подтвердил министр МГБ B.C. Абакумов. Был арестован и подвергся жесткому следствию главный маршал авиации, дважды Герой Советского Союза А. А. Новиков. Гнев Сталина, не терпевшего обмана, обрушился и на Маленкова - куратора авиационной промышленности.

В решении ЦК указывалось: "Установлено, что т. Маленков как шеф над авиационной промышленностью и по приемке самолетов - над военно-воздушными силами морально отвечает за те безобразия, которые вскрыты в работе этих ведомств (выпуск и приемка некачественных самолетов), что он, зная об этих безобразиях, не сигнализировал о них в ЦК ВКП(б)". Протокол этого решения был подписан Ждановым. Не исключено, что ленинградцы, пришедшие во власть, постарались преувеличить вину Маленкова.

Надо иметь в виду, что еще до войны Ворошилов писал Сталину в частном письме об участившихся авариях самолетов. Сталин ответил примернотак: черте ними, с самолетами; гибнут летчики, вот что недопустимо! Так что и в данном случае речь шла, конечно, не о потерях техники, а о гибели людей и замалчивании недостатков в авиастроении (что вообще-то не удивительно, ибо лихорадочная спешка военных лет сказывалась на качестве продукции).

Вину Новикова и наркома авиационной промышленности Шахурина сочли доказанной. Сталин спросил Абакумова:

- Какую меру наказания вы предлагаете?

Расстрел, - был ответ.

Расстрелять просто; сложнее заставить работать. Мы должны заставить их работать.

Рассказав этот эпизод, П. А. Судоплатов добавил, что маршал Новиков "под давлением был вынужден дать показания против Жукова. В письме Сталину он рассказал об амбициях Жукова и сообщил, что вел с ним "антисталинские разговоры", а также показал, что помогал ему скрыть, что он из семьи царского городового". Эти признания, по словам Судоплатова, "представляли серьезную угрозу для Маленкова".

Дело в том, что еще начиная с 1937 года Маленков способствовал карьере Жукова, выдвигая его на высокие военные посты (значит, Георгий Максимилианович, помимо всего прочего, умел хорошо подбирать кадры). Стремясь обезопасить себя, Маленков, так же как Молотов, поддержал обвинение против Жукова. Маршал категорически отрицал свою вину. Сталин, выслушав его, сказал:

- А все-таки вам, товарищ Жуков, придется на некоторое время покинуть Москву.

Не исключено, что этот малодушный поступок Маленкова обернулся против него через несколько лет, когда Жуков поддержал его противников. Но об этом чуть позже.

Итак, ленинградская группа захватила многие ключевые посты в руководстве партии и страны. Маленков попал в опалу. Позиции Берии тоже несколько ослабли. В апреле 1946 года был изменен состав коллегии возглавлявшегося им прежде МВД. Были назначены 7 новых заместителей министра, из них двое, в том числе первый заместитель министра B.C. Рясной, были людьми Н. С. Хрущева, который с далеких днепровских берегов продолжал плести в Москве паутину своих интриг.

В мае был снят с поста министра государственной безопасности близкий соратник Берии В. Н. Меркулов. А на его место назначили B.C. Абакумова. Осенью 1947 года Берию лишили поста куратора спецслужб, а сменил его ленинградец А. А. Кузнецов. Поэтому совершенно нет оснований сваливать вину за беззакония в стране за период с 1947 по 1953 год на Лаврентия Павловича. В это время он возглавлял атомный проект. (После ареста Кузнецова в 1949 году курировать спецслужбы по линии партии стал Хрущев, что он позже тщательно скрывал.)

В состав высшего руководства страны был введен ленинградец Н. А. Вознесенский. Он председательствовал на заседаниях Совета Министров СССР в отсутствие Сталина. Жданов фактически стал вторым лицом в партии после Сталина. Еще одного ленинградца, А. Н. Косыгина, избрали в марте 1946 года кандидатом в члены Политбюро. Можно сказать, "ленинградская команда" брала в свои руки все основные рычаги управления государством и партией.

Вопреки обыкновению, Г. М. Маленкова не сослали на периферию. Он остался в Москве, сосредоточившись на работе в качестве заместителя председателя Совмина СССР и куратора программы создания ракетного оружия.

Маленков продолжал пользоваться доверием и уважением Сталина. Об этом свидетельствует красноречивый факт: в сентябре 1947 года на информационном совещании представителей европейских компартий от СССР выступили Жданов и Маленков. Первый сделал доклад о международном положении, а второй - о деятельности ЦК ВКП(б).

В докладе Жданова говорилось, в частности, об экспансии США одновременно по всем направлениям: 1. Военно-стратегические мероприятия (милитаризация страны, которой никто не угрожает; создание военных блоков, нацеленных на СССР). 2. Экономическая экспансия (использование в своих целях послевоенные экономические трудности европейских стран, обеспечение себя рынками сбыта и т.д.). 3. Идеологическая борьба, где главные цели - защита и пропаганда буржуазной лжедемократии и обвинение коммунизма в тоталитаризме.

Нетрудно заметить, что США продолжают наступление на Россию по всем этим направлениям и сегодня, несмотря на то, что она теперь стала капиталистической. Следовательно, дело не столько даже в идеологическом противостоянии, сколько в желании расчленить и полностью поработить еще недавно великую мировую державу.

Маленков в своем докладе затронул, помимо прочего, три темы, о которых есть смысл вспомнить. Он говорил:

Одной из первоочередных задач является укрепление работы наших партийных организаций. В годы войны партийные органы проделали огромную работу по организации тыла и переводу хозяйства на военный лад. В условиях военного времени партийные органы вынуждены были нередко брать на себя оперативную работу по управлению хозяйством. Это было правильно в тех условиях. Однако нельзя не видеть, что это породило и некоторые отрицательные явления в практике работы партийных организаций, приводило к ослаблению внутрипартийной работы и вместе с тем к подмене государственных и хозяйственных органов. Оказался нарушенным один из основных принципов большевистского руководства".

Это едва ли не первое упоминание в официальном выступлении о необходимости ограничить влияние партаппарата на государственные и хозяйственные органы. Нет никаких сомнений, что данная проблема была одобрена или даже, скорее всего, инициирована Сталиным.

Другая тема: "культивирование и развертывание советского патриотизма" и "решительная борьба с различными проявлениями низкопоклонства и раболепия перед буржуазной культурой Запада". Маленков привел слова Сталина: "Сила советского патриотизма состоит в том, что он имеет своей основой не расовые или националистические предрассудки, а глубокую преданность и верность народа своей советской Родине, братское содружество трудящихся всех наций нашей страны. В советском патриотизме гармонически сочетаются национальные традиции народов и общие жизненные интересы всех трудящихся Советского Союза".

Учтем: сказано именно о патриотизме как любви к Родине при братском сотрудничестве трудящихся вне зависимости от их национальности, вероисповедания и даже идеологических пристрастий.

По утверждению Маленкова, "низкопоклонство перед иностранщиной", распространенное среди некоторых слоев нашей интеллигенции, является "пережитком проклятого прошлого царской России". Увы, объяснение слишком примитивно и лишь вводит в заблуждение. Тут явно проявился дефект упрощенного классового подхода к явлениям общественной жизни. Ведь речь идет о новой поросли, воспитанной при советской власти. У них низкопоклонство перед Западом проявляется не в стремлении воспринять высокие достижения культуры, а в жажде материальных благ.

Говоря о внешней политике ВКП(б), Маленков подчеркнул главный принцип: "Мы исходим из факта неизбежности сосуществования на длительный период двух систем - капитализма и социализма - и придерживаемся курса поддержки лояльных добрососедских отношений со всеми теми государствами, которые проявляют желание к дружественному сотрудничеству при условии соблюдения принципов взаимности и выполнения взятых на себя обязательств".

Выступление Маленкова от имени ЦК ВКП(б) на крупнейшем форуме представителей коммунистических партий разных стран бесспорно свидетельствовало о том, что Сталин считает его верным своим соратником. Ему был поручен доклад, декларирующий основные идеологические принципы государственной политики Советского Союза.

ЛЕНИНГРАДСКОЕ ДЕЛО?

Обосновавшись после войны в столице, сплоченная ленинградская группа партийных и государственных деятелей быстро превратилась в наиболее влиятельную силу в руководящих органах СССР. Это должно было насторожить Сталина. Не потому, что он утрачивал личный авторитет или свою власть. Об этом ему не приходилось заботиться. Беспокоило явное проявление групповщины - основы коррупционных связей.

Формально все началось с того, что А. А. Кузнецова, которого многие считали одним из самых перспективных в новом поколении партработников и даже рассматривали как возможного преемника Сталина, 13 августа 1949 года арестовали в кабинете Г. М. Маленкова. По странному стечению обстоятельств в конце того же месяца умер от инфаркта Жданов.

Георгий Максимилианович вернул утраченные позиции в Секретариате ЦК. Это событие оказалось судьбоносным не только для него, но и для всей страны. Он фактически стал вторым человеком в партии, по заданию Сталина отвечая за работу парторганизаций. В его подчинение перешли партийные функционеры. После смерти Жданова он уже единолично, хотя и по указаниям вождя, определял идеологическую политику ЦК, а также курировал сельское хозяйство. Все это вместе взятое позволяло Маленкову влиять на кадровые перестановки в партаппарате. И он сполна воспользовался такой возможностью.

Для того чтобы упрочить свое положение и подняться к самой вершине власти, Маленкову надлежало избавиться от представителей ленинградской партократии. Правда, нет веских оснований обвинять его в стремлении ради своей карьеры целеустремленно устранять конкурентов. Маниакальной жажды власти у него не было. Вне зависимости от его устремлений, на них уже были накоплены серьезные компрометирующие материалы.

... О "ленинградском деле" известно довольно много. Почти все получившие по нему сроки заключения выжили и были реабилитированы уже в 1954 году. Но до сих пор наиболее популярна простая схема: Маленков и Берия устранили соратников и выдвиженцев Жданова как своих соперников в претензиях на наследство Сталина.

Однако ситуация, пожалуй, была значительно сложней. Судя по всему, Л. П. Берию следует считать главным организатором спровоцированного "дела Госплана". Удар направлялся в первую очередь против Н. А. Вознесенского. Он был деятелем одного с Берией уровня: член Политбюро, во время войны введенный в ГКО; первый заместитель Сталина по правительству. Отношения между конкурентами, как отмечалось в мемуарах Микояна, обострились после войны. Молва считала Н. А. Вознесенского очень вероятным преемником вождя в руководстве правительством. Это заставляло Лаврентия Павловича искать пути к устранению соперника.

Алексей Александрович Кузнецов был яркой и сильной личностью, но как политик значительно уступал Берии. Кузнецов не был даже кандидатом в члены Политбюро, а перебрался в Москву только в 1946 году, тогда как Вознесенский (другой выдвиженец Жданова) работал в центре с 1938 года.

Конечно, и Кузнецов отчасти перебежал дорогу Берии, сменив его (осенью 1947) на посту куратора спецслужб. Вдобавок он был близок к министру госбезопасности B.C. Абакумову - выдвиженцу самого Сталина. Хотя Абакумов предпочитал не портить отношения с Лаврентием Павловичем, по некоторым сведениям, он нередко перед докладами Сталину советовался с Берией.

За Кузнецовым стояла мощная ленинградская партийная организация. Еще при Ленине она получила в некоторой степени привилегированный статус, который сохранился при Сталине. Он упрочился и вырос в годы страшной и героической блокады. При Жданове - заместителе Сталина по партии - парторганизация стала резервом руководящих кадров в Москве. Есть версия, что в начале сентября 1941 года, когда немцы замкнули блокадное кольцо, а Жданов свалился с инфарктом, Сталин позвонил Кузнецову и сказал: "Алеша, спасай Ленинград!"

Чтобы устранить Кузнецова, нужно было приложить немало усилий, в частности разгромить партийное руководство Ленинграда. Были слухи, будто Сталин после войны называл Кузнецова своим преемником на посту руководителя партии. Неизвестно, насколько соответствовали такие домыслы истине. Но бесспорно - они подливали масла в огонь маленковской неприязни к ленинградским партработникам и их лидеру.

Был еще один деятель, сыгравший важную роль в разжигании ленинградской трагедии. Это Хрущев. В мемуарах Никиты Сергеевича рассказан интересный эпизод. Как-то после войны, отправляясь на юг, Жданов остановился в Киеве, где встретился с Хрущевым. Тогда в непринужденной обстановке Андрей Александрович доверительно поделился с ним планами создания Коммунистической партии РСФСР.

Никита Сергеевич был начеку. Он быстро смекнул, что идея организации отдельной компартии в самой крупной и многолюдной республике СССР вряд ли понравится Сталину. Судя по всему, будущий борец с культом личности не замедлил "просигнализировать" о ждановских планах вождю. Не с этого ли начали накапливаться сведения о подозрительных политических взглядах руководящих партийных кадров Ленинграда? Очень вероятно, что было именно так.

Однажды на квартире Кузнецова собрались: Вознесенский, предсовмина РСФСР М. И. Родионов и Первый секретарь Ленинградского обкома B.C. Попков. Угощение было обильным, спиртного тоже вдоволь. Начались разные разговоры на опасные темы. А квартира прослушивалась. Вскоре записи разговоров легли на стол Сталина.

Собеседники выражали недовольство тем, что РСФСР - единственная союзная республика, которая не имеет ни своей компартии, ни своей столицы. Прозвучали предложения сделать столицей РСФСР Ленинград и создать компартию РСФСР с местопребыванием ее ЦК в этом городе. Обсуждалась и кандидатура на пост Первого секретаря ЦК КП РСФСР. Решили, что им должен стать Кузнецов.

Сталин усмотрел в этих разговорах посягательство на прерогативу центра; сепаратизм, противопоставление Ленинграда всесоюзному руководству. Особенно возмутил его тайный раздел руководящих должностей за его спиной. Он мог простить прямые откровенные высказывания, даже неприятные для него, но только не тайные сговоры, угрожавшие расколом в партийном руководстве.

Но дело не только в этом. Только на поверхностный взгляд кажется, будто отсутствие республиканской компартии России ущемляло права русского народа. В действительности было как раз наоборот: утверждалась ведущая роль в руководстве русских коммунистов. Так же как отсутствие Академии наук РСФСР показывало, что основное место в АН СССР принадлежит российским ученым.

Вспомним, как оформлялось расчленение Советского Союза. Представитель какой республики стал инициатором? Председатель Верховного Совета РСФСР Ельцин. Он же запретил деятельность КПСС на территории России. Великая страна перестала существовать. Наша страна превратилась в экологический придаток, энергетического донора Запада. Подобные государства принято стыдливо называть "развивающимися"...

Не этот ли результат предвидел или предчувствовал Сталин, жесточайшим образом пресекая проявления сепаратизма"..

Последовал разгром ленинградской группы. Наряду с ослаблением позиции ветеранов (Молотова, Ворошилова, Кагановича, Микояна) это открывало "путь наверх" руководителю компартии Украины Н. С. Хрущеву.

За "ленинградским делом" последовало "московское". Оно было организовано Маленковым и, возможно, Берией. На это указывает, в частности, почти весь состав комиссии Политбюро, разбиравшей его: Г. М. Маленков, Л. П. Берия, Л. М. Каганович, М. А. Суслов (тогда близкий к Берии, но всегда остававшийся ловким и беспринципным интриганом).

После ареста ленинградцев на первый план выдвинулся Первый секретарь МК и МГК партии Г. М. Попов. Он занимал по совместительству пост Секретаря ЦК партии. Попов был растущим и влиятельным деятелем. Он набрал такой политический вес, что позволял себе вмешиваться в дела союзных министров и возглавляемых ими министерств. Возможно, этим воспользовался Маленков, обвинивший Попова в стремлении "подменять" министров, правительство и ЦК ВКП(б). Но и в этом случае не исключено, что события разворачивались без его активного вмешательства.

Обратим внимание на такой красноречивый документ - деловая записка Сталина:

29 октября 1949 г. Тов. Маленкову.

На днях я получил письмо... о недостатках в работе секретаря МК тов. Попова. Я не знаю подписавших это письмо товарищей. Возможно, что эти фамилии являются вымышленными (это нужно проверить). Но не в этом дело. Дело в том, что упомянутые в письме факты мне хорошо известны, о них я получал несколько писем от отдельных товарищей Московской организации. Возможно, что я виноват в том, что не обращал должного внимания на эти сигналы. Не обращал должного внимания, так как верил тов. Попову... Политбюро ЦК не может пройти мимо вышеупомянутого письма".

Это был очень серьезный сигнал.

Свержение Г. М. Попова безусловно усиливало позиции Маленкова. Он получил возможность поставить на освободившееся место своего сторонника. Кандидатура на это пост уже была: Н. С. Хрущев. Не исключено, что этот карьерист, будучи в Киеве, предложил Маленкову перевести его в Москву в качестве союзника, для чего организовать ряд провокаций против Попова.

Кого мог бы Сталин назначить столичным партийным лидером? Ясно, что известного ему нестарого партаппаратчика, хорошо знающего Московскую парторганизацию. С кандидатурой Хрущева он должен был согласиться. Так и вышло.

Пленум МКи МГК ВКП(б), проходивший 13-16 декабря 1949 года, снял Попова и избрал на его место Хрущева. Никита Сергеевич унаследовал от Попова и пост Секретаря ЦК. Вместе с Маленковым он стал курировать партийные кадры, а также - что очень важно! - и спецслужбы.

Сталин понимал, что взамен ленинградской группы создается своеобразный союз Маленкова с Хрущевым, а также с Берией и Булганиным. Он постарался противопоставить им П. К. Пономаренко.

Помимо всего прочего, Хрущеву было поручено "опекать? КП(б) Украины. Он получил возможность опереться на верные ему местные руководящие кадры (Кириченко, Подгорного, Шелеста, Кириленко). В Москве Никита Сергеевич заручился поддержкой Шелепина, Гришина, Фурцевой. Хрущев вошел в число трех секретарей ЦК, являвшихся членами Политбюро.

Сталин все чаще болел, а у Маленкова отнимала много времени его работа по руководству Советом Министров СССР, особенно в отсутствие Сталина. Никита Сергеевич, целиком сосредоточившийся на партийной работе, все больше и больше становился хозяином партаппарата. Он приобретал опору среди придавленной сталинской твердой рукой, но ждущей своего часа партократии.

Маленков считал Хрущева своим выдвиженцем и надежным сторонником. Никита Сергеевич умел играть роль простачка. Будущий яростный борец против культа личности при жизни вождя угождал ему, как только мог. Втереться в доверие к Маленкову не представило ему большого труда. Тем более что на этом этапе их пути еще не пересекались.

ВЫХОДЦЫ ИЗ НАРОДА

На июньском Пленуме ЦК КПСС 1957 года Генеральный прокурор СССР Р. Л. Руденко произнес, обращаясь к Маленкову: "Ведь культ личности И. В. Сталина и его последствия произошли потому, что вы изолировали Сталина от народа, от партии... Вы изолировали Сталина и забивали голову ему всякого рода шпиономанией, террором и т.д.".

Но таковы были старания не столько Маленкова, сколько Берии, Хрущева, Булганина. Новая поросль партократов пробивалась к вершинам власти упорно, как сорняки, истребляя и устраняя своих конкурентов. Но дело, конечно, не только в этих отдельных и достаточно заурядных личностях. Подобных людей среди партийной номенклатуры накапливалось все больше. Их тяготила суровая дисциплина, установленная со времен Ленина и поддерживаемая Сталиным.

Эти "выходцы из народа" (к ним Маленков не принадлежал по происхождению) все больше отделялись от народных масс, предпочитая заботиться о собственном благополучии, плести интриги и вести коварные "подковерные" междоусобицы.

У Сталина уже не хватало сил и времени, чтобы контролировать работу партийных и государственных органов, следить за непростыми событиями на "идеологическом фронте", ориентироваться в изменчивых международных отношениях. Тем более что в эти годы он написал две очень важные работы: "Марксизм и вопросы языкознания" и "Экономические проблемы социализма в СССР". В первой вождь утверждал, в частности, приоритет языка и культуры над политикой и идеологией (ныне это мало кто из политических деятелей сознает). Во второй он постарался обосновать принципы экономики, не основанные на жажде наживы и погоне за прибылью.

В последние годы жизни Сталин был опутан паутиной интриг, сплетенной теми, кто ждал (быть может, подсознательно) его скорой смерти и надеялся возглавить великую державу. И дело не в том, из каких социальных слоев они вышли. Принципиально важно то, какими они стали, обретая все больше власти и возможности ею воспользоваться.

Избавиться от Сталина в его ближнем окружении наиболее сильно желали по крайней мере два человека: Берия и Хрущев. У каждого из них имелись свои резоны и виды на власть. Оба они обладали гипертрофированным честолюбием, жаждой господства над другими. Однако трудно поверить, будто они только ради удовлетворения своих низменных страстей готовы были рисковать жизнью.

Казалось бы, все свидетельствует о том, что никакого убийства Сталина быть не могло по самой простой причине: за неимением в его ближайшем окружении тех, кто решился бы на столь рискованную акцию со смертельно опасными для себя последствиями.

Но дело не только в их личных опасениях или амбициях. У тех, кто пробивается к вершинам власти, всегда имеется немало помощников, союзников и соратников. Они образуют более или менее сплоченные группы. У них преобладают не личные интересы, а корпоративные, клановые, а в наиболее общем плане - социальные. Так налаживаются, крепнут и проявляются коррупционные связи.

В условиях улучшения жизни в стране, укрепления и расцвета державы Сталин и некоторые его старые товарищи оказались опасными людьми для руководителей разных уровней. В центре и на местах все более вожделенными становились материальные ценности. Таково победоносное распространение буржуазной, мещанской идеологии, которая была объективным, естественным порождением технической цивилизации на высшей индустриальной стадии. Ее главный движущий механизм основан на принципах выгоды и максимального потребления материальных благ.

СССР при всех своих индивидуальных особенностях был разновидностью именно индустриальной цивилизации. Это подчеркивала и приверженность сторонников марксизма к материализму.

Техническая цивилизация предельно материалистична. Высокие идеалы, включая идею коммунизма, идеалистичны по сути своей. Они вступают в непреодолимое противоречие со стихийно развивающейся на нашей планете техносферой. Буржуазные ценности, напротив, полностью отвечают ее требованиям.

В самом общем виде попытка построить коммунизм выглядит как проявление чистого идеализма. Ленин и Сталин, опираясь на поддержку народа, попытались создать общество, где преобладают не материальные, а духовные потребности. Увы, такая задача необычайно трудна.

Надежда на то, что пролетариат будет неуклонно исповедовать принципы коммунистической идеологии, оказалась иллюзорной.

Глава 6. ПОД УКЛОН

Но героические времена скоро проходят, наступают за ними времена прозаического пользования и наслаждения, когда привилегия, являясь в своем настоящем виде, порождает эгоизм, трусость, подлость и глупость. Сословная сила обращается мало-помалу в дряхлость, разврат и в бессилье.

М. А. Бакунин

ТАЙНА ОСОБНЯКА БЕРИИ

Необычайны превратности судьбы Маленкова. После смерти Сталина он стал, по сути, его преемником, осуществил благотворные для народа и государства реформы, приобрел немалую популярность. Казалось бы, ничто всерьез не угрожало его дальнейшему пребыванию на высоком посту.

Конечно же он пытался добиться того, чтобы для членов коммунистической партии, в особенности привилегированных, идейные принципы безусловно преобладали над материальными или карьерными устремлениями. Да, Хрущев в этом отношении оказался хитрей, находчивей, "нутром чующим" настроения партийной номенклатуры. Он сумел завоевать ее симпатии. Но разве одно это могло предопределить падение Маленкова и возвышение Хрущева?

На мой взгляд, для таких решительных перемен должны были быть более веские причины.

Ничего не мешало Георгию Максимилиановичу отказаться от жесткого курса в ограничении власти и возможностей партократии. Вряд ли он был таким же принципиальным и непреклонным сторонником идеи социализма и коммунизма, как Сталин. В последующие годы он постоянно уступал позиции напористому, при необходимости "простодушному" и изворотливому Хрущеву. Почему?

Когда такой насквозь пропитанный политиканством историк, как Рой Медведев, наивно ссылается на слабость Маленкова, якобы выпустившего из своих рук рычаги власти, надо быть слишком наивным, не сказать бы больше, чтобы с этим согласиться. Мы знаем, как смело сражался с троцкистами Георгий Максимилианович, как твердо действовал при Сталине, проявил мужество во время войны, достойно пережил опалу и сумел вновь утвердиться на верхних ступенях власти.

Слабые люди при Сталине не оказались бы в руководстве государством. В чем в чем, а в слабости их не упрекнешь.

Почему бы вдруг он оказался таким податливым под напором Никиты Сергеевича? Обмяк и расслабился? Почему не постарался заручиться поддержкой партийной номенклатуры? Не хватило сообразительности" Вряд ли. Она ему продемонстрировала свое отношение к посягательству на ее материальные возможности.

На мой взгляд, вразумительный ответ на эти вопросы можно получить лишь в том случае, если удастся раскрыть тайну особняка Берии.

Вспомним, как оперативно и жестоко было организовано нападение на него. Серго, сын Лаврентия Павловича, узнав о масштабах этой операции, пришел к выводу, что так могли действовать только для уничтожения его отца. Зачем бы в другом случае устраивать пальбу почти в центре Москвы? Разве нельзя было подождать буквально несколько часов или день-другой, когда будет официально снят с должности Берия? Его охрана была бы расформирована, а резиденция изъята в пользу государства.

Очень странно и то, что охрана особняка оказала вооруженное сопротивление своим коллегам или даже своему непосредственному начальству. Неужели нельзя было обойтись без жертв" Казалось бы, захватывать силой, штурмовать его дом, да еще вступая в перестрелку с охраной, не имело никакого смысла, если бы в нем не находился хозяин. И все-таки...

Есть еще одна причина, по которой следовало практически одновременно с изоляцией Лаврентия Павловича организовать нападение на его московский особняк.

Согласно весьма правдоподобным слухам, Берия собирал компрометирующие материалы на всех или почти на всех крупнейших партийных руководителей. Эти бумаги могли храниться у него в рабочем или домашнем кабинете. Наиболее целесообразно было наиболее важные материалы такого рода держать в своем особняке-крепости под надежной охраной и под присмотром сына. Последний мог в случае необходимости воспользоваться ими.

Вот свидетельство П. А. Судоплатова: "В апреле 1953 года в поведении Берии я стал замечать некоторые перемены. Разговаривая по телефону в моем присутствии (а иногда и еще нескольких старших офицеров госбезопасности) с Маленковым, Булганиным и Хрущевым, он открыто критиковал членов Президиума ЦК партии, обращался к ним фамильярно, на "ты"...

Однажды, зайдя в кабинет к Берии, я услышал, как он спорит по телефону с Хрущевым:

- Послушай, ты сам просил меня найти способ ликвидировать Бандеру, а сейчас ваш ЦК препятствует назначению в МВД компетентных работников, профессионалов по борьбе с национализмом.

Развязный тон Берии в общении с Хрущевым озадачил меня: ведь раньше он никогда не позволял себе такую вольность, когда рядом были его подчиненные".

Объяснить такое изменение в поведении Берии можно тем, Что после смерти Сталина он получил и хранил у себя материалы, компрометирующие, в частности, Хрущева.

Следовательно, Берия должен был дать приказ своей охране никого ни при каких обстоятельствах не допускать в его домашний кабинет без личного распоряжения хозяина или его сына. Пока "компромат" находился в руках Лаврентия Павловича, он чувствовал себя в безопасности и мог шантажировать своих коллег.

Только по этой причине Хрущев, Булганин, Жуков и некоторые другие лица, включая Маленкова, были заинтересованы в штурме особняка Берии. При этом требовалась внезапность и оперативность. Многое зависело от того, в чьи руки попадет "компромат". И Хрущев постарался сделать так, чтобы этим человеком был он. Наиболее вероятным руководителем данной операции был Серов. Хотя не исключено, что провела ее военная разведка.

Теперь уже все козыри в игре за власть находились в руках Никиты Сергеевича. Как писал П. А. Судоплатов: "Архивные документы свидетельствуют, что Хрущев после ареста Берии перехватил инициативу". Он получил возможность уничтожить порочащие его сведения, добытые из сейфа Берии, одновременно получив возможность шантажировать своих коллег: Маленкова, Булганина, Жукова и т.д. Теперь уже он вел себя с ними развязно, демонстрируя свое превосходство.

Среди компрометирующих материалов, хранимых в сейфе Берии, почти наверняка были материалы, связанные с "ленинградским делом". Одним из главных пунктов обвинения была фальсификация партийными лидерами Ленинграда результатов выборов на партконференции. Во времена Сталина это считалось тяжким преступлением.

Для нас, - писал П. А. Судоплатов, - самым ужасным преступлением высокопоставленного партийного или государственного деятеля была измена, но не меньшим преступлением была и фальсификация партийных выборов. Дело партии было священным, и в особенности внутрипартийные выборы тайным голосованием, которые считались наиболее эффективным инструментом внутрипартийной демократии...

Теперь мы знаем, что результаты подсчета голосов при тайном голосовании в Ленинграде в 1948 году действительно были сфальсифицированы, но осужденные не имели к этому никакого отношения. Политбюро в полном составе, включая Сталина, Маленкова, Хрущева и Берию, единогласно приняло решение, обязывающее Абакумова арестовать и судить ленинградскую группу..." По его словам, "мотивы, заставившие Маленкова, Берию и Хрущева уничтожить ленинградскую группировку, были ясны: усилить свою власть".

Следовательно, каждый из упомянутой "троицы" почти наверняка сообщал Сталину о том, насколько опасны для единства партии действия и замыслы конкурентов. Для Хрущева было наиболее важно уничтожить все следы своих доносов, что он и постарался сделать, сохраняя "компромат" на Маленкова.

Георгий Максимилианович оказался в трудном положении. Он имел возможность избавиться только от части документов по "ленинградскому делу", которые хранились у него. В 1989 году "Известия ЦК КПСС" опубликовали такие сведения:

Вопрос о преступной роли Г. М. Маленкова в организации так называемого "ленинградского дела" был поставлен после июньского (1957 г.) Пленума ЦК КПСС. Однако Г. М. Маленков, заметая следы преступлений, почти полностью уничтожил документы, относящиеся к "ленинградскому делу". Бывший заведующий секретариатом Г. М. Маленкова - A.M. Петроковскийсообщил в КПК при ЦК КПСС, что в 1957 году он произвел опись документов, изъятых из сейфа арестованного помощника Г. М. Маленкова - Д. Н. Суханова. В сейфе в числе других документов была обнаружена папка с надписью "ленинградское дело", в которой находились записки В. М. Адрианова, личные записи Г. М. Маленкова, относящиеся ко времени его поезди в Ленинград, более двух десятков разрозненных листов проектов постановлений Политбюро ЦК, касающихся исключения из ЦК ВКП(б) Н. А. Вознесенского, конспекты выступлений Г. М. Маленкова в Ленинграде и записи, сделанные им на бюро и пленуме Ленинградского обкома и горкома партии. Во время заседаний июньского (1957) пленума ЦК КПСС Г. М. Маленков несколько раз просматривал документы, хранившиеся в сейфе Д. Н. Суханова, многие брал с собой, а после того как был выведен из состава ЦК КПСС, не вернул материалы из папки "ленинградского дела", заявив, что уничтожил их как личные документы. Г. М. Маленков на заседании КПК при ЦК КПСС подтвердил, что уничтожил эти документы".

Очень показательно, что ни о Берии, ни тем более о Хрущеве ничего не сказано. Материалы на первого теперь уже не имели значения, а Хрущева в период перестройки было принято считать зачинателем "оттепели" и едва ли не отцом русской демократии.

Неслучайно, конечно, Маленков пытался узнать у арестованного Серго Берия, где находятся архивы его отца. По-видимому, тогда Хрущев еще не признался, что они находятся у него. Но при первом удобном случае он дал понять Маленкову, что имеет на него компрометирующие материалы.

Однако не следует преувеличивать значение для жизни страны борьбы за власть тех или иных государственных и партийных деятелей. Более существенно сказываются на историческом процессе объективные факторы: научно-технические достижения, изменение социальной структуры общества и духовной сферы, преобразование природной среды, а говоря обобщенно - эволюция техносферы, области глобальной деятельности человечества.

За последние два десятилетия историософия (или философия истории) стала преимущественно средством идеологической борьбы. Ее используют не ради познания общества, а как инструмент духовного порабощения людей. Стали популярными архаичные взгляды на исторический процесс как результат усилий нескольких руководителей крупнейших держав, их личных отношений, а внутреннюю политику рассматривают как хитрые козни, интриги и преступления в борьбе за личную власть.

Так произошло отчасти из-за стремления многих историографов, привыкших собирать и расставлять в хронологическом порядке факты, претендовать на их философское осмысление. Прежде у них была относительно надежная материалистическая основа (у советских специалистов - так называемая система исторического материализма). Отбросив ее как порождение марксистской идеологии, не способные на самостоятельные творческие искания историографы утратили всякие ориентиры.

В данной книге тоже слишком много места уделено взаимоотношению нескольких главных действующих лиц. Но такова специфика любой биографии. Надо лишь постоянно иметь в виду, что вся эта достаточно мерзкая явная или скрытая борьба за власть происходит на фоне грандиозных природных и техногенных процессов. Только очень немногим личностям, хоть как-то соответствующим масштабам Ленина и Сталина, удается выдержать этот напор и направить его в определенное русло.

КОРПОРАТИВНОЕ ЕДИНСТВО ПАРТОКРАТИИ

В борьбе за власть Берия и Маленков допустили роковой стратегический просчет. Они как государственные (по преимуществу) деятели исходили из предположения, что КПСС является одной из составляющих системы управления страной.

Так было при Сталине. Но с его смертью ситуация существенно изменилась. Не стало человека, который умело, хотя и с немалыми трудностями, регулировал динамическое равновесие нескольких наиболее влиятельных общественных сил.

Исподволь подросло и окрепло новое поколение партийных руководителей высшего и среднего звена. Они не занимались конкретными вопросами государственного строительства, экономики и культуры. Зато осуществляли "партийный контроль" за всеми отраслями производства, социальной сферой, культурой, образованием, идеологической подготовкой, пропагандой.

У этих людей всегда была возможность переложить вину за свои ошибки на других и приписать себе чужие достижения. А главное, они имели немалые привилегии, которые было искушение увеличивать, пользуясь единовластием партаппарата и отсутствием грозного надзора "сверху", прежде всего со стороны вождя.

Хрущев был порождением партаппарата, его ставленником и заложником. Ему позволяли проводить непродуманные реформы, высказываться грубо и неумно, быть самодуром, доводить конфронтацию с Западом до критической черты... Многое ему дозволялось, лишь бы не страдали интересы расплодившихся в огромном количестве номенклатурных деятелей.

В возвышении Никиты Сергеевича есть свои неясности, но в общих чертах ситуация представляется такой. В своих притязаниях на власть он опирался на значительную часть руководителей партии и вооруженных сил, авторитет которых возрос после победоносной войны и свержения Берии и его ставленников. Маленков мог рассчитывать главным образом на государственный аппарат.

По-видимому, значительную роль сыграла изменчивая позиция Г. К. Жукова, который поначалу был человеком Маленкова, хотя и мог затаить на него давнюю обиду. После смерти (убийства") Сталина он стал первым заместителем министра обороны Булганина (друга Хрущева), а фактически - главой военного ведомства и главкомом сухопутных войск, некоторые части которых он срочно ввел в Москву. Возможно, этим в какой-то степени объясняется загадка того, как быстро, без сопротивления молодые сталинские выдвиженцы ушли в тень, на заштатные должности.

В сентябре 1953 года, когда было нарушено сталинское завещание о коллективном Секретариате ЦК КПСС, Булганин (вероятно, при поддержке Жукова) предложил Маленкову согласиться на избрание Хрущева Первым секретарем. Георгий Максимилианович не мог отказать уже по той причине, что опасался "разоблачений" со стороны Никиты Сергеевича. Поддержала Хрущева и старая партийная гвардия, которая могла опасаться единовластия Маленкова.

Теперь к власти пришла партийная номенклатура, во главе которой встал Хрущев. "Под его руководством, - пишет Д. Боффа, - Секретариат ЦК партии превратился в деятельный центр. С 1954 г. в Москве и на периферии был созван ряд совещаний руководителей и специалистов, на которых обсуждались прежде всего проблемы сельского хозяйства, а затем и других отраслей народного хозяйства; Хрущев беспрестанно разъезжал по стране, проверял состояние дел, вмешивался в руководство, повсюду выступал с речами".

Так Никита Сергеевич превратился в знаковую фигуру: он явно демонстрировал переход партийных функционеров к абсолютному господству над всеми государственными и общественными организациями. Маленков, оттесненный на второй план, не смел возражать. Он уже понимал свою обреченность.

Первый сигнал для него прозвучал 24 января 1955 года, когда в "Правде" вышла статья Д. Т. Шепилова "Генеральная линия партии и вульгаризаторы марксизма". В ней подчеркивалась ведущая роль КПСС во всех вопросах общественной жизни. Шепи-лов обрушился на "ревизионистов", ратующих за преимущественное развитие легкой промышленности и производства товаров широкого потребления. В этом автор статьи видел проявление "справедливо осужденных правоуклонистких идей". Кто подразумевался под этим уклонистом и ревизионистом, догадаться было нетрудно: еще недавно Маленков выдвигал такие идеи (естественно, не встречая никакого открытого отпора).

Наследующий день состоялся Пленум ЦК КПСС, где уже без обиняков критиковали Маленкова прежде всего за ошибки, допущенные в руководстве сельским хозяйством. Он не возражал и ссылался на отсутствие опыта. Его отставка была официально принята на заседании Президиума Верховного Совета СССР 8 февраля. Возглавил Правительство СССР Булганин, оставив пост министра обороны маршалу Жукову.

Вот что говорил Хрущев о Маленкове в своем докладе на Пленуме ЦК КПСС 31 января 1955 года.

"... В своей деятельности на посту Председателя Совета Министров СССР тов. Маленков не проявил себя достаточно политически зрелым и твердым большевистским руководителем. В этом отношении характерна речь тов. Маленкова на V сессии Верховного Совета СССР. По своей направленности эта речь с большими, экономически малообоснованными обещаниями напоминала скорее парламентскую декларацию, рассчитанную на снискание дешевой популярности, чем ответственное выступление главы Советского правительства. В той же речи тов. Маленковым было допущено теоретически неправильное и политически вредное противопоставление темпов развития тяжелой промышленности темпам легкой и пищевой промышленности, выдвигался в качестве основного вывода лозунг форсированного развития легкой индустрии. Не случайно поэтому, что некоторые горе-экономисты, ухватившись за это ошибочное выступление тов. Маленкова, стали развивать уже явно антимарксистские, антисталинские, правооппортунистические взгляды по коренным вопросам развития советской экономики, преимущественных темпов развития легкой индустрии..."

Как видим, обвинения в точности соответствуют тем, которые выдвинул против анонимных оппортунистов Шепилов в газете "Правда". Обратим внимание на весьма характерную деталь: "правый уклон" Маленкова заклеймен как антимарксистский и антисталинский.

Хрущев поставил знак равенства между марксизмом и сталинизмом! В данном случае он выступил как закоренелый сталинист. Кто бы мог подумать, что уже на следующий год его идейные взгляды опишут дугу в 180 градусов и он заклеймит позором всю деятельность Иосифа Виссарионовича, перед которым еще недавно унижался и которого прославлял.

Скажу несколько слов о позиции тов. Маленкова по вопросу нашей политики в Германии, - продолжал Хрущев. - Вы теперь знаете, какую линию вел Берия: он предлагал отказаться от курса на строительство социализма в ГДР. Надо прямо сказать, что тогда тов. Маленков был полностью с Берией в этом вопросе. Тов. Ворошилов не присутствовал на этом заседании, где обсуждался вопрос о ГДР, потому что этот вопрос обсуждали не в Президиуме ЦК КПСС, а в Президиуме Совета Министров СССР. Все члены Президиума ЦК, которые одновременно были членами Президиума Совмина, выступили против предложения, все, за исключением тов. Маленкова. Все высказывались. Это, товарищи, была большая драка по важнейшему политическому вопросу.

Теперь о выступлении тов. Маленкова на собрании перед избирателями 12 марта 1954 года, где он допустил теоретически ошибочное и политически вредное утверждение о возможности "гибели мировой цивилизации" в случае, если империалисты развяжут третью мировую войну. Своим неправильным утверждением о гибели цивилизации тов. Маленков запутал некоторых товарищей. После этой речи за границей стали повторять положение, высказанное тов. Маленковым; наши товарищи стали повторять, считая, что если так говорит тов. Маленков, то это в какой-то мере отражает линию Центрального Комитета нашей партии. А авторитет Коммунистической партии Советского Союза надо всячески оберегать. Ведь это бесспорный авторитет для всех братских компартий. В речи тов. Маленкова было высказано теоретически неправильное и политически вредное положение, направленное не на пользу политики нашей партии, а способное породить настроения безнадежности усилий народов сорвать планы агрессоров".

Никита Сергеевич в данном случае представил Маленкова как пацифиста, запуганным призраком третьей мировой войны. Правда, он не употребил слова "пацифист", которое в ту пору в официальных кругах считалось синонимом слова "пораженец", готового без боя сдаться врагу. Но смысл высказывания примерно такой. Воинственный пыл Хрущева можно расценивать как отрыжку троцкизма. Но, скорее всего, он прагматично поддержал влиятельных представителей военно-промышленного комплекса и Министерства обороны.

Хрущев продолжал: "Хочу сказать еще вот о чем, что его также характеризует не как дальновидного политического деятеля. В прошлом году мы готовились к сессии Верховного Совета СССР, на которой предполагалось обсудить вопросы Государственного бюджета Советского Союза. Тов. Маленков выдвигает такое предположение: "Давайте сделаем так, чтобы на этот раз не министр финансов делал доклад о Государственном бюджете, - а он, как Председатель Совета Министров СССР". Мы считали, что тут ничего плохого не будет, если Председатель Совета Министров Советского Союза сделает такой доклад.

Разъехались по домам. И вот тов. Маленков мне домой звонит, говорит: "Хочу посоветоваться насчет доклада". Приехал. "Знаешь, - говорит, - я хочу в докладе о государственном бюджете поставить вопрос об улучшении социального обеспечения в стране".

А надо вам сказать, что этот вопрос только начинал по-серьезному готовиться. Говорю ему: "Позволь, ведь этот вопрос еще совсем сырой, его только готовят, никакого решения еще нет. О чем же ты будешь говорить? Неужели ты хочешь пятаки раздавать, сделать народу какие-то посулы"

Дело социального обеспечения - сложное дело. Здесь тому пятак, тому гривенник прибавить, то можно и дешевенькую славу снискать. Скажут, сам тов. Маленков декларирует новые положения о социальном обеспечении. Тов. Маленкову нужна была эта дешевенькая слава. Эта песня из той же оперы, как и его выступление на V сессии Верховного Совета СССР.

Если говорить о пенсиях, то этот вопрос, конечно, можно упорядочить. Здесь не может быть двух мнений. Не надо его решать так, как решает партия все другие вопросы".

В этих словах Хрущева проскальзывает мысль о том, что улучшение жизни советского народа - само по себе дело второстепенное. Для него как партийного функционера важно, чтобы такие меры исходили от имени партийного руководства (и лично от него). Его беспокоило усиление позиций Маленкова, укрепление его авторитета в народе. Этого ни ему, ни его соратникам не нравилось.

Как бы смягчая напор на Председателя Совета Министров СССР и переводя критику в плоскость личных недостатков, Хрущев счел нужным завершить свое выступление так:

Мы не сомневаемся в честности слов тов. Маленкова, но я очень сомневаюсь в его возможностях проведения твердой линии: у него нет твердого характера, хребта не хватает. Обменивались мы мнениями на этот счет, в частности, с тов. Молотовым, говорили, что, вот, Черчилль рвется к встрече с Председателем Совета Министров СССР, и, право, боязно, что, если он сюда приедет и наедине будет говорить с Маленковым, тот может испугаться, сдаться. Конечно, нельзя требовать от тов. Маленкова подтверждения противного, ибо нельзя это подтвердить и доказать, как математическую формулу. Но я вижу, что нет у него характера, если человек нередко теряется, заискивает перед другими.

Вопрос этот очень серьезный, и на такие вещи надо смотреть трезво. Руководство такой великой партией, как наша Коммунистическая партия, руководство такой великой страной, как Союз Советских Социалистических Республик, приумножение и дальнейшее развитие всего, что накоплено нашей партией, во многом зависит от того, кто стоит у руководства и как проводит он линию, намеченную партией, как претворяет в жизнь советы великого основателя нашей партии и Советского государства В. И. Ленина и верного продолжателя его дела И. В. Сталина.

Помню, как однажды товарищ Сталин, когда был старым, говорил:

"Смотрите, как было. Ленин только власть взял, ничего у нас еще не было, а весь капиталистический мир ругал и буржуев не боялся. Наоборот, они смертельно боялись его. Смотрите, не трусьте, не отступайте от нашей линии, твердо и смело идите вперед"".

Вновь Никита Сергеевич, словно по инерции, ссылается на Иосифа Виссарионовича как на высший авторитет. Судя по всему, у него еще не возникло даже намека на мысль о развенчании культа личности Сталина. Когда она могла появиться? Каким образом и почему созрела в его голове?

Вряд ли по этому поводу он даст ответ в своих воспоминаниях. Ответ, как я думаю, может подсказать еженедельный общественно-политический и литературно-художественный журнал "Огонек" (главный редактор А. В. Софронов) за вторую половину 1955 года. В нем постоянно мелькают фотографии Хрущева. Ничего подобного не было при Сталине, фотографии которого появлялись в журнале редко.

Вот Хрущев на воздушном параде в центре руководителей партии и правительства; справа от него Булганин, слева - Маленков. Через страницу - Хрущев и Булганин в центре лиц, присутствовавших на приеме в посольстве США. В том же июле видим его вместе с Булганиным, Молотовым и Жуковым на совещании глав правительств четырех держав. Затем большой фоторепортаж о том же событии, где главные действующие лица - Хрущев и Булганин. В августе - фоторепортаж о приеме у Булганина, где трижды на переднем плане Хрущев. Национальный праздник Румынии - и снова Никита Сергеевич. В сентябре на переговорах между правительственными делегациями СССР и ГДР на первом плане Хрущев. Приехала правительственная делегация Финляндии - он тут как тут, в центре...

Интересно, что Булганин почти везде позирует, тогда как Хрущев держится совершенно естественно и уверенно. На мой взгляд, все говорит о том, что бразды правления не только партией, но и страной окончательно перешли в его руки. Это была победа не только его лично, но всей партийной номенклатуры. Теперь Никите Сергеевичу, пожалуй, стало слишком тесно в доселе привычном прокрустовом ложе верного соратника Сталина. Пришла пора создавать собственный культ. Не об этом ли он втайне мечтал многие годы?

В июле 1955 года на очередном Пленуме ЦК КПСС был отодвинут на второй план Молотов, вряд ли ожидавший такого поворота событий. При помощи Микояна и Булганина, а также изменивших Маленкову еще недавних его союзников Жукова, Первухина и Сабурова Хрущев добился избрания в Президиум ЦК КПСС своих сторонников Суслова и Кириченко.

14 февраля 1956 года открылся XX съезд КПСС. Он стал триумфальным для партийных функционеров и лично Хрущева. Он выставил себя инициатором тех реформ, которые начал Маленков. Более того, осмелел настолько, что зачитал уже после исчерпания повестки дня съезда секретный доклад, в котором обвинил Сталина во всех ошибках и злоупотреблениях властью за последние 30 лет. В этом выступлении он многократно преувеличил масштабы репрессий. О своих преступлениях не упомянул вовсе. Привел даже такое нелепое утверждение, будто Верховный главнокомандующий руководил военными действиями по глобусу.

Это была, по сути дела, проверка многих крупных партийных деятелей и военачальников на честность и мужество. Например, прославленный до неприличия Г. К. Жуков прекрасно знал, как Сталин руководил военными операциями, порой называя конкретные деревни и высоты, то есть оперируя тактическими картами крупного масштаба. Руководители органов государственной безопасности прекрасно знали, сколько было заключенных в лагерях в каждом году и какой процент составляли "политические", потому что они предоставили Хрущеву эти данные. Почти все делегаты прекрасно знали, как свирепствовал Хрущев во время репрессий.

Первый секретарь КПСС, ставший руководителем страны, выставляя себя борцом за правду, нагло и прилюдно лгал. Многие это прекрасно понимали. Но никто из осведомленных гражданских и военных деятелей ни тогда, ни позже не подняли свой голос в защиту правды.

В докладе на XX съезде, - пишет Владимир Карпов, - было не только осуждение "культа", но произошло и саморазоблачение Хрущева как предателя, который долгие годы скрывался под личиной единомышленника Сталина. Об этом красноречиво свидетельствует "высший пилотаж" подхалимажа, продемонстрированный Хрущевым на XVIII съезде, в марте 1939 года, когда он умудрился за 20 минут 32 раза лизнуть вождю одно место! Он называл Сталина "гениальным руководителем", "вождем", "великим" (7 раз), "родным", "величайшим гением человечества", "учителем" и в то же время "другом украинского народа"".

Вот кто в меру своего таланта подхалима раздувал этот самый "культ личности Сталина". О подобных выступлениях Никиты Сергеевича знали едва ли не все делегаты, которые теперь лицезрели его в виде разоблачителя. Но ведь разоблачался он сам, понося того, кого еще недавно возносил до небес. Чем не образ храброго осла из басни Лафонтена, лягнувшего мертвого льва.

Вот какого человека партийная "элита" провозгласила своим вождем! Это стало красноречивым показателем степени моральной нечистоплотности, низости тех, кому теперь принадлежала власть в стране. Речь идет, конечно, о делегатах съезда, занимавших руководящие посты. А многие из тех, кто не входил в номенклатуру, были ошеломлены, пребывали в полной растерянности и не сразу поняли суть происходящего. Зато крупные партийные деятели наконец-то почувствовали себя полноправными хозяевами в своих "вотчинах".

Саморазоблачение Хрущева, разоблачителя "культа личности", стало своеобразной демонстрацией корпоративного единства "номенклатуры", а точнее говоря, партийных функционеров разного уровня. Они убедились, насколько лицемерен и лжив их вождь (едва ли не "крестный отец", как у мафиози, или "пахан", как у наших уголовников) Никита Сергеевич. Теперь можно было равняться по нему.

Характерная деталь: текст "секретного" доклада был вскоре опубликован за границей, оставаясь закрытым для "простых" советских граждан.

Однако после венгерского вооруженного восстания осенью 1956 года позиции Хрущева существенно пошатнулись. Его и Микояна справедливо обвиняли в венгерской трагедии. Удар, нанесенный по мертвому вождю, рикошетом ударил по компартиям зарубежных стран и обрушился на голову Хрущева. Теперь начал восстанавливаться авторитет Молотова.

В это время многое, пожалуй, зависело от того, на чьей стороне окажется маршал Жуков. Не исключено, что у него были свои тайные карты в этой сложной игре, где победа должна была достаться самому ловкому интригану. Неопределенность позиции Жукова вызывала беспокойство Брежнева (в ту пору ярого хрущевца).

АНТИПАРТИЙНАЯ ГРУППА

Во второй половине 1957 года, - пишет Д. Боффа, - соотношение сил в Президиуме ЦК складывалось не в пользу Первого секретаря. Его противники окрепли, число их возросло. В условиях коллегиального руководства отношения резко ухудшились. Началась острая политическая борьба с неопределенным исходом".

И все-таки на первом этапе борьбы исход был вполне предсказуемым и определенным. Против Хрущева выступили большинство членов Президиума, причем наиболее авторитетные партийные и государственные деятели: Молотов, Ворошилов, Каганович, Маленков, Булганин, Первухин и Сабуров. К ним примкнул и Шепилов. На стороне Хрущева оказалось всего трое: Микоян, Суслов и Кириченко.

Судя по всему, Булганин и Шепилов присоединились к "антихрущевской коалиции" в уверенности, что она безусловно победит. Суслов и Кириченко своим выдвижением были обязаны Хрущеву, у них не было выбора: смещение "патрона" означало и их падение. А вот хитрый и неглупый Микоян, казалось бы, оплошал и выступил против своих давних товарищей, да еще и составляющих большинство. Хотя в действительности он предчувствовал бесперспективность их попытки ограничить притязания партии на неограниченную власть.

На заседании Президиума ЦК Н. С. Хрущев, согласно решению большинства, был снят с должности Первого секретаря ЦК КПСС. Булганин приказал министру внутренних дел СССР Н. П. Дудорову немедленно разослать об этом решении шифровки региональным партийным лидерам.

И тут произошло нечто неожиданное: Дудоров не выполнил приказ начальника. В своих мемуарах он представил эпизод так, будто все решилось во время его разговора с начальником фельдъегерской связи МВД СССР. Это мало похоже на правду. Приказы вышестоящего начальства на таком уровне не обсуждаются и тем более не отменяются. Нет сомнения, что совет, просьба или даже требование не торопиться исходило "свыше". А там у новоиспеченного министра, до этого не служившего в органах внутренних дел или госбезопасности, был тот же "благодетель", что и у Суслова с Пономаренко.

Дудоров был человеком Хрущева, поставленный им на пост министра (7 февраля J956 г.) и введенный в ЦК КПСС. Как видим, предусмотрительный Хрущев поставил на многие ключевые посты своих сторонников, обязанных ему карьерой. Кстати, руководители ТАСС и Госкомитета радио и телевидения тоже должны были известить страну и мир о смещении Хрущева, однако не выполнили распоряжения, отданного им от имени большинства членов Политбюро.

Партийные функционеры почуяли опасность, нависшую над ними, и сплотились во имя своих корпоративных интересов. Эти интересы не относились к сфере высоких идей. Они боролись за свое привилегированное положение и - на ближайшее будущее - возможность установления коррупционных связей.

Никита Сергеевич был абсолютно уверен в их поддержке. Поэтому спешно и тайно по личной инициативе и при содействии своих сторонников в Москве - Дудорова, Серова, Жукова - созвал чрезвычайный Пленум ЦК КПСС. Делегаты "слетались" изо всех концов страны спецрейсами и на военных самолетах. Это была поистине демонстрация единства партаппарата во имя сохранения своего господства, ради низменных антигосударственных интересов.

О том, как происходили дальнейшие события, интересно и поучительно услышать от первого лица - Николая Павловича Дудорова. Вот его рассказ:

20 июня 1957 г. в субботу многим членам ЦК КПСС стало известно, что несколько дней без перерыва заседает Президиум ЦК КПСС, где рассматривается вопрос о руководстве партии и ее политической линии.

В тот же день, в 18 часов вечера, в Свердловский зал Кремля прибыли 107 членов ЦК партии из общего числа избранных на XX създе партии 130 членов ЦК и предложили членам Президиума ЦК прекратить свое заседание. Члены Президиума прибыли в зал заседания Пленумов ЦК, где и было принято решение о созыве Пленума ЦК КПСС в понедельник 22 июня 1957 года в 2 часа дня.

После краткого сообщения рассматриваемых вопросов на закрытых заседаниях Президиума ЦК КПСС председательствующий предоставил слово для выступления Маленкову.

Я сидел в первом ряду зала заседаний Пленума, около трибуны, и пока Маленков выходил из-за стола Президиума Пленума ЦК, я занял трибуну и обратился к членам ЦК со следующей просьбой:

"В связи с обсуждением на Пленуме ЦК КПСС внутрипартийного вопроса я прошу членов Пленума ЦК разрешить мне выступить перед тем, как выступит Маленков. В своем сообщении я охарактеризую работу Маленкова в бытность его многие годы заведующим отделом кадров партийных органов ЦК и секретарем ЦК КПСС, и пусть он потом даст ответ Пленуму ЦК партии. Для этого я располагаю неопровержимыми фактами и документами, которые раскрывают его лицо как человека, причинившего своими действиями непоправимый вред нашей партии".

Все участники Пленума ЦК в один голос ответили на мою просьбу: "Говори, товарищ Дудоров". Маленков ушел. Я в своем выступлении подробным образом рассказал членам Пленума о той преступной роли, которую исполнял Маленков по уничтожению кадров, и все, что мною выше изложено. Участники Пленума ЦК выслушали мое выступление с большим вниманием. После моего выступления Маленкова никто не хотел слушать, а по существу, его сняли с трибуны. По обсуждаемому вопросу выступило много членов ЦК партии и все выступающие клеймили позором деятельность раскольнической антипартийной группы.

Пленум ЦК КПСС единодушно принял решение исключить Маленкова, Молотова, Кагановича из членов Президиума ЦК и из членов ЦК КПСС.

Первичные партийные организации, где они состояли на партийном учете, исключили их из рядов партии".

Из рассказа Дудорова становится ясно многое из того, о чем он не желал говорить. В частности, нет никакого сомнения, что и раньше, задерживая вопреки указанию Булганина отправку решения Президиума ЦК о снятии Хрущева, и теперь, подготовив свое выступление и сорвав доклад Маленкова. Почему Дудоров поступил так? Объяснение подсказывает его путь во власть.

Кем был он до недавнего назначения на пост министра внутренних дел СССР? Всего лишь заведующим отделом строительства ЦК КПСС. А еще раньше - в 1950-1952 годах - заведующим отделом строительства МГК КПСС. Тогда-то и приметил его Хрущев, содействуя его дальнейшей карьере. Дудоров не остался в долгу.

На первый взгляд может показаться несправедливым, надуманным, лживым клеймо: "антипартийная группа". Признаться, в те годы я так и думал. Можно ли называть так людей, которые многие годы были крупными партийными работниками" Некоторые из них, в отличие от Хрущева, вступили в партию еще до революции. Не было буквально никаких причин для того, чтобы они предали дело, которому посвятили всю сознательную жизнь.

Но когда знакомишься с материалами чрезвычайного Пленума ЦК, то приходится хотя бы отчасти соглашаться с таким названием группы, руководимой Молотовым и Маленковым.

Они конечно же не предлагали упразднить КПСС или установить многопартийную систему. (На мой взгляд, наиболее разумно было бы превратить ее в общественную организацию; тогда в ней остались бы люди идейные, а не карьеристы и любители привилегий.) Предполагалось всего лишь предотвратить абсолютное господство КПСС над государственными и советскими органами, над общественными организациями. Это превращало партийных руководителей всех рангов в полновластных хозяев страны. Выходцы из народа начали господствовать над народом.

Георгий Максимилианович был прав: в СССР после смерти Сталина вместо диктатуры пролетариата, трудящихся, все более определенно устанавливалась диктатура КПСС. Это мнение разделял и Молотов, который не питал симпатии к Маленкову, а то и просто был к нему враждебно настроен, но беспокоился за судьбу страны.

Название "антипартийная группа", несмотря на явный перехлест, весьма показательно. Оно подчеркивает принципиально важное обстоятельство: партаппарат усмотрел угрозу своему всесилию в связи с возможной победой деятелей, которые главный упор делали не на партийную, а на государственную работу.

В ту пору вряд л и кто-нибудь с полной определенностью осознавал, что победа партократии расчищает для Советского Союза - великого государства Российского - путь в пропасть.

СМЕРТЕЛЬНАЯ ОПАСНОСТЬ

Откуда могли появиться у Дудорова материалы, компрометирующие Маленкова? Неужели партийный куратор строительства на досуге развлекался тем, что собирал сведения, по большей части секретные и совершенно секретные, порочащие Георгия Максимилиановича? Сомнительно. Логичней предположить, что он получил их от своего покровителя.

Пожалуй, с этого момента начинает в какой-то мере проясняться тайна особняка Берии, его личного сейфа и досье на крупных партийных деятелей. В трудный для себя момент Никита Сергеевич раскрыл свои козыри, позаимствованные у того, кто слишком много знал и был за это убит. Хитрый Хрущев не стал сам себя защищать, а выставил "подсадную" фигуру вроде бы объективного свидетеля.

Инициативу Дудорова по разоблачению Маленкова подхватил, в частности, Руденко, сказав:

- Товарищ Серов помнит, что когда разбирали архив Берии, то нашли объяснение товарища Маленкова на имя Сталина... К "ленинградскому делу" никакого отношения в смысле нажима, предложения, Сталин не имеет... В июле 1940 года Абакумов с ведома Георгия Максимилиановича подает записку на имя Сталина, что Капустин - бывший секретарь горкома, который был в

1930 году в Англии как инженер, - что он является английским шпионом. С этого начинается "ленинградское дело".

Маленков справедливо заметил: "Я не имел к этому отношения. Почему с моего ведома, когда Абакумов не был мне подчинен".

Мы уже приводили эти слова. Они показывают, что куратором МГБ являлся не Маленков, а Хрущев, который тем не менее патетически воскликнул:

- Руки Маленкова обагрены кровью ленинградцев!

Казалось бы, в ответ на такой выпад следовало уличить Никиту Сергеевича в многочисленных злодеяниях и до войны, и после свержения Кузнецова. Но Георгий Максимилианович предпочел отмолчаться. Во-первых, многие и без него знали об активном участии Хрущева в репрессиях. Во-вторых, видя, что поражение неизбежно, Маленков постарался не раздражать нападавших и их идейного вождя. Тогда имелась возможность отделаться всего лишь переводом на низшую должность.

Поведение Дудорова и других противников "антипартийной группы" на чрезвычайном пленуме показывает, что все уже было заранее оговорено с Хрущевым и большинством членов ЦК. Им нельзя было отдавать инициативу Маленкову и его сторонникам. Иначе пришлось бы обсуждать веские обвинения, направленные против Хрущева. А так перевели весь ход Пленума в другое русло, заставили замолчать Маленкова и яростно вцепились в тех, кто посмел хоть как-то ущемить и без того огромные права партийной номенклатуры.

После первого же дня чрезвычайного Пленума ЦК Никита Сергеевич, воодушевленный поддержкой партийных функционеров, стал вести себя как полноправный хозяин. Молотов, который еще при Ленине входил в руководство ВКП(б), обращался к нему на "вы", тогда как более молодой Хрущев ему "тыкал".

Был момент, - говорил Хрущев, - когда мы освободили Маленкова и искали нового председателя. Тогда известное большинство настаивало, чтобы я принял на себя пост Председателя Совета Министров. Этот вопрос больше всего выдвигал Молотов. Я говорил, что надо усилить работу в Центральном Комитете партии, в партийных органах, а мне Молотов говорит, что было бы хорошо несколько снизить роль партии...

Хрущев так представил своим сторонникам программу этой группы:

- Во-первых, изменение политической линии партии... Во-вторых, изменение руководства партии... Следовательно, антипартийная группа ставила перед собой задачу - свернуть партию, страну с ленинского пути, опорочить все достижения партии за последние годы...

Вряд ли кто-либо из присутствовавших "поверил подобным наветам. О каком изменении политической линии партии шла речь? Хрущев не привел ни одного аргумента, подтверждающего его обвинения. По-видимому, он намекал на стремление Маленкова несколько ослабить значение военно-промышленного комплекса и тяжелого машиностроения за счет увеличения товаров широкого потребления для народа.

На какое изменение руководства партии он намекал? Пожалуй, на возможную "чистку" ее рядов, обновление руководящего состава, налаживающего коррупционные связи.

Наконец, какие достижения партии за последние годы пыталась опорочить антипартийная группа?

... На этот счет хочу привести свое свидетельство как очевидца событий тех лет. В моем Московском геологоразведочном институте студенты первых курсов в 1956 году работали летом на целине. У нас училась молодежь преимущественно не столичная. Наши ребята лучше москвичей понимали, как живут страна и народ, что происходит в сельском хозяйстве.

Так вот, вернувшись с целины, они на комсомольском собрании с возмущением говорили, как безобразно обстоят там дела. Нагнали много техники, распахивают огромные территории, рапортуют о замечательных успехах, тогда как засевают много, но потери урожая огромные: нет дорог, элеваторов, складов. А сильные степные ветры уносят плодородный слой почвы.

На собрании выступили партийные руководители института, обвиняя комсомольцев-целинников: мол, по молодости лет они не понимают глубину замыслов ЦК КПСС и Совета Министров СССР. Но ребят не так-то просто было запугать. Они стояли на своем. Разгорелся спор с выкриками из зала. Правда была на стороне молодежи.

Оказывается, Маленков тоже выступал против массированного и неподготовленного наступления на целину, организованного по указаниям Хрущева. (Когда я много лет спустя работал в Казахстане, то видел заброшенные мертвые поселки целинников с улицами, словно засыпанными сугробами темно-коричневого снега; это были следы ветровой эрозии, пыльных бурь и деградации почвы - последствия "целинной эпопеи").

Летом того же года я работал в Хакасии, на юге Сибири. В начале августа довелось увидеть там возделанное поле с какой-то странной темно-зеленой невысокой порослью. Присмотрелся - кукуруза...

Вспомнил удивившую меня статью в одном из весенних номеров "Огонька" 1955 года с названием: "Кукурузу - до Полярного круга!" Там говорилось о великолепных урожаях кукурузы на опытных участках, расположенных на Европейском Севере России. И говорилось, что предстоящей весной под посевы кукурузы будет отведено до 15 млн гектаров.

Конечно, я не был знатоком сельского хозяйства, однако публикация меня поразила прежде всего прилагаемой картой. На ней были показаны стрелками, подобно тому, как военные обозначают направления ударов при наступлении, распространение посевов кукурузы. Выходило, что их предполагается сразу продвинуть на север в среднем на тысячу километров! И не надо быть специалистом, чтобы понять: одно дело - опытные делянки, а совсем другое - обширные колхозные и совхозные поля.

Неслучайно от сельских жителей приходилось слышать в адрес Хрущева: "Кукурузник!" Неслучайно же в Хакасии, например, большие поля не засеивали кукурузой.

Кстати, когда я в начале лета ехал в Хакасию, наш пассажирский поезд часто останавливался, уступая путь товарным эшелонам с сельскохозяйственной техникой и целинниками. Возвращаясь осенью, увидел поначалу ошеломившую меня картину. На подъезде к станции вдоль путей тянулась какая-то странная высокая насыпная гряда желтого цвета, покрытая чем-то черным. Приглядевшись, понял: это горы зерна, на которых жируют птицы.

Не менее показательной была картина на станции: хлебный ларек на привокзальной площади, осаждаемый огромной очередью...

Сейчас, признаться, не могу точно сказать, в каком году видел эту картину. Возможно, позже, а не в 1956 году. Но она врезалась мне в память прочно.

В начале 1960-х годов мне удалось в одной из статей написать, что ориентация на значительное расширение посевных площадей и увеличение голов скота не отвечает современному направлению сельскохозяйственного производства: повышение урожайности растений и улучшение качества животных. Формальные показатели не имеют серьезного значения. (Тогда нередко подсчитывали урожаи на корню или зерно, собранное комбайнами, и получались внушительные цифры.) Главное - хлеб на столе или зерно в кормушке.

... Вернемся на июньский чрезвычайный Пленум ЦК КПСС 1957 года. На нем Хрущев особо отметил (по-видимому, к немалому удовольствию присутствовавших): "ЦК не объявил ни одного выговора секретарям обкомов и крайкомов".

В своем выступлении он особое место уделил подчинению органов государственной безопасности партийному руководству. Он говорил:

- Органы государственной безопасности укреплены партийными работниками. Товарищи, лживо утверждение Маленкова и Кагановича, что материалы КГБ докладываются только Хрущеву... Антипартийная группа неслучайно хотела этот орган оторвать от партии...

По словам Хрущева, антипартийная группа хотела предоставить Булганину, Председателю Совета Министров СССР, еще и должность начальника КГБ:

- Каганович, Молотов и Маленков хотели туда посадить своего человека и через Булганина прекратить поступление в Президиум материалов, разоблачающих преступные действия, которые были совершены Молотовым, Кагановичем и Маленковым по уничтожению цвета нашей партии...

Его поддержали голоса из зала. Отозвался Г. К. Жуков: "Правильно!"

Вообще-то, если согласиться с мнением Хрущева, картина получалась занятной: если лучшие, цвет партии, уничтожены, то, стало быть, настало время сорняков"

Но антипартийной группе было не до шуток. Вот ведь как получалось: сначала свалили все преступления на Берию и быстро избавились от него; потом обвинили покойного Сталина; теперь главный удар нанесли по Маленкову, Молотову и Кагановичу. Двум последним как остаткам "ленинской гвардии" смертельной угрозы не было. Однако положение Маленкова было близко к катастрофическому.

Член ЦК партии, кандидат в члены Президиума ЦК КПСС П. Ф. Юдин - идеологический работник, специалист по историческому материализму, ставший в 1953 году академиком АН СССР, - не пожалел черной краски, давая характеристику Маленкову:

Товарищи! Маленков - зловещая фигура в нашей партии. С его именем за последние двадцать лет связаны самые тяжелые события в жизни партии и народа. Он непосредственный организатор самых чудовищных террористических злодеяний против основных кадров нашей партии. Он приложил свою нечистую руку к истреблению сотен тысяч коммунистов и беспартийной интеллигенции.

Берия и Маленков - это сиамские близнецы... Собрат Маленкова умер, а этот живет и продолжает дело своего брательника.

Маленков - это своего рода Макиавелли в советском обществе, который ради достижения своих корыстных целей не гнушается никакими средствами..."

Такое выступление, более похожее на призыв к расправе над оставшимся в живых "сиамским близнецом", не сулило Маленкову ничего хорошего.

Гнетущее впечатление производит цинизм Юдина, который до этого времени выслуживался, в частности, и перед Маленковым (в противном случае не стал бы академиком: не ученые же предложили ему это звание). В то же время печально отмечать невежество этого, с позволения сказать, историософа. Его ссылка на Макиавелли нелепа, как будто не читал его работ и не знал его биографии. Маленков не мог походить на флорентийского мыслителя уже потому, что не был теоретиком. Конечно, Никко-ло Макиавелли в начале XVII века вел дипломатическую работу в республиканской Флоренции, но не совершал никаких злодеяний и не преследовал корыстных целей. Последнее было характерно и для Маленкова.

У Макиавелли было высказывание, за которое его лицемеры и глупцы обвиняли в беспринципности. Он исходил из реальности, когда утверждал, что ради упрочения государства допустимы даже преступные средства, если они необходимы: "Не откланяться от добра, если это возможно, но уметь вступить на путь зла, если это необходимо".

Разве не так все происходит в действительности" Разве реальные правители - даже самые гуманные - не вступают "на путь зла" в тот момент, когда это требует безопасность государства? Ведь казнь преступников или военные действия - очевидные отклонения от добра.

Пожалуй, Маленков всегда действовал по такому принципу. Если было бы иначе, если бы обнаружились документы, бесспорно свидетельствующие о его преступных деяниях, то его могла бы ожидать судьба Берии. Во всяком случае, Юдин обвинял его утрированно и голословно. Большинство участников чрезвычайного Пленума (если не все) прекрасно знали, что Хрущев осуществлял жестокие репрессии на Украине и в Москве, а Маленков в этом отношении ему значительно уступает.

Георгия Максимилиановича спасла сдержанность. Была ли это трусость? Возможно. Хотя точнее сказать - благоразумие. Никаких шансов на победу не было. Оставалось смириться с поражением и не раздражать противников.

Сначала его союзником был Председатель Правительства СССР Николай Булганин, переметнувшийся от своего давнего приятеля Хрущева к антипартийной группе. Но в трудную минуту он дрогнул.

Вот свидетельство Андрея Георгиевича Маленкова:

Отчетливо помню, какой неясной тревогой в июньские дни 57-го года был наполнен наш дом. Мы решительно ни о чем не догадывались, но по каким-то нюансам в поведении отца видели: хоть и держится с полным спокойствием, но нервы у него на пределе. Однажды невольно услышал, как Георгий Максимилианович властно сказал кому-то по телефону: "Николай, держись. Будь мужчиной. Не отступай..." Как потом стало ясно, разговор этот происходил уже в дни работы июньского Пленума, на который Хрущев успел свезти своих верных сторонников - что-то около одной трети ЦК. А разговаривал отец с Булганиным, который должен был опубликовать в "Правде" решение Президиума о снятии Хрущева.

Увы, "Николай" уже искал лазейки и компромиссы, чтобы уцелеть перед бешеным напором хрущевцев. Механически собранные в "антипартийную группу" Маленков и его враги, Молотов и Каганович, были навсегда удалены с политической арены. А немногим позже один за другим исчезли с нее Булганин и Ворошилов. Сразу же после Пленума или через какое-то время поплатились своей политической карьерой и все те из высшего эшелона власти, кто в той или иной мере поддерживал предложение Маленкова о снятии Хрущева с поста генсека.

Так Хрущев совершил государственный переворот и единолично захватил власть в стране. Известно, чем закончилась эта "победа". В начале 1960-х годов Хрущев вернул ранее отмененные непомерные налоги на крестьян, ликвидировал приусадебные участки и, укрупнив колхозы, а многие из них превратив в совхозы, тем самым окончательно доконал сельское хозяйство. Отныне наша страна уже не могла обойтись без ежегодного импорта зерна.

Ну а об остальных "деяниях" Никиты Сергеевича - от совнархозов и разделения обкомов на промышленные и сельские до страшного расстрела в Новочеркасске, расправы с "инакомыслящей" творческой интеллигенцией и демагогического обещания коммунизма к 1980-му году - я говорить не стану: они всем известны".

Уточним: о единовластии Хрущева надо говорить с оговоркой и уточнением. Да, теперь Никита Сергеевич, как позже выразился его духовный сын Ельцин, получил возможность "порулить", не имея над собой руководителя более высокого ранга. Однако это стало возможным лишь при попустительстве возвысившей его партократии.

ДОСЬЕ ЭПОХИ-

В ДАЛЬНИХ КРАЯХ

Летом 1957 года Георгий Максимилианович Маленков был изгнан из номенклатуры. На чрезвычайном Пленуме ЦК КПСС он вел себя, как мы знаем, сдержанно и по большей части признавал свои ошибки. Резких выпадов в адрес Хрущева не делал. Ему это зачлось. Наказание было не слишком суровым.

Ему довелось примерно половину своей сознательной жизни - в начале и в конце - провести как более или менее обычному гражданину. К переменам в своей судьбе он относился, как принято говорить, философски. Это делает ему честь. Впрочем, оставил он номенклатуру не по своей воле.

В ЦК партии ему предложили на выбор два места работы. Он решил поехать директором Усть-Каменогорской ГЭС на Алтае. Поработал он там недолго: перевели в Экибастуз. "В этом, тогда еще небольшом городке угольщиков, - пишет его сын, - отец проработал директором ТЭЦ десять лет...

В Экибастузе над нашей семьей сразу был учрежден тщательный и открытый надзор КГБ. Родителей поселили в стандартном двухэтажном доме в трехкомнатной квартире. В соседней одновременно обосновался агент. Что уж он там докладывал своему ведомству, не знаю: ведь и здесь мы твердо следовали правилу - дома на политические темы не говорить. Частенько "сосед" шагал за нами по пятам по улице. Затем его подменяли другие. Вообще все время, вплоть до снятия Хрущева в 1964 году, никому из нас нельзя было ни пройти по городу, ни в поезде проехать, чтобы за нашими спинами не мелькали знакомые фигуры с военной выправкой, но в штатском. Иногда подходили к нам какие-то незнакомцы и тут же начинали сочувственные разговоры о том, какой плохой Хрущев и как весь народ любит Маленкова. Мы эти провокации сразу же пресекали..."

Вообще-то в то время недовольство Хрущевым в народе нарастало. Так что нелестные высказывания в его адрес могли быть вполне искренними. И фигуры "с военной выправкой", насколько я понимаю, секретными агентами не работают. Но безусловно, Георгию Максимилиановичу приходилось опасаться провокаторов. Не в то ли время он стал особенно нелюдимым? Хотя однажды ему объявили партийный выговор "за панибратство с рабочими". Значит, надзор за ним был.

Продолжим рассказ А. Г. Маленкова о пребывании его отца в Казахстане;

"... В ненастную пору в свободные часы устраивались читки вслух. Отец выбирал те же вещи, которые в его исполнении мы помнили с детства - чаще всего Чехова, Лескова, пьесы Шекспира и А. К. Толстого. Читал, на мой взгляд, великолепно.. Еще играли в шахматы. Отец любил разбирать шахматные композиции, этюды, задачи и, не зная детально теории дебютов, как правило, разворачивался в миттельшпиле и не раз обыгрывал перворазрядников...

Надо сказать, что местная ТЭЦ до приезда Маленкова находилась в самом плачевном состоянии. По проекту станция была рассчитана на угольное топливо, мазут предназначалось использовать только для "поджига". Однако технология сжигания угля не была освоена, и станция работала целиком на мазуте. Себестоимость "мазутного" киловатта была баснословной, а потому коллектив станции давно уже забыл о премиях. Царили пьянство, прогулы, разгильдяйство. Люди, утратив надежду на какие-либо перемены к лучшему, уходили.

Буквально за три месяца отцу удалось выправить положение. Помню, началось с долгих бесед отца с главным инженером ТЭЦ Веселовым, талантливым, но вконец растерянным человеком, топившим свое отчаяние в вине. Сначала вдвоем, а затем привлекая и других инженеров, Маленков и Веселое все же наладили угольную технологию, и постепенно в кабинет директора пошли люди со своими предложениями. Отец с юмором рассказывал мне: "Вместе с человеком посмотришь, подумаешь, а потом достаточно только сказать: "Здорово это вы придумали, идите и делайте..." Посмотрят этак недоверчиво, и что ты думаешь - ведь идут и делают".

Отец много сил отдавал станции, и за десять лет его директорства коллективу удалось преобразить и саму ТЭЦ, и жизнь людей. Технологические перемены вскоре начали давать ощутимую прибыль, что позволило впервые за все годы выдавать рабочим и служащим месячные и квартальные премии (получали их все, кроме отца, которому премиальные выдавать было запрещено "сверху"). На средства, заработанные от перевыполнения плана и строжайшего режима экономии, удалось провести капитальный ремонт, построить новый поселок для энергетиков, отстроить профилакторий с грязелечебницей. В рабочей столовой за счет общественных огородов и подсобного хозяйства были организованы хорошие и дешевые обеды. На станцию стали привозить деревья из-под Баян-Аула (в самом Экибастузе и его округе их почти не было), и территория ТЭЦ постепенно превратилась в зеленый оазис среди выжженной голой земли. В итоге Экибастуз-ская ТЭЦ стала занимать первое-второе места в республике".

Такому знаменитому человеку, как Георгий Маленков, было конечно же проще руководить предприятием, чем заурядному директору. При всех происках против него Хрущева (реальных или мнимых) даже среди крупных государственных деятелей были такие, кто ему сочувствовал или разделял его убеждения.

Вспоминаю один характерный эпизод, - пишет Андрей Георгиевич. - Нужно было срочно достать необходимые для капремонта механизмы, а станция - буквально на голодном пайке. И вот однажды заходит к отцу один из снабженцев и говорит: " Георгий Максимилианович, напишите мне, пожалуйста, собственноручно записку, что это вы лично послали меня за оборудованием для станции". - "И что же вы с этой моей запиской будете делать" - "Да я с нею всю страну проеду, а добуду, что надо!..." И действительно: снабженец "выбил, что надо", в том числе и новый котел, сверхпланово изготовленный на новосибирском заводе под ту самую "записочку". Так что, по-моему, и в этом случае ясно прослеживается уважение к Маленкову со стороны многих людей, помнивших конечно же о его попытках преобразовать страну, - уважение к нему и едва скрываемое, с каждым годом нарастающее недовольство Хрущевым. Порой мне даже казалось, что, помогая в те годы Экибастузской ТЭЦ, некоторые хозяйственники делали это как бы в пику тогдашнему лидеру. И еще скажу: к враждебности со стороны властей предержащих отец относился как к должному, хотя и тягостному для него факту, но вряд ли он смог бы перенести все, что на него обрушилось в годы опалы, если бы среди сотен и тысяч людей, не связанных с партаппаратом и репрессивными органами, он встретил не моральную поддержку, а такую же враждебность..."

Надо отметить, что в те годы бурный и во многом бестолковый реформаторский зуд Хрущева стал сказываться на состоянии прежде всего наиболее слабой отрасли, в которой он считался специалистом, - на сельском хозяйстве. Вот уж когда действительно во всей неприглядности проявила себя так называемая административно-командная система. При Маленкове и Сталине таких перехлестов не бывало.

И. А. Бенедиктов, руководивший сельским хозяйством при трех вождях, свидетельствовал:

Сталин, ставивший на первое место интересы дела, принимал решения, как правило, выслушав мнения наиболее авторитетных специалистов, включая противоречащие точке зрения, к которой склонялся он сам. Если "диссиденты" выступали аргументированно и убедительно, Сталин обычно либо изменял свою позицию, либо вносил в нее существенные коррективы, хотя, правда, были и случаи, когда с его стороны проявлялось неоправданное упрямство. Хрущев, действия которого со временем все больше определялись личными амбициями, относился к специалистам, особенно "инакомыслящим", иначе. В моду стали входить те, кто умел послушно поддакивать, вовремя предугадать и "научно обосновать" уже сложившееся мнение Первого, которое он не менял даже вопреки очевидным фактам. С легкой руки Никиты Сергеевича в сельском хозяйстве, да и других отраслях с невиданной быстротой стали размножаться руководящие и научные кадры типа "чего изволите", затирая тех, кто привык думать собственной головой и отстаивать свою точку зрения до конца".

Возможно, продолжая обличать Маленкова и дав указание соответствующим органам вести расследование его "антипартийной деятельности", Хрущев хотел укрепить свой авторитет и отвлечь внимание общественности от своих промахов. Не потому ли в октябре 1961 года на XXII съезде партии в некоторых выступлениях прозвучали обвинения в адрес Маленкова? Хрущев даже "покаялся": мол, выгораживал прежде Маленкова, сваливая вину за "ленинградское дело" на одного Берию, тогда как тот вершил преступления вместе с Маленковым.

Судя по всему, такой возврат к прошлому, чреватый очередными репрессиями, не понравился многим влиятельным членам партии. Нападки на Маленкова прекратились. А вскоре Хрущева отправили на пенсию.

Георгий Максимилианович, у которого в 1968 году скончалась мать, написал заявление об уходе с работы, приехал в Москву на похороны Анастасии Георгиевны и остался жить в столице как пенсионер, избегая новых знакомств. Он умер в январе 1988 года, прожив 86 лет. Похоронили его на Кунцевском кладбище.

Глава 7. ЛИЧНОСТЬ В ИСТОРИИ

Природа дала человеку в руки оружие - интеллектуальную моральную силу, но он может пользоваться этим оружием и в обратную сторону, поэтому человек без нравственных устоев оказывается существом самым нечестивым и диким, самым низменным в своих половых и вкусовых инстинктах.

Аристотель

СОКРОВЕННАЯ ТАЙНА

Лето 1887 года Владимир Иванович Вернадский, тогда молодой геолог, провел в экспедиции, изучая почвы Смоленской губернии. Впечатление от провинциального быта было тяжелое:

Вообще среда здесь незавидная, и уезд спит глубоким сном... Вся жизнь этого уезда, вся она, такая монотонная, бесцельная, горемычная и такая гадкая... При размышлении об этой жизни, о ее бесцельности, о ее заглушенности, о ее страдальческой спячке и толчении воды в ступе, становится невольно как-то тяжело, грустно и ужасно".

Для себя он нашел выход из этой тоскливой безысходности - научное творчество. И позже, став знаменитым ученым, историком и незаурядным мыслителем, отметил:

Вся история науки на каждом шагу показывает, что отдельные личности были более правы в своих утверждениях, чем целые

253

корпорации ученых или сотни и тысячи исследователей, придерживавшихся господствующих знаний".

Такова сила человеческой личности, способной преодолеть сопротивление окружающей среды, превозмочь сложившиеся стереотипы и создавать что-то новое, небывалое, замечательное - в мире духовном и материальном.

А как проявляется личность в истории человечества или, конкретно, нашей страны? Об этом невольно задумываешься, завершая книгу.

Мне приходилось много писать о самых разных выдающихся людях. Но впервые восстанавливаю биографию человека, руководителя великой державы, безусловно исторической личности, которая, как это ни странно, промелькнула в истории России мимолетно, словно не оставив и следа.

О Георгии Максимилиановиче Маленкове весьма скупо упоминается буквально во всех исторических сочинениях. Хотя без внимательного анализа его двухлетнего правления и связанных с этим событий, как мне представляется, невозможно понять историю нашего Отечества во вторую половину XX века, а также причин развала СССР.

К сожалению, не имея его воспоминаний или дневниковых записей, мы вынуждены судить о его убеждениях, мыслях, устремлениях, личных идеалах лишь косвенно, преимущественно по его официальным выступлениям. А в подобных случаях перед нами находится "человек в футляре", вынужденный выдерживать ту роль, которая предопределена его положением в служебной иерархии.

Например, СП. Красиков охарактеризовал его так: "Партийный приват-доцент, или мягкотелый интеллигент". Однако судя по некоторым воспоминаниям, он бывал и совершенно другим. Как свидетельствовал поэт Илья Сельвинский, его в 1943 году вызвали в Москву в ЦК партии. Оказалось, что поводом стало его четверостишие, написанное год назад, в котором были такие строки:

Сама как русская природа, душа народа моего - она пригреет и урода, как птицу выходит его.

Заседание Оргбюро, - записал Сельвинский, - вел Маленков. эКто этотуродвэ - металлическим голосом спросил он. Я начал было объяснять ему смысл этого четверостишия, но он меня перебил: "Вы тут нам бабки не заколачивайте. Скажите прямо и откровенно, кто этот урод? Кого именно вы имели в виду? Имя" - "Я имел в виду юродивых". - "Неправда! Умел воровать, умей и ответ держать!" Вдруг я понял, что здесь имеют в виду Сталина: лицо его изрыто оспой; мол, русский народ пригрел урода...

Неизвестно, как и откуда в комнате появился Сталин. Неся, как обычно, одну руку в полусогнутом состоянии, точно она висела на перевязи, он подошел к Маленкову и стал тихо о чем-то с ним разговаривать. Насколько я мог судить, речь шла не обо мне. Затем Сталин отошел от Маленкова, собираясь, видимо, возвратиться к себе, и тут взглянул на меня: "С этим человеком нужно обращаться бережно - его очень любили Троцкий и Бухарин..."

Я понял, что тону. Сталин уже удалялся. "Товарищ Сталин! - заторопился я ему вдогонку. - В период борьбы с троцкизмом я еще был беспартийным и ничего в политике не понимал". Сталин остановился и воззрелся на меня напряженным взглядом. Затем подошел к Маленкову, дотронулся ребром ладони до его руки и сказал: "Поговорите с ним хорошенько; надо... спасти человека".

Сталин ушел в какую-то незаметную дверцу, и все провожали его глазами. Маленков снова обратился ко мне: "Ну, вы видите, как расценивает вас товарищ Сталин! Он считает вас совершенно недостаточно выдержанным ленинцем" - "Да, но товарищ Сталин сказал, что меня надо спасти". Эта фраза вызвала такой гомерический хохот, что теперь уже невозможно было всерьез говорить о моем "преступлении".

Возвратился домой совершенно разбитым. На Оргбюро я шел молодым человеком, а вышел оттуда - дряхлым стариком. Боже мой! И эти люди руководят нашей культурой!"

Очевидно, на поэта поступил донос в ЦК по поводу "подозрительного" четверостишия. Подобные письма не оставались без внимания: на них принято было реагировать. Несмотря на военное время, устроили разбирательство на высшем уровне.

Все это с формальной стороны дела хорошо. Но по сути получается скверно и глупо.

Как тут не вспомнить анекдот, очень похожий на правду. Однажды маршал Жуков, выходя от Сталина, в сердцах произнес: "Черт усатый". Сидевший в приемной Берия, зайдя в кабинет, доложил это вождю. Тот попросил вернуть Жукова и спросил:

- Товарищ Жуков, вы кого имели в виду, когда сказали "Черт усатый"?

Гитлера! Кого же еще, товарищ Сталин?

А вы кого имели в виду, товарищ Берия?

Известно, что Иосиф Виссарионович обладал чувством юмора, был остроумен. По-видимому, этого нельзя сказать о Георгии Максимилиановиче. Беда, конечно, невелика; ему же приходилось работать не массовиком-затейником.

И все-таки, если Сельвинский точно запомнил встречу с ним, Маленков в данном случае выступил как герой сатиры Салтыкова-Щедрина, закоренелый бюрократ. Казалось бы, ему следовало прежде всего разобраться с доносчиком, усмотревшим "крамолу" в безобидной вроде бы аллегории.

Выходит, Маленков не отличался интеллектуальными способностями" В это трудно поверить. Не стал бы Сталин приближать к себе и терпеть на ответственных постах глупца или тупого исполнителя. Во многих случаях Маленков проявлял и ум, и находчивость. Или, как бывает с чиновниками, работа наложила свой отпечаток? Привычка действовать по определенной программе вполне отвечает принципам партийного функционера. Неужели такова каинова печать, налагаемая на каждого, кто поднимается по карьерной лестнице до самых высот"..

Короче говоря, личность Георгия Максимилиановича Маленкова во многом остается для меня загадкой. Возможно еще и потому, что мы принадлежим к очень разным типам людей. Ведь я, в отличие от него, в партию не вступал, чиновником не был, о служебной и даже научной карьере не заботился, к формальностям всегда относился неприязненно... Такие люди государственными деятелями не становятся.

По моему разумению, Маленков, в отличие от Хрущева, не был приспособленцем. Он имел достаточно твердые моральные

",57

принципы, старался избегать лицемерия и лжи, не был злобным, не страдал избытком честолюбия. Казалось бы, такой человек, став во главе государства и проведя реформы, хорошо воспринятые в народе, должен был и впредь осуществлять разумную политику на благо страны и народа.

Нам нет необходимости разбирать, как в школьном сочинении, черты характера Маленкова. Для нас в данном случае он интересен как историческая личность в связи с судьбой Отечества. Надеюсь, такого же мнения придерживаетесь и вы, читатель. Нам надо понять прошлое ради осмысления будущего. Вот почему в завершение книги, когда о главном герое многое мы выяснили (хотя осталось немало неопределенностей, загадок и даже тайн), постараемся расширить тему.

КОГДА ПОБЕЖДАЕТ ПОДЛЕЙШИЙ...

Интересно проследить, каким образом Хрущев поднялся на пик под названием "Вершина власти". Его с полным основанием можно считать типичным и уродливым порождением партийной номенклатуры, а в некоторых проявлениях личности - антиподом Г. М. Маленкова.

Никита Сергеевич как великолепный приспособленец-хамелеон менялся и даже перерождался по мере продвижения по служебной лестнице. Обратим внимание на некоторые сведения и документы, достаточно красноречиво характеризующие его.

Не исключено, что этот "борец с культом личности" был искренен, когда восклицал: "Наша партия беспощадно сотрет с лица земли троцкистско-правую падаль... Это предупреждение всем врагам народа, всем тем, кто вздумает поднять руку на нашего Сталина". Через два десятилетия он сам посмел поднять руку на Сталина, но уже мертвого.

Позже он признавался: "Близость к Сталину несомненно повлияла на мое быстрое продвижение вверх... Долгие годы я всей душой был предан Центральному Комитету и лично Сталину". И еще: "Я не только ждал смерти Сталина, но и боялся этой смерти, боялся ее последствий в стране... У меня еще не было недоверия к Сталину".

Тут явно что-то не вяжется. Он писал вождю, жалуясь на сокращение в Москве списков репрессированных, присылаемых им с Украины. Курировал органы госбезопасности. Почему же недоверие к Сталину проявилось только после смерти вождя, когда он, Хрущев, возглавил страну?

Из заявления Н. С. Хрущева об ошибочности его выступления (за укрупнения колхозов), опубликованного ("Правда", март 1951 г.) и резко раскритикованного вождем:

Дорогой товарищ Сталин!

Глубоко переживая допущенную ошибку, я думаю, как лучше ее исправить. Я решил просить Вас разрешить мне самому исправить эту ошибку. Я готов выступить в печати и раскритиковать свою статью... подробно разобрать ее ошибочные положения. Если это будет мне разрешено, я постараюсь хорошо продумать эти вопросы и подготовить статью с критикой своих ошибок, прошу до опубликования посмотреть статью в ЦК.

Прошу Вас, товарищ Сталин, помочь мне исправить допущенную мою грубую ошибку и тем самым, насколько это возможно, уменьшить ущерб, который я нанес партии своим неправильным выступлением.

Н. Хрущев".

Сталин простил Хрущева, поверив в его искренность. Но страх за карьеру, который испытал, как видно из письма, Никита Сергеевич, должен был вызвать в нем неприязнь к "вождю и учителю", которого он непомерно восхвалял. От лести и подобострастия до ненависти один шаг.

В то время Хрущев уже начал подбираться к верхушке руководства партии. Вряд ли потому, что предвидел возвышение партократии. Просто в управлении государством все высшие должности были "забронированы" Маленковым, Берией, Булганиным. Как пишут Данилов и Пыжиков: "В результате конфигурации власти в 1951 - 1953 гг. начал зримо вырисовываться новый дуэт Булганина-Хрущева, которые состояли в хороших личных отношениях еще со времен довоенной работы в Москве (соответственно на постах председателя Моссовета и секретаря парторганизации)... Булганин становился одним из главных действующих лиц ВПК, Хрущев же приобретал сильные позиции в аппарате Центрального Комитета".

Именно эти две могущественные структуры в советской системе власти, а также руководство вооруженными силами поддержали впоследствии этот дуэт в его борьбе за власть в 1953-1955 годах сначала с маленковцами, а затем с группой "старой гвардии", возглавляемой Молотовым. Но, как мы знаем, прежде всего надо было избавиться от Берии. Он, как говорится, слишком много знал.

Началось с того, что 5 марта 1953 года была создана комиссия для изучения материалов архива И. В. Сталина. Маленкову, Берии и Хрущеву поручалось принять меры к тому, чтобы документы и бумаги товарища Сталина были приведены в должный порядок. Поскольку такие архивы - сфера деятельности спецслужб, основные хматериалы попали в руки Лаврентия Павловича. Он получил возможность использовать их против Маленкова и Хрущева. Оба, конечно, испытывали немалую тревогу или даже страх.

Возможно, их больше всего беспокоила таинственная тетрадь, которая всегда лежала на письменном столе Сталина в его служебном кабинете. Иосиф Виссарионович время от времени в нее что-то записывал. Можно предположить, что он заносил туда те сведения, которые с глазу на глаз докладывали ему, в частности, Маленков и Хрущев.

Пожалуй, в этом архиве Берия обнаружил нечто весьма полезное для себя. Не этим ли объясняется то, что он, такой осторожный, хитрый и осмотрительный, уже в апреле 1953 года начал решительное наступление на Игнатьева, за спиной которого стояли Маленков и Хрущев.

Даже жена Берии Нина Теймуразовна советовала ему, настаивала на том, чтобы муж не предпринимал нападок на Игнатьева. Она утверждала, что этим он обрекает себя на неминуемую гибель. Но Берия, судя по всему, понадеялся на имеющийся у него компромат на руководителей государства, извлеченный из архивов Сталина. Даже после смерти вождь мог стать его союзником, обеспечившим полную победу над конкурентами.

Вслед за арестом и процессом Игнатьева и игнатьевцев Берия постарался избавиться от опеки своих первых заместителей, Круглова (человека Маленкова) и Серова (ставленника Хрущева), заменив их своими людьми. Круглов и Серов прекрасно знали, что живой Берия для них очень опасен.

Как мы уже говорили, Лаврентий Павлович, став во главе объединенного МВД и КГБ, сразу же продемонстрировал свои демократические намерения, стремясь завоевать авторитет и симпатии в обществе как поборник справедливости, либерал и гуманист.

Историк В. П. Наумов отмечает: "Освобождение политических заключенных началось в первой половине марта... Берия лично отправился в тюрьму и освободил участников так называемого "ленинградского дела". Соответствующие решения Президиума ЦК КПСС, подтверждающие деятельность Берии, были приняты позднее... 3 мая 1953 г.....решение было принято по "ленинградскому делу" и персонально о пересмотре дела Кузнецова, Попкова и Вознесенского".

Оба эти дела были сфабрикованы при участии Маленкова и Хрущева не без помощи Берии. Георгию Максимилиановичу нетрудно было понять, что после смерти Сталина ему рано успокаиваться. Находясь на вершине власти, он попадал под перекрестный огонь конкурентов. Они прослеживали его действия, фиксируя все промахи и накапливая компрометирующие материалы. В этом отношении Берия представлял наибольшую опасность.

Берия раздражал Маленкова, - пишет Н. А. Зенькович, - в союзе с Хрущевым, Берия поспешил избавиться от Игнатьева, человека Маленкова, который отвечал за партийный контроль над органами безопасности... Хрущев успешно маневрировал... Он поддерживал Берию, чтобы ослабить Маленкова, когда Игнатьев оказался скомпрометированным после провала дела о "заговоре врачей". Поддерживал он его и тогда, когда надо было лишить Маленкова власти, которую давал ему пост секретаря ЦК (его отстранили на Пленуме ЦК 14 марта 1953 года. - Р. Б.). Хрущев вовремя воспользовался и недовольством среди других руководителей, вызванным всплеском активности Берии, чтобы устранить его".

К лету 1953 г. - отметил Наумов, - Берия близко подошел к обнародованию фактов, которые могли дискредитировать Хрущева, Маленкова и других членов Президиума ЦК. Министр внутренних дел поставил вопрос об аресте бывшего секретаря ЦК и министра госбезопасности С. Д. Игнатьева; был арестован начальник следственной части МГБ по особо важным делам М. Д. Рюмин, который был готов дать показания на Маленкова и Хрущева".

По словам Наумова, "Хрущев поддерживал хорошие отношения и с Маленковым и с Берией, но они не воспринимали его как конкурента в борьбе за власть. Каждый из них старался приблизить его к себе, и Хрущев положительно откликался на такие действия как со стороны Маленкова, так и со стороны Берии".

Показная дружба Маленкова и Берии дала трещину в первые же недели после смерти Сталина. Их скрытое соперничество вызвало необходимость иметь нейтрального посредника. Таким человеком и оказался Хрущев, поддерживавший хорошие отношения с Булганиным, а также имевший своим сторонником Суслова - ловкого и коварного царедворца.

Позиция Хрущева была наиболее выгодной: ему оставалось только следить за тем, кто из двух главных соперников победит, и при возможности ослабить его позиции. Но как только стало ясно, что Берия сможет претендовать на верховную власть и "потопить" двух своих бывших друзей, Хрущеву пришлось спешно устранить Лаврентия Павловича с помощью военных.

Ключевой фигурой в этих интригах оказался Игнатьев. По его перемещениям можно судить о том, какая из соперничающих сторон побеждает. Как пишет В. П. Наумов: "Показательно отношение со стороны руководства ЦК КПСС к С. Д. Игнатьеву, который был министром МГБ в 1951 - 1953 гг. После того, как были вскрыты и преданы огласке преступные дела М ГБ в конце 40-х - начале 50-х годов, готовились судебные процессы над бывшими руководителями этого ведомства. С. Игнатьев... в апреле 1953 г. был выведен из состава ЦК и назначен секретарем Башкирского обкома партии. Однако летом 1953 г. (после устранения Берии. - Р. Б.) он был вновь возвращен в состав ЦК КПСС".

Соперничество Берии и Маленкова за высшие посты в государстве велось более или менее откровенно. Они претендовали на должность Председателя Совета Министров СССР.

Хрущев действовал хитрей и осторожней, занимая выжидательную позицию. Он постарался укрепиться как партийный лидер. Хотя удар по Игнатьеву мог рикошетом пройтись и по его карьере. 1 апреля 1953 года в совершенно секретной записке в Президиум ЦК КПСС Берия потребовал: "... Рассмотреть вопрос об ответственности бывшего министра государственной безопасности СССР т. Игнатьева С. Д.".

Георгий Максимилианович понял, что наступление ведется на него, но дать отпор не мог (или опасался). По предложению Л. Берии, поддержанному другими членами Президиума ЦК партии, Комитету партийного контроля при ЦК КПССС было поручено рассмотреть вопрос о партийной ответственности Игнатьева.

Такое решение вынесли Маленков, Молотов, Ворошилов, Хрущев, Каганович, Булганин, Микоян. Они постановили: "Одобрить проводимые тов. Берия Л. П. меры по вскрытию преступных действий, совершенных на протяжении ряда лет в бывшем Министерстве госбезопасности СССР, выражавшихся в фабриковании фальсифицированных дел на честных людей".

Как видим, в тот момент никто и не помышлял о том, чтобы обвинить Лаврентия Павловича в антипартийной или тем более антигосударственной деятельности. Напротив, даже Маленков и Хрущев поддержали его инициативу (о чем они никогда не вспоминали). Не для того ли, чтобы ослабить его бдительность и вскоре приступить к радикальным действиям против Берии, который уже был уверен в своей победе?

По справедливому мнению Н. Н. Жукова, за Хрущевым стояла 125-тысячная армия партийных функционеров и централизованная, хорошо управляемая пропагандистская машина.

Хрущев... - отметил Н. Н. Жуков, - поначалу вел себя незаметно: как один из шести секретарей ЦК партии, хотя руководивший повседневной работой партийного аппарата. Нам думается, что в те дни (март-апрель 1953-го. - Р. Б.) он еще страшился ответственности за трагедию, происшедшую при похоронах Сталина... Ведь именно он как председатель комиссии по организации похорон обязан был сделать все возможное, чтобы избежать жертв чудовищной давки (вину за которую впоследствии свалил на Берию. - Р. К.).

Увереннее Хрущев почувствовал себя после Пленума ЦК, когда официально стал председательствовать на заседаниях Секретариата ЦК. Но и тогда он продолжал уклоняться от поддержки, даже косвенной, любого из двух претендентов на полную власть... Опереться на какого-либо из секретарей означало в открытую либо стать на сторону Маленкова, либо Берии, то есть выиграть многое или проиграть все. Опора же на отделы сулила возможность потом, кто бы ни взял верх, возглавить многотысячный партийный аппарат. Хрущев избрал второй вариант... все силы отдал реорганизации части аппарата ЦК, обосновывая ее оглашенной тенденцией к упрощению и сокращению управленческих структур".

Хрущев начал тайные антибериевские контакты с Маленковым, сумев обхитрить весьма подозрительного и проницательного Лаврентия Павловича. В своих мемуарах Хрущев признавался, что еще с 1930-х годов был другом Берии. "Неразлучной парой" называли их ветераны сталинского Политбюро. (Впрочем, предают ведь друзей, а не врагов.)

Досье на всех членов Президиума ЦК, - по словам В. П. Наумова, - после смерти Сталина оказались у Берии. После его аре-стадокументы из его сейфа изымались секретарем ЦК Н. Н. Шаталиным, помощником Маленкова Д. Н. Сухановым и заведующим административным отделом ЦК КПСС А. К. Дедовым. Таким образом, вся эта группа состояла из приближенных Маленкова. Документы из сейфа Берии - полностью или с частичным изъятием - остались в ЦК.

В 1955 г. по распоряжению Хрущева были уничтожены бумаги Берии, документы о Сталине и других руководителях партии. Всего было уничтожено 11 бумажных мешков. Чем более надежно скрывались документы, тем более эмоционально осуждал Хрущев преступления, в которых и сам принимал активное участие".

Обратим внимание на то, что упоминается изъятие бумаг из служебного кабинета Берии. Но у него был и личный архив, хранившийся в особняке.

В борьбе со своим "другом" Маленковым Хрущев прибег к испытанному методу клеветы и лжи, заручившись сначала поддержкой своих многочисленных сторонников - крупных партийных деятелей. Вот выдержка из стенограммы июньского, 1957 года, Пленума ЦК КПСС.

Хрущев. Берия и Маленков расправились бы и с Булгани-ным... Сталин сказал тогда: я стар, кого сделать Председателем Совета Министров" Тогда Поскребышев назвал Булганина. Сталин сказал: аДа, Булганина1'. Об этом разговоре узнали Берия и Маленков. Вскоре после этого был посажен в тюрьму маршал Яковлев. Это был прямой подход к Булганину...

Голоса. Правильно.

Хрущев. Кто этим делом заправлял?

Булганин. Маленков".

Чтобы понять, о чем идет речь, надо вспомнить, что произошло несколькими годами раньше. Маршал артиллерии Н. Д. Яковлев, его подчиненный генерал И. И. Волкотрубенко, а также заместитель министра вооружения Мирзаханов 31 декабря 1951 года были сняты со своих постов, а в феврале 1952 года арестованы по обвинению во вредительстве. 17 апреля 1953 года Берия направил записку в Президиум ЦК КПСС с предложением реабилитировать и освободить из-под стражи Яковлева и других проходивших по этому делу в связи с отсутствием материалов, "которые могли бы дать основание обвинить арестованных по настоящему делу во вредительстве".

Как видим, Хрущев совершенно несправедливо обвинил Берию в преступлении, которого тот не совершал. И заправлял ли Маленков этим делом? Соответствующих документов нет.

Есть основания предполагать, что в нем был замешан сам Никита Сергеевич. Любопытная деталь. На том же пленуме ставленник Хрущева Генпрокурор СССР Руденко обвинил Маленкова в том, что тот поддержал Абакумова, когда тот подал на имя Сталина записку, послужившую началом "ленинградского дела". Маленков возразил:

- Я не имел к этому отношения. Почему с моего ведома, когда Абакумов не был мне подчинен?

Кому подчинялся Абакумов по партийной линии, он не уточнил. По всей вероятности, остерегся назвать имя Хрущева.

Десятилетиями и на Лаврентия Павловича сваливали чужие грехи. "Колобок? Хрущев сумел обхитрить своих соперников и "докатиться" до вожделенного единовластия. С помощью своих соратников и подчиненных он организовал культ своей личности, хотя в народе о нем отзывались с насмешкой или презрением. Тогда у "простых" людей доставало здравого смысла. Утрачен он был значительно позже...

Конечно, окончательная победа Хрущева в борьбе за власть определилась в результате сложного взаимодействия различных факторов, распределения сил (личных и групповых интересов) в руководстве страны и партии. Но за этими частностями видится главное: переход всей полноты власти над народными массами к новому, уже достаточно хорошо сформировавшемуся господствующему классу. Основу его составила партийная номенклатура, "выходцы из народа", типичнейшим представителем которых был Никита Сергеевич.

Возможно, он даже ясно не сознавал, что является представителем и слугой нового "класса", обладавшего всей полнотой власти и владевшего всем национальным достоянием, которым имел возможность распоряжаться с выгодой для себя. Теперь построение коммунистического общества можно было осуществлять дифференцированно, выборочно: прежде всего для партократии, а уж затем, - когда будут удовлетворены растущие материальные потребности этого класса, - для всех остальных.

Можно вспомнить знаменитую остроту В. О. Ключевского: "всякая власть развращает; абсолютная развращает абсолютно". Это относилось к самодержавию, но с таким же успехом применимо к власти кланов, социальных групп, капитала. В нашем случае такой абсолютной властью в СССР стал обладать партаппарат.

Само по себе это еще не катастрофа. Вопрос в том, какие цели преследует такая власть, какие люди ее осуществляют, чем они руководствуются в своей деятельности. Формально в этом отношении было все в порядке. Идея коммунизма - благородная, отвечающая лучшим чаяниям людей, созвучная учению Христа, - безусловно достойна быть путеводной звездой на пути людей к счастью, справедливости, полноте существования. Но это идеал (антикоммунисты предпочитают слово "утопия"). Он в чистом виде, возможно, неосуществим. Однако разве из этого следует, что к нему не надо стремиться?

В условиях единовластия КПСС в СССР идею коммунизма начали использовать как прикрытие совершенно других устремлений власть имущих. "Элита" сосредоточилась на своих корыстных интересах, что очень быстро стало сказываться на благосостоянии народа. В целом оно продолжало расти в связи с общими успехами народного хозяйства, внедрения новой техники, использования более совершенных технологий.

Но несравненно быстрей увеличивались материальные потребности и благосостояние партийной и хозяйственной (торговой) "элиты". Она стала все более отдаляться от народа. Возникла так называемая "теневая экономика", основанная на спекуляции, организации "дефицита" (с целью наживы), расхищения государственных средств, злоупотреблении служебным положением.

Все более значительная часть номенклатурных работников и их родственников заражалась буржуазными идеалами. А "теневики" создавали все более мощный капиталистический сектор экономики, ориентированный на средства потребления. Все это вместе разрушало, растлевало, заражало изнутри советское общество.

Сыграло свою роль и то, что Хрущев опошлил идею коммунизма, явно солгав, что такое общество будет построено в СССР в 1980-е годы (именно тогда, кстати, партократией был совершен крутой поворот к капитализму!). Мало кто в это верил, и меньше всего те, кто повторял на разные лады глупейшую хрущевскую агитку.

Показательно, что Хрущев и некоторые его сторонники, вроде бы не стремившиеся прежде к роскоши, постарались обзавестись новыми резиденциями на Ленинских горах. Более того, в Сочи и в Крыму для Хрущева были возведены дворцы (его не устраивали сравнительно скромные сталинские дачи). И это, повторим, даже не столько из жажды особого комфорта, сколько в связи с веянием времени, как символические акции, подчеркивающие выход на передний план нового правящего класса. Для него наиболее близок стал давний лозунг Бухарина: "Обогащайтесь!"

Партаппарат подмял под себя государственную власть, тем самым избавившись от надзора над собой. Это наглядно показала победа Хрущева, сумевшего благодаря подчинению органов госбезопасности партии "свалить" Маленкова. Приведем в этой связи малоизвестный факт.

В мае 1956 года помощник Маленкова Д. Н. Суханов был арестован Московским уголовным розыском. Его обвинили в том, что он, "используя служебное положение в период ареста Берии, совершил хищение облигаций Государственных займов на сумму 100 ООО рублей, 8 штук часов различных систем". Во время следствия Суханов подал подробное заявление в Президиум ЦК о взаимоотношениях Г. М. Маленкова с Л. П. Берией.

Несомненно, следователи взяли Суханова "в оборот", используя его положение с целью дискредитации Маленкова. Обвинение в близких политически доверительных отношениях с врагом народа Берией было очень опасным, почти смертельным для Маленкова. Таким образом, Маленкову был нанесен сокрушительный удар, что и преследовала проведенная операция. Неслучайно по предложению Р. А. Руденко, Генерального прокурора СССР, и И. А. Серова, также очень близкого к Хрущеву председателя КГБ СССР, Суханову, получившему десять лет лишения свободы, в мае 1957 года, меньше чем через год, сократили срок наказания до двух лет.

Маленков с Берией (так же, как и Хрущев) были внешне, для окружающих, близкими друзьями. Но, скорее всего, Лаврентий Павлович долгие годы держал Георгия Максимилиановича "на крючке", используя показания арестованного в свое время Ежова, которые компрометировали Маленкова. Эти сведения могли стать одной из главных причин маленковского заговора против Берии в 1951 - 1952 годах.

Получая сухановские свидетельства, Хрущев достигал сразу две цели. Во-первых, кража ценностей при обыске в бериевском особняке отвлекала внимание общественности от вполне резонного вопроса: а было ли устранение Лаврентия Павловича в июне 1953 года только политическим? Или, быть может, и физическим? А если последнее, то имел ли к этому отношение Хрущев" Во-вторых, сухановские показания давали Хрущеву возможность уничтожить политически Маленкова, уже утратившего значительную долю власти после отставки с поста Председателя Совмина СССР в январе 1955 года.

Вот что писал бывший помощник Г. М. Маленкова Суханов в Президиум ЦК КПСС:

Берия организует специальный допрос Ежова о Маленкове. Ежов дал собственноручные показания (объемом до 20 страниц) на Маленкова. Этот документ до момента ареста Берии и Кобу-лова хранился у них, в июле 1953 года работавший в то время секретарем ЦК Шаталин (правая рука Маленкова. - Р. Б.) прислал этот документ мне, а я в феврале 1955 года (вскоре после отставки Маленкова с поста предсовмина. - Р. Б.) вместе с большим количеством документов показал Маленкову и собственноручные показания Ежова о Маленкове, который, заявив, что об этом материале все знают, забрал у меня документ с собой на квартиру для уничтожения".

Маленков еще не думал сдаваться. Решительные действия Хрущева и его явные претензии на единоличное лидерство вызвали серьезную озабоченность части руководителей партии и правительства, принадлежавших к "сталинской гвардии". Однако к этому времени Хрущев уже обзавелся сторонниками из новых партократов. И вообще, по-видимому, в этой среде возобладало стремление избавиться от того жесткого, а то и жестокого контроля, который существовал во времена Сталина. Настала пора воспользоваться своим привилегированным положением.

Неслучайно надежным (хотя и не во всех ситуациях) сторонником Хрущева стал Булганин, не отличавшийся нравственной чистотой, но весьма склонный к "сладкой жизни". Именно он рассказал на июньском Пленуме ЦК в 1957 году об организации "антипартийной группы". Он каялся в том, что поначалу поддался было на уговоры:

Булганин. Как дело было? Возглавляла все "тройка" - Маленков, Молотов, Каганович. Каковы были роли" Главная организаторская роль принадлежала Маленкову... Он бегал из кабинета в кабинет и не давал никому покоя.

Первухин. Это совершенно правильно...

Булганин. Каганович, следующий за ним, делал то же самое, менее активно, но более увесисто... В секретари должны были ввести Маленкова и Кагановича".

А вот что сообщил на том же пленуме Л. И. Брежнев (из стенограммы выступления):

W9

Я вышел из зала и решил связаться с тов. Жуковым... Приехал тов. Жуков. Я ему рассказал до входа в зал, что группа требует созыва Президиума, что есть какой-то каверзный вопрос, который они требуют обсудить. Тов. Жуков тут же рассказал мне, что его утром в этот день вызвал к себе Маленков и вел с ним заискивающий и сомнительный разговор о том, что ему время быть членом Президиума ЦК, что нам надо поговорить о руководстве партии и т.д. В свою очередь я тов. Жукову сказал, что это Маленков прощупывал Вас, на чьей стороне Вы можете быть. Я ему говорю, на какой стороне, на их стороне или нет? И в зависимости от этого будет решение. Мы сговорились стоять насмерть".

Крупный воинский политработник Брежнев, как видим, сумел привлечь на свою сторону маршала Жукова. Трудно точно сказать, что заставило последнего принять сторону Хрущева, да еще так безоглядно. Не исключено, что он опасался ответственности за участие в уничтожении Берии. Во всяком случае Жукова смогли убедить в том, что группа Молотова-Маленкова-Кагановича угрожает ему какими-то репрессиями. На них намекнул хрущевец, член Президиума ЦК КПСС Ф. Р. Козлов, выступая на июньском Пленуме 1957 года с обвинениями в адрес антипартийной группы. Он заявил, что "затем дело дошло и до тов. Жукова, они учинили бы с ним расправу, если бы члены ЦК не предотвратили этот позорный акт".

Хрущевцы, в том числе и Козлов, совершили "этот позорный акт" над Жуковым всего через 4 месяца после того, как Козловым были сказаны эти слова. А еще через шесть лет тот же "позорный акт" был совершен Хрущевым и над самим Козловым. Таковы были методы "дорогого Никиты Сергеевича" (напомним, так назывался прославляющий его кинофильм) в борьбе за власть... Нет, не только личную, а прежде всего - партийной номенклатуры. Он стал исполнителем ее воли и устремлений.

Интересно, что в борьбе со "сталинской гвардией" хрущевцы стали обвинять ее в тех преступлениях, которые еще недавно приписывались только Иосифу Виссарионовичу. На это обратил внимание, в частности, А. В. Пыжиков:

"... Пленум можно охарактеризовать как существенный шаг назад в оценке культа личности Сталина по отношению к XX съезду

270

партии. В ходе его работы предприняты последовательные попытки отделить фигуру Сталина от массовых репрессий 30-х - начала 50-х годов.

Показательно в этом плане выступление Г. К. Жукова - одно из первых на пленуме, задавшее тон всему последующему обсуждению. Приведя основательный фактический материал по репрессивным делам, Жуков заявил, что главными виновниками арестов и расстрелов партийных, советских и военных кадров были Маленков, Молотов, Каганович. В отношении же причастности самого Сталина к вопиющим преступлениям он давал следующие пояснения: "Тут Сталин ни при чем", "Это уже было без влияния Сталина", "Тут, товарищи, нельзя сослаться на Сталина или на какую-то тройку". Подобная тональность прослеживалась у многих выступавших на пленуме. Так, например, Малин (зав. общим отделом ЦК КПСС) говорил: "...все сейчас сваливается на Сталина. Нет, Каганович, Молотов - они повинны за это!" Ответственный сотрудник ЦК Киселев заявлял "Вы (антипартийная группа. - А. П.) свалили всю вину за расстрелы на Сталина".

ТОРЖЕСТВО ПАРТОКРАТИИ

Постыдны лицемерие и цинизм партийной верхушки: имя Сталина, которое Хрущев, ее лидер, недавно проклял, при необходимости эти же люди использовали как орудие против "антипартийной группы".

Никакой "реабилитации" Сталина подобная политическая интрига, судя по всему, не предусматривала. Возможно, Г. К. Жуков, которого так ловко использовал Хрущев, предполагал, что имя Сталина вновь станет идеологическим оружием, укрепляющим патриотизм, единство армии и народа, символом былых побед и достижений. Последующие события - вынос тела Сталина из Мавзолея и тайное захоронение, переименование Сталинграда - ясно показали, что новый правящий класс боится этого славного имени, избирает иную политическую линию: на "коммунизм" для отдельно взятых социальных групп, обеспечивших свое господство над народом.

Торжеством партократии можно с полным основанием называть тот период, который начался с воцарением Хрущева. Его легкое свержение показало, что он являлся марионеткой - хотя и не всегда управляемой - в руках новой правящей элиты. Когда поведение Первого секретаря стало непредсказуемым и чересчур своевольным, его убрали "без шума и пыли". То, что Хрущев уцелел, показывает не столько либерализм и гуманность его противников, сколько незначительность его фигуры, никто не опасался его возвращения во власть или разоблачительных выступлений. Пожалуй, Никита Сергеевич так и не понял, что был выдвинут партократией, исполнял ее волю и был сброшен ею же за ненадобностью.

Наступило время партократии - время деградации социалистической системы хозяйства и коммунистической идеологии. Попытку остановить этот процесс предпринял Ю. В. Андропов, но подозрительно быстро ушел в небытие.

Из этой среды партократов и вышли "капиталистические перерожденцы? Горбачев и Ельцин. Они, в сущности, были столь же несамостоятельными, как Хрущев, хотя управляли ими не только номенклатурные партаппаратчики, но и зарубежные "хозяева". В результате рухнул СССР.

Торжество партократии - нового своеобразного эксплуататорского класса - означало подавление народа и оболванивание значительной части населения с помощью психотехнологий и использования электронных средств массовой пропаганды. Расстрел ельцинистами Верховного Совета показал, что наступила эпоха диктатуры переродившийся партократии.

Но почему так произошло? После тяжелейших испытаний, преодолев все трудности и опасности, построив ценой колоссального напряжения сил и немалых жертв великую державу, наш народ в благоприятных для жизни, труда и творчества условиях, без войны ее утратил. Как такое возможно? И что сулит будущее?

Для ответа на подобные вопросы надо исходить из некоторых общих закономерностей. Это не связано напрямую с жизнью и деятельностью героя данной книги. Надеюсь, читателю будет интересно и небесполезно выйти за достаточно тесные рамки биографии более или менее типичного представителя советской руководящей элиты. Все-таки главное для каждого из нас - задуматься о судьбе Родины в недавнем прошлом, настоящем и, быть может, в будущем.

ИЗВРАЩЕНИЕ И ОПОШЛЕНИЕ ИСТОРИИ

В морально здоровой среде не смогут проявлять свои худшие качества личности хрущевского типа. Следовательно, созданная в СССР система имела существенные изъяны, несла в себе ген саморазрушения. Чтобы разобраться в этой проблеме, следует обратить внимание на самые общие теоретические представления о жизни общества.

Пользуется широкой популярностью, а во времена Советского Союза был распространен и официально насаждался упрощенный взгляд на исторический процесс. Его "раскручивали" в виде спирали. На последнем этапе капитализм порождал социализм, а в перспективе сияло коммунистическое будущее.

Как в некоторых религиозных учениях предполагается, будто все уже предопределено каким-то высшим законом природы или Бога. Остается, как говорил герой Достоевского, есть, пить да заботиться о продолжении рода человеческого. Процесс идет и рано или поздно завершится... По древней версии - концом света и Страшным судом, а по более поздней - всеобщим благоденствием и коммунизмом. А в романе Андрея Платонова "Чевенгур" идейный мыслитель Дванов так выразился о тех, кто пытается по своей воле изменить будущее:

- Эти люди хотят потушить зарю, но заря не свеча, а великое небо, где на далеких тайных звездах скрыто благородное и могучее будущее потомков человечества. Ибо несомненно - после завоевания земного шара - наступит час судьбы всей Вселенной, настанет момент Страшного суда человека над ней...

Подобная схема, выраженная более сухо и деловито, отражает веру в беспредельный прогресс. Она имеет определенное основание, обобщает множество фактов, исходит из некоторых философских предпосылок. Ее называют историческим материализмом. С ней можно соглашаться во всем или частично, ее можно

73

опровергать. Но следует признать, что она привносит научные принципы в историософию.

Однако при таком подходе, как мне представляется, недооценивается духовная жизнь общества, не учитываются трансформации человеческой личности в разные эпохи, взаимосвязь природы и цивилизации, свобода воли человека. В результате получается схема, далекая от реальности. В принципе ничего плохого в этом нет (схематизация неизбежна). Беда лишь в том, что ее считали ретивые идеологи единственно верной, что повредило более всего самому историческому материализму. Он превратился в окаменелость, лишившись возможности развиваться.

С крушением СССР и коммунистической идеологии у нас произошло нечто значительно более печальное и опасное: началось тотальное опошление истории культуры, цивилизаций, природы.

Делается под видом популяризации знаний. Примитивнейшие, вульгарные идеи преподносятся с большим апломбом многомиллионной аудитории, в сопровождении кино- и фотоиллюстраций, со ссылками на документы, порой извлеченные из секретных архивов, с высказываниями свидетелей. Создается полная иллюзия достоверности. И только заинтересованный специалист способен заметить, что преподносится тенденциозная выборка, замалчиваются важнейшие сведения, порой показывают фальшивки, а выводы не соответствуют фактам.

Главный вопрос: для чего это делается, ради каких целей и в чьих интересах"

Ответ на последний вопрос в нынешних условиях капиталистической, буржуазной и коррумпированной России не представляет труда: в интересах имущих власть и капиталы.

Ради каких целей? Естественно, для того, чтобы данные группы, кланы, социальные прослойки укрепляли свою власть и увеличивали капиталы.

Можно возразить: но ведь данный контингент заинтересован в том, чтобы сохранялась, укреплялась Россия, а ее народ, который они эксплуатируют, воспринимал свое положение спокойно или даже с удовольствием. Для этого следует позаботиться о его благосостоянии. Разве не так?

В идеале любой собственник не заинтересован, чтобы его "дойная корова" худела, чахла и могла отбросить копыта или взбеситься. О тех, кого эксплуатируешь, целесообразно хотя бы минимально заботиться. На это и рассчитывали те "россияне", которые голосовали за капитализм, передачу национальных богатств в частные руки. Они готовы были служить хозяевам, надеясь получить от них больше благ, чем предоставляла им социалистическая система.

На деле вышло иначе (о чем нетрудно было догадаться заранее, если бы массы не подверглись основательному "промыванию мозгов"). Ловкие хозяева, воспользовавшись случаем, позаботились о том, чтобы в кратчайшие сроки стать миллионерами и миллиардерами. За счет кого? За счет, естественно, народа. В результате появились массы безработных или месяцами не получающих зарплату, бомжи, нищие, беспризорные дети, самоубийцы в невиданных нигде и никогда масштабах, а народ стал вымирать.

Так почему же новоявленные эксплуататоры ведут себя столь непредусмотрительно? Почему они не боятся народного гнева, забастовок, бунтов, новой революции" Разве они не чувствуют, что пилят сук, на котором сидят, режут курицу, несущую золотые яйца, уничтожают собственную дойную корову?!

А чего бы им бояться, если народ предпочитает влачить жалкое существование и вымирать, но не восставать против несправедливости, ради собственного будущего? Впрочем, и восставать ему не надо. Ведь установлена в России буржуазная демократия. Значит, вполне достаточно на выборах проголосовать против тех, кто обманом навязал этот губительный для большинства режим.

Например, были недовольны Ельциным. Почему бы не "прокатить" его на выборах, как это сделали белорусы с его сообщником Шушкевичем? Нет, избрали Ельцина президентом второй раз даже после того, как по его приказу расстреляли Верховный Совет и убили несколько сот граждан. Он в очередной раз обманул ожидания избирателей, вызвал общее недовольство... На следующих выборах избрали того, кого он назначил своим преемником.

Подавляющее число граждан возмущены обокравшими их Гайдарами, Чубайсами, абрамовичами и пр. А в результате голосуют за партию власти и за тех президентов, при которых продолжается "гайдарономика" и на высших должностях находятся нелюбимые, а то и ненавистные деятели.

Казалось бы, уму непостижимое явление: спокойная реакция большинства населения России на то, что произошло и происходит с Отчизной, на свое униженное жалкое положение на собственной земле. Массовое безумие?

В книге одного из крупнейших современных социологов С. Г. Кара-Мурзы "Потерянный разум" подзаголовок: "Утрата здравого смысла. Утрата логики. Утрата меры". На огромном количестве примеров он показал, как чудовищно умственно деградировали современные интеллектуалы, которых удалось обмануть с помощью нехитрых приемов западной агитации и пропаганды. Им внушили веру в несусветные блага капитализма - открытого общества, правового государства, священной частной собственности - и неисправимые пороки социалистического закрытого бесправного общества. Это удалось сделать легко и просто прежде всего потому, что эти люди имели одинаково скудные представления и о западном, и о советском обществе (наиболее яркий пример - академик А. Сахаров), а также об истории Отечества и человечества.

Здравый смысл и логику люди забывают обычно тогда, когда им это выгодно. Ибо их утрату нетрудно при желании восполнить: достаточно оглядеться вокруг, поразмыслить, почитать книги умных и честных авторов. Было бы только желание понять, обдумать всерьез.

Потеря совести, сострадания, чувства взаимопомощи и справедливости - безнадежна. Подавив в себе эти чувства, люди совершают любые самые скверные, мерзкие поступки, презренные и проклятые с давних пор: предательство, измену воинской присяге, обман, казнокрадство, ложь... Послушный эмоциям рассудок подыщет им оправдание. Такова структура человеческой психики.

В том-то, пожалуй, и беда, что не утратили "враги народа" (назовем так тех, кто исполнен нечистого буржуазного духа личной выгоды, алчности, лжи, изворотливости, стремления получать максимум денег за минимум работы) ни рассудка, ни здравого смысла, ни логики. Они быстро нашли оправдание. Оно основывается главным образом на "обновленном" освещении истории России в XX веке. В кратком изложении эта версия такова.

Российская империя при Николае II была процветающим государством. Ленин на германские деньги осуществил революцию, развязал Гражданскую войну, выдворил из страны всех носителей высокой культуры, устроил геноцид русского народа. Подлинными героями и патриотами России были белогвардейцы, а носителями культуры - эмигранты. Тех и других надо прославлять.

Сталин продолжил черное дело Ленина: скрыл от народа его завещание; убил своего лучшего друга Кирова, установив режим массового террора; расстреливал или загонял в лагеря миллионы ни в чем не повинных людей; на костях рабов воздвиг "стройки коммунизма", а благодаря штрафным батальонам и заградотря-дам победил фашистов; по маниакальным побуждениям репрессировал целые народы (чеченцев, крымских татар и пр.), не успев сделать то же с евреями. Подлинными патриотами России были генерал Власов, бандеровцы и все те, кто выступал против русских оккупантов и сталинщины. После Сталина его черное дело продолжил Маленков. Только Хрущев осмелился проклясть "вождя народов" и провести демократические преобразования. Но ему не дали развернуться, Брежнев и прочие довели страну до полного кризиса, особенно страшного - колбасного, и только горбачевская перестройка и ельцинские рыночные реформы ввели государство Российское в мировое сообщество процветающих капиталистических держав...

Короче говоря, коммунисты - изверги, Ленин и Сталин - величайшие злодеи всех времен и народов. Они создали империю зла - Советскую Россию-СССР. Вывод очевиден: такую страну необходимо было разрушить до основания. Ленину, Сталину и их сообщникам - проклятье во веки веков. Русскому народу, пособнику этих злодеев, надо всемирно покаяться. Необходимо воспитать новых русских, россиян, отрешившихся от 70 лет гнусного и презренного советского прошлого и приобщенных к западной цивилизации.

Вполне логичная конструкция, не правда ли" Далеко не всякий обыватель сможет установить, что вся она построена на лжи, клевете, подлогах. Ну а если его такая конструкция устраивает, то и принять ее можно без сомнений. Когда говорят, что ложь грязная, смердящая, отравленная и отвратительная, все это субъективные определения. Та же самая ложь может быть увлекательной, привлекательной, желанной, кисло-сладкой.

При советской власти многие историки, называвшие себя марксистами, старались изображать историю царской России в мрачных красках. Понять это можно: требовалось оправдать свержение царизма и укреплять доверие к советской власти. Только во второй половине 1930-х годов, когда Сталин стал диктатором, положение постепенно стало меняться: он понимал, что патриотизм предполагает любовь к Отечеству, а не только к существующему государственному устройству.

Проникновенно сказано замечательным русским философом, вынужденным эмигрантом Сергеем Николаевичем Булгаковым:

Родина есть священная тайна каждого человека, так же как и его рождение. Такими же таинственными и неисследованными связями, которыми соединяется она через лоно матери со своими предками и прикрепляется ко всему человеческому древу, он связан через родину и с матерью-землей, и со всем Божьим творением. Человек существует в человечестве и природе... Нужно особое проникновение, и, может быть, наиболее трудное и глубокое, чтобы познать самого себя в своей природной индивидуальности, уметь полюбить свое, род и родину, постигнуть в ней самого себя, узнать в ней свой образ Божий..."

Не следует искать смысл последней фразы: мол, атеистическая советская власть боролась с религией, а потому не позволяла человеку узнавать в себе образ Божий. Такое толкование слишком убого. Ведь все дело в том, во что человек верит, как он живет, как относится к ближним и дальним, к Родине.

Не в отмаливании грехов своих, не в стоянии со свечкой, не в поклонении иконам, не в исполнении церковных обрядов и правил заключается твердыня веры. Она - в душе человека и его поступках. Иисус Христос учил распознавать лжепророков: "По делам их узнаете их"...

ДОСЬЕ ЭПОХИ-

О КУЛЬТЕ И ЛИЧНОСТЯХ

Извращение и опошление истории начинается с исторических личностей. Этот процесс протекает у нас и на Западе в русле общего опошления культуры, отрешения от высоких духовных ценностей и самобытности наций.

Достаточно обратить внимание на то, как - за редчайшими исключениями - преподносятся нам сведения о мыслителях, религиозных и государственных деятелях, ученых и прочих представителях культуры. Выуживают из биографий факты для сплетен, "пикантные" эпизоды.

Одной из первых "ласточек" такого полета была книжка писателя и поэта В. Солоухина "При свете дня", изданная в Москве в 1992 году. Нов ней - то беспросветный мрак, то сумерки (по Велемиру Хлебникову - "умерки дня"). Деликатную, но уничтожающую критику этой поделки дал хорошо знавший Солоухина В. Кожинов в книге "Россия. Век XX (1901 - 1939)". Он не сдержал своего недоумения: "Что же касается "информации", предлагаемой в книге "При свете дня", остается только руками развести - откуда такое берется?!".

Подобные "историки" пишут о десятках миллионов жертв ленинского и столько же - сталинского террора. Не говоря уже о непомерном преувеличении числа погибших или погубленных, удручает, помимо явной лжи, все то же опошление исторического процесса. Кожинов тщетно пояснял: "Необходимо иметь в виду всеохватывающий и всесокрушающий "ураган" революции, а не "агрессивную психику" Ленина или кого-либо еще".

Но вот в 1995 году вышла статья кандидата исторических наук И. В. Соколова с уничтожающим заглавием: "Ленин - палач русского народа и обычный педераст". Данный специалист и вовсе отличился. Он углубился в специфическую тему, упоминая о "марксистской попочке"... Впрочем, об этом - чуть позже. Все-таки мы сейчас говорим об историософии, а не о сексопатологии.

Революционный ураган - явление объективное, мощное и страшное. Противопоставлять ему одну какую-то личность означает, помимо всего прочего, придание ей нечеловеческого могущества. Самый настоящий, да еще безмерно утрированный, исполненный злобы культ личности!

Впрочем, подобные авторы могли явно или неявно иметь в виду ту или иную фигуру как воплощение массового явления. И тогда Ленин выступает олицетворением большевиков, захвативших власть, создавших ЧК, сражавшихся с белогвардейцами и Антантой, учинивших "красный террор".

Правда, власть они взяли практически бескровно у дряблого Временного правительства демократов, утративших доверие народа. Орган госбезопасности учредили по необходимости (так делают руководители любого государства), а слово "чекист" пугало только врагов народа. Безусловно, этим не оправдываются сотни и тысячи невинных жертв, расстрелы заложников.

Пожалуй, в жестокости против собственного народа всех превзошла тройка: командующий войсками в Тамбовской губернии М. Н. Тухачевский, начальник его штаба и активный пропагандист его культа бывший царский офицер Н. Е. Какурин, председатель Полномочной комиссии ВЦИК В. А. Антонов-Овсеенко. В их приказе от 23 июня 1921 года говорилось:

Опыт первого боевого участка показывает большую пригодность для быстрого очищения от бандитизма известных районов по следующему способу... По прибытии на место волость оцепляется, берутся 60-100 наиболее видных лиц в качестве заложников... жителям дается два часа на выдачу бандитов и оружия, а также бандитских семей... Если население бандитов и оружия не указало по истечении двухчасового срока... взятые заложники на глазах у населения расстреливаются, после чего берутся новые заложники и вторично предлагается выдать бандитов и оружие... В случае упорства проводятся новые расстрелы и т.д.".

По приказу Тухачевского против восставших крестьян использовали даже химическое оружие: "Леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми газами, чтобы облако удушливых газов распространялось полностью по всему лесу, уничтожая все, что в нем пряталось".

Приведя эти сведения, В. В. Кожинов заключает: "Все трое в 1930-х годах погибли, и их участь рассматривается как одно из

Вот и великий князь Алексей Михайлович, больший патриот России, чем вышеназванные "историки", вынужден был при-

280

проявлений варварского сталинского террора. Но согласитесь: их гибель - чем бы она ни была вызвана - меркнет перед их злодеяниями 1921 года по отношению к множеству людей".

Тухачевский, Какурин, Антонов-Овсеенко были, как говорили в те времена, "редисками": красными снаружи, белыми внутри. Все трое служили в царской армии и перешли на сторону большевиков совсем не из любви к русскому народу и тем более пролетариям.

Но разве белогвардейцы воевали в белых перчатках" Об их злодеяниях писал Михаил Булгаков, бывший белогвардейский военврач. Михаил Пришвин, долго не признававший советскую власть, сделал в июне 1920 года запись в дневнике: "Рассказывал вернувшийся пленник белых о бесчинствах, творившихся в армии Деникина, и всех нас охватило чувство радости, что мы просидели у красных". О том же писал беспристрастный свидетель В. И. Вернадский, проехавший по тылам деникинцев и не пожелавший эмигрировать в Англию, где ему предоставляли политическое убежище. Даже деятель Белого движения В. В. Шульгин вынужден был признать, что если белые начинали воевать почти как ангелы, то кончили почти как дьяволы, тогда как красные - наоборот.

Сергей Кара-Мурза в книге "Советская цивилизация", словно возражая клеветникам, написал о Ленине: "Не палач, а спаситель". И сослался на слова Сергея Есенина, так отозвавшегося на смерть вождя:

Не славят музы голос бед. Из меднолающих громадин Салют последний даден, даден. Того, кто спас нас, больше нет. Его уж нет, а те, кто вживе, А те, кого оставил он, Страну в бушующем разливе Должны заковывать в бетон.

знать: "На страже русских национальных интересов стоял не кто иной, как интернационалист Ленин, который в своих постоянных выступлениях не.щадил сил, чтобы протестовать против раздела бывшей Российской империи".

Остается последний довод: а как же расценивать расстрелы большевиками православных монахов" Чем они-то провинились" Можно ли было так насаждать воинствующий атеизм?

Однако начался конфликт большевиков с православной церковью не по их вине. Сергей Есенин рассказал о своем разговоре с монахами в родной своей деревне:

И говорят,

Забыв о днях опасных:

Уж как мы их...

Не в пух, а прямо в прах...

Пятнадцать штук я сам зарезал красных,

Да столько ж каждый,

Всякий наш монах".

Россия-мать!

Прости меня,

Прости!

Но эту дикость, подлую и злую, Я на своем недлительном пути Не приголублю И не поцелую.

Был ли Есенин одинок в этом своем переживании" Нет. Церковь, не пожелавшая встать над схваткой противоборствующих сторон, лишь усугубляла междоусобицу. Только по этой причине развязанная позже антицерковная кампания большевиков (под руководством, напомню, Троцкого) не встретила значительного сопротивления.

В марте 1922 года была опубликована статья Ленина "О значении воинствующего материализма". В ней он полностью соглашается с Троцким, призывавшим развернуть широкую и решительную борьбу с традиционной религией. Сталин не выполнил этого ленинского завета.

Яростным и неугомонным борцом против Русской православной церкви был Хрущев, любимец либеральной интеллигенции. Но и при Сталине воинствующий атеизм некоторое время процветал. И это было вполне естественно. Иосиф Виссарионович выступал как продолжатель дела Ленина, при котором "секта" воинствующих атеистов превратилась в серьезную и авторитетную политическую организацию, действующую в рамках ВКП(б). Выступать против нее было бы по меньшей мере глупо, а возможно и самоубийственно.

И все-таки Сталин 16 августа 1923 года, вопреки мнению Троцкого и, пожалуй, пользуясь болезнью Ленина, направил всем партийным организациям строго секретный циркуляр, в котором сразу же было заявлено:

ЦК предлагает всем организациям партии обратить самое серьезное внимание на ряд серьезных нарушений, допущенных некоторыми организациями в области антирелигиозной пропаганды и вообще в области отношений к верующим и к их культам.

Партийная программа говорит: "необходимо заботливо избегать всякого оскорбления чувства верующих, ведущего лишь к закреплению религиозного фанатизма". Резолюция XII партсъез-да по вопросам антирелигиозной агитации и пропаганды подтверждает, что "нарочито грубые приемы, часто практикующиеся в центре и на местах, издевательства над предметами веры и культа взамен серьезного анализа и объяснения - не ускоряют, а затрудняют освобождение трудящихся масс от религиозных предрассудко в"..."

Были приведены многочисленные примеры подобного отношения к верующим, попам, предметам культа. Приказывалось:

1) воспретить закрытие церквей, молитвенных помещений... по мотивам неисполнения административных распоряжений о регистрации, а где таковое закрытие имело место - отменить немедля;

2) воспретить ликвидацию молитвенных помещений, зданий и проч. путем голосования на собраниях с участием неверующих или посторонних той группе верующих, которая заключила договор на помещение или здание;

3) воспретить ликвидацию молитвенных помещений, зданий и пр. за невзнос налогов, поскольку такая ликвидация допущена не в строгом соответствии с инструкцией НКЮ 1918 г. п. II;

4) воспретить аресты "религиозного характера", поскольку они не связаны с явно контрреволюционными деяниями "служителей церкви" и верующих;

5) при сдаче помещений религиозным обществам и определении ставок строжайше соблюдать постановление ВЦИК от 29/111-23 г.;

6) разъяснить членам партии, что наш успех в деле разложения церкви и искоренения религиозных предрассудков зависит не от гонений на верующих - гонения только укрепляют религиозные предрассудки, - а от тактичного отношения к верующим при терпеливой и вдумчивой критике религиозных предрассудков, при серьезном историческом освещении идеи бога, культа и религии и пр.;

7) ответственность за проведение в жизнь данной директивы возложить на секретарей губкомов, обкомов, облбюро, национальных ЦК и крайкомов лично.

ЦК вместе с тем предостерегает, что такое отношение к церкви и верующим не должно, однако, ни в какой мере ослабить бдительность наших организаций в смысле тщательного наблюдения за тем, чтобы церковь и религиозные общества не обратили религию в орудие контрреволюции.

Секретарь ЦК И. Сталин. 16/VIII-23 г."

Постановление строго секретное. Почему? Разве не в интересах партии провозгласить во всеуслышание эти пункты, чтобы заручиться симпатиями верующих" Какие могут быть секреты, если имеются открытые ссылки на партийную программу?

Наиболее логичное объяснение такое. Политбюро по предложению Троцкого приняло строго секретное постановление о суровых репрессиях в отношении церкви и священнослужителей. На попытку М. И. Калинина ослабить это давление (он обратился за помощью к Сталину) последовало в начале августа 1922 года строго секретное постановление Пленума ЦК, подтверждающее антицерковную политику.

Однако через год ситуация изменилась: Ленин оказался не у дел, авторитет Сталина значительно вырос, а Троцкого - снизил ся. Вот и появилась возможность отменить прежние секретные указания, которые и раньше не отвечали соответствующим местам официальной партийной программы (тайно от них конечно же, отступали).

Все это не означает, будто Сталин был приверженцем православного культа. Он не лукавил. Это вообще было не в его правилах. Еще в молодости стал материалистом и атеистом. Но не воинствующим, во-первых. И не примитивным (что обычно для атеистов), во-вторых. Судя по всему, он сознавал: в мире присутствует нечто высшее, умом человеческим не постигаемое, но ощутимое глубинными струнами души. То, без чего материя мертва... На склоне лет, давая письменные указания расставить по порядку книги в своей обширной личной библиотеке, последним пунктом он назвал: "Атеистическая макулатура".

В конце прошлого века с победой второй буржуазной революции в России, казалось бы, грянуло религиозное возрождение. Под покровительством Ельцина и новых русских повсюду стали восстанавливать и строить церкви, часовни, монастыри, мечети. Члены правительства, недавние воинствующие атеисты, встали рядами со свечками.

Суть этой идеологии "открытого общества" верно раскрыл Сергей Кара-Мурза: "В какой же свободе нуждался капитализм? В свободе от Природы, от человека и от Бога. Впрочем, все эти виды свободы - лишь разные ипостаси нового мировоззрения. Освобождения от человечности, разрыв общинных связей - появление индивидуума вместо личности - было возможно именно вследствие отказа от Евангелия, от идеи коллективного спасения души. Капитализм возник как общество глубоко антихристианское, несмотря на его внешнюю набожность".

Вообще, спекуляция на понятии свободы - один из приемов пропаганды самых подлых и пошлых нравов, воспитания потреб-ленца и приспособленца. Ибо ни в природе, ни в обществе никакой человек не может быть абсолютно свободен. Ему дарована лишь духовная свобода.

Надо ясно сознавать, какая свобода имеется в виду, для кого и с какими целями. Пора бы отличать свободу паразита от свободы трудящегося, свободу подлеца и лжеца от свободы искателя истины, свободу подонка от свободы личности. Когда глаголют о правах человека, надо поинтересоваться: кого имеют в виду? Если иному индивиду предоставить свободу, тем самым могут быть попраны права других людей, а то и всего народа.

Итак, сделаем вывод. Извращение и опошление истории - один из наиболее надежных способов оправдания самых гнусных человеческих качеств, подавления свободы мысли, формирования убогих стандартных индивидов, которых с полным правом можно называть недочеловеками.

Как бы мы ни относились к большевикам, их победа в Гражданской войне - неопровержимый исторический факт. Они победили в конечном счете благодаря поддержке народа. Как бы мы ни относились к Ленину, он был и остается великой и даже героической исторической личностью. Он был вознесен к вершине власти на волне революционного подъема и оставался там по воле народа. Как бы мы ни относились к Сталину, но именно он стал создателем великой державы, под его руководством наш народ победил в Отечественной войне.

ИСТОРИЯ В СОСЛАГАТЕЛЬНОМ НАКЛОНЕНИИ

Принято считать, что история не терпит сослагательного наклонения. Мол, в прошлом ничего нельзя изменить. Надо его осмысливать, извлекая полезные уроки.

Все это верно, но лишь отчасти. Да, свершившегося не изменишь. Но оно может стать полезным уроком. Однако понимать прошлое, даже если известны одни и те же факты, можно по-разному. Вдобавок со временем открываются новые сведения. Меняется окружающая обстановка, открываются новые исторические перспективы.

Принципиально важно и то, кто пытается осмыслить историю, с какой целью и в расчете на какую аудиторию. Вот и получается, что события прошлого пребывают неизменными только в абстракции, в каком-то умозрительном всемирном хранилище информации, проникнуть в которое не способна мысль человека.

Пожалуй, в таком смысле надо понимать слова Сталина, обращенные к Черчиллю и приведшие того в недоумение: "Прошлое принадлежит Богу". По-видимому, имелся в виду Разум Вселенной, нечто превышающее умственные возможности человека.

Однако история как область научных знаний и философских рассуждений вполне приемлет сослагательное наклонение. Это называется моделированием. Можно представить себе определенный исторический период и предположить, что могло произойти в тех или иных обстоятельствах.

Подобные "путешествия в прошлое" чаще всего позволяли себе писатели-фантасты. Они не имели в виду исследовательские задачи, не претендовали на научные выводы. "Машина времени" фантастов - выдумка. Как справедливо писал замечательный религиозный философ Августин, прошлое и будущее существуют в настоящем (или иначе: настоящее, прошлое и будущее пребывают в вечности, подобно тому, как многие виды пространства находятся в едином пространстве Вселенной).

Тем не менее теоретические модели "альтернативных" исторических процессов могут принести определенную пользу в тех случаях, когда мы пытаемся понять смысл, значение и последствия тех или иных исторических решений, значение поступков исторических личностей.

Во времена Хрущева, а еще чаще при Горбачеве нередко можно было услышать: вот если бы жив был Ленин, все было бы в СССР прекрасно, не было репрессий, а то и войны с фашистской Германией, расцветала бы многопартийная демократия и банковская деятельность, не было бы колхозов, торжествовали бы частная собственность и конкуренция, население бы богатело, рухнул бы "железный занавес", граждане СССР могли бы посещать любые страны...

Примерно об этом, если не ошибаюсь, мечтали диссиденты, академик Сахаров и пр. Например, крупный партийный работник, один из "прорабов перестройки Федор Бурлацкий писал: "Зададимся простейшим вопросом: проживи Ленин еще 10- 20 лет - разве страна прошла бы через те жестокие испытания, которые выпали на ее долю".. Да никогда в жизни!"

Подобные предположения выглядят по меньшей мере наивными. Если вспомнить, в каком состоянии находилась Россия после Гражданской войны, они покажутся нелепыми.

Представим себе, что могло произойти, если бы Ленин продолжил реализовать свои идеи. Никаких либеральных реформ он бы не проводил (таких планов у него и в помине не было), но почти наверняка постарался бы лишить Сталина его высокого партийного поста, а также поддержать авторитет Троцкого. Владимир Ильич не любил, когда кто-то из его соратников обретал слишком большую власть.

Впрочем, зная характер его болезни, предположение о возможности выздоровления - чистая фантастика. Вполне реалистичен другой вариант. XIII съезд РКП(б) мог принять предложение Ленина и снять Сталина с поста Генерального секретаря. Никаких весомых аргументов против такого решения у Иосифа Виссарионовича не было. Ему пришлось бы уйти в отставку. Он и сам не раз вносил такое предложение. Кто мог занять его место? Наиболее вероятная кандидатура - Троцкий.

Его сторонники могут решить, что в таком случае если не все, то многое в мечтаниях диссидентов могло реализоваться. Во всяком случае, было бы покончено с диктатурой партии, бюрократизмом, зажимом критики и прочими дефектами "сталинизма". Разве не об этом писал Лев Давидович?

Увы, его выступления против сталинской системы была чистой воды демагогией. Он критиковал своего более сильного или, как он полагал, удачливого противника, которого поддерживали, в частности, русские националисты.

Взяв власть в свои руки, Троцкий постарался бы ее удержать. А для этого был только один путь: поставить своих сторонников на все ключевые посты в партии, правительстве, армии, НКВД. Ведь у него среди основной массы членов партии было сравнительно мало сторонников.

Чтобы произвести такую радикальную чистку и значительное обновление управленческого аппарата, где преобладали приверженцы сталинского курса (ведь он подбирал кадры), Троцкому пришлось бы устранять - правдами и неправдами - своих противников. Начались бы острейшие внутрипартийные конфликты. Этим непременно должны были воспользоваться враги РКП(б) и СССР.

Троцкий вряд ли отказался бы от установки на мировую революцию, ограничившись построением социализма в одной стране (такой была стратегия Сталина). Для него даже мирное строительство означало превращение страны в военный и трудовой лагерь. Он предполагал использовать русский народ как средство разжигания мирового пожара (с какой тайной целью - приходится только догадываться). Такая внутренняя и внешняя политика была бы губительной для России - СССР.

Есть один пример торжества революционной концепции Троцкого: Кампучия (Камбоджа), где в 1975 году к власти пришла Ангка, руководимая Пол Потом. Он прошел курс обучения в Париже вместе с выходцем из богатой семьи Кхиеу Самфаном. Оба этих интеллектуала попали под воздействие идей французских троцкистов.

Кхиеу Самфан в своей магистерской диссертации разработал теорию общества, которым руководит небольшая часть "передовой" элиты, обладающая неограниченной властью над остальным населением - "абстрактными существами". Народ в такой схеме представлен как средство построения идеального государства, в сущности, как строительный материал, наряду с прочими живыми и неживыми объектами.

Вернувшись в Кампучию, эти интеллектуалы приступили к реализации своих теоретических схем. Они создали тайную организацию Ангка, а затем армию красных кхмеров. Ее основу составляли юноши не старше 24 лет. По убеждению Пол Пота, "не-зараженные буржуазными идеями подростки, впитавшие в себя ненависть к угнетателям, - лучший материал для партии истинных революционеров".

(Как тут не вспомнить ставку Троцкого на молодежь, не зараженную предрассудками прошлого; он ее называл верным барометром партии, противопоставляя старшему поколению. Для разрушительных действий наиболее пригодна именно молодежь, не научившаяся трудиться и легко поддающаяся ультрареволюционной агитации.)

Что произошло с Кампучией, когда к власти пришли интеллектуалы Пол Пот и Кхиеу Самфан? Это похоже на страшный сон. Менее чем за четыре года, по некоторым данным, была унич-

",89

тожена треть населения страны, разрушена традиционная культура, подорваны устои прежде всего крестьянства.

Итак, мы приходим к выводу: скорее всего, во время проблематичного "правления Троцкого" в партии произошел бы серьезный раскол, а в стране вспыхнула бы новая кровавая междоусобица. Этим непременно постарались бы воспользоваться западные державы. С помощью остатков белой армии и внутренних врагов советской власти они почти наверняка смогли бы "навести порядок" и установить "демократическое правление".

Но, может быть, такой поворот событий стал бы для России спасением? Из эмиграции вернулись бы представители интеллигенции, аристократы, белогвардейцы, банкиры, промышленники, помещики, представители царствовавшей династии...

К чему это могло привести"

Судить по примеру современной капиталистической России нельзя, ибо она возникла в предельно благоприятных экономических и социальных условиях, которые обеспечила советская власть. В 1923 году страна находилась в разрухе, экономика только лишь начала восстанавливаться, в народе продолжалось брожение, вызванное революциями, Гражданской войной, нэпом. Отказ от генеральной линии партии, предложенной Сталиным и его соратниками, означал бы начало новых социальных потрясений, междоусобицы в партии и стране, усиление сепаратизма, развал только что образованного Советского Союза, а значит, Великой России.

Свергнутая народом царская или буржуазно-демократическая власть не имели никаких шансов противостоять процессу распада. Он был неизбежен, какими бы иллюзиями ни тешили себя монархисты или демократы. Для удержания власти им потребовалась бы помощь извне все той же Антанты. А восстановление Великой России не входило в планы руководства крупнейших держав: Англии, Франции, Германии, Японии, США (можно добавить еще Польшу, Финляндию, Турцию). Они, как положено хищникам, не упустили бы благоприятную ситуацию для того, чтобы расчленить СССР, а затем РСФСР, установив свое господство.

Разделяй и властвуй! Разве не такую политику воинствующего империализма демонстрируют они поныне?

Для советской власти в обстановке внутренней нестабильности при враждебном окружении (расчет на мировую революцию и поддержку пролетариев всех стран не оправдался) требовалась консолидация всех сил. Устойчивость нового общества могла обеспечить только правящая партия - как центр кристаллизации прочной государственной системы. Ради этого приходилось действовать жестко, а то и жестоко.

Из подобных соображений исходил Сталин. И не только он один. Это же если не понимали с полной определенностью, то интуитивно чувствовали не только делегаты партийных съездов и большинство членов партии. В народе, измученном социальными и экономическими потрясениями, тоже преобладали такие настроения.

... Постарайтесь мысленно перенестись в Россию начала 1920-х годов, только еще начавшую восстанавливать народное хозяйство и налаживать мирную жизнь. Как можно определеннее и объективней представьте себе состояние культуры и экономики, настроения, господствовавшие в разных социальных слоях, брожение в партийном руководстве и растерянность в рядах членов партии. Необходимо решить, куда двигаться дальше. Как поступить в этом случае? Какую "генеральную линию" предпочесть?

На мой взгляд, тогда партия сделала верный выбор. Он был спасительным для России.

Теперь продолжим мысленный эксперимент и представим себе, что могло произойти, останься Маленков главой Правительства СССР на десять или более лет. Осуществилось бы коллегиальное руководство. Функционеры КПСС не имели бы абсолютной власти. Продолжились либеральные реформы...

Что означает либерализация экономики" Ослабление контроля над предпринимателями, торговцами, разного рода бизнесменами со стороны государства. Создание совместных предприятий с зарубежными партнерами. Внедрение так называемой рыночной экономики. Частная собственность на средства производства, земельные угодья, добычу природных ресурсов. Стремление получать максимальную прибыль при минимальных затратах.

Все это означает полную смену внутренней политики и фактически отказ от марксистско-ленинской коммунистической идеологии. Осуществился бы переход, пускай не резкий, к капиталистическим отношениям.

Что в таких условиях могли предпринять "твердокаменные" ленинцы и тем более сталинцы? Бороться за свои идеалы. Но к тому времени стали набирать вес и влияние другие представители партийной номенклатуры, относящиеся к типу приспособленцев. Они бы постарались использовать изменившуюся ситуацию в своих корыстных целях. Для этого требовалось совсем немного: налаженные связи в условиях переходного периода и принцип "Обогащайся!"

Возможно, в то время, когда значительная часть народа еще не была оболванена буржуазной пропагандой, произошли бы острые схватки в руководстве страны и партии. Реально возникли бы две партии, условно говоря, коммунистическая и капиталистическая...

Однако в условиях либеральной экономики явное преимущество получили бы владельцы капиталов, имеющие налаженные коррупционные связи. Они бы воздействовали всеми способами на обывателя, доказывая верность своего политического курса по направлению к буржуазному раю...

Нетрудно заметить, что примерно так происходили события в нашей стране начиная с середины 1980-х годов под лозунгами "перестройки". Возник бы если не Горбачев, то еще какой-либо лидер, действовавший примерно так же, как он. Брежневский период лживо и безо всякого обоснования называют "застойным", хотя тогда народное хозяйство страны развивалось быстрей, чем в большинстве индустриально развитых государствах.

Следовательно, тогда если и был "застой", то не экономический, аполитический, идеологический, духовный. На два десятилетия растянулся "переходный" период, когда набравшая силу партийная номенклатура приступила к осуществлению буржуазной революции. Она была инициирована "сверху", с помощью реформ и массового внушения с помощью покупных и продажных деятелей СМИ.

Объективные процессы, преобладающие в общественной жизни, в условиях техносферы благоприятствуют распространению буржуазных идеалов, процветанию типов приспособленцев, имеющих целью наживу (об этом мы уже говорили). Чтобы всему этому противостоять, требуются значительные усилия, целенаправленные и достаточно жесткие действия, приоритет духовных идеалов над материальными ценностями.

Г. М. Маленков не был тем человеком, который смог бы, подобно Сталину, управлять обществом. То же, пожалуй, относится и к В. М. Молотову. Так проявляется роль личности в истории. Рассуждать о том, что могло бы произойти, если бы Сталин прожил еще десятилетие, не имеет смысла. Такой срок в жизни общества слишком мал. На "культурную революцию", как поступил Мао Цзедун, он вряд ли бы решился Он не был сторонником резких преобразований.

Получается тупиковая ситуация. Вроде бы Советский Союз был изначально обречен. Такая мысль выглядит убедительной еще и потому, что так и произошло.

Если дать волю фантазии, то выход есть. Но для этого необходимо было активное вмешательство научной мысли. Прогностические исследования, не преследующие никаких иных целей, кроме поисков истины, могли продемонстрировать разрушительный характер "либеральных реформ" и перехода с более высокого в социальном, культурном, нравственном и экономическом плане уровня (социалистическая система, при всех ее недостат-к*ах) на низкий, примитивно капиталистический, давно пройденный индустриально развитыми странами...

Спору нет, наши рассуждения предельно упрощены. У нас же не научное исследование. И все-таки они, как мне представляется, дают более или менее верную схему возможных путей развития нашей страны.

... История не терпит сослагательного наклонения. Реальный исторический процесс протекает в реальном времени, он необратим и неповторим. Но наша мысль способна преодолевать подобные ограничения, выходя за пределы реальности для того, чтобы лучше ее понять.

ИСТОРИЯ НАС РАССУДИТ?

Такую фразу любили повторять деятели, вынужденные сойти с исторической арены. Возможно, в их числе был и Г. М. Маленков. Он убедился, что победа его недруга Хрущева обернулась

293

для последнего полным поражением. Но и Георгию Максимилиановичу уже не суждено было вернуться в руководство страной.

Суд истории суров, беспощаден и отмене не подлежит.

Теперь многие историки, не говоря уже о журналистах, вершат суд над историей. Честные и квалифицированные специалисты стремятся осознать прошлое. Однако их работы издают небольшими тиражами, создавая видимость свободы слова. За последние десятилетия подлинно массовыми являются только электронные СМРАП (средства массовой рекламы, агитации, пропаганды). Их совершенно неправомерно и хитро называют СМИ (средствами массовой информации). Хотя в действительности важнейшая их роль для имущих капиталы и власть - использование психотехнологий для интеллектуального и духовного закабаления народа, внедрения в сознание миллионов дезинформации.

Это не означает, будто СМРАП постоянно изливают грязную ложь. На то и психотехнологии, чтобы в необходимых дозах предоставлять правду, приправляя ее дозами лжи. Создают информационный шум с помощью постоянных рекламных и музыкальных перебивок. В мелко раздробленных новостях важные сведения теряются в пустяках. Бьют по нервам материалами о катастрофах, убийствах. Главное - не давать возможности задуматься, сопоставить факты, сделать самостоятельные выводы.

Простейший и безотказный прием - повторять как бы между прочим, как само собой разумеющееся определенное утверждение. Или сослаться на какой-либо авторитет. И тогда в сознании людей имена Иван Грозный или Сталин тотчас порождают внедренный штамп: "тиран и коварный злодей", тридцать седьмой год - "массовые репрессии", Советский Союз - "тоталитарное государство", ГУЛАГ - "система концлагерей для инакомыслящих", советский человек - "тупой совок", русский - "оккупант", а теперь еще и "фашист"...

Эти лживые определения от постоянных повторений внедряются в подсознание как неоспоримые истины. Надо лишь действовать напористо и нагло. Ссылаться на слухи, воспользоваться единичными и ничего по сути дела не доказывающими фактами, фальсифицировать некоторые материалы, не гнушаться клеветой.

Так, говоря о репрессиях, называют несусветные цифры в десятки миллионов. Утверждают, будто Сталин был параноиком, а его соратники, тупицами и трусами. В частности, Георгия Маленкова уличают в беспробудном пьянстве. Намекают, будто в ГУЛАГе находились лишь невинные жертвы режима и политзаключенные...

Не стану продолжать. Всю эту ложь и клевету много раз буквально убийственно критиковали В. Кожинов, С. Кара-Мурза, В. Бушин и немало других знающих и честных людей. Разве что-нибудь от этого изменилось? Грязную ложь на Советский Союз, советский народ, Сталина продолжают изливать отечественные СМРАП, как ни в чем не бывало, изобильно и непрерывно. А чистая правда поступает ничтожными порциями, обычно попадая к тем людям, которые и без того ее знают или о ней догадываются.

Как же обманывают массы людей, если в реальности все иначе? Для этого надо прежде всего представить историю так, как требуется определенной категории влиятельных деятелей. Я называю их государственными или, шире, глобальными владыками (ГВ). В их распоряжении находятся рычаги власти, включая СМРАП.

Почему требуется искажать именно историю? Потому что представления о прошлом формируют картину настоящего.

Вот, например, в интервью по ТВ 9 июня 2001 года Солженицын с возмущением признал, что Ельцин, Гайдар и Чубайс ограбили народ. А затем обмолвился: мол, в советское время расстреливали миллионы людей. Такой вот лукавый прием: подумайте, что для вас лучше, быть ограбленным или убитым? Но известно, что с 1921 по 1953 год у нас было расстреляно около 800 тыс. человек. Среди них были, в частности, военные преступники.

Какое впечатление сложится у вас о человеке, про которого будут рассказывать только одно плохое, преувеличивая его недостатки, смакуя ошибки, выдумывая пороки, сообщая сомнительные сведения как достоверные. Естественно, самое негативное.

Помнится, великая балерина Галина Уланова незадолго до смерти призналась, что даже не подозревала, в каком ужасном обществе жила при Сталине. Другая великая балерина Майя Плисецкая утверждала, что ее третировала советская власть, как бы позабыв, что еще в 1959 году она стала народной артисткой СССР, а в 1985 году была удостоена почетного звания Героя Социалистического Труда.

(Кстати, лишь одну эту награду носил Сталин, которого выставляют маниакальным честолюбцем. Он возражал против присвоения ему звания Героя Советского Союза, ссылаясь на то, что не совершал геройского подвига. Но разве не беспримерным его подвигом в эти годы было руководство не только действующей армией, но и тылом, партизанским движением и разведкой, внешней и внутренней политикой страны?!)

За последние 20 лет принадлежность к семье бывших узников ГУЛАГа или к "репрессированным народам" стала преподноситься как своеобразная "родовитость", печать избранности. И никто толком не пояснит, а за что же были высланы представители некоторых национальностей? А сколько в действительности их погибло из-за, как говорят, невыносимых условий? И почему они не вымерли, как ныне вымирает русский народ? И разве в ГУЛАГе пребывали одни невинные? Я, например, был знаком с десятком "лагерников", и никто из них не был без вины виноватым. Конечно, были исключения, но только не в массовых масштабах.

... Слишком легко, просто и комфортно быть гуманистом, борцом за права человека и критиком тоталитарного режима. При этом прошлое представляется, обсуждается и осуждается с позиций современных. Напрочь отбрасывается исторический метод, предполагающий предельно точное воссоздание обстановки определенного периода и стремление исходить из нее, как бы переносясь в ту пору, ставя себя на место людей той эпохи.

Еще в 1915 году поэт-философ Максимилиан Волошин писал:

Ложь заволакивает мозг Тягучей дремой хлороформа, И зыбкой полуправды форма Течет и лепится, как воск.

И гнилостной пронизан дрожью, Томлюсь и чувствую в тиши, как, обезболенному ложью, Мне вырезают часть души.

Можно возразить: а разве советская пропаганда не искажала историю? Да, искажала. Вопрос лишь в том, до какой степени и в каких целях.

Например, Кожинов справедливо возмущался словами Сталина, выступавшего в феврале 1931 года на первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности: "История старой России состояла, между прочим, в том, что ее непрерывно били..." Тут Вадим Валерьянович сделал пропуск. Запомним это обстоятельство. И учтем, что там же у Сталина высказана еще более возмутительная мысль: "В прошлом у нас не было и не могло быть отечества".

Вот вам и русский великодержавный шовинист, вот вам и руководитель Великой России - СССР!

Правда, надо бы учесть обстановку того времени, цель доклада и прочесть высказывание вождя без пропусков. Тут он объясняет, в частности, почему не может последовать совету Ленина не торопиться.

Иногда спрашивают, - говорил Сталин, - нельзя ли несколько замедлить темпы, придержать движение. Нет, нельзя, товарищи! Нельзя снижать темпы! Наоборот, по мере сил и возможностей их надо увеличивать. Этого требуют от нас наши обязательства перед рабочими и крестьянами СССР. Этого требуют от нас наши обязательства перед рабочим классом всего мира.

Задержать темпы - это значит отстать. А отсталых бьют. Но мы не хотим оказаться битыми. Нет, не хотим! История старой России состояла, между прочим, в том, что ее непрерывно били. Били монгольские ханы. Били турецкие беки. Били шведские феодалы. Били польско-литовские паны. Били англо-французские капиталисты. Били японские бароны. Били все - за отсталость. За отсталость военную, за отсталость культурную, за отсталость государственную, за отсталость промышленную, за отсталость сельскохозяйственную. Били потому, что это было доходно и сходило безнаказанно..."

Общий посыл понятен: убедить слушателей в необходимости мобилизовать все ресурсы для индустриализации страны. Использованы не только риторические, но и демагогические приемы. Не упомянуто, например, что русские били и монгольских ханов, и турецких беев, и шведских феодалов, и польско-литовских панов... Правда, поражения в Крымской и Японской войнах остались безответными. Казалось бы, только о них бы и следовало говорить. Тут явное желание очернить всю историю страны.

Сталин сделал оговорку: "между прочим". Можно это понять как намек на то, что о наших победах не будет сказано. Он ведь не сослался на разгром французской армии в Отечественной войне 1812 года. Но все-таки оговорка не может затушевать явно несправедливое - "непрерывно били". Зачем это сделано? Ради унижения старой России" Да. Но с тем, чтобы подчеркнуть, пусть и в утрированном виде, ее отсталость. Это, по его мнению, должно вдохновить слушателей на строительство новой индустриальной России.

Он продолжил: "Помните слова дореволюционного поэта: "Ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь". Эти слова старого поэта хорошо заучили эти господа. Они били и приговаривали: "ты обильная" - стало быть, можно на твой счет поживиться. Они били и приговаривали: "ты убогая, бессильная", стало быть, можно бить и грабить тебя безнаказанно. Таков уже закон эксплуататоров - бить отсталых и слабых. Волчий закон капитализма. Ты отстал, ты слаб - значит, ты не прав, стало быть, тебя можно бить и порабощать. Ты могуч - значит, ты прав, стало быть, тебя надо остерегаться.

Вот почему нельзя нам больше отставать".

Как видим, он даже отчасти неправдами стремится доказать главную мысль своего доклада. Его может оправдать лишь то, что он делает не научный доклад, а политический, и позволяет себе ложь или, точней, не всю правду ради укрепления СССР, новой Великой России.

С той же целью он высказал сомнительную мысль о том, что "у нас не было и не могло быть отечества". Если понимать отечество в привычном для нас значении "родина", "место рождения", то получается нелепость. Родина есть у каждого, кто рожден, и отрицать это глупо.

Значит, он имел в виду другой смысл этого слова: "государство, в отношении к подданным своим" (так пояснено в "Толковом словаре живого великорусского языка? В. И. Даля). И он по

". Q8

яснил: "Но теперь, когда мы свергли капитализм, а власть у нас рабочая, - у нас есть отечество и мы будем отстаивать его независимость. Хотите ли, чтобы наше социалистическое отечество было побито и чтобы оно утеряло свою независимость"..

Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут".

Так поставлена проблема. Прав Сталин? Да, прав. Через десять лет началась Великая Отечественная война. Успели мы до этого срока провести индустриализацию? Да, почти успели. И только поэтому победили в войне, где решали все техника, общее состояние страны и духовная мощь народа.

Вот характерное признание В. И. Вернадского, убежденного индивидуалиста и поборника прав личности, свидетеля двух мировых войн и революций. Сравнивая Первую мировую с Отечественной, он сделал вывод: "Совершенно несравнимо. Народ как бы переродился. Нет интендантства, наживы и обворовывания. Армия снабжается, по-видимому, прекрасно. Много помогают колхозы. Исчезла рознь между офицерами и солдатами. Много талантливых людей... достигает высших военных должностей",

Правда Сталина заключалась в том, что к трудящимся прежней России государство и руководство не относились по-отечески. Выражение "царь-батюшка" звучало аллегорически. Какой это батюшка, если его надо почитать как наместника Бога на земле? Если ему надо кланяться в ноги" Если к нему нельзя обратиться, как к отцу родному?

В этом отношении новый "Хозяин", безусловно, значительно больше походил на отца. Новая государственная власть относилась к трудящимся по-отечески, товарищески, а не свысока, по-барски или с показной "демократической" простотой.

Сталин был прав даже тогда, когда говорил не полную правду. Потому что он не только говорил, но действовал. Не ради себя, - ради Великой России, советского народа, русской и, шире, советской многонациональной культуры. Он поднял страну на трудовой подвиг. Он не дал врагам смять нас.

Такова правда истории. Она рассудила именно так, а не иначе.

О ТОТАЛИТАРНОМ РЕЖИМЕ

Утверждение об исторической правде деяний Сталина и его соратников, в частности Маленкова, может показаться преувеличением или чудовищной попыткой оправдать создание тоталитарного государства, подавляющего свободу личности и попирающего права человека.

Но следует учесть одно важное обстоятельство. Государственные режимы, если они устойчивы (а Сталин 30 лет находился на вершине власти), складываются под воздействием многих объективных факторов и отражают преимущественно характер народа, а не личные качества вождя.

При Ленине, Сталине, Маленкове и позже наше государство было тоталитарным. Это понятие (согласно словарю иностранных слов) означает политический строй, при котором власть сосредоточена в руках какой-либо одной партии (группы), уничтожившей демократические свободы и возможность возникновения оппозиции, полностью подчиняющей жизнь общества своим интересам и сохраняющей свою власть насилием, террором, духовным порабощением народа. Над всеми сферами жизни общества осуществляется полный контроль со стороны государственной власти.

Но ведь политический строй еще не тождественен общественному устройству. Господство одной-единственной партии означает, безусловно, тоталитарность режима. Но разве обязательно при этом осуществляется экономическое и духовное порабощение народа в пользу каких-либо привилегированных групп?

Например, в США многопартийность - это чистая демагогия, а не демократия. Во-первых, реально борьба за власть идет только между двумя партиями. Во-вторых, обе они являются двумя крылами лравяшей в стране буржуазной элиты. В-третьих, в руках или под контролем этой элиты находятся практически все финансы и СМИ.

Гражданам внушают, будто у них есть выбор. Однако пространство политического выбора у них предельно узкое. В сущности, это две параллельные дорожки с незначительными различиями. Обман примитивный, давно разоблаченный, но действующий безотказно. За иллюзию выбора граждане платят колоссальные деньги. А результат предсказуем: победит партия, осуществляющая тоталитарную буржуазную демократию.

В XX веке сформировались три типа тоталитарных обществ: тоталитарная буржуазная демократия капиталистического типа (США, Великобритания и т.п.); тоталитарная народная демократия социалистического типа (СССР, КНР и др.); тоталитарная военизированная фашистская демократия национал-социалистического типа по названию и национал-капиталистическая по сути (фашистские Италия, Германия, Япония и пр.).

К сожалению, даже в теоретических трудах отсутствует подобное четкое разделение, схематично отражающее характерные черты общественного устройства. А политизированные идеологи постарались предельно запутать проблему. Теперь даже у нас господство частного капитала стали называть торжеством подлинной свободы и демократии. Хотя на примере развала СССР в результате победы буржуазной революции совершенно очевидно, какое это несчастье для народа и его культуры.

Тоталитарная буржуазная демократия наиболее близка к фашизму. Она разрушительна для духовной культуры и человеческой личности. Об этом в 1923 году писал Николай Бердяев:

В демократическом принципе нет никаких гарантий того, что осуществление его не понизит качественный уровень человеческой жизни и не истребит величайшие ценности. В отвлеченной идее демократии есть величайшее презрение к качествам человека и народа, к их духовному уровню. Эта идея хотела бы отвлечь внимание от содержания человеческой жизни и цели жизни и направить его целиком на формы волеизъявления... Вы поверили в демократию потому, что вы потеряли веру в правду и истину".

В дальнейшем его мысль полностью подтвердилась. Цивилизация, где главенствует принцип выгоды, подавляет культуру, техника определяет развитие науки, материальные ценности безраздельно господствуют над духовными.

Буржуазная демократия тоталитарна и агрессивна (подобно фашистской диктатуре), ибо ориентирована на постоянное увеличение материальных потребностей, которые не может удовлетворить, используя собственные ресурсы. Сталин отказался от идеи мировой коммунистической революции. Однако США и их союзники во второй половине XX века стали негласно осуществлять мировую капиталистическую революцию. Они бросили огромные средства на развал социалистической системы, на расчленение СССР, Чехословакии, Югославии.

Сталин окружил СССР дружескими странами народной демократии, создав единое экономическое пространство. При этом "старший брат" не эксплуатировал более слабые государства, а осуществлял взаимовыгодное сотрудничество нередко в убыток себе.

США тоже помогали странам Западной Европы. Но, во-первых, нажившись на войне; во-вторых, предварительно ограбив эти страны; в-третьих, препятствуя влиянию социалистических идей и развязав информационную войну.

С позиций марксизма-ленинизма хищнический характер капитализма объясняется классовыми интересами буржуазии и шкурными - их обслуги, включая интеллектуальную. Однако причины значительно глубже и серьезнее.

Сказывается общая принципиальная установка технической цивилизации на создание, умножение, распространение и усовершенствование технических систем. Происходит это за счет деградации окружающей среды, биосферы. В. И. Вернадский надеялся на переход ее на более высокий уровень ноосферы, области господства научной мысли. В действительности она превращается в техносферу, область господства техники.

Тоталитарная буржуазная демократия в наибольшей степени, так же как фашистская диктатура, соответствует техносфере. Она механична в своей основе. Некоторые ее защитники и пропагандисты утверждают, будто она представляет собой "открытое общество". В реальности все как раз наоборот. Никогда еще не было столь закрытого общественного устройства, где разобщение людей так велико.

Что произошло в России при установлении в конце прошлого века тоталитарной буржуазной демократии, "открытого общества"" Мы уже говорили: металлические двери, огромные глухие заборы, строго охраняемые виллы, многочисленные охранники повсюду, камеры видеонаблюдения, заказные убийства, пронизывающие всю государственную систему метастазы коррупции, у людей страх быть уволенным, "черный нал" и тройная бухгалтерия... Открытыми для расхищения оказались национальные богатства, открыт их вывоз за рубеж, открыты для врагов многие государственные тайны, открыта утечка в другие страны отечественных специалистов, открыта безудержная кампания лжи и клеветы на Советский Союз, советских вождей, советского народа.

Это и есть реальное, а не на рекламное, западное "открытое общество". Многих у нас оно устраивает. Это нынешняя правящая элита и их обслуга, "новые русские", ловкие дельцы, приспособленцы и ненасытные потребленцы. Они - мутанты, возникшие под воздействием интенсивного облучения западной пропагандой. Это и есть торжество буржуазной демократии. Она губительна для настоящих русских людей - открытых миру и друг другу, товарищей.

Могу свидетельствовать как очевидец: даже в суровые, порой трагические сталинские времена не было у нас такого духовного и экономического тоталитаризма, такого упадка культуры, такого массового снижения интеллектуального и нравственного уровня, такой деградации личности, как за последние 20 лет. Победа буржуазной идеологии обернулась потерей русской национальной идеи, в основе которой - любовь к Родине, и утратой отечества как страны для народа, а не для "избранных", не достойных ничего, кроме презрения.

... Любая устойчивая государственная система тоталитарна. Мне, например, в принципе не нравится государственная власть, ибо она неизбежно одних подавляет, другим предоставляет привилегии. Тем более если она отражает волю и желание оболваненного с помощью СМРАП большинства. Я - анархист. Но мне довелось командовать отделением, быть начальником геологического отряда, экспедиции. Порой, особенно в экстремальных ситуациях, я действовал как диктатор. Только поэтому удавалось избегать жертв.

Не исключаю, что и Сталин в душе был коммунистом-анархистом. Но во главе государства в период тяжелейших испытаний, когда судьба России-СССР висела на волоске, он был должен, обязан быть диктатором и устанавливать тоталитарный режим. Вопрос лишь в том, в какой обстановке и с какими целями он установлен.

Расцветает в стране культура? Растет благосостояние народа? Сокращается смертность, число самоубийств, преступность? Растет численность населения? Увеличивается продолжительность жизни" Справедливо распределяются национальные богатства? Обеспечено достойное будущее народу, поднимается его интеллектуальный, нравственный, эстетический уровень?

Если ответы на эти вопросы положительные, значит, общественная система действительно народно-демократическая, достойная свободного человека. Если ответы отрицательны, значит, общество нездоровое, уродливое, подавляющее человека и разрушающее природу. Вот и решайте, какое общество было у нас при Сталине и какое установилось после развала СССР и под воздействием антисоветской пропаганды.

Буржуазная тоталитарная демократия - это социальная организация, поощряющая худшие человеческие качества. Она формирует убогую личность, ориентированную на получение прибыли, приспособление к окружающей среде и на максимальное потребление материальных ценностей. В таком обществе гасятся творческие порывы и опошляются высокие идеалы. Возможно, это путь к позорному финалу современной глобальной технической цивилизации.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. ПРОШЛОЕ - ПРОЛОГ БУДУЩЕГО

Для разума нет исхода, Но дух ему вопреки И в безднах чует ростки Неведомого восхода.

М. А. ВолошинМожно проклинать или восхвалять свое прошлое, даже отрекаться от него, это не изменит главного: мы - его продолжение. Оно остается в нас, входит во все то, что нас окружает. Без него нет настоящего.

Можно хулить или хвалить ушедшее, однако занятие это будет бесплодным или даже вредным, если не пытаться исследовать историю с предельной скрупулезностью, внимательно и чистосердечно ради поисков истины, а не того, чего хотелось бы найти.

Для понимания исторического процесса совершенно недостаточно знать и выстраивать в хронологическом порядке различные сведения. Такую работу способен выполнить и компьютер. Необходимо научиться думать, что не так уж просто. Желательно обладать достаточно полным и конструктивным личным опытом, знать ту страну и тот народ, о которых пытаешься судить.

Но даже при выполнении всех этих условий вряд ли можно претендовать на то, что нам удалось понять прошлое, тем более не в общих чертах, а в деталях. Вот и тайну ленинского завещания, о котором у нас шла речь, невозможно раскрыть полностью и окончательно. Впору вспомнить совет Козьмы Пруткова: "Плюнь в глаза тому, кто скажет, что можно объять необъятное".

Основная трудность в том, что многое зависит не только от стихийных процессов и статистических закономерностей, связанных с взаимодействием общества с окружающей средой, с развитием техники и социальных структур, демографических явлений и т.п. Порой существенно сказываются субъективные факторы, связанные с конкретными историческими личностями, их замыслами и устремлениями, интеллектуальными и нравственными качествами.

Например, я совсем не уверен, что хорошо понимаю сокровенные замыслы Маленкова. В его поведении, высказываниях, деятельности слишком много противоречивого, двусмысленного, изменчивого со временем. Замыслы и действия Ленина или Сталина более ясны, ибо прошли проверку временем.

В отношении этих двух величайших политических и государственных деятелей XX века самое трудное - освободить их образы от массы измышлений. Аналогия с фресками великих авторов, пострадавшими от времени, замаранными бездарными художниками, изгаженными и исцарапанными пошляками, оставившими свои подписи...

Увы, после такого глумления над прошлым многое невозможно восстановить. А сделать это необходимо даже не ради минувшего и ушедшего безвозвратно, не ради давно почивших людей, кои "сраму не имут". Сделать это необходимо ради нашего общего будущего, ради нашей Родины, нашей культуры, нашего народа. Историографы - хроникеры минувших событий. Историосо-фы пытаются осмыслить исторический процесс. Первые восстанавливают события прошлого, выстраивают их в хронологическом порядке. Вторые по большей части философствуют.

И то и другое по-своему интересно и увлекательно. Однако вновь и вновь возникает вопрос: зачем вообще нам нужно знать историю?

J05-

Очевидный ответ: знание былого помогает предвидеть будущее. Это справедливо, но лишь отчасти и с оговорками. Ведь многое нам никогда не удастся воссоздать во всей полноте и непротиворечиво.

Прошлое раскрывает сущность настоящего и нас самих. Ведь общество продолжает существовать при постоянном обновлении слагающих его клеточек-индивидуумов, нас с вами. Оно сохраняет свои извечные качества и приобретает новые. Оно, как всякий живой организм, не может измениться совершенно - это будет означать его перерождение и гибель.

Итак, история помогает нам лучше и глубже понимать свою страну, свой народ и собственную личность. Это чрезвычайно важно. С этого начинается культура. Недаром во времена античности был популярен афоризм: "Познай самого себя". Самопознание - отличительная черта человека.

Самопознание общества - это и есть история.

Расширяя в прошлое свой умственный горизонт, охватывая длительные исторические периоды, переходишь в иные масштабы пространства и времени, для которых десятилетия и наша собственная жизнь - лишь краткий эпизод.

Общество меняется, и чаще всего - необратимо. Уроки прошлого не пойдут впрок, если плохо ориентируешься в настоящем и не осмыслил общее направление эволюции глобальной цивилизации и данной конкретной ее части. Но в любом случае невозможно безошибочно определить, что может произойти в ближайшие годы, не говоря уж о более далеких перспективах.

Убедительных прогнозов на будущее не выработать никакими средствами. Хотя конечно же есть возможность просчитать и оценить те или иные варианты. Только при этом нужна не только компетентность, но и абсолютная честность - продукт во все века дефицитный.

Что касается нашей Родины, то беглый взгляд на ее историю с более пристальным всматриванием в минувший век приводит - еще раз придется признать - к выводам неутешительным.

Беда не только в том, что с нами произошло (без катастроф жизнь государств не обходится). Главная беда в том, что происходит поныне, в упорном нежелании правителей понимать и учитывать государственные, национальные, общенародные интересы. Но ведь и народ безмолвствует...

Нам надо уяснить одну простую мысль, высказанную Николаем Бердяевым: "Перед Россией стоит роковая дилемма. Приходится делать выбор между величием, великой миссией, великими делами и совершенным ничтожеством, историческим отступничеством, небытием. Среднего, "скромного" пути для России нет".

Не хочется думать, что выбор уже сделан. Историческую память можно не только извращать, но и ловко использовать в политических целях.

Какое событие наиболее доказало верность политического курса Сталина, исполнившего, отчасти по-своему, ленинские заветы? Победа в Великой Отечественной войне. Это бесспорное доказательство, достоверный исторический факт.

Но вот парадокс: в буржуазной антисоветской РФ торжественно празднуют великую Победу в Отечественной войне советского народа под руководством И. В. Сталина. И одновременно не прекращаются потоки лжи, изливаемые СМРАП на советскую эпоху и конечно же на Сталина, Ленина, большевиков и коммунистов.

Неудивительно, что на Западе к нам и нашей величайшей победе отношение презрительное или снисходительное: мол, была Победа ваша, стала наша; прежде мы вас опасались, с вами считались, а то и заискивали перед вами, а теперь вы у нас под пятой.

Некогда благодаря успешной, поистине мудрой внешней политике Ленина, а затем Сталина мы не только стали сверхдержавой, уважаемой во всем мире, но и создали дружественное окружение стран народной демократии. Теперь из некоторых бывших союзных республик раздаются проклятия в адрес "русских оккупантов". Хотя еще недавно тот же эстонец или латыш были полноправными гражданами великой державы. Где это видано, чтобы оккупанты имели не больше (а то и поменьше) прав и возможностей, чем "порабощенные" народы? Не секрет, что нацисты считали прибалтов недочеловеками. Неужели им теперь хочется оправдать эту гнусную характеристику?

Ну а какое же отношение к нашей 60-летней давности победе в современной Германии" Коротко сказать - разное. Однако общую, отчасти официальную установку раскрывает полученное мной в мае 2004 года письмо из Кельна. Автор, ссылаясь на мою (соавтор С. С. Миронов) книгу "Дипломатические поединки Сталина", пишет: "Я ждал эту книгу 50 лет! Мой отец, которому в этом году исполнилось 90 лет, ветеран Великой Отечественной войны (с июня 1941-го по декабрь 1946-го прошел дорогами войны от рядового до капитана) просит передать низкий поклон авторам...

Приближается Великий юбилей - 60-летие нашей Победы. Магазины Европы завалены макулатурой о войне (альбомы, мемуары, энциклопедии, хорошо иллюстрированные фотографиями сгоревших танков и колоннами наших пленных); они доказывают, что войну выиграли западные "союзники", открыв второй фронт и разгромив в Африке 80-тысячный (!) корпус Роммеля. А куда исчезли тысячи "тигров", "пантер", "фердинандов", "мес-сершмитов" и миллионы немецких солдат и офицеров в 1945-м"?? Кто победил во Второй мировой войне? Кто "заплатил" за Победу" Что такое "блокада"? Немцы считают, что "блокада" была в 1948 году в Западном Берлине, но почему-то стесняются показывать свое "Пискаревское кладбище". Где они, умершие от голода в Западном Берлине?

Мой отец участвовал в великих битвах: в 1941 -м их 104-я стрелковая дивизия не пустила немецкий горнострелковый корпус " Норвегия" в Мурманск, а в 1944-м выгнала захватчиков-террористов с родной земли. Осенью 1944-го их дивизию перебросили на 3-й Украинский фронт, под Яссы. В январе 1945 г. под Будапештом 104-я и многие другие попали в окружение: это была вторая "Курская битва": остановив наступление в Арденнах (Бельгия), немцы перебросили 6-ю танковую армию СС за 1000 км по всей Европе (где же были хваленые бомбардировщики союзников" Бомбили беззащитные Лейпциг и Дрезден!) и ударили по 3-му Украинскому фронту. Окружение было недолгим - на помощь пришел

2-й Украинский, и они вместе освободили Будапешт и Вену. В Вене - памятник нашим с боевым приказом Сталина!...

Моя семья в 1996 г. была вынуждена эмигрировать из-за голода, переживаний за детей, ухудшения жизни. Я работал начальником производства завода железобетонных изделий, моя жена - старший инженер П КТБ, дети учились в школе. Наша беда - мы не умели воровать и спекулировать! Поэтому был только один выход - продали квартиру наших родителей (ничего больше у нас продавать не было), купили билеты на самолет и улетели: это тоже история России!

Я никогда и ничего не боялся: играл в регби на первенство Москвы, служил в СА в РЭЗМ-3 Прикарпатского ВО (сам напросился в боевую часть - как отец). Мой отец строил Останкинскую телебашню и лауреат: это тоже история России!

С уважением, Александр Тринкер. Кельн, Германия".

Так пишет русский советский патриот, немец по национальности. Он приводит не мнения, а факты.

Под лозунгом "ускорение, перестройка, гласность" свершилась у нас буржуазная революция. Перезревшая номенклатура и массы жаждущих капиталистического рая подорвали моральный дух народа и экономику страны, получили доступ к национальным богатствам, расчленили СССР. Появились миллионы безработных и нищих, беженцев, десятки миллионов бедняков.

С тех пор повторяется: лишь бы не было гражданской войны, довольно с нас потрясений! А гражданская война не прекращается все эти годы. Она происходит в скрытой форме, подобно коварной смертельной болезни, а потому для многих прозрение, осознание опасности может прийти слишком поздно.

Симптомы этого недуга нетрудно распознать. Катастрофически растет смертность и вымирает население. Средняя продолжительность жизни мужчин не дотягивает до пенсионного возраста. Не утихают кровавые конфликты на Северном Кавказе. Убийства и самоубийства, эпидемия СПИДа и проституция, наркомания и алкоголизм...

Корысть, стремление к наживе - основа нынешней идеологии - разъединяют людей и разлагают общество. Утрачиваются понятия: Родина, патриотизм, справедливость, равенство, братство. Разгул коррупции, расхищение национального достояния, падение нравов. Продажность и преступность как принципы жизни. Такая гнилая социальная структура обречена на полное вырождение.

В нынешней гражданской войне, и это надо ясно сознавать, народ оказался побежденным, униженным, подавленным, загнанным в экономическое и духовное стойло. Теперь его убеждают, будто так было при советской власти. Тем самым хозяева и их лакеи оправдывают свои интересы и предательство интересов России. Переубеждать убежденных врагов Советского Союза, русского народа и коммунистической идеи я не собираюсь. Объясню свою позицию тем, кого это интересует.

С именем Сталина неразрывно связана история СССР, его великие победы в труде и сражениях. И не в данном выдающемся государственном и общественном деятеле корень проблемы. Его имя - символ, лишь косвенно связанный с конкретной личностью. У этого человека были свои достоинства и недостатки. Но не только пропаганда, а прежде всего народная молва, вера и чаяния сотен миллионов людей во всем мире вознесли его на вершину славы. Ему суждено было стать ключевой фигурой XX века.

Он 30 лет руководил государством нового типа, которое в одиночку противостояло ведущим капиталистическим державам. Оно выигрывало мирное соревнование с ними практически по всем показателям развития: экономического, социального, нравственного, культурного, научно-технического. Это стало залогом победы в Великой Отечественной войне.

Рост могущества и авторитета Советского Союза сопровождался восхвалением Сталина. Крупный русский мыслитель и публицист В. В. Кожинов, который был даже отчасти антисталинистом, справедливо отмечал: "Культ Сталина - это вовсе не результат интриг его самого и каких-то сомнительных подручных; это было в прямом смысле слова всемирное явление, которое осуществлялось повсюду от Мадрида до Шанхая". Даже враг народовластия Черчилль вынужден был признавать высочайшие достоинства советского вождя.

В те времена многомиллионные массы людей нельзя было оболванить, как это делается теперь. Для народов мира он был не сверхчеловеком или полубогом; он и сам был предельно прост, общаясь с самыми разными людьми или выступая перед аудиторией. Его имя прославляли как символ СССР, советского (русского) народа. Он и сам это прекрасно сознавал, так и не ответив Лиону Фейхтвангеру на вопрос о культе личности Сталина.

Антисоветская пропаганда замусорила мозги миллионам россиян. Загрязнение духовной среды в наше время стало самым страшным бедствием, разрушившим связь поколений и породившим массовое отторжение тысячелетних нравственных идеалов.

Эпоха сталинского правления была для нашего народа героической. В такие времена свершаются великие деяния, а они сопряжены с немалыми жертвами. Так было во все века в разных странах. И дело, конечно, не столько в правителе, сколько в народе, вернее сказать, в его единстве и самоотверженности.

Героизм не бывает подневольным, трудовой подъем - по приказу начальства. Массовый террор никогда и нигде не укреплял государство. Тем, кто убежден в обратном, хорошо известны, по-видимому, страх и лицемерие, но неведома суть подвига, энтузиазма и любви к Родине.

... Существует два принципиально разных вида террора. В одном случае он направлен на привилегированные, криминальные и антинародные группировки, в другом - на народ.

За последние два-три столетия в капиталистических странах особенно успешно используется экономический тоталитаризм. Он действует значительно эффективней, чем политический (который существовал в СССР и практически не затрагивал интересов народных масс). Еще губительней духовный тоталитаризм. Современные психотехнологии позволяют осуществлять террор особого рода, калечащий души людей.

Как мы уже говорили, элементы духовного гнета в той или иной степени присутствуют в любом обществе. Были они и в Советском Союзе. Вопрос лишь в том, во имя чего осуществляется диктат. Или ради сохранения власти и материального процветания меньшинства, порой ничтожного (и количественно, и качественно). Или ради процветания страны и улучшения жизни народа.

Безусловно, далеко не все наши воины шли умирать за официальную идеологию, не все любили Сталина. Но все они сражались и умирали за Родину. А она у них была одна - Советская Россия. Другой у них не было! У тех, кто ценой собственной крови добывал Победу, даже родившихся в царское время и служивших в царской армии, родиной был Советский Союз.

А генерал Власов оказался предателем. Он сдался в плен после разгрома своей армии - вовсе не из идейных соображений. В записях Геббельса 7 марта 1945 года приведен его разговор с Власовым. Этот бывший советский генерал утверждал, будто русский народ мечтает сбросить сталинское иго - надо лишь нанести Красной армии сокрушительный удар.

Геббельс отметил: "Когда Власов заявляет, что Сталин - самый ненавистный человек в России, то это, конечно, говорится ради собственного оправдания".

Существует синдром предателя. Тот, кому по каким-то соображениям или обстоятельствам приходится нарушать присягу, отказываться от партии, в которую вступал добровольно, резко менять идеологическую установку, вынужден оправдываться прежде всего перед самим собой (если он не законченный подлец). Поэтому он начинает выпячивать, преувеличивать многократно недостатки преданного им государства и его руководителей. Никому не нравится клеймо предателя, а потому надо выставить себя идейным противником, борцом за демократию, права человека и пр.

... За последние два десятилетия в сознание наших граждан упорно внедряется мысль, будто подлинная высокая русская культура, отечественные традиции хранило в годы "плебейской" советской власти русское зарубежье.

Безусловно, можно сочувствовать русским патриотам, которые волею рока были оторваны от родины, вынуждены были жить на чужбине. Но надо ясно понимать: национальная русская культура всегда произрастала прежде всего на родимой почве, а не ютилась, подобно паразитическому растению или экзоту, в каких-то иных местах. Упоминаю об этом для тех, кого одурманила антисоветская (а по сути своей - антирусская) пропаганда. Заранее признаю свое предвзятое отношение к личностям Ленина, Троцкого, Сталина, Зиновьева, Тухачевского.

Объясняется это прежде всего тем, что приходится преодолевать ложные стереотипы, внедренные за последние десятилетия в сознание миллионов людей. Невольно допускаешь полемические преувеличения. Другая причина: стараюсь выяснить правду. Никакой другой цели у меня нет. В наше время моя позиция не приносит ни выгод, ни славы. Напротив, грозит неприятностями. Третья причина: я люблю свою Родину, свою культуру, свой народ - тех "старых русских", к которым принадлежу сам.

В отличие от многих нынешних антисоветчиков, я не был членом КПСС, не имел никаких привилегий, работал много лет геологом. Бывали у меня неприятные столкновения с цензурой (как автора "Нового мира" и концепции техносферы). Отец мой воевал в Гражданскую и Отечественную войны, отчим - в Финскую и Отечественную.

Отношение к советской власти, недостатки которой я видел всегда, у меня изменилось в период горбачевской перестройки. Я понимал: взят курс на уничтожение народовластия даже в тех ограниченных пределах, которые были в СССР, на развал великой России. К сожалению, мои прогнозы сбылись.

... Писать эту книгу было нелегко прежде всего из-за обилия разнообразных материалов и противоречивых мнений. Помимо всего прочего, трудно судить о взаимоотношениях главных героев между собой и со многими государственными, общественными, военными деятелями, об их замыслах, дружеских или враждебных отношениях, тайных сговорах. Возможно, следовало бы основательно поработать в архивах, пытаясь обнаружить какие-нибудь сенсационные материалы.

Впрочем, как я убежден, известных фактов достаточно много, а среди них имеются наиболее существенные. Поэтому задача не выискивать мелочи и не закапываться в них, а пытаться осмыслить то, что более или менее хорошо известно. Делать это я старался, исходя не из частностей, а из самых общих представлений об эволюции цивилизации, истории России-СССР.

Мои научные и философские интересы мало связаны со сталинской эпохой. Не стал бы я тратить время и силы на изучение соответствующих материалов и написания книг, посвященных этой теме и, в частности, на данную нелегкую для меня работу, если бы не одно обстоятельство.

Россия находится на грани полной деградации, развала, русский народ деморализован и духовно подавлен, русская культура (включая науку) переходит в разряд "бывших", прекративших свое развитие. Гибель еще недавно великой цивилизации - катастрофа. Для меня это личная трагедия, ибо речь идет о моей Родине.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Георгий Максимилианович Маленков не оставил воспоминаний. Почему" Мне кажется, о многом ему нельзя было писать по разным соображениям. А в той полуправде, которая остается после умолчаний, слишком много лжи.

Скажем, Никита Сергеевич оставил после себя обширные мемуары. Но там повсюду - вкрапления лжи. Употреблять подобную нечистую интеллектуальную пищу рекомендуется только специалистам, которые приобрели соответствующий иммунитет.

Некоторые идеи Г. М. Маленкова изложил его сын в книге "О моем отце Георгии Маленкове" (НТЦ"Техноэкос", Москва, 1992). Мы публикуем главу из нее: "О взглядах отца на экономику, политику, жизнь".

Однако придется прерывать этот текст своими комментариями. И дело не только в том, что некоторые утверждения Андрея Георгиевича вызывают серьезные сомнения и возражения - не голословные, а основанные на фактах. В ряде случаев, как мне представляется, он недопустимо осовременил взгляды отца, а то и приписал ему собственные воззрения. Слишком очевидно его стремление вписаться в модные ныне среди многих интеллектуалов мнения о благе частной собственности, власти капитала, рыночной экономики и пр.

Данная глава дает представление о том, как воспринимали многие наши интеллектуалы, работники по научному ведомству, идеи академика А. Д. Сахарова и других "прорабов перестройки".

Итак, предоставим слово Андрею Георгиевичу Маленкову.

Мое духовное сближение с отцом произошло в совместной деловой работе - сначала над программой "Защита организма человека", а затем над статьей "О всеобщности принципа: жизнь противостоит гравитации"... Причем, говоря о духовном сближении, я имею в виду вовсе не единодушие по всем вопросам, которые мы обсуждали, а стремление понять позицию друг друга. Такого понимания мы не обрели, пожалуй, лишь в одном - оценке личности Ленина. Но об этом - чуть позже...

Государственная деятельность Г. М. Маленкова зафиксирована во множестве официальных документов. Естественно, в тех из них, которые появлялись при Сталине, экономические и политические устремления самого Маленкова почти нерахтичимы - они, как правило, поглощались волевыми установками "Хозяина", выдававшимися за волю всей партии. Правда, даже в этих условиях Маленкову (в отличие от всех других деятелей высшего эшелона власти, кроме Н. Вознесенского) все-таки удавалось проявить именно свой, индивидуальный подход к некоторым политическим и экономическим проблемам. Наиболее отчетливо это отразилось, как уже было сказано, в докладе о ежовщине в 1938 году, в выступлениях на XVIII партконференции в 1940 (1941 году. - Р. Б.) и на XIX съезде партии в 1952 году. (Для объективности надо сказать, что и Хрущев при жизни Сталина решился однажды проявить самостоятельность, выступив с идеей "агрогородов", но сразу же был жестоко высмеян за свое прожектерство, что, увы, не пошло ему впрок в дальнейшем.)

И только после смерти Сталина, в короткий срок между 53- 55-ми годами, Г. М. Маленков предложил народу именно свою программу преобразований, в которой наконец-то политика была подчинена экономике...

Сейчас, вспоминая многочасовые беседы с отцом в последние годы его жизни и пользуясь записками, которые он оставил, постараюсь дополнить то, что уже было заложено в задушенных реформах 50-х годов, более поздними его размышлениями об экономике и политике. Ведь не победи тогда партократия во главе с Хрущевым, успешная реализация реформ вне всяких сомнений уже в 50-е годы привела бы Маленкова к тем мыслям, которые рождались у него позже. А так как у Георгия Максимилиановича между словом и делом дистанция была кратчайшая, то, по моему глубочайшему убеждению, наша страна давно уже двинулась бы по пути настоящей перестройки и никогда не дошла бы до нынешнего развала.

Итак, об экономических и политических взглядах отца в их развитии от 50-х до 80-х годов...

1. Первое для страны дело - возрождение крестьянства. Резкое увеличение приусадебных участков, уменьшение налогов, первые шаги к фермерству - только начало. Полное личное владение землей и продуктами своего труда - в последующем. Как-то я спросил у отца: "Так ты что же, разрешил бы частную собственность на землю" Отец: "Ее давно разрешил один из первых декретов Советской власти: "Землю - крестьянам!" Если бы этот декрет был осуществлен, сами крестьяне без насильственного сгона их в колхозы и совхозы непременно бы самоорганизовались в ту или иную кооперацию, прежде всего - сбытовую". И далее он стал развивать мысль о том, что необходимейшая обязанность государства, если оно хочет благоденствовать, - всестороннее обеспечение крестьян (в первое время главным образом на основе кредитов) техникой, семенами, стройматериалами, горючим, удобрениями, а также квалифицированной помощью агрономов, зоотехников и других специалистов (на основе договоров)".

КОММЕНТАРИЙ. Трудно судить, все ли тут изложено так, как имел в виду Георгий Максимилианович. Лозунг "Землю - крестьянам!" еще не предполагает частную собственность на сколь угодно большие наделы. Иначе сравнительно быстро появились бы богачи-землевладельцы и поденщики.

О самоорганизации крестьян в колхозы и совхозы можно говорить только умозрительно. Ничего подобного в реальности не произошло. Надо учитывать психологию русского крестьянства, формировавшуюся столетиями, и активное противодействие такой самоорганизации (которая сама собой вряд ли возможна, тем более в разнообразных природных и социальных условиях в разных районах огромной страны).

Рассуждая абстрактно, на маниловский манер, можно согласиться с доводами Андрея Георгиевича. Только следовало бы учитывать исторический опыт нашей страны. Не от хорошей жизни и не по прихоти "деспота" пришлось у нас проводить насильственную коллективизацию. Сталин признавал, что это бьиго не менее труднов время, чем Отечественная война. В том-то и дело, что после страшной разрухи Гражданской войны город не мог обеспечить крестьян техникой, семенами, удобрениями и пр. А крестьяне только за бумажные деньги, на которые мало что можно было купить, не желали продавать сельхозпродукцию.

Прежде чем давать подобные всем давно известные рекомендации, надо было бы поинтересоваться, в каких природных условиях и каким образом организовано фермерство в индустриально развитых странах, как оно развивалось и с чего начиналось. С. Г. Кара-Мурза в серьезном исследовании убедительно доказал всю пагубность прославляемых ныне столыпинских реформ.

2. Раскрепощение села, полагал отец, невозможно без раскрепощения города. Надо снять все запреты и ограничения на хозяйственную - индивидуальную и кооперативную деятельность. При этом важно, чтобы государственная власть не обладала разрешительными функциями - приобретение недвижимости и средств производства должно происходить на основе аукционов, бирж и т.д. Государственный банк должен обеспечивать кредитование производственной деятельности частного человека. Только тогда появится слой экономически независимых, а значит, полностью свободных людей. Между прочим, тут отец сказал про М. Горбачева: "Поначалу я ему симпатизировал, а сейчас вижу: он ушел в политическую игру, вместо того, чтобы серьезно заняться экономикой. Прежде всего экономикой. Может наломать дров" (напомню: разговор шел в 1987 году)".

КОММЕНТАРИЙ. Андрея Георгиевича, развивавшего столь наивные мысли, извиняет лишь то, что писал он это на заре российского капитализма ельцинской поры. К чему это привело в экономике, демографии, культуре - очевидно.

В 1987 году мне довелось беседовать с заведующим экономическим отделом журнала "Коммунист? Егором Гайдаром. Тогда я написал большой, около 100 страниц, очерк о немарксистских взглядах на историю, где предположил, что произойдет в результате "рыночных реформ". (Была опубликована лишь часть этой работы в журнале "Слово": "Почему я против строительства капитализма в России".) Предсказал инфляцию, экономический упадок, более 1омлн безработных. В одном ошибся: не произошли сколько-нибудь серьезные социальные выступления трудящихся. Сказалось "промывание мозгов", произведенное посредством СМРАП. В этом отчасти и заключалась "политическая игра" М. Горбачева.

Умилительно звучит в наши дни утопия об экономически независимых, а значит полностью свободных людях при капитализме. Да ведь вся эта система основана именно на экономическом закрепощении трудящихся владельцами капиталов. Об этом написано множество великих литературных произведений и серьезных научных и философских исследований.

3. Пробуждающаяся инициатива города и деревни "на авось" не продержится. Давняя установка отца: энергичное внедрение новейших технологий на конкурентной основе. Государство выбирает лучшее, препятствуя какой-либо монополизации в производстве и проектировании. Особенно - крупнейших строек. А лучшее - это то, что помогает снижать производственные затраты при высоком качестве. Функция государства - всячески (налоговыми, кредитными и другими льготами) поощрять тех, кто вкладывает средства в энерго- и материалосберегающие технологии".

КОММЕНТАРИЙ. Вновь высказаны самые общие и не связанные с действительностью рекомендации. Какая-то странная смесь представлений о государственной регуляции и ответственности при свободе частного предпринимательства. Такова наиболее благоприятная ситуация для установления коррупционных связей государственных чиновников и владельцев капиталов.

4. Планирование, считал отец, надо сделать не директивным, а прогностическим. Однажды сказал: "Тут решающий голос - за Академией наук. Но и ответственность за свои рекомендации она должна нести по всей строгости". Он знал, что говорил: у него на столе постоянно лежал и тщательно им изучался двухтомник, в котором были напечатаны научные прогнозы по развитию экономики США".

КОММЕНТАРИЙ. Этот двухтомник в те же годы приобрел и проработал я. Он убедил меня в том, что американцы успешно стали использовать наш социалистический опыт планирования народного хозяйства. Однако у нас при господстве партократии планирование стали "корректировать" по ее указаниям. При Ленине и Сталине в нашей стране перспективные планы развития экономики, культуры составлялись при участии крупнейших ученых.

5. Следовать мировому опыту: каждый регион развивает именно те отрасли сельского хозяйства, которые издавна обусловлены его природными возможностями. Например, в Казахстане надо в первую очередь развивать традиционное животноводство и промышленность по переработке его продукции. В Центральной России - многоотраслевое земледелие в сочетании с высокопродуктивным животноводством и исконными народными промыслами. Много раз отец говорил мне о необходимости возродить старорусское льноводство в районе Верхней Волги".

КОММЕНТАРИЙ. Упомянутый мировой опыт настолько тривиален, что тут вроде бы и спорить не о чем. Хрущев попытался "навязать" природе "волю партии", вот вышел конфуз и с кукурузой в северных районах, и с тотальным наступлением на целину. Однако мировой опыт свидетельствует еще и о том, что с прогрессом техники, технологий меняется и хозяйственная ориентация тех или иных районов.

6. Средства, необходимые для перехода страны от командно-распределительной экономики к конкурентно-инициативному хозяйствованию, должны, по мысли отца, образоваться в результате разумного сокращения затрат на тяжелую промышленность, военно-промышленный комплекс, а также резкого повышения отдачи от раскрепощенной деревни, что не только поможет насытить продуктами внутренний рынок, но и позволит возродить экспорт сельхозпродукции на мировой рынок. Росту производительности общественного труда, а значит, и накоплению государственных средств будет способствовать не только продуманное и быстрое технологическое обновление всей (и сельской и городской) производственной сферы, но и демократизация общества, обеспечивающая каждому человеку экономическую, а значит, и личную независимость. Я записал одно из его высказываний: "Нельзя быть свободным у лагерного раздатка или чиновничьего "корыта", когда человек получает от начальства паек в зависимости от своего послушания"".

КОММЕНТАРИЙ. Мы уже говорили о внедренном в сознание значительной части интеллектуалов, плохо знающих реальную жизнь общества, мифе об экономической свободе при капитализме. Насчет отдачи от "раскрепощенной" при этом строе деревни мы можем судить по результатам последних трех пятилеток: нынешняя РФ обеспечивает лишь на две трети (если не меньше) свои потребности в сельскохозяйственной продукции. При изобилии всяческих товаров для богатых значительная часть населения не обеспечена минимальным набором продуктов питания. В результате - полуголодное существование, болезни, истощение, вымирание.

Вновь сошлюсь на свой опыт. В отличие от Г. М. Маленкова, занимавшего номенклатурные должности, и его семьи, я не находился никогда ни у чиновничьего "корыта", ни у лагерного раздатка. Работал геологом, писал статьи, книги. Вокруг меня были тысячи таких же нормальных трудящихся. И все мы при социализме были несравненно более свободны в выборе профессии, в отношениях с начальством, чем теперь, при господстве капитала. Были ограничены политические свободы, это факт. Но они, как выясняется, выгодны прежде всего демагогам, пройдохам, богатым. Экономическое рабство - самое безнадежное.

1. Государство в этом переходном процессе берет на себя функции:

- обеспечения соблюдения всех законов и безопасность граждан от всяческих мафий;

- путем создания планов-прогнозов, систематического повышения квалификации кадров, препятствования монополизации и поощрения конкуренции, кредитного и налогового стимулирования ресурсосберегающих, "экологичных" технологий государство координирует производственные, финансовые, социальные и экологические усилия общества;

- проводит комплекс мер по борьбе с коррупцией и другими формами разложения управляющего слоя. (Напомню: этой функции государства отец придавал особое значение еще в 1953 году, а в последний год жизни не раз говорил: "С нетерпением жду, когда политические забастовки рабочих сметут коррумпированную верхушку".)?

ПРИМЕЧАНИЕ. С последним пожеланием Георгия Максимилиановича трудно не согласиться. Однако все произошло иначе. В коррумпированном государстве (при господстве капитала это неизбежно, хотя и проявляется в разных формах) имущие власть служат богатым, а потому народные волнения подавляются в зародыше. Для этого используются СМРАП, а при необходимости и внутренние войска. Государственные структуры могут бороться с коррупцией и разложением управляющего слоя только в том случае, если они обладают независимостью. А это исключено при абсолютном господстве правящей политической и/или экономической партии. (Под экономической партией подразумевается сообщество владельцев крупных капиталов. Исходя из этого можно утверждать, что в США, например, существует однопартийная - в экономическом аспекте - система, имеющая два политических крыла).

8. Но как от монополии КПСС перейти к политической демократии" Отец считал, что важнейшим реальным противовесом партии должны стать независимые профсоюзы. По его мысли, партия (после очищения от коррумпированных элементов, при условии ликвидации института номенклатуры) и независимые профсоюзы образовали бы двухпартийную систему. С постоянной оппозицией одной из партий. "Например, как в Британии", - говорил Георгий Максимилианович до конца 70-х годов. А затем, в связи с польскими событиями, видел наглядную аналогию в массовом рабочем движении "Солидарность", которое в 80-е годы уже показывало свою силу именно как оппозиционная по отношению к ПОРП партия".

КОММЕНТАРИЙ. Вновь приходится говорить о таких мечтаниях, как весьма далеких от реальности. Вот и "Солидарность", как выяснилось, вовсе не защищала права трудящихся. Это была антисоветская организация, замаскированная под свободные профсоюзы, Признаться, я ей поначалу симпатизировал. У меня сохранился ее значок (подарила редактор моей книги, переведенной в Польше). Но разве случайно "герой "Солидарности "? Лех Валенса, стае президентом страны, не сделал для своего народа ничего хорошего и с треском провалился на следующих выборах" Надо же извлекать уроки из происходящего, а не упиваться иллюзиями.

9. Необходимым условием для демократизации общества отец считал реальную юридическую и экономическую независимость судебной власти от местной исполнительной власти".

КОММЕНТАРИЙ. Мечтать не запретишь.

10. В области культуры так же, как и в экономике, отец полагал важнейшей задачей государства борьбу с монополизацией любой сферы деятельности не только государственными, но и общественными организациями, снятие всяческих препятствий и преград на пути творческой активности личности и коллектива. (Иными словами, он был за отмену контроля со стороны исполнительной власти, лишения ее разрешительных функций, а также за ликвидацию "казарменной", как он говорил, монополии творческих союзов.)?

КОММЕНТАРИЙ. Затронутая проблема не так проста, как может показаться. Как член Союза писателей СССР я пользовался некоторыми льготами, которые предоставлял Литфонд. За это от меня не требовали каких-либо идеологических выступлений. Ни в одной из моих примерно четырех десятков книг, изданных при советской власти, не прославляются КПСС и ее вожди (были неприятные конфликты с цензурой, порой острые). Хотя кое о чем приходилось умалчивать или говорить обиняками. Полагаю, это было результатом именно единовластия партаппарата, установившегося с хрущевских времен.

Безусловно, в творческих союзах тогда присутствовало немало бездарных приспособленцев. Да, государство контролировало деятельность этих организаций. Это, увы, вполне естественно: ведь они были частью именно социалистической системы. А что произошло после буржуазной революции" Для меня, например, ситуация в идейном смысле резко изменилась к лучшему. Появилась возможность публиковать остро публицистические философские и общественно-политические работы.

Однако столь же резко ухудшилась общая ситуация с изданием познавательной, просветительской, интеллектуальной литературы (а не развлекательной). Уничтожается, как говорится, на корню любознательный квалифицированный читатель. Тиражи соответствующих книг сократились в десятки, а то и в сотни раз...

Вывод. Там, где господствует принцип материальной выгоды, прибыли, а СМРАП находятся в руках имущих власть и капиталы, происходит деградация культуры, интеллектуальной и, шире, духовной жизни. Стояниями в церквях со свечками и молитвами этот дефицит не восполнишь. Я категорический противник воинствующего атеизма. По и сводить многообразие духовной культуры к гегемонии религии тоже нельзя.

\ 1. Во внешней политике Маленков и раньше, будучи у власти, и потом, в годы опалы, считал необходимым исходить из реальных национальных интересов СССР. Он был убежден, что войны можно избежать. Для этого нашей стране надо наконец-то проводить честную, не лицемерную политику, завоевывая доверие политических партнеров и соперников. Действительно миролюбивая политика (с отказом от имперских амбиций и поползновений в странах третьего мира) должна сочетаться с сильной обороной, основанной на квалифицированной, профессиональной армии, в распоряжении которой должны быть все необходимые для эффективной обороны современные технологии. Технологическое отставание в военной технике отец считал недопустимым. Настаивая же на сокращении военных расходов, он основывался на следующих внешнеполитических соображениях:

- коренное улучшение отношений с Китаем, во-первых, позволит полностью снять войска с протяженной советско-китайской границы и из Монголии, а во-вторых, вообще создаст для нас наивыгоднейшую позицию в мире;

- улучшение отношений с Западной Европой (особенно с Германией) и Японией, основанное на использовании реальных противоречий между этими странами и США, а также вывод наших войск с территорий других государств, прекращение военного противостояния в "горячих точках" планеты и прекращение военной помощи тоталитарным режимам (вроде Ливии, Ирака и т.д.) - все это, в свою очередь, поможет высвободить огромные материальные и трудовые ресурсы для преобразования страны;

- к той же цели приведут профессионализация армии и рациональное использование оборонной промышленности (отец превосходно знал порядки, царящие в "оборонке", и был убежден в том, что ликвидация ведомственных барьеров, обусловленных сверхсекретностью, дала бы широкую возможность внедрить технологические достижения ВПК в развитие мирных отраслей)".

КОММЕНТАРИЙ. Некоторые из этих тезисов не вызывают возражений. Скажем, наши взаимоотношения с Китаем наладились. Но многое из того, что перечислено, повторяет демагогию Е. Гайдара, полностью опровергнутую реальностью. Сомневаюсь, чтобы Г. М. Маленков так упорно ратовал за профессиональную армию. Ее до сих пор не удается создать. При огромнейшей протяженности наших границ и слабой экономике она вряд ли целесообразна. О состоянии нашей оборонной промышленности лучше и не говорить: она работает преимущественно на экспорт, а доходы от этой деятельности обогащают лишь некоторые коррумпированные группировки. По своему общему военному потенциалу, если исключить ядерное и ракетное оружие, РФ - слабая страна.

12. И, наконец, весь этот комплекс конкретных мер, тактических и стратегических задач был пронизан глубочайшей и искренней верой Георгия Максимилиановича в плодотворность коммунистической идеи. Естественно, и здесь с ходом времени его взгляды развивались: всматриваясь в реальные изменения, происходившие в нашей стране и в мире, он шаг за шагом преодолевал в себе приверженность к коммунистической риторике с ее жесткой аксиоматичностью и унылым схематизмом. Но, думаю, решающим моментом в раздумьях отца о "коммунистическом далеко" стала его встреча с трудами В. И. Вернадского. Захваченный концепцией этого великого ученого о ноосфере, то есть сфере разума, облегающей нашу планету мощным биоэнергетическим полем, отец пришел к выводу, что извечная коммунистическая идея со всеми ее мучительными трансформациями есть, может быть, одно из ведущих слагаемых этого поля. Отвергая примитивное, да просто невежественное представление о коммунизме, которым руководствовался Хрущев в своем громогласном обещании такового именно к 1980 году, Георгий Максимилианович не вкладывал в понятие "коммунизм" конкретного политического содержания (кроме принципа "от каждого по способности, каждому по потребности") и уж тем более не озадачивал себя установлением сроков наступления коммунизма ни годом, ни десятилетием, ни даже веками. Опираясь на общефилософское учение о сфере разума, он считал, что именно коммунистическая идея наиболее полно соответствует основному вектору движения человечества. (Выделено А. Маленковым. - Р. Б.) Постепенно реализуясь в историческом процессе, именно она обеспечит земной цивилизации выживание, развитие и процветание..."

КОММЕНТАРИЙ. Как специалист по творчеству В. И. Вернадского вынужден отметить: его идея ноосферы (области господства на планете научной мысли) не отвечает реальности и остается трудно достижимым идеалом. На Земле и в околоземном космосе сформирована техносфера, подавляющая и разрушающая область жизни, биосферу. Да, Вернадский писал, что идеалы нашей - советской - демократии идут в унисон глобальному процессу создания ноосферы. Писал он это в конце Великой Отечественной войны, преисполненный оптимизма и верный своим гуманистическим идеалам. Увы, последующие события опровергли его предположения. Даже наука во второй половине XX века превратилась в прислужницу техники.

Если еще раз окинуть беглым взглядом экономическую и политическую программу, то при всей эскизности ее изложения легко можно подметить некоторые принципиальные черты государственного мышления Г. М. Маленкова - предельную реалистичность в практических действиях при смелом взгляде в будущее - ближнее и дальнее; строгую последовательность в выборе приоритетов и продуманную постепенность в их осуществлении; наконец, основательность, базирующуюся на тщательной проработке вопроса, включая научные данные и рекомендации. Вообще слова "основательно", "основательность", равно как и "жизнедеятельность" он употреблял постоянно. И согласно им поступал: всегда отдавал предпочтение жизнедеятельности перед любой абстрактной идеей, а к любому своему шагу в общественной практике готовился основательно.

Но была в государственном, да и просто обыденном, мышлении Георгия Максимилиановича и еще черта - своеобразный автократизм. Тут, очевидно, к унаследованной от матери властности добавилось и "благоприобретенное" - суровая школа тиранического режима. Выше, если читатель помнит, я отметил, что, мол, у отца между словом и делом было кратчайшее расстояние. Сказано это не в упрек нашим сегодняшним демократам. Просто, приступая к реформам, Г. М. Маленков действовал в иных условиях: ему не требовалось "проводить" свои реформы через несуществовавшие тогда институты демократической власти. Основательное изучение проблемы, выработка механизмов ее решения, указание сверху - и вся система, приученная к повиновению, со скрипом, но без промедления разворачивалась по предложенному руслу. Кстати, авторитарно поступал и Хрущев (вспомним хотя бы целинную эпопею, когда по мановению его рук в движение пришли миллионы людей). А разница между авторитарностью Хрущева и Маленкова была в том, что один действовал кавалерийским наскоком, на авось, а другой - разумно и целесообразно, что и отмечалось сразу же в сознании народа. Короче говоря, отец был просвещенным автократом, т.е. он считал, что переходный период от тоталитарного режима к демократии должен осуществляться сильной исполнительной властью, опирающейся на законы. Многие не четко понимают различие между деспотизмом и авторитарной властью, между тем отличие это принципиальное и в основе его лежит признание авторитарной властью первенства законов, тогда как деспотизм... не признает над собой никаких законов".

КОММЕНТАРИЙ. Абстрактные рассуждения о "тираническом режиме" и "демократической власти", характерные для кухонных бесед диссидентов советского времени, производят тяжелое впечатление в наши дни.

Отец, например, был убежден в том, что так называемая "вся правда", разглашенная не вовремя, принесет больше вреда, чем пользы (запомнилась его фраза: "Не нужно говорить людям всего не потому, что нельзя, а потому, что обо всем не нужно знать"). И вообще он считал, что к восприятию всего комплекса демократических идей необходимо тщательно готовиться, надо к ним продвигаться шаг за шагом, а сразу ничего не получится.

В этом вопросе мы с отцом сильно расходились во мнениях. Я-то как раз считал, что наш народ уже выстрадал право на полную правду о нашем прошлом и настоящем. Помню, как однажды в горячей полемике с отцом я задал ему вопрос: почему ты отдал власть без борьбы, почему не обратился к народу"? Отец посмотрел на меня, как на несмышленыша: мол, тебе, беспартийному, не уразуметь, что такое партийная дисциплина, что такое историческая реальность.

Думаю, читателям интересно будет узнать и об отношении Маленкова к церкви и вообще к религии. Я знал, что в конце сороковых годов, когда Сталин решил ликвидировать патриаршество, отец сумел убедить его не делать этого. Каким образом, не знаю, но, должно быть, со временем обнаружатся документы, которые помогут осветить этот эпизод. Уважительное отношение к церкви, насколько я понимаю, не противоречило державным представлениям отца.

Одной из коренных установок отца было утверждение, которое он любил повторять: "Хорошо то, что объединяет людей, и плохо то, что их разъединяет". В религии отец видел больше начал объединяющих, чем разъединяющих. Тут мы были друг с дру

329

гом полностью согласны, а вот дальше у нас начинались расхождения и споры. В результате озарения для меня стало очевидным существование некоего Высшего Мирового Разума, предопределяющего все и вся во Вселенной. А затем, в размышлениях над этим вопросом, пришел к выводу, что существование этого всеобщего разумного начала во Вселенной можно без всяких логических натяжек назвать Богом, в том смысле, как понимают христиане.

В пору, когда мы с отцом работали над статьей: "О всеобщности принципа: жизнь противостоит гравитации", у нас нередко возникали разговоры о том, что сугубо физикалистекая картина мира (иными словами: в полном согласии с известными нам физическими законами) недостаточна для объяснения многих феноменов живой и неживой материи (в этом, кстати, суть и пафос нашей статьи, как убедится читатель, заглянув в приложение к книге). Как выяснилось, отец в целом разделял мою веру в наличие Мирового Разума. Словом, мировоззрение Георгия Максимилиановича в этой области я бы назвал мировоззрением верующего вольнодумца, т.е. он верил в Бога и не считал, что кто-либо из людей может претендовать на владение истиной в последней инстанции.

На все, что касалось Ленина в наших разговорах, было наложено табу. Но означало ли это, что и в потаенных мыслях отца ленинская фигура была столь же непререкаемой? Взять хотя бы благополучно дожившее до первых лет перестройки идеологическое заклинание о "возвращении к ленинским нормам". Ведь не мог же не видеть Георгий Максимилианович, что к ним "возвращались" едва ли не при каждой очередной смене генсека. Конечно же видел, да к тому же, уверен, и знал об этих "нормах" куда больше, чем все мы в те годы. Так, может быть, и здесь работала та же непререкаемая установка - надо созреть до осознания. И не здесь ли, кстати, кроется один из возможных ответов на вопрос, почему отец не оставил мемуаров" Писать без какой-либо утайки обо всем, что пережито, - время не пришло, а писать с купюрами и подтасовками - лишь увеличивать количество лжи на Земле...

В связи с этими своими размышлениями расскажу об эпизоде, который в свое время глубоко меня потряс и остался со мной

на всю жизнь. За неделю до смерти отца я, брат и сестра собрались вместе, чтобы поздравить его с днем рождения. Было это 7 января 1988 года, в светлый праздник Рождества Христова. Словно по какому-то наитию я в нашей беседе с отцом упомянул о яростном непримиримом отношении Ленина к религии. Возникла тягостная пауза, и тогда я не нашел ничего лучшего, как усугубить неловкую ситуацию вопросом: "Как считаешь, отец, - не величайшая ли это ошибка" Снова тягостная пауза, а затем последовал короткий ответ: "Да, считаю так". Эти слова прозвучали, как нелегкое, но необходимое признание. И у меня словно камень с души свалился.

Сейчас, вспоминая об этом, задаюсь новыми вопросами: как воспринял бы отец опубликованные недавно архивные документы (в том числе поистине страшное письмо Ленина "Об ограблении церквей во имя голодающих Поволжья"), которые окончательно разрушили десятилетиями насаждавшееся представление о непогрешимости вождя революции" Явились бы они для него неожиданным и сокрушительным ударом? Или трагически подтвердили бы потаенный ход его раздумий о сути ленинского большевизма? И не подвели бы отца к мысли о том, что народ уже должен знать все обо всем. Я лично уверен, что это так бы и было.

И еще три разговора с отцом, которые помогут высветить его сложную и, по-моему, очень цельную личность. Произошли они в разное время, но по своей внутренней логике слились для меня в один. Да к тому же, если быть точным, это были не столько разговоры, сколько обычные для Георгия Максимилиановича реплики без каких-либо комментариев. По неписаному между нами правилу предполагалось, что их я должен осознать сам...

Как-то отец протянул мне страничку со своими записями и сказал: "Прочти на досуге". Естественно, досуга я ждать не стал и прочел сразу же, как отец вышел из комнаты: "Скоро 300 лет со дня открытия Ньютоном всемирного закона тяготения. Я думаю, однако, что не все еще в этом явлении осознано до конца. Ведь яблоко, которое, по преданию, упало Ньютону на голову и тем самым подвигнуло его к озарению, для того чтобы упасть, должно было сначала подняться над землею, преодолев тяготение". Собственно, этот набросок и стал толчком к работе над статьей о

331

противостоянии жизни и гравитации, которую читатель может прочесть в приложении к моей книге. Так вот: когда мы трудились над текстом, мне и в голову не приходило, что афористическая фраза: "Чтобы упасть, яблоко должно сначала подняться над землею", - имеет для отца не только чисто физический, но еще и нравственный - этический смысл.

А понял я это после того, как Георгий Максимилианович положил передо мной том с пьесами любимого им А. К. Толстого и опять, ничего не объясняя, посоветовал внимательно прочесть историческую пьесу "Посадник". Сюжет ее таков: средневековый Новгород осажден врагами, завтра предстоит решающая битва, и тут вдруг выясняется, что новгородский военачальник, ослепленный любовью к женщине, по неосторожности помог ей выкрасть ключи от потайного хода в город и они могли оказаться во вражеских руках; и тогда, понимая, что обвинение в измене лишит новгородское воинство полководца, посадник новгородский берет вину на себя, ради города, говорит он, отдам не только жизнь, но и честь... Не о своем ли жизненном пути размышлял отец, советуя мне прочесть пьесу А. К. Толстого?

Наверное, по дорогам прошлого и проносилась его мысль. Во всяком случае в пору, когда отец буквально зачитывался народным эпосом - от Манаса до нартских преданий, - я случайно увидел в одной из прочитанных им книг подчеркнутую фразу: "Победитель без упрека". По-моему, подчеркивание это о многом говорит. Выпрямившийся после смерти Сталина и вскоре отброшенный от власти, отец до самой своей смерти уже не сгибался. И в этом смысле, на мой взгляд, он действительно победитель без упрека.

f Само собой, я не рассказал отцу о том, что натолкнулся на подчеркнутую фразу, а потому не поделился с ним своими догадками по этому поводу. И все-таки однажды ("по касательной", так сказать) затронул близкую тему - о человеческом достоинстве. И вдруг отец, как всегда, оставляя многое про себя, высказал вслух, видимо, давно выношенное: "Достоинство... Пожалуй, это и неотступное следование цели своей жизни. Вернуть людям землю - это значит вернуть им достоинство..." Комментариев больше не было, но я знал, что отец всегда понимал под словом "земля" не только участок, надел, передаваемый крестьянам в полное их пользование, но и в широком смысле - самостоятельное, независимое хозяйствование, достойное свободного человека...

Когда я мучился вопросом, как закончить свою книгу, мне на глаза попались замечательные слова Семена Людвиговича Франка. Вот они: "Нравственный идеализм всегда прав в своем бичевании пороков и несовершенств существующего; и он привлекает к себе сердца своим мученичеством во имя высших начал, своей преданностью мечте о добре, подлежащем осуществлению. Но когда его провозвестники из роли мечтателей, обличителей и борцов за правду переходят в роль осуществителей этой правды, реальных распорядителей и властителей жизни, они возбуждают ненависть своей тиранией, невниманием к конкретно-сложным нуждам жизни, к многообразию человеческих потребностей и слабости человеческой природы" (Крушение кумиров. Сочинения. М.: Правда, 1990. С. 159).

Для отца никакие догмы никогда не заслоняли реальную жизнь, живых людей, их страдания, надежды и радости".