Смелый гражданин || Уборщица и карман

Гостиница Космос / Восьмидесятые годы

Операции "легкой кавалерии" (борцы с несунами из Торгсина)

Интересная сцена описана в документах ленинградского торгсина. Потерпевший некто Тумасов жаловался заместителю управляющего Ленинградской городской конторы: "Вчера, т.е. 21.0934 г. вечером, я, как производитель работ заехал в магазин "Торгсин" по Советскому проспекту (продмаг "6) для проверки хода ремонтных работ; Лол необходимые указания рабочим, я вышел из магазина, и не уст пройти несколько шагов, как ко мне подошел неизвестный гражданин и, остановив меня, спросил "являюсь ли я сотрудником магазина". На мой вопрос "в чем дело" неизвестный гражданин назвал себя представителем "легкой кавалерии" и показал какое-то удостоверение. Я ему ответил, что я не сотрудник магазина и вообще не торговый работник 'Торгсина", а производитель работ по ремонту данного магазина. Тогда неизвестный гражданин потребовал, чтобы я с ним прошел в подворотню за угол дома для производства личного обыска. Не понимая в чем дело и не видя никаких оснований для своего задержания вообще, а тем более для обыска, и полагая, что, очевидно, гражданин меня в чем-то подозревает, я предложил последнему пройти со мной в помещение магазина и там выяснить интересующий его вопрос. Гражданин в магазин зайти отказался и стал уговаривать меня зайти с ним под ворота и разрешить ему осмотреть мои карманы. Тогда я вторично спросил его: "Вы меня в чем-либо подозреваете? Последовал ответ в грубой форме: "Это Вас не касается, или подчинитесь моему требованию (т.е. обыску) или я Вас отправлю в отделение милиции".

<...>

Был вызван постовой милиционер, и гражданина Тумасова препроводили в отделение милиции. Представитель "легкой кавалерии" настаивал на проведении обыска на основании того, что у Тумасова "имеются торгсиновские боны". В отделении милиции Тумасов узнал, что правила Торгсина разрешают "легкой кавалерии" проводить обыски сотрудников. Однако Тумасов не позволил себя обыскивать заявив, что это "оскорбляет его гражданскую честь". В заключение он добавил, что "не представляет себе положения, по которому он вынужден был бы разрешить выворачивать свои карманы под воротами зданий г. Ленинграда

* * *

По итогам налетов "легкой кавалерии" в магазине проходил товарищеский суд, который решал судьбу "несунов". Приговоры были разные - от выговора и внушения до увольнения, лишения пайки, исключения из профсоюза, отдачи под суд. Приведу протокол одного из таких судов. Он иллюстрирует характер и методы краж, а также механизм и логику наказаний. Суд проходил 7 июля 1935 г. в московском торгсине - 4 (Покровка, 55). Отряд "легкой кавалерии" несколько дней назад обнаружил при обыске 215 г. колбасы на сумму 10 коп. золотом в личном шкафу у уборщицы продовольственного отдела Сократовой (ее обыскали и при выходе из продовольственного отдела по окончании работы, но ничего не нашли). Сократова признала себя виновной в хищении. Свой поступок она объяснила тяжелым материальным положением: на ее иждивении было двое детей, 7 и 10 лет, и престарелая мать.

Вот вопросы, заданные Сократовой:

Тов. Люшин (председатель суда. - Е. О.) к Сократовой: сколько раз совершала хищения, какая цель была оставить колбасу в шкафу и зачем был пришит карман на рубашке" (подчеркнуто мной. - Е. О.)

"Сократова: Кражу совершила первый раз. Колбасу оставила в шкафу, потому что не было времени поесть, работала, на рубашку пришит не карман, а заплата.

Тов. Фишкина (свидетель) говорит суду о том, что при обыске Сократовой был обнаружен аккуратно пришитый карман на рубашке вместимостью на 2 килограмма".

<...>

Приговор товарищеского суда в отношении Сократовой был довольно мягким и не без курьезности. Она получила строгий выговор и была переведена из продовольственного в другой отдел, подальше от головокружительно пахнущих деликатесов. Щадящий приговор объяснялся тем, что Сократова хорошо работала в магазине в течение двух лет, была ударницей (за этот проступок ее из ударниц исключили) и ранее не имела взысканий. Судьи проявили человечность, приняв во внимание и ее тяжелое материальное положение.